Текст книги "Помощница Его Величества (СИ)"
Автор книги: Дарья Верескова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 36 страниц)
– Вы уверены, что хотите отдать свой флаг леди Валаре? – услышала я громкий вопрос одного из магов и резко обернулась, не веря своим глазам.
* * *
Огромная, сильная, мускулистая и пушистая пещерная львица, казавшаяся сейчас больше Коры, передавала белый флажок магу у моего столба, на котором оставалось тринадцать широких лент разного цвета. Принцесса Заралия… Но почему? Почему она не снимает воздействия с себя, с какой стати ей передавать белый флаг мне? Мы не дружили, даже особо не общались.
– Конечно, Ваше Высочество, – произнёс маг после того как львица грозно сделала ещё шаг вперёд.
Анна и Мелва наблюдали за этим с недоумением, не понимая, что происходит, а я… почувствовала, как мои лапы вдруг перестали заплетаться. Но теперь, когда они прочно стояли на земле, я осознала, насколько тяжёлым стало моё тело – будто вес увеличился в полтора раза. Возможно, предыдущее воздействие конфликтовало с зельем тяжести, и только сейчас я начала его ощущать.
Те, кто придумали это испытание, вообще нормальные?
Избавиться от иллюзорного лишнего веса и ритуала неудачи было бы неплохо – как и от сплетения ароматов. Я решила снять именно ритуал и подошла с флагом к знакомой магине, облачённой теперь в плащ старшего ритуалиста.
Мисс Ида Калман за месяцы работы на Отборе сильно изменилась, стала увереннее, степеннее, даже одежда теперь казалась куда богаче. Мои эмоции, скорее всего, были усилены очередным воздействием, и мне вдруг захотелось потереться лобастой головой о девушку, которая этого порыва почему-то не оценила, оставив внутри недовольное звериное чувство.
Но вскоре на лице бывшей начальницы появилась улыбка – будто она не могла поверить, что я стою здесь, среди участниц, хотя ещё совсем недавно была её подчинённой.
Мисс Калман сняла одну фиолетовую широкую ленту а также ритуал искажения звука, и мир сразу стал восприниматься целостнее, безопаснее, будто часть контроля вернулась, хотя на мне всё ещё оставалось одиннадцать воздействий.
Я неожиданно поняла, что сильно облегчила себе жизнь. Лент у меня теперь столько же, сколько у Барбары, и всего на одну больше, чем у Лианны. Но чтобы снять ограничение на феромон Его Высочества, мне требовалось пять флагов, а им – всего три. И, судя по всему, многие были готовы делиться флагами с фаворитками… но и отнимать тоже. Меня же соперницей никто не видел, и даже не замечал!
Рванула назад, в лес, по пути потеревшись боком о Пещерную Львицу, выражая благодарность за её неожиданный поступок. По-прежнему не верила, что сумею поймать сайгака. Искажение запахов мешало, но воздействие лишнего веса и зелье, заглушающее мой феромон были даже более серьёзной проблемой.
Лес мелькал перед глазами на безумной скорости. Я несколько раз врезалась в деревья, спотыкалась, падала, постоянно отвлекалась, но далеко не уходила и глушила инстинкты на корню. В какой-то момент на меня едва не обрушилась тяжеленная ветка, и именно тогда я снова ощутила, что мой феромон здесь слишком силён… Не только из-за моего присутствия.
Мы редко чётко чувствуем собственный аромат. И я оказалась права, оставшись поблизости, потому что… для действия ритуала неудачи маг должен быть рядом с целью.
Я поняла, что глаза никак не задерживаются на одном участке леса. Вновь и вновь. Пока я кружила на месте, раздражение нарастало, и в три прыжка я метнулась туда, куда взгляд упрямо не хотел ложиться. Ощущение исчезло внезапно, бесшумно, и от резкого изменения в восприятии я даже присела на попу.
Затейники какие, мало наложить на нас ритуал неудачи, так они ещё и спрятали источник воздействия с помощью ритуала отвода глаз!
Если бы не мой опыт ритуалиста, я бы никогда не задержалась здесь надолго, но такие совпадения не могли быть случайными… Так и есть – здесь находился старый знакомый Нивал Даскира, спрятанный за заклинанием отвода глаз и проводящий ритуал сразу для двух участниц. На нём была мантия младшего ритуалиста – как и мисс Иду Калман, в какой-то момент его повысили.
– Тёмные боги! – он явно испугался моего присутствия, но препятствий чинить мне не стал. Только показательно сжёг перчатку, которую я когда-то передала комиссии, зная, что она будет использоваться в ритуалах против меня на испытаниях.
– Десять минут, леди Валаре, и воздействие пройдёт! – произнёс он громко, напуганно, отходя на шаг. И там, среди деревьев, появился стражник, явно отвечающий за этого мага.
Я рыкнула, но уступила. Времени на него не было, а нахлынувшие чувства явно шли не от меня. К близнецам Даскира я давно уже не испытывала ничего, а к Грете даже прониклась жалостью. Её втянули в расследование против воли, и зелье правды ударило по ней так сильно, что она до сих пор не вернулась к работе.
Через десять минут ритуал неудачи действительно спал – я даже не сразу поняла, что больше не спотыкаюсь и не врезаюсь в деревья. Но это воздействие всё равно оставалось далеко не самым серьёзным из тех, что мешали мне.
Нужно было избавиться от того, что утяжеляло тело, или от влияния, искажавшего феромон – без этого поймать сайгака было невозможно. Поэтому я, едва переводя дыхание, двигалась по лесу так быстро, как позволяли силы, стараясь уловить хоть какие-то следы человеческого присутствия или воздействия.
Вернувшаяся лёгкость оказалась настолько неожиданной, что очередной пружинистый прыжок отбросил меня на несколько метров вперёд – прямо в мягкую топь у реки. Я проехалась по скользкой топкой глине и с трудом выпрыгнула обратно на твёрдую почву.
Что за?..
Похоже, кто-то снял с меня заклинание, увеличивающее вес. Кто? Опять принцесса? Почему она помогает мне?!
Отвлекаться я не стала, тут же рванула вперёд, запах сайгака тянулся со всех сторон одновременно из-за ритуала искажения. И только теперь я заметила ещё одну странность – вес тела начинал меняться сам по себе, в случайных местах, то утяжеляя ноги, то сбивая с траектории прыжок.
Я зарычала от раздражения, злясь как никогда на организаторов конкурса.
Но останавливаться из-за этого я не собиралась. Пять флагов – и даже с оставшимися воздействиями я смогу их найти и поймать сайгака.
Зверь обнаружился во многом благодаря моим вибриссам, я чувствовала движение, улавливала размер тела, плотность, манеру передвижения, просто по потокам воздуха, а запах, хоть и не постоянный, лишь подтверждал верность выбранного направления.
Ловить его на скорости было бы глупо – он быстрее, да и я не гепард. Значит, придётся устроить засаду. Отдаться инстинктам полностью не получалось, как бы я ни старалась, но логика всегда одна – поджидать добычу в высокой траве и прыгать по диагонали, целясь сразу в шею. Главное быть предельно бесшумной и не отвлекаться на прочие движения вокруг, о которых вибриссы сообщали непрерывно.
Удар!
Огромное тяжёлое тело сбило меня, когти полоснули по боку, вспарывая шкуру, но она оказалась слишком плотной. Боль была, но неглубокая. Смешение запахов не давало сосредоточиться на опасности, да я и не ожидала нападения – не при таком количестве стражи, тем более, что между участницами ещё никогда не случалось драк.
Я даже не могла представить, что кто-то решится на подобное безумие!
Приземлилась на четыре лапы, но неловко, задев по пути какое-то бревно. Однако Кора – а это была именно она – не бросилась сразу в атаку. Она на миг отвлеклась, явно под действием одного из ритуалов. Лапы у неё не разъезжались, но тело казалось чрезмерно тяжёлым.
Сошедшая с ума тигрица рыкнула, но это не произвело на меня впечатления. Я тоже зарычала в ответ, обходя её по дуге. Если бы только можно было использовать феромон!
Прыжок – и я легко увернулась, зная все её движения наперёд благодаря вибриссам. Но Кора всё равно не сумела дотянуться до меня – она не рассчитала траекторию из-за непривычно возросшей массы. Девушка рычала зло, безумно, и я даже начала волноваться за неё, хотя угроза исходила и для меня.
Размер и вес тигрицы были столь внушительными, что если бы она упала на меня, я не сразу смогла бы выбраться.
Додумать эту мысль я не успела – другое огромное тело налетело на Кору, и они покатились по земле в рыже-полосатом пушистом клубке. Я оторопела от происходящего и не сразу поняла, что происходит.
Это. Испытание. Отбора! Почему мы сражаемся друг с другом физически? Какой скандал.
Я тут же бросилась вперёд прыжками, понимая, что обе участницы находятся под воздействием, и в который раз спрашивая себя, зачем принцесса помогает мне. Девушки яростно рычали, почти не закрывая огромных пастей, и в глазах Коры не было даже намёка на рассудок. Но драки всё же не случилось.
Тигрица внезапно отвлеклась – возможно, даже на что-то несуществующее – и, поддавшись многочисленным воздействиям, унеслась в сторону.
– Я сама бы справилась! Зачем ты мне помогаешь? – я и не заметила, как обратилась, сидя голышом на земле и растерянно разглядывая принцессу Заралию.
– Если ты не выиграешь, я сама тебя загрызу! Я пошла на этот Отбор только ради тебя, разорвала помолвку! Хотя… это, пожалуй, даже к лучшему. Узнала, кем был мой жених на самом деле, – девушка обернулась с лёгкостью, слегка покачнувшись, но тут же выпрямилась во весь рост.
Высокая, гордая, сильная. Совершенно обнажённая.
Ради меня…
Новый набор участниц невозможно было бы создать без серьёзного политического рычага, и добавление принцессы Заралии стало идеальной возможностью. А значит, Каэлис решил восстановить мою репутацию, попросив девушку столь высокого ранга присоединиться к Отбору.
Сердце сжалось, когда я поняла, что его поступок оказался даже более дерзким и масштабным, чем я представляла до этого.
– Вы дружили? Или… ты влюблена в него? – подозрительно спросила я.
– Что?! – принцесса нахмурилась, а потом язвительно рассмеялась. – Я терпеть его не могу. И он меня тоже. Будь моя воля – никогда бы больше его не видела. Но так уж вышло, что я ему должна…
* * *
До Каэлиса я добралась только через три часа – после поимки сайгака и того, как нашла ещё три флага. К этому моменту искать флаги стало так трудно, что, кажется, многие участницы просто сдались, устало оставшись в лагере – так я стала называть зону у башни. Там можно было отдохнуть, перекусить в шатрах, немного прийти в себя, даже обсудить стратегию или поделиться мыслями.
У меня на всё это не было ни времени, ни желания. Я больше не собиралась снимать с себя никакие воздействия, веря, что и так могу справляться. Единственное, от чего я хотела избавиться – это ограничение на запах Его Высочества.
Кронпринц находился под ритуалом отвода глаз, который я вновь «сломала» безумными прыжками. Но, оказавшись совсем рядом с ним, я замерла, растерявшись. Присела на землю, нервно хлеща пушистым хвостом по твёрдой холодной поверхности.
Глаза Каэлиса расширились, когда он увидел меня, а губ коснулась хищная улыбка. Он выглядел расслабленным, всё таким же красивым, словно хозяин, обозревающий свои владения.
Здесь, рядом с ним, стоял шатёр, где девушки могли обратиться и накинуть на себя плащи, а рядом с шатром…
Золотые флаги с личным гербом Его Высочества.
– На самом деле я могу выбирать, кому давать мой личный герб, – произнёс он медленно, не отводя от меня взгляда. – И если ты не хочешь быть моей королевой, то зачем тебе быть в семёрке?
Логичный вопрос. Но я не могла ответить – разве что зарычать или фыркнуть.
Поэтому я обратилась в шатре и накинула на себя плащ, не зная, смогу ли снова вернуться в звериный облик. Действие огромного количества крови Его Высочества подходило к концу, но она мне и не понадобится. Если он отдаст мне герб, я и так приду первой. А если нет…
Сердце билось как сумасшедшее, когда я выходила из шатра. Ладони вспотели. Он наверняка чувствовал мой запах волнения – и не только его.
– Ты прав. Ты можешь просто не отдать мне свой герб, – сказала я дерзко, наконец появляясь перед ним и улыбаясь. – В любом случае это неважно… Тызнаешь, что я первая. Я просто не могла не прийти, отказаться, показать слабость. Не после того, что ты мне сказал.
Хотя я и до его слов собиралась сделать то же самое.
Он не отрывал от меня взгляда, скользя глазами по распущенным волосам, по носу, по губам, ниже, к шее. Смотрел долго, почти пялился, и ничего не говорил. Мне казалось, будто его взгляд был прикосновением – каждое движение глаз обжигало, всё внутри сжималось от его запаха, близости, его…
Я чувствовала, как напряжено моё тело, как поджат живот, как болят соски. Как сильно я жаждала прикосновения.
Собственная реакция на мужчину даже пугала. Но я всё равно не жалела о своём отказе.
– Спасибо. Её Высочество, принцесса Заралия. Она рассказала мне, что ты устроил набор новых участниц в Отбор только ради меня, – горячо и прямо произнесла я. Даже с пробуждённым зверем я оставалась неприкасаемой – той, на ком никогда бы не женился аристократ. Восстановление моей репутации как женщины, а не ритуалиста, началось именно в тот момент и завершилось признанием Гелены де Рокфельт.
Он по-прежнему молчал, не торопясь отдавать герб. Просто смотрел, всё с тем же выражением, и я поняла, что моё время здесь закончилось.
Горько хмыкнув, я отвернулась и медленно пошла к выходу, собираясь вернуться к башне, попытаться обернуться и найти белые флаги. Принцессе Заралии. Тамилле. Возможно, Аделаиде…
– Ты серьёзно собираешься так просто уйти?! – услышала я злое за своей спиной.
Я замерла, не оборачиваясь, не понимая, чего он от меня ожидает. Тяжесть тела в этот момент перешла в голову, сделав её словно свинцовой, и я впервые осознала, насколько трудно проходить это испытание в человеческом обличье.
– Ты открыто сказал, что можешь не дать мне флаг со своим гербом. И я принимаю твой выбор, как ты принял мой.
Он зло хмыкнул, вспомнив слова из своей записки, и мне отчаянно захотелось обернуться, взглянуть на него. Но я осталась стоять там же, пока не услышала следующее.
– Какая же ты трусиха…
Обернувшись, я с недоверием уставилась на Каэлиса, не понимая, о чём он говорит.
– Я же чувствую, как ты хочешь меня, как сильно жаждешь прикосновений, стремишься быть в моих руках. Так зачем ты выдумываешь условности, эти глупости…
От его слов я резко выдохнула, мгновенно закипая, но он продолжил.
– Это из-за дворца?! Потому что ты боишься не справиться с политическими интригами, быть втянутой в них?! Если не хотела, могла бы ничего не делать, как моя матушка – я был бы только рад.
– Я не боюсь политических интриг и вполне справилась бы с ними! – резко ответила я, не понимая, как он мог подумать подобное. Неужели я хоть раз показала слабость, хоть раз пожаловалась?! – Но да, они сильно повлияли на меня. Моё мнение о королевской семье изменилось тогда, когда я поняла, что ради сохранения своих секретов они готовы подставлять других.
– Это приходит вместе с должностью, и ты бы тоже привыкла. Ты о зелье правды? Если бы я тогда рассказал тебе всё, дал выбор – что бы ты выбрала?!
Он резкими шагами приблизился ко мне, почти нависая, ноздри гневно раздувались, плечи и шея раздуты от напряжения.
– Я бы выбрала тебя. Сделала бы то, что нужно тебе, даже не задумываясь – как всегда, – резко ответила я. – Но тёмные боги, я бы хотела хотя бы знать! А не сидеть в неведении.
– Конечно. Ты же никогда не оставляешь меня в неведении! И не надо врать, будто ты всегда выбирала меня, – съязвил он в ответ. – Сейчас ты выбираешь своё будущее, какие-то наивные детские мечты. Хотя, став королевой, могла бы изменить куда большее.
Наивные детские мечты? Условности, глупости? Так он видел мои представления о жизни?
Я попыталась отстраниться, сделать шаг назад, но не смогла – тяжёлая рука схватила меня за предплечье и притянула к себе.
В этот момент я впервые услышала, как бешено стучит его сердце. Взволнованно, почти безумно, хотя рука оставалась неподвижной, как из камня. Его тело пылало жаром, и мои губы пересохли.
– Может, я молчу потому, что ты всегда считаешь, будто знаешь, как лучше?! – резко сорвалось с моих губ. – Сам решаешь за меня, не обсуждая ничего, просто отсылаешь неугодных, сохраняя лицо, не оставляя мне ни малейшего выбора! «Я всё решу, леди Валаре», – а потом человек просто исчезает, отослан в другое государство или…
– Так ты об Эскларе?! Что ж, возможно, тебе это и на пользу, – жестоко произнёс он. – По крайней мере поняла бы, что ждёт тебя, если бы ты стала королевой, потому что я никогда не обещал, что со мной будет легко.
Я смотрела ему в лицо, видя, что он произносит это всерьёз, и отчаянно хотела отступить, но он упрямо держал меня за предплечье, не отпуская, несмотря на то что я попыталась убрать его руку.
Видимо, время, проведённое в обличье пантеры, не прошло даром – по крайней мере чувства мы переживали одновременно. Потому что принц на мгновение отпустил меня, зашипев, когда у меня непроизвольно прорезались когти.
– Представляешь, если бы ты просто спросил, я бы сказала тебе, что никогда не смотрела на него в таком ключе! – горько бросила я. – Так ты видел наш возможный брак? И ты ещё удивляешься моему отказу?!
Эти слова ударили по нему, он сердито выдохнул, но не стал закрываться.
– По крайней мере, я хотел попробовать! Не трусил из-за каких-то надуманных глупостей. Я готов был пожертвовать всем, во что верил, ради одного шанса! Хоть и понимал, что у тебя будут постоянные конфликты с моей семьёй, что это отразится на всём дворе, что я не смогу стать тем, кем хотел быть всю свою жизнь!
Пожертвовать всем, во что он верит?
– Я просила тебя об этой жертве?! Думаешь, мне это нужно?! Я хочу, чтобы мой любимый мужчина был счастлив, тьма побери, а не мучился, вспоминая, какую «огромную жертву» он принёс ради одной неблагодарной девицы!
Я резко развернулась, закипая от гнева, проклиная про себя и это испытание, и то, как любовалась им, лелеяла каждый момент рядом.
– Мио…
– Я приму правильное решение за нас обоих, раз ты не в силах принять его сам! – произнесла я, ощущая, как от ярости внутри меня что-то умирает.
Если я когда-то верила, что мы сможем работать вместе, после всего, что было, после того, как я не могла даже дышать спокойно в его присутствии, значит, я была полной идиоткой.
– Вся твоя жизнь была направлена на одну, и только одну цель, и я на самом деле верю, что ты станешь лучшим королём Левардии. Я всегда в это верила. И я не собираюсь говорить «да», если мне дают понять, что я буду стоять между тобой и целью твоей жизни, вдобавок к тому, насколько я тебе не подхожу по всем своим качествам. Последнее, чего мне хочется – это чтобы через много лет мы проснулись и поняли, что ненавидим друг друга.
Горло горело, когда я произносила это, потому что понимала, что Каэлис, скорее всего, ожидал другого. Но слова, которые он сказал, разрывали меня изнутри настолько, что я почти перестала верить, будто между нами осталось хоть что-то, кроме боли и непонимания.
У нас не было ни одного по-настоящему счастливого воспоминания вместе.
Отойти далеко я не успела – за спиной послышались громкие шаги, и я никак не ожидала того, что произошло потом.
Каэлис больше не пытался говорить. Он догнал меня, развернул и резко прижал к себе, но именно в этот момент тяжесть сместилась в ноги, всё остальное тело опустело, и я упала, ударившись копчиком о землю. Он рухнул вместе со мной.
Прикосновение его губ принесло почти мгновенную боль – жёсткое, лишённое нежности или ласки, но я тут же ответила. Зло, остро, выплёскивая на него всю обиду, чувствуя, что это, возможно, последний раз, когда мы прикасаемся друг к другу… так. Он пил меня поцелуем, будто пытался поглотить, а я вцеплялась в его плечи, выгибалась, прижимаясь к нему, не прекращая целовать, не переставая гладить…
– Мио… – прошептал он моё имя, и этот голос прокатился дрожью по телу, сжал сердце, лишил дыхания.
С каждым вдохом – глоток его феромона.
Когда он провёл рукой по моему обнажённому телу, до которого было так легко добраться под плащом, я не выдержала, застонала, закрыв глаза, но тут его жёсткая рука схватила меня за подбородок, не давая отвернуться.
– Смотри на меня, – приказал он хрипло. – Ты вся дрожишь от одного моего прикосновения, хотя у тебя даже не Время Зова. Я чувствую запах твоего возбуждения.
Я распахнула затуманенные глаза и потянулась к нему, стремясь к новому поцелую, остро нуждаясь в нём, но вместо этого ощутила, как его вторая рука провела по животу, скользнула ниже и остановилась на треугольнике между ног.
В этом было что-то чудовищно постыдное – он, полностью одетый, и я – в одном лишь плаще, под ним, на земле. Но куда хуже было выражение его лица и острое, давящее со всех сторон присутствие феромона. Полное ненависти.
– Ты готова от этого отказаться, Мио? Как ты видишь своё будущее?
Рука на моём лобке казалась раскалённой, неподъёмной, но он ничего не делал, и я не знала, как бы повела себя, если бы он позволил хоть что-то большее. Бугор на его брюках упирался в моё бедро.
Слишком…
– Мио…
– Я хотела бы, чтобы мой муж был моим напарником, чтобы мы всё делали вместе, доверяли друг другу, радовали друг друга, растворялись друг в друге без страха, – выговорила я, тяжело дыша, чувствуя, как щиплет глаза.
– Продолжай, – прозвучал жёсткий приказ. Чудовищный феромон давил, не давая продохнуть, но я наконец нашла в себе силы взбрыкнуть, и он, словно уловив, насколько всё это для меня чересчур, внезапно смягчился.
Поцеловал – на этот раз нежно, тем самым добивая меня ещё больше. Его рука так и осталась на месте, и если бы нас хоть кто-нибудь застал, моя репутация погибла бы окончательно.
– Продолжай, Мио… – теперь это уже звучало как просьба.
– Я не доверяю тебе, я не знаю, возможен ли вообще счастливый союз между нами, и ты подтверждаешь мои сомнения каждым своим словом, – прошептала я с болью. – Я не хочу жить с тираном, не хочу молчания, мучений, ревности, не хочу сомневаться, не хочу чтобы ты сомневался. Я хочу любви, уважения, равенства. И если ты считаешь это глупост…
Я не успела договорить – он вновь закрыл мне рот поцелуем, и я всхлипнула в его губы. Ладонь мужчины легла мне на шею, прижимая к земле, другая осталась на животе.
Остро. Слишком больно. Слишком открыто.
Я никогда не была так обнажена.
– Я в проклятой агонии и надежде каждый раз, когда вижу тебя. Всё во мне переворачивается, когда понимаю, насколько тебе всё равно, – он наклонился и прикусил мою губу до боли, но я не дёрнулась, выдерживая это, лишь продолжала смотреть ему в глаза, едва дыша, сгорая в жарком воздухе между нами.
Даже тонкая женская ладонь не поместилась бы между нашими лицами. Губы пересохли, и на этот раз я облизнула их, не отводя взгляда, замечая, как в его глазах сгущается тьма.
– Мне не всё равно. Никогда не было, – хрипло прошептала я, обдавая его губы дыханием.
– Все твои слова… Ты не права, Мио.
Ну вот опять…
Я закрыла глаза, собираясь с силами, потому что понимала, что должна оторваться от него.
– Ты не права. Но и я не прав. И ты права, но я тоже прав. Возможно, если бы ты нравилась мне меньше, я бы мог говорить об этом куда легче, – он резко поднялся, и даже несколько ладоней, отделивших нас, принесли почти физическую боль. – Сюда кто-то идёт. Завтра, Мио, сразу после суда над моей тётей, я приду к тебе.
В его голосе звучала такая жёсткость…
Когда я попыталась подняться, он лишь покачал головой, как бы говоря, что я не встану, пока не выслушаю его до конца.
– Снова постель? – хрипло и дерзко бросила я.
Да уж, постель – единственное, что у нас получалось без конфликтов.
– Нет, Мио. Никакой постели, даже если мне придётся закрыть тебя простынёй, – рыкнул Каэлис. – Старый добрый разговор, пока не поймём, сможем ли мы ужиться. Пока хотя бы не попытаемся найти такое общее будущее, которое устроит нас обоих.
Теперь и я уловила феромон, знакомый, нежный, сильный, очень приятный.
Леди Лианна Бэар. И она в образе зверя. Значит, если Каэлис сейчас передаст ей свой флаг, она точно прибудет первой.
