Текст книги "Вихрь неизбежности (СИ)"

Автор книги: Джейн Астрадени

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

– Мы на джамранских легальных стимуляторах.

«Ах, да! Шакренское снотворное, джамранское антиснотворное…».

– Интересно, – сказала Женя, обходя очередную решётку и разглядывая кристаллы в ячейках. – И как вы собираетесь передать звук в вакууме… Я, конечно, не полагаюсь только на теоретическую физику и вполне допускаю, что с нынешними технологиями, но… По всем параметрам это невозможно.

«Ой!»

– Это так, – кивнул Егор, на время отрываясь от приборов. – Однако не во всех вариантах стоит рассчитывать на классическую физику. А что касается передачи звука в вакууме… Такие исследование проводились на Земле, ещё в двадцать первом веке, но не нашли должного применения. Испытания так и не вышли за пределы лаборатории и тем более не достигли космических масштабов.

– А шакрены такими вопросами не задавались, – подключился к обсуждению Фиримин. – Не до того было.

– Зато джамрану… – Хрусталёв улыбнулся. – Впереди галактики всей. Недавно мы на БЗИКе возобновили эксперименты, на основе «эффекта асаро».

– Эффект асаро?

– Превращение звуковой волны в энергию. Энергия проходит сквозь вакуум за счёт алмазов-накопителей, где и аккумулируется, и физически ударяет по объекту. Но мы рванули гораздо дальше! И научились передавать саму звуковую волну.

– Не преувеличивай, – скромно добавил Фиримин. – Всего лишь модифицировали эффект асаро, применив пьезоэлектрический эффект, точнее пьезоэлектрические свойства кристаллов. В нашем случае – это кварц.

– Это он? – Женька дотронулась до ближайшей решётки. И почему-то с грустью вспомнилась семейная пирамидка. Тоже кварц.

– Да.

– А почему кварц?

– У кварца наиболее подходящая структура… Для того, что мы задумали, – пояснил Егор и вернулся к работе. Когда Женя вошла, иженер возился с яйцевидной пупырчатой штуковиной. А Фиримин с воодушевлением принялся объяснять Евгении, что и как будет происходить.

– … Для этого мы и собрали риктонитовый щит с кристаллами и кварцевую решётку. Звук, создаваемый определённо настроенным камертоном, реагирующим на аномалию, как бы совершит прыжок через вакуум, разделяющий щит и решётку из пьезоэлектрических кристаллов. Таким образом, они сгенерируют электрическое поле и внутри аномалии, сжимаясь и растягиваясь под действием звуковых волн. В итоге, электрическое поле изменится в соответствии с настройками камертона.

– Бррр, – тряхнула головой Женя. – Но в целом я поняла. И каков механизм?

– Когда звуковая волна достигнет кристаллов щита, электрическое поле, связанное с ним и проходящее через вакуум, изменится и деформирует кристаллы кварцевой решётки, порождая в них резонансные звуковые колебания необходимой тональности, регулируя полярность ионов.

– А для верности, – вмешался Егор, – мы снабдили щит алмазными отражателями. Синтезировали из кристаллов асаро, ещё на борту Рэпсида…

– И никто об этом не догадывался?

– Конечно нет. Но тогда мы не знали, куда собираемся их употребить.

– Когда только всё успели?

– Мы вплотную работали над проектом больше фазы. И шакренско-джамранские технологии нам в помощь.

– А скажите-ка мне, – Женя отошла за щит, типа изучая, и незаметно разжевала две телепатические таблетки. – Как вы собираетесь доставить эти кристаллические громадины прямо в аномалию. Катером отбуксируете? И все вместе сгинете…

– Не прямо в аномалию, а к внешней воронке вихря, – ответил Фиримин. – Сначала настроим, вызовем эффект, а потом запустим.

– С помощью модифицированного ускорителя на основе линдрийского миди-кипа, – Егор постучал по «яйцу» и небрежно добавил. – Моя идея. Ускорители не надо возвращать, если что. Координаты установим заранее, опять же, с помощью устройства кипа.

«Как иногда полезно подбирать в космосе младенцев!»

– Такую огромную штуку? – Женька прошлась вдоль рядов щитов и решёток, постепенно утрясая мысленный сумбур в голове. – Как я понимаю, это только части.

Таблетки подействовали, вызвав сперва умственную неразбериху и шквал чужих эмоций.

– Верно, – кивнул Фиримин. – Целиком они не поместились бы ни в одном ангаре. Мы отбуксируем их в сложенном состоянии вместе с камертоном к входу в аномалию, а там развернём и расположим в нужной последовательности, используя дистанционное кип-управление.

– И останется только ждать, – мечтательно промолвил Егор.

– В сон клонит… – Женя притворно зевнула и свернула разговор. – Пойду я…

Теперь она знала наверняка, что задумали заговорщики, отчего испугалась до гатраков с чёртиками.

– Спокойной ночи, – машинально откликнулся Егор, и они с Фиримином занялись вторым «яйцом».

Женя вышла из транспортного, стиснув ладонями виски и сохраняя спокойствие… Уселась прямо на полу у входа в отсек и сидела так, уткнувшись лбом в колени, пока не закончился телепатический эффект…

«Что теперь будет?!»

Она услышала в мыслях учёных такое! Такое! Они и не собирались ничего исправлять…

В рубку Евгения не пошла, ибо не знала, как себя вести, что делать, и о чём говорить. У неё дрожали коленки и тряслись руки…

«Все обманывали меня, кроме Зверя и Гэбриэла… Даже Влад! Сказать капитану? Не-ет…».

Вряд ли это поможет. Ему всё равно. Он заключил сделку. Женя решила пока затаиться. Чтобы её не раскусили и не нейтрализовали. Раньше времени… прежде чем она придумает, как им помешать… Да-а… Где её коммуникатор с Рэпсида?!

Евгения успокоилась, добралась до подходящей каюты, с кроватью, предварительно спросив дорогу у Зверя.

«Утро вечера мудренее» – гласила известная пословица. И по закону подлости Женьке удалось заснуть лишь под утро, условное. Всю условную ночь она ворочалась, терзалась страхами и прокручивала в голове разные ужасы.

«И никто не поделился со мной джамранскими стимуляторами».

Даже Рокен, норовивший время от времени угостить её, ради эксперимента, своими свежеразработанными геномчиками.

Наконец усталость сморила её, и страхи сменились кошмарами… Во сне Женька видела бесконечно вращающиеся аномалии и белые вихри, срывающие с орбиты станцию и уносящие далеко за пределы галактики…

Утром Евгению разбудил трубный глас Зверя. Он гудел как пароходный гудок, созывая импровизированную команду на завтрак – к пищевому синтезатору и в рубку. Дух корабля проникся приключениями и нежился в излюбленной стихии. И путешествие ему нравилось… До первой серьёзной опасности.

– Посмотрите на это! – объявил Гэбриэл, когда все собрались в рубке. – Пока вы спали, к нам пожаловали…

«Кто спал, а кто и замышлял…».

На обзорном экране клубилась тьма, и таинственно мерцал из глубины белый карлик, как жемчужина света в мутной воде… А на фоне туманных сгустков разворачивался неизвестный корабль без опознавательных знаков, в форме трезубой вилки.

«И здесь «пси»… Хи!» – раздражённо подумала Женя.

– Чудно, – нахмурился ЗуЗоор. – Линдрийский транспортник переделанный в хиганский штурмовик.

– Или бакарданский шпион, – предположил Борек. – Эта раса притворщиков и параноиков вечно использует замаскированные под соседей звездолёты для проникновения на джамранские территории…

– Ясно одно, – подхватил Рокен, – кто-то намерен нас опередить.

– Кто бы он ни был, – подытожил Гэбриэл. – Похоже, не мы одни охотимся за джамранскими «сокровищами».

Звёздная дата – 1.7. Как тесен космос!

1.7.1 – Сексдукцтивный террор

«Безобразие! Какое верное слово…» – подумала Тери.

– Я задал тебе вопрос, – напомнил Талех. – Отвечай.

– ДНК-преобразователь.

– И что сие значит? – нахмурился командор, охваченный нехорошими предчувствиями.

– Эта штука – какое-то генетическое копьё и как-то изменит мою генетическую структуру, переделав в традиционалистку…

– А ты часом не бредишь? – настороженно поинтересовался брат, участливо разглядывая сестру, только что гены ей не сканируя, на предмет вирусного патогена безумия.

– Нисколько…

И Тери рассказала брату всё, что узнала от традиционалиста.

– Значит, семьдесят два часа? – уточнил он.

Териза кивнула.

– Время идёт, – командор выразительно посмотрел на сестру и на старлетта. – Что скажете?

– Там бомба? – предположил младший офицер.

– Я так не думаю, – Тери покачала головой. – Это – генопреобразователь.

– Да, но это не означает, что туда не может быть вмонтировано взрывное устройство, – заметил старлетт.

– А смысл?..

– Ваши доводы конструктивны, – оборвал дискуссию Талех, – но что-то мне подсказывает…

– Командор! – позвал его из спальни коллега. – Вы должны это видеть.

На лице командора отразилось беспокойство, но лишь на миг, и в спальный отсек Талех проследовал совершенно хладнокровно. Бесстрастно окинул взглядом беспорядок, устроенный… Известно кем. Оголённый матрац, разбросанные подушки, одеяло с простынёй, сваленные и скомканные на полу. Пластиковая кукла в носках и…

– Что это? – брезгливо удивился командор, двумя пальцами поднимая с пола парик, свалившийся с манекена при падении. – Откуда это здесь? И зачем?

Но его вопрос так и остался без ответа.

– А вот что обнаружилось под кроватью, – дэвхар протянул Талеху коммуникатор, где всё ещё мигал сигнал тревоги. – Переговорное устройство вашей жены?

– Да, – командор забросил парик на кровать, забрал у коллеги пластинку и отключил маячок.

– Что такое? – поинтересовалась Тери, заглядывая в спальню. – Коммуникатор?.. Это я нашла и включила. А, э-э… Женщина тут лежала.

Она сочувственно подняла глаза на брата. Тот застыл с каменным лицом, сжимая пластинку. Казалось, она сейчас треснет под его пальцами.

– Еву что, похитили? – нарочно предположила Териза.

Сама-то она в этом сомневалась. Ох, как сомневалась! Чувствуя, что здесь кроется нечто очень запретное, если не сказать противозаконное, но… Умышленно попыталась направить расследование по неправильному руслу. Поскольку с некоторых пор отчаянно симпатизировала Еве и не хотела ей неприятностей.

– Никто её не похищал, – заморожено ответил Талех.

Он повернулся к заглянувшему следом за Тери офицеру и указал ему на манекен.

– Что это?

– Это? Женщина… Пластиковая, – недоумевая, ответствовал старлетт.

– И без тебя вижу, что не мужчина. Как она сюда попала?

В тихом голосе командора забряцала сталь.

– Я-а… Н-не з-знаю… Т-талех А-Дджаммар… С-сюда… От-тсюда н-никто…

Младший офицер покрывался красными пятнами и заикался.

– Отвечайте по уставу!

– Т-так т-то…

– Звание!? Имя!? Генометрика!? Принадлежность!? Когда заступил на пост?

– Старлетт Нирек Юдат А-Джаммар! – офицер вытянулся по стойке смирно. – Заступил на пост в тринадцать ноль-ноль по Ролдонскому времени, сменив караульного Боббэрота. Докладываю! С этого момента в каюту никто не входил и не выходил…

– Та-ак… – свирепо протянул Талех, и Териза вжалась в переборку.

Да уж, Еве бы она не позавидовала. Если бы джамрану вообще испытывали подобные чувства…

– Я кое-что выявил, – сообщил второй дэвхар, появляясь на пороге спальни и с пристрастием разглядывая манекен.

– Что ещё? – недовольно откликнулся командор.

– Ненадёжность резервного помещения. Туда легко проникнуть из-за слабой защиты. Не подключены силовые поля…

– Знаю, – отозвался Талех. – В этом не было необходимости. К тому же, резервную систему так и не отладили до конца. Энергореле перегорели, пришлось отключить и перенаправить энергоресурсы на питание основных блоков. Оставили на потом, а потом – всё закрутилось. Я элементарно запамятовал…

Тери и Нирек даже рты пораскрывали.

Чтобы джамрану вот так – сам, публично признался в своём промахе? Невероятно!

«Видать, комета мимо пролетала», – пробормотала Териза себе под нос.

– Вас никто и не упрекает, А-Джаммар, – заметил первый дэвхар. – Это ваша станция, и здесь вы хозяин. Вам решать, что ремонтировать в первую очередь.

– Я оплошал, – вздохнул Талех. – Не ждал подвоха, с той стороны…

– А вообще, я к чему, – спохватился второй дэвхар. – Традиционалист вполне мог проникнуть сюда оттуда и притащить с собой эту… вещь.

Он кивнул на манекен.

– Зачем ему это? – усмехнулся Талех.

– Похитить Еву и заменить куклой, – быстренько вмешалась Тери, следуя за ветром [59]59
  «Следуя за ветром»* – крылатое джамранское выражение. Всё равно что «куда ветер дует».


[Закрыть]. Так как понимала, что жена брата теперь на заметке у тэрх-дрегор. Нет, Териза и не помышляла о худшем. Но ведь Ева – теперь её названная сестра, и явно зачем-то и куда-то… тайком отлучилась…

– Наверняка он взял её в заложники и спрятал, пока… – Териза осеклась под тягостным командорским взором, осознавая всю бредовость своего заявления.

– Тери, – проговорил Талех, обходя её кругом и рассматривая с головы до ног, – я не уверен, что именно вытворил с тобой этот традиционалист. Но генетические изменения плохо сказываются на твоём разуме…

– Что ещё за изменения? – осведомился первый дэвхар.

– Об этом позже. А сейчас… – Талех нахмурился. – Радех не мог похитить Еву, потому что её здесь не было… Правда, Териза? И тем более он не знал о существовании коммуникатора. Как и некоторые…

Он так красноречиво вперился в старлетта, что Териза предпочла проглотить собственные возражения. Во избежание…

– … не уловили присутствия в каюте чуждого элемента.

– Но, командор… – принялся оправдываться старлетт.

«Тупой или храбрец? Или тупой храбрец…».

– Приведи сюда Боббэрота. Немедленно! И вызови сапёров и техников. Снять эту штуку с потолка.

– Есть, командор!

– Только окезов, а не джамрану…

Пока Нирек отсутствовал, Талех лаконично ввёл коллег в суть дела относительно болтающегося наверху диковинного устройства…

– Зэ-йдэх… – задумчиво проговорил один из дэвхаров. – Так это называется?

Тери кивнула.

– Занятно…

– Полагаю, – подхватил второй дэвхар, – технологии традиционалистов ушли значительно дальше наших.

– Кое в чём, – заметил Талех, – но, очень надеюсь, что не во всём.

– Я имел в виду генную инженерию и биогенные технологии.

– Я тоже, – невозмутимо ответил командор.

– Но подобная методика генопреобразования нам неизвестна…

– Талеха! Хозяина! – в каюту протиснулся гатраноид. – Бобо тут! Приказывайте!

– Бобо? – Талех вскинул брови.

– Бобо-Бобо, – радостно закивал тот, протопав к нему. – Так Ева говорит…

Он тут же увидел манекен, замер на секунду и осклабился, тыча в пластиковую куклу могучим пальцем.

– Ева Талехи придумала. Весело?

И гордо:

– Бобо сам дотащил!..

– Д'ыждг'а [60]60
  Д'ыждг'а* – самое непристойное гатракское ругательство. Буквально, в просторечье – «недогрызок». Общее значение – выродок, ублюдок, неудачный продукт симбиогенеза.


[Закрыть]! – с холодной яростью выругался Талех.

Гатраноид моментом побурел в тех местах, где проглядывали участки человеческой кожи, и зажал себе ручищами рот.

«Хоп-хлоп!»

– Скажи-ка, Боббэрот. Где Ева? – с вкрадчивой угрозой в голосе поинтересовался командор, выпустив хлыст.

Боб отнял конечности от лица и с опаской покосился на хозяина.

– А зачем?

– Мы тоже хотим так повеселиться, – Талех улыбнулся телохранителю и многозначительно пнул манекен, поигрывая хлыстом.

Гатраноид убрал руки за спину и затряс иглами.

– Боб не знает…

– А если подумать?

– Боб не знает! – заупрямился Боббэрот, мотая головой из стороны в сторону.

– Как бы башка у него не открутилась, – тихонечко хмыкнул старлетт.

– Молчать!..

Щёлкнул хлыст.

Вздрогнули даже дэвхары.

– Боб! А если хорошенько подумать?

– Бобо не умеет думать…

– Что-о?!..

– Ева велела молчать, а Бобо любит Еву, – упорно бубнил гатраноид.

– Тогда, – процедил Талех сквозь зубы, – Бобо лишается кубиков. На неопределённый срок.

Гатраноид только жалобно вздохнул и твёрдо сжал губы.

– Возможно, его не посвящали, – вступилась Тери. – А Еву всё-таки похитили или… Талех! Не делай из этого трагедию. Помнишь, как на Рахторе ты сбегал на генетические ночные пляски, тайком от отца? Тоже сооружал из подушек якобы спящего, а мы с сестрицей тебя прикрывали…

Старлетт фыркнул, дэвхары переглянулись, а Талех убрал хлыст и сурово уставился на сестру.

– Что за глупости? Какие, к гатраку, пляски?! Здесь не Рахтор, а Ева не джамранский подросток.

– Я просто…

– Помолчи.

И раздосадованный командор связался по коммуникатору с агентом службы безопасности.

– Проверьте регистрационные списки и биограммы отбытий. Выясните, кто из персонала, включая учёных, покидал станцию в ближайшие тринадцать… Нет, двадцать шесть часов. Особенно в промежутке между десятью утра и четырнадцатью пополудни.

– Будет сделано! – донеслось из коммуникатора.

– И мне доложите… Итак, – Талех отключился и обвёл взглядом остальных. – Предоставим это моим агентам. А сами пока разберёмся, что за подарочек нам подбросили традиционалисты.

И как раз сапёры с техниками подоспели. Но после череды неудачных попыток, выяснилось, что достать, убрать и обезвредить зэ-йдэх совершенно невозможно. Известными средствами. Копьё с шипами генерировало энергетический оборонительный щит, выстреливая при этом жгучими разрядами и ударяя направленными силовыми потоками. Несколько окезов и землян свалились с ожогами и травмами различной степени тяжести. Остальные джамрану не пострадали. Талеху снова пришлось вызывать команду, теперь – медпомощи. И командор по-прежнему настаивал на том, чтобы медицинская бригада состояла не из джамрану. Дэвхары, разумеется, сообразили к чему такие меры предосторожности.

– А где гарантия, что ДНК-преобразователь не повлияет на другие виды? – выразил сомнение один из коллег Талеха.

– Это лишь моя версия, – ответил командор. – Гарантий нет. Просто я сопоставил кое-какие условия в сочетании с переменными. И предположил, что для абсолютного запуска генофизических изменений требуется непосредственное сконцентрированное воздействие. Так, Тери?

Териза утвердительно кивнула.

– Поэтому, я всего лишь подстраховался. Но, согласно основной парадигме, чтобы благополучно превратить всех джамрану на станции в традиционалистов путём ненаправленного, то бишь рассеянного, геномного излучения, необходимы как минимум два обстоятельства. Более длительный срок и дополнительные источники энергии со вспомогательными устройствами.

– Уже три, – заметил второй дэвхар.

– Пусть так… В противном случае, мощности и времени у него не хватит. Насколько я в этом разбираюсь…

– Тогда, вероятно, – откликнулся первый дэвхар, вдумчиво разглядывая зэ-йдэх, – источник энергии ДНК-преобразователя находится где-то на станции.

– В этом я уверен, – согласился Талех. – И наша задача его отследить. А также, понять, откуда он берёт дополнительные ДНК-ресурсы.

– Как?

– Это же так очевидно! – воскликнул второй дэвхар. – Модуль.

Сотрудники тэрх-дрегор переглянулись. Териза и Нирек сразу почувствовали себя лишними. А Бобу было всё равно. Он переживал за Еву, игольчатой статуей скорби оцепенев в спальне.

– Точно! – осенило Талеха. – Действие зэ-йдэх не связано с кольцом управления…

Он поспешно нажал вызов на коммуникаторе, и в тот же миг входящий сигнал перебил исходящий. На запрос командора эхом откликнулся начальник службы безопасности:

– Чрезвычайная ситуация!

– Доложите обстановку!

– Сопла модуля выстреливают энергетическими снарядами… Они проникают сквозь перекрытия, не причиняя вреда! Ничего не понимаю! Никаких разрушений, никто не пострадал…

– Проклятье гатраков! Включить силовое поле!

– Подняли, – отозвался Дравал. – Окружили! И оно не сдерживает…

Талех не раздумывал ни секунды.

– Выбросьте модуль из ангара. В открытый космос, подальше. Тотчас! И укрепите щиты. На сто процентов.

И прибавил чуть слышно:

– Вдруг сработает…

Сработало!

Едва кораблик очутился в вакууме по ту сторону шлюзовых переборок, как энергетическая атака прекратилась. По крайней мере, через обшивку ничего не просачивалось.

– Что теперь? – хором поинтересовались дэвхары.

Вместо ответа Талех отдал приказ службе безопасности:

– Запустите полное сканирование и видеослежение. Проверьте отсеки, каждый уголок станции. Особенно те участки, куда угодили снаряды. Испариться бесследно они не могли. Вероятен незримый ущерб…

– Есть, командор!

– После доложите о результатах…

Не прошло и десяти секунд.

– Результаты! Энергетические сгустки материализуются… В обручи?.. И… трансформируются в спирали. Впервые такое вижу… Но все системы функционируют в норме.

– Отслеживаемая закономерность?

– Пока не наблюдаю… Постойте! Разве что… Все материализовались в каютах и ни одного на палубах.

– В каких каютах?

– Джамрану… Исключительно в джамранских каютах… Удлиняются и пульсируют!

Тери живо смекнула, что к чему.

– Отследить все! – распорядился командор. – И всех. Полное видеонаблюдение.

– Но…

– Выполняйте приказ!

– Есть!

Дравал на время выпал из эфира, а через пару минут Талех не выдержал и спросил:

– Что происходит в каютах?

– Э-э, у-у… мммм, – промямлил окез. – Мне неудобно об этом говорить…

– Понятно, – усмехнулся Талех. – Отключайте видеослежение.

И мягко обратился к Тери:

– Значит, зэ-йдэх заряжаются от обмена… Так?

Териза лихорадочно закивала. Нирек стоял с вытаращенными глазами. А дэвхары больше ничему не удивлялись.

– Именно так, – подтвердила Териза. – Только Радех употреблял другой термин – «наполнен» или, скорее, «заправлен».

– Ничего себе копьё! – первый дэвхар хмыкнул. – Стержень, напичканный трансдукцтивными геномами? Эдакий генетический картридж.

– Интересно, – задумчиво произнёс командор, пристально изучая сестру. – Какой такой обмен его, гм, наполнил…

И Тери, не выдержав испытующего взгляда, уставилась в пол.

«Брат обо всём догадался, – решила она. – Просто не хочет обсуждать это при коллегах».

– Генетическое вторжение!? – опомнился старлетт.

– Хуже, – ответил командор. – Сексдукцтивный террор. Сие означает, что в течение последующих семидесяти двух часов на станции не останется ни одного реформиста. Включая и нас с вами. Вернее, нас – в первую очередь. Мы в эпицентре. Так или иначе, все джамрану преобразуются в традиционалистов.

– А шипы отрастут? – заволновался Нирек, азартно поблёскивая зрачками.

– Если бы только, – Тери поморщилась, украдкой расчёсывая запястья. – Изменится структура мышления, система ценностей, мировоззрение…

– И возникнет непреодолимая преданность традиционалистскому капитану, – добавил Талех. – Благодаря некоторым…

– Непостижимо! – восхитился второй дэвхар. – Они достигли небывалых высот в генной инженерии, ибо нашли способ так масштабно и глобально воздействовать на психику взрослых джамрану генетическим путём.

– Но, ведь, – возразил старлетт, – на станции не только джамрану.

– Естественно! И когда Радех получит чрезвычайно преданную ему и многочисленную армию традиционалистов, то подчинить остальных не составит труда.

– Без боя они не сдадутся!

– А кто сказал, что они смогут драться? – усмехнулся Талех. – Уверен, на кораблике Радеха достаточно средств, для убеждения… Из того самого неучтённого арсенала, что мы прозевали. Да и наши лаборатории не пусты. Отнюдь.

– Зато, мы ещё можем это остановить, – заметил первый дэвхар.

– Конечно, – ответил Талех и связался с дежурным центрального коммуникационного узла. – Офицер, перетранслируйте моё объявление по всей станции. Режим голосовой передачи…

«Внимание! Всем джамрану! Слушайте приказ командора. Немедленно прекратить генетический обмен! За невыполнение – смертная казнь! Повторяю! Смертная казнь!..»

Талех озвучил сообщение несколько раз.

«На любые генетические обмены наложен запрет до специального разрешения! Иначе, наказание неминуемо».

– Круто, – уважительно подметил Нирек.

– Дравал! – командор снова вызвал начальника службы безопасности. – В случае неповиновения, вытаскивай нарушителей из кают, как есть, и конвоируй в тюремный блок.

«Что-то я уже сомневаюсь, что традиционалисты страшнее», – тихонько бурчала Тери себе под нос.

– А-Джаммар, – напомнил Талеху один из коллег. – На станции проживают не только джамрану. Представители других рас тоже могут… Сами понимаете.

– Он прав, – подхватил второй дэвхар. – Это, разумеется, не одно и то же, но и тогда происходит незначительный и неконтролируемый обмен генами. В процессе. Кто знает… Лучше перестраховаться.

– Безусловно, – ответил Талех и обратился к офицеру по связи:

– Я всё ещё в эфире?

– Так точно, командор!

– Внимание! Дополнение к приказу! Джамрану, реализующие обмен с не джамрану. А также все прочие гуманоиды и негуманоиды, занимающиеся сексом, любовью, размножением… Приказываю кончить!..

Станция резко погрузилась в молчание… Талех нахмурился, мысленно подбирая более подходящее слово.

– В смысле, прекратить! Всё, что вы там делали наедине, за закрытыми дверями и даже под одеялом – вдвоём, втроём, вчетвером и так далее.

Через минуту.

– А в карты играть можно? На деньги… – робко послышалось в ответ среди всеобщей тишины. – Или на раздевание…

Вероятно, офицер-связист от волнения по ошибке запустил двухстороннюю трансляцию.

– Гхм!

– Командор, не перегибайте палку, – одёрнул распоясавшегося коллегу один из дэвхаров.

– В карты можно, – разрешил Талех и отключился. – Конец связи… Уф! И никогда не упоминайте при мне, что это я вещал на всю станцию.

Никто и не собирался. Дэвхары ценили своё положение. Старлетт не хотел на гауптвахту. А Тери… Её занимали другие проблемы. У джамранки отрастали шипы, зудели предплечья, и она в смятении натягивала рукава на ладони.

– Итак, подождём, – сказал командор.

Вскоре Дравал сам вызвал его по коммуникатору и сообщил, что все потенциальные «зэ-йдэхи» – обручи и спирали дезактивированы.

– Соберите их, и… – Талех соображал.

– Куда?

– В морозилку, что ли… Покамест.

– А с этим что? – поинтересовался старлетт, указывая на действующее трансдукцтивное копьё под потолком.

– Ответ как всегда лежит на поверхности, – глубокомысленно заметил первый дэвхар.

– Здесь следует установить карантин, – обеспокоился второй. – На случай, если оно всё ещё может влиять в пределах каюты и уже повлияло на нас.

– У нас есть учёные, – вспомнил Талех. – Вот пусть они и разберутся.

И связался с Гилехом.

– Собери всех, кого найдёшь, в малом конференц-зале. Я пришлю туда представителей тэрх-дрегор.

Командор включил Евин коммуникатор и разместил на столике так, чтобы прибор захватил изображение вертящегося под потолком генопреобразователя и подключил голографический ретранслятор.

– Я проецирую изображение в конференц-зал, – пояснил он. – Пусть хоть так посмотрят. А входить сюда по-прежнему не стоит. Вот так… Сигнал есть.

И Гилех из конференц-зала вскоре это подтвердил. Командор удовлетворённо кивнул и отметил:

– Наконец-то эта конференция принесёт хоть какую-то практическую пользу.

Дэвхары с ним согласились. А Талех распорядился, чтобы они явились в биогенетическую лабораторию и сдали генетический анализ на проявление структурных изменений. Все присутствующие, кроме Тери. С ней и так всё было ясно.

Спровадив дэвхаров, Талех повернулся к Ниреку.

– Старлетт!

– Командор?

– Захвати с собой в лабораторию Боба. На обследование мозговой активности. По-моему, у него что-то не так с интеллектом.

– Так точно!.. – ответствовал старлетт, а после не удержался и сдуру ляпнул:

– Он-то и виноват. А я тут совсем ни при чём.

Талех прищурился. Обрадованный Нирек этого не заметил и, думая, что беду пронесло, счастливо отправился выдворять несчастного гатраноида из спальни.

– Старлетт! – окликнул его командор, когда оба незадачливых охранника уже направлялись к выходу. – Потом вернётесь сюда. Будете охранять каюту. И постарайтесь на этот раз никого не упустить.

– Есть! – Нирека распирало от гордости. Ведь ему удалось не потерять доверия главного старшего офицера, в отличие от этого мутанта-неудачника. Боб совершенно поник… А Талех присовокупил:

– В дальнейшем, если всё закончится благополучно, отправитесь патрулировать дальние рубежи. В одиночку.

Радость старлетта враз улетучилась.

– На пол… нет, на целую фазу.

– Есть, командор… – горестно выдохнул Нирек.

– Не слышу.

– Так точно!

– Будет тебе наука, – припечатал его напоследок командор. – Дагена воспитал и тебя воспитаю. Теперь идите.

А Боб от этого даже повеселел и подтолкнул сконфуженного офицеришку в спину.

Как только они удалились, Талех вызвал Миритина.

– Через пять минут в моей секретной лаборатории. И прихвати дежурный чемоданчик.

Затем кивнул Тери.

– Пойдёшь со мной.

– Зачем?

– Побеседовать с красавцем.

– Но он…

– Миритин приведёт его в чувство. Некогда ждать, пока очнётся. Нужна информация о зэ-йдэх. Вдруг мы кругом ошибались. Да и тебя надо спасать.