Текст книги "Помощница Его Величества (СИ)"
Автор книги: Дарья Верескова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 36 страниц)
Дурная, дурная пантера испытывала к кронпринцу очень определенные чувства и жаждала ласкаться, но подчиняться ему не хотела. Я почти не контролировала ее, и все, что могла, – это остаться лежать там же. Зато Тавиен наконец пришел в себя: мужчина моментально перевоплотился в человека и теперь стоял на четвереньках, совершенно голый, тяжело дыша.
На его теле все так же проступали страшные раны, многие из которых казались свежими, кровили, а глаза, едва заметные из-под растрепанной челки, почти светились.
– Не… смотрите… на меня, – хрипло произнес он, вставая, пошатываясь, горя от боли и ярости.
Но Каэлис Арно не смотрел на него, вместо этого он тут же потрусил ко мне и, приблизившись, обнюхал, расфыркался и стал лапой поворачивать мое вялое тело, словно проверяя, есть ли на мне укусы или еще какие-либо повреждения.
А потом…
Резкий укус в холку.
От страшной, мучительной боли у меня потемнело перед глазами. Лапы разъезжались, все тело словно пронзило иглами, я жалобно мяукнула, но долго это не длилось – разум потускнел, и я поняла, что вместе с укусом на меня обрушилось какое-то непонятное воздействие.
В себя я пришла уже у скромного входа во дворец со стороны одного из парков. И тогда осознала, что нахожусь в человеческом обличии. Совершенно голая, дрожащая от холода, но еще больше – от ужаса того, что мной вот так просто управляли.
Как он это сделал?
Гибриды очень сильные животные, и воздействовать на них феромоном трудно, но, судя по всему, Каэлис Арно нашел способ справиться со мной, и это вызывало в душе бурю негодования. С другой стороны, он отправил меня сюда, где звери часто возвращаются после прогулок, и именно поэтому тут всегда можно было найти несколько плащей с капюшоном, позволяющих обнаженным господам вернуться в свои покои, не потеряв достоинства.
Вот только я волновалась о своей одежде. Кто-то мог видеть Тавиена и Его Высочество, и моя разорванная одежда рядом с ними могла породить множество слухов и добить ту репутацию, которую я лишь начинала возвращать. Поэтому, не медля ни секунды, накинув плащ, я отправилась назад – только чтобы обнаружить, что одежды там уже не было, как и принцев.
Мог ли кронпринц забрать мою одежду? И если сделал это не он, то кто? И какими последствиями для меня это обернется?
Ответ я надеялась узнать уже на следующий день, когда мне, с самого утра, совершенно неожиданно пришел приказ дождаться Его Высочество около крохотного внутреннего дворика, недалеко от его кабинета, где мы совсем недавно разговаривали с бароном Рено Эскларом.
Прошлую ночь я почти не спала, и если бы не пробудившийся зверь, выглядела бы отвратительно. А так... в зеркале отразилась вполне здоровая девица с сердито сверкающими глазами.
Подойдя к указанному месту, я первым делом проверила все ритуальные нити, желая увериться что никто нас не подслушает. Фиолетовые нити были свежими и крепкими. Ульвар Йаск – настоящий профессионал своего дела, заменял меня очень даже успешно, и это, конечно, было хорошо. Не хотелось бы, чтобы с кронпринцем работал кто-то недостойный, но профессиональная ревность все равно не исчезала.
Как там мой цветок в кабинете?
– Леди Валаре, зачем вы вчера сунулись к нам?
Он был зол… Очень зол, и эта злоба кипела в нем, ища выхода. Неужели он оставался в таком состоянии со вчерашней ночи?
– Доброе утро, Ваше Высочество, – ответила я. – Я просто хотела предупредить, что вы были слишком заметными, и если я смогла вас случайно увидеть, то любой прохожий мог точно так же.
– Там не должно было быть никаких прохожих. Эти конюшни не используются в это время года, именно поэтому я направил Тавиена туда, когда он потерял контроль. Что вы вообще делали в той части замка?! Вы не понимаете, во что себя ввязали!
Он резко подошел ко мне и осмотрел со всех сторон, внимательно изучая, и все так же невероятно злясь на что-то.
– Я искала подсказки к заданию Отбора. И да, я не понимаю, во что себя ввязала, но надеюсь, вы вызвали меня именно для этого.
Требовать что-либо у кронпринца – настоящее безумие, и я не должна была разговаривать с будущим монархом таким тоном. Особенно с тем, кто вернул мне все, не попросив ничего взамен. Но сейчас я не понимала причин его гнева. Что я сделала, и почему он до сих пор продолжал злиться?
– Вы могли погибнуть там, у него совершенно отсутствовал человеческий разум!
– Я тоже плохо себя контролирую, Ваше Высочество. Я не контролирую свой переход и многие действия, – честно ответила я. – Я просто не смогла уйти… пока вы не заставили.
– Не обманывайте меня. Вы находились там больше четырех минут перед оборотом. Почему вы не выполнили самый первый мой приказ? – он подошел вплотную, нависая, тяжело дыша, и его глаза скользили по моему лицу. – Разве не вы совсем недавно говорили мне, что я ваш будущий монарх, а вы моя верная подданная?
Яркие желто-зеленые глаза с темной каймой, казалось, горели, и, вспомнив его взгляд тогда, во время танца, я невольно сглотнула. Но если тогда я произнесла эти слова, чтобы поддразнить хищника, теперь его слова несли совсем другой смысл и оттенок.
– Это так. И я должна была послушаться вашего приказа, – ответила я холодно, понимая, что меня в который раз ставят на место, отчитывают, почти как ребенка или нерадивую служанку. – Я могу удалиться, Ваше Высочество?
– Да, – холодно бросил он, отвернувшись, и я, пожав плечами, стала двигаться к выходу из этого крыла, чувствуя, как внутри все болезненно стягивает.
– Миолина! – услышала я за спиной.
И голос… теперь он был куда более эмоциональным. Затем я почувствовала прикосновение к своему плечу. Он вновь стоял близко, нависая, и в глазах кронпринца горело… сожаление. За то, что мы в очередной раз разговаривали как враги, за то, что между нами снова оставались странные недомолвки. За то, что он приказывал мне, ставил на место, а я просто принимала это, в который раз.
Но чего он ожидал? Что я начну злиться в ответ, возражать? На кого? На будущего монарха, который определяет мое будущее?
– Я не должен был разговаривать с вами таким образом. Там, когда Тавиен бросился на вас… он действительно мог убить вас. Вы почти не шевелились.
– Я не думаю, что он был опасен для меня. Скорее я навредила ему, напав в ответ.
– Он был и остается опасен для вас, Миолина. И не только потому, что мог убить вас. Многочисленные бои и ранения, полученные им без возможности регенерации, возможно, навсегда покалечили его зверя.
Каждое слово, которое он произносил, проливалось словно бальзамом на душу, потому что я чувствовала… ему небезразлично. Но еще более невероятным было то, что он открыл свои эмоции передо мной.
– Вы отвели его к месту силы?
– Да, в первый же день. Но все не так просто. Тогда, у конюшен… Я уже видел подобное в прошлом, в Иштаваре, когда мы пробудили зверя у глубоко покалеченного человека. Тот человек убил в моменте безумия, будучи именно таким – полуобращенным. Вчера у конюшен я боялся, что, подойдя к вам, увижу лишь ваше мертвое тело, – с выдохом, полным несдержанной ярости, произнес он. – Поэтому впредь вы должны строго следовать моим приказам.
– Я поняла, Ваше Высочество, – что еще на это ответить я не знала.
А рука на моем плече сжалась, будто мой ответ ему совсем не понравился и он ожидал другого.
– Вам все еще больно? – я не сразу поняла его, но принц быстро уточнил, и его глаза горели нетерпением. – После моего укуса?
Почему-то мне показалось, что он спрашивает о чем-то глубоко интимном и неприличном.
– Нет, – решительно ответила я, не отводя глаза. – Благодаря моему зверю и вашей крови у меня прекрасная регенерация. Как вы смогли так управлять мной?
– Это особенность рода Грейдис, но у меня она сильнее. Такие звери, как у вас и у Тавиена, куда более уязвимы, пока вы не обретете полный контроль. Мой брат… он, возможно, тоже обладает подобными возможностями, и вполне вероятно, что вы даже не будете помнить о том, что с вами случилось.
Я вспомнила, как во время четвертого испытания долгое время находилась в беспамятстве и пришла в себя лишь после одного из укусов Его Высочества в холку. Судя по тому, как болело все мое тело, тот укус был далеко не первым.
– Тавиен слишком непредсказуем в вашем присутствии, и скоро это заметят все. Его притягивает ваша кровь, но он верит, что между вами есть более глубокая связь.
– А вы не думаете, что я могу быть ему на самом деле интересна как человек? – спросила я.
– Он вас не знает, – жестко ответил принц.
* * *
– Расскажи мне! – услышала я, не доходя до крыла участниц. – Я старше тебя, ты должна слушать старших рода, я же всегда тебе помогала, и на прошлом испытании тоже!
Какие знакомые интонации…
В ответ донеслось только невнятное бормотание – Тамилла не знала, что ответить старшей сестре. Ее загнали в самый угол, буквально окружили Илва Ронкорт и Камилла, и именно последняя требовала у Тамиллы все сведения, что мы нашли.
– Мио! – Тамилла посмотрела на меня как на спасительницу, явно не зная, что сказать двум девушкам, загнавшим ее в угол. – Они требуют, чтобы я рассказала все, что мы нашли.
– Мы же семья! Неужели ты не понимаешь, что две команды могут победить? Сила будущей королевы в том, чтобы строить свой двор и заводить союзников, мы узнали что испытание оценивает именно это. Мы можем объединиться. Мы расскажем вам о том, что сами нашли, а вы поделитесь своим.
Свои ночные находки я ни с кем ещё не обсуждала, и как бы Илва и Камилла ни давили на Тамиллу, многое она всё равно рассказать им не сможет.
– Я не верю, что вы что-то нашли. И даже если нашли, то не столько, сколько мы. Мы потеряем куда больше, если у вас ничего нет, так что именно вы должны начать первыми.
Девушки переглянулись, разговаривая только глазами, но я их недооценила.
– Хорошо, – наконец произнесла Камилла. – В Зимнем саду стоит статуя в честь кровавого бога вааргцев. Подсказка нацарапана на его мече. Теперь ваша очередь!
Надо же, какой Камилла стала бойкой в этой команде. Впрочем, я не была удивлена, отчаяние второго из трёх дней испытания сказалось на нервозности тех девушек, что нашли недостаточно. Сравнивая себя с другими, им всем начинало казаться, что они идут хуже остальных, хотя, конечно, это могла быть всего лишь их паранойя.
– Мио? – Тамилла посмотрела на меня так, будто ожидала одобрения.
– Сначала мы проверим вашу информацию, – я покачала головой. – Тамилла, за мной.
– Боишься, что без тебя она наговорит лишнего? – донёсся до меня голос Камиллы. – Тами моя сестра, я никогда не наврежу ей, и Марлэи уже достаточно настрадались из-за тебя.
– Если Тами хочет остаться – она может остаться, – пожала плечами я, но младшая кузина, покачав головой, показала, что хочет уйти. – Ну вот и ладушки. Если мы действительно найдём подсказку на мече статуи Вааргца, мы дадим вам одну из наших, – ответила я, считая это честным обменом.
Статуя Кровавого Бога оказалась впечатляющей, гигантской, и невольно напоминала мне о Ракхаре Кровавом. Но никакой подсказки на мече воина не было – это была лишь уловка, попытка выяснить то, что знали мы.
Так союз команды Селины и команды Коры, ставшей командой Наэми, так и не состоялся.
* * *
– Не все кусочки складываются вместе! – ругались девушки, снова и снова прикладывая с разных краёв перерисованные части карты.
Тонкие ухоженные руки сталкивались над кусочками пергамента, отталкивали другие, пытались перевернуть получившееся, в отчаянии ища новые подсказки.
Будто малые дети.
– Смотрите, мы знаем, что сокровище здесь, – я указала на точку с красным жирным крестом. – К тому же мы можем вычислить, где это находится, по вот этой комнате, – я показала на квадрат с множеством окон. – Это оранжерея. Мы видим, что рядом с ней есть лестница вниз и стоит цифра шесть. Думаю, это шесть этажей. А дальше, через четыре поворота, должны находиться драгоценности. Даже если мы не можем полностью собрать всю карту, возможно, это и не требуется.
Девушки раздражённо переглянулись, явно недовольные тем, какое количество лишних кусочков у нас оставалось. У каждой из нас свербило в мозгу ощущение, что мы что-то упустили и собрали карту неверно.
– Предлагаю отправляться туда прямо сейчас. Моя вылазка прошлой ночью оказалась ключевой для добычи информации о месте драгоценностей, и это шанс опередить всех остальных.
– Но что если за нами будут следить? – разумно предположила Наэми. – Возможно, лучше сделать это во время обеда…
– Они и так уже все нервные сегодня, завтра другие команды станут ещё более активными, всё же это последний день испытания. Но ты права насчёт слежки, сомневаюсь, что сегодня кто-то ляжет спать, как вчера… – я прикусила губу.
– Нужно отвлечь их! – дерзко предложила Тамилла. – Я отправлюсь в старые пустующие темницы и буду издавать очень много шума. Но идти нужно не одной… Жизель, пойдём со мной!
– Я не пойду, я боюсь, – ответила девушка, мелко дрожа, по-моему, скорее от холода, чем от страха. Она была настолько болезненно тонкой, что сердце разрывалось при виде её, и энергии у неё тоже явно не хватало.
Она казалась полной противоположностью своему зверю, который должен быть пушистым, толстым и меланхоличным.
– Боишься чего? Кто на тебя нападёт, призраки? Селина тебя съест?
– Может и нападут, а я такая хрупкая, что без защиты не продержусь, – жалобно ответила она, и все в комнате закатили глаза.
Одержимость Жизель и её матушки худобой замучила уже всех, главным образом потому, что делала девушку почти бесполезной, и никто не хотел её в команду.
– Хорошо, тогда Оттили! – и девушка, что обычно оказывалась в последних местах рейтинга, решительно кивнула. – Я верю в тебя, Мио, без сокровища не возвращайтесь! Пришло время показать всем, на что на самом деле способны чёрные пантеры Дженн-Беа!
– Нам-то какое дело до ваших пантер, – Наэми запустила в Тамиллу подушкой, но та ловко увернулась и исчезла из комнаты вместе с Оттили.
* * *
Стоило нам спуститься на шесть этажей от оранжереи, как что-то неведомо изменилось, но я не сразу поняла, что именно. Коридоры тянулись десятками, узкие и бесконечные, будто сами стены пытались сбить нас с пути. Каменные своды дышали сыростью, капли медленно падали с потолка, и каждый звук отдавался долгим, гулким эхом, умножаясь и превращаясь в жуткий хор. Шаги девушек становились тяжелее, дыхание сбивалось, превращаясь в короткие, тревожные вздох. Даже тихий шелест тканей юбок казался слишком громким.
Но я не видела пыли и паутины и подозревала, что это потому, что сюда пронесли сокровище, заранее готовя место для того, чтобы нас запутать. Наверняка за множеством дверей скрывались ложные драгоценности, и я убедилась, что права, когда, пройдя ещё несколько коридоров и следуя поворотам карты, почувствовала, что запахи больше не скрывались.
– Вы чувствуете? – тихо спросила Наэми, и я кивнула.
Запах, похожий на феромон Его Высочества, я уловила почти сразу, хотя он значительно отличался. Он был ещё более острым, не самым приятным, и в нём ощущалась болезненная нота. Но при этом богатство и сила этого запаха не могли не притягивать.
– Сюда, – резко сказала я, указывая на один из коридоров.
Я ничего не чувствую, – покачала головой Жизель, и даже Наэми выглядела растерянной, но они всё равно последовали за мной. Барбара промолчала, возможно, она тоже уловила этот запах.
За время работы со мной в одной команде девушки поняли, что я просто хочу победить и не поведу их по ложному пути.
Дверь, ведущую к сокровищу, мы нашли не сразу – пришлось пройти настоящий лабиринт из подземных проходов, который я не запомнила бы даже если захотела. Обнаруженная дверь оказалась массивной, дубовой, с кованым железом, на первый взгляд чрезвычайно толстой.
Но всё, конечно, не могло закончиться так просто. Нас в команде было семеро, и комиссия явно не случайно выбрала именно это число. Каждая из нас должна была работать вместе, чтобы добыть драгоценности, и именно здесь, в шаге от награды, мы натолкнулись на самую большую преграду.
В широком коридоре, ведущем к этой двери, обнаружилось множество рычагов, и я сразу поняла, что опустить нужно семеро из них. Стоило одной из нас активировать рычаг, как за дверью лёгким шумом отзывался механизм. Но стоило отпустить ручку – и она тут же возвращалась на место, не задерживаясь даже на несколько секунд.
– Нам нужно позвать остальных, – тихо произнесла Наэми, но даже если бы Оттили и Тами оказались сейчас рядом, этого всё равно было бы недостаточно.
Кора…
Та, что формально считалась нашим лидером с самого начала заявила, что не станет помогать. И я ещё радовалась тогда, что хотя бы только она одна отказалась…
– Сначала попробуйте дотянуться палками или лентами и опустить ещё один рычаг вместе с вашим.
Сколько бы мы ни мучились, сколько бы девушки ни пытались опустить больше одного рычага, даже бросая в другие ботинком, ничего не выходило. Мы кряхтели, тужились, порвали подол одного из платьев, пытаясь использовать его как ленту или верёвку, лишь бы опустить хоть ещё один рычаг. Барбара и Наэми пытались тянуть ткань, но она оказывалась недостаточно прочной, а Жизель почти не помогала и вновь дрожала, замерзая.
Я и сама раскорячилась, повисла на одном рычаге и тянулась ногой к другому, но всё тщетно, и от злости мне хотелось разнести здесь всё.
Тёмные боги!
Эти проклятые рычаги словно специально были расставлены так, чтобы нам казалось что мы дотянемся, но этого просто не происходило, и их активация требовала огромных физических усилий.
– Не получается! Мио, пойдём к Коре, она изменит своё мнение, когда поймёт, что мы близки к выигрышу, первые из всех девушек! – умоляла Наэми.
– Нет, – жёстко ответила я, делая глубокий вдох.
Я почувствовала, что запах в комнате изменился. К нему примешались нежные цитрусовые нотки, затем молочные, и ещё какие-то, едва уловимые. Настоящий букет запахов, которого здесь быть не должно.
Потому что за нами следили.
Возможно, за дверями многочисленных комнат вокруг притаилась другая команда в полном составе, ожидая нашего ухода. И у них окажется достаточно человек, чтобы активировать все рычаги.
Не позволю…
– Всё, уходим, – решительно заявила Наэми, сдувая прядку, прилипшую ко вспотевшему лбу. – Мы приведём и Кору, и остальных, и откроем эту дверь.
Я знала, что Кору они не приведут, как бы ни старались. Та и так готова была проиграть чтобы избавиться от Барбары, и теперь явно не переносила меня тоже. Как она там сказала?
«Я запомню это, Миолина, я запомню».
– Мио, пойдём с нами, – мягко произнесла Жизель, но я только покачала головой, чувствуя, как от злости и невыплеснутой энергии у меня выступили когти на руках.
Кровь Его Высочества я не пила со вчерашнего дня.
В голове звенело, зрение темнело по краям и сузилось до одной цели – красивой резной деревянной двери. Массивной, широкой, казавшейся неподъёмной. В груди разгорался горячий огонь, который, распространяясь по телу, поднимался к шее, к голове…
– Мио! – с ужасом вскрикнула Жизель Мукс, но я её уже не слышала.
Я подошла к двери и начала бить по ней. Сначала одной рукой, потом другой, вновь и вновь, чувствуя, как сдираю кожу на ладонях, но не останавливаясь. Меня подпитывал треск этой проклятой двери.
Я не чувствовала боли, не ощущала времени и пришла в себя только тогда, когда Жизель и Наэми повисли на мне с двух сторон, приговаривая: «Всё хорошо, успокойся, она уже сломана».
Дверь действительно была сломана.
А за ней нас ждал наш приз – драгоценности Великой Принцессы Клодии Гаррат.
Глава 27. Леди Аделаида Кейн. Победительницы испытания
Леди Аделаида Кейн
– Дорогие участницы, благодарю вас за участие в этом, самом тяжёлом на сегодняшний день испытании. Комиссия долго совещалась, но выбрала победительниц, и критерием решения стало не только то, кто первым добрался до реликта.
Аделаида недоумённо переглянулась со своей командой, после чего они бросили взгляды на остальных девушек, обмахиваясь лёгкими, богато украшенными веерами. Как могла команда, не добравшаяся до сокровища, быть лучше той, что добралась и забрала его?
Ответ оказался неожиданным, но объяснял всё – и почему кусочки карты не сходились, и как у них могло быть сразу две команды-победительницы.
– Во дворце были подготовлены два разных комплекта драгоценностей, в разных его концах, чтобы две команды могли одержать победу.
Каждая из участниц сейчас выглядела гордо и достойно, хотя многие знали, что проиграли. Аделаида не знала победительниц, но Селина ходила с таким видом, что у всех не оставалось сомнений в том, что именно их команда нашла драгоценности Великой Принцессы.
В этот самый момент за девушками по традиции наблюдали родственники, комиссия и сам Его Высочество, и каждая старалась не показывать волнения. Девять девушек покинут Отбор сегодня, а также все новенькие, не вошедшие в число двух победивших команд.
Матушка тепло улыбнулась Аделаиде, наверняка будучи уверенной, что её дочь, как всегда, справилась отлично. Аделаида же стыдливо отвернулась, пряча недовольство собой. Она не справилась – точнее, все они в команде не справились. Как же отвратительно, что сейчас об этом узнают все: и её матушка, и те мужчины, что интересовались ею во многом из-за того, что она считалась «умницей», самой образованной из участниц, самой независимой.
Хотя самой независимой была далеко не она.
Аделаида невольно бросила взгляд на Мио, стоявшую вместе со своей командой позади Коры, их назначенного лидера. Мио, как и всегда, была ослепительно красива, но в последнее время в ней явно что-то изменилось. Оборот преобразил леди Валаре: большие синие глаза наполнились азартом, с губ не сходила лёгкая улыбка, придавая её лицу чуть хищное выражение. Она двигалась, говорила, смотрела иначе, словно сама находилась на охоте.
Аделаида слышала, какие разговоры шли о ней среди мужчин, а сплетница Ариса иной раз подслушивала даже больше, чем следовало. Мио была первой, о ком спрашивали гости столицы, неспособные отвести взгляд от яркой красавицы.
Но дальше…
Кто-нибудь непременно рассказывал им о том, что Мио – гибрид, и о том, что эта девушка потеряла честь со своим женихом много лет назад. Её присутствие на Отборе вызывало удивление, как нечто невозможное, потому что никогда прежде здесь не было участницы скандальнее.
– Это испытание являлось проверкой на сообразительность и скорость, но также и на лидерские качества и достоинство. Именно эти качества будут учтены при составлении следующей таблицы лидеров Отбора.
Несколько девушек вздрогнули и нервно сглотнули, осознав, что оценивается в который раз не только результат испытания, но и то, как оно проходило.
– Изначально лидерами назначались девушки, находящиеся на самом верху таблицы и первыми попавшие под флаги, однако комиссии стало известно, что не все из них удержали лидерство.
Лорд Крамберг развернулся прямо к Аделаиде.
– Леди Кейн, вы удержали лидерство и остались во главе своей команды. Похвальные качества для будущей королевы. Тем не менее, драгоценностей Великой Принцессы Клодии Гаррат вы найти не смогли, хотя и были близки. А потому вы являетесь первой проигравшей командой в этом испытании. Кроме того, комиссии стало известно, что в вашей команде не раз предпочитали нечестные решения: попытки узнать о местонахождении сокровища у других девушек и слежка, пусть и не в таком объёме, как в другой команде. Впереди вас ждёт тяжёлое решение.
Две новенькие участницы, добавленные в команду Аделаиды, тут же горько разрыдались, разрывая ей сердце, но изменить что-либо было уже нельзя. Теперь команде предстояло выбрать ещё трёх девушек – тех, кто уже завтра покинет Отбор.
И Аделаида не знала, поддержит ли её команда. Она старалась быть с ними мягкой, выслушивать каждую, и, быть может, именно в этом заключалась её ошибка.
На лице лорда Ниллса, которого Аделаида присмотрела себе в женихи, и который приходился родственником одной из участниц, проступило сочувствие, и он послал в её сторону тёплый, ободряющий взгляд. Если она вылетит сегодня из Отбора – сделает ли он ей предложение? Или обратит внимание на кого-то более удачливого, умного, красивого?
«Всё будет хорошо», – прочла она по губам Мио и покачала головой. Жить так, как жила леди Валаре, постоянно ожидая подвоха и раз за разом получая его, Аделаида не могла – иначе давно бы сошла с ума. Ей всегда была необходима стабильность, а ещё хотелось, чтобы окружающие знали её как надёжного, умного и успешного человека.
– Леди Илва Ронкорт… Ваше лидерство почти сразу же было оспорено, и вы тут же уступили его леди Селине д'Авелин. Кроме того, ваша команда пользовалась самыми нечестными приёмами, не пытаясь пройти задание самостоятельно, а надеясь подслушивать и подсматривать за другими до самого последнего дня испытания. Подобная тактика, кроме прочего, оказалась неудачной, поскольку вы, как и зелёная команда, так и не смогли найти сокровище.
Выражение лица Селины принесло Аделаиде необычайное удовлетворение, как и известие о том, что они проиграли. Конечно, она не сомневалась, что с той популярностью, что была у Селины, та не вылетит с Отбора. Зато, даже если она останется, то окажется на последних строчках рейтинга. А по слухам, рейтинг начнёт играть всё большую роль в следующих испытаниях. Ходили даже разговоры, что девушки на верхних строках смогут сами выбирать себе команду из остальных.
– Вашей команде предстоит тяжёлый выбор, – подытожил лорд Крамберг.
Необъявленными оставались три команды – команда Арисы и Лианны, считавшиеся фаворитками этого испытания, команда Коры и команда Мелвы Вал-Миррос. Аделаида знала, что Мелва была слабой, нежной и нерешительной, и подозревала, что принцесса Заралия вполне могла отобрать у неё лидерство. Но в то, что Лианна смогла занять место Арисы, она не верила.
Три необъявлённые команды – и три очень яркие новые участницы. Мио, принцесса Заралия и негласный лидер среди остальных новеньких – леди Генриетта Рохэлли.
Аделаида конечно предпочла бы, чтобы из Отбора выбыли Заралия или Генриетта, но, с другой стороны, она чувствовала, что Мио вовсе не так проста и бесперспективна, как думали все остальные. Всего один танец с лордом Александером – и он уже смотрел на Селину куда менее заинтересованно, зато невольно провожал взглядом леди Валаре. На том балу они танцевали дважды.
В Мио было что-то тревожное, притягивающее внимание. Мужчины видели в ней менее наивную, более взрослую, более раскрепощённую девушку, ту, что одним своим видом пробуждала в них низменные желания. Если раньше, во времена учёбы в академии, она привлекала их как красивая и талантливая, но наивная девственница, то теперь превратилась в вызов – резкий, острый, скандальный, который был не каждому по плечу.
Видели ли они в ней невесту? Вряд ли. Но не могли не чувствовать волнения.
Хотя, конечно, всё это ничто по сравнению с тем, какой популярностью пользовалась вдова ле Гуинн. Мужчины верили, что кронпринц не заинтересуется кем попало, и кружили вокруг Барбары словно коршуны, но та не видела никого, кроме Его Высочества. А он, похоже, не замечал никого, кроме неё.
– Леди Ариса Лаэрт. Вы разделили бразды лидерства с леди Лианной Бэар и действовали как настоящая команда, и комиссия была впечатлена вашей организацией, а также нежеланием искать помощь на стороне. Однако комиссии стало известно, что ваша команда не всегда вела себя уважительно по отношению к придворным. Кроме того, несмотря на то что вы самостоятельно нашли путь к сокровищу, вы опоздали – его уже забрала другая команда.
От удивления Аделаида почти выронила лёгкий веер, но, взяв себя в руки, вновь спрятала за ним лицо.
– Вам предстоит непростое решение, – заключил лорд Крамберг, и Аделаида заметила, что Генриетта Рохэлли неверяще трясёт головой, не понимая, как мог Отбор закончиться для неё так быстро.
Один бал, одно испытание – и всё. Условия для новеньких были куда более жестокими, чем для тех, кто начинал Отбор с самого начала, когда у девушек было множество увеселений и заданий без единого отчисления.
– Пожалуйста, лорд Крамберг, – жалобно произнесла она.
– Леди Рохэлли, позвольте мне поговорить с вами, – Его Высочество внезапно поднялся, протянул руку девушке, и та, глядя на мужчину огромными глазами, доверчиво вложила в неё свою тонкую ладонь. – Со всеми вами, прибывшими во дворец по просьбе короля, но покидающими Отбор слишком скоро. Я вскоре вернусь, продолжайте без меня.
Получается, Каэлис Арно пропустит объявление победительниц утешая выбывших новеньких?
Кора Монтрас, стоявшая впереди «оранжевой» группы, внезапно выпрямилась, глаза её забегали из стороны в сторону, и она растерянно оглядела свою команду. Похоже, она не могла поверить, что её команда выиграла. Но как это было возможно?
– Оранжевая команда… Вы первыми обнаружили драгоценности принцессы Клодии Гаррат на второй день испытания. Невероятная скорость.
Кора вскинула голову, выпрямившись, словно готова была принять победу, но по глазам девушек за её спиной было видно, что внутри команды всё обстояло далеко не гладко. И на Кору они смотрели без всякой приязни.
– Ваш первый лидер отказалась принимать участие в испытании, желая проиграть, чтобы избавиться от неугодных соперниц, – со стороны зрителей послышались шокированные шёпотки, самым громким оказался восклик матери Коры, и почему-то они приятно потешили самолюбие Аделаиды. Наконец-то всем станет очевидно, что высокородная Кора – одна из самых агрессивных и неприятных участниц Отбора. – Ваш следующий лидер, леди Наэми Жанто, была лидером лишь на словах, в то время как настоящий лидер вашей команды, леди Миолина Валаре, добровольно отказалась от этого титула. Вы так и не смогли выполнить задание по всем правилам, объединившись всемером, но, на вашу удачу, сила гибрида леди Валаре оказалась столь велика, что она просто разрушила дверь между собой и сокровищем.
Среди зрителей вновь послышались возбуждённые возгласы, будто они не могли поверить в происходящее. Кто-то даже предполагал, что такая победа является нечестной.
– И, наконец, лучшей комиссией признана чёрная команда, сплотившаяся вокруг своей лидера, принцессы Заралии дель-Гор Варрийской. Именно они выполнили задание так, как оно изначально задумывалось, проявили вежливость по отношению к придворным и слугам, использовали всю доступную магию команды и сумели действовать согласованно…
* * *
Устало потирая виски, Аделаида последовала в крошечную комнату, где восьмерым девушкам предстояло решить, кто сегодня покинет команду. Две новенькие, конечно, будут исключены, но что касалось других трёх?
– Аделаида, – Исольда Ферран подошла к ней и быстро, нервно зашептала на ухо. – Нам нужно избавляться от тех, кто станет плохим напарником в команде, и от тех, в ком может быть заинтересован кронпринц. Прости, я хочу быть честной с тобой. Я не вижу интереса принца к тебе, и именно поэтому не буду голосовать против тебя. Кроме того, матушка передала мне, что вдовствующая королева Хонора имела огромное влияние на прошлый Отбор, избавившись ото всех взрослых и неподходящих кандидаток к последним испытаниям. И ходят слухи, что подобное случится и сейчас.
