Текст книги "Фаворитка (СИ)"

Автор книги: Екатерина Оленева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

Глава 41. За линией горизонта

Мысли метались хаотично, сталкиваясь одна с другой, как волны во время шторма. Всё в её судьбе почти устоялось. Проблемы готовы были разрешиться. Ещё немного и она выберется из этой бури в безопасную гавань. Столько пройдено, столько пережито.

И она всё готова пустить коту под хвост? Всем рискнуть? Оскорбить человека, согласившегося дать ей своё имя?

«Что ты о нём знаешь? – зашептал мрачно внутренний голос. – Он женился на тебе даже не из чувства долга, а по приказу принца Мальдора. Который, на минуточку, тебе ни разу не друг, и наверняка помог тебе с каким-то расчётом. Ты и твой ребёнок можешь оказаться тем козырем, который в своё время, при определённых обстоятельствах, Мальдор попытается разыграть против отца твоего ребёнка».

Я понимала, что этот противный внутренний голос всего лишь ищет повод бросить всё и всех, забыть о том, что Фэйтон изменял мне и в бордель явился сегодня, кстати, не по моим следам. Даже проклятый Сейрон сумел меня отыскать, а Фэйтон… видимо, не так уж это было ему и надо?

Сердце, до чего оно глупое? Стоит ли его иметь? Оно так усложняет жизнь. Разум строит, строит дом – а сердце норовит всё спалить одним махом.

«Беги к нему! Беги, пока он рядом. Фэйтон единственный человек в этом мире, которому по-настоящему есть до тебя дела. Он единственный сможет тебя защитить. Он имеет право знать о своём ребёнке. Не стой столбом. Беги, глупая! И все твои проблемы разрешатся, ведь с тех пор, как ты ушла от единственного мужчины, которого любишь, в твоей жизни наступила нескончаемая чёрная полоса».

«Он предал тебя. Он не достоин твоей любви. Ты хотела уйти – ты ушла. И наконец, вот-вот, достигнешь цели. Не слушай глупое сердце, Анна. Не становись снова Марой. Не теряй себя. Иди своим путём»

– Одиноким, несчастным, безрадостным путём?! Лучше прожить год счастливой, любимой и любящей, чем десять лет влачить серое существование!», – твердило мне сердце.

«Ему нельзя верить. Он тебя предал. Он тебя бросил»

– Нет! Это ты сбежала, даже не попытавшись поговорить. Не дав ему шанс оправдаться или исправиться. Просто ушла и бросила всё. Вернись! Вернись и всё исправь. Вы ещё можете быть счастливы. По-настоящему. Вместе.

Эта борьба между сердцем и разумом изматывала. Сердце настойчиво звало к Фэйтону, обещая защиту и счастье, которых она жаждала больше всего. Разум предупреждал о рисках, связанных с возвращением к человеку, однажды предавшем её доверие.

Взгляд Анны блуждал по стенам тесной комнаты, и она чувствовала себя зверем, запертым в клетке. Ей так хотелось поймать хоть проблеск надежды или вдохновения, но вид золочёных грязных обоев и тусклого света свечи лишь усиливали отчаяние.

– Что с вами, Анна? – поинтересовался Том, поворачивая к ней на своей кровати. – Вы как будто призрака увидели?

– Воистину так, – прошептала она, невольно оглядываясь вокруг.

– Вам нездоровится?

– Я запуталась.

Том внимательно смотрел на неё, приподнявшись на локте:

– Давно вас мучают такие приступы беспокойства?

– С тех самых пор, как появилась необходимость выбирать между разумом и чувством. Когда чувствуешь, что живёшь чужой жизнью, чужими желаниями, чужими планами. Сегодня как-то всё обострилось.

– У вас, женщин, всё так сложно. Почему нельзя слышать оба голоса одновременно? Сердца направляет, разум помогает не сбиться с пути – вот тогда легко дойти до цели.

Анна медленно кивнула, соглашаясь:

– Так лучше всего. Но случается редко. Порой сердце норовит кричать слишком громко, и глушит разум. А иногда оба голоса равны, и тогда хуже всего. Невозможно определить победителя.

Анна вздохнула и прижала ладони к щекам, стараясь успокоиться:

– С тех пор, как я вошла в ваши дворцы, благородные аристократы, я ни дня не жила так, как хотела. Приходилось подчиняться всем.

– Теперь вы не просто шлюха. Вы моя жена.

– Чем участь жены лучше шлюхи? Вторая вольна уйти вместе с рассветом, но у жены такого права нет. Жена полностью встроена в мир, построенный мужчинами и для мужчин. Быть женой значит стать частью чужой истории, строго следовать чужим правилам. Быть женой – это быть тенью мужа. Быть женой – не иметь своей воли. Быть женой – раствориться в долге. А что в награду?.. В чём радость для женщины в этом вечном сером плену? Брак – это могила любви, даже если когда-то она и была. А в нашем случае, сударь? Что нам друг от друга ждать?

Анна вглядывалась в полумрак комнаты так, словно пыталась там отыскать ответы на свои вопросы, надеясь разглядеть решение внутреннего конфликта:

– Зачем женщины выходят замуж? – начала она тихо, обращаясь скорее к себе, нежели к мужу. – Ради счастья? Или ради исполнения обязанностей и соблюдения правил, установленных мужчинами? Похоже, истинный брак – это смирение с судьбой, написанной для тебя другим человеком?

Том пожал плечами:

– Милая супруга, замужество – это вовсе не тюрьма и не потеря свободы. Это союз двух сердец. Договорённость, которую мы заключили добровольно…

Анна горько рассмеялась:

– Добровольно? Вы под угрозой плахи, а я… – покачав головой, она отвернулась.

– Конечно, бывают трудности и разногласия, но, возможно, взаимная поддержка сделают наш брак терпимым для обоих?

– Поддержка? Драма в том, что мы по-разному можем понимать это простое слово, милорд. Для вас, наверное, «поддержка» – это уверенность в завтрашнем дне, стабильность положения в обществе. А для меня истинная поддержка – возможность оставаться собой. Большинство мужчин рано или поздно начинают требовать от женщин полного повиновения. Если женщина зависима, мужчина становится тираном, принуждая играть роль идеальной супруги. Это не поддержка. Это – узы и путы.

Том смотрел на юную жену с лёгким удивлением, явно впервые сталкиваясь с подобным мнением у женщины:

– Простите, милейшая, но я женился на вас не потому, что мечтал о браке. А потому, что обстоятельства вынудили сделать меня подобный выбор. Принц Мальдор распорядился моей судьбой, решая, скорее всего, таким образом свои личные проблемы. Меня никто не спросил, хочу ли я этого союза. Мне пришлось принять это предложение, которое ограничило и мою свободу. Поставило под угрозу и моё личное счастье. А теперь вы называете меня тираном?

– Простите. Простите меня пожалуйста. Мои слова, это, скорее всего, просто рассуждения вслух. Мне не в чем вас обвинить – это правда. Мы просто встретившиеся случайно два одиночества, которым совсем не хочется разводить общий костёр, не так ли?

Анна закрыла глаза, но так образы прошлого становились даже явственней. Воспоминания о Фэйтоне, его объятиях, губах, глазах, улыбке. Как же сильно она его любила… но возвращаться к нему, это значит снова окунуться в водоворот дворцовых интриг. И, возможно, обмануть ожидания Тома, который казался вполне порядочным человеком. Впрочем, за день знакомства их так мало связывает, что, возможно, он с облегчением воспримет её исчезновение? Остаться с мужем означает статус и безопасность, но без радости и искренней привязанности.

Том задремал (или сделал вид, чтобы не продолжать тягостный разговор). А Анна, сделав глубокий вздох, всё-таки направилась к двери. Кто бы сомневался, что этим кончится?..

В голове мелькали и мелькали воспоминания о прошлом. О моментах счастья и боли. О надежде и разочаровании.

Подойдя к выходу, Анна остановилась, прислушиваясь к звукам снизу. Голоса мужчин, смех женщин. Она знала, что один неверный шаг может привести её к катастрофе, но желание увидеть Фэйтона, хотя бы издалека, в последний раз, перевешивало всё.

Медленно открыв дверь, Анна вышла в коридор. Свет свечи в её руке отбрасывал причудливые тени на стены, создавая иллюзию движения. Она чувствовала, как кровь пульсирует в венах, наполняя тело энергией и адреналином.

Спустившись вниз, она застыла у входа, бросая взгляд в общий зал борделя. Там было светло от света множества свечей, очагов и факелов. Мужчины сидели за столиками, разговаривая и смеясь, держа в руках бокалы с вином. Женщины, одетые в ярким откровенные платья, прохаживались между гостей, привлекая к себе внимание движениями и улыбками.

Страх и волнение боролись внутри, побуждая вернуться и спрятаться в своей комнате. Но желание увидеть Фэйтона удерживало на месте.

Она увидела его. Она не могла его не увидеть. Ведь для Анны Фэйтон был как солнце. Да и не заметить его было сложно. Он стоял в центре зала, окружённый свитой молодых аристократов и девиц из заведения. Его золотые волосы живописно растрепались. В руке он держал бокал вина, а в другой – стебель розы, подаренный им девушкой, льнущей к его плечу.

Все взгляды были прикованы к молодому красивому принцу. Его друзья смеялись над очередной шуткой, хлопали друг друга по плечам, обменивались дружескими замечаниями. Одна из девушек кокетливо наклонилась ближе, шепча что-то на ухо, вызывая новый взрыв хохота среди присутствующих.

Наблюдая эту сцену, Анна испытала болезненный укол в груди. Несмотря на всю любовь и страсть, которыми они делились раньше, Фэйтон выглядел абсолютно счастливым без неё. Чтобы там не рассказывал его отец и даже принц Сейрон о любовной лихорадки, едва не убившей принца после её исчезновения, сейчас он выглядел весёлым и пьяным. И ласки случайных шлюх вполне его удовлетворяли.

Само осознание того, что этот человек, которого она почти боготворила, стал для неё теперь чужд, резало хуже ножа. Пройдёт время и любовь, возможно, превратится в воспоминание, покрытое пылью времени и горечи, но сейчас – сейчас она словно стояла в огне.

А Фэйтон выглядел беззаботным и радостным. Похоже, он давно забыл о ней. Похоронил, оплакал, выбросил из головы.

Если бы сейчас Анна могла вернуться в прошлое, наверное, приняла бы предложение Сейрона. И тогда если не любовь, так чувство собственности заставило бы Фэйтона пылать ревностью, исходить гневом и жестокой мукой. Она бы отомстила за себя. Он не достоин был пережитой ради него боли. Он не достоин её верности. Он ничего не достоин.

Так почему же, Господи, так больно?..

Глаза её неотрывно следили за каждым движением Фэйтона, а по телу распространялся ледяной холод. Лицо молодого принца продолжало сиять радостью и беспечностью, не отражая никакой внутренней борьбы. Пока она рыдала в подушку, предываясь горьким воспоминаниям о его поцелуях, нежности, заботе и сожалениям о своём опрометчивом поступке, он был свободен и весел. Без неё.

Фэйтон поднял бокал вина, произнося какую-то остроумную фразу, вызвавшую бурный восторг у окружающих. Девушка нежно коснулась его руки, склоняя голову к его плечу. Они казались такими близкими, настолько естественно взаимодействующими, что Анне стало ясно одно: у неё больше нет причин здесь задерживаться. В его сердце для неё нет места? Что ж, даже если Фэйтона придётся вырвать из груди вместе с сердцем, она сделает это.

Будь же проклят. Ни стоном, ни взглядом

Окаянной души не коснусь.

Но клянусь тебе ангельским садом,

Чудотворной иконой клянусь.

И ночей наших пламенных чадом —

Я к тебе никогда не вернусь.

Она хотела бы забыть, но ещё помнила встречи с Фэйтоном, моменты их близости, нежность его рук, сладость поцелуев. Но каждую сцену прошлого перекрывала сцена настоящего – этот незнакомец, обнимающий продажных женщин, был ей совершенно чужд. Тот юноша, которого она так любила… нет, он не умер для неё навсегда.

Умирала её любовь к нему. Умирала она сама, сгорая в жестоком огне. Умирали девичьи мечты о счастье, открытость к миру, доверчивость, надежды, мечта. И, словно Феникс, их пепла прогорающего нежного девичества поднималась женщина, которая в этом мире мало чего боится.

Он обещал любить её вечно. Влюблённый юноша, готовый положить к ногам возлюбленной целый мир? А она верила, ныряя в золото его волос белыми руками. Утопая в его глазах. Засывая в объятиях. Верила.

И каждый нерв трепетал. И каждая жилочка тянулась назад, туда, где лежали кусочки разбитых мечтаний и рассыпавшейся пеплом любви.

Перед глазами стояла жестокая реальность: фальшивый блеск, искуственная дружба, продажные ласки. Всюду ложь. Всюду грязь. Обманчиво нарядная комната с женщинами всех мастей и манер, наполненная голосом имитированной страсти, музыкой безумия и ароматом прелюбодеяния.

Пространство приобрело зловещние очертания: гул голосов становился шёпотом смерти, яркие краски превратились в чёрные тени, лица сливались в единую картину мерзкого фарса. И тот холодный амбар, полный крыс и запаха прелого сена, вдруг показался чище и правильнее.

Фэйтон – не её человек. Не её герой. Не её изранник. Она больше не будет держаться за память о нём. Она отпустит прошлое безвозвратно. Не оглядываясь пойдёт туда, вперёд, искать новые горизонты.

И у птиц, и у драконов есть крылья. Они даны, чтобы летать.

Ступенька за ступенькой поднималась Анна наверх, возвращаясь в комнату, где спал Том. Пусть он забудет её лицо, её имя, её слова. Пусть будет счастлив. Она переболеет эту боль, перегорит эту любовь. И никогда не обернётся назад.

Каждый новый шаг отдалял её от мира фантазий и желаний, сладких грёз, розовых пони, которых никогда не бывает в реальности. Драконы – случаются, а вот розовых пони нет. Реальность жестока, сурова и холодна, но и справедлива.

Ни один мужчина больше не поработит её душу. Возможно, станет спутником, возможно – союзником или другом. Но божеством и господином – никогда.

Анна чувствовала, как вместе с дикой болью сердце её наполняется новой силой. Не девочка, не девушка – новая женщина готова была противостоять любым испытаниям. Любовь умерла, но вместо неё пришли мудрость и независимость. Цена уплачена. Счёт закрыт.

Вернувшись в свою комнату, Анна легла на кровать. Сердце затихло, навсегда уступая место разуму и воле. Решение принято оканчательно и бесповоротно: дорога лежит вперёд, судьба ждёт смелых шагов. Больше никаких колебаний, сомнений и страхов. Только свобода и самостоятельность.

Никогда больше она не станет жертвой чувств, не попадёт в ловушку мужской похоти и эгоизма. Любовь никогда не проходит бесследно. Пусть она оставила раны и ожоги, но именно благодаря ей приобретён ценный жизненный опыт.

Наступило утро, прохладное и ясное. Лучи солнца пробивались сквозь окна и опущенные шторы. Анна открыла глаза, ощущая лёгкую усталость после бессонной ночи, но удивительный покой на душе.

В дверь постучали, и Алекс просунула свою кудрявую голову:

– Анна! Ты ещё спишь? Я боялась, что ты исчезнешь, как и в прошлый раз, даже не попрощавшись. Как выспалась?.. Отдохнули?

Анна слегка приподнялась на кровати, поправляя сбившееся одеяло:

– Благодаря тебе эта ночь прошла хорошо. Верные друзья – лучшее, что можно получить в жизни. Если бы не ты, ночевать бы нам под мостом. Но, боюсь, мы и правда вскоре покинем тебя.

– Я велела запрячь для вас повозку.

– Спасибо, – тепло поблагадарила Анна. – Никогда не забуду твоей доброты. И, если что, в долгу не останусь.

Алекс улыбнулась, глядя на подругу и сказала мягко:

– Вы можете оставаться столько, сколько потребуется. Я всегда рада тебе, Анна. Даже немного грустно думать, что скоро вас вновь уведут многочисленные заботы.

– Ах, дорогая моя! – обняла её Анна. – Никогда не знаешь, где в жизни найдёшь, а где потеряешь. Но так отрадно знать, что жизнь состоит не только из потерь и расставаний, но и из новых знакомств и возможностей.

Взял Алекс за руку, Анна добавила серьёзно:

– Мы обязательно ещё увидимся. Однажды. Будем считать это обещанием. До свидания, милая Алекс. Да хранит тебя Бог за твою доброту.

Молодые женщины крепко обнялись:

– Береги себя, Анна.

– Обязательно.

Том поднялся почти сразу же после того, как Алекс покинула комнату.

– Пора в порт. Надеюсь, корабль уже прибыл, – сказал он, одеваясь.

Набросив на голову капюшон, Анна, следуя за мужем, вышла из борделя. Он отправился посмотреть, как там повозка и всё ли готова к отъезду. А Анна осталась у коновязи. И тут она столкнулась с… Фэйтоном.

Пошатываясь, молодой принц вывалился из резко распахнувшейся двери, налетев на молодую девушку. Он был беспощадно, безбожно пьян. До такой степени, что едва держался на ногах.

Анна замерла, глубже надвигая капюшон на лицо.

– Простите, – извинился принц, с трудом удерживаясь на ногах. – Простите меня… – голос Фэйтона звучал приглушённо.

Сердце сжалось от нахлынувших эмоций, но Анна решительно отвернулась.

– Я не сделал вам больно?

Анна молча покачала головой. Хотя он сделал… и ещё как. И каждая новая встреча лишь добавляет муки. Вот и сейчас, вместо того, чтобы просто пройти мимо, он зачем-то остановился и пристально смотрит на тот тёмный кулёк, в который превратилась Анна, замотавшись в свой бесформенный, безразмерный плащ, буквально утонув в нём.

Анна молчала, сохраняя неподвижность. Не говоря ни слова. Она вовсе не планировала быть узнанной. Любое её движение или слово могло лишь усложнить ситуацию.

А Фэйтон, словно нарочно, замер рядом. Вглядываясь в безликую фигуру на пороге борделя. И каждый миг рядом с ним заставлял кровоточить старые раны, обнажая болезненные чувства, которые она старалась подавить.

– Ваше высочество, – следом за принцем появился один из придворных его свиты. Его лицо Анне тоже показалось смутно знакомым. – Вам плохо?

Принц по-прежнему не сводил с Анны взгляда, тяжёлого, затуманенного алкоголем, но пристального.

– Нет. Просто устал, – пробормотал он. – Устал от всего…

От его слов веяло такой безнадёжностью, что пальцы Анны непроизвольно сжались в кулаки.

– От кого-то прячетесь, милая девушка? Может быть, помощь нужна?

Анна покачала головой, по-прежнему не говоря ни слова.

– Тогда почему ты так прячешься от случайных взглядов, красавица?

– Да с чего вы взяли, что она красавица? – засмеялся его спутник. – А то, что прячется?.. Просто не хочет быть узнанной. Не каждая дама согласна афишировать свои визиты в бордель, ваше высочество. Идёмте, пока ваша маменька не прислала за вами вашего грозного братца. Не знаю, как вам, а мне сталкивать с принцем Сейроном совсем не хочется.

– Пусть идёт в задницу, – скривился Фэйтон.

– Пора возвращаться во дворец, ваше высочество.

Фэйтон кивнул, качнулся было снова, но сумел устоять. Принц бросил последний задумчивый взгляд на женщину в капюшоне, будто пытаясь вспомнить что-то важное. Или – понять?..

Но потом медленно развернулся, и зашагал прочь за своим придворным. Повозка была готова отправиться в путешествие и Том уже ждал свою молодую жену, нетерпеливо поглаживая повод.

Вдруг по мощённой мостовой раздался топот коней и Анна замерла, узнав в первом всаднике Сейрона.

Видимо, все герои её драмы решили выйти под занавес на авансцену для поклона? При виде младшего брата Фэйтона она с трудом удержалась, чтобы не побежать. Этот человек, несмотря на свою крайнюю молодость, внушал её настоящий страх.

Сейрон спешился, не глядя бросив поводья ближайшему солдату, стремительно подлетел к Фэйтону, грубо хватая брата за воротник и рванув его на себя:

– Где были? Уже сутки ищут!

– Отстань, – процедил Фэйтон, тяжело дыша. – Сам разберусь.

– Разберись дома! Отец взбешён, мать в слезах, дядюшка готов праздновать победу. Ты, чёртов идиот…хочешь просрать королевство ради борделей?

– Забирай его себе, коль так надо. Оставь меня в покое. Оставьте меня в покое вы, все, – тихо проговорил Фэйтон, глядя в сторону Анны.

Его взгляд скользил по девушке в капюшоне. И Анне казалось, что он пробирается сквозь толстую кожу и проникает ей прямо в душу. Хотя сам принц, вероятно, видел лишь непонятную тень.

Сейрон отступил, отпуская воротник старшего брата. И тоже взглянул в сторону повозки, ожидающей отправки.

– Едем домой немедленно. Иначе я самолично отвезу тебя обратно в замок, даже если придётся привязать тебя канатами и волочь верхом на лошади.

Фэйтон пожал плечами, видимо, решив подчиниться приказу младшего брата. Сделав неуверенный шаг вперёд, он чуть пошатнулся, но вовремя ухватился рукой за ближайшего гвардейца, восстанавливая равновесие.

– Иногда я думаю, что всё королевство не стоит одной женщины, – пробормотал Фэйтон себе под нос и сердце Анны сжалось и начало таять.

– Меньше пей – будешь меньше говорить глупостей, – раздражённо ответил Сейрон, потянувшись за поводьями своего коня. – Ты названный наследник трона. Давай, двигай.

Фэйтон послушно направился вслед за братом, притормозив на секунду возле Анны. Её душа мысленно застонала от знакомого ощущения горя и потери, однако, Фэйтон прошёл дальше. Он напоминал в этот момент пустую оболочку, какой Анна чувствовала себя накануне вечером.

Повозка тронулась следом за королевским отрядом. Томас сел рядом с кучером, не досаждая Анне излишним вниманием. Они направлялись в доки, где, надеялись, корабль, что должен был отвезти их домой, уже прибыл.

Они неспешно катились по мощённым улицам, сопровождаемые тихими звуками колёс и поскрипыванием дерева. Снаружи доносились звуки города: скрип тележный осей, звон кузниц, грохот ставящихся бочек – обычные звуки повседневной жизни.

Анна сидела в тени навеса, закрыв глаза. Когда же она избавится от Фэйтона? Он внутри неё, а она – внутри него. Он чувствовал, что она рядом. Но не понял этого. Он – её рана из тех, что даже закрывшись будут давать о себе знать даже спустя годы. Ничего с этим не поделать.

Солнечный Фэйтон…

Сумеречный Сейрон. Она боялась даже думать о младшем брата возлюбленного, словно сама мысль о нём могла притянуть в её жизнь неприятности.

Жилые кварталы сменились торговыми площадями, мастерскими и лавками мясников, бакалейщиков, продавцов ткани, ремесленников. Чем ближе подъезжали к гавани, тем сильнее становился запах соли, рыбы и морской воды.

Вскоре, выглянув в окно, Анна увидела море за крышами домов. Подул свежий ветер, наполняя воздух запахом свободы. Это напомнило Анне о надежде.

Тома заботило лишь одно – успеть на судно. Для Анны было важно оставить позади старый мир, избавиться от боли прошлого и начать, наконец, новую жизнь.

Наконец они прибыли в порт. Огромные корабли стояли у причалов. Грузчики суетливо перемещали тюки и ящики. Моряки проверяли снасти и подтягивали паруса.

Том вылез первым, помогая беременной жене спуститься с повозки.

– Вон он, наш корабль, – кивнул он, на старое, но крепкое судно с названием «Голубая Чайка».

Анна осторожно шла за мужем, осторожно ступая по деревянному настилу. Озабоченно наблюдая за происходящим. Матросы усердно занимались подготовкой корабля к плаванию. Капитан лично руководил работами.

– Добрый день, уважаемый господин, – обратился к нему Том. – Мы пассажиры, оплатившие билеты заранее.

Капитан окинул пару оценивающим взглядом:

– Ваши имена?.. Да, такие числятся в списках. Ваша каюта внизу, вторая слева. Готовьтесь. Через час отчаливаем.

Анна облегченно вздохнула. Ей натерпелось очутиться далеко отсюда, уйти от воспоминаний и лиц, связанных с прошлым.

Каюта оказалась маленькой, но уютной. Освещённой тусклым светом лампы. Обстановка тоже оказалась простой, но уютной.

– Мы почти на месте, – улыбнулся Том. – Скоро будем жить вместе долго и счастливо. Можете отдыхать, сударыня.

– Можно мне подняться, когда будем отплывать?

– Почему нет? – пожал Том плечами.

Корабль стоял у самого пирса, окружённый толкотнёй грузчиков и шумом порта. Над головой хлопали паруса, натягиваемые матросами. Звенели цепи якоря, поднимаемого из глубин моря.

Анна остановилась у поручня, глядя на берег. Город постепенно отдалялся. Становился серым пятном среди голубых волн. Толпы прохожих растворялись вдали. Улицы превращались в тонкую линию горизонта.

Океан наполнял лёгкие воздухом. Рядом, на высокой мачте развевался парус, ловя морской ветер. Чуть слышный плеск волн создавал успокаивающий ритм, смешиваясь с криком чаек, кружащих над кораблём.

Анну охватило странное чувство освобождения. Вместе с берегом отдалялись и её страдания. Новая жизнь открылась перед ней, полная надежд, наполняющих её иссохшее сердце.

Корабль плавно двигался вперёд, оставляя за собой пенистый след. Порт исчезал из вида, сливаясь с горизонтом. Анна крепко держалась за поручень, каждой клеточкой кожи ощущая прохладный солёный ветер, бьющий в лицо.

Внезапно из-за облаков показалась огромная фигура дракона. Крылья его раскинулись настолько широко, что отбрасывали тень на всю палубу.

Дракон опускался ниже, пролетая над морем, создавая волны своими могучими сильными крыльями.

– Сукин сын! – прорычал боцман. – Проклятый ублюдок, отродье воскаторской шлюхи! Закрепляйте верёвки, ребята. А то мы тут перевернёмся вверх дном.

Дракон и его всадник не обращали внимания на поднятую ими суету.

Том подошёл и встал рядом с Анной.

– Кто всадник? – спросила она тихо, не отрывая взгляд от неба с парящим на нём чудовищем.

– Его высочество принц Сейрон, конечно. Мальчишки так и кружат вокруг вас, моя дорогая жена. Словно привязанные. Сами того словно бы не понимая. – Чудовище словно ищет вас.

– Которое из двух? – прошептала Анна, чувствуя, как холодок ужаса течёт по позвоночнику.

– А есть разница?

Тем временем дракон, взмахнув крыльями, стал вновь набирать высоту, отдаляясь.

– Без разницы, пока не найдёт, – уверенно ответила Анна.

Дракон и его всадник уже были далеко, поднявшись высоко в небо. Взгляд Анны блуждал по поверхности океана, ища успокоение в мерцании солнца на воде.

Корабль продолжал двигаться вперёд. Море предлагало надежду. Море предлагало побег. Вода – единственная защита от пламени дракона.

Анна стояла неподвижно, вцепившись руками в деревянные перила. Потом, повернув голову, взглянула на мужа.

– Мне страшно, – признавалась Анна неожиданно, поражённая собственным откровением.

– Понимаю, – кивнул он. – Мне тоже тревожно. Но давай позволим себе надеяться на лучшее?

Их взгляд устремился к линии горизонта, где солнце вот-вот начнёт погружаться в воду, окрашивая океан яркими оттенками оранжевого и розового.

Корабль покачивался на волнах. Паруса полоскало ветром, шептавшем о новом пути. Впереди была целая жизнь, а время, как известно, лечит любые раны…

P.S.

Но где-то там, за облаками, невидимый глазу наблюдатель – гигантский дракон – спокойно наблюдал за уходящим кораблём. Следуя своим загадочным целям, он остался ждать подходящего момента…