Текст книги "Жена для наследника Бури (СИ)"

Автор книги: Дарья Вознесенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

– Хорошо, – вздохнула, собираясь с мыслями – Бежан… Стэр объяснил мне немного ситуацию, но…как ты правильно заметил, – вот не удалось мне избавиться от яда в голосе, – я из низкородных и не совсем понимаю что у вас, у высших, происходит в отношениях. Для меня не слишком приемлемо то, что меня насильно утаскивают во дворец и…все это, – я махнула рукой, обводя покои. – Что именно ты от меня хочешь?

– Хочу? – он вздохнул, – Скорее придется…

Твою ж…

Опять?!

Только не надо вот этого. Утреннего диалога хватило. Я зло прищурилась:

– Что, боги заставляют?

– А если так? Или ты считаешь себя настолько подходящей избранницей, что я этому должен обрадоваться?

И так было это сказано, что сразу понятно стала – никем я не могу себя считать. Я никто. Потому и жестко ответила, распаляясь все больше:

– Я тебя не считаю подходящим избранником.

Чтобы эта избранность не значила – мне понравилось, как его тряхнуло.

Однако занимательная у нас беседа получается. Высшие тут не только живут по велению богов, но и скрещиваются – или что там делают избранники? Тьфу, какие неуместные мысли.

А принца не отпускало:

– Еще скажи, что не хочешь…

– Не хочу, – я кивнула. Неужели меня сейчас выслушают? – Единственное, что хочу, так это вернуться к своей работе и жизни.

– И продолжить встречаться со Стэром? – прошипел прям.

– Нет, – я качнула головой. – После его поведения сегодня – нет. Но уверена, я еще встречу мужчину…

– Других мужчин не будет! – и снова передо мной чудовище. Перекосило всего и мальчики кровавые в глазах.

Черт. Черт.

Почему разговор опять зашел не туда? Я же хотела решить дело мирным путем – договориться, обсудить мою позицию… Но он считает, что имеет право решать за меня. Строй здесь, конечно, монархический, и скажем так, переспать с какой-то безродной девицей и бросить её – в порядке вещей. Но, не желая того – и при сопротивлении девицы – поселить при себе и стать единственным…

Бред. Надо взять себя в руки.

Вздохнула:

– Бежан…Ты же чужой мне человек, почему ты решил, что я должна на тебя вешаться и…

– Вот именно! – непонятно зарычал он, все больше наклоняясь над столиком, где стоял наш ужин – и последствия для ужина были весьма плачевные. – Должна! Не будь ты простой девкой, вешалась бы!

– Потому что все эрты – шлюхи? – спросила я едко, отбрасывая все страхи.

– Потому что они с рождения понимают, кому подчиняться! И счастливы были бы жить во дворце! И чувствуют энергию так же, как и я!

Опять это непонятная энергия!

– Так значит только потому, что ты императорский сын и все такое, я должна примириться с подобным отношением и благодарить богов на коленях, что ты обратил на меня свое внимание?! Это не нормально, что меня засунули во дворец и заставляют сидеть здесь в этом платье! Не нормально заставлять меня быть счастливой только потому, что я из лачуги вдруг перебралась в роскошные покои! Вы, благородные, почему то решили, что мир крутится вокруг вас, но…

– Мир действительно крутится вокруг нас! И мы за это платим огромную цену! Ты ничего не знаешь… Мы живем проявленными линиями и всегда должны… должны всем! Империи, народу, богам. Мы своей магией, энергией, каждым действием поддерживаем этот мир, чтобы он не лопнул, как пузырь! Мы первыми отправляемся на войну и отправляем своих детей – и первыми встаем на пути любой опасности, не важно, исходит ли она от Ока или людей! И если где-то случится брешь, или пустошь начнет распространяться по континенту, или потоки вдруг окажутся нарушены – именно мы пожертвуем своими жизнями чтобы империя жила, жили все люди в ней и ты, которой на это все плевать – тоже жила!

Я ошеломленно замолчала и спросила сипло:

– Мне не плевать… Но… я тут причем? Или вы питаетесь невинными девами, чтобы оставаться такими сильными?

– Невинная дева? – прозвучало глухо и с горечью.

Он резко встал и выдернул меня с моего кресла.

Как пальцами прошелся горящим взглядом по всем моим нескромным вырезам и глубоко вдохнул мой запах.

Его лицо снова закаменело, он начал наклоняться, и я невольно забилась в его руках, отрицательно мотая головой:

– Пожалуйста, я не хочу…

Бежан оттолкнул меня и чуть ли не отпрыгнул сам. А потом посмотрел исподлобья и коротко бросил:

– Все будет, как я скажу.

И ушел, хлопнув дверью

А я со стоном опустилась на стул.

Ну что за…

Снова. Ни поговорить, ни объясниться. А я хочу домой, к Максу! Все, надо выбираться… И чтобы все эти непонятки закончились… Он же и правда может сделать со мной все, что угодно!

Я нервно прошлась по гостиной, чувствуя себя все слабее с каждым шагом.

Что такое? Могли ли мне подмешать что-то в вино? Отрава вместо цепей…

На меня навалилась слабость, и я кое-как скинула платье – хоть не пришлось звать никого из служанок, одну пуговицу-то расстегнуть не сложно – и забралась в кровать. Мне не слишком понравилось, что придется спать голой, вот только я совсем забыла потребовать вернуть мою одежду или принести хоть что-то взамен.

Я вытянулась под прохладной простыней и моментально провалилась в темноту.

И мне снова приснился этот сон…

Только на этот раз более реалистичный.

Все началось после Цхалтура. Ночью ко мне стали приходить пугающие, смазанные образы, то нависающие надо мной с сыном, то вихрем проносящиеся мимо. И пусть сами сны были разные, вот только главный герой в них повторялся. Я видела его скачущим на огромном стальном коне, сидящим в каких-то мрачных углах или пробирающимся по лесу, а порой – с жуткой плетью, которой он хлестал без устали серую, безликую людскую массу.

Каждый раз, вырываясь из этого кошмара, я долго сидела, вздрагивая, пытаясь развеять морок. Мне казалось – это за мной гонятся. Это меня ищут.

Это на мою спину опускается плеть.

Чуть позже сны стали спокойнее. Сменился антураж – появились роскошные интерьеры с ритмичными колонными, железными арками и украшениями. Иногда – железные кубки, наполненные вином. Иногда – тяжелые книги. Но все очень зыбко, так же, как и первые сны. Марево вокруг, безликие персонажи; и только одну фигуру я видела очень точно – высокого мужчину в черном плаще.

Он всегда стоял или сидел ко мне спиной.

И больше всего я, почему-то, боялась, что он обернется.

Покажет мне себя. Или увидит меня.

Вот и сегодня я смотрела на этого человека сзади. Черный плащ, развевающийся по ветру. Высокая башня с зубчатыми краями и железными пиками. Обрыв, за которым расстилалось множество огней какого-то города.

Герой моих снов стоял и смотрел на эти огни и даже мне было понятно, насколько он сосредоточен и мрачен. Почему-то казалось, что он сейчас шагнет в эту пропасть и то ли взлетит, то ли рухнет камнем вниз. Мне захотелось крикнуть, чтобы не смел, и даже во сне я удивилась своим противоречивым чувствам.

Я подошла ближе.

Внезапно фигура задергалась и поплыла.

А потом сменила одеяние.

Теперь на нем был не черный плащ с капюшоном, а белый камзол, который я совсем недавно видела вживую.

Принц – а это был он – вдруг развернулся, и я отпрянула, но недостаточно быстро. Но это не имело значения – даже в своем сне я оказалась невидимой.

Мужчина достал из воздуха огромный меч и резко сделал выпад. И еще, еще один. Прозрачные монстры постепенно обрели очертания – превратились в дымчатых осьминогов, склизких тварей, демонов с рогами и убийственными копытами.

А он все продолжал орудовать мечом, будто и не уставая, непобедимый в своем мастерстве. И вдруг особенно прожорливое чудище выпустило свои клыки и вонзилось ими в шею воина.

Я вскрикнула…

И проснулась.

Чтобы тут же взвизгнуть снова, рывком сесть на кровати, кутаясь в одеяло, а потом еще и прижаться спиной к изголовью, в инстинктивном защитном движении.

В кресле, глядя на меня в упор, сидел наследник.

Твою ж… И давно он там сидит? Маньяк какой-то.

– Что ты тут делаешь? – прозвучало беспомощно. Но меня реально напрягла эта картина.

– Я… – он помотал головой, будто не имея возможности говорить что-либо, вздохнул и запустил пальцы в короткий ежик волос на затылке. Выглядел он измученным, как не спал всю ночь.

Впрочем, какое мне дело?

С этим массовым психозом пора заканчивать.

Но не в таком виде.

Кажется, мы оба только что осознали, что на мне ничего нет. Взгляд Бежана прошелся по моим голым плечам, растрепанным волосам, лицу – наверняка – опухшему со сна.

Я облизнула пересохшие губы.

Он замысловато выругался и вскочил.

Ну уж нет. Сбежать я не дам. А то будет бегать туда-сюда, а мне что делать? Терпеливо ждать в кровати? Понятно, что все предполагают, что я должна знать реалии этого мира, но мне надоело, что на мои вполне внятные вопросы никто не дает таких же внятных ответов. Точнее, ответы дают, но «ты будешь жить во дворце без прав, без права на жизнь и личное счастье и с единственной обязанностью, и точка» ни как ответ, ни как реальность меня не устраивали.

– Подожди… Мы можем поговорить? Только мне надо одеться и…

– Я подожду тебя в своей гостиной. Служанка проводит.

И все таки вылетел за дверь.

– …и мне нужна одежда! – зло закончила я фразу и досадливо хлопнула рукой по кровати.

Зеленое безобразие с самого утра я надевать не собираюсь.

Если мне не принесут ничего, пойду в простыне! И одеяле вместо мантии.

Я обернулась, нашла металлический куб, о котором говорил Стэр и прикоснулась к нему. Секунд через десять в комнату постучали.

Две зашедшие девушки смотрели в пол и были гораздо старше тех, что мне прислуживали ранее.

Как оказалось, мне уже подготовили небольшой гардероб. Я вытаращилась на роскошные наряды, провела рукой по тончайшей шерсти повседневных платьев, которые стоили по моим меркам целое состояние, но отрицательно покачала головой. Выбрала самую простую белую блузку с коротким рукавом и костюм для верховой езды – кожаный корсаж с ремешками, суконные облегающие брюки, высокие сапоги – еще никогда у меня не было настолько удобной обуви, и как они успели снять мой размер? – и широкую юбку с запахом сверху, застегивающуюся на кожаный ремень.

В такой одежде мне было спокойнее.

Я с сожалением посмотрела на завтрак, но решительно направилась к двери. Было раннее утро, и мне не терпелось уже вернуться к Максу. Любым способом.

Служанка действительно была за дверью, но я и так прекрасно помнила, где находится черная дверь.

– Бежан, – тут же начала, когда увидела наследника, боясь, что нам опять что-то помешает донести до него свою позицию, – Послушай, я понимаю, что ты принц и привык получать все что хочешь – быстро и беспроблемно. И наверное, как верная подданная я должна подчиняться любому твоему желанию. Но у меня тоже есть желания; два дня назад у меня была своя жизнь, свои планы на будущее, я отвечала за себя сама и даже не предполагала, что кто-то будет решать, что мне делать. Я привыкла к определенной свободе, как все… амилахвы. И пусть императорский дом решает, кому жить, кому умереть, а кому сидеть в покоях фаворитки, но я ведь живой человек! Я предлагаю компромисс… Дай мне возможность пойти сейчас домой, жить как прежде – я, в свою очередь, готова продолжить наше общение, понять, наконец, что именно тебе от меня надо и…

Отрицательно помотал головой и сделал два шага ко мне, беря мои плечи в железные тиски:

– У меня тоже была своя жизнь несколько месяцев назад. Но мы связаны – и тут ничего не изменишь. Я не отпущу тебя – или не простит меня всемилостивейшее Око…

То что дальше начало происходить было просто очень… не знаю, странным.

Наследник наклонился и впился в губы болезненным и жестким поцелуем. В этом поцелуе не было ни любви, ни страсти, ни нежности – просто какой-то животный голод. А потом он укусил мою губу – до крови, так что во рту даже появился металлический привкус. Я дернулась и попыталась отстраниться, но мне не дали. Бежан прошептал что-то, привлекая к себе еще ближе, продолжая терзать мои губы, несмотря на сопротивление, будто он был путником, умирающим от жажды, а мои губы – источником воды. Поцелуй стал нежнее и…

Это закончилось так же внезапно как началось.

Он отстранился и резко отошел. Повернулся ко мне спиной и схватился за обеденный стол. Плечи у него ходили ходуном, а руки вцепились в столешницу так, будто хотели выдрать её с корнем. Меня же начало в прямом смысле колотить, да так сильно, что я была вынуждена обхватить себя плотно руками.

Бежан выдохнул:

– Жди меня здесь!

И выскочил из покоев.

Я в полной прострации смотрела на захлопнувшуюся дверь.

А потом просто взвыла от злости. Вот и поговорили!

Связаны? Односторонне, похоже. Может здесь, в этом мире теория «половинок» и работала на все сто процентов, да еще воздействовала на мозг и то, что пониже, но это не отменяло уважительного отношения к партнеру и его словам! Будь ты хоть трижды принц, блин. Я-то не Золушка, чтобы влюбиться с первого взгляда и всеми правдами и неправдами засовывать свою ногу в туфельку лишь бы выйти замуж за человека, которого видела раз в жизни!

Пришел, увидел, победил? Боги приказали? А сам подумать не можешь? Не уж, я не собираюсь жить в золотой клетке. Может кого-то и устраивает жизнь принцевой содержанки, но не меня. Я всегда сама строила свою жизнь исходя из собственных представлений о счастье и мужчинах, что мне нужны – и пусть ошибалась, пусть ошибаюсь сейчас, но это мои ошибки и у меня есть на них право. И если вместо того, чтобы дать время разобраться с настолько неоднозначной ситуацией и познакомиться по-человечески меня без спросу хватают, одевают, целуют и указывают, где мне находиться и что говорить и делать – значит я постараюсь избежать этих встреч.

Надо убираться из дворца. Любым способом. Он не сможет мне навредить, это дает хоть какой-то простор для действий.

Задней мыслью мелькнуло, что, возможно, не стоит действовать так импульсивно, но я отогнала её от себя. Шанс у него был и не один. Хватит. Два последних дня я старалась быть спокойной и сдержанной и понять происходящее, сидя в выделенных мне покоях, как приказывали, выполняя все распоряжения и терпеливо дожидаясь, когда уже решат мою судьбу.

Но пора брать её в свои руки.

Глава 12

В этом крыле стражников не наблюдалось, но не факт, что я не встречу их далее. Я задумалась и, кажется, нашла решение.

Служанки. Их одежда.

И заклятие «спокойствия», хотя больше ему бы подошло название «паралича». Да, гадко, но что поделаешь.

Решительно направилась в свою гостиную. Почему-то, во всем теле опять чувствовалась слабость, но я не придала этому значения. Уж было собралась взять в руки куб призыва, как за дверь скользнуло новое действующее лицо.

Черт.

Про нее-то опять забыла.

Я мысленно скривилась – значит, принц, при всех своих разговорах про связь, остался при при своих визгливых эртах.

Все-таки я была права, когда решила всеми силами избежать с ним общения.

– Что вам надо? – спросила холодно, отодвигая куб. Проворачивать операцию по собственному побегу в её присутствии не стоило.

– Чтобы ты исчезла, – ответила девушка не менее холодно. Я присмотрелась. От визгливой истерички мало что осталось – на меня смотрела местная акулка. Благородных кровей, жесткой дисциплины и, наверняка, с высоким уровнем силы.

В прямом противостоянии я победить не смогу точно.

Но радовало, что наши цели совпадали.

– Ты не выживешь здесь, – промолвила девица совершенно буднично, – я навела о тебе справки. Простолюдинка без магии, помощница лекаря – непонятно, зачем тебя притащили во дворец и чем ты прельстила, но мне это не важно. Я много лет шла к тому, чтобы заполучить это место, с тех пор, как увидела его девчонкой. Бежан мой, и я собираюсь стать его фавориткой, а затем женой. И ты со своим невыразительным личиком не сможешь мне помешать.

Ой да пожалуйста. Не очень-то хотелось. Наверное.

Правда за личико, несмотря ни на что, было обидно.

Интересно, как она расправилась с соперницами? В том, что расправилась, я не сомневалась.

Мысли молниеносно пронеслись в голове. Похоже, даже не придется переодеваться в служанку – все сделают за меня.

А девица не глупа, это видно. Чтобы навести справки, ей явно понадобилось проследить мой путь до дворца; и либо она связалась с теми брюнетами – Стэр бы точно обо мне не расспространялся – либо поинтересовалась у слуг. Подкупила их. Уж я-то знала, прожив в качестве «бесправной» помощницы в доме лекаря и насмотревшись на внутреннюю кухню в благородных домах, когда разносила заказы или когда мы с господином Кавтаром оказывали помощь, насколько местные прислужники в курсе всех дел своих господ.

Там намек, там сплетня – и вот при должном рычаге давления можно выяснить все подробности. Для живущих при дворце, найти рычаги давления было не сложно.

– К тому же, – продолжила красотка, опять одетая весьма откровенно, – я поспособствую твоему решению.

Она махнула передо мной какой-то бумагой.

Я нахмурилась. Похоже на письмо. Но чье?

Моя «конкурентка», так и не удосужившаяся представиться, развернула лист и издевательским тоном начала зачитывать отрывок. Который, похоже, принадлежал перу Лемана:

"Стася, и за сына не волнуйся. Сам сходил, убедился, что все у него хорошо. Добрые наши соседи готовы оставить его столько, сколько нужно. Но я за тебя беспокоюсь. Не к месту эти эксперименты – вот как чувствовал, что этот твой, с зелеными волосами, не так прост. Постарайся как можно скорее закончить все свои дела с Бурей и убирайся оттуда – я не хочу сказать ничего плохого про черные отряды, но они не остановятся, если будут видеть в чем-то выгоду для империи.»

– Где ты его взяла? – я едва сдерживалась.

– Слуги давно уже мне подвластны, – та пожала плечами.

– Отдайте письмо мне, – сказала я глухо.

– Да пожалуйста, – девица усмехнулась. – Я все-равно увидела имена и адрес. Значит, у тебя есть сын? И, наверное, ты хочешь, чтобы он был жив и здоров?

Вот же сучка!

– Ты не посмеешь что-то ему сделать, – прошипела, глядя на девицу и переходя на «ты». Если потребуется, применю не только «паралич», но и известное мне заклятие Зода. Никому не позволю причинить вред Максу!

– И кто меня остановит? – она иронично изогнула губы.

– Я.

– Что бы ты ни сделала, знай. Мои люди уже отправились на улицу Мераби. Но… Если ты согласишься выполнить мои требования…

Соглашусь, детка. И не только потому, что боюсь тебя.

Похоже, воспользоваться «помощью» этой эрты будет куда сподручней, чем выбираться из дворца самой. Заберу Макса и…

Ох, не знаю. Но в городе оставаться нельзя. Только вот куда ехать? И на какие деньги? Мое жалованье, за вычетом проживания и питания, а также необходимых трат, было не столь велико, чтобы накопить достаточно.

Мелькнула еще одна мысль:

– А что мне будет за то, что я соглашусь?

Девица плотоядно улыбнулась:

– О да, я знала, что ты просто продажная шлюха.

Меня передернуло, но отстегнутый от кожаного пояса мешочек с позвякивающими там монетами был вполне достойной наградой за мою уловку. Я заглянула внутрь – даже не серебрушки, от меня откупились золотом.

– Гарантии, – открыто посмотрела на нее и насмешливо улыбнулась.

Блондинка вздрогнула, и какая-то мысль мелькнула в её взгляде, но тут же пропала. Она нахмурилась и стянула со своего пальца перстень. А потом направила его на меня:

– Клянусь силой рода эр Отар, что не буду искать тебя или причинять вред тебе и твоему сыну, если ты выполнишь мои условия и уберешься из столицы.

Камень чуть побелел, а потом снова превратился в рубин. А я едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Значит, высшая. Об этих родовых перстнях среди простых людей передавались знатные страшилки, которые не прошли даже мимо меня. Да и в истории империи они были описаны, как хранители самой энергии мироздания.

Эх, лучше бы про избранных написали. Я бы не чувствовала себя такой беспомощной идиоткой.

– Как я попаду домой? Дворец же охраняется.

– Я открою тебе портал. Подготовилась, – она помахала у меня перед лицом каким-то артефактом, напоминающим бомбу с проводами и железными тумблерами.

Похоже блондинка, уверившись, что купила меня, совершенно успокоилась. И даже стала вполне очаровательной. Вот что ей неймется? Неужели действительно любит Бежана? Или просто хочет стать принцессой?

Не мое дело.

– Открывай. Прямо сейчас.

Надо торопиться. Уж не знаю, на сколько ушел принц, но вряд ли надолго.

Легкое марево зыбко подернуло часть комнаты, и вот уже снова я «покатилась» на американских горках.

Мы вынырнули в переулке, и я некоторое время ошалело водила головой, пытаясь справиться с неприятными ощущениями. А потом посмотрела, где очутилась и довольно кивнула сама себе.

– Давай, беги, служка, и не попадайся мне на глаза. Я прослежу, – негромко сказала эрта Отар, но я её уже не слушала.

Решительно прошлась по знакомым улицам и позвонила в довольно громогласный звонок двери, ведущей не в булочную, а на личный этаж, где и проживали мои соседи.

Состояние было прескверным.

Во-первых, мне не нравилась вся эта история. С любой стороны. Почему-то я чувствовала себя и в праве так поступать – в праве оставаться собой – и, в то же время, меня преследовало ощущение, что стала предательницей – ведь не просто так Стэр отказался от меня и говорил про энергию. Да и Бежан не отставал…

Но ведь я выбирала среди двух зол – а значит, сделала правильный выбор?

Во-вторых, я действительно чувствовала себя плохо. Горло саднило, болела голова, а перед глазами время от времени становилось темно. Пара простых заклинаний не улучшило ситуацию и поднималась я на второй этаж с некоторым усилием.

– Мама! – закричал Макс и бросился ко мне на шею.

Как же я соскучилась! Хорошо, что не потащила его в этот серпентарий – я была важна, похоже, только на словах. О безопасности и речи не шло.

Мой мальчик. Самое дорогое, что у меня есть. Ради него я на многое готова пойти. И раз уж у нас полно денег, то мы сможем начать новую жизнь с еще более комфортными условиями.

Я нащупала на поясе кошелек и достала оттуда одну золотую монету, отдав её соседке, что так выручила меня.

– Мне заплатили за службу, и я бы хотела помочь вам….

– Да-да, конечно, – неуверенно улыбнулась женщина и отвела взгляд.

Черт.

Только сейчас я осознала, как выглядело мое отсутствие и появление с кучей денег.

Ну что ж. Как есть.

Пожала плечами, поблагодарила еще раз и, взяв Макса за руку, отправилась в дом к лекарю.

Уже подходя, я увидела нашего местного почтальона. Не увидеть его не было возможности – почтальоны здесь передвигались на забавных самоходных велосипедах, использующих магию, да и одевались как летчики во время первой мировой войны – в кожаные куртки, облегающие шапочки и огромные очки.

– Магпочта! – он подмигнул мне.

Я кивнула. Не часто Леману приходили такие письма. Протянула руку, чтобы забрать, по привычке посмотрела на адресата и тут же замерла.

Письмо было не для лекаря. А для меня.

Теймар!

Вскрыла его и радостно взвизгнула

Эр Наримани не забыл о нас! Он писал, что безумно счастлив узнать, что мы живы, и немедленно отправляется в столицу, чтобы встретиться, а может и забрать к себе, и прибудет на вокзал в семнадцатый день Трехлунного цикла в три часа дня на поезде, идущем из Реваза.

Я прикусила губу.

Это сегодня… И довольно-таки скоро.

Как уж тут не поверить в проявленные линии? Таких совпадений просто не бывает – эта дамочка с её порталом и золотом, Теймар, которому мы с Максом оказались нужны.

Я уже готова была поверить, что Всевидящее Око приняло решение. И что мне остается только следовать ему.

Я присела на корточки перед сыном:

– Дорогой… Знаю, ты привык к новому дому, но я бы хотела сегодня уехать. Нас ждут в совсем другом месте. Помнишь Теймара?

– Лыцаря, котолый нас спас?

– Да. Его. Он хочет, чтобы мы поехали к нему в гости. Согласен?

– Да… Но как же дядя Лема и тетя Нази? И мои длузья? И голячие булочки? Мы их больше не увидим? – прозрачные голубо-серые глаза наполнились слезами, и я осторожно потрепала его по голове.

– Увидим, если мама решит все свои вопросы – тогда сможем вернуться. А может нам понравится еще больше в новом месте.

Сын согласно кивнул, а я поцеловала маленькую ладошку.

Мой герой. Что бы я делала, если бы нас разлучили? Нет уж, все будем делать только вместе. И жить только там, где мне не придется раздумывать, стоит ли упоминать о ребенке или это слишком опасно.

Я взяла его за руку и зашла в дом.

Господин Кавтар был на месте, в лаборатории. Он тяжело поднялся из-за стола, за которым проводил эксперименты и нахмурился, глядя на меня.

– Стася? Все хорошо?

Я мельком взглянула в зеркальную колбу. Ого, бледная, даже чуть зеленоватая кожа, выступившая испарина и лихорадочно горящие глаза.

– Все… нормально. Леман… Могу я попросить у вас разрешения уйти прямо сейчас из дома и с должности? Уехать? Знаю, покидать так службу, не предупредив, не очень хорошо, но обстоятельства вынуждают и…

– Стася… Уж не знаю, что там произошло, но… Разумно ли бежать куда-то? Снова? – он внимательно и по-доброму на меня посмотрел, и мне вдруг захотелось расплакаться и рассказать ему все-все, с самого момента появления в этом мире, и попросить совета.

Но если меня будут разыскивать?

Нет. Я не готова. Встречаться снова с Бурей и любым её представителем.

Мне ни разу не дали в этом мире возможности просто выдохнуть и понять, чего же я хочу, и как я могу это сделать. Осмотреться по сторонам. Я только-только начала привыкать, что мы сыты и имеем крышу над головой, только начала принимать и осознавать свою магию – и магию Макса – как меня снова пытаются выдернуть из знакомых обстоятельств и засунуть в постель к чужому мужику и в гадюшник, по ошибке называемый дворцом. Без объяснений и без прав на собственное мнение.

А сейчас у меня есть все возможности. И не просто отправиться в далекое путешествие, рискуя нарваться на еще большие неприятности, но оказаться в безопасном месте, где я смогу открыто говорить о себе, своем прошлом и задавать любые вопросы, поняв наконец, где мое место в этом мире. И что этот мир собой представляет.

Тем более, что отследить меня не смогут – про Теймара не знал никто.

– Да, – кивнула я уверенно, – так будет лучше.

– Хорошо. Конечно, ты вольна идти.

Я поднялась наверх, забрала свои не такие уж многочисленные вещи – удалось запихнуть все в мой рюкзак. Обнялась с Нази и Леманом – кухарка сунула мне какой-то узелок с перекусом и даже всплакнула, тиская Макса, – и, чуть пошатываясь от странных ощущений, вышла на улицу.

Меня нагнал лекарь и сунул в руки фляжку.

– Общеукрепляющее зелье.

Я кивнула и сделала несколько крупных глотков. Стало легче дышать и думать. Мы прошли квартал и встали на остановку паробуса, который должен был отвезти нас на вокзал.

Начался дождь. Как то неожиданно посмурнело и многие пешеходы раскрыли свои зонтики-трости. Нам же оставалось довольствоваться хлипкой крышей остановки и ждать нужного транспорта.

Макс, несмотря на неудовольствие от того, что мы снова срываемся с места, смотрел на приближающуюся махину с восторженно сияющими глазами.

– Мы поедем на нем! Мы поедем! И на поезде тозе поедем, да, мама?

– Да, наверное, – я против воли улыбнулась.

Механизмы здесь и вправду были впечатляющими, особенно которые ездили. Из трубы паробуса вырывался дым, сам он был похож на нагромождение металлолома, но ехал зато быстро. Спустя полчаса мы достигли, наконец, вокзала.

Серое, железное, монстрообразное здание с прозрачными стеклянными трубками-пролетами в несколько этажей. Он нависал над улицей и стал неплохим прикрытием от усилившегося дождя.

Покрепче перехватив руку Макса, чтобы тот никуда не делся – а то от брызжущих во все стороны восторгов он делался совсем невнимательным – я направилась внутрь.

И растерялась.

Вокзал был огромным и полным людей всех сословий. Ездили механические тележки, перевозившие багаж; кричали разносчики, предлагая самые разные закуски и развлечения; орудовали юркие карманники – вон какой-то толстый господин погнался за оборвышем. Отовсюду слышались громкие возгласы, магический усилитель голоса рвал барабанные перепонки, столило пройти рядом с гигантской часовой трубкой, а огромные круглые часы, крутящиеся в воздухе в центре, тикали с устрашающими щелчками.

И как мне найти Теймара?

Время как раз подходило к трем часам, когда я догадалась сунуться в будку с надписью «Билеты» и там сообщили, что нужный мне состав прибудет на пятый путь.

Мы стали пробираться сквозь суету в нужную сторону. Меня несколько раз пихнули так, что я чуть не упала. Или это я из-за собственного состояния? Такое ощущение, что действия зелья прекратилось.

Ох, только бы не пропустить друга.

Свет вдруг начал больно резать по глазам, а звуки становились все громче. Я все стала ощущать сильнее, будто все органы чувств вдруг заработали в полную силу. Особенно нос – вонь немытых тел носильщиков, старых кожаных чемоданов, резких духов торговок – благородные эрты предпочитали дирижабли и порталы – горящих магических дров и самой разной еды, что продавалась на вокзале, вызывала тошноту.

– Паловоз! – счастливо запищал Макс и мы с расширившимися глазами смотрели на это чудо магическо-инженерной мысли.

Собственно, он выглядел как и наши паровозы, если бы их рисовали то ли дизайнеры, то ли писатели-фантасты. Изобилие украшений и устрашающего вида железяк вряд ли были функциональны, скорее, добавляли очарования механическому монстру.

Из вагонов, вставших напротив перрона, начали выходить люди.

Меня же интересовал один.

Пропустить его я не имела права – если он направится к дому Кавтара, обратный путь я проделать уже не смогу. Перед глазами двоилось, и я из последних сил держалась в вертикальном положении.

– Теймал! – снова завопил Максим, я очнулась и оторвалась от столба, на который опиралась последнюю минуту.

Неужели…

Да, это был он.

Смеясь, мужчина пробирался между носильщиками и пышными юбками, которые так любили провинциалки, и протягивал в нашу сторону руки.

Правда, его улыбка погасла, когда он рассмотрел меня внимательней.

– Стася…

– Я потом расскажу… Скажи, мы можем сейчас же уехать обратно, в твое поместье?

– Но я думал… Разве тебе не нужно…

– Нет. Я просто хочу уехать. Так надо.

Он нахмурился, но потом кивнул.

– Жди меня здесь!

Я оперлась на столб, прижимая к себе Макса и поглаживая светлые вихры. Мой мальчик, будто понимая, насколько мне плохо, затих и обнял меня маленькими лапками. А потом я почувствовала, как из его ладошек щиплются искры.

Хочет вылечить?

И, как всегда, одним своим желанием?

– Не сейчас, милый, – я прошептала ему в макушку, – снимать здесь защиту слишком опасно. Чуть позже…

Он кивнул и только сильнее прижался ко мне.

Мне показалось, что Теймара не было бесконечно долго. Но вот он появился вновь, еще сильнее нахмурился, подхватил Макса на руки и взял мой рюкзак.