Текст книги "Жена для наследника Бури (СИ)"

Автор книги: Дарья Вознесенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

– Практически ничего… Я видела всполохи света и слышала крики. Это был бой?

– Да. Я отправился на помощь отряду, потому что мое поместье в соседней ветви.

– Отряду…?

– Серой Бури.

Угу. Теперь совсем понятно.

– А ваша «ветвь»… – попыталась я продвинуться еще немного.

– Седьмая от императорской.

Я подавила тяжелый вздох. Ну хоть что-то можно подчерпнуть. Император. Монархия. Император, похоже, защищает свои территории. Пусть он будет, условно, хорошим. И этот благородный – что-то же значит приставка «эр» перед фамилией? – за условно хороших.

– А кто был вашим противником? Ммм… если об этом нельзя говорить – не говорите.

– Секрета здесь нет… Наследники давно борются с магами – перерожденцами.

Чудненько. Обожаю магов-перерожденцев.

– Вам не надо навестить… поле боя? – я прикусила губу, а воин посмотрел на меня, будто я спрашиваю, не стоит ли ему посетить туалет. Но я всего-лишь подумала, вдруг он хочет поискать живых товарищей.

Или помародерствовать слегка.

Этот мир был довольно враждебен для маленькой меня, и под рукой у меня был только рюкзак с земными лекарствами, ребенок и раненый, который и сам мог стать источником опасности – я бы не отказалась от дополнительного оружия. Но Теймар покачал головой и я усердствовать не стала.

– Сейчас я слаб, так что не стоит. Да и здесь небезопасно, потому предлагаю выдвигаться. Только дайте мне какую-нибудь палку.

Я нашла низкую ветвь и, навалившись на нее всем телом, сумела отломить ее от дерева. Мужчина встал, оперся об нее и аккуратно доковылял к реке, где умылся и попил. Он сделался задумчив, и меня это несколько беспокоило. Но сейчас мне было не до выбора – остаться здесь одной казалось гораздо опаснее.

Я взяла на руки Макса, и мы двинулись вдоль русла. Медленно и довольно миролюбиво, пока вопрос мужчины не заставил меня встать, как вкопанную:

– Скажите, Стани-и-слава…Как все-таки вы сюда попали? И как называется…наша Империя?

Глава 3

В детстве на меня огромное впечатление произвели истории про ведьм. Даже не про самих ведьм, а про то, как их разыскивала и сжигала на кострах инквизиция.

Затем пошла Жанна-де-Арк, Алая Буква и тема всеобщего презрения, рассказы про прокаженных и лепрозории… В общем, в тот момент, когда меня спросили про Империю, я почувствовала себя действующим лицом всех этих историй.

Вот если бы ко мне подошли на улице и сказали, что прилетели с Альфа-Центавры, я бы улыбнулась и пошла дальше. Ну может помогла материально, на топливо до дома. Потому что я человек широких взглядов.

А в государстве, где существует император, перерожденцы, бои на мечах и благородные дома, судя по его имени, могли и на кол посадить за приход из другого мира…

– Так откуда вы? – не унимался мой спутник, тоже остановившись и развернувшись ко мне.

– Как откуда…Отсюда… – ответила я несколько несуразно, снова отодвигаясь от него. Что, так прям и сказать? А если он сочтет меня сумасшедшей? Конечно, магия и порталы в этом смысле обнадеживали, но я предпочла бы побольше узнать об это мире и попаданцах, прежде чем заявлять о себе.

– И как это "отсюда" называется? – голос мага сделался ироничным.

Надо было пришибить гада. Не за вопросы, так за иронию.

– Кто его знает… – начала осторожно. – Я из очень далеких мест, вы и названий таких не слышали – нас выбросило порталом прямо на место боя, и я совсем не знаю почему и как, – сказала я почти правду.

Мужчина внимательно посмотрел на меня и примиряюще поднял руку:

– Не бойтесь. Я не обижу. Но мне будет легче помочь вам, если вы объясните, что именно произошло. Вы с Пустошей? С окраин? Бежали от мужа или родственников? Хотя ваша одежда, имя, манеры…Все эти странные вещи, которые вы достаете…Может вы…

– Из другого мира, – выдохнула.

– Из другого…что? – он выглядел шокированным, но не слишком. Как я, когда бы мне сказали, что прилетели с Альфа Центавра. То есть, не поверил?

– С другой планеты…Параллельной Вселенной… Всё совсем плохо, да?

– Эм-м… нет. То есть да. То есть…Пойдем дальше, я объясню.

Лучше бы не объяснял.

Да, про другие миры здесь слышали. Примерно как мы про Атлантиду. Но никаких свидетельств и записей о попаданцах не существовало. Порталов не открывалось. Избранными не становились. Проходить огонь, воду и медные трубы, чтобы попасть домой, не требовалось. Потому что понятия "попасть домой" просто не было. Теоретически можно было встретить более полную информацию в императорской библиотеке, но Теймар сомневался, что там будет что-то иное, кроме как то, что он уже знал – все-таки он учился в столице и доступ к самым важным сведениям у него был с детства.

Я совсем приуныла.

До его слов у меня еще была надежда, что я довольно легко вернусь на Землю – кому я тут нужна? – но постепенно становилось понятно, что ничего подобного не произойдет. Я здесь надолго.

И почему-то мне показалось, что говорить, откуда я, направо и налево не стоит. Вряд ли кто-то поверит, откуда я появилась – не Теймару же ходить объяняться с окружающими. Скорее примут за не слишком нормальную личность или того хуже, человека, который решил, зачем-то, обмануть. Собственно, раз бонусов с моего попаданства никаких, стоит ли им бравировать?

– Давай на ты? После всего того, что у нас было… – пошутила мрачно. – Скажи, мы сильно… отличаемся?

– Ага, особенно предыдущей фразой. Мне непривычно на «ты»… но почему нет. Да, отличаешься. У тебя удивительные навыки в лечении, и ты несколько необычно выглядишь…

– Нормально я выгляжу, – чуть надулась и была удостоена тихого смешка.

– Я имел в виду… В целом. Короткие стрижки у нас носят только мужчины, да и наряды, что у благородных дам, что у фермерш и работниц, совсем другие. И эта твоя странная сумка с непривычными вещами…

– Ну, я могу её не сильно демонстрировать. Скажи, как у вас могут отнестись к этому?

– Боишься? Не нужно. Хотя простым людям, наверное, такие вещи не стоит говорить – могут не понять и принять и за чудовище из Пустошей, или перерожденца. А стражники могут не разобраться вовремя и решить, что ты шпионишь и… В общем, для магов-исследователей ты, конечно, представляешь интерес…Ох.

Настал черед моего смешка. Грустного.

– Говоришь, не бояться?

– Наверное, объявлять о своем происхождении всем не стоит.

– А ты не расскажешь?

– Нет, если сама не попросишь. Ведь на этот счет нет никаких указаний со стороны императора…

– А если бы были?

– Я был бы обязан подчиниться.

– У вас с этим так строго все?

– Императорский дом решает, кому жить, а кому умереть и управляет не только страной, но и всеми людьми, что в ней живут…

– Звучит, как-будто тебе это не нравится…

Теймар вздохнул:

– Я же говрю – ты совсем другая. Никому и в голову не пришло бы задавать такие вопросы и выносить суждения… Но с тобой удивительно легко общаться, – он улыбнулся. – Я стараюсь не лезть во власть. Течения там весьма… бурные. Есть император и его дети – каждый отвечает за свою сферу. И слово этих четверых – закон. Есть множество приближенных, советников, плетущих свои интриги и жаждущих урвать хоть немного больше. Я же предпочитаю проводить время в собственном замке.

– Тем не менее, в драку ты полез.

– Это моя обязанность. Понимаешь, Великое Око не зря обратило свое внимание на Империю и благоволит ей – мы живем по его истинным заветам, и Дом делает все, чтобы жили и процветали дальше. А значит, держит Империю в довольно строгих рамках. Магия подконтрольна, магов не так много, и они обязаны отдавать свой долг частичным служением обществу – это закон, призванный поддерживать общий магический уровень и благосостояние. Но не всем он нравится; есть маги, которые хотят быть свободными от всяких условностей. Есть маги – преступники. Их либо уничтожают, либо выгоняют. Или они сами уходят за Пустоши. Вот только иногда они возвращаются – нападают на приграничные города, ищут сообщников среди жителей и строят заговоры против Императора. В общем, все довольно запутанно, боюсь я не смогу рассказать за один раз…

– А почему перерожденцы не могут создать свое государство? За Пустошами.

– Они же не просто так уходят – как те, кто не признает порядок и власть со стороны других, могут что-то создать?

– И что им надо вообще? Зачем приходят снова и снова?

– Кто бы знал… И сами они, похоже, не очень понимают. Своровать. Навредить. Усадить своих ставленников на трон. Власть, короче.

– Глупо. Они же не продержатся долго…

Нам попался кустарник с крупными, пахучими, кисло-сладкими ягодами. Следуя примеру Теймара, я покормила немного Макса, набрала ягод в карман и поела сама. Проблему голода это не решило, но стало хоть немного веселее.

Разговоры хорошо отвлекали от усталости и боли.

Идти было тяжело. Из-за босых ног, из-за того, что у меня на руках был периодически хныкающий груз; да и Теймар, несмотря на фантастически быстрое восстановление – это убедило меня в наличии здесь магии больше, чем что-либо другое – должен был отдыхать каждые пятнадцать минут. Зато ландшафт потихоньку менялся. Деревья стали ниже и кряжистее; появились кустарники – а значит, была возможность встретить какие-то плоды. Пару раз я видела, как мелькнула в реке рыба.

Если бы мы попали на мелководье, я могла бы её проткнуть чем-нибудь типа остроги; ни разу так не делала, но принцип из передач помнила. Так что когда глубина стала совсем небольшая, я предложила:

– Может, попробуем поймать рыбу?

Мой спутник, глубоко задумавшийся о чем-то, вздрогнул:

– Я пока лишен магии…

– Копьем. То есть… возьмем тонкий прутик и попробуем наколоть.

– Это должно сработать. Подождите меня здесь, – он отломил от дерева ветку, содрал кору, чтобы она стала острее, и, опираясь на свой костыль, пошел в воду.

– Ты же еще едва стоишь на ногах!

– А ты владеешь копьем?

– Нет…

– Значит, у меня больше шансов.

И действительно, спустя несколько минут он уже вытаскивал довольно крупную рыбу.

Нож у меня был, как и спички.

Быстро выпотрошила рыбу, отрезала ей голову и плавники и соскоблила чешую, насколько могла. Тушка была толстая, длинная, с белым мясом, довольно вкусная даже без соли. После того, как мы поели, приготовив её на манер шашлыков, Теймар попросил описать обстоятельства нашего появления.

А потом заявил:

– Похоже, наш мир призвал твоего сына.

Хм, тем, кто родился в России, мало хочется чтобы что-то "призывало" их сына?

– Надеюсь, не как мессию? – спросила я хмуро.

– Кто это такой?

– Ну, если упрощенно, тот, кто изменит все и поведет за собой.

– Хм, нет, я немного про другое. Просто то свечение, что ты описываешь – это похоже на момент инициации магов. И раз ваш мир не магический, то, возможно, когда малыш оказался инициирован, его просто выбросило туда, где магия есть. И тебя, так сказать, заодно.

Угу, прицепом пятидесяти четырех килограмм веса.

– Так мой сын… маг? – произнести это оказалось не так уж просто.

– Не знаю. Я не чувствую, но это вполне возможно, если дар пока в спящем состоянии.

– Инициированный, но спящий?

– Вполне.

– А…я?

– У тебя я тоже ничего не чувствую.

Я вздохнула. Радоваться? Огорчаться? Без магии здесь, похоже, будет и проще, и сложнее.

Внимательно посмотрела на довольного и наевшегося спутника. Он был симпатичным, совершенно в моем вкусе – высоким, подтянутым, но без излишнего нагромождения мускулатуры; светлые волосы, довольно длинные, приятные черты лица, голубые глаза и открытая улыбка, делавшая его еще моложе. Ох, надо бы выяснить про возраст, болезни, кто и сколько здесь живет и…

– Так ты благородный?

Отличный вопрос, Станислава. Конечно, важнее всего сейчас выяснить принц он или нет.

– Э-э…Да. Как поняла, раз не знаешь о нас ничего?

– Ну… это не сложно. Поведение и… У нас всякие приставки к имени были именно у благородных.

– Были?

– Сейчас демократия.

– Что такое де-м-мократия?

Я рассказала немного про наш мир. Про его устройство. Про свою профессию врача. Мы уже снова шли – медленно, но шли. Сын, наевшись, уснул у меня на руках. Ноги саднило от мелких порезов и ушибов; Теймар еще раньше попытался отдать мне собственные короткие сапоги, но я со своим тридцать седьмым размером просто вылетала из них. Потому шла, обмотав ступни тряпками – это не слишком их защищало, уже дважды я вытаскивала довольно крупные занозы.

Руки неимоверно болели от веса драгоценной ноши; кожа оказалась искусана какими-то насекомыми и ужасно чесалась; да и полноценно помыться и поесть очень хотелось.

И где же сказка как в романах? И начнется ли она когда-нибудь?

Но я готова была терпеть все что угодно, лишь бы оказаться уже в безопасном месте.

На следующем привале я продемонстрировала все, что содержал мой рюкзак: бинты, скальпель, шприцы, ампулы с экстренным набором лекарств вроде дексаметазона, зеленку и набор таблеток. Особенно моего спутника заинтересовали материалы – здесь, как я и предполагала, ни о пластике, ни о резине не слышали.

Хотя промышленность существовала.

Металл. Пар. Порох. Механика. Дирижабли. Различного рода машины, стоящие на небольших мануфактурах, которые позволяли делать материалы и вещи быстрее, чем при ручном труде, но на массовое производство не претендовали. Точнее, аналоги известному мне, да еще приправленное магией.

Каждый предмет и «технологию» Теймару приходилось объяснять чуть ли не на пальцах, потому что постоянно встречались незнакомые слова и принципы работы. Зато это здорово отвлекало от боли в ногах.

Судя по всему, магия сильно способствовала развитию этого мира и даже позволила опередить, в какой-то мере, наш. Те же порталы – они находились в шести крупных городах и в столице и поддерживались за счет мощных магических источников, потому и строились не везде, а только там, где эти источники изначально существовали. Правда, стоили очень дорого. Так что, в основном, жители путешествовали на лошадях, полумагических поездах – во всей Империи было всего три линии – или же на дирижаблях.

Некоторые маги могли выстроить портал самостоятельно, но такой расход энергии считался весьма непродуктивным. Его использовали в экстренных случаях, вроде военного нападения.

– Я довольно сильный маг. Но троих смог бы переместить лишь на совсем небольшое расстояние. Да и не сейчас – надо дождаться хотя бы завтрашнего дня. Когда мы доберемся до деревни, лучше попробуем отправить вестника до ближайшей заставы, чтобы прислали для нас помощь.

На душе у меня потеплело от этого «нас».

– А насколько ты сильный маг, скажем так, по десятибальной шкале? Где ноль – отсутствие магии…

– … а десять – Императорский дом? – Теймар улыбнулся – Примерно, пять-шесть.

– И что ты можешь? Кроме как драться?

– Лечить могу немного. Бытовая магия, конечно. Да всего по чуть чуть – что-то дается лучше, что-то хуже. Все зависит от милости Ока.

С этим Оком вообще выходило странно и довольно путано. Наверное, в этом мире надо было родиться или прожить достаточно долго, чтобы все понять.

Похоже было на то, что это синоним то ли Судьбы, то ли главного Бога. Око являлось залогом магической составляющей мира и якобы управляло действиями всех тех, за кем «наблюдало». Даровало жизнь и процветание или наказывало.

Или затаскивало в этот мир, за что я его втайне возненавидела.

Император и его старший сын были наследниками Ока. Было еще две наследуемые должности, которые я распознала как «главный военачальник» и «главный магистр», то есть маг. Те, вроде как, тоже имели своих «богов», только младших. И, понятно, рождались сильными магами. А чем больше сил, тем лучше все давалось. Плюс образование и практика.

Магия "работала" примерно что и наука в нашем мире – ею воздействовали на материальный мир. Могли, как в случае с хорошими целителями, соединять мышцы, кожу, кости, избавлять от болезней. Могли призвать что-то типа шаровой молнии, зажечь от искры дрова. Могли и просто собственной силой ударить. Были здесь и заклинания, и магические формулы. И амулеты – куда без них. Мужчина показал на «луковицу», что висел у него на груди:

– Это амулет защиты. Он же позволит, если что, нанести удар довольно большого радиуса и силы.

– А есть магия… невидимая? Когда действуют на мысли человека, на его поступки?

– Магия сознания? Очень редкая. Присуща Императорскому дому; плюс некоторые мастера могут делать специальные амулеты, которые влияют так или иначе на мысли или память человека.

– Зелья?

– Есть

– Траволечение?

– Конечно. Некоторые травницы даже лучше магов.

– Алхимия?

– Это…

– Наука о превращении веществ. Тоже вроде магии, но более материальная.

– Есть, только это так не называется. Вообще не выделяем – я могу и сам что-то… превратить.

– А другие расы?

Вот тут меня совсем не поняли. Даже не знала, радоваться или огорчаться – вдруг с феями было бы проще и веселее. Тем не менее, пояснила.

– Ну там драконы, эльфы, оборотни….

– Не понимаю, о чем ты.

– Кроме людей есть другие магические или разумные сущности?

– Нет никого. Только животные. Некоторые, конечно, обладают зачатками магии, вроде кошек, но они не настолько разумны. В смысле, как люди. А почему такие странные вопросы?

– Ну… У в нашем мире любят фантазировать. В том числе о мирах с магией и разными нелюдями, имеющими особые способности. Вот я и подумала – раз попала в магический мир, может у вас тут есть все эти расы.

Макс проснулся и потребовал внимания. Я покормила его остатками рыбы и ягод и развлекла как могла: мы кидали в реку камушки, брызгались водой, дала ему вволю набегаться.

Я все время беспокоилась, что сын будет расстраиваться и нервничать из-за смены обстановки; но расстраивалась и нервничала здесь пока только я. Максу же все было интересно. Он болтал, мило каверкая слова, и насколько мог, тоже расспрашивал нашего провожатого обо всем, что видел.

– Завтра я уже сам смогу его нести, – маг выглядел смущенным своей слабостью

– Мы до завтра не дойдем до жилья? – я расстроилась.

Лес меня достал уже, если честно. И это я любила ходить в походы?

– Не знаю. Это же приграничье, здесь совсем мало поселений кроме застав; я только и помню, что, когда смотрел карту, видел отметки о деревнях где-то ниже по течению реки. Но сколько дней пути до них…

Я устало вздохнула.

А Теймар продолжил рассказ, чтобы отвлечь хоть немного.

Мир этот назывался Сакарт.

Джандарская Империя или просто Джандар был самым крупным государством этого континента. С двух сторон он омывалась морем; с севера граничил с таинственными Пустошами, за которыми начинался непроходимый лес и горы. С западной стороны проходила граница с небольшим и вполне мироблюбивым соседом – Империей Шаор. Еще один континент с многочисленной группой островов располагался довольно далеко за морем; государства там были, но дипломатическая связь с ними постоянно прерывалась из-за частой смены правителей и отсутствии налаженного мореходства – порталы дотянуть точно не смогли бы.

Благородных называли эрт и эрта.

– А наши имена – Станислава и Максим – сильно непривычны твоему уху?

– Ну так… вызывают удивление

– А если Стася и Макс?

– Необычно, но намного лучше. Только лучше Максир.

– Хорошо. А у простых людей есть фамилии?

– Есть конечно, все рождаются в определенном доме.

– Придумай нам. На всякий случай.

– Ох… Тебе нравится Халва? Такая была у моей няни.

Я прыснула:

– У нас так сладость называют. Стася и Максир Халва… Мне нравится.

Внезапно Теймар замер и приложил палец к губам.

– Я что-то слышу, – прошептал он. – Беги к тем кустам, спрячетесь. Несколько человек идет, если это имперцы, то все будет хорошо. А если наши враги…

Уговаривать меня не надо было. Шепнув Максу – теперь Максиру – что мы снова поиграем в таинственных зверушек, я, наклонившись, пробралась сквозь кустарник в самую его гущу и затаилась. Теймар отошел подальше от нас и тоже спрятался.

На берег вышло трое в черных грязных плащах с капюшонами. На плечах плащей были какие-то шипы и множество свисающих цепей. Они тихо совещались, постоянно тыкая вперед какими-то ржавыми железками с тремя шарами. Лиц особо не было видно – только длинные бледные пальцы.

Что-то подсказывало мне, что это вовсе не имперские солдаты; да и Теймар не подавал признаков присутствия.

Я опять взмолилась всем богам, нашим и местным, чтобы пронесло, и они ушли отсюда

Но один вдруг дернулся и двинул своей железной палкой. Он что-то сказал остальным, достал обычный меч и двинулся в ту сторону, где прятался мой спутник. Я затаила дыхание и посильнее прижала сына, приготовившись, если что, бежать.

Тыкая мечом в кусты, похоже, перерожденец потребовал выйти. Из моего убежища слышно было плохо.

Маг вышел. Поднял руки в универсальном миротворческом жесте и торопливо и успокаивающе что-то сказал. Фигуры засмеялись и начали формировать между ладоней знакомые уже мне огненные шары.

Теймар отступил к реке, довольно глубокой и бурной в этом месте. Может быть, он рассчитывал на этот путь к спасению? Или пытался увести магов подальше от нас с Максом?

Люди в плащах наступали на него, но когда мужчина оказался уже совсем возле воды, он, видимо, активировал амулет. То, что произошло следом, я воспринимала кусками.

Взрыв. В эпицентре – сам Теймар. Его отбрасывает, как и троих других магов. Но Теймар летит в сторону реки.

Дальнейшее я не вижу, потому что ударной волной меня также выносит из кустов, на опушку.

Я оглушена. Понимаю, что малыш открывает рот в крике, но не слышу его. Пытаюсь встать, но у меня плохо получается.

Бежать! Вот единственная мысль, которая пульсирует в моей голове.

Наконец, мне удается подняться и сделать несколько неуверенных шагов в сторону леса.

Краем глаза я замечаю две фигуры в черных кожаных тряпках, неподвижными сломанными куклами лежащие на земле. Где третий?

Я разворачиваюсь.

Третий маг еще жив, он ползет в мою сторону, вытянув скрюченные пальцы.

Я отступаю. Ноги как будто ватные, а может, меня держит невидимая сила. Из рук мага вырывается что-то темное. В последнее мгновение я успеваю повернуться спиной, защищая сына, и падаю вперед от чудовищной силы удара. Я молюсь – только не Макс, только не мой сын!

Меня пронзает адская боль; она льется и льется внутрь меня, но как будто не задерживается, а переливается, перетекает через край. Я шепчу слова любви малышу.

И наступает темнота.

Глава 4

Конечно, я потом осторожно расспрашивала о произошедшем, пытаясь понять, почему заклинание не убило меня или Макса; нашли ли на месте нападения другие тела; где находится седьмая ветвь, ближайшая застава и поместье Наримани. Но деревенские на меня только косились. Ни карты Империи, ни школы там, отродясь, не было; и таких имен они и не знали, а про столицу рассказывали с таким придыханием, как я бы говорила про какой-нибудь межгалактический анклав.

Никто там не был, но она заранее восхищала.

Травница, у которой я, в итоге, очнулась после недели отключки, и вовсе сердилась на меня за вопросы и требовала забыть обо всех приключениях, при том, что единственная понимала, что я из другого мира. Не я ей сказала – сама чувствовала.

– От благородных одни беды тебе будут. Ты девка симпатичная, хоть мясца нарастить не мешало бы, любому из наших пойдешь – живи ты здесь, пришлая, беды знать не будешь, уж я то вижу. Милостиво Око к тем, кто принимает свои проявленные линии.

Первое время я так и думала. Не про линии, а про то, чтобы не высовываться. Слишком силен был страх за пережитое и за сына. Да и боль, которая меня преследовала всю Двойную Луну, весьма недвусмысленно намекали на верность суждений Арглаи.

Лун тут, между прочим, оказалось одиннадцать. Они вылезали то по очереди, то по несколько штук за цикл и, если я хоть что-то понимала в законах природы, являлись причинами того, что на берегу океана никто не жил, а бури и грозы разражались по всему континенту совершенно неожиданно.

Угу, Око, как же.

Влияние спутников не хотите?

Но свою непочтительность я подавляла. Во-первых, чтобы не прослыть среди местных еще более странной, чем и так казалась. Во-вторых, потому что происходящее со мной было настолько фантастично, что объяснялось, действительно, только выходками богов. Которым мало было того, чтобы засунуть меня в этот мир, так еще и понадобилось, зачем-то, чуть ли не убить.

Если бы не Арглая, вряд ли я бы выжила.

Она нас с Максом и нашла. И дотащила же как-то в свой дом – деревня и вправду оказалась относительно неподалеку. И выхаживала меня от «удара Зода», как назвала то заклинание; а совершенно здорового сына, пока я была в беспамятстве, кормила и утешала, за что я была ей необыкновенно благодарна и вот уже два лунных цикла вкалывала на огороде, собирала травы, да в меру сил приводила в порядок покосившийся деревянный дом.

Но я понимала, что у благодарности есть предел.

И когда окончательно осознала всю ситуацию, решила, что провести всю жизнь в деревне я не хочу.

Жизнь в незнакомом городе чревата, конечно, лишениями, тем более что ни происхождения, ни особых умений, которые могли здесь пригодиться, у меня не было. Но и в Бишеке все не так просто оказалось. Тяжелая работа от зари до зари, пусть сытная, но грубая еда, от которой меня начало воротить уже на вторую неделю, и полное отсутствие возможностей для образования или развития. Тем более, если мы не вернемся на Землю, следовало подумать о будущем Макса. Пока он маленький, свежий воздух и грязь – единственное, что ему нужно. Ну а потом? Разве мне хочется для него участи деревенского мужика? И если он действительно маг… Его следовало обучить.

А среди жителей Бишека ни одного мага и не оказалось.

Арглая все понимала, пусть и сердилась. Она вообще понимала больше, чем говорила вслух. И последнее время только смотрела на меня и качала головой:

– Ох, не хочет твоя душа спокойствия… Дорогу все ищет, да жизни и любви сложной. А ведь с дорогой Буря принесет и смертельную опасность…

Очень мне в такие моменты напоминала цыганку.

Часто ту вспоминала; и предупреждение её, которое теперь не казалось бредом. И все прокручивала наш разговор и события, за ним последовавшие, пытаясь понять – почему? Почему мы оказались в этом мире? Именно мы, именно здесь? Я даже не уверена была, что он в родной Вселенной, этот мир, а не где – то в параллельной реальности.

Но мы оказались.

И пора было принимать решение. Сидеть ли в относительной безопасности – в относительной потому, что деревенских часто выкашивал мор, да и от ураганов им не укрыться было, в отличие от защищенных городов, не говоря уж про прочие болезни и антисанитарию – или же пытаться чего-то добиться в этом мире.

В итоге решение было принято, так что кузнец с забавным именем Гиро очень вовремя подвернулся со своим предложением.

На рассвете второго дня седьмого лунного цикла – одна маленькая белая луна и позади нее марево большой и красной – мы с Максом были готовы.

Все наши пожитки, точнее, мой рюкзак – в него я кроме лекарств запихала пижамы, некоторые травы на продажу, в которых Арглая меня научила разбираться, да пару тряпиц и еду – я закинула в телегу. Попыталась обнять старуху, что качала недовольно головой, но та не далась.

Отмахнулась.

Зато сунула мне в руку две монеты – не бог весть какое богатство, но у меня и этого не было.

Я все-таки сумела клюнуть морщинистую щеку и показала на оставленный блокнот, из которого я вырвала исписанные страницы, и ручку. Средства для письма были в деревне крайне редки – слишком дороги, потому я знала, что её, грамотную, такие вещи очень обрадуют.

Усадила возбужденного Макса на телегу и отправилась в Цхалтур «на несколько дней», о чем заявила во всеуслышание. Вот только и я, и Арглая понимали, что в Бишек мы с сыном не вернемся. Хоть сколько пусть бормочут мне о проявленных линиях, но я собиралась сама построить свою судьбу в новом мире.

Спустя пару часов тряски по жутким каменистым дорогам настроение было уже не настолько радужное.

Кузнец пытался занять меня разговорами, но тем общих у нас было немного. Да и каждый раз, когда он обращался ко мне, я чуть не падала с телеги, настолько зычный голос был, подстать бугрящимся даже под одеждой мышцам. С другими и не выживешь в том аду, что звался «кузней». Я как-то случайно побывала там и выскочила оттуда, не выдержав и пары минут жара и чада.

Бока заболели почти сразу; дорога, сперва интересная с точки зрения пейзажей вскоре сделалась скучной и однотипной: лес местами, поля, расходящиеся в сторону пути. Хоть трава сиреневая выручала, да пара молний на горизонте. Деревенские почетно шептались, что это наказание для тех, кто пошел против Ока, но если бы это было так, то никакие отряды Бури, бывшие, как я поняла, чем-то вроде карательной и военной власти, не понадобились бы.

Макс укачался и уснул, а я развлекала себя предположениями, каким все-таки увижу Цхалтур, и найдется ли там для меня работа.

Целительницей и травницей, как я поняла, стать пока не смогла бы. Не обнаружилось у меня даже зачатков магии; а в травах местных хоть и разобралась и многое по университетской привычке записала-зарисовала, но вряд ли могу составить конкуренцию местным.

Да и в целом в магических профессиях мне не преуспеть.

Оставались варианты попроще. Уборщица, подавальщица, обслуживающий персонал. Работа руками. Конечно, страшно начинать все сначала, да еще с таким мизерным стартовым капиталом, но других вариантов я и не видела. Разве что выйти замуж.

Я покосилась на кузнеца и печально вздохнула. Оставим это на крайний случай.

Мы спокойно ехали вперед, переодически обгоняя пеших путников и такие же телеги – видно, лошадь кузнеца была покрепче, или же дело в его подковах, с заложенной магической искрой. Но унылое продвижение было внезапно прервано.

Сначала я даже не поняла, что за гул раздался.

Зато кузнец, похоже, понял. Он вдруг засуетился, соскочил с телеги и потащил её куда-то в сторону, покрикивая на лошадь. Колеса попали в глубокую колею, и мужчина начал толкать наше средство передвижения, чуть ли не поставив его на бок, пытаясь, зачем-то, оказаться на обочине.

Я уже давно спрыгнула на землю на руках с проснувшимся Максом и опасливо отошла от суеты подальше. И только тут поняла, что за гул я слышала.

Топот множества копыт.

Сглотнула.

Нет, лошадей я не боялась, но это были какие-то…неправильные лошади.

Неуместно вспомнив Винни-Пуха, я отступила еще дальше, встревоженно глядя в ту сторону, откуда мы приехали. Из-за рощи, переходящей в густой лес, видно ничего не было…

Примерно секунду.

А потом они выскочили.

Больше, чем у Гиро – и земных больше – раза в полтора, совершенно железные и с крыльями. И всадники на них были не менее… железные. В огромных черных плащах с капюшонами – дементоры отдыхают.

Не обращая внимания на замерших на обочинах людей, с диким грохотом пронеслись мимо и скрылись за очередным поворотом, оставив дорогу еще более раскуроченной, чем до этого.