Текст книги "Снежная сага (СИ)"

Автор книги: Данил Кузнецов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

  Человек в чёрной куртке вскоре заскучал. Что, если вот так придётся сидеть весь день – и не обнаружить ничего подозрительного, никакого намёка на то, кто спрятал меч в подвале? Если сегодня никто не придёт за ним? А вид торчащего зимой во дворе часами мужчины может и привлечь ненужное внимание...

  Краем глаза сидевший на скамейке заметил ещё какого-то человека в сером пальто, который неизвестно сколько времени назад прислонился на другом конце двора к дереву и, казалось, тоже следил за теми, кто выходил из парадных.

  «Это что ещё за тип? – с лёгким раздражением подумал „чёрный“. – Если он один из этих... то и с ним надо бы разобраться побыстрее. Эх, попадись ты мне ночью...»

  И он потянулся рукой в перчатке к карману брюк, где лежал пистолет.

  Но то ли «серый» уловил его мысли, то ли как-то просчитал ситуацию, то ли ещё что – однако именно в этот миг тот отлепился от анабиозного коричневого ствола и зашагал прочь, к самой улице.

  Человек в чёрной куртке проводил взглядом нежданного наблюдателя-конкурента. И позволил себе выдохнуть, лишь когда тот исчез за громадами строений.

  В это время из дома вышел довольно-таки молодой тип в чёрном пальто и с тёмно-красным панковским гребнем на голове, так что даже у повидавшего многое человека на скамейке на секунду рот приоткрылся от удивления.

  «Панк» поёжился от холода («Ещё бы – в минус десять ходить с такой штукой и без шапки!» – подумал наблюдатель), поднял повыше воротник пальто и быстрым шагом направился через двор куда-то по своим делам.

  Так получилось, что он прошёл мимо той скамейки всего в нескольких метрах, и сидевший там неожиданно почувствовал, как вибрация в кармане на миг немного усилилась.

  «А на этом чудике-то как остаточный заряд оказался? – с небольшим изумлением подумал наблюдатель. – Может, случайно – от близости к объекту? Хотя вроде же выходили другие – и ничего... Наверное, всё-таки надо будет за ним проследить, потому что это может оказаться сейчас полезнее всего...»

  И когда тип с причёской панка скрылся за соседним зданием, человек в чёрной куртке встал и не спеша направился следом за ним.

  А когда пропал из виду и тот, из-за дома, парадные которого так заинтересовали наблюдателя со скамейки, выглянул мужчина в сером и пошёл по тому же пути, так что вскоре двор был снова пуст.

  Подготовка к активным действиям понемногу продвигалась. Ещё немного информации – и можно будет, вероятно, уже принимать какие-либо решения.

  И они напрямую станут зависеть от того, что удастся разведать в ближайшее время.

  * * *

  Советник юстиции Константин Гречко зевнул, посмотрел в окно кабинета на втором этаже здания районного Комитета, разложил трёхсекционный экран смарт-браслета и открыл ленту новостей соцсети.

  Как же он устал от этой службы... Столько лет в следственных органах, трудный путь наверх, в первые годы – бесконечная беготня: из отдела на место преступления, оттуда на допрос, затем в лабораторию к специалистам и снова в отдел... Теперь же – сидение в кабинете, нескончаемые отчёты для начальства и постоянный затаённый страх слететь за возможные косяки подчинённых с должности, не дослужив нескольких лет до пенсии...

  А ведь ему было сложнее, чем Шитову. До сих пор Гречко не мог понять, как тот выбивает – да и выбивает ли? – признания, выводит на чистую воду мутных свидетелей, убеждает запуганных потерпевших (а если дело об убийстве, то их родственников) рассказать в своих показаниях обо всём, не утаивая ключевые детали. В свою бытность простым следаком Гречко, как сейчас под его началом Дима Колесов, выполнял свою работу не то чтобы спустя рукава, а с явной долей старания, но почему-то без особых успехов: в среднем на нём повисало «глухарём» каждое четвёртое дело, а по остальным трём из четырёх далеко не всегда получалось подписать «клиента» на реальный срок в соответствии с инкриминируемой статьёй и очень редко – дать ему по максимуму. Что-то в Константине отталкивало от него людей, и только на упорстве он смог добиться своей нынешней должности и звания. А дальше путь уже определялся не столько упорством, сколько умением плести подковёрные интриги и прикрывать себе одно место, в то же время не жалея последнее у своих подчинённых...

  А Георгий... даже нельзя сказать, что на службе прямо старался. Он просто выполнял обязанности в соответствии с процедурой, не нарушив порядок расследования ни разу за всё время службы, из-за чего адвокаты – ни платные (в том числе и дорогостоящие), ни тем более государственные – не могли ни к чему у него прикопаться, чтобы выгородить своих подзащитных за счёт его отсутствующих нарушений. Наверное, Шитову просто везло, но вытянуть уже почти три года на одном везении и при этом с феноменальной раскрываемостью и идеальными психотестами казалось невероятным. Нет, тут было что-то другое, чего Гречко пока понять не мог, как ни пытался. Может быть, этому следаку-полупанку вообще помогала какая-то магия...

  Подумав об этом, советник юстиции уставился в одну точку, а его палец замер на дисплее браслета и, похоже, готов был продавить тонкий стеклопластик вместе с постом какой-то группы.

  Магия... Возможно, в этом-то всё и дело... Но как это понять? Как установить? В кресле шефа следаков Гречко сидел уже несколько лет и за этот период однозначно подрастерял даже те навыки, которые имел до назначения. А значит, самому поразрабатывать Шитова, чтобы разрушить некий его ореол идеальности, не было вариантом. Может, поручить это кому-нибудь?.. Только по секрету и так, чтобы Георгий ничего не заметил. А то вполне может и через голову обратиться, и в прокуратуру написать...

  Гречко развис и пролистнул всё-таки тот пост, который чуть было не лайкнул в задумчивости. А за следующий в ленте, помеченный «может быть, вам будет интересно», наоборот, зацепился взглядом.

  – Чёрт возьми, ну кто мне это подсунул?.. – пробормотал он по инерции, при этом внимательно вглядываясь в экран и чувствуя уже некоторую странность в контенте.

  Пост, на котором сейчас залип советник юстиции, представлял собой выложенную прошлым вечером подборку фотографий какой-то самодеятельной команды ролевиков, разыгрывавших сцены из фэнтези. Тема Гречко была абсолютно не интересна, о чём, наверное, не знали умные сетевые алгоритмы, поэтому его недоумение было понятным.

  Впрочем, эту оказию можно было списать на причуды Интернета. А вот то, что было на некоторых картинках, – вряд ли.

  Гречко привлекли две фотографии в подборке: третья и предпоследняя седьмая. Он кликнул пальцем по дисплею, открывая поштучный просмотр изображений.

  На третьей был виден пейзаж заснеженного леса (снимали, естественно, где-то за городом) с небольшой прогалиной за деревьями по центру... хотя нет: судя по подписи, там как раз начиналось одно из болот Ингрии.

  Но дело было не в этом. За деревьями сгустился какой-то туман, в котором будто бы проступали размытые очертания человеческой фигуры – в чём-то вроде плаща, делающего неразличимыми детали, и с какой-то прямой и длинной штукой наподобие меча в руке.

  Называлось изображение «Паранормальное болото: явление призрака! Этого не было в книге!» Гречко криво усмехнулся, как видно, неизвестному ролевикам нюансу русского языка: «Тогда уж на худой конец – паранормальное на болоте...» – и перелистнул несколько картинок, чтобы добраться до другой, на которой также было запечатлено нечто странное.

  На фоне деревьев, похоже, должен был стоять в полном фэнтезийном облачении кто-то из группы. Но вместо человека там были видны лишь висящие в воздухе обрывки костюма: как будто остановили время, ролевика выдернули из одежды и выбросили в неизвестном направлении, а то, что от него осталось, основательно почикали ножницами фотошопа. И тут подпись была уже: «Фотография, на которой меня нет! Кто украл меня с картинки?»

  Теоретически оба изображения могли быть фейком – и даже не самым сложным по технике. Но что-то подсказывало Гречко, что тут всё далеко не так просто, как было бы в том случае, если эти великовозрастные бездельники решили бы без всякой задней мысли прикольнуться.

  «Отдам компьютерным специалистам, пусть посмотрят...» – подумал он и вдруг резко захлопнул секции экранчика. Подвинул к себе стационарный телефон, надел гарнитуру и набрал номер на сенсорной клавиатуре аппарата.

  – Дима? Это Гречко. Что делаешь? А, дежурство Шитову сдаёшь... Не мог бы ты сейчас зайти ко мне? Только Георгию не говори. Да... Устал? Потерпишь! Не спорь с начальством! Это ненадолго. Всё, жду.

  Советник юстиции стянул гарнитуру с головы и швырнул на стол. Откинулся на спинку дорогого кресла и подумал, глядя в потолок: «Эх, опять вокруг чертовщина какая-то творится... И зачем я только согласился стать начальником? Не понимаю...»

  * * *

  – ...Угу, – сказал в смарт-браслет Димка Колесов, тыкнул по экрану и опустил от уха руку с девайсом.

  – Кто звонил? – лениво поинтересовался Георгий, усаживаясь за свой рабочий стол, за которым ему, если ничего не случится, предстояло провести ближайшие сутки.

  – Да так, по делам. Что-то, похоже, наклёвывается... – ответил Дима, напоследок поднял руку в знак прощания и вышел из кабинета.

  Георгий немного нахмурился и посмотрел ему вслед.

  "Странный ответ. Не в его стиле. Обычно Колесов выкладывает свои рабочие горести, а тем паче успехи во всех подробностях. И тут – общие фразы... – машинально принялся анализировать ситуацию Шитов. – Сказал: по делам. Что это значит? Первый и основной вариант: действительно по какому-то делу в его производстве, о котором (в смысле – о деле, а точнее, о текущем с ним положении) почему-то распространяться не захотел, и в этом случае звонить мог кто-нибудь из оперов, криминалистов или фигурантов...

  Второй вариант: он врёт, и в связи с этим возможность "а" – что-то из личной жизни, а также возможность "б" – по службе, но не по текущим делам. Личную жизнь отметаем, у Димки её, как и у меня, нет совершенно, но не по идейным причинам, а тупо из-за его загруженности. Остаётся какое-то другое дело, и тут с большой вероятностью звонил как раз таки наш обожаемый шеф. По внешним признакам это должна быть какая-нибудь тайна – и в первую очередь от меня. Но они считают, что так смогут оставить меня в неведении.

  Эх, Дима, Дима, знал бы ты, сколько информации дали мне всего лишь две твои фразы... Впрочем, не стоит исключать и первую мою гипотезу. И если правдива она, то подозрения насчёт Колесова прямо сейчас беспочвенны. Что ж, может быть, я и вправду куда-то не в своё лезу..."

  Шитов провёл в задумчивости пальцами по подбородку и стал набрасывать в компьютере план допроса подозреваемого по последнему делу, которое оставалось у него в разработке. Все остальные за этот месяц находились уже в прокуратуре или в суде (то, по которому Георгий вчера написал обвинительное заключение, как раз повёз в прокуратуру один из младших сотрудников) – а значит, скоро должно было туда отправиться и это.

  С планом закончил примерно через полчаса. Сохранил в запароленную папку и расслабился в кресле. Посидел пару секунд, потянулся до хруста, немного отъехал на сиденье от стола и, как Колесов вчерашним вечером, принялся крутиться на месте.

  Работать сегодня отчего-то не хотелось. То ли дело казалось слишком уж обыденным и скучным – трёхдневной давности убийство с ограблением на окраине района, то ли по какой-то другой причине. Скорее всего, из-за вчерашнего случая на Лебедева...

  Георгий даже не заметил, как переключился в мыслях на Хремгира, которого оставил на время своего длинного рабочего дня в квартире, строго-настрого предупредив (в том числе и жестами), чтобы ничего не трогал. Еду, если что, следователь выложил на кухонный стол, а чтобы вчерашнему потерпевшему не умереть от жажды, поставил туда же термос с чаем и бутылку воды.

  Исключением в плане «не трогать» стал лишь телевизор – тоже старенький, как и всё в квартире, – с подключённым DVD-плеером и кучей лежащих сверху коробок с дисками, которые в эти годы также уже начали выходить из употребления. На бумажке Георгий нарисовал подробную инструкцию, как пользоваться плеером, да и Хремгир произвёл на него впечатление понятливого человека, так что проблем тут возникнуть не должно. Ну, кроме как с тем, что «попаданец» ни слова не поймёт в фильмах, которые достались Шитову от родителей по наследству вместе с квартирой.

  «Ничего, за несколько дней немного освоится, а там и слова, возможно, начнёт основные улавливать... – подумал тот и вдруг хлопнул себя рукой по лбу: – Вспомнил! Мне же Никита инфу должен был по тем троим гопникам скинуть! Перед выходом забыл проверить...»

  Так как вчера они с Хремгиром засиделись перед ноутбуком допоздна, будильник айфона Георгий хотел поставить на четверть часа позже обычного, но подумал, что попаданцу надо будет дать перед уходом ту самую новую порцию инструкций и объяснить, чтобы сутки не ждал, – и со вздохом оставил в программе привычные восемь утра. Пока всякие утренние дела (в том числе причёску привести к обычному виду), пока завтрак, пока Хремгир на кухню подтянулся, пока сеанс просвещения, – прошло уже столько времени, что оставалось только на дорогу, и то – быстрым шагом. Так что Шитов перешагнул порог Комитета чуть запыхавшимся, но, главное, вовремя – за две минуты до начала рабочего дня – и с победоносным видом направился к своему кабинету, думая о том, что опять уел этого долдона Гречко...

  «И чего я про него опять вспомнил?.. Вроде же нормально всё было...» – с лёгким неудовольствием заметил про себя следователь, зашёл с компьютера в браузер и проверил мессенджер и почту.

  В переписке действительно висело непрочитанное сообщение от опера, отправленное тем в полтретьего ночи. Никита оповещал о том, что по двоим парням информацию нашёл в лучшем виде и уже скинул на электронный ящик. А вот по девушке в базе оказалось пусто.

  "Понятно всё. Не привлекалась ранее. А тут что-то произошло, и два чела с района как-то заманили её к себе в компанию... или она сама к ним прибилась – опять же из-за того, что у неё случилось... возможно, финансовые или семейные трудности или всё вместе... Или однажды чуть не стала жертвой и либо дала им отпор, либо уговорила сжалиться... в этом случае у неё должно было быть что-то, чем она смогла их заинтересовать... хотя девушке всегда есть чем привлечь двух молодых резких парней... или всё-таки это что-то другое? Хм, тогда что? Вот тут как-то даже не знаю...

  А с теми двоими ясно, что делать. По закону грузить их я не могу – и по своей специальности, и потому, что нет заявления. Значит, лучший выход – предложить сделку. Они возвращают Хремгиру меч – а я, в свою очередь, забываю про их неблаговидный поступок. По-моему, честно. Итак, кто у нас тут?.."

  Георгий нашёл во входящих письмо от Никиты и открыл вложенный документ с данными.

  Там было всё. Фамилия, имя и отчество каждого из двоих, дата рождения, адрес прописки, фото, вся преступная биография, а главное – номера, по которым можно связаться. В две колонки: слева – про одного, справа – про другого.

  Ради интереса Георгий пролистал файл до конца, уясняя основные моменты, затем отмотал на начало и задумался, глядя на лица молодых преступников, чтобы лучше запомнить и узнать при встрече.

  Игорь Плотников. Кличка – Плотный. Двадцать лет. На снимке – длинные немытые русые волосы, взгляд с каким-то юношеским вызовом (возможно, наигранным), плотно сжатые тонкие губы. Привлекался четыре года назад за хулиганство, отсидел в камере трое суток, после чего отпущен по урегулировании вопроса пришедшими к тому времени в отдел родителями. Адрес – улица Академика Лебедева... тот самый дом, во дворе которого они втроём молотили Хремгира, квартира... Номер для связи...

  Роман Лысенко. Кличка – Лысый. Двадцать один год. Бритая голова, взгляд исподлобья, с затаённой угрозой и без страха. Привлекался тоже один раз и тогда же, отпущен вместе с Плотниковым. Место прописки – Минеральная, дом такой-то, квартира такая-то... Номер...

  «А, ну, в общем, как и предполагал, – обыкновенная районная шпана. Предложить им амнистию за тот эпизод – и меч отдадут на раз-два. Тем более какого рожна он вообще им сдался...»

  Георгий закрыл Интернет, набрал мобильный Плотникова и стал слушать длинные гудки.

  – Здравствуй, Игорь. Говорит следователь районного СК – Шитов моя фамилия. Ты и твои друзья вчера вечером поступили некрасиво, отобрав у одного человека очень важную для него вещь. Так вот, я хотел бы завтра встретиться с вами и получить её для него обратно. Взамен обещаю, что не сдам вас троих дознавателям в РОВД. А моё слово, поверь, стоит дороже даже, чем та вещь, из-за которой всё и произошло. Можешь пока подумать и посоветоваться с Ромой и ещё одной вашей спутницей. Жду ответа до девяти утра завтра – с назначенными местом и временем встречи. Не будет звонка – у меня есть к кому обратиться. Всё, пока.

  Точно такой же односторонний разговор произошёл и с Лысенко, молчавшим, как и Плотников, не то от потрясения, не то от испуга. А может быть, и от того, и от другого.

  Георгий убрал айфон, взглянул на лежащее перед ним на столе уголовное дело и вслух сказал:

  – А теперь, наверное, время и поработать.

  * * *

  Наталья подождала, пока за сегодняшним утренним «клиентом» пятнадцати лет от роду закроется дверь, и лишь тогда позволила себе тяжело выдохнуть и запрокинуть голову назад, уставившись в белый потолок кабинета.

  Как же её достала эта служба. Зачем она только пошла в эту полицию? Могла бы выучиться на бухгалтера или менеджера, стать чьей-нибудь секретаршей или к примеру, кассиршей в банке... Впрочем, и на любом из тех мест – да и, возможно, на каком угодно другом – она бы в свои двадцать восемь взвыла от тоски и однообразия.

  Считать чужие деньги, читать чужие письма, пытаться перевоспитать чужих детей-отморозков – не всё ли равно, чем гробить свою личность и на что тратить далеко не безграничные жизненные силы? Ведь всё здесь чужое. Нет в этом мире ничего, что Наталья могла бы назвать по праву своим и неотъемлемым.

  Муж? Так он практически сам по себе, дома с ним встречаешься разве что по ночам, да и то – без особого интереса.

  Квартира? Да ну. Не живи там она сама и не пропишись супруг – принадлежала бы жилплощадь кому-нибудь ещё. Так что нет.

  Было лишь отражение, да и оно пропало... Хотя...

  – Стоп, – негромко сказала себе вслух Наталья.

  У неё же теперь есть ветер! И пусть она пока не может сделать с его помощью что-либо полезное – главное, что серая жизнь заиграла-таки некоторым глянцем! Плевать на то, что сама Наталья пока не знает, как же на самом деле всё это произошло и может ли случиться ещё что-нибудь необычное в будущем, – её скучное обыденное существование уже начало меняться! А в какую именно сторону, можно будет узнать позже – и выбрать, что же для неё самой важнее...

  На столе резко звякнул телефон и вывел Наталью из раздумий.

  – Что там ещё?.. – пробормотала она, заметила горящий огонёк внутреннего вызова и подняла трубку (сотрудникам её уровня, по всей видимости, не полагался современный аппарат с гарнитурой). – Рудакова. Слушаю.

  – Наталья? Быстро ко мне! – раздался голос начальника отдела – полковника Листьева. – Чтоб через пять секунд была у меня в кабинете! Всё!

  И послышались короткие гудки.

  Наталья вздохнула, встала из-за стола и, предчувствуя что-то недоброе, направилась к двери. Лучше было не злить начальство и не заставлять его ждать – так обычно можно было выйти из ситуации с наименьшими потерями.

  Но почему её так грубо вызвали «на ковёр»? Она вроде не совершала ничего, что могло бы стать причиной для этого... да и по службе особых нареканий тоже нет... Тогда что?

  Быстро стуча каблуками сапожек по полу коридора, Наталья ощущала внутри какой-то неприятный холодок, всегда возникавший в ней в таких вот случаях. Это был страх неизвестности – самый сильный из всех, какие она знала.

  Дошла до кабинета начальника, на автомате поправила причёску, неуверенно постучала (в отделы полиции ещё не добралась комитетская фишка со звонком и лампочкой). Услышала приглушённое материалом двери гневное «Да!» – собралась с духом и вошла внутрь.

  – Товарищ полковник... – сказала с порога, но шеф прервал её жестом и так же пригласил подойти к нему.

  Наталья сделала несколько осторожных шагов в направлении стола, за которым сидел перед компьютером Листьев.

  – Что случилось? – стараясь скрыть дрожь в голосе, спросила она.

  – Ответь мне, – по тону полковника нельзя было понять, что сейчас внутри него происходило, – что означает вот всё это?

  Он развернул монитор к Наталье и выжидательно посмотрел на неё.

  А сама инспектор в это время поражённо уставилась на экран, где было такое, по сравнению с чем потеря отражения в зеркале казалась цветочками.

  Это была выложенная на YouDube запись с автомобильного видеорегистратора, сделанная, судя по дате и времени в углу картинки, этим утром, не далее как пару часов назад. И счётчик на странице показывал, что её уже просмотрело около пяти тысяч человек.

  А на записи было чётко видно, как справа от едущего впереди грузовика, не отставая от него, бежала обнажённая женская фигура – бледная и даже полупрозрачная в тусклом утреннем свете, но с яркими и красивыми рыжими волосами. На двоих других, прицепившихся к машине с левого борта, Наталья внимания почти не обратила.

  А когда грузовик резко притормозил и женщина затем запрыгнула на его крышу, Рудакова с изумлением узнала в ней саму себя!

  Понятно, почему Листьев так завёлся... Но это не может быть она! Она впервые видит эту машину и те нечёткие фигуры слева, у которых даже лиц невозможно разглядеть! Она же в это время находилась на пути в отдел!..

  – Ну? – поторопил Наталью полковник. – И как ты это прокомментируешь? Понравилось хоть щеголять своей натурой на всеобщем обозрении?

  – Это не я... – растерянно пробормотала она в ответ. – Меня вообще там не было! Я... я на службу шла, понятно?.. Спросите у дежурного, когда я сегодня в отделе появилась! Я бы просто не успела... Да и бежать со скоростью грузовика я не умею...

  – Спрошу, обязательно спрошу, – сказал Листьев и повернул монитор обратно к себе. – Кто тебя знает, как ты там бегать можешь... Да только дело не в этом. Пока никто, конечно, не знает, что та женщина выглядит точь-в-точь как ты. Но если этим видео случайно заинтересуется моё начальство, то проблемы будут у меня! А мне придётся их обеспечить тебе! Вплоть до увольнения – за действия, позорящие честь мундира! Понимаешь ты это или нет?!

  – Понимаю... Но это и правда не я...

  – Что, эта чуть покрасивше будет? – нервно хохотнул полковник. – Если об этом узнают в главке или кто-нибудь в Сети свяжет то видео с тобой, – тогда жди беды. Уволишься по собственному желанию! И плевать на то, есть оно у тебя или нет. В конце концов, для тебя, может, так даже лучше будет...

  Наталья промолчала. Она действительно понимала мотивацию Листьева, не желающего из-за нелепой случайности потерять место, которое он зарабатывал не один год, и пенсию от МВД, до которой не дослужил всего ничего, – и поэтому не обиделась. А в мыслях даже согласилась с ним – особенно насчёт последнего...

  Одного она только не понимала: почему неизвестному водителю на регистратор попалась её... копия? Что это значит? Что же это может быть?..

  В голове Натальи забрезжил лучик приходящего осознания, но именно в этот миг Листьев хлопнул ладонью по столу и сказал:

  – Всё. Можешь идти работать. Но имей в виду... Впрочем, ты уже всё сама знаешь. Иди.

  Наталья механически развернулась и вышла из кабинета.

  Возвращаясь к себе, она неожиданно подумала: «А как начальнику попалась на глаза эта запись? С чего бы это он в рабочее время сидел в Интернете? Или ему прислали ссылку? Если так, то кто? Из отдела или?..»

  * * *

  – Алё, Лысый, тут такое!.. Мне следак какой-то звонил, сказал меч вернуть тому кренделю, у которого мы его... ну это...

  – Мне тоже звонил. Одного не пойму: с какого... он так за того типа впрягся? Тот ему кто? Они вообще знакомы?..

  – Так чё делать будем? По второму кругу в камеру мне как-то неохота...

  – Думаешь, мне охота? Тут без вариантов... Меч у тебя?

  – Спрятал я его. В надёжном месте...

  – Ну Гарик, ё... Какие могут, на три буквы, быть надёжные места? А вдруг его оттуда ещё какой-нибудь бомж слямзит – и привет?..

  – Да ладно тебе! В подвале одном спрятал: воткнул на всю длину в пол в углу и хламом каким-то закидал. Если не искать специально, ни за что не найти!

  – Плотный, на каждую гайку, как известно... Слушай, а чё нам Герка не трезвонит? Ей этот следак не набирал, что ли?..

  – Может, нас двоих он ещё пробил по своей базе, а вот Пейджер к нам недавно прибилась, и поэтому, наверно, её там нет... Но блин, через нас на неё выйти – раз плюнуть...

  – Звони ей. Вместе порешаем, чё, кого и куда. Эх, чую, заваривается чё-то, и мы в этом будем замешаны по самое...

  * * *

  – Здорово. Докладываю: обнаружить сам объект не удалось, но его местоположение локализовано. Подвал одного дома на Чугунной. Также я взял на заметку одного из жильцов того дома, – когда он проходил мимо меня, прибор завибрировал чуть сильнее; на нём, получается, тоже откуда-то остаточный заряд магии – примерно той же сигнатуры, что и от меча, но немного искажённой. Такой высокий и с красной стоячей причёской...

  – Мне кажется, я знаю, о ком ты говоришь. Что ещё? Что с теми троими?

  – Другие наши попробовали проследить их пути от точки «икс» до дома, но заряд, похоже, оказался не очень сильным. Их следы расплываются и перестают быть достаточно чёткими метрах в двухстах от того места. Люди находятся в точках потери следа, у того дома и на полпути от него до каждой из трёх точек. Мы надеемся засечь кого-нибудь из троицы, когда этот человек направится к месту нахождения объекта...

  – Сегодня можете не париться. Если те гопники, как самые обычные люди, встретились с действием артефакта впервые и случайно, то один день минимум они будут сидеть по домам и осмысливать произошедшее. А вот завтра их уже станет теоретически возможно обнаружить на улице – по пути к тому подвалу... Проследите за ними – и накроете всех разом с объектом в придачу. Ну не мне объяснять тебе, что и как делать.

  – Ещё я заметил утром другого наблюдателя около того дома. Он был в сером и так же, как и я, старался не привлекать внимания. Сразу после того, как я увидел его, он скрылся из поля зрения. Наверное, заметил, что я заметил его, а когда я отправился следом за тем «панком», пошёл за нами. Думаю, второму наблюдателю теперь тоже известно, что тот чел работает в...

  – Знаю-знаю, не продолжай. Теперь можете следить ещё и за ним, а через него выйти на тех, кто ведёт альтернативную слежку. А этот даже ничего не узнает...

  – Принял. До связи.

  Человек в чёрной куртке закрыл крышку смарт-часов, отслонился от каменной стены здания и направился по тротуару куда-то прочь, к одному ему ведомой позиции.

  Он выбрал для себя точку на местности, откуда легче всего будет контролировать агентов – и тех, за кем они следили во имя объединяющей их идеи.

  * * *

  – Привет, Пейджер. Не поверишь: нас с Ромычем нашли. Звонил какой-то комитетский следак, сказал... того... вернуть меч, если не хотим втроём на нары.

  – Втроём? Ах да, вы же сразу сдадите и меня, если вас накроют. Могла бы догадаться...

  – Да я не это имел в виду!.. Нам надо договориться между собой, где и когда с ним встречаемся! Есть время решать до девяти утра, потом – всё...

  – Думаю, вы там за меня уже всё решили и теперь ставите перед фактом...

  – Просто скажи, как голосуешь! Ты это... против или за?

  – А разве выбор не очевиден? За неимением лучшего – за. Сегодня, я считаю, нам однозначно лучше не показываться. Завтра можно будет назначить встречу – желательно там, где ты спрятал меч, чтобы не ходить с ним по городу и не выделяться. И пойти, похоже, придётся всем...

  – Я так и думал, Пейджер, что ты с нами заодно. Это... как его... спасибо тебе...

  – Да пошёл ты, Плотный. Вернём меч – и я сваливаю от вас. Меня достало ходить по краю пропасти, над которой вы с Лысым повисли и пытаетесь ловить то, что, как вам кажется, летает в воздухе. Я не такая, как вы. Но на встречу я приду, потому что моего присутствия тот следователь также может потребовать. Пока, Гарик. Желаю не попасться ещё на чём-либо.

  * * *

  Георгий стоял у окна и смотрел на неподвижный городской пейзаж, моргая немного уставшими от работы с бумагами глазами.

  Было два часа дня с минутами. Дежурство заканчивалось почти через девятнадцать часов. Если за это время в районе ничего не случится, то можно будет прочитать пару книжек и ещё выспаться на диванчике в углу помещения. Или продвинуться в раскрытии того дела, на которое он сегодня уже убил несколько часов рабочего времени...

  После ухода Димы Георгий вызвал свидетелей на повторный допрос и подозреваемого на очную ставку. Показания, в общем-то, подтверждались уликами, но в картине событий недоставало некоторых деталей, которые вполне могли оказаться ключевыми и подтвердить или опровергнуть предполагаемую вину задержанного...

  Свидетели рассказали всё то же самое, что и в прошлый раз, – ну, может, вспомнили кое-что забытое из-за временного потрясения. А вот подозреваемого расколоть не удалось. Как Георгий ни присматривался к нему, – не смог точно уяснить для себя, каков этот человек внутри...

  Может, обыск ещё где-нибудь, кроме его квартиры, провести?..

  Ничего, будет время подумать над проблемой. Вагон и маленькая тележка.

  Шитов потёр глаза, отошёл от окна и направился в угол кабинета. Плюхнулся на диван, включил айфон и открыл на нём одну из скачанных недавно книжек...

  На столе зазвонил телефон. Внутренний вызов – Георгий специально поставил на рингтон для звонков дежурного на входе «тему судьбы» Бетховена в высокой октаве, чтобы почти физически ощущать, когда в его жизнь стучится что-то новое, страшное и нераскрытое...

  В один миг следователь подлетел к рабочему месту и нацепил гарнитуру.

  – Шитов. Что там?..

  – Жора, на выезд. У нас труп на Минеральной. По виду – убийство. Группа уже в пути.

  – Еду.

  Бросившись к выходу в коридор и схватив с вешалки пальто, Георгий почему-то вновь подумал о Хремгире. Всё же как он там, у него в квартире? Не полез ли куда-нибудь, куда не просили?.. Хотя вроде не должен...

  Похоже, спокойное дежурство накрылось известным предметом. Будет очередной повод размять мозги... и вступить в новый бой с криминальной изнанкой Питера.