Текст книги "Утилитарная дипломатия (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

– Ваша Светлость, вам там передали.

Она протянула сложенный лист бумаги.

– Мне? Кто? – уточнила будущая родственница, разворачивая бумагу и окидывая взглядом содержание.

– Жандарм. Сказал, что вас дождется.

Лицо герцогини застыло, превратившись в маску. Она быстро смяла бумагу и подняла взгляд.

– Боюсь, вам придется вернуться во дворец без меня.

– Что-то случилось? – тетушка как всегда первой задавала вопросы.

– В Драмбурге произошел обвал в шахтерской шахте. Самопроизвольный выброс тьмы. Есть зараженные. Мне нужно ехать.

Долорес громко ахнула, сеньора Гуэро нахмурилась, тихо выругалась Ульрике.

– Почему вам? – спросила Валенсия, откладывая в сторону каталоги тканей и эскизы.

– Кто-то из императорской семьи всегда присутствует при таких событиях. Простите, мне пора.

Герцогиня стремительно направилась в холл, сеньора де Торрадо поспешила следом, не сомневаясь, что остальные последуют за ней.

– Часто такое происходит?

Накидки подали быстро, Валенсия набросила свою на плечи, вспоминая, как они с матушкой пять лет назад посещали разрушенный наводнением городок на побережье. Людей, потерявших дома, раненных, напуганных, растерянных. Им требовалась любая помощь. В тот день она раздавала хлеб и воду, а королева выслушивала жалобы и перечни потерь, чтобы затем хоть как-то возместить пострадавшим ущерб.

– Нет, но порой случается. Выбросы тьмы особенно опасны заражением. Нужно проконтролировать все меры предосторожности.

Герцогиня отвечала коротко и четко. И эта женщина еще полчаса назад не могла решить, какой длины шлейф стоит оставить у платья. И какой оттенок ткани будет приличен в ее возрасте и положении.

Выйдя на улицу, она обратилась к тетушке:

– Сеньора Гуэро, я попрошу вас поехать с принцессами. Мой автомобиль сразу направится в особняк.

– Конечно, думаю, мы легко разместимся втроем, – тетушка подхватила Долорес под руку и потянула в сторону их транспорта. Валенсия решила задержаться, чтобы задать еще несколько вопросов, но к ним подошел мужчина в серой форме жандарма.

– Ваша Светлость, – он коротко поклонился, – ближайший поезд через два часа. Вам стоит поторопиться.

– Конечно. Доктора Вебера предупредили?

– Ему отправлена записка и автомобиль с сопровождением. Вы встретитесь на вокзале.

Очевидно, последовательность действий в подобных ситуациях была уже отработана. Никакой паники или ненужной спешки.

– Благодарю, – Великая герцогиня обернулась и вежливо улыбнулась: – Прошу меня извинить и желаю вам хорошего вечера.

Не дожидаясь ответа, она поспешила к ожидающему авто, и жандарм распахнул ей дверь, а водитель уже устроился на переднем сидении. Оставалось всего несколько мгновений до отъезда.

Валенсия обернулась и махнула рукой тетушке, зная, что та ее поймет, а затем решительно направилась к заведённому авто, сама распахнула заднюю дверцу и села рядом с герцогиней:

– Я еду с вами.

Глава 12. О милосердии…

Пол под ногами вибрировал, поезд притормаживал перед поворотом. До приезда оставалось еще полчаса, о чем предупредил проводник, после чего Великая герцогиня вышла из купе, чтобы уточнить какие-то детали с доктором, ехавшим отдельно.

Валенсия встала перед зеркалом на двери, чтобы закрепить чепец. Серое платье сестры милосердия натянулось на груди и в плечах. Герцогиня, одолжившая его, была стройнее, а другой подходящей одежды не нашлось. Да и откуда бы? Она же не планировала с утра посетить бедственный район.

После нескольких минут стараний сеньора де Торрадо справилась с головным убором и поправила платье, затем надела передник и проверила шнуровку ботинок. Она не знала, к чему готовиться, и что увидит по прибытии, но понимала, что трагедия не оставляет времени на заботу о себе. Поэтому нужно подготовиться заранее.

За окном уже сгустилась ночь, часы, прикрепленные к переднику, показывали без четверти десять. Дорога заняла шесть часов, за которые они успели поесть и немного вздремнуть. После согласия на поездку герцогиня говорила мало и в основном по делу, превратившись в совершенно другую женщину. Еще незнакомую, но уже вызывающую симпатию.

Захватив серый плащ, Валенсия вышла в коридор. Герцогиня полностью одетая стояла напротив купе и смотрела в ночь, словно могла в ней что-то разглядеть. На манжетах рукавов тускло поблескивало серебряное шитье. Шестиконечная звезда, заключенная в круг – символ магов. С наряда принцессы символ быстро спорола горничная, чтобы не вводить людей в заблуждение.

– Нас встретят?

Сеньора де Торрадо встала рядом с будущей родственницей и набросила плащ на плечи. В коридоре сквозило и сильнее пахло дымом.

– Да, но на удобства рассчитывать не стоит. В лучшем случае будет дилижанс, в худшем – телега.

– Я понимаю, что мы не на прогулке. И хочу еще раз поблагодарить вас за то, что взяли меня с собой. И за то, что оповестили императора.

Георга поставили перед фактом, не оставив ему времени, чтобы возразить или каким-либо иным способом помешать отъезду. Великая Герцогиня взяла ответственность на себя, и по возвращении их могла ожидать неприятная сцена. В любом случае прятаться за чужую спину Валенсия не собиралась. Если будущий супруг будет недоволен, пусть лучше высказывается по адресу.

– Я привыкла отправляться в эти поездки одна… Если не считать доктора, конечно. Но все меняется. И вам, действительно, нужно больше узнать об Империи.

И не только об Империи…

– Вы ведь обладаете элементалем тьмы? – ответом стала тишина. – Когда на дворец напали и нас всех увели в покои императрицы, вы вдруг куда-то пропали. И доктор тоже. Он быстро осмотрел нас и скрылся. Потом гвардейцы говорили о маге и большом количестве пострадавших. О тьме… А вы так и не появились.

Герцогиня вздохнула.

– Мой дар… Так получилось, что его скрывали. Мои родители были довольно… старомодны в некоторых вопросах. И вырастили меня такой же. Мне повезло выйти замуж за Кристиана. Он помог… и поддержал меня. Всегда поддерживал. В том числе и в сохранении этой тайны. Широкая общественность не знает о моем даре. Предполагается, что он весьма слаб и не развит, как и у многих женщин.

– Я думала, все маги обучаются в школах. К тому же есть Академия…

– Сейчас женщин в ней стало больше, но во времена моей молодости все было несколько иначе.

Даже прогрессивная Империя подвержена тем же предрассудкам, что и все остальные страны. Печально. Но радует, что мир меняется.

– Я никому не расскажу. Ваш секрет в безопасности.

– Скоро это перестанет быть важным… Но спасибо. И… Мне кажется, что мы можем называть друг друга по имени. Общее дело сближает. Что скажете?

Она отвернулась от окна, за которым уже блестели огни города, и заглянула в лицо Валенсии. Та улыбнулась.

– С удовольствием, Ивон.

– Валенсия.

Громкий гудок возвестил об их прибытии, двери других купе открылись, выпуская в коридор доктора и несколько мужчин сопровождения, одетых весьма неприметно. Как говорила Ивон, они уже не первый раз ее сопровождают и не будут стоять столбами, ожидая указаний. Пока самой бесполезной чувствовала себя именно принцесса, но она собиралась сделать все, чтобы не быть таковой.

С вокзала их забрала именно телега. И уже через четверть часа доставила в самую гущу событий.

Шахта располагалась сразу за окраиной городка, и здесь уже разбили полноценный лагерь. По краям приличных размеров пустыря установили мощные артефакты с холодным, синеватым светом, которые неплохо разгоняли темноту, превращая ночь в сумерки, и позволяли работать. Также были разбиты несколько шатров, между которыми метались люди.

– Ваша Светлость, – стоило им сойти на землю, как доктор обратился к Ивон, – вы отправитесь в карантин?

– Да, мне не нужно сопровождение. Я лишь хочу убедиться, что заражение под контролем.

– Хорошо, я найду вас позже.

Герцогиня кивнула и быстро направилась в сторону самого дальнего шатра, стоящего на отшибе. Рядом с ним артефакты не располагались, только старомодные керосиновые лампы.

– Доктор, что мне делать? – спросила Валенсия, пытаясь понять, что происходит вокруг. От ближайшего шатра доносились крики и стоны, немедленно заставившие руки похолодеть. Но она упрямо стиснула зубы и вздернула подбородок. Людям нужна помощь. Поплакать можно и потом.

Вебер взглянул на нее в упор. Серьезный, собранный и не слишком довольный.

– Я ценю ваш вклад, сеньора, но сейчас вы должны запомнить одно: здесь никто не будет с вами нянчиться. Поэтому прошу, если вы почувствуете, что больше не можете помогать, устали и готовы впасть в истерику – сядьте где-нибудь в стороне и просто посидите. Сопровождение будет рядом и доставит вас на вокзал. А теперь, какие навыки у вас имеются?

Как бы ей сейчас не хотелось возмутиться и возразить, единственное, чем она могла доказать свою полезность – поступки.

– Я умею обрабатывать царапины и синяки, могу отличить перелом от вывиха, наложить жесткую повязку.

– Уже хорошо. Сейчас я пойду в шатер с тяжелыми больными. Там работают хирурги. Им может понадобиться помощь. Вы должны посетить вон тот шатер, – он указал на соседний от того, откуда доносились крики. – Туда относят послеоперационных больных. У медсестер часто не хватает времени, чтобы принести им воды или наблюдать за их состоянием. Ваша задача – постараться быть полезной. Вам ясно?

Принцесса кивнула и спокойно перечислила:

– Помочь больным, не переутомляться, сесть в уголок, если не справлюсь.

Деловой настрой доктора и четкие указания предали ей уверенности и сил.

– Отлично. Я найду вас позже.

Вебер как и герцогиня быстро скрылся в сумерках, Валенсия сделала глубокий вдох, а на выдохе развернулась и решительно направилась к нужному шатру. Сопровождение держалось сзади, никак не мешая и не выдавая своего присутствия.

Внутри тоже горели лампы-артефакты, но уже не такие мощные. У входа стояли ведра с водой, от которой поднимался пар. Вдоль стен размещались раненые. Человек двадцать, не меньше. Между низких раскладушек метались три медсестры с ковшами для воды и полотенцами на плечах. Некоторые пострадавшие стонали, некоторые молчали, один кого-то звал:

– Милли! Милли!

Сестра? Жена? Невеста?

Валенсия на мгновение прикрыла глаза, а потом сбросила с себя плащ, подхватила еще один пустой ковш, наполнила водой и направилась к ближайшей медсестре, замершей в проходе.

– Здравствуйте. Что нужно делать?

– А? – медсестра оказалась совсем молоденькой, почти ровесницей Долорес. На щеке у нее протянулась полоска сажи, передник был в пятнах, а руки подрагивали от напряжения.

– Я из столицы к вам в помощь. Что делать?

– Я покажу… Сейчас…

Она действительно показала, где взять чистые полотенца, которых осталось немного, объяснила, что слева лежат тяжелые пациенты, а справа те, кому полегче. Ответила на вопросы.

– Много пострадавших?

Доктор говорил, что в телеграмме количество не указывалось. Ее отправили сразу после взрыва еще до оценки общего ущерба.

– Полсотни находились в шахте, когда грянуло. Почти десяток попал в карантин.

– Всех удалось достать?

После происшествия прошло всего часов десять, но уже успели организовать лагерь, прислать врачей и отделить зараженных.

– Да, сейчас шахту проверяют маги. Хотят выяснить, что произошло. Здесь тьмы раньше не было.

Потом девушку позвали в другой шатер ассистировать на операции, и Валенсия осталась одна. Две другие медсестры к ней не подходили. Все занимались делом.

Она переходила от одного пострадавшего мужчины к другому, замеряла сердечный ритм, протирала лица от копоти. Давала немного попить или промокала потрескавшиеся губы влажным полотенцем. На какое-то время мир за пределами шатра перестал существовать. Забылось платье, свадьба, жених. Все перестало быть важным, кроме этих мужчин, которым требовалась помощь.

Валенсия не замечала, сколько прошло времени. Просто повторяла одни и те же действия, несколько раз обожглась чересчур горячей водой. Ругалась под нос. Приняла кружку чая от охранника. Заметила, что они по очереди таскают ведра, принося свежую воду и забирая грязную. Но кто-то один всегда находится в шатре.

И кто бы мог подумать, что предосторожность не будет излишней. Стоило ей подойти к тому мужчине, который звал Милли, как он открыл глаза, взмахнул руками, задев ковш, и попытался вскочить.

– Милли! – исступленный крик наполнил шатер.

Хорошо, что воды в посуде почти не осталось, и она успела остыть. Ковш упал на землю. Валенсия отшатнулась, стараясь не споткнуться о соседнего больного, а охранник уже прижимал пытающегося встать шахтера.

Тот бился какое-то время, а потом обмяк. Одна из медсестер побежала за доктором, Принцесса, преодолев себя, подошла ближе и приложила пальцы к шее, чтобы найти пульс, но его не было. Кого именно звал мужчина и куда так хотел попасть, осталось загадкой.

Она судорожно выдохнула, оглядела других пациентов и поспешила выйти на воздух. Только на улице стало ясно, насколько внутри было душно. Порыв ветра остудил лицо и шею, покрывшиеся испариной. Заныли руки и плечи, непривычные к столь долгому напряжению. Захотелось сбежать отсюда, но Валенсия не привыкла отступать.

Она справится. Сможет. Нужно только немного подышать. И станет легче. Еще немного…

Крики и ругань резко вернули ее в реальность. Оказалось, что она отошла достаточно далеко и оказалась рядом с шатром, где находились зараженные. Из него один за другим выскочили двое мужчин, не переставая ругаться.

– Тьма!

– Твою ж мать!

– Да как?!

– Такого не может быть!

– Тебя зацепило?!

Оба начали лихорадочно ощупывать себя и осматривать открытые участки тела, а потом пристально уставились друг на друга.

– Что происходит? – от операционного шатра к ним спешил взъерошенный доктор Вебер, где-то потерявший плащ и пиджак, но не чемоданчик.

– Тьма! – рявкнул тот, что старше. Он стоял у лампы, и принцесса смогла рассмотреть светлую кожу, рыжие волосы и веснушки на лице. – Брэнд заразился!

– Маг? – доктор замер на месте, как вкопанный, а Валенсия ощутила холодок на спине.

В Апии заражения тьмой случались редко, последнее крупное произошло еще задолго до ее рождения. Но о том случае до сих пор рассказывали только шепотом и творя все возможные охранные знаки. Чума. Так назвали ту болезнь, от которой на теле вздувались черные язвы. Тогда маги Империи помогли остановить заразу и вылечить больных. Потому что только они не были подвластны заражению. Темные маги никогда не заражаются тьмой. Это знают все.

Но сейчас что-то изменилось.

– Да! Мой ученик! Он был на подхвате, а потом свалился на пол в приступе, а на шее – бубон!

– Не может быть… – выдохнул доктор.

– Мы тоже так думали! – рявкнул второй, ниже и моложе. Он потер лицо ладонями, а потом взъерошил темные волосы. – Такого никогда не было!

– А где Ивон? – тихо спросила Валенсия, наконец осознавшая, что герцогиня тоже должна быть в зоне карантина. – Где Ивон?!

Пришлось повторить громче, чтобы привлечь внимание мужчин. Маги переглянулись и одновременно уставились на шатер, от чего внутри все сжалось. Если эти двое смогли убежать, еще один заражен, а герцогиня так и не появилась…

Принцесса шагнула вперед, еще не осознавая, что делает, но ее схватили за руку. Охранник, про которого она успела забыть.

– Пустите! Там герцогиня! Ее нужно вытащить!

– Сеньора Торрадо! – доктор Вебер подошел ближе, и его строгий тон заставил перестать вырываться. – Успокойтесь. Ее Светлость, возможно, единственная, кому здесь ничего не угрожает. А вот вам стоит покинуть лагерь.

– Но она осталась там! Внутри! – Валенсия перестала вырываться и замерла.

Вебер смотрел на нее серьезно и без малейшего признака волнения, что заставило задуматься. Вряд ли личный врач императорской семьи подверг бы опасности здоровье одной из своих подопечных.

– Вы хорошо поработали, но сейчас вам лучше уйти, – с нажимом повторил мужчина.

Валенсия освободилась из рук охранника и выпрямилась, взяв себя в руки.

– Я вернусь к раненным и продолжу. Возвращаться во дворец без Ее Светлости я не собираюсь. Раз вы уверены, что она в порядке, значит, здесь не так уж и опасно. Ведь так?

Доктор, нехотя, кивнул, а потом обернулся к магам:

– Господа, мне нужно вас осмотреть на предмет заражения. Затем я проверю карантин.

Но прежде, чем он успел сделать хотя бы шаг, земля под ногами дрогнула, а потом затряслась. Где-то рядом раздался грохот. Охранник обхватил Валенсию за талию и повалил на землю, рядом упал Вебер. В стороне снова раздались крики и ругань.

Случился повторный обвал.

Глава 13. О рождении…

Когда пришла телеграмма, и к нему явился посыльный, Герхард никуда не собирался. Ситуация выглядела стандартной. Да, разливы тьмы случались нечасто, но с ними научились справляться, и его присутствие обычно не требовалось. Достаточно участия тетушки для помощи пострадавшим. С устранением самого очага справятся обученные маги.

Затем позвонил Георг. И выяснилось, что вместе с тетушкой увязалась еще и будущая невестка. Император мог приказать, но он просил. Потому что волновался за невесту. И злился. От того, что его поставили перед фактом, и от собственного бессилия.

Наверное столь простые и понятные чувства и заставили герцога примириться с необходимостью уехать.

– Хорошо, я поеду.

– Поезд уже отправился с вокзала, судя по расписанию, – Георг шумно выдохнул. – Следующий будет…

– Я доеду на автомобиле.

– Уверен? Дороги там не очень.

– Вот и проинспектирую заодно. У меня есть карта и компас. Разберусь.

– Спасибо, – глухо выдохнул император.

Стало неловко. Они редко говорили за прошедшие месяцы, но с того нападения между ними словно появилось некое понимание, которое оба опасались нарушить. И порой Герхард не знал, как вести себя, чтобы поддержать перемирие.

– Я привезу их обратно. Скорее всего, завтра к вечеру. До встречи.

– До встречи.

Он положил трубку телефона, установленного в отдельной комнате на первом этаже. Еще один аппарат планировалось поставить в его кабинете, но пока все работы были приостановлены. Из-за состояния Сабины герцог не хотел, чтобы по дому бродили незнакомцы. Пусть даже сто раз проверенные Тайной полицией.

В детскую он заглянул удостовериться, что наметившиеся улучшения ему не привиделись. Няня кормила малышку молоком с ложки, устроившись в кресле-качалке, а его кузина-секретарь сидела в кресле напротив и наблюдала. Брать дочь на руки она избегала, но хотя бы начала спать и даже выходить из комнаты. По сравнению с тем, что творилось месяц назад, прекрасно.

– Герхард, что-то случилось?

Сабина заметила его первой и сразу же заметно напряглась, словно ожидала, что он сделает нечто ужасное.

– Да, – герцог прошелся по комнате, жестом показав Кларе, чтобы она не вставала. – В Драмбурге произошел взрыв в шахте и разлив тьмы. Мне нужно уехать, чтобы проконтролировать ход работ. Это ненадолго. Завтра уже вернусь.

Глядя на то, как распахнулись от страха глаза девушки, он подумал, насколько вовремя в особняке появилась Клара. Не будь ее, Георгу пришлось бы отказать. Ведь как бы Герхард мог оставить Сабину и малышку?

– Вы справитесь? – уточнил он, стараясь говорить ровно и доброжелательно. Доктор Вебер просил следить за интонацией, чтобы не создавать дополнительный стресс у молодой матери.

Потерянная наследница Кенигов беспомощно взглянула на няню, а та уверенно кивнула:

– Конечно, Ваша Светлость. Можете ехать спокойно, мы со всем справимся. Погода налаживается, может быть, сходим погулять в парк.

Сабина побледнела и перевела взгляд на окно, но потом сжала губы и слабо кивнула.

– Все хорошо. Поезжай.

– Я вернусь сразу, как закончат устранение.

Герцог подошел к женщинам и ободряюще сжал плечо кузины, а потом заглянул в лицо малышки. Та выглядела невероятно сосредоточенной и серьезной. Так похожа на куклу, но со взрослым взглядом.

Который раз он невольно задумался, как выглядел бы их ребенок с Милисент. Раньше эта мысль его не тревожила, но теперь не давала покоя. Как и сожаления об упущенном времени…

Герхард привычно прикрыл глаза, возвращаясь в реальность и отгоняя горькие мысли, попрощался и покинул детскую.

Сборы не заняли много времени. Рабочий костюм, который он обычно одевал на завод, где не появлялся, кажется, с момента нападения, дополнился теплой курткой и ботинками на толстой подошве на случай, если придется самому осматривать шахту. Пока Герхард надеялся этого избежать, но всякое может случиться.

Дольше всего он возился с авто, проверяя, правильно ли подключен генератор, питающий фары, в каком состоянии находится тьма в колбе и нет ли утечек при подаче давления. За рулем он в последний раз ездил тоже… давно. Даже удивительно, что все оказалось в порядке, и авто спокойно выкатилось из бывшего каретного сарая.

Дальше было совсем просто. Развернуть карту, наметить маршрут, прикинуть время и расстояние. У поезда имелась фора почти в час. Дорога до Драмбурга занимала шесть часов. Автомобилю не требовалось останавливаться на станциях, скорость была выше, но вот дороги…

При самом хорошем раскладе он прибудет на место чуть позже дам, а там останется только найти их и взглянуть на устройство лагеря. Времени на разбивку и общую оценку ситуации специалистам должно хватить.

– За дело, – буркнул герцог себе под нос и сел за руль.

…Семь часов спустя он все еще блуждал по крохотным проселочным дорогам где-то вблизи Драмбурга и проклинал собственную самонадеянность, отсутствие указателей и совершенно непроглядную темноту, которую с трудом разгоняли два узких луча света. Ругань найти дорогу не помогала. Карта и компас почему-то совершенно не облегчали задачу, заставляя Герхарда начать сомневаться в собственных способностях. Настроение стремительно портилось.

А потом он почувствовал толчок. Авто ощутимо тряхнуло. Нога рефлекторно нажала на тормоз. Изобретение послушно остановилось, но тряска продолжилась. Недолго. Всего пару минут. После чего все пропало.

Герхард еще некоторое время посидел на месте, прежде чем заглушить мотор и погасить фары. А затем осторожно покинул авто. Если случился повторный обвал, то он точно где-то рядом. Осталось правильно выбрать направление.

Темнота перед глазами сгустилась, а затем обрела форму и размер.

– Окум? В чем дело?

Элементаль, едва различимый посреди ночи, двинулся в сторону от дороги. Прямо в лес.

– Ты знаешь, куда идти?

Волна согласия. Никаких сомнений.

– Далеко? – уточнил Герхард, запирая автомобиль и обходя, чтобы достать из багажника сумку с вещами.

Еще одна волна, передающая смутное ощущение беспокойства и желания двигаться быстрее. Кажется, происходящее в Драмбурге выходило за рамки стандартных ситуаций.

– Уже иду. Показывай, куда.

Чтобы не сломать ноги, пробираясь напрямик, пришлось призвать небольшой огонек, на который Окум покосился неодобрительно, но промолчал. То, что скрывалось за повторным обвалом, волновало его куда больше. И уже начинало беспокоить самого герцога.

Оказалось, что он добрался до нужного места с другой стороны. Стоило пройти пешком каких-то минут десять и меж деревьев замелькали огни, а спустя еще несколько минут он вышел к лагерю. Как раз со стороны карантина. Шатер со всех сторон покрывали предупреждающие руны тьмы и смерти, едва заметно светившиеся в темноте.

Окум растворился в тенях, оставив смутное ощущение беспокойства. А рядом с палаткой спорили маги:

– …Если там опять тьма, нужно придумать, как защититься!

– И каким же образом? Мы даже не знаем, что будет достаточной защитой!

– Нельзя оставлять пострадавших под завалом!

Последний голос Герхард узнал и без всяких сомнений шагнул в круг света, выходя из-за шатра.

– Доброй ночи, доктор Вебер. Что происходит?

При его появлении двое магов почти синхронно подпрыгнули и шарахнулись в стороны. Странно, обычно темные куда более стабильны. Доктор же воскликнул с явным облегчением:

– Ваша Светлость! Как я рад вас видеть!

– Светлость? – спросил маг, стоявший ближе. Рыжий и высокий. – Герцог Рейс?

– Собственной персоной. Прибыл для оценки лагеря и устранения разлива. Кто может обрисовать обстановку?

Маги переглянулись между собой, и старший взял слово:

– Роберт Аккерман, маг тьмы, это мой напарник – Вальтер, мой ученик Брэнд остался в шатре. Примерно полчаса назад у него случился припадок. Он заразился тьмой.

Случай сразу перестал казаться стандартным, а спор у шатра обрел смысл. Герхард повернулся ко входу, у которого висели лампы. Из-за неплотно сомкнутого полога был виден свет и мечущиеся внутри тени.

– Доктор, тетушка там?

– Да, Ваша Светлость. Я как раз хотел осмотреть магов и проверить ее, когда случился второй обвал.

– А где сеньора Торрадо?

Герхард бегло огляделся вокруг, но не заметил апийку.

– Она вместе с охранником вернулась к стабильным пациентам. Ее помощь весьма своевременна.

– Хорошо. – Хоть о ком-то можно не волноваться. – В шахте кто-то был?

– Маги земли должны были укрепить свод. Полагаю, у них имелись все шансы выжить…

– Если только не было повторного разлива, и они не заразились, – мрачно отметил Роберт, скрестив руки на груди. И он мог оказаться прав.

– Окум!

Элементаль возник перед ними, собирая себя из теней. Герцог кивнул ему на шатер, отдавая безмолвный приказ, и вечный спутник безмолвно скользнул внутрь, позволив смотреть своими глазами.

Все выглядело примерно так, как он и ожидал. Избавившись от свидетелей, Великая герцогиня использовала свой дар в полной мере, поглощая тьму из зараженных. Со стороны на непосвященный взгляд картина могла выглядеть весьма зловеще…

Стройная женская фигура, раскинувшая руки в стороны. От пальцев к постелям больных и к молодому парнишке у ее ног тянулись нити тьмы. Они свивались в воздухе, перекручивались, сливались с тенями, танцевали и выглядели до ужаса живыми. Казалось, что серое платье украшено черным кружевом, но на самом деле его заменяла все та же тьма, окутывающее тело носителя тончайшим пологом, местами уходящим под ткань и даже глубже, под кожу…

Ивон стояла спиной ко входу, но ощутив появление Окума, повернула голову:

– Герхард? – из ее рта вырвалось облачно тьмы.

– Я здесь, – ответил он, и элементаль повторил его слова. – Как больные?

– Трое мертвы. Не из-за заражения. Их травмы оказались слишком серьезны. Я забираю их тьму. Как и у остальных. Они стабильны. Скоро можно будет выносить.

Как и предполагалось, то, что представляло угрозу для других темных магов, тетушке навредить не могло. Все же как интересно иногда работают исключения…

– А мальчишка?

– С ним сложнее. Элементаль оказался слаб. Я постараюсь на забрать лишнего. Нужно будет поработать отдельно, чтобы разделить его тьму и зараженную. Даром ему пользоваться будет нельзя. Какое-то время…

А не согласись тетушка поехать или опоздай хотя бы на четверть часа, и ученик вряд ли бы выжил.

– Тебе нужна помощь?

– Я справлюсь. Разберись с остальным. И пусть меня не тревожат еще хотя бы полчаса.

– Хорошо.

Герхард отпустил элементаля и потер глаза, возвращаясь к своему зрению. Вокруг стояла напряженная тишина.

– Мне нужен начальник лагеря. В шахту никого не пускать. В карантин тоже.

– Что с Брэндом? – сразу же спросил Роберт.

– Жив. Остальные тоже. Через полчаса или час карантин можно будет снять.

Маг потрясено замер, уставившись на него.

– Я вас провожу, Ваша Светлость, – доктор Вебер не привык задавать лишние вопросы и признавал его компетентность во всем, что касалось тьмы.

– Вы уже сталкивались с подобным? – не сдержался Вальтер, делая шаг навстречу.

– Однажды, – сухо ответил герцог, не горя желанием вспоминать подробности.

– И что это? Почему тьма может нас заразить?

Герхард вздохнул, рассматривая обоих магов. Ту свою работу он так и не закончил, соответственно в Академии о ней не говорили. Исторические примеры имелись, но о тонкостях можно было лишь догадываться по наблюдениям. И стоило знать, что ищешь, чтобы понять всю картину. В любом случае полной уверенности у него не было, однако…

– Потому что, если я прав, там родился элементаль…

Я бесшумно открыла дверь в коридор и огляделась. Никого. В особняке не принято было оставлять ночных лакеев, поэтому шанс наткнуться на кого-то из слуг был довольно мал. Однако я все равно дождалась полуночи, когда все точно разойдутся по комнатам и лягут спать. Отъезд Герхарда оказался весьма кстати, его камердинер не станет засиживаться допоздна, как и другие слуги в отсутствие хозяина. Так что передвигаться можно спокойно. И сделать все нужно сегодня, иначе следующий удобный случай придется ждать неизвестно сколько…

Я осторожно пошла по коридору, пытаясь не чувствовать себя воровкой. Ничего ведь странного не происходит. Просто секретарь герцога ночью идет по коридору… Из комнаты с собственной уборной. И полным графином воды на прикроватном столике. Да, ничего странного.

О том, что стоило разбить графин и использовать осколок стекла, я подумала, только остановившись перед дверью приемной. Но звук мог разбудить Клару, а свидетели мне не нужны. Хорошо, что малышка начала спать лучше и достаточно крепко, а няня подстраивалась под ее сон. Она только днем рассказывала о достигнутых результатах и выглядела при этом совершенно счастливой…

Хватит. Я потерла лицо и отбросила волосы назад. Нужно собраться и сделать то, что требуется.

В приемную попасть не составило труда, здесь было темно, но я помнила обстановку и быстро прошла ее насквозь, застыв перед дверью кабинета. А что, если тот сон – всего лишь очередной кошмар? Что, если мне все просто привиделось? Ведьма, поляна, тот камень… Что, если я просто схожу с ума?

Сзади раздался шелест. Спина невольно выпрямилась. Пальцы стиснули ручку. А сердце замерло в груди, чтобы затем забиться с невиданной силой.

Если обернуться, там ничего не будет. Ничего и никого. Но шелест останется. И будет следовать за мной, куда бы я ни пошла. Нет, это нужно прекратить, иначе я действительно свихнусь. И Герхард сдаст меня в лечебницу.

На глаза навернулись слезы, которые теперь появлялись по любому поводу. Элементали, во что я превратилась? Истеричка, боящаяся собственной тени.

Вытерев глаза рукавом халата, я осторожно открыла дверь, которую Герхард никогда не запирал. Все важное хранилось в сейфе и в лаборатории. Интересно, когда он спускался туда последний раз? Неважно. Сейчас нужно другое.

Я подошла к столу и быстро нашла нож для бумаг. Не слишком острый, но подходящий, чтобы пустить капельку крови. Особенно младенцу. Но что с ней делать потом? Что я вообще творю? Если меня поймают или увидят…

Шелест. Снова за спиной. Ближе. Или дальше? Хочется закричать, но нельзя. Не сегодня. Нужно просто все закончить. И станет лучше. Если станет…

Обратно я вернулась почти бегом, спрятав нож в рукаве. Закрыла дверь спальни. Медленно выдохнула, чувствуя, как дрожат руки и коленки. Самое простое позади. Теперь – кровь. Но сначала…