Текст книги "Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Янтарный
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
Глава 2.7
Глава 7.
– Орик? – опешив, пробормотал Сареф, – это ты? Но… что ты здесь делаешь? Как ты… ты же…
– О, это занятная история, – мягко заметил Хрипунец, которой явно ожидал именно такой реакции Сарефа – и теперь наслаждался ею, – видишь ли, я тут недавно наведывался в Индарил, чтобы проверить, как там обстоят дела, и справляются ли мои помощники со всей текучкой. И тут же напоролся на презанятнейшую ситуацию: оказывается, корабль Грозового Герцога напал на одну из деревень на моём острове.
– Что? – Сареф опешил от такой информации, – но… зачем?
– Вот я и сам не понимаю, – пожал плечами Хрипунец, – я, конечно, знаю, что Шадий и ещё кое-кто из наших имеет с этим монстром негласный договор, чтобы моряки человеческого происхождения на его корабле могли выпить пива и покувыркаться с бабами в местной таверне. Но такое… Впрочем, сам Орик впоследствии вполне убедительно это прокомментировал.
– Герцог и его команда сходили с ума от безделья, – заговорил Орик, который с огромным благоговением смотрел на Сарефа в теле хилереми, – после того, как вся эта каша с Теневыми Символами перешла на новый уровень – морская торговля между материками почти встала. И раньше-то корабли ходили нечасто, а теперь и вовсе – единицы. И то, большей частью это торговые корабли из клана Ниафрост, глава которого заключила союз с драконами. И теперь каждый корабль сопровождает два дракона: один непосредственно патрулирует пространство вокруг корабля, второй – отдыхает, но тоже в случае опасности будет готов атаковать с воздуха. Нападать на такие корабли практически бесполезно: они все идут с минимальной голубой категорией безопасности. Если начать их гасить – драконы моментально атакуют судно дальнобойными струями пламени. Если же сначала сбить патрулирующего дракона молнией – его всё равно подберут, зато категория безопасности сразу подскочит до фиолетовой – и на этом абордаж будет закончен.
– Сурово, – задумчиво кивнул Сареф, который от Махиаса, конечно же, знал, насколько драконы не любят открытое море. Как минимум потому, что в случае вот такой стычки посреди океана, даже если корабль потопят, а тебе удастся спастись – далеко не каждому члену клана Айон после этого хватит сил, чтобы в драконьем облике добраться до берега.
– Ну да, – кивнул Орик, – в общем, Герцог день ото дня бесился всё больше… о вылазке в тюрьму Красного Папочки последние несколько дней он вообще чуть ли не со слезами на глазах вспоминал. В конце концов, даже Карина уже не могла его сдерживать… и вот…
– Да, – хмыкнул Хрипунец, – я даже сначала не поверил, когда услышал. Чтобы монстр уровня Грозового Герцога посчитал достойной добычей несколько рыбацких лодок с форелью и скумбрией…
– Ну, так и что было дальше? – спросил Сареф.
– Да ничего, – пожал плечами Хрипунец, – с учётом того, что у меня здесь дел по горло, и развлекаться с пиратами времени не было, пришлось немного поступиться своим статусом и вступить в дело лично. Несколько пространственных рывков, пара захваченных в заложники пиратских шкур человеческого происхождения, которые, как известно, при смерти на корабле не переродятся – и вот Герцог поднимает белый флаг и готов к переговорам.
– Но почему они напали именно на стревлогов? – спросил Сареф, – если твой Остров – один из центральных архипелага Теневых Символов. Это же неудобно, туда ещё подберись, на таком-то корабле.
– Причин может быть много, – пожал плечами Хрипунец, – во-первых, стревлоги веками были представителями расы, которой можно регулярно и без последствий дать пинка. Во-вторых, как уже было сказано, с Шадием, Марумотом и, вероятно, ещё парочкой Старшаков у него имеются негласные договорённости, и на них нападать нежелательно, даже если у тебя очень сильно чешутся кулаки. Нападать же на Красного Папочку с его стороны было бы опрометчиво… потому что после того, как обитатели этого корабля в открытом море надрали ему задницу… Готов поспорить, он очень хочет реванша и очень его ждёт. В любом случае, когда я уже решал, какой символический выкуп потребовать с Герцога, чтобы он потом быстро свалил с моего корабля… то как раз вспомнил про твоего дружка Орика. Насколько я помню, его имя звучало среди возможных кандидатов на этот поход… Ну и, собственно, попросил его на разговор и вкратце обрисовал ему картину. Надо ли говорить, что согласился он в ту же секунду, и выглядело это настолько трогательно, что даже Герцог не стал чинить ему никаких препятствий и отпустил с миром.
– Но… ты же сам говорил, что Орик… – начал было Сареф.
– Говорил, – невозмутимо кивнул Теневой Символ, – однако, как бы я не был стар и мудр – даже я не могу знать всего на свете. Ведь, как знать… как бы ни была мала вероятность того, что этот парень снова встретит своего хилереми – она, как минимум, не равна нулю. Да и потом… Гиримьяш до сих пор регулярно вспоминает строптивую эльфийку, которая надрала ему задницу… и если бы Ванда и Гиримьяш оказались вместе там, где маски приличий неизбежно слабеют – они бы обязательно сцепились снова. Не думаю, что это, что тебе нужно во время такого похода. Что до Кемьяша… буду откровенен: мне его жалко. Этот стревлог проработал на меня всю жизнь, по моему недосмотру словил это злополучное проклятие и сошёл с ума. И даже в те последние моменты, когда разум ещё не совсем оставил его, и он понимал, что с ним происходит… даже в эти последние моменты – ни единого слова упрёка или жалобы, – в этот момент Хрипунец тяжело вздохнул, и выглядело это до такой степени на него непохоже, что Сареф даже слегка вздрогнул. Хотя… вот после такого охотно верилось в то, что Хрипунец прожил очень долгую и далеко не самую счастливую жизнь, во время которой он много чего видел, много чего пережил и много с чем сталкивался.
– Впрочем, – Хрипунец моментально взял себя в руки и ехидно посмотрел на Сарефа, – если ты всё ещё считаешь, что Орик не подходит для твоей миссии – так и скажи. Я обязательно подберу тебе кого-нибудь ещё.
Лёгкая симпатия и сочувствие, которые появились у Сарефа в адрес Хрипунца, оказались моментально смыты волной раздражения после этих слов. Подарить Орику последнюю призрачную надежду, а потом отказать ему в ней – это означало гарантированно добить Орика и дать ему железный повод тут же пойти и вздёрнуться на ближайшем суку. И Хрипунец это прекрасно понимал.
– Нет, – покачал головой Сареф, после чего твёрдо посмотрел на Орика, – слушай… я понимаю твоё желание и полностью его разделяю… каждый заслуживает второго шанса. Но при этом… ты же отдаёшь себе отчёт в том, куда именно мы направляемся? Это место пьёт силы из тех, кто приходит в него из Системы, и каждый из нас принял те или иные меры, чтобы значительно ослабить или полностью нивелировать этот эффект. Ты уверен, что ты это выдержишь?
– Насчёт этого не беспокойся, Сареф, – усмехнувшись, сказал Орик, – я после разрыва с Хорушем пережил такую боль и такое безумие, что меня уже после этого мало что может взять. Впрочем, если ты, или уважаемый господин Хрипунец пожелают меня как-то испытать – я готов к любым проверкам.
– Нет уж, увольте, – возразил Хрипунец, – мне уже хватает того, что один человеческий говнюк устроился у меня на шее и теперь заставляет обучать другого человеческого говнюка. Возиться ещё и с третьим… об этом уговора не было.
– Ничего страшного, – невозмутимо ответил Сареф, – если ты в должной мере обучил второго человеческого говнюка – полагаю, его способностей хватит, чтобы оценить потенциал Орика в этом походе…
В этот момент дверь домика снова открылась, и в неё вошёл Месс. А сразу следом за ним – Жерар и Нина.
– Добрый вечер, – поприветствовал их Жерар, – я же правильно понимаю, что мой внук сейчас находится… ах, да, разумеется, – Жерар невозмутимо посмотрел на бессознательного Сарефа, – я так понимаю, Сареф сейчас отдыхает?
– Нет, дедушка, – ответил ему Сареф в теле хилереми, – я сейчас нахожусь здесь. И в этот поход я отправлюсь именно в таком виде.
– Святая Система, – ахнула Нина, подходя к нему, – Сареф… неужели это, правда, ты?
– Да, бабушка, – кивнул тот, – именно эту технику мне пришлось освоить в клане Зинтерра. И, несмотря на различные препятствия… зинтерровцы в очередной раз превосходно справились с поставленной перед ними задачей…
Нина же, которая так же не устояла перед открывшейся возможностью, подошла к Сарефу и провела ладонью по его предплечью… и это были очень странные прикосновения. Обычно бабушка в те моменты, когда она всё-таки позволяла себе нежность, вела себя куда мягче и сдержаннее. А здесь… её прикосновения были грубы и печальны одновременно, как бы странно это ни звучало. Однако в этот момент Сареф взглянул в глаза Нины, которые потемнели и налились тягучим серым маревом… и всё понял. Его сейчас касалась не Нина… а Нисс, её хилереми, которая продолжала жить внутри своей хозяйки. И… это было очень странное ощущение. До этого он столкнулся с Недом, который продолжил жить в теле своего хилереми, когда его собственное умерло. С Ниной и Нисс была обратная ситуация: хилереми пожертвовала своё тело и свою силу, чтобы Нина могла завершить свой эксперимент. И теперь доживала остаток жизни в теле Нины… потому что у бабушки Сарефа, очевидно, уже не осталось ни сил, ни времени, чтобы проходить этот путь заново…
– Дорогая, всё в порядке? – деликатно кашлянул Жерар, который, казалось, отлично уловил момент, чтобы позволить своей жене поностальгировать – и чтобы эта ситуация не затянулась сверх допустимого.
– Да-да… я, – Нина поспешно отдёрнула руку от Сарефа и отошла от него, – я просто рада, Сареф, что ты пошёл дальше и превзошёл меня. Хотя, конечно, я никогда специально и не стремилась… но всё равно, мне кажется, даже в 50 лет я бы не сделала того, что ты сделал в свои 24…
– Что ж, а вы, я так понимаю, тот самый мастер Эккиэраш? – Жерар повернулся к Хрипунцу. Сареф удивился: значит, как минимум, Мессу Теневой Символ разрешил называть себя по имени… Ну, или, что более вероятно, он просто не хотел, чтобы его кличка, которую большая часть людей наверняка очень хорошо знала, сейчас вызывала неуместные и неудобные вопросы, – и именно вы взялись обучать моего сына для того, чтобы подготовить его к походу. Это делает вам честь.
– Да, – насмешливо кивнул Хрипунец, – а вы Жерар фамилии Аджерахей, глава клана Гайранос, который вот уже который десяток лет успешно жонглирует мешками с золотом, – фыркнул Хрипунец, – и вам тоже, определённо, делает честь то, что вы не постеснялись отправить вашего сына обучаться в клан Агруменаш… учитывая, как усердно остальные кланы воротят от нас нос.
– Что поделать, – невозмутимо кивнул Жерар, которого совершенно не смутило подобное отсутствие этикета, – мы все знаем, какое положение совсем недавно занимали стревлоги. И наивно ожидать, что остальные так уж быстро об этом забудут. Тем не менее, у вашего клана есть хорошие возможности для роста. Если уж мой внук считает, что с вами можно иметь дело – значит, так же считаю и я. А если уж я, как вы весьма проницательно заметили, уже третий десяток лет успешно жонглирую мешками с золотом, то и возможности у меня должны быть соответствующие.
– Клановые… – закатив глаза, пробурчал Хрипунец.
– Я бы на вашем месте не испытывал по этому поводу высокомерных иллюзий, – блеснув глазами, ответил Жерар, которого конкретно это слово явно сильно задело, – сейчас вы, конечно, вернули себе свои земли, и по такому поводу вы все братья и вы все равны… но, поверьте, не пройдёт и двух поколений, как социальное неравенство коснётся вас точно так же, и в клане Агруменаш будут как знатные ящеры благородного происхождения, так и… и все остальные…
– Мы долгое время наблюдали за людьми – и мы не повторим их ошибок, – теперь уже Хрипунец заговорил со злостью, глядя на главу Гайранос. Жерар лишь с вежливой улыбкой кивнул, после чего повернулся к Мессу, явно намереваясь у него что-то спросить… как вдруг Нина, которая крайне внимательно изучала Теневого Символа, внезапно выдохнула…
– Постойте… да я же вас знаю! Я видела вас, когда сидела в темнице Красного Папочки! Это вы привели того обезумевшего стревлога, который охранял меня последние 2 года! Это вы… вы Хрипунец! И вы… вы хотите сказать, что моего сына все эти дни учил… Хрипунец⁈ Месс, Сареф, почему вы ничего мне об этом не сказали⁈
– А что бы это изменило? – ответил Сареф, раздосадованный тем, что не удалось избежать этой неловкой сцены, – за время своего взаимодействия со стревлогами я пришёл к удивительному выводу, бабушка: если не пытаться убивать или унижать стревлогов – с ними вполне можно иметь дело, и они не уступают, а порой и превосходят других Жителей Системы. И Хрипунец здесь – не исключение.
– Ты что, вообще не знаешь, кто такой Хрипунец? – опешила Нина, – да он же всех нас ненавидит, всех! И убил бы, если бы у него была такая возможность!
– Боюсь, тут ты не права, бабушка, – мягко ответил Сареф, – у Хрипунца было с десяток возможностей попытаться убить меня или, как минимум, перекрутить мне мозги и свести с ума. Так, чтобы на него не упала и тень подозрений. С учётом уровня его силы – даже статус Чемпиона Всесистемных Состязаний меня бы не спас. Тем не менее, я жив и здоров, в твёрдом уме и трезвой памяти…
– Это ещё ничего не значит! – вспылила Нина, – Жерар, ну поддержи же меня!
Глава клана Гайранос глубоко вздохнул, после чего медленно и деликатно сказал:
– Прости, дорогая… но я, как человек, который всю жизнь вынужден был очень много чего контролировать, намного лучше других понимаю, что всё контролировать невозможно. Этот вопрос лежит целиком за пределами моей сферы влияния – и здесь я могу полагаться только на Сарефа. И если я доверяю своему внуку – а я ему, конечно, доверяю – значит, я доверяю и Хрипунцу.
– Но… но, – Нина явно пыталась найти какие-то слова, но ей ничего не шло в голову. Поэтому она сказала, – Месс! Нам нужно поговорить!
– Мам, – сконфуженно пробормотал Месс, – ну давай ты хотя бы в гостях в другом клане не будешь…
– Я сказала – быстро! – рявкнула Нина, после чего стремительно покинула домик Йохалле и Ангреаша. Месс, закатив глаза, извиняюще взглянул на Сареф и направился за Ниной.
– Я, пожалуй, тоже пойду, – мягко сказал Жерар, – надо бы проследить, чтобы Нина… ну, сами понимаете. И да, Сареф, если бы ты через пару часов навестил нас, чтобы мы всё-таки поговорили…
– Конечно, – кивнул Сареф.
– Замечательно. Что ж, в таком случае – хорошего всем вечера. Особенно вам, мастер Эккиэраш, – Жерар дополнительно кивнул Хрипунцу, – в свете открывшихся способностей то, что вы согласились учить моего сына, делает вам честь. И, обещаю, в час нужды для клана Агруменаш я этого не забуду.
– Хотелось бы верить, – пробурчал Хрипунец, которого вся эта сцена почему-то сильно смутила. И только когда Жерар покинул домик, Теневой Символ повернулся к Сарефу.
– Вот этого я от тебя точно не ожидал, парень, – задумчиво сказал он.
– А что я должен был сказать? – пожал плечами тот, – это была не твоя тюрьма, ты лично не бросал в неё Нину. Красный Папочка – твой сосед, и тебе надо было как-то с ним уживаться. Мне жаль, что моя бабушка столько времени провела в этой тюрьме – но ты в этом был не виноват.
– Ну да, да, – Хрипунец поспешно натянул на морду равнодушное выражение, – просто я уже настолько привык, что у людей стревлоги вечно во всём виноватые, что… ладно, мне тоже пора. К слову, твоего отца я научил всему, чему мог. А теперь – вам двоим, полагаю, есть о чём поговорить.
С этими словами и Хрипунец покинул домик. Орик же, который всё это время тихой мышью просидел в углу, подошёл к нему и спросил:
– Сареф, ты… ты, правда, веришь, что мы можем найти… найти моего Хоруша?
Сареф в ответ вспомнил, что ему на это в первый раз сказал Хрипунец: «У вас больше шансов найти Хоруша в Системе, нежели в Хаосе». Но… он не мог разбивать Орику сердце этими словами… не он, не так, ведь, ещё больше сблизившись с Химом за последнее время, он только острее понимал, какую боль пришлось пережить Орику… Чёртов Хрипунец!
– Не знаю, – тихо ответил Сареф, коснувшись плеча Орика своей могучей рукой, зная, как ободрит и утешит его этот жест, – но мы обязательно попытаемся…
– И с чего же мы начнём?
– Ну… насколько я могу судить, все члены моей команды готовы настолько, насколько это возможно. И ниточка у нас, в общем-то, одна. Предвестник Хаоса. Даже если он не сможет нам помочь – какие-то ответы он всё равно даст. И когда мы их получим – тогда будет видно, что делать дальше…
Глава 2.8
Глава 8.
И вот, наконец, начался заключительный этап подготовки к походу в Приграничье. В связи с чем Хрипунец, который, как ни крути, был главным доступным специалистом по этой области, оказался вынужден давать бесконечное количество консультаций на эту тему. Впрочем… после того, как Жерар Гайранос, даже несмотря на всю информацию о личности Хрипунца, поблагодарил его за обучение Месса и заверил, что готов доверять лично ему, так и иметь дело с кланом Агруменаш в будущем… всё яснее становилось, что недовольство и раздражение Хрипунца были больше напускными, чтобы ему окончательно не сели на шею. Потому что Теневой Символ тоже явно хорошо понимал, в кого Сареф пошёл такой наглый и языкастый.
Первый и главный вопрос, который перед ним стоял, это еда. Разумеется, они наберут с собой сухарей, зерновых лепёшек и сушёных полосок мяса – но всего этого хватит, в лучшем случае, на две недели. А то и меньше… потому что Сареф в облике Хима даже минимальные порции будет потреблять, в лучшем случае, в двойном объёме. Следовательно, возникает закономерный вопрос: чем там можно питаться?
Конечно, с одной стороны, когда Сареф был в Приграничье в самый первый раз, то помнил, что Ледяной Бивень в компании своих более низкоуровневых монстров угощался рыбой. И то, что они предлагали её Сарефу, в общем-то, говорило о том, что монстры были уверены в её безопасности для Жителя Системы. С другой… Бивень мог притащить туда эту рыбу из Системы. Но, опять же… там был целый городок для нейтралов… тому же Мёртвой Голове что-то наливали в стакан, Каменного Слизня угощали каким-то светящимся кормом… да и Безумный Богач, когда разговаривал с Сарефом, тоже пил какое-то вино. Правда, конкретно Богач своим вином Сарефа не угощал, недвусмысленно намекнув на то, что это может быть не безопасно.
Отдельно, разумеется, Сареф на эту тему расспросил Анейраша, потому что тот, пребывая в Приграничье, тоже должен был что-то есть. Вот только толку в том почти не было. Потому что, разумеется, Анейрашу, присутствие которого в Приграничье курировал лично Мёртвый Король воров, он же, как существо, полностью свободное в перемещениях между Системой и Хаосом, постоянно таскал своему подопечному еду.
В итоге ответ Хрипунца на эту тему их огорошил, потому как не дал совершенно никакой конкретики. По его словам, Хаос обострит их инстинкты до такой степени, что они сами будут чувствовать, что для них съедобно, а что – нет. И вполне может статься так, что одна и та же еда в Хаосе может оказаться вкуснятиной для Сарефа, лёгкой закуской, которая едва утолит голод, для Ванды, и совершенно несъедобной, а то и вовсе опасной для жизни мерзостью для всех остальных.
Впрочем, одно исключение было и у Хаоса. По словам Хрипунца, порой там произрастают особые деревья, ствол которых растёт не прямо вверх, а по спирали. На них растут красные плоды, которые по вкусу походят на смесь сгустков крови и перепревшей травы. Сам Хрипунец такие деревья встречал 3 раза в жизни, причём один раз с ним был Кемьяш и ещё кто-то из стревлогов. И все 3 раза это дерево буквально спасало им жизнь, позволяя насытиться и восстановить силы.
– Правда, – добавил тогда Хрипунец, – каждый раз я встречал это дерево в новом месте. И когда я оказывался в этом месте в следующий раз – то от дерева не оставалось и следа. У меня такое ощущение, что оно вырастает на одном месте на несколько дней, а потом уходит под землю – и вырастает в другом…
Вопрос с водой был намного проще. Ванда своими лапами хилереми уже умела сотворять целые куски льда, которые затем могла растапливать своим же пламенем. Поэтому для того, чтобы закрыть вопрос питьевой воды ну и небольшого её количества для того, чтобы хотя бы глаза сполоснуть по утрам, было достаточно одного котелка.
И на этом их приготовления, в общем-то, были окончены. По крайней мере, в части того, что с ними будет происходить, когда они в Приграничье всё-таки окажутся.
Однако не меньше проблем было и в том, чтобы туда попасть. Потому что, Сареф был уверен: для того, чтобы получить возможность хоть как-то двигаться дальше (при этом он не исключал варианта, что ему снова как-то придётся искать и уговаривать Хозяйку Тайных Троп), им в любом случае придётся дойти до Предвестника Хаоса и победить его.
А с этим предстояли свои сложности, потому что подземелье было такое же проблемное, как и с Сиреневым Фениксом, которого хоть как-то начали побеждать только после того, как Сареф провёл на него первый успешный подход. Подземелье же Предвестника, по словам тех немногих, кто рисковал отправиться в этот поход, было лютым. Не сложным, не длинным, не запутанным – а именно лютым. Всего туда осмеливались пойти 4 отряда: три пятёрки стревлогов от клана Агруменаш и ещё 1 раз нейтральные наёмники, среди которых даже был один носитель хилереми. Стревлоги до монстра дойти не сумели: подземелье каждый раз лупило по ним с такой огромной силой и выдавало такие сумасшедшие контрпики, что ящеры просто сдавались и поворачивали назад. Нейтральный отряд людей смог добраться до монстра и даже отбит с ним первую фазу. Вот только… как только Предвестнику сбили здоровье до второй стадии, как монстр просто… испарился.
Наёмники честно искали его дальше, полагая, что следующая фаза может быть в другой пещере, они ждали, но нет… сутки спустя командир группы получил оповещение о том, что подземелье обновляется, и потому им нужно покинуть его, если в их планы не входит оказаться в истощённом состоянии в окружении оравы свежевозрождённых монстров.
Сарефа это всё, разумеется, в некоторой степени напрягало. И даже не столько потому, что он боялся, что ему и его группе не хватит силы. В конце концов, он уже умудрялся побеждать и Василиска Вечности, и Чёрного Молоха. И он с тех пор стал сильнее, а Предвестник, как ни крути – монстр всего лишь 4-го уровня. Нет, дело было в другом. Из своего многочисленного общения с нейтральными монстрами Сареф знал, что они, в большинстве своём, любят походы на себя и любят сражаться с ходоками. Кто-то больше, кто-то меньше, но каждый из них, заступая на эту должность, в принципе, отдаёт себе отчёт в том, на что он подписывается.
А такое поведение со стороны Предвестника Хаоса больше напоминало скрытый саботаж. Ведь… Сарефу не очень нравилось об этом думать, но если Предвестник Хаоса – это монстр Севроганда, значит, за его появление здесь отвечает Мёртвый Король воров. И с учётом того, что он явно плетёт какие-то свои интриги с Хаосом (Вспомнить хотя бы историю с Кладбищенским Чемпионом, который держал при себе хаотическую сущность), вполне могло статься так, что на эту должность он каким-то образом, интригами и манипуляциями, поставил того, кто этого вообще не хотел, но кто может быть в нужный момент полезен Королю воров для каких-то своих целей. Но ответов на эти вопросы, разумеется, никто дать ему не мог.
Тем не менее, Сареф понимал, что лучше они уже не подготовятся, и потому попросил поставить максимально близкую дату похода – чтобы не тратить драгоценное время и не мотать себе без нужды нервы.
И вот, в вечер перед походом, в выделенном зале в мэрии собрались все присутствующие. Сам Сареф, Ванда, Стив, Орик и Месс. Анейраш, Эргенаш и Старшие стревлоги с Хрипунцом. Жерар и Нина. Йохалле и Ангреаш. С Ансильяшем даже была маленькая Ариша, которая без умолку болтала о том, со сколькими ребятами она уже подружилась, и с каким нетерпением ждёт, когда всего через 10 дней она, наконец, пойдёт учиться в школу.
Разумеется, для клана Агруменаш всё это время жизнь ни на секунду не прекращалась. Хрипунец, наконец, закончив обучение Месса, продолжил патрулирование по границам клана, одновременно продолжая выискивать стревлогов, которых, несмотря на все дипломатические усилия клана Агруменаш, продолжали держать в рабстве. Это, разумеется, вызвало ряд скандалов, впрочем, ни с одним из них руководство клана Агруменаш связать так и не удалось. Весьма расчётливая тактика со стороны стревлогов: показывать, что они, с одной стороны, готовы договариваться по-хорошему, но, с другой, если отказаться разговаривать: последствия не просто могут быть – они обязательно наступят, и степень их влияния никто не может предсказать.
Через несколько дней в клан прибывают делегации преподавателей, которые, собственно, будут преподавать. И Валка, которая, вероятно, уже смирилась с тем, что стревлоги никуда не денутся, и иметь с ними дело придётся, была занята тем, что согласовывала, где и в каких условиях её люди будут жить. С одной стороны, кажется, что слишком много чести: лично главе клана проверять такие мелочи. Но надо учитывать, что преподаватели – это самые образованные люди в клане, которых Валка вынуждена была сюда послать. И с каждым из них она, вероятно, персонально разговаривала, упрашивала поехать в клан стревлогов, лично гарантировала, что это будет безопасно… и наверняка обещала учителям за эту работу не только деньги.
С самим Сарефом Валка была чрезвычайно любезна, что сильно разнилось с её поведением на Годасте, когда она, конечно, обозначила, что Сареф ей помог спасти Женевьеву, и она ему благодарна, но ею тогда явно руководило чувство долга. Теперь же Валка была настроена куда более благожелательно. Что ж… вероятно, когда клава клана Ювенаро увидела дополнительные соглашения от стревлогов – то получила отличную возможность сравнить, что сначала придумали ящеры – и как это потом подкорректировал Сареф. И пришла к выводу, что Сареф, может быть, странный, высокомерный и очень любит личную выгоду, зато всё ж таки не лишён понятия хоть какой-то справедливости, и потому иметь с ним дело можно. Ну и то, что Сареф и Жерар уже даже на людях явно восстановили отношения и теперь общаются так, будто они одна семья, тоже… как минимум, явно намекало остальным главам, что с Сарефом без веского повода лучше не ссориться.
Однако же одновременно с тем Сареф ощущал, что вся эта рутина (пусть и рутина приятная, которую многие ждали и ради которой много работали) сейчас увлекает его всё меньше и меньше. Благодарности стревлогов, отношения с главами кланов, медленно, но верно поднимающийся на ноги клан Агруменаш… всё это отходило на второй план, потому что мыслями он уже был в походе, который – если он, конечно, его завершит – будет самым величайшим походом не просто в его жизни – а за всю историю Системы.
– Ну что ж, – среди огромного количества присутствующих слово, наконец, взял Анейраш, – вынужден признать, Сареф: в этот раз ты замахнулся на поистине невыполнимую задачу. Не мне, конечно, тебя судить, учитывая, как многим мы тебе обязаны… Но всё же…
– Когда мне приходилось спасать сестёр с Островов Теневых Символов – все тоже думали, что это непосильная задача, – невозмутимо ответил Сареф, – я, в принципе, даже готов поверить, что Адейро и Гидеон отправили меня за ними только для того, чтобы сделать хоть что-то – и почти не рассчитывали на успех. Тем не менее – я справился, и получил даже больше, чем рассчитывал.
– Всё равно, парень, ты очень сильно рискуешь, – заметил Хрипунец, – даже я, оказываясь в этом месте, не рисковал находиться там слишком долго. И позаботиться я мог о тех, кто с самого начала был со мной. Ты же рассчитываешь не просто выжить там – это бы ладно, ты настолько живучая тварь, что я готов поверить, что ты и там не пропадёшь – но и спасти тех, кого там держат…
– Вот лучше бы и посоветовал: как найти эту тюрьму в Приграничье, кому она принадлежит, кто и как её охраняет…
– К сожалению – здесь я тебе ничем помочь не могу, – развёл руками Хрипунец, – Шадий наверняка говорил тебе, что у нас между собой строгий договор: каждый Теневой Символ не лезет в дела остальных. Поэтому даже тот единственный раз, когда твоя уважаемая бабушка, – с этими словами Хрипунец чуть насмешливо поклонился Нине, – видела меня там – я просто возвращал должок Папочке. Сам я в той тюрьме никого не держал. У меня было слишком много сородичей, которых нужно было кормить и давать им работу, чтобы позволить себе роскошь в виде такой экзотической тюрьмы. Для моих целей обычных застенков было более, чем достаточно.
– Но ведь вы же тоже приложили руку к подготовке этого похода, не так ли, уважаемый Эккиэраш? – спросил Жерар, – вы готовили моего сына…
– Это так, – кивнул Хрипунец, – я помог ему освоиться с его способностями, показал, как поддерживать в себе баланс Хаоса, а так же научил его… скажем так, нескольким приёмам.
– Это каким? – спросил Сареф, – тем же, что… и меня?
– Не в такой степени, – покачал головой Хрипунец, – то, чем я наградил тебя – это была одноразовая акция. Тем не менее, я показал твоему отцу несколько заговоров… которые при использовании будут нещадно жрать его рассудок, однако, использованные в нужный момент, могут спасти вам жизнь.
– А что насчёт артефактов и оружия? – внезапно спросил Сареф, – их брать будет безопасно?
– Полагаю, можно… если на них нет слишком уж яркого Системного Отпечатка. Как, например, на этом окуляре, – Хрипунец указал на Йохалле, лицо которого украшал Глаз Снайпера, – по этой вещи чётко видно, что её модифицировал нейтральный монстр. И вот это местных тварей может взбесить. Ну а так… если вы собираетесь изображать беглецов, которым не нашлось места в Системе – полагаю, местные отнесутся с пониманием к тому, что какие-то вещи вы решили взять с собой.
– Ну что ж, – кивнул Сареф, – если кто-то из вас может помочь ещё хоть чем-то – прошу вас, высказывайтесь.
Все, ожидаемо, молчали, потому что с такой материей тут вряд ли кто-то мог хоть чем-то помочь. Тем не менее, спустя 30 секунд Нина встала и нехотя пробормотала:
– Имейте в виду… я всё это по-прежнему не одобряю. Однако же… если вы твёрдо решились, то… полагаю, вам это может понадобиться.
С этими словами она подошла к Сарефу и, взмахнув рукой, вызвала из своего Инвентаря 7 флаконов с поблёскивающим изумрудным содержимым.
– Ух ты, – Хрипунец неожиданно заинтересовался флаконами, – Амброзия, да пахнет-то как… с вашего позволения…
Не дожидаясь разрешения, он щёлкнул пальцами – и один из пузырьков упорхнул ему в руки. Теневой Символ понюхал его – и в следующий момент на его морде растеклась довольная улыбка.
