355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Вейдер » Бойтесь ложных даров! » Текст книги (страница 8)
Бойтесь ложных даров!
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 01:16

Текст книги "Бойтесь ложных даров!"


Автор книги: Дмитрий Вейдер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 33 страниц)

Глава шестая

Главное в бою – не толстая броня и большой калибр, а несокрушимая воля и дух бойца, позволяющие выиграть сражение, казалось бы, при полном отсутствии других благоприятных факторов

Кодекс легионера 123.3-11

Батор га'Авод… адмирал флота kazher…Линейный крейсер «Судный день»…5 часов хода до системы Суфия.

Предстоящая миссия, несмотря на свою продолжительность, выглядела легкой. Эскадра в составе одного линейного, двух броненосных и пяти легких крейсеров, сопровождаемая двадцатью эскортными миноносцами при транспортах и с целой флотилией более мелких судов уже более месяца шла в скрытом режиме в гиперпространстве. После ряда крупных столкновений вековой давности у империи было не так уж много тяжелых кораблей. Как подтверждала разведка, в системе Суфии было несколько старых судов и в общей численности до легиона наземных сил, укомплектованных преимущественно новобранцами и выпускниками военных училищ. Вероятность успешного боестолконовения, исходя из расчетов мощности орудий главного калибра, составляла 98,15%. В отношении наземной войны адмирал был даже более уверен: десять крупных соединений, расквартированных на транспортах, более чем двадцатикратно превосходили состав наземных армий Империи. Кроме того, при благоприятном стечении обстоятельств местная военщина могла дать столько же солдат, хотя в их надежности и боеспособности нельзя быть уверенным.

На всякий случай, подобно опытному игроку в карты, Батор имел свой козырь – прикормленных пиратов, которые в обмен на несколько систем (наивные, думают, после их оставят в покое!) предоставили большой, хотя и несколько разношерстный флот малоразмерных судов.

Адмирал с хрустом потянулся в кресле, жестом прогоняя обнаженных танцовщиц (киборги, без синтетических наркотиков в деле ничего не стоят). Одна из дверей его роскошных апартаментов, задрапированных в ярко-оранжевые кислотные тона, раскрылась, и, как всегда бесшумно появилась капитан крейсера Лия Темен.

Вот кого бы стоило отодрать по полной программе! Однако, за подобную вольность и нарушение Закона, даже выходцу из жреческого сословия не сносить головы. Извольте во время задания соблюдать строгий моральный облик Избранной расы. Хотя… если очень хочется, то можно – из всяких правил бывают свои исключения.

– Получено несколько гиперграмм по ближней связи от наших агентов: восстание против "имперских оккупантов" идет полным ходом, ваша честь!

Кивком головы, подтвердив получение сообщения (не дождется задастая стерва, чтобы получить повод для обвинения в нарушении Закона), адмирал нехотя бросил.

– Капитан, постарайтесь рассредоточить наши легкие корабли для прикрытия векторов отхода имперцам, да, и до поры до времени не вводите в бой флагман.

– Да, мой господин, через несколько часов мы можем начинать… но не стоит ли спросить совета у достопочтенного Иехуда га'Зарави.

Батор взбесился, почти что разрывая платиновую цепочку на своей груди, на которой висела бляха, свидетельствующая о принадлежности к жреческому сословию.

– Насколько вам известно, капитан Темен, по линии материнского прайда я принадлежу к священному сословию… это означает, что помимо функций командования эскадрой, я являюсь верховным судией и толкователем Учения в этой части Вселенной. Здесь надо мной представитель верховного эрвана не властен! Мы будем вести этой войну так, как диктует тактическая необходимость, а не глупые россказни выжившего из ума старика, который даже не удосужился сам вовремя пройти цикл омоложения!

– Кроме того, он активно возражал против использования пиратов, этого отребья… воины Избранной расы не могут бросать работу на произвол низших созданий!

– Это не обычная операция по "приведению в соответствие" на покоренных планетах…это первый за последний век большой поход в зону, контролируемую имперцами! Я не допущу того, чтобы как в прошлый раз мы рисковали своими людьми!

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 16.20… контрольная рубка.

Оставшись в одиночестве после ухода эскорта "Воля Империи", покинула геостационарную орбиту, перемесившись в одну из точек либерации по курсу четвертой луны Кирбалы. Когда громкий рев электромагнитных волн в динамиках возвестил о выходе в гиперпространство транспортов, капитан Василий Рогов несколько расслабился и отдал спешный приказ одному из вахтенных офицеров.

– Лейтенант Сторм, выведите броненосец на вектор отхода эскадры… мы не можем позволить, чтобы тяжелые корабли кащер последовали за ней… от мелочи уж как-нибудь отобьются, но нам нужно выиграть время… несколько часов, пока транспорты не наберут полный ход.

– Есть… курс 15.120.73. Машинное отделение… ионные… малый ход

С медлительностью бойца-тяжеловеса, готовящегося к решающему бою, "Воля империи" маневрируя корректирующими двигателями малой тяги, стала перемещаться ближе к астероидному полю.

– Приготовьте все оставшиеся у нас истребители и штурмовики, чтобы они прикрывали на сзади во время фронтального столкновения.

Корабль огласился воем сирен и немногочисленный экипаж бросился занимать свои места.

– Передайте приказ: весь свободный персонал – на орудия главного калибра. Вспомогательные службы и наземников – к скорострельным орудиям… нам только не хватало абордажа!

Броненосец почти пробрался до места атаки, когда неожиданно впереди огромное пространство объемом в четверть АЕ озарилось фиолетовым сиянием. В буйстве электромагнитных, силовых и прочего рода полей в небольшом отдалении материализовалось несколько десятков крупных кораблей.

– Сообщите дистанцию.

– Дистанция до головного корабля четыреста кабельтовых при таком ходе они подойдут на линию огня в пределах пятнадцати минут.

– Доложите состав эскадры противника.

– Десятки миноносцев, крейсера, легкие и тяжелые! – с ужасом в голосе проверещал один из мичманов, ожидая своей первый бой.

– Ничего, успокойтесь, всего два броненосных крейсера… остальные о нас зубы обломают.

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 16.40… башня 14/12

– Черт, сколько их! Дистанция 370 кабельтовых. – Виктор лихорадочно заносил в программу атаки характеристики появившихся целей.

Дитер, занявшийся скорострельными и лучевыми орудиями на двух уровнях выше, посмотрел на свои показания.

– Черт, а у меня 392 кб. Какой из дальномеров шалит?

– Контрольная башня, сообщите дистанцию!

– Дистанция 356 кб. до флагмана!

– У вас дальномер точен!?

– Идиоты, вы под каким углом сканируете. Сказано, наводить на флагман в центр корпуса, а вы по концевым бить будете!

Виктор, раздосадованный ошибкой, принялся перестраивать параметры прицельной сетки.

– Ис? Что ставим!?

– На дальней дистанции обычно пристрелочные болванки. Дед говорил, на сотне нужно бронебойными заряжать, а на пятидесяти кабельтовых на фугасные и разрывные переходить. Какая дистанция!?

– 170! Черт, быстро идут!

– Погоди, видишь, замедлили ход. Сейчас штурмовиков и торпедоносцев пустят…

– А сам-то что не выходишь?

– Все, блин, допрыгался, "Дракон" оставили на шаттле на случай наземной войны.

В просторное помещение среднего уровня башни ворвался хриплый голос одного из старших офицеров.

– Отставить разговорчики! Приготовиться к отбитию торпедной атаки!

Словно в подтверждение его слов от массивных кораблей противника отделились тысячи маленьких ярких звездочек.

Когда неожиданно звено тяжелых торпедоносцев противника оказалось в нескольких корпусах от броненосца Виктор рефлекторно надавил гашетку.

В грохоте залпа, забыв надеть сенсорно-защитный шлем, он с удивлением отметил, что один из двенадцатидюймовых снарядов навылет пробил два корабля противника и только потом разорвался.

– Охренеть, вот это и точность! – в суматохе боя Виктор не понял, сказал это Искандер или Дитер или кто-то по связи с контрольной палубы.

– Отставить пальбу! Все на скорострелки!

Виктор по ступенькам бросился наверх башни, где Дитер уже разворачивал свою орудийную систему.

– Ис… он там внизу подстрахует!

– Твоя левая сорокапятка – моя правая. Роботы берут на себя лазеры! Не жалей снарядов.

С ужасом, думая о том, что будет, если в верхний купол башни попадет торпеда, Виктор взгромоздился в кресло оператора скорострелки. Пальцы легли на привычные гашетки, однако отдача и скорострельность контурного орудия была даже более сильной, чем на "Энигме".

Дитер сам не жалел припасов… уже дважды автоматика напоминала о перегреве стволов. Однако с непривычки сумасшедше мечущиеся искорки было довольно трудно поразить.

– Куда ты так, не жги стволы! – Виктор тщетно попытался перекричать Кипелова и его "Дух войны". Когда только изрод успел подсесть на "чистый металл"!

– Время убивать!…мать вашу…разъе…аи вы х…вы!

Тем не менее, один из неприятельских штурмовиков, уворачиваясь от непрерывного потока огня изрода подставил борт орудию Виктора.

Длинная очередь из счетверенки прошила корпус, добравшись до двигателя – и все пространство перед башней озарилось нестерпимой бело-голубой вспышкой. Через пару секунд по броне застучали останки неудачливого пилота и его корабля.

Дитер, казалось, ничего не видел, из пасти свешивался алый язык, и на кресло капала едкая слюна.

Неожиданно его орудие замолкло… просто кончилась патронная лента.

Ожидая худшего, Виктор бросился к товарищу, и в этот момент в башню ударила торпеда.

Страшный взрыв срезал орудие Виктора и часть башенной брони. В образовавшиеся трещины стал улетучиваться воздух.

– Идем вниз, – Дитер, все еще с безумными глазами, в темноте нащупал оглушенного Виктора и потащил его вниз, не ожидая, пока автоматы зальют пробоины. – Падлы, такой редкий диск запороли!

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 17.05… контрольная рубка.

Все на мостике ощутимо вздрогнули, когда одна из торпед попала в башню расположенную впереди. Взрыв достиг и обзорного экрана, изрешетив наружные камеры тысячами осколков.

Пока автоматы меняли камеры, капитан осведомился у Строма.

– Какие повреждения? Последней волной нас здорово накрыло.

– Небольшие… пара незначительных пробоин… все тяжелые орудия действуют… даже носовая башня… похоже, подает признаки жизни. Противник потерял сто сорок кораблей и отказался от массированной атаки.

– Кто там, в двенадцатидюймовой батарее?

– Ваша грешная троица, "Дракон" и двое наземников!

– Это они из орудия сбили два штурмовика?

– Так точно… батарея 12/14… случайность!

– Лейтенант, запомните, на войне случайностей не бывает!

Обзорный экран полыхнул на миг ослепительно белым и восстановил свою нормальную картину: звезды, диск Кирбалы, корабли противников и редкие вспышки выстрелов.

– Капитан, миноносцы пришли в движение! Похоже, до линейного боя они хотят нас ослабить!

Следующий час, пытаясь маневрировать в пределах разгонного вектора, "Воля империи" отбивалась от наседавших со всех сторон миноносцев противника. Практически все истребители и тяжелые штурмовики, прикрывавшие фланги были сбиты, и теперь почти каждые десять секунд в корпус броненосца попадала очередная торпеда.

Полностью вышла из строя вспомогательная артиллерия, крепившаяся на корпусе и башнях и не имеющая броневого прикрытия. Основные орудийные системы и важные узлы корабля, будучи спрятанными за многометровыми листами стали и композитной брони, все еще действовали достаточно эффективно.

Один из миноносцев противника в ходе неудачного маневра оказался прямо по курсу, что позволило сосредоточить на нем огонь практически всех орудий.

Залп из двенадцатидюймовых орудий почти что в упор зацепил кормовые дюзы начавшего менять вектор сближения корабля. Миноносец дернулся и пошел в сторону.

– Черт они идут на таран!

– Успокоиться! Они расшибутся вдребезги о носовой экран и броню!

– Если ударят по боевой рубке – здесь полно будет трупов!

Корабль противника, неожиданно опомнившись, сменил направление и всего в полукорпосе прошел вдоль левого борта броненосца, не прекращая запускать торпеды. Потеря скорости и маневренности позволила тяжелым башенным орудиям вновь взять его на прицел и в течение полуминуты расстреливать с минимального расстояния.

Со стороны было видно, как в результате попадания тяжелых снарядов обшивка миноносца вспучивалась и трескалась, извергая потоки фиолетового пламени и пучки статического электричества. Командир гибнущего судна попытался отойти дальше, совершив непростительную ошибку – подставив беззащитные кормовые двигатели безжалостному огню двенадцатидюймовок.

Конец корабля был ярким и быстрым. Пробив защиту реакторов, десятки снарядов достигли цели, и пространство озарила яркая, переливающаяся всеми цветами радуги вспышка. Отдачей от взрыва и осколками посекло всю левую сторону "Воли Империи" и срезало несколько башен.

– Козлы, надо было дать отойти подальше, а потом добивать!

Тем не менее, гибель собрата охладила пыл у капитанов других миноносцев и желание атаковать. Повернув на 90 градусов они отошли подальше, предоставляя более тяжеловооруженным и бронированным собратьям добивать яростно сопротивляющуюся, огрызающуюся жертву.

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 18.05… башня 12/14

– Вот это потеха! Одного закатали в ящик! – Дитер, несмотря на утрату своих записей, был в хорошем настроении.

– Да, и сами поджарились!

– Внимание, личный состав имперских космических сил! Говорит капитан Рогов!

– Соратники… нам осталось продержаться еще пару часов, пока транспорты выйдут за зону действия перехватчиков кащер! Двадцать миллионов существ, никак не относящихся к тому аду, что происходит сейчас на Суфии, будут обязаны вам своими жизнями! Скажу честно, как капитан, побывавший в десятках сражений, у нас мало шансов выстоять против этой армады, однако мы не на минуту не забудем о долге перед нашей Родиной, нашими боевыми товарищами, нашими сестрами и братьями, отцами и матерями, живущими в безопасности за нашими спинами. Мы с честью исполним свой долг перед нашими детьми. Что будет потом – честно скажу, это мне видится с трудом… пока мы боеспособны и готовы сражаться, никто не должен позволить себе даже мысли об отступлении. Тем более отступать нам некуда и не на чем… Я прошу вас в эти критические часы проявить тот монолитный сплав духа и воли трех наций, что не раз спасал наши миры от разрушения и порабощения… С нами Правда!

– Да, пора петь отходную! – недовольно протянул Искандер.

– Не боись! Сейчас они подойдут поближе и мы им врежем по полной!

Дистанция между "Волей империи" и двумя броненосными крейсерами (легкие, наученные горьким опытом миноносцев, предпочитали не соваться) стала сокращаться.

– 110 кабельтовых! Залп из всех орудий!

Черноту космоса пронзили треки двенадцатидюймовых снарядов броненосца и восьми и десятидюймовых с крейсеров.

– Закройся, ответный залп!

– В следующую секунду по обшивке корабля словно гигантскими молотами принялись стучать крупнокалиберные снаряды противника.

– Это старый тип, дредноут, у нас тяжелее броня… с первого раза не пробьют… им же всыпим по первое число!.

Тем не менее, 8-и и 10-и дюймовые снаряды, не пробивая брони корабля, при попадании сильно повреждали боевые башни. После получасовой дуэли на средней дистанции половина орудий левого борта броненосца не действовала. В результате, он вынужден был принять более невыгодный курс, чтобы задействовать неповрежденную артиллерию с другой стороны. Противникам, имевшим более слабое боевое прикрытие также было не сладко. Один из крейсеров вынужден был на некоторое время отходить в сторону, чтобы залатать пробоины и восстановить работоспособность орудий главного калибра.

– Порядок… один уже задымил… скоро добьем… надо ближе подходить и расстреливать в упор.

Неожиданно пространство между противоборствующими силами озарила вспышка гипер-вихря: огромный серо-оранжевый корабль, превышающий своими размерами "Волю Империи" материализовался в пятидесяти кабельтовых по курсу.

– Вы поглядите-ка, что это за штука!

В следующий момент башню чуть не сорвало с креплений от попадания тяжелого снаряда.

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 18.35… контрольная рубка.

Лица у всех присутствовавших на палубе независимо от расы ощутимо вытянулись.

Капатан Рогов грязно выругался и добавил.

– Чтоб меня, это "Судный день". Линейный крейсер. Я уже сталкивался с ним полвека назад. Тогда, да и сейчас это был один из лучших кораблей их флота! Его четырнадцатидюймовые снаряды пробивают даже броню рейдера. Меняйте вектор сближения… мы прикроемся одним из крейсеров противника.

Оружие "Судного дня" было мощным, а прицел у профессиональных, кадровых наводчиков был отменный. "Воля Империи" с первого залпа попала под накрытие. Казалось, попадание нескольких десятков тяжелых снарядов даже замедлило ход судна.

– Капитан, машинное отделение… полетели обмотки реакторов… нам нужно выйти из боя и восстановить сверхпроводящие катушки.

– Командир – взрыв носовых торпедных аппаратов.

– Доложите общий уровень повреждений.

– Потеря тяги на 70%, 60% тяжелых орудий вышли из строя, более сотни крупных пробоин… автоматика не успевает восстанавливать структуру корпуса… это конец!?

– Ход до максимума! Полная мощность на оси двигателей.

– Но через тридцать минут минимум они взорвутся!

– Нам позарез и нужны эти полчаса… прикажите всем уцелевшим орудийным расчетам перейти на беглый огонь… нужна максимальная плотность огня на ближней дистанции, только так мы пробьем его шкуру. Да, еще приготовьте шаттлы. Всем наземникам и не занятым у орудий прибыть на челноки согласно десантного расписания!

– Вы собираетесь идти на абордаж? Но у нас мало людей, в десять раз меньше!

– Нет, они сами ждут абордажа, чтобы захватить броненосец.

– Тогда что!?

– Таран!

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 18.45… башня 14/12

Левое орудие было наполовину срезано осколком снаряда. Сама башня с заклинившими шарнирами с силовыми подушками могла покрывать только небольшой сектор обстрела. Несколько снарядов, к счастью, более мелкого калибра измяли броню. Несмотря на защитные экраны и шлемы в самой башне стоял нестерпимый звон выстрелов.

Искандер с совершенно очумелым лицом продолжал выкрикивать дистанцию.

– 40…35…30 кабельтовых… Они почти уже здесь!

– Фиксируй угол возвышения и поворотный механизм… у нас одна цель…максимальный огонь… не жалей стволов.

Рассчитанные на 6 выстрелов в минуту оставшиеся орудия с более чем с десятикратной скоростью выплевывали снаряды. Их кончики уже светились от статического электричества и остатков плазменных зарядов.

– Кольца ускорителей через пять минут накроются! – Дитер мельком взглянул на консоль, отражающую состояние орудийных механизмов.

– Ускорьте темп стрельбы! Не жалеть снарядов! – просили из контрольной башни.

На минуту отвлекшись от температурных датчиков, Виктор посмотрел на корпус вражеского судна: уцелевшие орудия "Воли" кромсали его носовую часть, нещадно поливая огнем палубные надстройки.

– Сейчас еще вдарим! С двадцати кабельтовых! У кого кишка первой не выдержит!?

Не успела последняя секция снарядов лечь на вал элеватора башни, как чудовищной силы удар сотряс ее до основания.

Четырнадцатидюймовый снаряд ударил "в лоб" и, искромсав орудия, завяз в толстой броне, не разорвавшись.

Все внутренности и приборы башни посекло страшным дождем из осколков, креплений и болтов. Большая часть дисплеев безжизненно чернела, кое-где змеились молнии разрядов, ощутимо тянуло гарью. Прислуга башни, успевшая до того надеть тяжелые скафандры, осталась жива.

– Дитер, ты цел? – Виктор вытащил изрода из-под рассыпавшейся грудой деталей панели наведения и ошметков брони. – Идем вниз… тут уже ничего восстановить нельзя.

– Ис… мать их так… ты где?

– Здесь, внизу! Поджарился малость. Герметичность нарушена! Автоматы дали дуба! Уходим… еще одно попадание и всем абздец!

* * *

Линейный крейсер «Судный день».

Адмирал Батор был в бешенстве, изрыгая страшные богохульства по поводу всех родственников посланца верховного эрвана. Нечестивые решили прикрыть свое отступление, пожертвовав старым броненосцем. Теперь законная добыча из нескольких миллионов существ, часть из которых, в качестве трофея, адмирал должен был доставить в родовую генетическую лабораторию своего прайда, уходила. А все из-за чего!? Маразматик отдал приказ через одного из старших офицеров не отпускать пиратов во внешнее кольцо оцепления.

Его крейсер с трудом сдерживал отчаянную пальбу погибающего корабля.

– Мой адмирал! 30% орудийных систем на корабле вышли из строя. На броненосных крейсерах еще более сильные повреждения. Потребуется до полугода, чтобы привести их в порядок! – капитан Темен, как обычно бесшумно вошла в адмиральскую каюту.

– Что вы предлагаете!?

– Выйти из боя, перегруппироваться и добить броненосец атаками тяжелых штурмовиков и миноносцев.

– Я уже потерял один корабль!

Неожиданно, презрев все соображения этикета, в кабину ввалился один из младших офицеров!?

– Во имя Учения!? Какого…?

– Мой адмирал, они идут на таран!

– Маневр уклонения! Вышлите десантные шлюпы!

* * *

Броненосец береговой (планетарной) обороны «Воля империи» 4 января 18.55… на пути к центральному ангару.

– Лейтенант Сторм! Что с капитаном!

– Капитан остался на мостике со старшими офицерами, несколько человек заперлось в машинном отделении.

– Таран!?

– Таран! – у нас десять минут, чтобы убраться.

– Виктор, какой у нас шаттл?

– Класс "Экстра". Там где штурмбат расквартирован!

До полусотни техников, офицеров и таких же, как Виктор, Дитер и Искандер наземников уже почти добрались до шаттла, когда одна из боковых переборок деформировалась, по ней кольцом с другой стороны прошелся лучевой резак, и в образовавшийся проем выдвинулась громоздкая человекоподобная фигура.

– Бетайры! Откуда они здесь!?

– Десант… абордаж!

Почти ни у кого не было стоящего оружия… Только несколько офицеров рязрядили лазерные пистолеты в сторону наступающих гигантов, что, впрочем, не принесло им вреда. В ответ раздался ужасающий ракетно-орудийный залп, буквально разорвавший на части первые ряды.

Мимо Виктора прокатилась голова Сторма, измятое тело которого осталось лежать впереди.

– Скорее, в боковой проход!

Два десятка уцелевших бросились к туннелю.

– Вскрывай вентиляционный люк!?

– Чем? – Дитер уже попытался содрать стопорные чеки когтями и зубами, когда Виктор остановил его и, отобрав стальную посеребренную бляху, принялся ковырять ею в блокирующем механизме.

– Отдай!

Пинком выбив решетку, Виктор спрыгнул в отсек, и его спутники успели заползти в узкий проход, когда за их спинами обрушилась дверь и в облаке пыли возник силуэт штурмовика кащер.

–Ходу, до шаттла осталось сотня метров!

Неожиданно путь кончился и, вырвав сетку, Виктор увидел огромное помещение, в центре которого уже дымил предстартовыми двигателями челнок. До пола было добрых три десятка метров.

– Подождите нас! Прыгай!

– Как? Расшибемся!

Искандер снял с пояса тонкий трос, используемый для буксировки в невесомости десантников, сильным ударом глубоко вогнал длинный нож в металлопласт туннеля.

– Слазьте! Должно выдержать!

Когда команда спустилась на пол и опрометью бросилась к большому челноку в, люке появилась знакомая фигура Густлава.

– Давайте быстрее, без вас все равно бы не улетели!

– Как так!?

– Пилота нет, никто не знает, как поднять эту чертову бандуру!

– У нас есть! Ис?

– Только истребители, я не знаю, как его даже завести!

– Двигатели мы прогрели, на том предстартовую процедуру и кончили.

Взлетев на внутреннем лифте на тридцатиметровую высоту, беглецы оказались в пилотской рубке.

– Давай, не медли!

Тысячетонный корпус шатлла вздрогнул. Вбежавшие в ангар бетайры принялись обстреливать его из подвесных ракетометов и забрасывать гранатами.

– Так, если не ошибусь, это контроллер гравитонной тяги. Искандер произвел несколько манипуляций с консолью.

– Отпусти страховочные крепления! Отстрели их вообще.

Внизу раздались взрывы отстреливаемых катапульт. Используя двигатели нереактивной тяги, шаттл приподнялся над полом и медленно двинулся в сторону проема.

– Они заблокировали створки люка!

– Сейчас наклоню корпус… держитесь!

– Под грохот незакрепленной арматуры и проклятия пассажиров стодвадцатитысячетонная махина шаттла наклонилась.

– Быстрее, конденсаторы разряжаются, гравиторы долго не протянут!

– Сейчас! – Искандкр грубо навел носовые проитивометеоритные орудия и выстрелил по двери. С пятого залпа дверь деформировалась, а оставшихся в ангаре кащер отдачей и декомпрессией разметало по разным сторонам.

– Выбивай дверь!

Шаттл запустил ионные двигатели на полную мощность (что категорически не рекомендуется в замкнутом пространстве) и вместе с потоком вырывающегося воздуха вылетел из отсека.

– Все, свалили! – Густлав набросился на соплеменника, так что Дитер едва вырвался из его когтистых объятий.

– Еще нет, за орудия!

Не успев отойти от броненосца на четверть корпуса, они оказались в плотном кольце истребителей.

* * *

Линейный крейсер «Судный день»… флот kazher

– Мой адмирал, нам удалось пробиться на мостик и захватить нескольких членов экипажа… несколько шаттлов ушло, но в машинном отделении все еще идет битва… мы не успеем отвернуть броненосец с курса!

– Еще маневр уклонения!

– Десять кабельтовых! Они не сворачивают! Я отдала приказ эвакуировать десант!

– Не сметь… этот корабль нужен мне целым!

– Мой адмирал, они вновь ложатся на курс сближения… это фанатики!

– Носовые аппараты залп! Полная мощность корректирующих дюз! Уходим с вектора атаки!

* * *

Броненосец «Воля империи»… 19.05.

Мичман Зитхад остался в живых один в реакторном отсеке. Старший помощник и несколько офицеров погибли, отражая атаки штурмовых сил кащер, их изувеченные тела лежали на обломках импровизированной баррикады.

Неожиданно пальба стихла и, перевернувшись, припадая на раненую правую ногу, он дотянулся до контрольного пульта. Похоже, десант убрался восвояси.

На маленьком мониторе, он заметил разворачивающийся вражеский флагман. Уцелевшие автоматы сообщали, что все наземники удачно стартовали…черт… вот только отпустят ли их кащеры?… да и бежать некуда. Похоже, он остался командиром корабля, доживающего свои последние минуты.

Контрольная панель подтвердила худшие опасения – флагман не догнать на дышащих на ладан реакторах. Оставался поврежденный броненосный крейсер противника.

"Воля империи" сменила курс и оказалась в полутора кабельтовых от одного из кораблей, пострадавших в огневой дуэли.

"Сволочи! Вы не получите ни меня, ни корабля!" Об участи пленных кащер Зитхад знал не понаслышке, отец рассказывал, как они наткнулись на один из "отсталых миров", зачищенных стервятниками для своих экспериментов.

До столкновения осталось немногим более минуты – было видно, как громоздкий поврежденный корабль не успевал увернуться. Зитхад держал палец на кнопке выключения магнитной подушки главного реактора. Скоро он посчитается со всеми!

В сознании всплывали почему-то картины детства: яркое светило Изрода, опаленные маревом старые улочки родного городка, дома, утопающие в цветущей растительности, любимая запруда, построенная с мальчишками на реке, где он проводил долгие часы в уединении, пытаясь постигнуть красоту окружающего мира, его смысл и назначение, определить свое место в нем.

Городская жизнь, ночные гулянки, облавы на "неформалов", не признававших официальной власти и культуры, долгие годы обучения.

И вот сейчас перед его глазами была беспроглядная чернота космоса, озаряемая вспышками голубого света на поврежденных кораблях… куда он летит?… к чему?… пространство стало сжиматься, приобретая форму конуса… что-то темное, расплывчатое заслонило свет звезд и – безумная, нестерпимая вспышка ледяного пламени! Мир перестал существовать…сомкнулись оковы Бесконечности.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю