Текст книги "Утилитарная дипломатия (СИ)"

Автор книги: Дайре Грей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

– И в-вам т-того же… – немедленно ответил Фернандо. Стоило признать, что заплетающийся язык он разыгрывал отменно.

– О, вижу, вы не один, – вежливо удивился Ингемар. – Признаться, я рассчитывал на разговор, как говорят ферентийцы, тет-а-тет.

– Проходите, господин Эклунд. Сеньор де Лобо уже уходит, ему нужно отдохнуть, чтобы достойно выглядеть на завтрашней встрече.

Кристиан одним рывком поставил принца ровно и передал в заботливые руки охраны, попросив их не беспокоить.

– Молодость, – усмехнулся советник фреденсбергского короля. – Время для ошибок, вы не находите?

– А для чего же еще она нужна? – решил поддержать тему дипломат, указывая на другое кресло. – Присаживайтесь. Вина?

– Может быть, тогда темного пива? – парировал Ингемар, занимая предложенное место. – Я слышал, вы предпочитаете его остальным напиткам.

Какая поразительная осведомленность… Разговор определенно будет интересным.

Дитрих бродил по городу без цели. Просто шел, куда глаза глядят, не особо запоминая дорогу. Что изменится, если он не вернется? Странно, что Ингемар вообще отпустил. Хотя… Он ничего не делает просто так. Наверняка что-то придумал. И уже давно… Еще до отъезда. Решил избавиться. Танки ведь готовы, зачем еще держать воспитанника? Тем более такого, кто ничего не может добиться…

Советник так и не ответил на вопрос, зачем представил его герцогу. Просто скрылся в номере, отговорившись подготовкой к дипломатическому обеду, а ему предложил погулять. Хотелось устроить скандал, сцену, потребовать ответов, но… За стенкой расположились маги Империи, Великий герцог, которому стоит только дать повод для удара…

Дитрих остановился на мосту через Саину. Здесь река становилась узкой, что и позволило заложить город на обоих берегах, соединив половины дюжиной мостов разной красоты и протяженности. Тот, на котором он остановился, кажется, назывался королевский. Раньше. Теперь все именовалось президентским.

Взгляд невольно устремился вниз на темные воды. Если прыгнуть, все закончится очень быстро. Река еще холодная, к тому же глубокая, вряд ли он доплывет до берега. Ингемар наверняка порадуется. И Великий герцог. Кто вообще будет о нем плакать? Как получилось, что он остался совсем один? Почему?

– Красивый город… Не стоит здесь топиться.

Голос раздался совсем рядом, заставив отвести взгляд от воды и взглянуть на незнакомца. Тот стоял на расстоянии вытянутой руки. Очень худой, в черном тонком пальто, старомодном цилиндре, темных очках и с тростью в руках.

– Простите?

– Неподходящее место для самоубийства. Да и зачем?

– С чего вы взяли, что я собираюсь… – начал возмущаться Дитрих, но незнакомей взглянул на него сквозь стекла. Блеснули на солнце рыжие волосы, а взгляд показался осязаемым.

– Я многое знаю. Например, что ты – Сантамэль. Только другой. Не такой, как остальные.

Дитрих невольно подобрался, призывая магию и готовясь к защите. Не хватало еще проиграть какой-нибудь имперской ищейке. Вот только элементаль не откликнулся…

– Что?..

Молодой человек попытался снова, но ничего не вышло. И опять. И еще раз.

– Что происходит? Что вы сделали?

– А ты забавный… – незнакомец склонил голову к плечу, наблюдая за его попытками и даже не пытаясь напасть. – Столько эмоций. Обид. Весьма несправедливых. Может быть интересно…

– Что интересно?! – Дитрих прекратил бесполезные попытки и сжал кулаки. Оружие он носить не привык, но в левом рукаве прятался небольшой нож на крайний случай, которым маг вполне умел пользоваться.

– Будущее. Видишь ли… Ты ненавидишь Сантамэлей. Я ненавижу Сантамэлей. Мы можем быть друг другу полезны.

– Что?

Вот теперь он удивился, никак не ожидая вместо врага обрести случайного союзника.

– Как же с вами, людьми, сложно…

Собеседник свободной рукой снял очки, продемонстрировав темные провалы вместо глаз. Неестественная белизна лица вдруг стала очевидна, как и отсутствие веснушек, и яркий контраст волос. Словно кто-то нарисовал мужчину резкими мазками красок, даже не пытаясь их растушевать. Человек… обычный человек не мог так выглядеть. Даже маг, учитывая сколько их Дитрих встретил в Империи.

– Кто ты?

– Правильный вопрос. Я – тот, кто может дать тебе силу. Очень много силы. И попутно исполнить несколько желаний. Например, убить твоего наставника. Ты же этого хочешь?

Убить Ингемара? Он никогда не помышлял о подобном, потому что знал – его сразу же прикончат на месте. Ведь кроме него других магов во Фреденсберге не было. А использовать обычное оружие… Советник был слишком осторожен, а его охрана – умна, чтобы допустить подобное. Да и… Признаться, раньше смерть наставника и не была нужна. Ведь никому другому он просто не был нужен.

– Я… не знаю. Он…

– Использовал тебя. А теперь решил продать Империи. Или думаешь, зачем он взял тебя с собой? Чтобы избавиться, потому что ты ему больше не нужен. И никогда не был нужен. Сам по себе. Он просто получал выгоду и инвестировал в будущее, но ты не оправдал его ожиданий. А что делают с неликвидными активами?

– Что?

– Продают их. Избавляются. А сейчас ты – именно такой актив.

Дитрих сжал зубы, зная, что незнакомец, кем бы он ни был, говорит правду. Ведь он сам думал о том же. И разве не так поступал Ингемар с остальными? С теми, кто становился ему не нужен? Избавлялся. Нет, он никогда не марал руки, но люди исчезали из его окружения, теряли положение и власть. Может быть, в итоге и жизни. Разве не справедливо будет, если хоть раз так поступят с ним самим?

– Чего ты хочешь? – резко спросил маг, тряхнув головой.

– Как я уже сказал, мне нужна смерть Сантамэлей, а с тобой избавиться от них будет намного проще.

– И что потом? Мы убьем Сантамэлей, а дальше?

– Ты думаешь, все будет так просто? – собеседник подался вперед, нависая над ним. – Нам с тобой придется очень постараться, чтобы довести дело до конца. К тому же… Ты ведь хочешь не только смерти наставника, но и корону? Будешь новым императором?

Императором. Невозможно. Никто не посадит на трон бастарда. Никогда. К тому же есть законный император, а у него – брат. И дядя. Но Великий герцог здесь. А Сантамэлей нужно убить. Тогда он останется последним законным наследником.

– Слышал сказку про Арминия Сантамэля? Он тоже воспитывался на чужбине, а потом вернулся и стал великим. О нем до сих пор говорят. Ты можешь повторить его судьбу. Или даже превзойти. Создать свою Империю. Ту, которая тебя признает. Ту, которая будет больше, чем существующая. Зачем нужны Фреденсберг, Апия, Изрилиона, Ференция, если может быть одна Империя?

– Моя Империя.

Государство, в котором никто не посмеет сказать ему, что он не нужен, потому что он будет его центром.

– Твоя Империя. Так что скажешь, мальчик?

Глава 36. … и утилитарности.

Пиво в Ференции было дешевым и плохого качества, остановились на вине, однако никто его так и не пригубил.

– О чем вы хотели поговорить, господин Эклунд?

Советник сам пришел к нему, и Кристиан не собирался упускать преимущество, направив беседу в деловое русло.

– О перспективах. Скажем, о том, к чему может привести смена правительства в этой прекрасной стране.

– К еще одной смене власти… Вы ведь читаете газеты? – герцог кивнул на прессу, брошенную на стол.

– Конечно, признаться, иногда я даже заглядываю в Имперский вестник. Бывает весьма… познавательно.

– Не сомневаюсь. Могу даже предположить, что вас интересует колонка объявлений.

– В первую очередь она, но знаете… Порой светская хроника вызывает не меньший интерес. В прошлом году, например, имперская пресса весьма успешно раздувала скандал вокруг герцога Рейса, вашего племянника, однако затем все как-то быстро затихло и пропало. Я заинтересовался данным вопросом и навел некоторые справки… Оказалось, что в те пару дней, пока скандал набирал обороты, вы были больны, а стихло все после того, как вы навестили дворец поздним вечером.

– Неужели?

Ингемар оставался спокоен и до отвращения доброжелателен, Великий герцог мог легко поддерживать его игру, что и делал, дожидаясь перехода к сути.

– Нападки сохранялись еще некоторое время, но потеряли свою остроту… Позже газеты напечатали опровержение, что-то о невиновности герцога, но все это было уже неважно, ведь главное – то, что именно вы поддерживаете порядок в Империи.

– Смелое заявление.

– Давайте обойдемся без ложной скромности, Ваше Высочество. Пока был жив ваш брат, вы не слишком активно участвовали в политической жизни страны. Однако после его смерти, и более того, после несвоевременной кончины императрицы, вы стали тем столпом, на котором держится все. Поэтому о будущем я хочу говорить именно с вами.

– О будущем Ференции?

Эклунд позволили себе рассмеяться.

– О будущем наших стран. Для вас не секрет, что Изрилиона готовит армию. Суматоха в Ференции лишь отвлекает внимание, к тому же дестабилизирует Варению – вашу кормилицу – наплывом беженцев.

– Допустим.

Об Изрилионе он узнал не так давно, когда находившийся там в глубоком внедрении агент, наконец-то, подобрался к чему-то более серьезному и смог подать весточку. Данные подтвердила внешняя разведка. Все говорило о том, что скоро старый враг снова объявит войну.

– С одной Изрилионой вы справитесь. Не первый раз. Однако, если наступление начнется с двух сторон, вашей армии придется разделиться. Ваш южный флот прикрывает берега Апии, которые скоро снова подвергнутся нападениям островитян, и вы не сможете его отозвать. Северный будет связан боем, и часть берегов окажутся открыты для нападения. И это при том, что голодные ферентийцы захотят добраться до урожая Варении. Магия прекрасна, но вам просто не хватит сил, чтобы отбиться от всех. Придется выбирать между исполнением договора с Апией и собственным выживанием.

– Мрачная картина.

И весьма вероятная, к сожалению. Однако есть несколько нюансов, которые снижают накал страстей. Ингемар не знает о разработке Герхарда и о возобновлении проекта с големами.

– Я хотел бы предложить вам выход, который мог бы сделать ее более светлой.

– Вот как? – многозначительно приподнять брови.

Судя по встрече, воевать берг не хочет, так пусть раскрывает карты до конца.

– На севере Империи есть земли, которые не используются по назначению. Для вас они не пригодны, земля не плодородна, люди предпочитают селиться в более приятных местах. Даже коренные жители покидают их. Остался только приграничный гарнизон, содержание которого требует денег.

Речь шла о землях на границе с Фреденсбергом. Действительно, примыкающие к северному полуострову территории не пользовались популярностью, и численность населения там неуклонно падала, а в последние годы остались лишь редкие деревни с парой десятков человек населения. Старики, не желающие перемен.

– Однако то, что бесполезно для имперцев, вполне может подойти бергам. Наши земледельцы не избалованы и умеют работать в сложных условиях. Здесь я вижу возможность для компромисса. Империя может сдать свои северные территории в аренду Фреденсбергу, скажем, на сто лет, за умеренную плату.

– Интересное предложение. И что же взамен?

– Наш полный нейтралитет. Скорее даже добрая дружба, основанная на взаимовыгодном сотрудничестве и общем будущем.

Конечно, когда выйдет срок аренды, местные успеют породниться с бергами, те привыкнут к новым территориям, и дальше встанет вопрос о принадлежности. Придется или продлять аренду или… кто знает, что там случится через сто лет.

– Ваша армия сможет не думать о сохранности северных границ и полностью сосредоточиться на защите Варении и противостоянии с Изрилионой. Думаю, при таком раскладе вы выиграете войну уже к осени.

– Заманчиво, но Фреденсберг получит неменьшую выгоду. Ваши ледники растут, северные течения замораживают полуостров, и вы готовите себе путь к отходу. Так что вы можете предложить в качестве оплаты?

Денег у бергов немного, а если они закупили оружие в Альбионе, то казна и вовсе должна показывать дно. На что рассчитывает Ингемар?

– О, в первую очередь я хотел бы предложить вам воссоединение семьи. Кажется, вестник писал о том, что некое семейство ищет потерянного мальчика?

– И вы совершенно случайно его нашли?

– Видите ли, эта история началась еще до того, как я занял свое место, поэтому я не могу в полной мере нести ответственность за произошедшее. Мой воспитанник, Дитрих, достался мне по указанию моего предшественника, и я заботился о мальчике как о собственном сыне.

Видимо от того, что его кровный отец где-то бесследно затерялся. Но глупо винить в этом Эклунда. Сколько ему тогда было? Лет тридцать? Начало карьеры. Нет, он не обладал нужным влиянием и возможностями, чтобы заслать своего агента в Империю. К тому же Ингемар осторожен. Политик, а не убийца. А вот его предшественник… Лет двадцать назад во Фреденсберге все было иначе.

– Семья будет благодарна за возвращение мальчика, однако… Что делать с преступлениями, совершенными против Империи?

Берг не изменился в лице, продолжая смотреть с вниманием и ледяным спокойствием.

– Полагаю, вдвойне удачно, что я разом возвращаю вам и пропажу, и виновника неких печальных событий. Ваш опыт позволит вам грамотно распорядиться открывающимися возможностями.

То есть фанатиков, нападение на дворец и попытку похищения Аннабель полагается повесить на мальчишку и забыть об участии бергов.

– И вам не жаль того, кого вы растили как собственного сына?

– Ваше Высочество, вы не хуже меня знаете, что политика не терпит сентиментальности. Не делайте чувства проблемой.

– Вас в таком пороке, конечно, не обвинишь…

Ингемар пожал плечами, не собираясь оправдываться. Да и к чему? Все, что он делал, он делал на благо своей страны.

– Мне нужно будет обсудить ваше предложение с императором. И помимо моральной компенсации хотелось бы получить и нечто материальное. Надеюсь, полное описание предложения у вас с собой?

– Конечно. Более того, я готов отпустить Дитриха с вами в качества аванса.

Значит, опасается, что мальчишка выйдет из-под контроля и желает избавиться от ответственности.

Кристиан прислушался к себе, пытаясь вычленить то, что не давало ему расслабиться. Предложение выглядело интересно. Перспективно. И высока вероятность, что они его примут. Детали уладят послы. А Изрилиона… Лишившись поддержки севера, она вполне может угомониться. Или обойдется малой кровью. До осени все может закончится… Но…Что-то все равно не так. Что?

Герцог глянул в окно и ощутил слабый укол в груди. Обернулся к двери. Тьма? Здесь? Воспитанник Ингемара совсем рехнулся?

– Что-то не так? – заметил его настороженность собеседник.

Дипломат хотел ответить, но в этот момент ощутил уже не укол, а полноценное эхо удара. Дверь в номер распахнулась. Ворвавшийся охранник был бледен и растерян.

– Ваше Высочество, нападение! Уходим!

Уйти можно было только через дверь, к которой они втроем и направились. Судя по звукам и откликам магии, в коридоре уже шел бой, но был шанс отступить к дальней лестнице и уйти по ней.

– Принца Апии нужно забрать! – бросил Кристиан, не слишком переживая. Опытная охрана справится с одним мальчишкой. Даже если сюда пожаловали революционеры, их успокоят. Нужно лишь забрать представителей посольств, чтобы не допустить международного скандала. Не хватало еще обострять ситуацию!

– Боюсь… – начал охранник, выглянувший в коридор, и тут его смело волной тьмы.

Кристиан успел остановиться и придержать Ингемара. Происходящее никак не походило на действия одного сильного мага. Да и тьма… теперь он ощутил ее лучше, и она была совсем иной. Не той, что навредила Ульрике. Кто же к ним пожаловал?

– Ингемар!

Рык из коридора стал ответом. Судя по побледневшему лицу, советник говорившего узнал.

– Дитрих, – выдохнул он и с надеждой взглянул на Великого герцога. – Вы же с ним справитесь?

– Не может быть…

Дипломат призвал элементалей и выставил щит, выглядывая из номера. Воспитанник берга стоял напротив номера, выделенного делегации Фреденсберга. Распахнутая дверь и заметные на полу ноги в сапогах намекали на то, что живых там не осталось. Как и среди его охраны, стоявшей на посту.

Дитрих обернулся. Глаза его затянуло тьмой, как бывало у темных магов во время полного слияния, но сила… Сила была совсем иной.

– Тебя я тоже убью! – крикнул утерянный племянник и вскинул руку.

Ударить он не успел, как и Кристиан подумать, выдержит ли щит. Громкий выстрел заставил мальчишку дернуться. Дверь еще одного номера оказалась распахнута, а стрелял Фернандо отлично. Вот только зря. Сильный маг в состоянии защититься от пуль.

– Ваше Высочество!

Остатки охраны подоспели с нижнего этажа и бежали со стороны дальней двери. Один из магов сразу же ударил светом. Яркая солнечная вспышка пронеслась мимо, едва не ослепив. Герцог не стал дожидаться ответного удара, а, прикрывая лицо рукой, рванул навстречу охране, крикнув остальным:

– Уходим, быстро!

Сзади раздался топот и приглушенная ругань. Двое охранников остались прикрывать отход, еще один предусмотрительно распахнул дверь на лестницу, последний уже ждал там, устанавливая ловушку. Дальше была ступеньки. Много ступенек. А поселили их на последнем этаже, демонстрируя уважением и теплый прием. Теперь все пять пролетов бежать.

Кристиан сжал зубы и молчал, экономя дыхание. Сзади пыхтел Ингемар, явно непривычный к таким нагрузкам, а вот апиец наверняка даже не вспотел. Молодость…

Они успели преодолеть два пролета, когда сверху сначала раздался грохот от воздушного удара, а потом снова донесся рык разъяренного медведя:

– Ингемар!

В пространство между перилами ударила тьма. Великий герцог успел прижаться к стене, как охрана и принц, а вот советнику не повезло. Его ладонь попала под воздействие.

– А!

Ингемар захрипел и упал на ступени, прижимая пострадавшую руку к груди. Заражение было стремительным и смертоносным. Плоть на глазах начала чернеть и отваливаться кусками, наверняка причиняя невыносимую боль.

Коротко выругался апиец. Охранники молча взглянули на него, советник поднял затуманенный болью взгляд.

– Дай ему нож! Уходим!

Тащить советника с собой значит замедлиться, добивать – бессмысленно, он уже мертв. А с ножом хотя бы сможет задержать это разбушевавшееся порождение Бездны. Если Эклунд и был против, шанса высказаться ему не оставили. Они уже бежали дальше.

Еще через пролет сверху раздался крик Ингемара:

– Будь ты проклят!

Еще один всплеск тьмы, и жизнь берга оборвалась. Как и возможность договориться с Фреденсбергом. Вряд ли король Харольд был в курсе планов советника. Но сейчас они не имели смысла. Нужно было выбраться. Любой ценой.

В холле гостиницы оба охранника остались караулить преследователя, подарив им немного времени. Здесь уже творился хаос, постояльцы, услышавшие грохот, пытались покинуть гостиницу. К счастью, их собралось не так много, чтобы перекрыть проход.

Кристиан и Фернандо протолкались на улицу, безжалостно работая локтями. Апиец обернулся к конюшне.

– Вряд ли Аурелию расседлали. Сможете верхом?

Герцог смерил его взглядом, а потом схватил за локоть и заглянул в глаза.

– Бери лошадь и убирайся.

– Эээ… нет, – отрезал де Лобо, сверкнув глазами.

– Да, – жестко ответил дипломат. – Кто-то должен рассказать. Апииска вынесет. Держись параллельно железной дороге, доберись до следующей станции, а лучше до приграничной. Оттуда отправишь телеграмму. Сообщишь, что я мертв.

Апиец снова попытался возразить, а из гостиницы донесся очередной всплеск тьмы и грохот от применения магии воздуха. Время уходило.

– Передай Георгу. Элементаль покинул Империю. Здесь договор его не держит. Понял?

Грохот Фернандо слышал и все понял. Стиснул зубы так, что на щеках проступили желваки. Кивнул.

– Элементаль покинул Империю. Здесь договор не действует.

– Хорошо. Иди. И не оборачивайся.

Принц помедлил секунду, но затем рванул к конюшне, а Великий герцог огляделся. Сумерки уже сгустились вокруг, предрекая скорый приход ночи. В окнах ближайших домов появлялся свет, доносились обеспокоенные голоса. Люди бежали от гостиницы, не понимая, что происходит. Рядом стояло несколько авто. Со спиртовыми двигателями. Не тьма, но тоже сойдет.

Он призвал огонь и безжалостно ударил по ближайшему. Грохот, взрыв, столб пламени, осветивший выскочившего на улицу мальчишку. Тот рефлекторно шарахнулся назад, а Кристиан уже взорвал следующий снаряд. И под прикрытием пламени отступил в переулок.

– Сантамэль!

Все еще рев медведя. Силен, сволочь. Но ничего. Всю силу не удержишь.

Элементаль огня проявился рядом и вскинул на него темные бусины глаз.

– Ищи горючее. Много. Можешь сожрать.

Ответом стал оскал-улыбка, после которого крупная саламандра поспешила прочь.

– Думаешь, я тебя не найду?!

Найдет, зараза. Если бы мальчишка был один, шансы спрятаться и сбежать еще имелись. Но не от сильнейшего элементаля тьмы.

Где-то в стороне раздался удаляющийся звон копыт, улица заполнилась криками людей, дымом и запахом гари. В хаосе искать сложнее. Пусть щенок попробует взять след.

Парсину Кристиан знал не слишком хорошо, но достаточно, чтобы выйти к ближайшему мосту. За спиной город стремительно оживал, стряхивая дремоту и превращаясь в растревоженный улей. Откуда-то справа донесся взрыв, полыхнуло зарево, на пару секунд превратив ночь в день. Саламандра нашла еду.

Больше паники – больше сложностей. Столица Ференции не маленький провинциальный городок, здесь людей больше, а если они еще и напуганы… Каждый будет думать о себе и о спасении, а не о поиске кого-то постороннего.

Герцог дошел до середины моста, когда раздался следующий взрыв с той же стороны. Теперь к небесам отправились фейерверки, которые наверняка заготовили для празднования становления нового правительства. Разноцветные снаряды разлетались в стороны, некоторые падали в воду, некоторые – в соседние склады, что-то загорелось. До полноценной паники оставалось совсем немного.

Он почти перешел мост, когда сзади раздался уже знакомый всплеск силы. Натренированная реакция помогла поставить щит раньше, чем мозг успел оценить угрозу. Каменное полотно встопорщилось из-под ног вверх и закрыло его, приняв удар. Тьма превратила камень в черную пыль, которую герцог отправил прочь.

– Думал сбежать?!

Дитрих стоял ближе к другому берегу и тяжело дышал. Выглядел плохо. Бледный, мокрый от пота. Так-то использовать силу, которая тебе не предназначена. Еще и не экономя.

– Куда ты дел доктора?! – крикнул Кристиан.

– Какого еще доктора?

То есть захватывать сознание элементаль не стал, ограничившись подарком в виде силы.

– Того, кто был с ним до тебя. Или он не рассказал?

– Он жив. Может быть. А вот ты умрешь!

Удар был предсказуем, и Великий герцог успел призвать саламандру. Тьма и огненный шквал, соприкоснувшись породили такое, что отстрелявшему фейерверку даже не снилось. Нажравшийся элементаль позволял выстраивать более сложные конструкции, и герцог с удовольствием пустил в ход стену пламени, огненную плеть и вихрь. Мальчишка защищался, а ошметки их магии разлетались по округе, порождая панику и хаос. Люди выбегали из загорающихся домов и бежали прочь, пытаясь спастись.

Одновременно с огнем, Кристиан осторожно использовал землю, заставив второго элементаля ослабить опоры. Он медленно отступал, вынуждая Дитриха двигаться вперед. Занятый отражением очередного всплеска пламени он не заметил скрежет, а потом едва удержался на ногах, когда мост ощутимо тряхнуло. Герцог уже был вне зоны поражения, а вот мальчишка оказался посередине.

– Нет!

Он закричал, вскинув руки в нелепом жесте, и мост начал рушиться, фрагментами падая в воду.

Дипломат выдохнул, прислонившись к стене дома, и смахнул испарину со лба. Зря. Потеря концентрации обернулась пропуском удара. Всплеск тьмы заставил вскинуть руки для защиты, но уже поздно. Он успел развернуться, подставляя плечо, сморщился от боли, но устоял. Ничего. Тьму он как-нибудь переживет.

– Эффектно.

Голос раздался словно отовсюду сразу. Кристиан собрался с силами и выпрямился, вглядываясь в темноту, освещенную пожарами. Оно выползало снизу, уцепившись конечностями-канатами за остатки ограды. Медленно втягивало себя наверх. Темное, густое облако, тащившее внутри себя тело. Его губами оно и говорило.

Дитрих вертикально опустился на камни мостовой, но вряд ли осознавал происходящее. Тьма окружала его плотным коконом, защитившим и от обломков моста, и от воды. Заботливая тварь.

– Я предупреждал, что убить тебя будет непросто. Все же опыт… Ты догадался не использовать тьму против меня.

– Была мысль, что мало поможет…

Сдувшаяся саламандра скользнула меж камней. Огонь использовать не выйдет. Защититься землей, возможно, получится, но недолго. Кажется, все. Он исчерпал лимит своих сил.

– Правильно. Знаешь, в этом городе есть особенная прелесть. Я приехал сюда, чтобы отыскать своего собрата, но обрел нечто куда более ценное. Свободу. И она мне нравится.

– Не сомневаюсь.

Элементали никогда не вели себя подобным образом в Империи. И он тоже не наглел. А здесь… Сорвался с цепи. И нашел себя подходящее вместилище. Нет ничего хуже, чем когда сила встречается с глупостью. А поверить элементалю тьмы мог только дурак.

– Проверим еще одну теорию.

Чутье предупредило об ударе, и непослушные пальцы подняли щит, но тьмы было больше. Она пробила камни, снова обратив их пылью, и ударила в грудь. Кристиан втянул воздух сквозь зубы, переживая боль, а перед лицом оказалась почти человеческая морда с глазами без век и ресниц.

– Оказывается, Сантамэля можно убить. Неужели, ты думал сбежать и выжить, человек?

– Иногда смерть тоже победа…

Он все-таки использовал тьму для удара. Единственного, направленного на мальчишку, спрятанного в коконе. Тварь взревела и бросилась на защиту, позволив ему осесть на мостовую. Боль ненадолго отступила, чтобы вернуться снова дикой, ослепляющей волной. Дышать стало трудно. Но ему уже и без надобности…

Кристиан растянул губы в усмешке, чувствуя как по подбородку течет теплое и соленое. В горле клокотало. Но слова все-таки сложились:

– Когда… убивают… Сантамэля… духи… мстят…

Парсина обречена. Он достаточно устроил хаоса, а буря добьет остальное. Не будет нового правительства, не будет поддержки Изрилионы, потому что вся Ференция превратится в бурлящий котел, где каждый сам за себя. И кипеть он будет долго. Георгу хватит ума закрыть границу после катаклизма. А Фернандо выберется… Такие всегда выбираются.

Элементаль что-то рявкнул и поспешил утечь в сторону всей тушей, забрав тело с собой. Пусть бежит. Если Дитрих умрет, буря выйдет еще сильнее, а если выживет… Мальчики справятся. Должны.

Боль становилась все сильнее, поднимаясь выше к шее, в то же время руки и ноги немели, теряя чувствительность, голова стала тяжелой, зрение затуманилось. Ему показалось, что откуда-то запахло яблоками и пшеницей. Захотелось улыбнуться, но губы уже не слушались…

А потом боль пропала. Все закончилось…