Текст книги "Игра света (ЛП)"
Автор книги: Дебра Доксер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Я проигнорировала его вопрос.
– Ты соврал мне. Ты обещал, что дождешься.
Он никак не отреагировал на мои слова. Это вызвало во мне такую злость, какую я не хотела испытывать к нему никогда.
– Это был твой дядя, Спенсер. Он убил моего папу.
Его глаза расширились от удивления, прежде чем он опустил голову, сказав:
– Я знаю.
– Ты знаешь? – спросила я недоверчиво. – Откуда ты это знаешь?
Тяжело сглотнув, он сделал шаг назад, будто не хотел отвечать. Затем он запустил пальцы в волосы.
– Мне жаль. Ты даже не понятия не имеешь, как мне чертовски жаль. Мне никогда не следовало рассказывать тебе ни о чем. – Он снова шагнул ближе ко мне. – Я прихожу сюда каждый день в надежде увидеть тебя. Что я могу сделать, чтобы хоть что-то исправить? Я сделаю все, что в моих силах.
Его слова только причиняли мне боль, потому что ни он, ни кто-либо другой уже ничего не могли сделать.
– Расскажи мне, как ты узнал, что это сделал твой дядя.
Спенсер сжал губы, и я сделала шаг ему на встречу.
– Пожалуйста.
Он отвел взгляд в сторону.
– Я не могу, Сара. Поверь, ты не захочешь услышать это.
– Мне нужно знать. Ничто не способно ранить меня сильнее, чем я уже ранена.
Когда его взгляд снова столкнулся с моим, я увидела в нем смесь нерешительности и боли, а потом и смирения, когда он ответил мне.
– Когда я увидел его на следующий день, мой дядя сказал «наконец-то мне больше не придется иметь никаких дел с этим сраным псом и Сэмом Уолшом».
На мгновенье я почувствовала головокружение. К горлу подступила тошнота. Этот мужчина не ценил жизнь. Он избавился от моего отца с тем же безразличием, с которым избавился и от собаки, которая не переставала лаять. Я потянулась к руке Спенсера.
– Ты должен рассказать об этом шерифу.
Он напрягся и отошел подальше от меня.
– Пожалуйста, Спенсер. То, что я видела, было недостаточно, чтобы они смогли что-то предпринять, но если они узнают о том, что он сказал тебе, они смогут арестовать твоего дядю.
– В смысле, то, что ты видела? – спросил он. – Я думал, это произошло на перекрестке дорог. Как ты могла что-то видеть?
Я прикусила губу. Никто об этом не знал, и, как предполагалось, никто не должен был узнать. Но мне нужно было, чтобы Спенсер все понял.
– Я была там вместе с папой той ночью. Я была в машине.
Он побледнел.
– Что? – Потом его руки обхватили мое лицо, его пальцы снова пробежались по моей повязке. Его глаза были так близко к моим.
– Никто не должен об этом знать. Твой дядя не видел меня, но я видела его грузовик. Полиция думает, что если твой дядя узнает о том, что я была там…
Спенсер втянул в себя воздух.
– Тогда он придет за тобой, – закончил он мое предложение.
– Но если ты расскажешь им о том, что он тебе сказал, то, возможно…
– Нет, – ответил он категорично. – Я не могу.
– Но, Спенсер …
– Сара, нет! – закричал он, отпуская мое лицо. – Нет.
– Почему нет? Мы уезжаем. Мы убегаем отсюда. Мама заставляет нас сделать это. Я не хочу уезжать. Здесь мой дом. Пожалуйста, давай расскажем полиции о том, что оба знаем. Мы можем сделать это вместе. – Когда я произносила это слова, они казались такими правильными. Именно так поступил бы папа. Он бы остался и противостоял всем и каждому.
Я была так уверена, что Спенсер поменяет свое решение. Он сам потерял так много всего, он должен был понять. Поэтому, когда он рассмеялся и с безнадежностью покачал головой, я была сбита с толку.
– Ты такая наивная, – сказал он, уставившись на меня сверху вниз. – Мир не такой, как ты себе представляешь. Ты веришь в то, что в конце добро всегда побеждает. Но, знаешь что? Жизнь несправедлива. Они никогда не арестуют моего дядю. Неважно, что мы им скажем, он проведет в тюрьме, максимум, день. А когда он узнает, что это мы слили его, он придет за нами, он и с нами расправится. Вот, что произойдет.
На мои глаза навернулись слезы, когда моя маленькая надежда разлетелась на осколки. – Ты не знаешь этого наверняка.
– Ага, на самом деле, я знаю. Я никому не рассказал о том, что сказал мне дядя, и тебе лучше этого не делать. Если ты передашь кому-то о том, что я рассказал тебе, я буду все отрицать. И знаешь что? Я рад, что ты уезжаешь. Так будет лучше для всех. Поезжай и забудь о моем дяде, и обо мне забудь, раз уж мы заговорили об этом. Я даже не буду скучать по тебе, потому что мы никогда и друзьями то не были.
– Ты не можешь говорить это всерьез. – Я покачала головой, в неверии.
– Но именно это я и делаю. И поскольку ты уезжаешь, даже не думай о том, чтобы поддерживать со мной связь. Не трать понапрасну ни свое время, ни мое. – Он сделал шаг назад.
У меня застучали зубы, пока я обхватила себя руками за талию.
– Зачем ты говоришь мне такие вещи?
Спенсер зажмурил свои глаза. Когда он снова открыл их, в них бурлила какая-то незнакомая мне эмоция. Прежде чем я успела понять, что он будет делать дальше, он подошел прямо ко мне, схватил меня за плечи и прижался своими губами к моим. Его поцелуй был жестким. Я втянула в себя воздух, слишком удивленная, чтобы как-то отреагировать. Затем, он оттолкнул меня.
– Это то, чего ты всегда хотела, да? Теперь, когда ты это получила, можешь без сожалений сказать мне «прощай».
В этот момент я просто сломалась, открыто рыдая прямо перед ним, продрогшая и промокшая насквозь, униженная и растерянная, преданная всем городом, а теперь и им. Почему он так поступил? Почему поцеловал меня так, будто ненавидел? Будто хотел унизить меня? Я свалилась на колени на песок.
– Уходи, Сара. Возвращайся домой. – Он сделал шаг назад, наблюдая за мной, пока увеличивал дистанцию между нами.
Так не должно было все закончиться, ни для моего папы, ни для нас со Спенсером.
Он наблюдал за мной, а мне хотелось, чтобы он первым отвернулся и ушел, потому что я не могла сдвинуться с места.
Спенсер стоял, глядя на меня сверху вниз, колеблясь в этот решающий момент. Затем он отвел от меня взгляд. Нахмурившись, он отвернулся от меня и начал медленно удаляться от пляжа. Когда он исчез в конце дороги, он точно знал, что все это время я наблюдала за ним, но он ни разу не оглянулся назад.
Глава 13
Страстное желание
(Примеч.: работа художницы Джилл Маклин)
После…
Пока Райли была на работе, я снова отправилась к океану в тот день. Я не поехала к южной части Си-Порта, вместо этого остановилась недалеко от ее дома. Посидеть в тишине возле воды – вот в чем я, кажется, сейчас нуждалась.
Я истратила всю свою энергию на планирование этой поездки. Теперь, когда я здесь, оказалось, что это намного тяжелее, чем я думала, – увидеть то место, которое когда-то было очень важным и ценным для меня. Легче было поддаться окружающей меня красоте и забыть о тьме, которая погребена под всем этим. Также было легче позволить Райли руководить всем и чувствовать себя при этом так, будто я приехала сюда отдохнуть, избегая при этом настоящей причины моего пребывания здесь. Вечером я снова выйду на улицу, снова буду пить и танцевать, потому что, кажется, Райли именно этого от меня ждет, но завтра должна начаться моя настоящая дорога.
С нами пошел только Колби. Я пыталась отмазаться от прогулки с ними, потому что не хотела быть «третьим колесом», но Райли не позволила мне соскочить. Я понадеялась, что после текилы у нее будет что-то запланировано, и у меня поднимется настроение. По крайней мере, не пришел Спенсер, и неважно, один или с Аннабель. Я не могла тусоваться с ними двумя, поскольку они смотрели на меня так, будто у меня две головы.
Мы с Райли появились в коридоре ее квартиры практически одновременно. На ней были крошечные шорты и белый открытый топ, обшитый розовыми пайетками. Где она вообще находит такую одежду?
На мне был черный сарафан на завязках, очень похожий на тот, в котором я была прошлым вечером, волосы я зачесала на один бок. Все это должно было выглядеть сладко и сексуально, но волосы постоянно спадали на правый глаз, что портило весь мой вид. Мне было интересно, что скажет Райли. Из-за моих красных волос ей, похоже, понравилось сравнивать меня с Энн из поместья «Зеленые Крыши», что все же намного лучше, чем Пеппи Длинный чулок или Энни, с которыми меня постоянно сравнивали в детстве. Почему так много вымышленных чудаковатых рыжеволосых героинь?
– Ты выглядишь как Ариэль, – сказала она, заметив меня. – Ну, знаешь, из «Русалочки»? Или как Джессика Рэббит, за исключением титек и задницы.
Я вздохнула.
– Ты теперь переключилась на мультяшных героев?
– Что на счет меня? – Она немного покрутилась.
– Снова похотливая Барби.
– Идеально. – Райли счастливо ухмыльнулась, пока проходила мимо меня. Но когда она достигла кухни, я услышала, как все ее веселье испарилось.
Я зашла на кухню и увидела, что она стоит, засунув голову в холодильник.
– Я забыла купить лайм. – Схватив телефон, она нажала на пару клавиш, поднесла к уху, а потом сказала: – Малыш, купи по пути несколько лаймов. – Затем закатила глаза. – Да, я забыла. Тоже люблю тебя.
Она разорвала пачку чипсов, и мы поглощали их, пялясь в телевизор, до тех пор, пока не услышали стук в дверь. Когда она направилась к двери, я развернулась, готовая поприветствовать Колби, но остановилась с полуоткрытым ртом. Он был не один.
Что здесь делает Спенсер? Его не должно было быть здесь. Я не была готова увидеться с ним снова так скоро после обмена такими банальными приветствиями в «Холландер» прошлым вечером.
После того как Колби поцеловал Райли, она забрала у него из рук пакет с лаймами. Затем он подошел ко мне так, будто мы были с ним старыми друзьями, сжав меня в объятиях, прежде чем усадить меня обратно на диван. Позади него стоял Спенсер, который неуверенно улыбался, сомневаясь, как поприветствовать меня. Конечно, объятий в его мыслях не было. Мой желудок отреагировал на такую вероятность мятежным трепетом. Когда он собрался мне что-то сказать и остановился, я почувствовала, как неловкость ситуации пошла на убыль, и решила избавить его от мучений.
– Привет, – поздоровалась я, уверенно, точно так же как мы оба здоровались раньше. Затем, я отошла от него и направилась в кухню.
Хорошо, что он не мог видеть, как перевернулось все у меня в животе, когда он посмотрел на меня, и хорошо, что он не мог почувствовать, как гудели мои нервы под кожей. Я буду в порядке, я так думала, если только мое сердцебиение вернется в норму. Я бросила ему обычное приветствие без чрезмерного внимания, хоть мне и хотелось остановить на нем взгляд, изучить его лицо со всех ракурсов, чтобы понять, насколько сильно он мог измениться.
Имея другие дела, кроме как избегать Спенсера, я достала из ящика стола нож и начала нарезать лаймы, которые Райли положила на стойку.
Она и Колби вернулись в гостиную и начали доставать бутылки из бара, беседуя со Спенсером. С кухни мне было хорошо видно их троих. Прошлой ночью было слишком темно и многолюдно, чтобы хорошо рассмотреть Спенсера. Но теперь я могла тайно наблюдать за ним, пока Колби передавал ему свои ключи, назначая Спенсера трезвым водителем, говоря ему о том, что у него была привилегия напиться, так как это была его неделя-дня-рождения.
– Твое рождение это день, не неделя, – ответил Спенсер, забирая ключи.
Они были близки, все трое, это было очень заметно. Я посмотрела на Колби с его красочными татуировками и изобилием волос, стильно уложенных в ниспадающие на лоб и плечи дреды. В его глазах был игривый блеск, на губах легкая улыбка, от которой проявлялись ямочки на щеках. Дружелюбность Колби успокаивала меня, в отличие от тихого, скрытного присутствия Спенсера.
Когда мы были детьми, Спенсер был довольно-таки замкнутым, но задиристым. Сейчас эти же качества делали его отстраненным и немного пугающим. Он был мрачным и более серьезным, чем Колби. Он был выше и крупнее, у него так же были татуировки на предплечьях – и фразы, и отдельные слова, которые я не могла разглядеть со своего места. Его волосы были подстрижены в том же стиле, только стали немного длиннее и почти черные. Он зачесывал их назад, открывая свой широкий лоб и четкую линию волевого подбородка. Лицо, которое я так хорошо знала, едва изменилось. Тот же прямой нос, те же впалые щеки, из-за которых он выглядел более суровым, когда не улыбался.
Когда Спенсер положил ключи Колби в свой карман, я подумала о том, сколько раз мне доводилось находить его на пляже пьяным. Похоже, сегодня у него таких планов не было. Облегчение, которое я почувствовала, удивило меня.
Казалось, дела у него наладились, поступил в Беркли, играл на гитаре в собственной группе и был вдалеке от кулаков своего дяди. Он оставил все в прошлом, и я была рада за него. Но оставалось еще так много неразрешенных вопросов. Как сильно его дядя успел навредить ему? Как он смог выжить в том доме, не опустив руки и не лишившись разума? Забыл ли он меня, как только я уехала?
Я не смогла избавиться от своего влечения к нему. Пустота, ощущение ноющего покалывания в животе было одновременно нежеланным и таким знакомым чувством. Последний раз такие ощущения я испытывала, когда мне было четырнадцать лет. Иногда Нейту удавалось разбудить моих бабочек в животе, но ощущения были не такими сильными, и уж точно они не появлялись от такого простого факта, что мы оказывались вместе в одной комнате.
– Кто хочет выпить по шоту из тех, чье имя не Спенсер? – спросила Райли, глядя прямо на меня.
Откинув свои размышления в сторону, я сделала вид, что раздумываю.
– Эммм, я?
– Динь, динь, динь! – пропела она. Затем она протиснулась к узкой барной стойке с бутылкой в руках, оттеснив меня в сторону. Я заняла место напротив нее, Колби пристроился рядом с ней. Спенсер облокотился о барную стойку с моей стороны, но сохранил между нами приличную дистанцию. Я знала это, потому что чересчур внимательно следила за каждым его движением, даже когда старалась не смотреть в его сторону.
– И что это за особый случай? – спросил Колби. – Ты хранила эту бутылку на особое время великого дефицита текилы.
– О чем ты? – поинтересовался Спенсер.
– Великий дефицит текилы, – повторил Колби. – Знаешь же, что текилу делают из листьев голубой агавы? Ну, в той части Мехико, где она произрастает, какая-то болезнь ежегодно уничтожает часть урожая этой самой агавы. Они пригласили экспертов, провели какие-то тесты с почвой, но так и не смогли разобраться, в чем дело. Они экспериментировали с кукурузой, пытаясь заменить агаву, но на вкус получилось как дерьмо. Они пытались скрыть свои проблемы, но слух пошел, и народ начал запасаться текилой.
Спенсер склонил голову, глядя на него.
– Ну и трепло же ты.
– Я серьезно, чувак. – Колби выглядел убедительным, и Райли кивала, соглашаясь с ним. – Это правда. Просто предупреждаю, когда нагрянет дефицит, я своими запасами не поделюсь.
– Вы прикалываетесь надо мной? – спросил Спенсер, поглядывая в мою сторону, чтобы втянуть меня в этот разговор.
Колби продолжил.
– Ни «Маргариты», ни «Восходящего солнца», ни «toronhas». Подумай об этом. Посмотрим тогда, как быстро ты побежишь в алкомаркет.
Я уставилась в невозмутимое лицо Колби. Возможно, он говорил серьезно.
– Что за «toronhas»? – спросила я.
Он мрачно взглянул на меня и покачал головой.
– Просто еще один коктейль, обреченный на исчезновение. – Затем он пробежался рукой по своим волнистым волосам и выдавил улыбку, глядя на меня. Ну, конечно. Спенсер был прав. Колби был полным треплом.
– Думаю, мы должны выпить это, пока у нас есть такая возможность, а не хранить ее черт знает для какого момента, – сказала Райли, поставив на стойку три шота. Рядом она поставила тарелку с кусочками лайма и солонку.
– Обычно, мы с Ри пьем «текилу с тела» так сказать, но мы не хотим заставлять вас двоих чувствовать себя некомфортно. – Колби ухмыльнулся, глядя на нас.
– Если только они не захотят присоединиться к нам, – сказала Райли с озорным блеском в глазах. – Ты никогда не была влюблена в Спенсера? – Она ткнула в меня долькой лайма.
Я сжала пальцы, ухватившись за барную стойку. Краем глаза я видела, как голова Спенсера повернулась в мою сторону. Я намеренно улыбнулась, когда посмотрела на Райли. Она сделала вид, что не заметила этого, пока я пыталась подобрать правильные слова, чтобы незамедлительно переключить внезапное внимание к теме разговора. Слова пришли мне только спустя какое-то время, когда пауза в разговоре могла уже показаться неловкой.
– Я была в числе многих. – Я легко рассмеялась, удерживая свой взгляд на Райли. – Ты бы слышала мою сестру и ее подруг, когда они разговаривали о Спенсере. Он был свежим куском мяса, а они определенно точно не были вегетарианками.
Фыркнув от смеха, Райли слегка толкнула Спенсера в плечо.
– Точно. У них будто был личный фан-клуб Спенсера Пирса. Я и забыла об этих шлюшках. Извини, Сара. Не в обиду.
Я пожала плечами.
– Никто и не обижается. Кто бы мог подумать, что сейчас моя сестра будет обучаться в медицинской школе?
Райли в шоке уставилась на меня.
– Серьезно?
– Нет. Она забеременела и бросила школу. Она работает в клиннинговой компании.
Райли прыснула со смеху. Когда я осмелилась посмотреть на Спенсера, у него на губах играла улыбка, и он наблюдал за мной немного пристально для моего комфорта.
– Звучит как правда. Не то что бы в работе уборщицы было что-то плохое, – сказала Райли, толкая в мою сторону шот. – Окей, на счет три.
Когда ее отсчет закончился, мы все, за исключением Спенсера, слизнули соль со своих рук, проглотили текилу и вгрызлись в свои кусочки лайма.
Колби вытер рот рукой.
– Черт, хорошо-то как.
Это был не первый раз, когда я пила текилу, поэтому согласно кивнула ему. Было хорошо, когда текила согрела мой желудок, ослабляя скрученные узлы внутренности. Кое-как я справилась с этим. Я разыграла эту карту с влюбленностью, будто это для меня ничего не значило. Они все смеялись, как я и хотела, но если Райли снова опозорит меня этой ночью, то мне придется свернуть ей шею.
– Клуб на пляже? – спросил Спенсер, подбросив ключи в воздух и поймав их. – Вы туда собрались попасть?
– Вражеская территория, – ответил Колби, глядя на Райли.
Она наклонилась вперед и стерла большим пальцем каплю сока лайма с уголка его рта.
– Вы должны увидеть своих конкурентов. Black Haze постоянно выступают там. Они тоже приехали сюда из Бостона на лето, – пояснила Райли для меня.
– Но они нам не конкуренты. – Спенсер блеснул дерзкой улыбкой, в этот момент он был почти не похож на парня, которого я знала, в этот момент он был больше похож на сердцееда, коим он, очевидно, теперь и являлся.
***
«Шеви Блейзер» Колби видал и лучшие дни. Бока были проржавевшими, сама же машина была прокрашена в странный оттенок коричневого цвета.
– Бентли на ремонте. – Колби ухмыльнулся, глядя на меня через плечо.
Почему-то Райли выглядела обиженной.
– Прекращай это. Сейчас в нашей жизни тот момент, когда нам приходится ездить на дерьмовой машине. Никаких оправданий. Никаких извинений.
Колби с нежностью посмотрел на нее.
– Знаю, малышка. Я просто пошутил. – Затем, он поцеловал ее.
– Это интересная история, – сказал Спенсер прямо у меня за спиной.
Удивленная его близостью, я обернулась и увидела, что его внимание приковано к ним.
– Ты должна попросить Райли рассказать тебе ее как-нибудь. – Он бросил на меня быстрый взгляд, затем натянуто улыбнулся и направился к двери машины со стороны водителя.
Я наблюдала за ним, пока он не скрылся в салоне машины.
– Дробовик! (Прим: Термин «дробовик» относится к временам старого дикого запада, когда человеку приходилось сидеть рядом с машинистом вагона с дробовиком в руках, чтобы защитить его от грабителей на дороге), – крикнул Колби, запрыгивая на переднее сиденье.
Райли закатила глаза, глядя на него, и мы скользнули на заднее сиденье машины. Всю эту короткую поездку я удерживала свой взгляд на затылке Спенсера, пока они с Колби обсуждали шоу, которое собирались устроить во время выступления на следующей неделе, а также об аппаратуре, которую необходимо починить. Я с интересом слушала Райли, когда она выспрашивала у меня об общежитии, в котором мне предстояло жить, и почему вместо него я не захотела жить в съемном жилье. Я объяснила ей, что у меня была стипендия на обучение и проживание.
– Ты будешь жить прямо около Кенмор Сквер, – сказал Колби, очевидно услышав наш разговор. – Это всего в нескольких кварталах от нашего жилья.
Спенсер поймал мой взгляд в зеркальце заднего вида, и отвел взгляд в сторону.
– О, – ответила я, не уверенная, что думать по этому поводу.
– Боже, я так завидую, – захныкала Райли. – Хотела бы я учиться поближе к вам, ребята.
Колби развернулся лицом к ней.
– Мы будем недалеко друг от друга.
Она еще больше нахмурилась.
– Я знаю, но все же. – Затем она повернулась ко мне, выглядя виноватой. – Извини, Сара. Я такой ребенок. Ты будешь в сотнях миль от своего парня. Не мне жаловаться.
– Когда вы с ним снова увидитесь? – спросил меня Колби.
Я поерзала на своем сиденье.
– Он приедет навестить меня через несколько недель.
– О, вау. – Райли ухмыльнулась. – Это здорово. Не могу дождаться, чтобы познакомиться с ним.
Я заерзала на месте и подняла взгляд, заметив, что Спенсер снова наблюдал за мной в зеркало. В этот раз он не отвел взгляд, пока это не сделала я, в этом разговоре он и вовсе не участвовал. Мне было интересно, что он думал о том, что мы будем жить так близко друг к другу, когда начнутся занятия. Бостон был сравнительно небольшим в сравнении с другими городами, но я сомневалась, что мы вообще когда-то столкнемся с ним.
Когда Спенсер съехал с главной дороги и проехал мимо пляжа, я была сбита с толку. Как оказалось «Клуб на Пляже» находился вовсе не на пляже. Он находился в нескольких кварталах от пляжа в приземистом бетонном строении, у которого была только маленькая вывеска над входом.
Райли повернулась ко мне.
– Знаю, что со стороны выглядит как притон, но публика там достойная, и это место стало первым, куда впустили «Поглощенных» прошлым летом, когда они искали место для выступлений. Конечно, теперь для толпы, которую мы привлекаем, это место слишком маленькое, чтобы вместить всех. Но мне нравится приходить сюда в знак благодарности. Я думаю, это правильно.
Я видела, как на переднем сиденье посмеивался Спенсер.
– Это так великодушно с твоей стороны.
Райли стрельнула в него взглядом.
– Хватит демонстрировать перед Сарой свой богатый словарный запас, может, уже припаркуешься.
Качая головой и все еще посмеиваясь, Спенсер проехал вперед, найдя свободное место в конце парковки. Парковка была почти полностью забита машинами, несмотря на внешний вид здания.
Чуть ранее Райли заметила, что вход в это заведение был только с двадцати одного года, а мне определенно столько не было. Потом она сказала мне, что у нее были поддельные документы. У меня таких не было, потому что я все еще оставалась дочерью копа. От мысли о том, чтобы нарушить закон, мне становилось не по себе. Но Райли, казалось, не думала, что могут возникнуть проблемы, и она оказалась права.
Вышибала – перекаченный парень, одетый во все черное, на футболке которого синим цветом было написано название клуба – поприветствовал Колби и Спенсера так, будто они были близкими друзьями, ни у кого не проверив документы и сопроводив нас всех внутрь.
Нас окутали шум и темнота, когда мы протиснулись сквозь народ, столпившийся на входе. Повернувшись, Райли схватила меня за руку. Колби и Спенсер шли позади меня. Спустя несколько шуток и расталкиваний локтями, Райли привела нас к переполненному бару. Она прокричала заказ, и только бармен заикнулся спросить ее про удостоверение, рядом появились Колби и Спенсер. И снова в отношении их был оказан особый подход, бармен потянулся через стойку, чтобы пожать им руки, потом отвернулся, чтобы сделать наши напитки.
Ухмыльнувшись мне, Райли спросила:
– Видишь?
Я улыбнулась ей в ответ и почувствовала, как кто-то прижался к моей спине. Уверена, это был Спенсер, которого толкнули на меня. Я почувствовала, как по телу разлилось тепло, и потянулась за холодным напитком, который уже стоял прямо напротив меня. Он был коричневатого оттенка, со льдом, в высоком стакане.
– Рай, – прокричал Колби, вглядываясь в свой напиток. – Лонг Айленд с холодным чаем? Я ненавижу такое пойло. Почему ты не заказала мне пиво?
– Потому что это пойло приведет тебя в нужное состояние намного быстрее. Я просто экономлю твои деньги.
Я видела, что Колби едва сдержал улыбку.
– Ладно. – Он обвил ее талию рукой. – Давайте, найдем нам столик. – Он махнул нам рукой, чтобы мы шли за ними, пока сам повел Райли сквозь толпу.
Когда я начала было идти за Райли, Спенсер потянулся за моим напитком.
– Я позабочусь об этом для тебя, Сара Улыбашка.
Я сильнее вцепилась в свой стакан, когда он попытался забрать его.
Он слегка растерялся и наклонился ниже, чтобы поймать мой взгляд.
– Сара?
То, что его лицо оказалось так близко к моему, привлекло мое внимание, и я отпустила стакан, позволяя ему забрать его из моих рук.
Беспокойство в его взгляде вынудило меня объясниться с ним, прежде чем мы доберемся до Райли и Колби.
– Пожалуйста, не называй меня так. Никто меня так не зовет. Больше никто меня так не зовет.
Его зрачки расширились от понимания.
– Прости. Я не подумал… – Он запнулся, сжав губы, выглядя при этом неловко.
– Все нормально, – сказала я ему и пошла за ребятами. Я срезала путь через столики, пока голос отца, зовущий меня «Сара Улыбашка», не всплыл в моей памяти. К счастью, фоновый шум клуба был достаточно громким, чтобы я могла сконцентрироваться на звуках звона бокалов, громких голосов и песни «Radioactive» группы Imagine Dragon’s, которую исполнял артист на сцене.
Иногда, когда оставалась одна, я пыталась вспомнить голос отца, напевавший мне, но не сейчас, не здесь. Я не могла позволить воспоминаниям обрушиться на меня здесь, позволить людям, которых теперь я едва знала, увидеть меня в таком подорванном эмоциональном состоянии, было рискованно. И, конечно, когда ты бесчисленное количество раз пытаешься доказать, что в порядке, то выглядишь еще более сумасшедшей. А я была в порядке. Большую часть времени.
Я заняла место рядом с Райли и почувствовала себя еще более некомфортно, когда Спенсер занял свободный стул рядом со мной, поставив мой напиток на стол.
Сидя здесь, притворяясь, что слушаю Райли, я ощущала внимание Спенсера на себе. Мне было интересно, зачем он находился здесь сегодня. Райли говорила, что будем только мы и Колби. Знал ли Спенсер, что я тоже пойду? Была ли такая вероятность, что он хотел увидеться со мной? В его присутствии я чувствовала себя неловко, поэтому сделала глоток своего напитка и передернулась от его вкуса. Колби был прав. Этот напиток был ужасным. Этот «Лонг Айленд» на вкус был как гнилые фрукты, плавающие в болоте.
Райли и Колби о чем-то болтали, когда объявили о выходе группы Black Haze. Взволнованная толпа вокруг нас засуетилась, все начали толкаться и отпихивать друг друга с пути, все это происходило прямо напротив нашего столика у сцены. На какой-то момент, появилось ощущение, что стены вокруг меня стали сужаться, мы были со всех сторон окружены толпами людей. И в этот момент в моей сумочке завибрировал телефон. Достав его, я увидела, что звонил Нэйт. Как раз вовремя. Это дало мне отличную причину, чтобы извиниться и тут же сбежать от стола и этой толпы. Махнув Райли рукой с телефоном, я использовала универсальную отмазку «мне нужно ответить на звонок», встав из-за стола и направившись к выходу.
Оказавшись на улице, я вдохнула теплый летний воздух, наслаждаясь тишиной.
– Эй, привет, – сказал Нэйт, когда я ответила на звонок.
– И тебе привет. – Я улыбнулась, почувствовав, что нуждалась в его твердом голосе.
– Рассказывай. Как там обстоят дела?
Я вздохнула.
– Тяжело.
Возникла пауза, прежде чем он сказал:
– Я могу прилететь сегодня же вечером.
Я закрыла глаза и уже чувствовала жжение от появившихся слез. Было бы так легко позволить Нэйту прилететь сюда и дать мне нужное ощущение безопасности. Но я не могла поддаться этому желанию.
– Я знаю.
Он вздохнул, очевидно, поняв, что я отказала ему.
– Ты уже нашла то, что искала?
Я почти рассмеялась. Ведь я только приехала сюда.
– Нет. Но, думаю, что найду. Это не здесь, это нигде конкретно.
– Тогда я, правда, надеюсь, что оно именно там.
– Я тоже.
Нэйт рассказал мне обо всем, чем он занимался, готовясь к новым занятиям, потом он напомнил мне, что был на расстоянии одного звонка, добавив «люблю тебя». Я ответила тем же и отключилась, а подняв взгляд, увидела Спенсера, стоящего всего в нескольких шагах от меня. От одного его вздоха меня пробило током. Он был призраком для меня так долго, еще одним моим воспоминанием под запретом, и сейчас, глядя на него, мне все казалось нереальным.
Он засунул руки в карманы джинсов, его серая футболка обтягивала его широкую грудную клетку и плечи. Блестящие темные волосы были зачесаны назад, открывая его лицо и касаясь воротника его футболки по бокам шеи. Когда я опустила руку с телефоном, он приблизился ко мне.
– Все в порядке? – спросил он.
Я кивнула.
Спенсер сделал еще один шаг ко мне.
– Могу я задать тебе вопрос?
Немного неуверенно, я с любопытством склонила голову на бок, глядя на него.
– Думаю, да.
– Ты сможешь когда-нибудь простить своих старых друзей, которые не заслуживают твоего прощения?
Какое-то время я только и могла, что смотреть на него, пока вспоминала множество случаев, когда он начинал фразу с этих самых слов. Он играл в игру под названием «смогла бы ты когда-нибудь». Из всего, что я помнила о Спенсере, игра была тем, на что не было направлено мое внимание. Сначала я наслаждалась этой игрой. Она была чем-то особенным, только между нами, но, в конечном счете, дошло до того, что я возненавидела ее. Это был его привычный способ избежать разговора. Тот факт, что он и сейчас использовал эту игру, был равносилен ковырянию в старой затянувшейся ране. Поэтому он пошел с нами сегодня вечером? Он хотел получить мое прощение?
– Если ты имеешь в виду себя, мне не за что тебя прощать, – ответила я, проходя мимо него, готовая вернуться в клуб.
– Подожди. – Его глаза умоляли меня остаться.
Я в нетерпении остановилась на месте.
– Сара, – начал он. – Когда Райли рассказала мне о твоей стипендии и конкурсе, который ты выиграла, я нашел спонсоров этого мероприятия и заглянул на их сайт. Я нашел твой конкурсный рисунок. Я просто хотел сказать тебе, что в тот момент подумал о том, каким восхитительным он был. На самом деле, картина сразила меня наповал. Это были дюны, так ведь? Наши дюны.
Наши дюны? Выпустив трясущийся выдох, я кивнула, впечатленная, что он узнал их. Некоторые из моих работ были более абстрактные, чем другие. Таким был и рисунок, с которым я выиграла конкурс. Большинство людей видели на нем только потоки света и цвета. Но другие видели то же, что и Спенсер, – золотой песок дюн выдавливал и наступал на тьму угрожающими волнами.
