Текст книги "Стеклянная королева (ЛП)"
Автор книги: Джена Шоуолтер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 27 страниц)
Глава 22
Можно ли выиграть у судьбы? Или уже слишком поздно?
Эшли
Встречаться с Саксоном в полночь или нет? Я хотела этого. Потому что он меня поцелует. Но также и не хотела этого. Потому что он меня поцелует. Поэтому я ходила по своей спальне, размышляя. Когда мой взгляд остановился на следах потертостей, которыми был усеян пол, я замерла от любопытства. Эта комната когда-то принадлежала Саксону. Эти следы могли быть от его сапог. Ему тоже нравилось ходить по комнате?
Я посмотрела на остальную часть комнаты другими глазами. На одной из стен, где была нарисована фреска, росли лианы.
Свечи, источавшие тонкий аромат ванили… его любимый запах?.. мерцали, открывая детали, которые я раньше не замечала. На фреске военачальник с синими крыльями вел армию солдат к поляне, изобилующей разноцветными цветами… на которую падала большая тень.
Рассмотрев поближе, я поняла, что эта тень изображает дракона. Сама фреска, должно быть, представляет войну Крейвена с Леонорой. Неужели он заказал ее как напоминание о том, что никогда больше не должен любить эту ведьму?
Я потерла грудь, чтобы заглушить внезапную боль, но мысленный спор все еще продолжался. «Я хочу его видеть. Но также не хочу его видеть. Но я хочу его видеть. Но и не хочу. Но я хочу. Не хочу. Хочу. Не хочу. Хочу. Не хочу. Хочу. Агрх!»
В конце концов, битва была выиграна и проиграна одной-единственной мыслью. Поцелуй его сегодня вечером и интересно, поцелует ли он Диор завтра?
Это было больно. Лучше держаться подальше от Саксона. Я и так слишком сильно на него полагалась.
Что будет, если я не найду способа убить или даже навсегда подчинить себе фантома? Я была так уверена в своем успехе… в конце концов; но потом она согласилась на предложение Майло.
Что, если я останусь такой же, какой и была, до конца своих дней? Захочет ли Саксон быть со мной?
Я догадывалась каким был ответ, так что нет, сегодня я с ним не встречусь.
Фыркнув, я заперла дверь своей спальни, подперев ее стулом, а затем села за письменный стол, чтобы написать записку для птицоида.
«Мне жаль, но я думаю, что нам лучше пока не видеться.
Э.»
Благодаря заклинанию слежения он не станет беспокоиться, когда я не появлюсь в конюшне. Поймет, что я осталась во дворце.
С запиской в руках я вошла в потайной ход… небольшую темную комнату с лестницей, ведущей вверх, и лестницей, ведущей вниз. Между двумя лестницами находился портал в конюшню. На первый взгляд, это было большое зеркало. Я прошла сквозь стекло и оказалась в пустом стойле, все еще сухом.
Прикрепив записку к деревянной балке, я побродила по окрестностям, пока не нашла своих драконов, спящих в стойле. От одного их вида у меня заныло сердце. Я не хотела их будить, но разбудила. Они вскочили на ноги, радуясь встрече. Но, должно быть, они почувствовали мою грусть, потому что отказывались уходить.
Ничего не поделаешь. Я провела своих малышей через портал, возвращаясь в спальню.
Мы улеглись в постель, малышки прижались ко мне, пока я читала «Маленькую Золушку».
– Это я, – сказала я. – Я – Золушка. Может быть, благодаря вам я быстра как ветер, а? Может быть, вы, дорогие, когда-нибудь подвезете маму?
Пэган посмотрела на меня так, словно я была хорошим маленьким человечком, осознавшим то, что было очевидно и камню.
Насколько умны были мои драконы? Да и вообще любые драконы. Всего за неделю мои малышки научились понимать язык, на освоение которого у меня ушли годы. Ну, не освоения, а использования в должной мере. Мои наставники приходили в отчаяние во время моих уроков, когда меня больше интересовали мечты о «Маленькой Золушке».
Пайр усмехнулась, ее большие темные глаза загорелись.
Мои малышки лизнули меня в щеки, прежде чем устроиться поудобнее. Они задремали, из их ноздрей повалил дым, и я зевнула, готовая и сама задремать.
Нет. Этого не будет. Я все еще отказывалась спать. Леонора не возьмет надо мной верх, а я не буду встречаться с Майло.
Я. Не. Буду. Спать. И точка.
* * *
Я ахнула, мои глаза распахнулись. Что за… «Что?» У меня отвисла челюсть. Я лежала в катакомбах дворца прямо перед закрытой дверью Майло. Точнее, дверью, которая, как я предполагала, принадлежала Майло, поскольку знаки на ней указывали на покои мага и напоминали мне о той, что принадлежала его отцу.
Нахмурившись, я поднялась на ноги. Темные коридоры с каменными стенами и редким факелом образовывали вокруг лабиринт. В холодном воздухе витала пыль. Случайная капля воды упала на пол.
Хватит с меня этих тайных встреч. Я постучала в дверь.
– Впусти меня, Майло. Я знаю, что ты там. – он должен быть там.
Раздались шаги. Дверь распахнулась, показав мага. На нем была свободная туника и кожаные штаны. Его золотистые локоны были растрепаны, словно он проводил по ним пальцами… или это сделала Леонора.
Я сжала кулаки. Что она с ним делала? Что она ему сказала?
Он усмехнулся и заговорил:
– Ты передумала. – затем его ухмылка пропала. – О. Эшли.
– Что вы с Леонорой планируете? Ты жаждешь большей власти, и я это понимаю. Но зачем доверять ей, а не мне, тому, кто знает ее секреты? – предай ее, Майло. Пожалуйста.
Он захлопнул дверь у меня перед носом.
Я постучала еще раз, стучала и стучала, но он больше не открывал.
Меня привлек отчетливое щелканье лапок паука-скорпиона, и я затаила дыхание. Этот звук способен повергнуть в ужас любого. Я побежала… к… секретной… Нет! Арки и коридоры. Где же двери? Потайной ход?
Я затормозила, борясь с паникой.
С потолка упал паук и приземлился в нескольких футах от меня. Страх задушил меня, и я бросилась бежать, а за спиной обнаружила еще одного паука.
Они загнали меня в угол.
Меня ждала смерть в качестве ночной закуски.
Но…
Второй обошел меня, присоединяясь к первому, который поднял одну из передних лап и… указал? Он указывал мне, куда идти? Я… этого не могло быть. Если только он не хотел привести меня в свое гнездо, где миллион его детей-пауков будут пировать моими останками еще несколько дней.
Не оставив мне другого выбора, я последовала в указанном им направлении, шла… бежала… и наконец, пришла к двери, ведущей в потайной ход.
Как только я вошла в свою спальню, тихо закрыла дверь и прислонилась к ней, пытаясь отдышаться. Драконы спали, пока мои мысли не находили места. Несмотря ни на что, я не могла больше оставлять Саксона в неведении. Я должна была рассказать ему правду о Леоноре. Он должен был знать, что фантом строит планы с магом, чтобы у него получилось защититься.
Да. Я кивнула. Я сделаю это. Расскажу обо всем первым делом сегодня утром, до его свидания с Диор. И отвлеку от его цели?
Так я не принесу пользы никому из нас.
Итак. Я расскажу ему об этом после свидания… и узнаю, чего он ждет от меня. Чего хочет.
Я просидела несколько часов. К тому времени, когда солнечный свет пробился сквозь щель в шторах, я чувствовала себя уставшей, но была полна решимости.
Я не передумала. Я расскажу ему. У меня даже был план. Пойду к нему в шатер до начала свидания. Извинюсь за то, что оставила ему записку вчера вечером и не встретилась с ним. Подожду, пока он вернется со свидания. Я расскажу ему правду. Таков был план, и только его я могла контролировать. Что будет потом, зависело от Саксона.
Если он согласится, мы можем вместе попытаться покончить с Леонорой. И разработать план на случай неудачи.
Пока драконы спали, я приняла ванну, почистила зубы и волосы, а затем облачилась в траурное платье. Я снова вошла в потайной ход, поднимаясь по той же лестнице, но останавливаясь перед каждой комнатой, чтобы заглянуть в маленькие отверстия, размышляя, где же выйти.
Слуги приступали к дневным хлопотам. С бриллиантовых ваз вытирали пыль. Бархатные занавески отбивали палками, удаляя пыль и мусор. Зажигали свечи.
Оказалось, что мне не нужно было выходить через комнату. Проход вывел меня прямо на улицу. Солнце обрамляло заднюю часть дворца, создавая ореол, который отбрасывал оттенки розового и фиолетового на мощеную дорожку, ведущей к королевской конюшне. Живописное здание из темного дерева и медного обрамления.
Я взяла уздечку и направилась к стойлу, но столкнулась с Евой.
Прекрасная птицоид одарила меня широкой улыбкой.
– Твоя выносливость значительно улучшилась, но твои навыки слежки требуют дополнительной работы.
Я подняла уздечку, которую уронила.
– Это Саксон послал тебя за мной?
– Куда ты направляешься? – спросила она, проигнорировав мой вопрос.
Я восприняла это как «да».
– В шатер Саксона. – разозлится ли он на меня? Обидится? Поймет? Что бы я предпочла? – Не подкинешь меня? – это сэкономит время.
– С удовольствием. – она прислонилась плечом к деревянной балке, в ее серебристых глазах появился расчетливый блеск. – За определенную цену.
– Чего ты хочешь? – спросила я, вздохнув.
– Меч и кинжал, которые ты подарила Саксону. Я хочу себе оружие.
Я сжала губы. Хоть мне и нравилось, что моя репутация как мастера качественного оружия уже распространилась, я не хотела создавать прецедент и брать слишком мало за свои творения. Да, я хотела добраться до Саксона как можно быстрее, но теперь я была матерью. Мне нужно кормить детей. Когда я могла продавать, собиралась это делать.
– Хоть я и очень скромна в отношении величия к своему мастерству…
– Очень скромна?
– …Я знаю, что моя работа слишком ценна, чтобы променять ее на десятиминутный полет.
Раздался щелкающий звук, и я отреагировала так же, как и прошлой ночью: затаила дыхание, каждый дюйм моего тела напрягся. По балке, к которой прислонилась Ева, полз паук-скорпион… паук-скорпион?
– Эм… Ева? Не поворачивайся, но…
Существо размером с кулак запрыгнуло к ней на плечо… она встала так, словно ей было все равно.
– На тебе паук, – прокричала я.
– И он опоздал на одну минуту, эта маленькая опоздавшая милашка. Ее зовут Фобия, и твой ужас задевает ее чувства. – она погладила ее по голове. Погладила. Ее. Голову. – Какую цену ты хочешь?
Не быть поданной на шведский стол?
– Полет и золотую монету.
– Договорились. – паук-скорпион пронесся по ее руке. Она медленно подняла руку ладонью вверх. Он уселся между ее пальцев, и Ева поднесла ее к лицу для поцелуя. Я открыла рот, пока она помогала ей перебираться на балку. Затем обхватила меня за талию и перенесла внутрь шатра Саксона.
У меня закружилась голова, но мне удалось устоять на ногах.
– Как ты это сделала? Ты не произносила заклинание, чтобы заставить меня потерять счет времени. Не было внушения, приказывающее мне мгновенно оказаться там, где я хочу.
– Я не знаю никаких заклинаний. Я владею энергетической магией, как Офелия.
А-а-а. В этом был смысл, и все же в голосе Евы было что-то такое, что заставляло предположить, что она сказала больше, чем было на самом деле. Но что?
– Саксона здесь нет, – сказала она. – Но его стража сторожит шатер, и они знают, что их казнят, если они причинят тебе вред. Здесь ты в безопасности, а у меня есть свои обязанности… видимо, мне нужно пойти сделать золотую монету. Две. – подмигнув, она снова исчезла, оставив меня одну.
Где был Саксон? Чем занимался? Готовился к свиданию?
Глубокий вдох и выдох. Все было хорошо. Все хорошо.
Глупая судьба. Такая глупая.
Снаружи поднялась суматоха. Послышался топот ног. Затем раздался крик женщины:
– Пришло время перемен. Принцу Саксону больше нельзя доверять как нашему будущему правителю. Как наследница крови Скайлер, я забираю власть у своего брата по окончании турнира. Отойдите в сторону или считайте себя предателями короны.
– Его здесь нет, принцесса, – ответил мужчина. – Он…
– Я знаю, что его здесь нет. Отойдите. Сейчас же.
Ударная волна достигла меня, и я отшатнулась назад. Через несколько секунд Темпест вошла в шатер, осматриваясь вокруг. Заметив меня, она остановилась и усмехнулась, словно искала меня. Королева Рейвен вошла следом и остановилась позади своей дочери, ее глаза сузились. Затем обе женщины довольно ухмыльнулись.
– Так, так, так. Маг был прав, – сказала Рейвен. – Эшли действительно ждала его в шатре.
Мое сердце бешено застучало, и я закричала:
– Стража! Стража! – но мои крики были бесполезны: магия заглушала звуки внутри шатра.
Страх грозил парализовать меня, когда одна женщина встала передо мной, а другая – позади. Они обошли меня по кругу.
– Саксон не захочет… – начала я.
– Ты не имеешь права произносить его имя, девчонка, – прошипела королева. – Мы знаем, кто ты.
Не я. Но если бы я сказала им, что в меня вселился фантом, они бы непременно убили меня, чтобы попытаться убить ее. Если бы они вообще мне поверили.
– Я не причиню вреда ни вашему сыну, ни вашему народу.
Но Леонора могла.
– Тут ты права, – сказала Рейвен, ликуя. – Ты не причинишь вреда ни одному птицоиду. Мы тебе не позволим.
Темпест заломила мне руки за спину и сковала запястья металлическими наручниками. Она толкнула меня на пол. Обе женщины рассмеялись, когда я упала на плечо, и боль пронзила мою руку.
Слезы затуманили мое зрение, но я смахнула их и выплюнул песчинки грязи. Мой желудок запротестовал, когда я с трудом поднялась на ноги.
– Саксон убил последнего птицоида, который осмелился напасть на меня.
Темпест промурлыкала:
– Уверена, что ты ему небезразлична? Сейчас он с твоей сводной сестрой. Король прислал весточку перед рассветом. Саксон первым попытается завоевать сердце Диор. – она снова ухмыльнулась. – Кто сказал, что он узнает, что с тобой случилось… или когда-нибудь найдет твое тело?
Они планировали убить меня, даже не зная о фантоме?
Они бросились на меня. Запаниковав, я ударила ногой, чтобы отразить их приближение. Темпест пригнулась, уклоняясь от удара и одновременно отрывая мою оставшуюся ногу от земли. Я упала, из моих легких выбило весь воздух от удара. Не успела я встать, как Рейвен схватила меня за волосы и поставила на колени.
Я дернулась назад. Но это не помогло. Темпест ударила меня ногой в живот, и дыхание, которое я успела восстановить, вырвалось с хрипом из моих легких.
Сгорбившись, я отчаянно пыталась вдохнуть, но королева ударила по моим лодыжкам, сломав одну из костей. Жгучая боль охватила меня, и меня чуть не стошнило. Я тяжело дышала, глотая рвотные позывы и выплевывая желчь.
Оба птицоида рассмеялись и обошли меня по кругу.
Голова закружилась, и я попыталась встать на одну ногу. У меня почти получилось…
– Оу. Посмотрите на злую ведьму, – насмехалась Темпест. – Такая беспомощная. Ты даже стоять не можешь. Неужели ты думаешь, что достаточно хороша, чтобы сидеть рядом с королем птицоидов?
У меня отказала единственная работающая нога, и я упала. Я не могла стоять. Придется ползти. Я начала ползти, каждое движение было мучительным… еще один дюйм.
– Диор станет для него прекрасной парой, – сказала Рейвен, наклоняясь и сжимая мою сломанную лодыжку, пока я больше не смогла сдерживать рвоту. – Она не является проклятием существования птицоидов.
Двигаясь с невероятной скоростью, Темпест встала передо мной, расправляя и убирая крылья. Когда она остановилась, то выжидающе улыбнулась.
Острая боль распространялась по всей груди и бедрам. Такая острая, что она притупила боль в лодыжке. Я посмотрела вниз, похолодев от шока. Ее крылья. Суставы. Они пронзили меня в нескольких местах, и кровь пропитала одежду.
Меня затрясло так сильно, что казалось, будто дрожит весь мир. Я бросила взгляд на вход. Мне нужна была помощь. Кого-нибудь. Кого угодно.
– Мы с Саксоном заключили перемирие. – произнесла я невнятно.
– Саксон не получит того, чего хочет. Он получит то, что ему нужно. – Рейвен обошла меня, заглядывая мне в лицо. – Из-за тебя его отец боялся, что он сделает, если снова тебя найдет. Из-за тебя мой сын потерял семью и дом. Из-за тебя он лишился короны. И вот теперь ты здесь, готовая к смерти. Той, которую ты заслуживаешь.
Потухший блеск в ее глазах… Я вдохнула, и воздух вдруг стал густым. Она не просто собиралась убить меня. Она надеялась сделать это больно.
Часть меня хотела позвать Леонору на помощь.
Но гордость мне не позволила. Просить помощи у убийцы моей матери? Никогда.
Фантом все равно молчала, хотя я знала, что она все видит. Чувствовала, как она копошится у меня в голове. Но я подумала, что она… хочет, чтобы я умерла, чтобы вселиться в кого-то другого.
«Она не собиралась умирать вместе со мной», – с ужасом осознала я. Сбылись мои худшие опасения. Фантома нельзя убить. Она просто покинет мой труп и найдет кого-нибудь другого. А Саксон даже не узнает о ее существовании, ведь я не рассказала ему правду.
– Не переживай. Сегодня ты умрешь. Вопрос в том, сколько удовольствия я получу перед этим? – королева отвела локоть назад, а затем ударила.
Еще больше боли, внутри и снаружи. Взрыв боли. Зрение померкло, кровь заполнила рот. Я упала на пол. Удар. Удар. Я не могла поднять руки, чтобы защититься. Столько боли…
Беспомощности…
Рейвен снова схватила меня за волосы. На этот раз она вытащила меня из шатра. Хоть мои глаза и опухли, я почувствовала перемену температуры, прохладный ветерок обдувал мои раны.
Темпест рассмеялась.
– Каково это – знать, что никто тебя не спасет? Все хотят твоей смерти.
В следующее мгновение земля исчезла из-под ног. Они подняли меня в небо?
– Стеклянная принцесса разобьется раз и навсегда, – сказала Рейвен, вызвав очередной смех дочери.
Они собирались… сбросить меня. Я открыла рот, чтобы прокричать отрицание, но из меня вырвался лишь захлебывающийся звук.
Леонора начала смеяться, смеяться и смеяться. Она не получила того, чего хотела, но зато убрала с дороги соперницу и наказала Саксона за его новое предательство.
Не зная, что еще сделать, я позволила своему сердцу позвать единственного человека, которого больше всего хотела увидеть, рассказать ему правду и спасти… попрощаться.
– Саксон!
Глава 23
Он опоздал, он опоздал на очень важное событие!
Саксон
Может ли этот день стать еще хуже?
Я держал на руках слишком напряженную принцессу Диор, пока летел с ней на завтрак на вершину близлежащей горы. Она зарылась лицом в мою шею, слишком боясь упасть, чтобы взглянуть на великолепный мир вокруг.
Горы простирались насколько хватало глаз, каждая вершина была покрыта снегом и облаками. В небе летали другие птицоиды. Они парили то тут, то там.
Я никак не смогу победить в этом состязании, если не выложусь на полную. Мне нужно было сосредоточиться, очаровать, помочь принцессе преодолеть страх, чтобы она наслаждалась остальным временем, проведенным со мной. Чтобы не проиграть в полуфинале.
Но мои мысли постоянно возвращались к Эшли, которая идеально подходила мне и обожала находиться в моих объятиях, пока ветер развевал ее волосы. Почему же теперь она хотела держаться от меня подальше?
Я прождал в конюшне всю ночь, не позволяя себе заснуть, на случай, если она передумает. Перед рассветом я влетел в свой шатер, решив привести себя в порядок, прежде чем ворваться во дворец и поговорить с ней. Я столкнулся с гонцом, посланным королем, который сообщил, что мое свидание будет первым.
Я планировал сопроводить Диор в Птичьи горы и устроить ей экскурсию по моему королевству. Но я не возвращался туда с момента своего изгнания, а она не была той, кого я хотел видеть рядом с собой, когда вернусь домой. Поэтому я решил, что мы пообедаем на вершине горы на краю моей территории. Просто. Романтично?
Мой прадед построил домик на дереве между самыми высокими деревьями на самой вершине. Моя семья часто прилетала сюда и содержала его в порядке. Дом на дереве был достаточно велик, чтобы разместить двух слуг в отдельном крыле. Я послал одного из своих солдат сказать слугам, чтобы они убрались, приготовили еду и ушли.
Перед тем как я улетел за принцессой, мама отозвала меня в сторону и сказала:
– Завоюй Диор и забудь Эшли. Стань королем, который нужен нашему народу. В этот раз будь лучше и сделай правильный выбор, иначе ты потеряешь все, чего так упорно добивался.
Горечь ее слов не ослабла. Она ясно дала понять: птицоиды никогда не примут Эшли. Никогда не увидят в ней невинную девушку, одержимую фантомом. Они будут видеть в ней только нашего злейшего врага. Огненную ведьму, ответственную за наши худшие годы в истории.
Если я останусь с Эшли, мои собственные люди отвергнут меня. Но хотел ли я быть королем без нее? Я уже жил такой жизнью. Дважды. И не хотел делать это снова.
Я хотел, чтобы судьба выбрала мне пару. Мою версию «долго и счастливо».
Сможет ли Эшли избавиться от незваного гостя?
Можно ли ее спасти?
Смогу ли я когда-нибудь отказаться от нее?
При этой мысли кровь прилила к моим мышцам, а тело приготовилось к войне.
Что я должен сделать, чтобы ее удержать?
Вопросы, так много вопросов. Прежде чем найти ответы, я должен был пережить эту мучительную трапезу. «Тебе нужно всего лишь очаровать девушку, помнишь?»
Зубы Диор застучали, и этот звук был признаком неудачи, и я вздохнул. Чем выше мы летели, тем холоднее становилось… именно поэтому я попросил ее надеть теплое пальто. Вместо этого она выбрала хлипкий клочок шелка. Как птицоид, я выделял больше тепла, чем смертные. Мне не нужно было пальто, поэтому мне нечего было ей предложить.
Как только мы приземлились, я внес ее в дом, где уже полыхал огонь, согревая воздух.
– О, какая прелесть, – воскликнула она.
Да, так оно и было. С потолка свисали мерцающие огоньки, имитирующие звезды. Стол… я заскрежетал зубами. Должно быть, слуги услышали слово «свидание» и решили, что я хочу максимально интимной обстановки. «Стол» состоял из сложенных рядом подушек, между которыми лежало одеяло, а по центру были расставлены блюда с едой. Никаких тарелок. Никаких серебряных приборов. Мы должны были кормить друг друга.
Я помог Диор устроиться на подушке, изображая из себя джентльмена, а затем незаметно подтолкнул свою подушку, чтобы она оказалась на несколько дюймов дальше от ее. Я должен был обедать с Эшли. Должен был кормить ее с рук.
– Что бы я ни сделала, чтобы разозлить тебя, мне очень жаль, – воскликнула Диор.
– Это я должен перед тобой извиниться, – пробормотал я, покачав головой. – Ты не сделала ничего плохого. Просто мои мысли… в другом месте.
– Понимаю. – ее плечи поникли. – Ты хотел быть здесь с кем-то другим, да?
Мне следовало отрицать это, но не мог. Хотя единственное обещание, которое мы с Эшли дали друг другу, касалось воспитания наших драконов, флирт с ее сестрой казался мне предательством по отношению к ней.
– Ты права, – признал я, не собираясь извиняться. Мне было не жаль, но я почувствовал облегчение. Возможно, моя честность ее переубедит. – Твоя сводная сестра связала меня по рукам и ногам.
– Я так и думала, – ответила она, кивнув. – И я понимаю. Понимаю. Она красива и умна. Но сейчас она обручена с магом. По словам короля, она слишком слаба, чтобы произвести на свет наследника.
У меня дернулся глаз, когда я жестом попросил Диор поесть. Она выбрала себе еду из множества фруктов, орехов и различных кусков жареного мяса.
Девушка не сказала ничего ложного, но мне очень хотелось наброситься на нее за то, что она пренебрежительно отозвалась об Эшли.
– Эта помолвка закончится со следующей битвой. И есть разные виды силы, так же как и другие способы создать семью. – о таких способах я узнал из первых рук, когда Рот и Фарра взяли меня к себе ребенком.
– Но разве ты не ненавидишь Эшли? – спросила Диор, нахмурившись.
– Я чувствую к ней много чего, но ненависть не входит в их число. – больше нет.
– Значит, ты не заинтересован в том, чтобы жениться на мне?
– Я… нет. – и снова я не стал извиняться. Я не был обязан ей своей привязанностью и не мог заставить себя ее желать. – Я говорю тебе это не для того, чтобы обидеть. Я считаю тебя прекрасной девушкой и знаю, что однажды ты сделаешь кого-то очень счастливым. Но этот кто-то не я.
– Я… Я понимаю, – ответила она, удивив меня.
Прежде чем я успел ответить, меня охватило плохое предчувствие. Без всякой причины. Я нахмурился и огляделся. Неужели я почувствовал приближающееся нападение?
Предчувствие усилилось, задевая мои нервные окончания. Я встал, выглянув в окно. Никто не приближался.
– Я не могу злиться на тебя за то, что ты честно рассказал о своих чувствах, а не оставил меня в неведении, – сказала мне Диор. – По моему опыту, смелость – редкое качество среди королевских особ.
– Среди всех людей.
Принцесса слегка улыбнулась.
– Кстати, мне не нравилось говорить гадости об Эшли, и я знаю, что тебе неприятно их слышать. Я просто должна быть уверена, что она нужна тебе по правильным причинам, а не для того, чтобы ее наказать.
Я вздрогнул.
– Она рассказала тебе о наказаниях? – что еще она рассказала?
– Нет, она очень скрытная. Но я слышала дворцовые сплетни.
Я пристыжено опустил голову. Люди говорили о моем ужасном обращении с Эшли. Это было не меньше, чем я заслуживал. Я обвинил ее в ужасном поступке, которого она на самом деле не совершала. Обидел невиновного человека. Не существует достаточно сурового наказания.
– Эшли повезло, что у нее такой преданный поклонник, – сказала Диор. – Ты ни за что не позволишь убить себя на турнире, особенно если это означает, что Майло женится на ней.
– Он никогда к ней не прикоснется.
– Должен же быть способ получить то же, что и маг, и вместо этого жениться на Эшли.
Мне пришла в голову идея, как решить проблему со свиданиями.
– Помоги мне выжить в этом турнире. Проголосуй за меня. Когда я выиграю, выберу Эшли. Король не сможет мне помешать. – потому что он больше не будет владеть троном. Но осмелюсь ли я жениться на ней? – Тогда я познакомлю тебя со своим другом Викандером. Он могущественный принц фейри и…
– Я знаю, кто такой Викандер, – поспешно сказала она, ее щеки покраснели.
Она была неравнодушна к неисправимому фейри? Все были неравнодушны.
Мое плохое предчувствие достигло пика. Мне казалось, что в любой момент я могу истечь кровью. В груди было так тесно, что легкие не могли нормально дышать. Я никогда не испытывал ничего подобного, как будто… как будто только что разрушилось какое-то заклинание. Но единственное заклинание, которое было во мне…
Заклинание слежения, связывающее меня с Эшли.
Я вскочил на ноги и попытался определить ее местоположение. Но… ничего не почувствовал. Неужели что-то случилось?
– Мне жаль, но нужно идти. Сейчас же. Кажется, с Эшли что-то не так.
Я не дал Диор возможности что-то спросить у меня. Прижав ее к себе, я выскочил из дома и взлетел. Десятиминутное путешествие заняло целую вечность. Во дворце я поставил бледную Диор перед входом и улетел, не сказав ни слова.
Куда лететь, куда лететь? Как раз в тот момент, когда я обнаружил, что кусочек заклинания слежения зарыт глубоко в моей голове и позволяет определить возможное местонахождение Эшли, надо мной разбилось стекло. Драконы закружились в небе. Я поспешил к ним. Они тоже почувствовали, что с их матерью что-то не так?
Я полетел первым. Позади меня драконы кричали от страха и ярости. Люди увидят их, но меня это уже не волновало. Мне нужно было добраться до Эшли. Все остальное не имело значения. Если я потеряю ее…
Я не мог ее потерять.
Я не мог потерять ее через две недели. Даже меньше, чем за две недели. Не мог. Все, что я сказал Диор, было правдой. Я выиграю этот турнир и выберу Эшли.
С остальным мы разберемся сами.
Я пронесся мимо лагеря, ведя драконов по крутому склону горы. Мы были близко. Ищем… ищем… Две женщины склонились над третьей.
Что я видел? Этого не могло… не могло быть… меня накрыло понимание, и отрицать это было невозможно. Из меня вырвался животный звук.
Пэган издала пронзительный рев; Пайр закричала так громко, что острая боль пронзила мою голову, а из ушей потекла кровь.
Мы одновременно спустились. Моя мать и сестра стояли рядом с изуродованным телом Эшли. Я захлопал крыльями сильнее и быстрее, устремляясь вниз.
Моя красавица Эш лежала на боку с закрытыми глазами, а скрюченное тело лежало неподвижно. Металлические кандалы сковывали ее запястья за спиной, а багровый цвет пропитал одежду. Несколько костей торчало из ее кожи.
Бормоча отрицания, я оттолкнул мать и сестру в сторону и присел на корточки рядом с Эшли. Шок. Ужас. Слишком поздно? Она… она…
Слезы застилали мне глаза. Она не могла умереть. Она была нужна мне здесь. Нужна мне живой.
– Что ты с ней сделала? – я взревел от ярости и боли внутри меня.
Вопя, драконы кружили над нами, возможно, не зная, причинили ли моя мать и Темпест вред Эшли или пытались прийти ей на помощь. Женщины с восторгом смотрели на тварей, забыв о моем присутствии.
– Но, но… – зашипела мама.
– Как такое может быть? Драконы вымерли, – вздохнула Темпест. – Птицоиды веками выкапывали их яйца, чтобы они больше никогда не терроризировали наш мир.
– Враг, – сказал я, выдавив это слово сквозь стиснутые зубы.
Драконы раскрыли пасти и выпустили поток огня, образовав вокруг нас с Эшли круг. Моя семья отпрянула назад.
У Темпест обгорело плечо. Рейвен потеряла клок волос.
Пэган и Пайр приземлились, заняв места по бокам от Эшли.
Дрожащей рукой я потянулся к ней, чтобы проверить пульс. У нее вырвался прерывистый стон, изо рта хлынула кровь. Затем она моргнула, открыв один опухший, налитый кровью изумрудный глаз, и застонала.
Моя ярость вспыхнула с новой силой.
– Леонора, – прорычал я. – Ты слышишь меня, я знаю, что слышишь. Используй свою магию, чтобы помочь ей исцелиться, или… – угроза не была достаточно сильной. – Я… Я сделаю то, чего ты всегда желала.
На что я готов пойти, чтобы быть с Эшли? На что угодно.
– Позволь ей умереть, – приказывала моя мать из-за пламени. – Не повторяй ошибок своего прошлого.
Голубой цвет окрасил глаза Эшли, и отек на ее лице уже начал спадать. Леонора брала верх, исцеляя тело Эшли своей силой. Ведь благодаря моему обещанию она выиграла нашу войну, а я проиграл.
Мне было все равно. Облегчение чуть не согнуло меня. Как можно нежнее я прижал Эшли к себе. В прошлых жизнях я говорил Леоноре, что жажду покоя, который она никогда не сможет дать. С тех пор она искала, как ей казалось, моей любви. Здесь и сейчас я знал, что она искала моей капитуляции. Теперь она ее получила. Но я обрел свой покой.
Мир не означал прекращения беспорядков, как я когда-то полагал. Это было абсолютное спокойствие, несмотря ни на что.
Эшли была моим миром. Она была всем, в чем я никогда не подозревал, что нуждаюсь. Причина, по которой я возродился.
Как только Леонора исцелит ее достаточно для полета, я сделаю то, что сказал фантому. Затем я отнесу Эшли к Роту, Эверли или Офелии. Я готов заплатить любую цену, лишь бы сдержать фантома.
Я выполню свою часть сделки. Женюсь на той, которой обладала Леонора.
Но больше ничего не буду должен фантому.
Неужели Эшли снова оказалась в темноте? Мучилась ли она в одиночестве и страхе теперь, когда у руля стояла Леонора?
