Текст книги "Капкан для Империи: Долгий путь на Север"

Автор книги: Денис Петриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Быстро настигая экипаж и его охрану, по дороге рысью ехала группа из семерых всадников. Маша руками и крича, Эрго настойчиво требовал их внимания:

– Стойте! Остановитесь! Есть важный разговор!

Увидев, что приближающиеся всадники прекрасно экипированы и при оружии, конная охрана экипажа перестроилась и выдвинулась вперёд.

Приняв решение, всадники остановили коней, не доскакав до Эрго считанные метры.

Внимательно оглядев вооружённый отряд, майор, обращаясь к выехавшему вперёд неприметному человеку, произнёс:

– Эта неживая сука в любом случае будет в городе значительно раньше вас. У нас тут два пробуждённых, и я думаю, нам лучше объединиться…

Всадники были удивлены и это было то удивление, когда совершенно незнакомый вам человек рассказывает вдруг всю вашу подноготную:

– Ах да, меня зовут Эрго Минорес… – улыбнувшись и поправив свою синюю мантию, произнёс майор.

***

«Империя – это бюрократия, помноженная на идеологию и авторитет правителя», – переложив очередную бумагу, на которой он только что поставил подпись, Евгений вспомнил брошенное когда-то отцом изречение.

Изречение ему не нравилось. Подобные определения на его взгляд были опасны тем, что они обманчиво превращали сложные, многогранные и не до конца понятные самим «шестерёнкам» механизмы во что-то ясное и простое.

И всё же часть про бюрократию, похоже, если и не являлась истиной в последней инстанции, то очень к истине приближалась.

Последние дни подполковник принимал множество единоличных решений, если не сказать, раздавал приказы направо и налево. Раздавал так, что им следовали, а когда он подозревал, что могли не последовать, прямым текстом предупреждал, что в случае неисполнения отправит саботажника на виселицу.

Ситуация требовала жёсткости, ибо произошла без пяти минут катастрофа. Нежить разбили лишь в Гирбурге, части оборонявшие Освадор и Лидорг потерпели не сокрушительное, но поражение. И пусть были приняты меры по эвакуации, это не исключило жертв среди мирного населения.

Спалив города, потрёпанная нежить объединилась в один большой отряд, который неторопливо полз к Эрандору – городу при Лабиринте цветущей лилии. Туда же стягивались остатки Императорского корпуса, силы Гильдии авантюристов и собранные союзными лордами войска. Нежить будет разбита, это лишь вопрос времени, однако работа по минимизации урона активно велась уже сейчас.

Бумажная же работа проистекала из того, что каждый отданный приказ или принятое решение приходилось подкреплять формальной бумагой, которую после размножат и отправят минимум в три инстанции. Зачем это нужно? Чтобы не подставиться. Ибо, если бумаги не будет, то запросто могут обвинить в самоуправстве и превышении служебных полномочий, а если бумага есть, то вроде-бы работает не сам подполковник, а отлаженный имперский механизм.

И сейчас у Евгения возникло ощущение, что он не столько занимается бумажной работой, сколько совершает ритуал по ублажению «бога бюрократии».

С улицы, преодолев стёкла двойного окна, донеслись крики, при этом кричали так, словно кого-то убивали. Победив желание встать и подойти к окну, подполковник взял новый чистый лист и принялся заполнять его аккуратным убористым почерком.

Крики за окном повторились.

«Да что там творится то?» – недовольно подумал мужчина, усилием воли заставив себя остаться на месте.

У входа в здание стоит пара вооружённых дежурных, в случае каких-либо эксцессов они разберутся.

Внезапно дверь его кабинета распахнулась. Евгений напрягся, невольно активировав «поле определения». На пороге, держа в руке окровавленный палаш, стоял один из тех самых дежурных. При этом глаза его были абсолютно безумны:

– Сер, в городе нежить! Много нежити! Цепная волна!

– Что? Высший вампир? – вскочил из-за стола подполковник.

– Не похоже сер, тугая она и глаза мутные, – растерянно сообщил дежурный.

Высших вампиров боялись не только из-за их почти легендарной скорости и силы. Такие вампиры способны были инициировать так называемую «цепную волну», когда созданное вампиром умертвление, убивая свою жертву, создавало новое умертвление. Как несложно догадаться, явление нередко имело свойство геометрической прогрессии.

Радовало лишь то, что у такой «цепной волны» имелось два естественных стопора. Первый – сила самого, начавшего волну вампира. Второй же – пирамидальная иерархия, а именно, спустя примерно сутки своего существования, девяносто девять процентов умертвлений «усыхали», в живых же оставались лишь те, кто породил наибольшее количество собратьев, да и то, если это позволял вампир.

При этом определить «почерк» высшего вампира было несложно, ведь умертвления заметно отличались от обычной нежити. Они были значительно умнее, а глаза их сохраняли человеческий вид, приобретая, впрочем, красноватый оттенок.

Схватив со сойки у двери свою адамантовую саблю, Евгений бросился по лестнице вниз. Спустившись, подполковник обнаружил, что сотрудники Особого управления повели себя грамотно: быстро сформировав заслон, они не пускали нежить в здание.

На улице тем временем царила паника. Вспыхнув буквально минуту назад, она неумолимо набирала силу. Появившаяся со стороны городской площади нежить бросалась на прохожих и, пользуясь своей нечеловеческой силой, убивала. Увы, но данный – деловой район города с его людностью и расположенными на первых этажах зданий магазинчиками, играл мертвецам на руку.

Отдав на дверях пару коротких указаний, Евгений метнулся в ближайшее помещение первого этажа, из окна которого с ужасом узрел, как задушенная мертвецом женщина почти сразу начала подниматься на ноги.

Также успел он разглядеть и полностью классическое для обычной нежити поведение.

«Это не вампир…» – наблюдая как медленно поднявшийся с мостовой мертвец крутит головой и, словно принюхавшись, начинает ковылять в сторону ближайшего магазина, сделал подполковник очевидный вывод.

И в чём-то это было даже плохо, ведь если убить породившего волну вампира, умертвления становились бездыханными трупами, а вот с нежитью подобного не происходило.

«Какого демона здесь происходит? Кто их поднимает?» – осматривая улицу, судорожно соображал Евгений.

В принципе, на подобное – оперативное поднятие трупов, был способен и обычный некромант. Точнее не обычный, а очень даже продвинутый. Вот только радиус подобного виртуоза ограничивался двадцатью, максимум тридцатью метрами, а количество поднятой нежити десятью-пятнадцатью головами. Ровно на столько хватало подвластной обычному некроманту отрицательной энергии.

Из данных рамок выбивались так называемые Великие некроманты, из которых на текущий момент жил и здравствовал лишь один. Но в то, что Аластор что-то забыл в этом вшивом городишке, Евгений не верил. К тому же в голове вертелось куда более логичное объяснение: труп существа на подобное якобы способного, не так давно доставили в город.

«Тело находится в городском морге. Необходимо разобраться в ситуации и возможно даже уничтожить труп», – подумал мужчина.

– Сер, какие будут указания? Число нежити растёт! – вбежав в помещение, обратился к подполковнику старшина охраны.

Выхода в сложившейся ситуации имелось три – спешно бежать из города; забаррикадироваться в здании до прибытия подкрепления или же попытаться оперативно уничтожить плодящихся мертвецов.

Последний вариант казался подполковнику предпочтительным, но его относительно безопасная реализация упиралась в подходящее снаряжение – латную броню, двуручные мечи и секиры. Впрочем, некоторое количество такого снаряжения у них имелось.

– Прикажи самым крепким и умелым парням облачиться в латный доспех. И мне комплект срочно. Остальные пусть баррикадируются в здании.

Старшина кивнул. Подход разумный, ведь среди сотрудников масса неподготовленных в военном плане людей. Выводить их из города без понимания ситуации дело рискованное.

Тем временем улица опустела: жители, быстро поняв ситуацию, торопливо укрылись в подъездах, закрыв двери домов на засовы. Некоторых, удирающих от мертвецов бедолаг, подзывали и затаскивали в раскрытые окна первых этажей.

Мертвецы, по крайне мере большая их часть, погоды у моря не ждали, а направлялись в другие, не пострадавшие ещё части города.

«Это рискованно, но необходимо проверить морг…» – принял весьма неоднозначное решение подполковник.

***

– Как хлопотно, – подходя к массивным, похожим на амбарные ворота дверям, с нотками кокетливого недовольства произнесла Анита.

Здание местного морга и крематория было построено на военный манер, отчего окна его находились высоко и напоминали скорее бойницы, а двери, в связи с воцарившимся в город хаосом, были закрыты.

Замахнувшись своим небольшим кулачком, хрупкая изящная женщина сдалала то, что не под силу даже самому крепкому мужчине.

Ударив рукой в дубовые доски, она разбила дерево и переломила находящийся с той стороны засов.

Вынув из дыры руку, с которой от удара содрало кожу и тонкий слой красноватой, сделанной под человеческую кровоточащей плоти, Анита несколько секунд разглядывала свою истинную суть – фиолетовую, почти чёрную «начинку».

А после её нежная розоватая кожа стала быстро восстанавливаться, оплетая повреждённые участки и затягивая небольшие раны.

– Прекрасное тело, – лучезарно улыбнувшись, произнесла женщина, после чего, доламывая засов, с нечеловеческой силой потянула створку на себя.

Основой для Аниты послужила блистательная дворянка-авантюристка давно погибшей империи. При этом «авантюристкой» она была именно в значении «авантюра», уменьшив при жизни капиталы множества состоятельных и влиятельных мужчин. Числу же разбитых сердец попросту не было счёта.

А ещё она помнила, что при жизни очень боялась боли и крови. Настолько, что даже отказалась от нескольких очень перспективных дел. Впрочем, сейчас она лишена и этого недостатка. Повелитель сделал её совершенной.

Распахнув створку, женщина чуть ли не нос к носу столкнулась с двумя бледными, оголившими мечи охранниками.

Ну да, предсказуемо, охрану усилил.

Охранники, увидев перед собой стройную и даже хрупкую женщину с убранными под плащ тёмными волосами, с миловидным вытянутым личиком и подчеркнутой вздернутой грудью, растерялись. Женщина перед ними была не только ладно скроена и красива, что-то в её облике требовало оберегать и защищать.

– За мной гонится нежить! Скорее, давайте закроем двери, – дрожащим от волнения и страха голосом, обратилась к мужчинам Анита.

Один из охранников – лет двадцати молодой человек, купился сразу, бросившись к ней чтобы помочь закрыть дверь. Товарищ его, немолодой уже мужчина лет шестидесяти, сумел сложить дважды два, отчего оружие не опустил. Но что это меняет?

Маленькие кулаки – это не недостаток, это малая площадь удара.

Пробив ударом руки грудную клетку молодого, Анита с нечеловеческой скоростью подскочила к попытавшемуся рубануть её мечом второму мужчине и выверенным толчком ладошки в подбородок свернула ему шею. Упавшие на пол трупы почти сразу зашевелились, после чего начали подниматься на ноги.

– Как приятно размяться, – по-мужски покрутив своими изящными плечами, вслух произнесла женщина.

Разговоры с собой являлись маленькой слабостью магических големов её типа. Впрочем, зная о ней, они либо молчали, либо болтали о разных глупостях, отчего выглядело это невинно.

Пройдя просторный, с множеством дверей коридор, женщина сориентировалась и дойдя до лестницы, начала спускаться в подвал. В подвале её ждало новое препятствие:

– Как же быстро они реагируют, – спустившись в подвальный этаж и оказавшись в новом, узком коридоре, прошептала Анита.

В первой трети коридора была сооружена баррикада из железных столов и непонятно откуда взявшихся здесь решетчатых щитов. За баррикадой толпились шесть человек сотрудников в мантиях и рабочих фартуках. Более того, двое из них, припав к баррикаде, нацелили на непонятную гостью взведённые арбалеты.

– Леди? Кто вы и что здесь делаете? – обратился к Аните один из мужчин.

– Меня зовут Мирина, я проректор Имперской магической академии. Меня прислали сюда для обследования поступившего недавно тела, – придав себе взволнованный и слегка надменный вид, уверенно произнесла женщина.

– Что происходит на улице? – поинтересовалась из-за спин мужчин молоденькая сотрудница с умными проницательными глазами.

«Проректор» ответила:

– На город напали некроманты. Сопровождающая меня вооружённая охрана пробилась к зданию, сейчас они охраняют вход. Мне необходимо осмотреть тело и если это то, о чём мы думаем, спешно увести его в Императорскую ставку.

Гладкий в общем-то ответ сотрудницу не убедил. Обратившись к арбалетчикам, она жалобно произнесла:

– Георг, Рито, стреляйте. Она мне не нравится. Здесь что-то нечисто. Охране приказано не пускать посторонних без пароля,.

– Мадам, назовите пароль или я стреляю, – потребовал один из мужчин.

Одними губами Анита прошептала:

– «Страх отбивает в них здоровую похоть, а ещё эта сучка. Ненавижу! Всех их поубиваю после…»

– Пароль!? – потребовал арбалетчик, после чего, то ли случайно, то ли решившись, выстрелил.

То, что произошло дальше, заставило людей за баррикадой затаить дыхание.

Стоявшая перед ними высокая, но при этом довольно хрупкая женщина в дорожном плаще, поймала выпущенный в её голову арбалетный болт рукой, схватив его за утолщенный наконечник. Бросив окровавленный боеприпас на пол: болт повредил мягкую поверхность руки, Анита прошипела:

– Ненавижу!..

После чего бросилась в бой.

На то, чтобы разметать баррикаду и убить защищающих её людей, ей не потребовалось и пятнадцати секунд.

Отправив поднятую нежить охранять вход, женщина направилась в глубину коридора. Она примерно чувствовала свою цель ещё от городских ворот, теперь же ощущала её расположение предельно точно.

Открыв тяжёлую металлическую дверь в конце коридора, Анита оказалась в просторном, освещённом яркими магическими светильниками помещении. Здесь, на широких металлических столах, лежали заиндевевшие трупы.

Любопытно, но отрицательная температура препятствовала превращению трупа в нежить, хотя не играла особой роли, если такое превращение уже случилось.

На дальнем у стены столе лежало обёрнутое в грубую простыню тело. Подойдя к нему и грубо дёрнув за край простыни, Анита размотала свёрток и уронила на пол женское тело. Отделённая от туловища замёрзшая голова, со стуком упала и покатилась по полу.

Подняв её, женщина влила в отрубленную голову солидную порцию отрицательной энергии. Одновременно с этим произошло странное и не вполне понятное событие: находящиеся в здании и вокруг здания мертвецы, словно подкошенные упали на землю, став обычными в общем-то трупами.

Удерживаемая за густые каштановые волосы голова зашевелилась, захрипела и, открыв глаза, более чем осмысленно уставилась на свою «спасительницу».

– Как хлопотно, повреждены голосовые связки, а ты не владеющая телепатией простая модель, – с гордым презрением произнесла Анита. (В этот момент бегущий по лесу Грома непонятно с чего покрепче сжал рукоять секиры.)

– Ладно, жди. Как только наберётся достаточно мертвецов, я заберу их отрицательную энергию и восстановлю тебя, – обратилась к голове женщина.

Произнеся это, она словно к чему-то прислушалась, после чего обиженно произнесла:

– Кто-то сильно мешает. Похоже, придётся заняться лично.

В этот момент голова в её руках начала быстро, с интервалами моргать глазами. Анита сразу узнала особый шифр, которому всех големов обучали в процессе создания. И чем дальше она «слушала» предназначенное ей послание, тем больше её охватывало несвойственное для неё искреннее волнение.

– Я тебя поняла, это действительно очень важно. Я немедленно доложу Повелителю.

Положив «живую» голову на стол, Анита закрыла глаза. Забрав отрицательную энергию ещё из полусотни мертвецов вокруг, она, без всякого артефакта, начала сеанс магической связи. И содержание этого сеанса осталось для богов загадкой.

Глава 8: Плоды сотрудничества

***

Я в восхищении, мои коллеги в восхищении, а как пахнут приобретённые нами в Эрандоре чайные сборы! Экскурсия в Лабиринт!? Вы когда-нибудь слышали о подобном? И всё же, Лабиринт цветущей лилии – удивительный Лабиринт! Основные его обитатели – растения и насекомые, и пусть опасностей в нём не меньше чем в других лабиринтах, он прекрасен. А как велик двенадцатый этаж! Огромный, залитый светом этаж – сад, который и являлся главной целью нашей экскурсии. И почему, скажите мне, все эти восхитительные благоухающие цветы, душистые травы и светящиеся мхи не растут на поверхности?

На Юге богиней Эйдамоной пугают детей, а гидерры – эти страшные, практически неуничтожимые создания, считаются ужаснейшими из её творений. Но почему, я не могу понять почему, подконтрольный ей Лабиринт так прекрасен?

Хиндор Тик. «Заметки путешественника по Империи».

***

– Хуже людей только гоблины! – на бегу ворчал Грома.

Не без помощи навыков Елены выбравшись из клетки, мы проверили отобранное у нас гоблинами снаряжение, переоделись, после чего направились к дороге. Если быть точнее, побежали. Подтверждаю, пословица «Лучше плохо ехать, чем хорошо идти» – правильная пословица, ибо не прошло и полчаса, как я выдохся и начал задыхаться. Радует лишь то, что до дороги осталось немного. Мы бы точно вышли на неё раньше, если бы товарищи не решили сделать крюк в направлении юга.

Вполне можно задать резонный вопрос: зачем тем, кого ищет вся Империя и куча сомнительных индивидов сверху, возвращаться на дорогу? Однако по итогам короткого совещания такой возврат был признан лучшим вариантом из имеющихся. Выходило, что это чуть-ли не единственный способ надёжно запутать следы и обезопасить себя от погони. Ведь оторваться от хороших следопытов в лесу очень и очень сложно.

А ещё, товарищи надеются прикупить припасов, если, конечно, нам повезёт встретиться с людьми готовыми нам эти припасы продать.

Увы, но гоблины, не тронув материальную часть, полностью опустошили наши съестные припасы. Хотя нет, кое-что монстры из нашего снаряжения всё же умыкнули. Не тронув оружие, содержимое поясов и даже книги, в переплёте одной из которых были спрятаны Ловцы душ, серые присвоили нашу походную карту! И эта, вроде бы мелочь, дико взбесила Грому.

Зато ко мне вернулась моя пневматическая винтовка! Интересно, я из неё хоть раз стрельну? Похоже что нет, так как данным оружием теперь владеет Елена. Вот только эльфийка, затормозив барьером нашу передвижную тюрьму, чуть не заработала ментальное истощение, отчего несу винтовку опять я.

А ещё плохо, что среди вернувшегося в наши руки снаряжения, для неё не нашлось подходящей одежды. Но и этот вопрос мы собираемся попытаться решить на дороге.

– Помнится, совсем недавно люди были хуже гоблинов? – с хорошо скрываемым ехидством, поинтересовался у гнома Тихон.

– Я думаю, и те и другие принадлежат к одному классу – «жулики», подвид – «бессовестные», – с напускным академизмом, ответил Грома.

Елена на перепалку товарищей улыбнулась.

Вообще, не мешало бы определиться и официально включить её в наш отряд, да вот только времени на разговоры сейчас нет.

Наконец за деревьями показалась дорога.

Выйдя на неё, Грома повёл наш странный отряд в направлении юга. Логично, ведь преследователи наверняка ожидают, что мы пойдём на север.

Бежать стало значительно легче и всё же минут через пятнадцать я решил затянувшийся марафон прервать.

– Может хотя бы десять минут пойдём как нормальные люди?

– А как ходят нормальные люди? – на бегу поинтересовался гном.

– Пешком, – ответил я.

– А мы разве движемся не пешком? – подивился Грома.

– Мы бежим, – с мольбой ответил я.

– Терпи мелкий, сейчас надо поднапрячься. Ты видать слегка не так понял предложение связаться с дорогой.

Я похоже вообще ничего не понимаю.

Спасение моим многострадальным ногам пришло минут через десять. Впереди, метрах в трёхстах, показалась запряжённая двойкой лошадей крытая повозка. Со скоростью где-то километров пятнадцать в час, она двигалась в нашу сторону.

– Всё, переходим на шаг. Говорить будет Тихон, – дал добро на ходьбу гном.

– И что мне говорить? – поинтересовался старик.

Гном на это ответил:

– Я, признаться, слегка озадачен наличием здесь южных наёмников. Точнее даже не самим фактом встречи южан, а тем, что новости о них всё ещё не дошли до имперской канцелярии. Однако почти не сомневаюсь, что жители окрестных деревень в курсе. Сопровождающие нас рейнджеры упомянули некую крепость, скорее всего это находящаяся на западной окраине Овражьего леса Крепость долины. Думаю, наёмники квартируются именно в ней, а местным навешали лапши о сдерживании орков или о чём-то в этом духе. Короче, правда наше всё, так что говори, что мы пришедшие со стороны холмов авантюристы, которые попали в плен к наёмникам и из этого плена бежали. Проси информации и молчания. Намекай, что наша задача доложить о происходящем имперским властям. Легенда, конечно, шаткая, но слишком замороченная, чтобы походить на ложь.

– Я тебя понял, – одобрительно кивнул Тихон.

Тем временем повозка приблизилась к нашей, неторопливо шагающей по обочине грунтовой дороги четвёрке.

На козлах сидел бородатый, лет пятидесяти мужчина. За ним, под тентом, виднелись головы и плечи двух парней лет восемнадцати – двадцати. Более ничего за высоким бортом разглядеть не удалось.

Выйдя слегка вперёд, Тихон помахал вознице рукой, на что бородач остановил лошадей и принялся рассматривать нас удивлёнными глазами.

Смотримся мы наверняка настолько странно и подозрительно, что обвинять нас в странности и подозрительности, наверно, даже и неудобно. Трое мужчин в добротной кожаной броне и при оружии, один из которых рыжебородый гном. Босая, одетая в нательное бельё эльфийка с мечом на поясе. Конечно, местное нательное бельё есть без пяти минут нормальная одежда, но контраст, стоит заметить, тот ещё.

Недоумённо моргая и переводя взгляд между гномом и златовласой эльфийкой, возница удивлённо поинтересовался:

– А вы кем путники добрые будете?

– Не так давно были авантюристами, а вот теперь считай беглецы, – как-то очень в масть ответил вознице Тихон.

– Да, и от кого бежите-то? – настороженно поинтересовался мужчина.

– Хотелось бы сказать от бандитов, да только те бандиты пусть рожами и не вышли, грамотами местного герцога машут. Очень им отчего-то не понравилось, что мы, начав путь от столицы, со стороны холмов к вам шли.

– И где эти «бандиты» сейчас? – спросил возница.

Стоявший слегка позади грома вполне различимо буркнул:

– Где, где, перерезали мы их, как только шанс подвернулся.

Тихон же, обращаясь к вознице произнёс:

– Нам бы мил человек припасы пополнить, а после спешно на запад вернуться. А то больно сильно нам у вас не понравилось, да и в гильдию о случившемся доложить не помешает.

В глазах сидящего на козлах мужчины развернулась внутренняя борьба. Более того, скорее неосознанно, он начал вертеть головой по сторонам, проверяя не видят ли сейчас его и нас посторонние.

Прервав процесс раздумий, один из сидящих в кузове молодых людей выпалил:

– А целителя среди вас нет?

– Есть. Я целитель высокого уровня, – ответил Тихон.

Незнакомцы впились в Главу жадными глазами.

В этот момент относительно мирная беседа вынужденно прервалась. Опасность пришла не от людей в повозке, которые по мне обычные, мирные, пусть и осторожные селяне. Из-за изгиба дороги, с северного направления, показалась группа из пяти всадников. Не пройдёт и полминуты, как их идущие рысью лошади окажутся здесь.

Про полминуты я погорячился. Лишь завидев нас, один из всадников что-то выкрикнул, после чего преследователи пустили лошадей галопом.

– Лучше вам в лес бежать, не патруль это, – коротко предупредил возница.

Сделав ко мне быстрый шаг, Елена перекрутила висящий за моей спиной чехол и, ловко открыв предусмотрительно не застёгнутую крышку, выхватила пневматическую винтовку.

Стоит заметить, что данный агрегат слабо напоминает земные девайсы для отстрела воробьёв. Длина ствола метр двадцать, система подачи дротиков барабанная, на шесть боеприпасов. Поршень находится под стволом. Ствол довольно массивный и на его конце закреплено нечто похожее на стремя. Прежде чем одновременно потянуть два расположенных вдоль ствола рычага, стремя необходимо опустить к земле, просунуть в него ногу и лишь после потянуть рычаги. Так, и только так, ибо сопротивление взвода столь высоко, что оперативно взвести поршень как-то по-другому попросту невозможно.

Из недостатков, один взвод – один выстрел. Из преимуществ, убойная сила не уступает пистолетной пуле, а дальность стрельбы и баллистика значительно превосходят лук и арбалет.

При этом весит оружие не более шести килограмм. И это мало, так как будь оно из железа, весило бы за десять. Однако, как выяснилось, адамант примерно вдвое легче стали, но при этом на порядки прочней. Главный же недостаток адаманта – его очень сложно обрабатывать. Например, в этом мире вы никогда не встретите тонкой работы кольчугу из адаманта. И ценность данной винтовки не только в её характеристиках, но и в сложности изготовления, для того чтобы она появилась на свет, пару недель потела немаленькая бригада очень рукастых гномов.

Всё это я узнал во время разбора ящиков со снаряжением. Именно тогда Елена подготовила винтовку для стрельбы, а Тихон прочитал мне сжатую лекцию.

Без особого труда взведя рычаги, Елена, вскинув винтовку и почти не целясь, выстрелила. Один из всадников откинулся назад. С лошади он не упал, а принялся безвольно болтаться в седле.

Сто метров.

Новый взвод, выстрел навскидку.

Второй всадник в седле не удержался, завалившись набок, он упал с лошади. Его тело, одна из ног которого зацепилась в стремени, поволокло по земле.

Третий выстрел эльфийка сделала одновременно с Тихоном, который выстрелил из наконец-то взведённого арбалета. И оба они выстрелили в скачущего впереди всадника. Выпущенный Главой болт пробил кожаную броню и пронзил плечо, дротик же эльфийки сделал аккуратную дырочку между глаз цели.

Я боюсь эту женщину…

Из пятерых всадников до нас доскакали лишь двое.

И здесь я понял, что госпожа фортуна сегодня на нашей стороне, ведь один из оставшихся маг!

Вот и ладушки, вот и отправляйся в невменяемое состояние.

Оставшийся наёмник, а перед нами, судя по всему, именно южане, похоже и не понял толком, что остался один. А может и понял, так как попытался использовать имеющееся у него преимущество. А таковое имелось, ведь конь со всадником – это, считай, живой таран в полтонны весом.

Направив коня на взводящую винтовку Елену, всадник попытался достать изогнутой саблей бросившегося ему наперерез гнома.

Хорошо это или плохо, но добычи адамантовой секире не досталось: конь на скаку влетел в хрупкую эльфийку.

Зрелище вышло ещё то. Конь словно врезался во вкопанный в землю цельно металлический столб. Всадник, вылетев из седла и перелетев через голову лошади, по касательной ударился головой в борт повозки. Я не хочу разглядывать подробности, но похоже на землю он упал уже мёртвым.

Лошадь, отпрянув от «препятствия», захрипела и, запутавшись в собственных ногах словно пьяница, упала на землю. Оставшись лежать, она надрывно дышала и страдальчески пофыркивала.

Животину мне как-то сразу стало жалко. Вот так четвероногим приходится страдать за дурь двуногих.

Грома тем временем подскочил к обмякшему в седле магу и, стащив его с остановившейся лошади, первым делом врезал кулаком под дых. Так сказать, для профилактики. Я же поражённо уставился на Елену.

Эльфийка, на лбу которой выступила испарина, держась за ствол винтовки, с трудом пыталась не осесть на землю.

И дело здесь не в столкновении, на ней ни царапины, дело в барьере. Из краткого объяснения Елены мы уже знали, что она способна, по сути, использовать два типа барьеров – обычные и фиксированные. Обычные они на то и обычные, что особого объяснения не требуют, а вот вторые интересны тем, что они как бы намертво зацеплены за пространство.

Не так давно такой барьер фактически спас нам жизнь, не позволив клетке добраться до пасти чудовища. А вот прямо сейчас он, похоже, спас лично Елену. Точнее эльфийка решила сделать на него ставку, ведь вариант отпрыгнуть в сторону никто не отменял.

Имелся, однако, у её фиксированных барьеров один большой недостаток – они требовали огромного напряжения и большой затраты ментальных сил, отчего, похоже, пора подставить кому-то крепкое мужское плечо.

Ну может не крепкое, но точно мужское.

– Ну ловкачи так ловкачи. Теперь не сомневаюсь, что сбежали, – одобрительно и без всякого страха перед нами, покачал головой возница.

Про экипаж и сидящих в нём людей мы на какое-то время позабыли.

– Герет, Диго, помогите с лошадьми и телами, – скомандовал сидящий на козлах мужчина, после чего отпустил вожжи и сам спрыгнул на землю.

Сыновья его, а я уверен, что это именно сыновья, уж больно похожи, выпрыгнули из повозки и побежали к остановившимся у обочины лошадям.

Одна из лошадей, сбросив всадника, галопом умчалась дальше по дороге. Остальные же, почувствовав, что ими более никто не управляет, остановились и взволнованно дожидались вмешательства человека в свою судьбу. Одна из лошадок, всадник которой погиб вторым и который сейчас волочился по земле, так вообще подбежала к нам сама.

Судя по всему, бородатый возница принял решение, и оно точно в нашу пользу. Непонятно как прознав, что именно Грома среди нас главный, он обратился к гному:

– Тела грузим в повозку, тут через четверть мили съезд в лес есть, на вырубку, там их оставим. Лошадок же надо в лес отвести. И эту раненую тоже, сейчас верёвку достану, оттащим её. Эх, бедная. Добрая кобыла, может и встанет ещё.

– И это, – обратился он к Тихону. – Там, в кузове, жена моя больная, отравление у неё сильное, целитель нужен. Мы за тем в Орхарин и ехали. Поможете?

– Поможем, – кивнул Глава. – Прямо сейчас и займусь.

Процесс закрутился и удача сейчас однозначно на нашей стороне.

***

Рядом с местным моргом и крематорием располагалось несколько важных для жителей города зданий, а именно, больница, имперская школа начальных знаний и храм Четырёх. Можно сказать, что смерь, жизнь, знания и вера символически соседствовали друг с другом.

Перечисленные здания смотрели фасадами на довольно просторную площадку, если не сказать площадь, выйдя на которую, Евгений нехорошо напрягся, отчего-то вспомнив слова своего эксцентричного учителя фехтования:

– «Когда смерть будет рядом, мой мальчик, ты её почувствуешь. Ощущение чрезмерной близости смерти придёт с опытом, если ты, конечно, не будешь туп и заторможен. Всегда будь чутким и восприимчивым, иначе никакого опыта не выйдет. Ведь чтобы получить опыт, необходима практика, а какая практика может быть у трупа?..»