Текст книги "Город Бессмертных. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Даниэль Дессан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 34 страниц)

– Не смею даже мечтать, – буркнул под нос Далахар. – Для нормального путешественника, отсюда в Делор было бы дня на два пути, но я не удивлюсь, если мы там окажемся уже к вечеру.

– Я тебя за собой не звала, – заметила Лисси.

– Кто ж знал, что ты начнешь прыгать по склону, как горная коза? Я-то так не могу!

– Это точно! – девушка кинула оценивающий взгляд на Далахара. – Горный козел из тебя не выходит. Ты едва шевелишься. Точно жирный, разожравшийся сурок. Идешь медленно, и с чувством собственной важности. – Лисси перепрыгнула через овраг шагов в пять-шесть шириной. – Извини, но я тороплюсь… Руку! – воскликнула она, поняв, что северянин не набрал достаточно скорости, чтобы повторить ее прыжок.

– Спасибо!

– Не за что. – Девушка смотрела на Далахара ровно столько, сколько требовалось, чтобы понять, что он более-менее обрел равновесие, и не собирается падать спиной в этот самый овраг. – Навязался на мою голову…

– Все равно я принесу пользу, – миролюбиво возразил северянин. – Вот увидишь!

– Хочу в это верить, – скептически хмыкнула Лисси. – Пока от тебя одни сложности. Меньше болтай и сосредоточься на дороге. Если ты вдруг упадешь и переломаешь ноги, я оставлю тебя здесь, так и знай.

– Где же твое милосердие? – в шутливом укоре спросил Далахар, и осекся, когда девушка посмотрела на него без тени улыбки:

– Осталось в той долине. Навсегда.

– Она ушла, – в сотый раз повторил Тангор, констатируя очевидный факт и всматриваясь вдаль.

Необычайно острое зрение подгорного гнома позволяло ему различать руны за сотню шагов, а человека на плоскогорье он мог заметить лиг за двадцать. Увы, они ехали уже второй час, но всюду, куда хватало взгляда, были только камни, поросшие травой, остатки древнего тракта, выстроенного трудолюбивым народом в незапамятные времена.

– Мы сможем ее догнать! – Эллагир потрепал по гриве своего коня. – Она ушла пешком.

– Возможно, – медленно проговорила Альрин, – она не хочет, чтобы ее догоняли. Возможно, нам следует приблизиться к ней, но оставаться на расстоянии…

– Так и поступим, – хмыкнул Тангор. – Если мне не изменяет зрение и чутье, вскоре будет довольно крутой спуск, на лошадях там не разгонишься, если вообще пройдешь.

Вскоре спутники подъехали к крутому каменистому склону, который ранее легко преодолела Лисси и – с проклятьями на всех известных ему языках – Далахар. Гном присвистнул:

– Вот это да! Не думаю, что наши кони справятся с таким испытанием.

Фаэль покосился на него и насмешливо фыркнул.

– Ты-то может и пройдешь, красавец, но не забывай, что с нами есть и простая лошадка, – пробормотал Эллагир, спешиваясь, по примеру остальных. – Ты сможешь о ней позаботиться?

Конь цвета ночи ткнулся носом ему в плечо, осторожно подошел к краю склона… и шагнул вперед. Следом двинулась Ромашка, а замыкала маленькую кавалькаду снежно-белая кобыла Альрин. Люди, забыв, что им тоже надо бы приступать к спуску, невольно залюбовались на слаженные движения лошадей.

– Эх! – крякнул Тангор, и ловко запрыгал по камням вниз. – Не вздумайте делать также! – предостерег он магов, остановившись на очередном валуне. – Шагайте аккуратно. Возьмите сначала влево, затем обогните вон тот обломок скалы, похожий на орочью голову, потом можно съехать по осыпи на десяток шагов вниз, снова немного влево, и попадете сюда, – гном притопнул ногой. – И не стесняйтесь помогать себе руками!

– Когда ты успел наметить дорогу? – удивленно спросил сверху Эллагир. – Ты же прыгал по склону, как мяч!

– А, – гном ухмыльнулся. – Вам, жителям равнинных городов, не понять. Я родился в подгорном мире, меня не напугать такой вот обстановкой. – Он обвел рукой вокруг себя. – Двигайте уже!

– Легко сказать, – проговорила Альрин, осторожно переступая с одной ноги на другую и цепляясь за какой-то чахлый кустик, выросший в расщелине между камней.

– Давай-давай, – подзадорил ее Тангор. – Если что, тут и падать невысоко, в общем-то. На осыпи будь повнимательнее. Не пропусти момент, когда надо затормозить.

Девушка молча кивнула, готовясь сделать следующий шаг.

– Интересно, как наши кони выбирают себе дорогу, – заметил Эллагир. – У них ведь нет советчика-гнома.

Он кинул взгляд на лошадей, которые медленно, но верно продолжали спуск, двигаясь замысловатым зигзагом, но не испытывая видимых затруднений. Фаэль по-прежнему шел впереди.

– Животные лучше разбираются в таких вещах, чем гномы, или, тем более, люди, – философски ответил Тангор. – Но я бы не слишком расстраивался из-за этого. Ящерица взберется по скале, которая нам покажется гладкой, как зеркало. А мухи вовсе по потолку могут ползать, вот уж совершенство!

Альрин расхохоталась, и чуть не упала на мелких сыпучих камешках, скользящих под ногами. К счастью, она была уже рядом с гномом, который успел поймать ее за локоть.

– Говорил же, повнимательнее, – с укоризной вздохнул он, втаскивая девушку на валун.

– Я учту, – коротко ответила чародейка, унимая дрожь в ногах.

– Жди здесь Эллагира, а я посмотрю, как мы двинемся дальше, – предложил Тангор, спрыгнул с камня и продолжил спуск с прежней пугающей скоростью.

Солнце уже начало уходить за горизонт, когда друзья, наконец, преодолели склон и вышли к очередной лесистой долине. Голубой лентой горной реки она была разделена на две неравные части. На берегу, на небольшом возвышении чародеи обнаружили гладкий обелиск из серого камня. Очевидно, что он был создан чьими-то руками, а не природой, но никаких надписей не имел.

Луговина перед лесом была устлана ковром цветов самых разных оттенков. Чародейка узнала несколько трав, что росли в университетском саду, где она часто любила гулять. Воздух был наполнен смесью умопомрачительных ароматов, сладких и пряных, свежих и теплых. Казалось, друзья каким-то чудом попали в Иллереммин, дивную страну лесных эльфов, где бывали единицы, но о красоте которой ходили легенды.

– Какое сказочное место, – восхищенно заметила Альрин, оглядываясь по сторонам. – Как думаешь, Эл, в этой речке можно искупаться?

– Почему бы и нет, – пожала плечами тот. – С удовольствием смою грязь. Уважаемый гном, а ты как смотришь на такую возможность?

– Еще чего не хватало, – проворчал Тангор. – Если вам так приспичило, давайте, купайтесь, только недолго. Я посторожу одежду и лошадей.

– Чего только не придумают некоторые, чтобы не мыться, – усмехнулся Эллагир. – Да разве таких лошадей надо сторожить? И кто, интересно, может украсть здесь наши поношенные плащи

– Ну… – гном прищурился. – Например, он!

Маги, как по команде, резко обернулись в указанном направлении. В полулиге от них, на краю леса, маячила одинокая фигура в темном плаще с капюшоном.

– Это еще кто? – пробормотал Эллагир удивленно. – И что он здесь делает?

– Достойный вопрос, – хмыкнула чародейка.

Желание искупаться вдруг куда-то пропало.

– Позовем его? – маг старался разглядеть незнакомца более детально, но тщетно.

– Или ее, – пожала плечами Альрин. – Я не могу отсюда различить черты лица этого… странника…

– Это потому, что у него нет лица, – каким-то чужим голосом хрипло проговорил Тангор. – Я прекрасно вижу отсюда складки капюшона, и то, что под ним… точнее, чего под ним нет. Выглядит жутковато, – он нервно хохотнул.

– Kalle kanni Bethan! – прошептала Альрин формулу, позволяющую увидеть следы заклинаний, и удивленно выдохнула:

– Ничего! Что бы это ни было, это – не магия!

Фигура в плаще задрожала и вдруг исчезла, просто растворившись в воздухе.

– То есть вы, ребята, хотите сказать, – язвительно начал Тангор, – что этот незнакомец в плаще исчез не из-за чьих-нибудь чар, а… естественным образом?

Эллагир молча развел руками.

– Большего бреда в жизни не слыхивал! – припечатал гном. – Да виданное ли дело, чтобы…

– Сзади!!! – отчаянно выкрикнула Альрин.

Тангор обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как еще одна внезапно возникшая фигура в плаще с капюшоном, на этот раз – всего в полусотне шагов, натягивает тетиву лука. Эллагир скользнул вперед и оказался между незнакомцем и гномом, закрыв того собственной спиной.

– Valtirayassa Skaladhar!

Полупрозрачный светло-голубой купол сразу же накрыл трех друзей. Одновременно с этим воин в плаще выстрелил, целясь в чародея.

Всякому магу ведома судьба собственного заклинания. Эта нехитрая истина объясняется вновь поступившим на факультет магии в Визенгерне чуть ли не на следующий день после начала обучения. Стрела только начала свой полет, а Эллагир уже знал, настолько твердо, насколько вообще возможно что-то знать наверняка, что его магический Щит не задержит ее ни на мгновение.

Мыслью он метнулся в сторону, спасаясь от смерти на острие наконечника. Но за спиной оставался Тангор, а у чародея не было той лишней секунды, за которую можно было бы удостовериться, что гном тоже ушел с траектории полета.

“По-дурацки все получилось”, – подумалось ему вдруг.

Альрин снова вскрикнула, увидев, как стрела незнакомца миновала магический Щит безо всяких затруднений.

Эллагир остался стоять на месте, по-прежнему закрывая Тангора своим телом. Стрела прошла сквозь него и продолжила полет, не отклонившись ни на дюйм.

– Это что… это была иллюзия? – хрипло выдохнула Альрин, когда вновь обрела способность говорить.

Маг, тщетно пытаясь успокоить дрожь в руках, слабо кивнул головой:

– Похоже на то… Даже выругаться сил нет!

С этими словами он осел на траву: пережитое потрясение оказалось слишком велико. Девушка крепко обняла его, согревая своим теплом, и тихонько прошептала:

– Yerrha equillia!

– Спасибо, так намного лучше, – с признательностью отозвался Эллагир, целуя руки любимой. – Я просто немного испугался, когда понял, что Щит ее не остановит…

– Но ты должен был знать это с самого начала! – голос Альрин снова дрогнул. – Какого ж рожна ты стоял, точно каменный?!

– Это из-за меня, – проговорил Тангор. – Он побоялся, что я не успею уклониться. Нечасто так бывало, чтобы меня были готовы защитить ценой собственной жизни. Если точнее, это был второй раз, за все мои годы. – Сказав это, гном поклонился, коснувшись бородой земли.

– Пустое, друг, – пожал плечами чародей. – Ты бы разве ушел, будь за твоей спиной я?

– Но то – я, – бесхитростно ответил Тангор. – А для людей, да еще и магов, это не слишком обычно…

– С ума сойти, сколько комплиментов в одной фразе, – от души расхохотался Эллагир.

Тангор, который и сам уже понял, что ляпнул что-то не то, в смущении отчаянно затеребил многострадальную бороду и снова поклонился:

– Надеюсь, мне предоставится случай поступить так же ради тебя.

– А я надеюсь, что не предоставится, – чародей поднялся. – Еще не хватало, чтобы в нас стреляли по дюжине раз на дню! Вы посмотрите, а? – он обвел рукой луговину.

Загадочных фигур, закутанных в плащи, прибавилось: в сумерках маячило уже с десяток плохо различимых силуэтов. Долина наполнилась множеством шорохов и звуков. Путникам чудились приглушенные крики, доносившиеся словно издалека лязг железа, звон оружия, стоны и плач. Поднявшийся ветер принес с собой холод горных вершин, и друзья в считанные минуты замерзли, хоть и завернулись в плащи с ног до головы.

Вдруг, луна, наконец, вышла из-за облаков и залила долину ровным серебряным светом. Даже Тангор не смог сдержать возглас восторга: зрелище было непередаваемо красивым. Голубые, будто покрытые алмазной пылью, верхушки елей отражались в черной глади реки. Ковер трав был усыпан ночными цветами всех оттенков, от нежно-бирюзового до темно-фиолетового. Призрачные, чуть мерцающие в лунном свете силуэты воинов создавали ощущение, что это все – дивный сон.

Но, пополам с восхищением, друзья вдруг почувствовали огромную печаль. Она завладела ими без остатка, заставив вспомнить все, что было грустного в жизни. Это чувство было так велико, что даже разговаривать не хотелось. У Альрин в глазах застыли жемчужины слез: она вспоминала Эннареона. Маг тщетно пытался совладать с эмоциями и проглотить ком в горле.

– Попробуйте доказать мне, – предательски срывающимся голосом проговорил гном, – что это – тоже не магия.

– Я не знаю, – всхлипнула чародейка. – Я ничего уже не знаю…

– Смотрите, смотрите! – воскликнул вдруг Эллагир, указывая на холм с обелиском.

Тот просто сиял серебром, бросая вокруг причудливые тени. Не сговариваясь, друзья бросились к нему. Тангор, самый зоркий из них, еще издали заметил руны на камне, который днем был абсолютно гладким.

– Dael va Keirhalihir, – прочитала Альрин вслух, подбежав поближе. – Illavathan di naarh aer thi'assaeivaedh.

– Дол Киралиир, – машинально перевел потрясенный маг. – Место великой битвы и великой скорби.

– Киралиир, конечно же! – выдохнул гном. – Вот почему мне это место так знакомо…

– Ты уже бывал здесь? – спросила его чародейка. – Что тут произошло?

– Бой, – просто ответил Тангор. – Некогда здесь в смертельной схватке сошлись три воинства, – он обвел рукой долину. – Армия, ведомая Синнареаром, билась против полчищ орков. Немногим более десяти тысяч эльфов и пять тысяч гномов схлестнулись с четвертьмиллионной ордой Ойтхаша.

– Как же они победили?!

– Они не победили… – горько вздохнул Тангор. – У эльфов в живых осталось семеро, у гномов – четыре. Но темное войско тоже было разбито! Подлые твари оказались в смятении. Их победоносное шествие по землям мирных народов завершилось здесь, в Киралиир. Остатки орков убрались в свои норы.

– Наверное, этот Синнареар – великий полководец, – задумчиво проговорила Альрин.

– Да. – Тангор склонил голову. – Без сомнения. Увы, ему не посчастливилось уйти живым с поля боя. А из его девяти помощников выжил только один. – Гном грустно усмехнулся. – Вчера он погиб в таком же безнадежном бою, один против полутысячи. У Троара, видимо, такое чувство юмора…

– Эннареон был здесь?! – удивленно вскричал чародей. – Так он уже тогда воевал?

Тангор кинул на него язвительный взгляд:

– Догадливый!

– Так значит, эти странные наваждения – души погибших воинов, не нашедшие покоя… – задумчиво проговорила Альрин, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Среди выживших в той битве, к слову, был Кантад. Вот почему он назначил нашего эльфа командующим армией Румхира перед смертью. Он уже сражался под началом Эннареона, – пояснил Тангор.

Повисло тягостное молчание: все вспоминали эльфа, который пал, защищая их.

– Надо отсюда уйти, – наконец, тихо вздохнула чародейка. – При лунном свете можно продолжить путь, на отдых остановимся ближе к утру. Мы здесь совершенно чужие… слишком живые для этого места.

Уход из долины больше напоминал бегство. То и дело оглядываясь, будто ночные воры, спутники углубились в редколесье. Как только Дол Киралиир скрылся из виду, все с облегчением выдохнули: неизбывная печаль и тоска уступили место обычной усталости, а это ощущение было весьма знакомым.

Лагерь разбивать не стали: сил собирать хворост и разводить огонь попросту не осталось. Улегшись прямо в плаще на ковер из сосновых иголок, Альрин успела подумать, что они не условились, кто останется на страже. Но это была последняя мысль: крепкий сон сморил чародейку.

Делор открылся взгляду Лисси неожиданно, когда та взошла на очередную седловину, поросшую мелколесьем. В ярком солнечном свете девушка рассмотрела несколько башен, довольно изящной формы, и пару домов, возвышавшихся над остальными.

“Должно быть, ратуша, – безразлично подумала она. – Или, может, городской суд”…

– Ратуша, – указал Далахар на одно из этих зданий, стоявшее почти в центре города. – А вон то, поодаль, – городской суд.

Лисси хмыкнула и начала спускаться вниз.

– Интересно, где может быть ваш… наниматель? В ратуше?

– Навряд ли, – покачал головой варвар. – Я пару раз видел бургомистра. Он не производит впечатления человека, отдающего приказы целому войску. По-моему, он и жене-то своей ничего приказать не может.

– Ты не умеешь разбираться в людях, – отмахнулась Лисси. – Вон и меня за воина не посчитал…

– Когда-нибудь я все равно смогу победить тебя, и всыпать, как следует, – серьезно заявил Далахар.

– Хорошо, что мы не враги. Не хотелось бы тебя убивать.

Варвар вспыхнул:

– Не думаю, что у тебя бы получилось!

Девушка остановилась и обернулась к нему в легком раздражении:

– В бою против меня ты – ничто. Можешь обижаться. Ты должен понять, что тебе необходимо долго и упорно тренироваться. Эннареон попросил в письме позаботиться о тебе. Считай, я так выполняю его просьбу.

– Чувство, словно я разговариваю с другим человеком, – проговорил Далахар задумчиво. Отчасти, чтобы сменить неприятную тему, а отчасти потому, что это действительно его удивляло. – Знаешь, ты ведь совсем не та девчонка, которую я видел всего пару дней назад в лагере, куда меня притащил эльф.

– О, ты такой проницательный, – саркастически усмехнулась Лисси, всматриваясь в густые заросли деревьев, обрамлявшие дорогу, а точнее то, что от нее осталось.

Несмотря на непосредственную близость города, древний тракт пребывал в совершенной негодности, и восстановлением его никто никогда не занимался.

“Не ходят они в эту сторону, что ли”, – мысленно пожала плечами девушка.

– Я серьезно, Лис, – северянин покачал головой. – Ты будто постарела на десять лет за одну ночь. У тебя появился другой взгляд, другой характер… более жесткий, холодный, что ли.

– Я постарела на целую жизнь, Далахар, – без тени улыбки, ответила та.

– Да, но какая Лисси настоящая? То юное и забавное создание, или же эта сильная и суровая женщина?

– “Настоящая…” “Другая…” – проворчала девушка, переступая через поваленный ствол дерева. – Тебя так тянет пофилософствовать? Что тебе за дело до моего характера и до перемен, которые с ним произошли? Зачем тебе это надо? Разве что, беспрестанно ворочая языком, ты каким-то образом помогаешь ногам легче шагать? Если так, то это – интересный навык, меня такому не обучали…

– Думаю, что это – все же маска, – не обращая внимания на ехидство, продолжил Далахар. – Да, ты отлично дерешься, но вот убить кого-нибудь, – это вряд ли. Потому что в душе ты – все та же девчонка, добрая и… нежная. Уверен, что я прав, – он усмехнулся. – Ты могла бы свободно прикончить меня, когда мы встретились, но ведь не сделала этого! Даже руку не сломала, хотя возможность была.

– Я искренне жалею об этом.

– Не стоит, – Далахар слегка смутился. – Я не в обиде на тебя за тот случай. Ты была вне себя, и…

– Я имею в виду, жалко, что не сломала, – пояснила девушка. – Было б тебе занятие – руку беречь, может не болтал без умолку.

Далахар открыл рот, чтобы съязвить в ответ, но не успел. Внезапно из-за кустов, шагах в двадцати впереди на тропинку, один за другим, вышли четыре крепко сложенных мужчины. Их одежда выдавала отнюдь не городской образ жизни: удобные рубахи из прочной ткани, не сковывающие движений, отделанные мехом, такие же штаны, подпоясанные, однако ж, чем придется, на ногах – сапоги из мягкой козлиной кожи. У каждого в правой руке был меч.

– За проход здесь надо платить, – возвестил тот, что оказался ближе всех.

Голос у него был высокий и противный, и совсем не вязавшийся с внушительным обликом.

– Доставайте монеты, голубки! – прибавил второй, усмехаясь.

Больше они ничего не успели сказать: Лисси, не замедляя шага, вклинилась в этот импровизированный отряд, и клинок, выкованный мастерами Румхира, с легким звоном покинул свои ножны. Девушка сделала всего пять движений рукой, мягко и стремительно перетекающих одно в другое. По одному на каждого разбойника, и последнее – стряхнуть кровь с меча.

Зелень ясеневой листвы окрасилась от алых, еще горячих, капель. Звук от четырех упавших тел слился в один.

Лисси, не оборачиваясь, вытерла на ходу лезвие об рукав и вложила меч обратно в ножны.

– Возможно, я немного менее добрая и нежная, чем ты отчего-то считаешь, – пожала плечами она.

– У тебя на щеке кровь, – осторожно проговорил оторопевший Далахар.

– Это не моя, – отмахнулась девушка. – Скажи мне лучше, сколько ворот в Делоре? Они охраняются?

– Двое. “Врата Закатной Песни” и “Врата Рассветного Ветра”, – северянин усмехнулся.

– Западные и восточные, стало быть. А что со стражей?

– Стража есть, – кивнул Далахар. – Они всегда страшно заняты – играют в кости.

– Однако, рисковать не станем, – заметила девушка. – Если прорываться с боем – это может спугнуть мою цель. Сделаем вот как: держи-ка!

Она сняла с себя меч и повесила Далахару на шею.

– Снимай пояс! Надеюсь, без него с тебя штаны не спадут?

– Что-о? – удивленно воскликнул северянин, поправляя ножны. – Это зачем?

– Не за тем, о чем ты подумал, – усмехнулась Лисси. – Но это тебе тоже понравится. Свяжи мне руки.

– Звучит неожиданно…

– Закрой рот и слушай, – бесцеремонно перебила его девушка. – Я – твоя рабыня, ты поймал меня где-то в горах окрест, а теперь ведешь к себе домой. Что, заманчиво? Главное – пройти караул.

– Понял, – с готовностью кивнул Далахар.

После непродолжительной возни с кожаным поясом, запястья девушки оказались надежно связаны.

– Смотри, – северянин бережно взял Лисси за руки. – Потянешь зубами в этом месте, и узел в мгновение распадется. Да не сейчас!

– Извини… Хотела проверить, как это работает. Отличный фокус, Далахар. Ты сам придумал этот узел, или научил кто?

– Да я вообще много чего умею, – неопределенно ответил тот. – Не шевелись, а то петля соскальзывает…

Через четверть часа они уже подходили к воротам города. Лисси шла с опущенной головой, всем своим видом выражая покорность. Но при этом, она внимательнейшим образом осматривала все вокруг, стараясь не упустить ни одной детали, которая потом может оказаться важной.

– Кто там с тобой, Далахар? – лениво поинтересовался стражник, стоящий на входе.

– Да вот, в горах поймал дикарку, – ответил тот, усмехаясь. – Будет с кем позабавиться ночью.

– Если она не из Делора, то я должен записать ее в книгу, – с сомнением проговорил страж. – Эй, девка! У тебя есть хоть какая-нибудь бумага, кто ты?

– Какая бумага, Вил? – Далахар в раздражении взмахнул рукой. – Ты башкой двинулся, что ли? Они ни писать, ни читать не умеют…

– Ну-у-у, – в нерешительности протянул тот, кого назвали Вилом. – Я бы мог пропустить ее и так, но от тебя ведь благодарности не дождешься… – Он выразительно похлопал по толстому животу.

– Будет тебе благодарность, – успокоил его северянин. – Дай я только до казармы-то дойду.

– Тогда договорились, – удовлетворенно кивнул стражник. – Так и запишем, мол, вернулся Далахар Стийр с женой.

Он расхохотался, и северянин присоединился к смеху.

– Скажешь тоже, “с женой!” – Он смачно шлепнул Лисси пониже спины. – Топай давай!

– Да, господин, – чуть слышно пробормотала девушка, шагая вперед.

– Ох, завидую я тебе, – ухмыльнулся Вил вслед. – Горячая она штучка, сразу видно!

За свое цирковое прошлое, Лисси повидала много мест. Крупные столицы сменялись небольшими провинциальными городками, и наоборот. Делор показался ей довольно красивым. Просторные улицы были вымощены розовым камнем. Дома, хоть и уступали визенгернским, все же выглядели весьма достойно.

Девушка обратила внимание на множество таверен и лавок с выпечкой и сладостями.

“Здесь не дураки вкусно покушать”, – подумала она, развязывая, наконец, руки и возвращая пояс законному владельцу.

– Найдем таверну побольше, с постоялым двором. Поговорим с людьми, – обрисовала Лисси незамысловатый план. – Наверняка ваш наниматель – важная фигура, простолюдину не под силу платить целой орде варваров. Такие обязательно становятся персонажами досужих рассказов за пинтой. Вон то местечко вполне подойдет, – она ткнула пальцем вперед.

Трактир, носивший название “Два брата”, встретил путников соблазнительными запахами вкусно приготовленной еды и шумом, производимым десятками посетителей.

“Отлично, – подумала девушка, озираясь. – Будет, кого порасспросить.”

Казалось, чуть ли не полгорода собралось в этой большой зале с закопченным потолком. Взгляд Лисси скользил по таверне, отмечая расположение дверей и окон, на всякий непредвиденный случай. Хозяин был явно мужиком рукастым: мебель, двери, оконные рамы – все было сделано из дуба и выглядело добротно, построенным на века.

Далахар тем временем договорился насчет комнаты, и подбежавший мальчишка лет десяти – сын трактирщика – предложил свою помощь в качестве провожатого.

– Спасибо, дружок, – потрепала его по голове Лисси. – Но думаю, мы и сами найдем дорогу.

– Могу поспорить на серебряную монету, что если и найдете, сударыня, то не сразу – озорно улыбнулся тот. – У отца три лестницы наверх, и каждая ведет в свою часть здания.

– Наша комната на третьем этаже, – заметил Далахар. – Если память мне не изменяет, она здесь одна такая.

– О! – на лице мальчишки отразилась целая гамма эмоций. – Господин снял самый роскошный номер для своей подруги? – он подмигнул.

– Самый роскошный номер? – нахмурилась Лисси. – Это что еще за новости?

– Я попросил комнату, где можно помыться, – пожал плечами северянин. – Наверняка тебе этого хочется. Какая-нибудь лохань с горячей водой…

– С лепестками роз, – ввернул сын трактирщика.

– Да хоть со шпинатом! – с притворной небрежностью ответил Далахар, устремляясь к одной из лестниц наверх.

– Третий этаж, – ворчливо проговорила Лисси. – А если потребуется бежать через окно? Спрыгнешь?

– Прорвусь через дверь, – в тон ей заявил северянин.

– Хотела б я посмотреть… – усмехнулась Лисси, входя в комнату. – Великий Создатель, что это?!

Раньше Лисси доводилось изредка бывать во дворцах и замках, когда Тагриз добивался права устроить представление для высокой знати. Комната, в которой она сейчас оказалась, выглядела лишь немногим беднее. Здесь в избытке была позолота, витражи и огромные зеркала, созданные мастерами-гномами в Дирхкаге, картины, написанные лучшими художниками Велленхэма и умопомрачительно мягкие ковры с длинным ворсом из самой Ксандры.

Взгляд девушки не нашел обещанной лохани с горячей водой, вместо этого он наткнулся на бассейн, выложенный мрамором. На поверхности его мерно колыхались тысячи розовых лепестков. Их благоухание восхитительным образом смешивалось с еще какими-то пряными ароматами. Посредине залы стояла огромных размеров кровать с красным бархатным балдахином, застеленная, по всей видимости, шелком.

– Вообще, единственное, чего я требовал, – это возможности искупаться. Наверное, трактирщик что-то не так понял, – пожал плечами Далахар. – Ну, еще я назвал тебя принцессой, когда он спросил, что это за прекрасная девушка со мной. Снова говорить, что ты – моя рабыня как-то не хотелось.

– Кстати, о “рабыне”, – Лисси подошла к северянину и посмотрела на него в упор. – Что это была за выходка там, у ворот?

– Какая еще выходка? – удивленно моргнул Далахар.

– Не увиливай. Обязательно было хватать меня за задницу?

– О…Ну, должен же я был усыпить бдительность стражника. По-моему, отлично сработало! Можешь меня ударить, если хочешь, – добавил он, увидев молнии в глазах Лисси.

– Хочу, – неожиданно ответила девушка и отвесила Далахару короткую, без замаха, оплеуху. – Так гораздо лучше, – удовлетворенно кивнула она, пару секунд изучая, как розовеет щека в месте удара.

Северянин тяжко вздохнул:

– Вот она, женская благодарность!

– Давай так, – Лисси шагнула в глубь комнаты, скидывая поношенный плащ. – Ты пока тут пожалуйся на судьбу, а я искупаюсь.

– Купайся на здоровье, – кивнул Далахар. – Я даже подглядывать не стану, хотя посмотреть-то есть на что.

Девушка резко развернулась и подошла почти вплотную к северянину. Тот попятился:

– Снова будешь бить?

– Что ты хочешь, Далахар? – тихо, глядя прямо в голубые выцветшие глаза спутника, спросила Лисси.

– Не понял…

– Все ты отлично понял! – на мгновение ей захотелось сорваться на крик, но в последний момент она взяла себя в руки. – Твои дурацкие поступки, твои шуточки… Ты пытаешься за мной приударить. Зачем?

– Потому что ты мне нравишься, – невозмутимо ответил северянин.

– Отлично! – Лисси всплеснула руками, отходя на шаг назад. – Ты забыл разве, что я принадлежу Эннареону? Мне показалось, что ты проникся к нему уважением… жаль, что я ошибалась.

– Не ошибалась. Ты действительно мне нравишься, и я не вижу здесь никакого преступления. Но я не позволю себе оскорбить память твоего эльфа попыткой вступить с тобой в близкие отношения.

– Тогда какого же рожна…

– Я просто пытаюсь вернуть тебя к нормальной жизни, – развел руками Далахар. – Заставить вспомнить, что вокруг – целый мир… Огромный, прекрасный мир! – убежденно повторил он. – Ты так твердо вознамерилась с ним расстаться, что мне больно на это смотреть. Уверен, Эннареон, где бы он ни был, тоже меньше всего на свете хотел бы для тебя такого конца. Он отдал жизнь не ради того, чтобы ты погибла в неравном бою со стражей в Делоре. Он хотел, чтобы ты жила, понимаешь? А я, – северянин вздохнул, – я всего лишь стараюсь отвлечь тебя от твоего мрачного плана. Наверное, плохо стараюсь… – он вздохнул еще раз.

– Спасибо тебе, – просто ответила Лисси, подходя и легко целуя его в щеку. – Мы могли бы стать отличными друзьями, Далахар. Но мое время на исходе… Я здесь уже лишняя. Эн ушел, и я последую за ним. Только и всего.

– Откуда такая уверенность, что после гибели ты снова его увидишь? – в отчаянии спросил Далахар.

– Ниоткуда, – пожала плечами девушка. – Но если есть хоть малейший шанс встретиться с ним в каком-нибудь другом мире, я попытаюсь. Отвернись, пожалуйста, я все-таки хочу выкупаться, прежде чем начать поиски вашего загадочного нанимателя.

Через полчаса немного отдохнувшая и посвежевшая Лисси, в сопровождении Далахара, спустилась в общую залу. Обеденное время подходило к концу, и людей в таверне стало ощутимо меньше.

– Меня зовут Ольве, я – сын трактирщика. Что вам принести, господа? – поклонился подбежавший мальчишка. – Изволите сытно отобедать или же легко перекусить перед дорогой?

– Мы еще не решили, – улыбнулась Лисси. – Скажи-ка, ты хорошо знаешь здешних жителей? Самых известных, важных и богатых людей города?

– Я знаю почти всех, – кивнул мальчишка. – У нас – лучший трактир, к нам за кушаньями даже из ратуши присылают!

– Расскажи нам про местную знать, – попросил Далахар.

– Значит так, – серьезно начал Ольве. – Самый важный – это городской голова. Он с женой живет прямо в ратуше, и главная его забота – появиться на праздниках урожая и нового года на площади. Он человек добрый, но глупый, как индюк, – мальчишка хихикнул. – На самом деле, как говорит отец, в городе правит его первый советник, Демир.

– Демир – не самый плохой правитель, – заметил северянин. – Город ухоженный…

– О да, он – очень хороший! – с жаром подтвердил Ольве. – Прошлой зимой Демир прыгнул с моста за маленькой дочкой мельника, когда та поскользнулась и упала в реку.

– Было такое, – кивнул Далахар.