355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэвид Ливайн » Приют мертвых » Текст книги (страница 7)
Приют мертвых
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 23:00

Текст книги "Приют мертвых"


Автор книги: Дэвид Ливайн



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава девятнадцатая

Обычно Академия джиу-джитсу была местом, где царила радость и воодушевленное напряжение сил. Но сегодня она стояла мрачная и притихшая. Бэр приехал сразу после короткого разговора с Помроем и задолго до того, как началась панихида. Заглянув в окно, увидел, что мат отмыт от крови, а поблизости от него несколько черноволосых смуглых людей расположились кружком с чашками кофе и с пирожными. Родственники, заключил он. Но Бэр был пока еще не готов встречаться с ними лицом к лицу и поэтому отошел от окна, решив заглянуть в заведения напротив. Пункт обналички был закрыт и, согласно расписанию на дверях, начинал работать в понедельник в девять утра. Он зашел в прачечную, закусочную и обувной магазин, открытые, несмотря на воскресенье. Положение дел было таково, что их хозяева не могли себе позволить роскошь отдыхать по выходным. Бэр задавал вопросы им и рядовым работникам. Был ли кто-нибудь из них на месте в то утро? Не заметил ли чего-нибудь подозрительного накануне того дня, когда произошло убийство? Ведется ли у них наружное наблюдение? Не зафиксировали ли камеры внутреннего наблюдения что-нибудь через окна? И получал ответы: «нет, нети нет». И еще: «Мы уже все рассказали полицейским, а вы, собственно, кто такой?»

Через некоторое время стали подъезжать машины и потянулся поток людей. В некоторых из них Бэр узнал спортсменов и тренеров школы. Пора было возвращаться в академию.

Внутри народу было раза в четыре больше, чем обычно. Кроме тех, кто занимался джиу-джитсу, пришли многие другие. Аурелио стал легендой среди почитателей самых разных боевых искусств, и проститься с ним явились болельщики, тренеры и бойцы, среди которых были и известные. Интересно, подумал Бэр, можно ли было рассчитывать на столько человек, если бы дело происходило в Лас-Вегасе или Лос-Анджелесе? Людям приходилось тесниться, вплотную соприкасаясь друг с другом, потому что мат, на котором нашли Аурелио, огородили, и прощание происходило в зоне, где спортсмены обычно разминались и ждали своей очереди к вступлению в бой.

Официальная церемония еще не началась, люди общались и просто разговаривали, то тут, то там уже слышалось всхлипывание, кое-кто утирал слезы. Взятая в раму большая фотография Аурелио демонстрировала его после очередного боя – улыбающийся спортсмен с победно поднятыми руками покидал ринг. Фотография многих действительно растрогала. Вокруг нее горели свечи, из динамика неслись негромкие звуки бразильской гитары. Бэр прошел мимо впечатляющей выставки трофеев Аурелио – поясов и спортивных наград. Ему было неловко в пиджаке с галстуком, так как в своем большинстве другие – особенно бразильцы – были одеты гораздо свободнее. Он поздоровался с несколькими знакомыми спортсменами и тренерами.

Тут же присутствовали следователи полицейского управления Индианаполиса, ведущие это дело, – видимо, верили в старую байку о том, что убийца, не в состоянии себя превозмочь, приходит на похороны жертвы. Бэр не знал человека, стоявшего у кофеварки и старавшегося не бросаться в глаза, но, может, потому, что тот также был в пиджаке и галстуке. Бэр кивнул ему, не дождавшись ответа.

Благодаря этому скоплению людей Бэр яснее понял, в насколько стесненных условиях приходится существовать школе джиу-джитсу. Число участников начало расти с момента ее основания три года назад, и теперь определенно требовалось большее помещение. Аурелио уехал из Бразилии десять лет назад, но задержался в Нью-Йорке, где три года работал тренером у двоюродного брата. Когда его карьера бойца в основном завершилась, он решил переехать в другой город и основать собственную школу. И выбрал Индианаполис. Так бразильцы распространяли по стране джиу-джитсу – обосновывались при поддержке родных и друзей везде, где только можно, и, пользуясь своей известностью, привлекали новую аудиторию. Первые ученики, успевшие завоевать коричневые и черные пояса, сами стали тренировать в академии и на равных с другими выступали в местных и региональных соревнованиях. Так школа пускала корни и разрасталась, и Аурелио оказался на пике успеха. И вот теперь возник вопрос: выживет ли без него академия?

Протискиваясь сквозь толпу, Бэр осторожно брал под локоть местных жителей и вручал свои визитные карточки, дабы они слали ему сообщения по электронной почте и вообще были с ним на связи. Те, кто знал Бэра и чем он зарабатывает на жизнь, спрашивали, не слышал ли он чего-нибудь об убийстве. Это был малообнадеживающий признак. Люди чаще всего не подозревают, как много им самим известно. Бэру хотелось верить в то, что должно же что-нибудь найтись, но, как голодный шакал, проносившись все утро в поисках информации, нисколько не продвинулся. Другим дурным знаком было то, что полиция всего через несколько дней сняла запрет на посещение места преступления. Это означало одно: после первого осмотра у следователей не осталось надежд на то, что здесь можно обнаружить какие-либо улики.

Бэр стал пробираться сквозь бурелом складных стульев, еле различая в гуле голосов английский, ломаный английский и португальский языки, стараясь приблизиться к тому месту, где расположились родственники погибшего.

– Господин и госпожа Сантос? Я Фрэнк Бэр. Ученик Аурелио. Примите мои соболезнования.

Даже после того как они кивнули и поблагодарили, он не был уверен, что родители погибшего понимают по-английски. Фрэнк подошел к двум мужчинам лет тридцати. Судя по вьющимся темным волосам, чертам лица и фигуре оба были братьями Аурелио. Они сидели рядом с подавленной горем женщиной. Ее глаза покраснели от слез, и Бэр решил, что это сестра покойного.

– Сочувствую вашей потере. – Он пожал им руки.

– Вы тренировались с моим братом? – спросил тот, что был старше. – Я Альберто.

– Да. Я Фрэнк Бэр. Частный…

– Конечно, конечно. Элио нам о вас рассказывал. Говорил, настанет день, и с вами будут проблемы. Вы забываете, что проводите не бой, а всего лишь тренировку.

– Да, вот такой я упертый. – Бэр покосился на мужчину, прислушивавшегося к их разговору.

– Рори не говорит по-английски, – заметил Альберто и, повернувшись к брату, перешел на португальский. Бэр услышал свое имя. Младший брат ответил и среди других слов произнес «детектив».

– Так вы детектив? – переспросил Альберто.

Фрэнк кивнул.

– Полиция утверждает, что пока не напала на след. Может, вам удастся выяснить, что произошло? – Отчаяние в глазах такого сильного человека показалось Бэру невыносимым.

– Предприму все, что в моих силах. Уже занимаюсь этим.

Молча следивший за этим обменом репликами, Рори поднялся, подошел к столу, на котором лежала, наверное, дюжина свернутых бразильских флагов, взял один и, протянув Бэру, заговорил по-португальски.

– С этими флагами Элио выходил на ринг, – перевел Альберто. Фрэнк знал эту его привычку: Аурелио появлялся на ринге, накинув на плечи флаг, а после победы размахивал им перед толпой зрителей. – Мы хотим подарить их особенно близким его ученикам. На память.

Бэр ощутил под пальцами гладкую поверхность блестящего зеленого флага и несколько мгновений стоял, не в состоянии вымолвить ни слова. Наконец благодарно кивнул и выдавил:

– Obrigado… obrigado. – Он заметил, что глаза Альберто наполнились слезами, но бразилец улыбался. Эта улыбка была настолько похожа на улыбку Аурелио, что Фрэнку показалось: она у братьев одна на двоих.

– У вас хорошее произношение, – проговорил Альберто. – Но я не вижу девушку. Вы ее знаете?

– Девушку? – удивился Бэр.

– Ту, с которой он познакомился несколько недель назад. В последнее время я с ним мало разговаривал. Он был занят. Занят ею. Он не назвал мне ее имени. Просто сказал, что у него новая девушка.

Фрэнк пять часов в неделю проводил один на один с убитым и не знал такую важную новость, что у того завелась новая подружка. Радовался своей противоестественной способности избегать «излишнего» общения. Отец Аурелио поднялся и откашлялся.

– Я буду переводить то, что он скажет, – извинился Альберто. – Поговорим потом.

Бэр кивнул и направился к двери, рядом с которой еще оставалось несколько свободных стульев.

Старик, то и дело прерываясь, произнес несколько взволнованных фраз на португальском и замолчал, давая возможность сыну перевести собравшимся.

– Мой сын Аурелио любит джиу-джитсу. Меня научил отец. Я научил его. И хотя у него не было сына, он любил учить. Делал это с пяти лет и затем всю жизнь.

Отец говорил, а Бэр вспоминал, чему его учил Аурелио – и научил, жестоко вколачивая в него каждый прием, а их было немало: гильотина, обратная гильотина, передний удушающий захват, гогоплата, захват колена, захват локтя, вестерн, ярмо, кимура, захват руки, тройное удушение, треугольник, болторез и, конечно, самый агрессивный из них – крест. Движения отличались многочисленностью и разнообразием, а Аурелио был великим импровизатором. Но его импровизации закончились очень внезапно – так оборвать их могла только смерть.

У Бэра были причины выбрать место рядом с выходом: нехорошо уходить с панихиды друга, но он понимал – это его последний шанс проникнуть в дом Аурелио. Родные – если они остановились в доме Сантоса, а Бэр в этом не сомневался – еще некоторое время пробудут в помещении академии. После церемонии они вернутся домой и примутся упаковывать личные вещи убитого, и тогда исчезнет последняя надежда обнаружить что-либо, способное оказаться полезным. Бэр рассчитывал, что полиция не дежурит в доме, иначе не решился бы там показаться.

Отец Аурелио сделал паузу, и снова поднялся Альберто.

– Мой сын, – начал переводить он, – по-особому относился к людям. Всегда – с огромным уважением. Никогда не пытался принизить человека, наоборот, старался его возвысить и чему-нибудь научить. – Бэр обвел глазами зал. Несколько бойцов кивнули. – Даже многие из тех, кого он победил, впоследствии стали его друзьями. Некоторые из них присутствуют сегодня здесь…

«А кого-то нет, – подумал Бэр, ощущая, как его обжигают слова. – И эти люди отсутствуют не только потому, что далеко живут». – Он покосился на дверь в шести шагах от его стула. Оставалось надеяться, что уход по-английски не будет выглядеть слишком подозрительным. Фрэнк поднялся.

Удача пролилась на него дождем. В доме Аурелио не оказалось полицейской засады. Бэр оставил машину за углом и на случай, если бы на улице кому-нибудь вздумалось полюбопытствовать, подошел к дому сзади. На этот раз окно оказалось незапертым – он заметил это, еще пересекая двор. Бэр бы справился и с замком – он помнил по прошлому визиту, что запор был из отдела уцененных товаров. И, приближаясь к стене, он уже держал в руке универсальный многофункциональный нож. Просунул лезвие под раму, и засов с щелчком открылся. Со второй створкой Бэр справился еще быстрее и, открыв окно, скользнул внутрь.

В доме стоял восхитительный аромат. Бэр вошел в кухню и, увидев на плите большую кастрюлю с мясом и рисом, решил, что блюдо приготовила мать Аурелио для гостей. От запаха у него потекли слюнки, но он отвернулся и направился в гостиную. На полулежали открытые чемоданы и две частично наполненные спортивные сумки. Судя по тому, что на диване лежали простыня, одеяло и подушка, на нем спал один из братьев убитого. Компоненты стереосистемы разъединили и подготовили к упаковке. То же самое произошло с сорокадвухдюймовым плазменным телевизором. Пульт дистанционного управления обмотали сетевым шнуром и оставили на кофейном столике. Бэр поискал на книжных полках фотографии или бумаги, но ничего не обнаружил. Пролистал несколько томиков в твердых переплетах, и опять напрасно. Подумал было перебрать сотню с чем-то книг в мягких обложках, но решил, что это займет слишком много времени, а результат сомнителен.

Направляясь в ванную, он старался не слишком наследить. А в спальне понял, что столкнулся с проблемой. Перед ним стояли четыре картонные коробки – три уже были закрыты и перевязаны скотчем. «Проклятие!» – выругался про себя Бэр и вошел в гардеробную. Потянув за шнурок, зажег лампу без плафона, но увидел только голые проволочные плечики и комья пыли. Родственники паковали быстро и сноровисто. Он открыл единственную еще незапечатанную коробку. Она оказалась доверху заполненной обувью – модными ботинками, кроссовками, тапочками, была даже пара низких зимних сапог, которые Аурелио, судя по их виду, не жаловал. Бэр закрыл коробку и обвел глазами комнату. Мебели в спальне оказалось немного, да и подбирали ее, видимо, не особенно руководствуясь эстетическими соображениями. Такие вопросы не слишком интересовали Аурелио. Бэр опустился на колени и заглянул под кровать. Но не обнаружил ничего, кроме коврика для занятий йогой и массажной палочки для фиброзных тканей.

Поднявшись, он бегло осмотрел ванную. Пригляделся к туалетным принадлежностям и обнаружил, что некоторые из них явно женские. Попытался определить, на чье пребывание здесь они указывают – матери, сестры Аурелио или его «новой подружки». Одни были сделаны в Бразилии, другие – в Штатах. Но по бритве «Шик» и шампуню «Суав» мало что скажешь. В аптечке стояла полупустая зеленая коробка презервативов «Траджет».

Бэр уже смирился с тем, что его удача ограничилась лишь беспрепятственным проникновением в дом, но в это время обнаружил еще одну дверь – в гостевую комнату. В ней стояли две двуспальные кровати, явно использовавшиеся по назначению, и пара чемоданов на колесиках с бразильскими багажными бирками. В угол был задвинут письменный стол. Бэр тут же бросился к нему. Осмотр он начал прежде всего с ноутбука. Он мог принадлежать одному из братьев или сестре убитого, но, судя по тому, что на столе ему было отведено центральное место, он скорее всего был собственностью Аурелио. Бэр попытался вспомнить, видел ли он компьютер в студии, и решил, что там его не было. Нажал на кнопку включения питания, и аппарат, издав механический звон, заработал. Через мгновение он загрузился, и Бэр с досадой увидел, что и клавиатура, и процессор настроены на работу на португальском языке. Бэр попытался извлечь несколько документов, но каждый раз следовал запрос, как он понял, пароля. Бэр было подумал украсть ноутбук и попросить знакомого компьютерщика вскрыть программу, но оставил эту идею и выключил аппарат.

С каждой стороны стола было по два ящика, и все оказались набиты бумагами: оплаченными счетами, страницами черновика учебника джиу-джитсу на английском языке со схематичными рисунками приемов. Тут же лежали фотографии, сделанные в школе и на родине Аурелио, и меню из местных ресторанов. Но на золотую жилу Бэр напал в предпоследнем ящике, где он обнаружил чековую книжку Аурелио.

Достаточно было беглого взгляда, чтобы понять: самые старые корешки относились к полуторагодичной давности. Бэр начал долгую процедуру пролистывания от самых первых к последним, и они создавали финансовую картину повседневной жизни убитого. Чеки не имели отношения к деятельности академии, но раз в месяц Аурелио платил за аренду дома, кабельное телевидение, газ и электричество. У него были две кредитные карточки, на которые он ежемесячно клал от двухсот до шестисот долларов. Автостраховка оплачивалась ежеквартально. Из отчетных документов следовало, что за год его балансовый счет увеличился с шести до шестнадцати тысяч долларов. А два месяца назад был обналичен чек на четыре тысячи.

«Вот он, сигнал опасности, – подумал Бэр. Через три с половиной недели был обналичен еще один чек – на семь пятьсот. – Это уже мигающий красный светофор!» Появление дурных денег зачастую сопровождается дурным поведением. Но Аурелио был серьезным человеком. Во всяком случае, казался таким. Первое, что приходит в голову, – наркотики. Но даже Бэр с его неумением активно общаться сумел бы заметить изменения. Вторая мысль – азартные игры. Они не оставляют на человеке заметных физических следов. Бэр не слышал, чтобы Аурелио упоминал интернет-покер, и, насколько знал, он не интересовался ни американским футболом, ни баскетболом. Он был поклонником европейского футбола. Мог просадить какие-то деньги, но местные букмекеры не очень-то жаловали эту игру. Существовала возможность, что он ставил на победителей в соревнованиях по боевым искусствам. Этот человек не был трусом, и если кто-нибудь попытался бы принудить его отдать деньги, тут же пожалел бы об этом. Вот тогда дело могло бы дойти до огнестрельного оружия…

Бэр перетряхнул последний ящик в поисках банковских уведомлений и аннулированных чеков с индоссаментом, [20]20
  Надпись на финансовом документе, подтверждающая переход прав по этому документу другому лицу.


[Закрыть]
что завершило бы финансовую картину, но ничего подобного не обнаружил. Тщательно, но с нулевым результатом, обыскал комнату, а затем записал номер банковского счета Аурелио и номера чеков с самыми крупными тратами. Было бы хорошо найти эти аннулированные чеки, но он не знал, где искать, а время поджимало. Окинув в последний раз взглядом комнату. Бэр направился к задней двери, задержался на мгновение, чтобы закрыть окно, и, пригибаясь, поспешил по лужайке к машине.

– Томми? Это Фрэнк. – Он воспользовался короткой поездкой по городу, чтобы поговорить по телефону.

– Привет, Фрэнк. – Томми Коннотон был тем самым компьютерщиком, о котором он недавно вспоминал. На работе Томми ремонтировал компьютеры и восстанавливал базы данных. Однако к тому, что они познакомились, этот род деятельности отношения не имел, равно как и к тому, каким образом Томми зарабатывал большую часть своих денег.

Вскоре после того как Бэр ушел из полиции и стал частным детективом, ему позвонил студент Университета Батлера. Похоже, у него возникли проблемы с футбольным товариществом «Таус» – то ли из-за того, что имел дерзость появиться на их вечеринке, то ли потому, что заговорил не с той девушкой, то ли еще из-за какой-то ерунды. Парень сказал, что он из Кармэла, что у него богатые родители и он хочет нанять на время телохранителя. Вот что происходит, когда твоя фамилия начинается на «Б» и на нее сразу натыкаются, листая справочники. У Фрэнка не было ни малейшего намерения выступать в роли телохранителя, но в тот период работы было даже меньше, чем обычно. Бэр сидел напротив тощего, бледного Коннотона в студенческом центре. Они разговаривали за чашкой кофе, как вдруг парень напрягся. Бэр оглянулся и увидел, что в зал входят с полдюжины спортивного вида ребят. Среди них были плотные крепыши и долговязые верзилы – вес и рост определяли позиции игроков. Особенно выделялся лайнмен с бычьей шеей.

– Это Молк. Блокирующий полузащитник. Тупой, как чугунная чушка.

У полузащитника были длинные пшеничные сальные волосы. Он с угрозой смотрел на Коннотона, и, надо думать, лишь присутствие Бэра удерживало его на месте.

– Вот что я тебе скажу, – начал Бэр. – Я тебе помогу. Работать телохранителем не стану – просто разрулю твои неприятности. – Они договорились на пятистах долларах.

Он подошел к притихшим спортсменам и, опершись кулаками о стол, подался в их сторону. Занятия футболом помогли нарастить парням на костяк мышцы, зато сам он был один сплошной хрящ.

– Видите Тома Коннотона? Не смейте приближаться к нему ближе, чем на двадцать пять футов. Не смейте ничего ему говорить и не смейте ничего говорить о нем. И упаси вас Бог тронуть его. Иначе будете иметь дело со мной. Ясно?

Футболисты кивнули. Бэр заглянул в глаза Молку и увидел в них страх. И еще заметил полное отсутствие интеллекта, а это не могло не настораживать. Он ушел вместе с Коннотоном, пообещавшим расплатиться чеком.

Через два дня студент позвонил и пригласил к себе забрать чек. Так Бэр оказался у него дома. Войдя в квартиру, Фрэнк понял, что она представляет собой настоящую дыру, а никак не жилье благополучного мальчика из Кармэла, даже если родители держат сына в черном теле. Еще Бэр заметил, что с Коннотоном круто обошлись. На переносице багровел отвратительный огромный кровоподтек с желтыми краями.

– Молк? – спросил он.

Коннотон кивнул и протянул чек. Бэра тронуло, что парень собирается с ним расплатиться. Даже если в этом был определенный расчет с его стороны, надо было признать, что он себя полностью оправдал.

– Дерьмо! Прошу прошения, Том. – Бэр понял, что по той мути, которую он разглядел у Молка в глазах, ему следовало догадаться, что футболист поступит именно так, невзирая на грозящие последствия. И пообещал себе, что больше никогда не станет недооценивать сочетание глупости и злобы. – Держи пока у себя. – Он отодвинул чек в сторону. – Я за ним вернусь.

Он направился в кампус и отыскал резиденцию товарищества «Tay». Оставил машину напротив входа и натянул на руки перчатки драчуна – плотно облегающие кисть с восемью унциями напыленного на костяшки свинца, отчего удары становились тяжелыми, как падающие цементные блоки. Дверь, как водится в товариществах, была нараспашку.

С полдюжины братьев-спортсменов сидели у телевизора и смотрели шоу Джерри Спрингера.

– Где Молк? – спросил Бэр, когда все головы повернулись к нему.

– Кто, черт возьми, ты такой? – Навстречу поднялся высокий черный парень, по виду свободный защитник.

В это время из кухни показался Молк с бутылкой пива. В его глазах мелькнул страх, но он постарался его скрыть.

– Чего надо? – Он всеми силами пытался сохранить небрежный тон. Сделал глоток пива.

Бэр, реагируя на ситуацию почти рефлекторно, вбил ладонью бутылку обратно ему в рот. Молк рухнул – его лицо превратилось в месиво выбитых зубов, стекла и крови.

Свободный защитник, обойдя диван, приготовился встретить Бэра на выходе, но тот нанес ему удар по корпусу. Перчатки сделали свое дело, и парень осел, сложившись пополам.

Фрэнк навис над Молком, корчившимся в ожидании нового удара и, видимо, инстинктивно пытавшимся отползти в сторону.

– Не заставляй меня приходить снова. – Футболист кивнул. Бэр, усмотрев в его глазах новую глубину понимания, решил, что теперь все в порядке.

Когда он возвратился в дом Коннотона, парень недолго упирался и быстро признался, что он вовсе не из богатой семьи, а если что-то и приобрел, то только благодаря своим компьютерным познаниям – имелся в виду, в частности, телевизор с большим экраном, который тем не менее ему пришлось продать, чтобы получить крайне необходимые в какой-то момент пятьсот долларов. Они немного поспорили по поводу того, у кого должен остаться чек, затем Бэр просто засунул его Коннотону в карман. Через полтора года, когда Бэр не смог обнаружить необходимые ему для расследования сведения о налогообложении в обычной базе данных, Коннотон с готовностью ему помог. Так все и началось.

– Хотел поручить тебе серьезное дело, – сказал Бэр в телефонную трубку. – Ноутбук из Бразилии.

– Грандиозно!

– Но в итоге решил предложить нечто менее экзотическое. У меня есть номер банковского счета и несколько чеков. Они выписаны с целью обналичивания. Мне надо знать, кто их обналичил.

– Да, – вздохнул Коннотон. – С ноутбуком было бы проще.

– Вот как… – расстроился Бэр.

– Не забывай: я не бухгалтер и не работаю в банке. Потребуется хакерская атака, а это займет некоторое время.

– Сколько?

– Три или четыре дня. И я с тебя прилично возьму. Хотя и по дружеской станке. Но все равно это выльется в кругленькую сумму…

– Приступай.

– Приступать? Так просто? Ты даже не хочешь спросить, сколько это будет стоить.

– Полагаю, ты будешь честен со мной. И я заплачу, сколько ты скажешь. А если не заплачу, ты совершишь атаку на мой банковский счет. Но если я пойму, что ты со мной нечестен, я совершу атаку на твою входную дверь.

– Договорились, – по голосу Коннотона можно было понять, что он слегка не в своей тарелке.

Бэр прочитал ему номер счета и номера чеков.

– Позвони мне, когда появятся какие-то сведения. И, пожалуйста, поспеши, – сказав это, он отсоединился.

Бэр остановился напротив дома человека, который должен был бы прийти на церемонию прощания с Аурелио, но не пришел. Вылез из машины и направился к зданию, окна которого еще закрывали жалюзи, хотя был уже полдень. И хотя, судя по всему, в доме никого не было, постучал в дверь. Точнее сказать – грохнул. Прошло несколько секунд, и дверь отворилась. За ней стоял Стивен Дэннелс, мужчина примерно одного возраста с Бэром, с длинными каштановыми волосами, на полфута ниже его, но широкий в плечах и с мощными руками.

– Привет, Стивен, – поздоровался Бэр.

– Фрэнк… – даже по единственному сказанному слову угадывался его австралийский акцент. Рукопожатие Стивена было легким, как у всякого бойца, чьи костяшки пальцев были постоянно в ссадинах. – Заваливайся.

Бэр проследовал за Дэннелсом в мрачную, словно пещера, гостиную. Хозяин двигался вихляющейся походкой, припадая на одну ногу, почти хромая, что объяснялось старыми травмами. А их последствия ощущались от лодыжки до бедра и выше – до самых плеч. И ничего удивительного: этот человек только что не жил на мате. Бэр слышал, что он перед тренировками втирал в больные места мазь «Препарейшн-эйч», веря в теорию, что она способствует заживлению тканей. «Ну и как, помогает?» – спрашивал его Бэр. «Что б я знал, приятель, – отвечал Стивен. – Но в суставах геморроя точно не наблюдается».

– Садись, не маячь, – предложил хозяин.

Фрэнк с трудом нашел место на диване. Вся комната была завалена книгами, и в ней стоял запах от потной после тренировок одежды и тайских растираний. Дэннелс был старшим тренером в школе Аурелио и, хотя не прославился на ринге, в теории и практике джиу-джитсу достиг почти таких же высот, как его бывший ментор. Днем он работал в компании «Нэви-джен», выпускающей тяжелые и средние грузовики и автобусы следующего поколения. Между этими делами он успел, кроме того, защитить докторскую диссертацию в области физики. Может быть, поэтому или из-за его техничности в боях многие называли его «профессором». Но Бэр к ним не относился.

– Не видел тебя на панихиде, – начал Фрэнк, как только хозяин опустился напротив него в кресло. Дэннелс начал сотрудничать с Аурелио вскоре после того, как открылась школа. Он приехал из Калифорнии, где работал в компании «Локхид», и к тому времени уже имел два черных пояса: один в тэквондо, другой – в японском джиу-джитсу.

– Я разговаривал с его родными, а идти туда для меня было слишком тяжело. Понимаешь?

– Да, – ответил Бэр и не солгал. Он чувствовал, насколько подавлен его собеседник. Прошло совсем немного времени, как Дэннелс начал тренироваться с Аурелио, и он стал обладателем черного пояса по бразильскому джиу-джитсу. Это произошло лет пять назад. Оставалось только гадать, каких же высот он достиг к настоящему времени. Мягкая речь, скромные манеры, открытая улыбка. Бэр характеризовал его как кошмар всех баров. Если на него проливали вино, извинялся скорее он сам. Но стоило обидчику его еще и зацепить, тут уж спуску не было – не обходилось без перелома или глубокого нокаута, а часто и того и другого.

– Ключи от школы у тебя, аренда, как я полагаю, еще продлится какое-то время. Не тяни с выходом на мат, – посоветовал ему Бэр.

– И ты тоже, – ответил Дэннелс. – У тебя неплохо получается.

Бэр кивнул. У него была возможность несколько раз сразиться со Стивеном. Впечатление осталось такое, что бой происходил не с человеком, а с удавом. Никакие атаки не удавались, и все неизбежно заканчивалось поражением, как правило, вследствие удушающего захвата. Обсуждая тонкости спортивной техники, Дэннелс обычно начинал: «Из той сотни, которую я вырубил…», и это не было бахвальством, а объективной констатацией проделанной работы.

– Может, если сумеешь, возьмешь на себя какие-то его группы? – предложил Бэр.

– Вот до чего дошло, – посетовал Стивен. Он говорил будто со стеной, как вообще в последние дни.

– Да уж… – кивнул Бэр. Он надеялся, что Дэннелс со своим тонким умом подметил детали, которые могли бы помочь в расследовании. – Ты знал Аурелио на ринге и за его пределами. Слышал что-нибудь о девушке, с которой он встречался?

– Ни о ком после Марии. Были еще две чувихи, но он к ним относился несерьезно и быстро сплавил. Разве что нашел кого-нибудь в последнее время. Но мы были слишком заняты – говорили только в раздевалке и на мате и в основном на профессиональные темы. Так что извини, дружище, мало чем могу тебе помочь.

– Ничего. Я знаю еще меньше твоего. – Бэр не хотел раскрываться до конца. – Случайно не представляешь, с кем он был на ножах? У кого могло появиться желание с ним расправиться. И кто был на это способен?

Дэннелс помолчал, но не для того, чтобы обдумать вопросы – он сам успел над этим поразмыслить. Бэр попал в точку. Дэннелс поднялся и подошел к столу, на котором стоял ноутбук. Фрэнк последовал за ним и увидел, что на экране крутится видеоклип из Интернета.

Мелькали кадры подборок схваток, снятые во время соревнований по смешанным боевым искусствам в Чикаго.

После того как был объявлен победитель в легком весе, вперед выбежал крупный мужчина с ежиком на голове и вырвал у рефери микрофон.

– Это кто, Франкович? – спросил Бэр.

– Точно, – кивнул Дэннелс.

Деннис Франкович был хорошо известным бойцом и сохранял чемпионский титул в полутяжелом весе, пока два года назад его не победил Аурелио. Бэр знал, что тот, обладая хорошим ударом и напористостью, одержал немало побед и благодаря своем естественной природной силе мог рассчитывать на хорошую спортивную карьеру.

– Здесь находится человек, присвоивший себе то, что принадлежит мне! – проревел Франкович в микрофон. Он обвел глазами зрителей. – Выходи, Сантос, начнем все сначала. Мы уже раз повоевали, но не закончили. Покажи, на что ты способен. Давай повторим все еще раз.

Публика разинула рты. Камера метнулась туда, куда смотрел Франкович. Его требование было вне всяких правил – он хотел спровоцировать драку.

– Когда это произошло? – спросил Бэр.

– Около года назад.

– Аурелиотам присутствовал?

– Нет, его не было даже в здании, – ответил Дэннелс.

Камера скользнула по рингу и остановилась на плотном мужчине в плохом костюме с «ирокезом» на голове. Он в глубине кадра улыбался и хлопал в ладоши, подбадривая Франковича.

– Кто такой? – поинтересовался Бэр.

– Просто какой-то подстрекатель.

Франкович продолжал вызывать отсутствующего Аурелио.

– Достойный противник? – спросил Бэр.

Дэннелс уважительно кивнул:

– Если бы джиу-джитсу и боевые искусства были популярны в его стране, когда он был подростком, он стал бы легендой. Но время не обманешь: на сцене появился Аурелио, и Франкович из первого превратился во второго.

– Понятно.

– Обидно. Но второй – это все-таки второй.

Бэр понимающе кивнул: такого рода вещи не дают покоя бойцу и мужчине.

– Чем закончилось дело?

Дэннелс стукнул по клавише компьютера и остановил зернистое изображение.

– Аурелио разозлился на это? – Бэр указал на экран. – Ведь он к тому времени уже отошел от сражений на ринге. А в этом случае согласился? Он мне ничего не рассказывал.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю