Текст книги "Город Бессмертных. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Даниэль Дессан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц)

Внезапно дикий рев всколыхнул тишину луговины. Варвары, потрясая мечами, топорами и копьями ринулись в атаку. Каждый из них хотел первым достать эльфа.

Эннареон чуть ушел в сторону, пропуская копье, нацеленное ему в грудь, и ударил наискось, снизу вверх, рассекая доспех и все, что под ним находилось. Затем сразу же, не замедляя движения, выдернул меч, темный от крови, крутанулся с широким разворотом и снес голову второму варвару, замахнувшемуся топором. Переместившись на шаг вправо, размашистым ударом сверху разрубил третьего нападающего и сделал еще один поворот, достав кончиком клинка до горла очередного врага.

Каким-то чувством Эннареон понимал, что сейчас любой его удар окажется смертельным. Тычковым движением он вонзил клинок в глазницу следующему варвару.

Легкий поворот запястья, – и меч высвобожден вновь, чтобы и далее беспощадно разить врагов. Движения были настолько стремительны, что их невозможно было просчитать. Вся мощь эльфийского искусства боя, Раэннари, безмерно усиленная смертоносным заклятьем, обрушилась на варварское войско. И не было, не могло быть спасения от клинка в руке Эннареона, сверкавшего, как тысяча молний, как миллион солнечных бликов на поверхности моря.

Варвары падали один за другим, и, среди криков ярости и боли, превосходя звон вражеского оружия, тонко и чисто звучал меч Каллериана, и это была его прощальная Песнь.

Четыреста восемьдесят пять отлично вооруженных воинов пришло в эту узкую безымянную долину. И никто из них не смог уйти, чтобы рассказать о бесславной гибели орды от руки одного эльфа.

Сквозь пелену соленых слез, Альрин смотрела за боем. Губы ее были искусаны до крови. Долго еще после этого дня на ее ладонях не сходили шрамы от впившихся в плоть ногтей.

Она видела, как число врагов стремительно уменьшается, но ей прекрасно был известен исход боя, где применялись Руны Каллериана.

Наконец, варваров осталось не больше двух десятков. Они бились с отчаянием обреченных, но не могли выстоять против Эннареона. С ног до головы забрызганный кровью, эльф парировал любые удары, уклоняясь от атак, тогда как каждый его ответ нес смерть очередному нападавшему. Через несколько секунд число их сократилось до пяти-шести, а еще через пять ударов Меча Каллериана все было кончено.

Альрин и Эллагир видели, как эльф отер рукавом кровь со лба, взмахнул клинком в последний раз… и упал на колени.

– Бежим! – воскликнула Альрин, но маг уже несся к Эннареону со всех ног, не разбирая пути. Пробегая мимо Лисси и Тангора, он снял заклятье, но приводить его жертв в надлежащий вид не было времени.

– Yerrha equillia! – выдохнул Эллагир, добежав, наконец, до эльфа.

Тот стоял на коленях возле последнего убитого им врага. Из груди, перечеркивая все надежды, торчала рукоять его собственного меча.

– Yerrha equillia! – прокричала формулу Альрин, подбегая. – Yerrha equillia!!! Что ж ты молчишь, будь ты неладен?! Ну же, вместе!

Маги несколько раз синхронно произнесли формулу исцеления.

– Оставьте, – прошептал Эннареон, не открывая глаз. – Этих чар вам не превозмочь. Использовать Руны Каллериана… Это жертва, и она… – эльф сделал вдох, собирая остатки сил, – она должна быть принесена.

– Мы попробуем все равно, – тихо произнес Эллагир, концентрируя сознание.

Он попытался призвать всю доступную ему силу, всю мощь, с которой только способен совладать, чувствуя, как энергия переполняет его, срываясь с кончиков пальцев.

– Передайте Лисси…

– Не-е-ет!!!

Подбежавшая девушка упала рядом с эльфом на колени.

– Я ухожу, – улыбнулся эльф знакомому голосу и, совершив невероятное усилие, открыл глаза, чтобы взглянуть на любимого человека еще раз.

На изумрудную траву с клинка начали падать первые капли крови.

– Пожалуйста… прочти мое письмо! Не забудь!

– Вы можете хоть что-то сделать? – крикнула Лисси чародейке. – Он отдал жизнь ради вас!

Альрин, которая последовала примеру Эллагира и начала собираться с силами, не ответила, чтобы не потерять концентрацию. Кай бурлила в ней, как подземный источник, в поисках выхода наружу. Рядом послышался перестук копыт: это Ниэроиль подошла к своему другу. Эннареон узнал ее и еще раз улыбнулся.

– Kaia faellidh, Nierrohielle, – произнес он. – Vaerh vallirhein, kae-laerrhii!²¹21
  Прощай, Ниэроиль. Твоя дружба была честью для меня (Древнее Слово)


[Закрыть]

Очень бережно и осторожно, словно спящего ребенка, лошадь дотронулась носом щеки эльфа.

– Великий Троар, – прошептал только что подошедший Тангор.

Сонное заклятье Эллагира ударило по нему сильнее, чем по Лисси, и он никак не мог полностью прийти в себя.

– Прощайте, друзья! Эллагир, Альрин… Тангор… Лисси! Не бросайте друг друга… Вместе… вы должны быть вместе… – эльф вдохнул полной грудью.

Капли крови с клинка слились в ручейки.

– Лисси… Я всегда буду любить тебя!.. Всегда… – Эннареон замолк, сделал еще один вдох и мягко упал наземь.

– Сейчас!!! – чародей обхватил скользкий от крови эфес меча и одним рывком выдернул его из груди эльфа.

Альрин пальцами левой ладони сложила Символ Йерры, а правую положила на рану. Эллагир сделал то же самое. Одновременно, вкладывая всю силу в каждое слово, чародеи произнесли:

– Yerrha equillia!

Тангор мог бы поклясться, что почувствовал мощный толчок, словно во время землетрясения. Нестерпимо яркий сноп света, направляемый Эллагиром и Альрин, излился в рану эльфа. Чары такой силы могли бы исцелить любого… но не того, кто, начертав руны Каллериана на клинке, добровольно принес себя в жертву ради других.

Эннареон расстался с жизнью, и никакое заклинание было не в силах это изменить.

Ниэроиль громко и горестно заржала, вытянув шею. Было столько печали в ее голосе, что казалось, – кричит человек.

Лисси без единого звука упала на тело Эннареона и лежала, не шевелясь. Чародеи, исчерпав запас силы до предела, рухнули рядом с ним. Гном стал на колени и с невидящим взором начал читать молитву. Горы окрест тысячи лет уже не слышали Стального Слова и теперь, казалось, жадно внимали каждому звуку, срывавшемуся с губ Тангора.

А рана на теле эльфа все истекала кровью. Шелковой лентой река жизни струилась по запыленному плащу, что некогда – очень давно! – был небесно-голубым, по изумрудно-зеленой дивной траве, окрашивая ее в алый цвет. Наконец, и она иссякла, и лишь ветер, поднявшийся вдруг, беспокоил тишину долины.

Тангор первым пришел в себя, открыл глаза и огляделся. Судя по солнцу, прошло уже несколько часов, но ничего с тех пор не изменилось. Лисси все так же неподвижно лежала на груди эльфа, рядом в нелепых позах покоились Эллагир и Альрин. Неподалеку неприкаянно бродили их лошади.

Гном бросил взгляд на чародеев и впервые за долгое время порадовался: мертвые так не лежат. Затем он вздохнул и попробовал встать с колен, опираясь на секиру, как на посох. В голове зашумело, кровь прилила к вискам. “Последствия сонного заклинания, – подумал Тангор, выпрямляясь. – Хорошо еще, что живой… Ненавижу магию!”

Борясь с головокружением и тошнотой, он подошел к Лисси и бережно перенес ее на траву, попутно отметив, что сердце девушки бьется исправно.

“Могло быть хуже”, – мрачно подумал гном, возвращаясь за чародейкой.

К удивлению Тангора, едва он склонился над Альрин, та открыла глаза и прошептала:

– Йерра… Она не сработала?

Гном промолчал.

– Эллагир… Что с ним?

– С ним все в порядке, – хмыкнул Тангор в ответ.

Альрин вздохнула, собираясь с силами.

– Yerrha equillia!

Чары, направленные на самоисцеление, сработали образцово, как на университетском экзамене. Девушке сразу стало легче дышать, и голова прояснилась. Гном завистливо вздохнул, глядя на нее:

– А меня сможешь так приободрить?

– Прости, – Альрин виновато развела руками. – Из нас только Эллагир умеет творить заклинания на гномов.

– О да, – отозвался Тангор. – Он умеет, паршивец.

– Не сердись на него, – Альрин положила руку гному на плечо. – Это был приказ Эннареона.

– Это не тянет на оправдание, – отрезал Тангор. – Он ударил меня в спину.

– Ему не в чем перед тобой оправдываться. Эльф взял с него обещание. Yerrha equillia!

Заклинание вернуло Эллагиру силы. Он открыл глаза и рывком сел.

– Что…

– Не сработало, – предвосхищая вопросы, сказала Альрин горько. – Мы его не спасли.

– Оказывается, эльфы могут лгать, – вполголоса, ни к кому не обращаясь, заметил маг.

– Ты о чем? – Альрин с гномом переглянулись.

– Он дал слово, что с ним все будет в порядке, что он не погибнет в схватке. И на этих условиях я пообещал ему, что не позволю вам ввязаться в бой.

– Ох!.. – чародейка вздохнула. – Да, эльфы могут лгать. Эннареон сказал мне об этом несколько дней назад. Сейчас надо позаботиться об остальных: Тангора до сих пор мутит после твоих чар.

– Обойдусь без новых заклинаний, – проворчал гном.

– Да иди ты, – усмехнулся невесело Эллагир. – Yerrha equillia!

– Я что, неясно сказал? – взревел Тангор, вскакивая.

– Гляди, как запрыгал, – хмыкнул чародей. – Ну, что ты собирался там сделать? Врезать мне? Смелее. Я даже отбиваться не стану, ибо мне сейчас все равно.

Тангор выругался на своем наречии и остался стоять, где стоял. Альрин тем временем привела в чувство Лисси и сейчас поила ее водой из фляги.

– Надо… уходить отсюда, – медленно проговорил гном и ушел к лошадям

Вернувшись с мешками, навьюченными на Ромашку, он застал странную картину: Эллагир и Альрин обыскивали мертвых варваров и грабили их.

– Что вы творите?

– Мы пытались помочь Эннареону заклинаниями, – ответил Эллагир, обыскивая очередного воина.

Неизвестно, из какой части света он пришел, но на Далахара он был совершенно не похож. Низкий приплюснутый лоб, квадратные скулы, короткие темные волосы и неприятный запах, теперь грозивший перейти в отвратительное зловоние. Маг нашел что искал, и поспешил отойти от трупа.

– Но чары не действовали, – продолжил он. – У них у всех было вот это, – в руке засверкал небольшой изумруд.

– Тот самый камень, который мешает вам колдовать? – уточнил Тангор.

– Да. – Эллагир с яростью посмотрел на смарагд и швырнул его оземь. – Noriemme Skaladhar! – воскликнул он и простер к камню руку.

Ничего не случилось.

– Не сходи с ума, – Альрин деловито срезала очередной изумруд с шеи убитого врага. – Никто и никогда не мог совладать со Смарагдом Отречения.

– Но попробовать-то можно? – раздосадованно отозвался маг. – Dellharo Laerrhan!

– Вы не тем занимаетесь, – хмыкнул Тангор. – Что будем делать с Эннареоном?

– Посмотри, – Альрин кивнула в сторону эльфа.

Возле тела, на коленях, немым изваянием, сидела Лисси. Опустив голову до земли, рядом с девушкой стояла Ниэроиль.

– Пока они с ним прощаются, мы ничего не посмеем…

– Лисси может так сидеть целый день, – нахмурился Тангор.

– Хоть год, – отрезал Эллагир. – Не думаю, что кто-то из нас вправе ее поторопить.

– Вдруг это ей поможет? – Тангор помахал в воздухе тоненьким свитком. – Письмо, что эльф оставил перед боем.

Он подошел к Лисси и деликатно коснулся ее плеча. Девушка обернулась и медленно подняла глаза на гнома. Тангор поймал этот взгляд и отшатнулся: никогда прежде он не видел такой смеси горя, ненависти и яростного огня.

Тело бойца среагировало прежде, чем мозг успел осознать угрозу, и гном распластался в падении на спину. Лиссин меч с тонким пением рассек воздух там, где мгновение назад стоял Тангор. Гном понял, что следующий удар принесет ему смерть, но опять-таки спасся исключительно благодаря инстинктам, а не осознанным действиям. Лежа, он подсек Лисси ноги, и та с ругательством упала.

– Эллагир!!! – выкрикнул гном, перекатываясь и вскакивая на ноги.

Лисси, тоже уже на ногах, за малым не достала его: клинок чиркнул по кольчужной рубахе Тангора, самым кончиком. Никаких иллюзий, что доспех защитит его от прямого удара, гном не испытывал, и поймал себя на мысли, что ему страшно. Тело, однако, исправно делало свою работу: правая рука метнулась к секире и сорвала ее с пояса.

– Я не могу ее убить! – растерянно воскликнул маг, опуская руку.

Заклинание Стрелы Эххара так и не сорвалось с его губ.

Тангор все же успел поставить блок секирой перед следующим ударом. Он никогда не мог пожаловаться, что недостаточно силен или плохо владеет оружием, он пережил много битв и давно уж сбился со счета, скольких врагов убил. Но сейчас его противник, совсем юная девушка со светлыми волосами, с запястьями ненамного толще, чем тангоров указательный палец, сделала легкое движение кистью, и выбила секиру из рук гнома так же легко, как ураган вырывает с корнями сухое дерево.

Тангор понял, что теперь надеяться просто не на что, и что следующий удар завершит его дни.

– Yerrha equillia! – Альрин вложила все силы в формулу.

Заклинание Йерры обычно слабо работает на расстоянии, но девушка была непревзойденным мастером этих чар чуть ли не с детства. Эллагиру вспомнилось, как еще в девятилетнем возрасте, Альрин сумела наложить это заклинание на него, исцелив сломанную руку.

Формула сработала, и Лисси в последний момент сумела изменить траекторию движения меча. Клинок глухо вонзился в землю.

Девушка упала на колени. Сознание медленно к ней возвращалось. Гном понял, что все кончилось, вдохнул полной грудью и грязно выругался. Некоторые слова оказались незнакомы никому из присутствующих.

Альрин истерически хихикнула. Эллагир с тревогой глянул на нее, но чародейка поспешила заверить:

– Со мной все в порядке.

– Почему Йерра? – удивленно поинтересовался маг.

– Безумие – тоже болезнь, и тоже поддается исцелению, – пояснила чародейка. – В некоторых случаях.

– Как это – “в некоторых?” – расширил глаза Тангор. – Что это значит?

– Это значит, что тебе невероятно повезло. Один шанс из тысячи, что это могло сработать, – нервно улыбнулась Альрин.

– Прости меня, – еле слышно проговорила Лисси, все еще стоя на коленях. – Это было ужасно. Как будто что-то мной командовало, я почти не помню, что делала!

– Ты едва не угробила одного уважаемого гнома, но в остальном все в порядке, – попытался пошутить Эллагир, но, увидев взгляд Лисси, осекся.

Глаза девушки были полны слез. Тангор вздохнул:

– Забудем… Я понимаю, каково тебе сейчас…

– Нет, – все так же тихо ответила Лисси. – Не понимаешь, Тангор… – она вздохнула. – Не понимаешь. И не сможешь понять. Но знаешь… когда я нападала, какая-то часть меня желала, чтобы ты своей секирой нанес ответный удар, и… Если хочешь, – она подняла глаза на гнома, – можешь меня убить. Я не стану уворачиваться.

– Да что ж ты такое говоришь? – воскликнул гном, подходя к Лисси и бережно ее обнимая. – Неужели ты думаешь, что я это сделаю? Неужели ты считаешь, что он, – гном кивнул в сторону Эннареона, – хотел, чтобы ты погибла?

– Я не знаю, – прошептала Лисси и расплакалась, уткнувшись в бороду Тангора.

– Плачь, – гном погладил девушку по голове. – Плачь. У эльфов говорят, что слезы – это хорошо.

– “Слезы – это не всегда плохо”, так он говорил, – всхлипнув, поправила Лисси.

– Может, письмо, что Эннареон тебе оставил, поможет тебе справиться с болью утраты, – негромко сказала Альрин, поднимая с земли свиток, чудом не затоптанный во время короткого, но жаркого поединка.

Лисси с нежностью прижала к груди листок пергамента, исписанный рукой любимого.

– Спасибо! – шепнула она. – Спасибо вам… всем.

Она развернула письмо и стала жадно читать. Эллагир вздохнул:

– В письме ко мне, эльф попросил, чтобы его усадили на Ниэроиль, – маг протянул свой пергамент друзьям. – Написал, его лошадь сама знает, куда идти.

Они выполнили указание Эннареона в точности. Картина получилась жутковатая, но для спутников это не имело значения: желанию эльфа они не посмели бы отказать.

Когда гном поднял меч Каллериана, раздался тихий звон, и клинок раскололся на две части. Это было так неожиданно, что Тангор выпустил его из рук.

– Клянусь, это – не я, – воскликнул он. – Во имя Троара, никогда не видел, чтобы меч…

– Конечно, не ты, – заметила Альрин со вздохом. – Скорее всего, магия Рун Каллериана…

– Это к лучшему, – проговорил маг. – По крайней мере, никто не сможет ограбить его и воспользоваться клинком для черных дел.

Собрав обломки, они все же положили их в ножны.

– Прощай, kae-laarh²²22
  Друг (Древнее Слово)


[Закрыть]! – Альрин коснулась руки эльфа. – Прости, что мы не идем за тобой. И спасибо, что дал нам возможность жить.

– Прощай, мудрый друг! – повторил Эллагир. – Я не забуду ни одного из твоих советов.

– До встречи в садах Троара, друг и вождь, – до земли поклонился Эннареону Тангор. – Не было для меня большей чести, чем пройти этот путь с тобой.

– До встречи, любимый, – прошептала Лисси, в последний раз припав губами к холодной руке эльфа. – Мы обязательно увидимся… скоро, очень скоро!..

– Иди же, – негромко сказала Альрин лошади и погладила ее по шее.

Ниэроиль осторожно переступила и двинулась вперед, на юг. Остальные кони в один голос протяжно и заливисто заржали вслед, и эльфийская кобыла негромко ответила.

Друзья стояли и смотрели вслед Ниэроиль, пока та не скрылась из виду.

– Что ж, – вздохнула чародейка. – Давайте разведем костер, и обсудим, что нам делать.

– Собрать все камни, закопать их так, чтобы никто не нашел, и двинуться дальше, – ответил Эллагир. – Или ты собираешься заночевать среди этой компании? – он обвел руками трупы варваров, которыми было усеяно все вокруг.

– Хотите забрать изумруды на обратной дороге? – вклинился Тангор. – Я вас не осуждаю, конечно… Но…

– Дело не в добыче, – перебил его маг. – Нельзя, чтобы они попали в чужие руки. Если этот загадочный повелитель варваров поймет, что от его армии ничего не осталось, то наверняка захочет вернуть себе Смарагды Отречения. Хотя бы для того, чтобы собрать новый легион, который не боится магической атаки.

– А меня больше занимает сам “загадочный повелитель”, – призналась Альрин. – По словам Далахара выходит, что их послали целенаправленно охотиться на нас. Значит, кто-то знает, что мы здесь. И более того, этому “кому-то” понадобились я и наши вещи, он приказал наемникам доставить нас в Делор.

– Или она, – ввернул Эллагир. – Ты все время говоришь “он”, но это может оказаться и женщина.

– Верно, – Альрин кивнула. – В любом случае, не кажется ли тебе, что нам стоит зайти в этот Делор и поискать этого мерзавца? Ну, или мерзавку.

– А не кажется ли вам, – влез в разговор Тангор, – что это будет не по зубам? Если он ухитряется командовать ордой варваров, то наверняка у него есть и сила, и деньги, и власть.

– И все это не спасет его от Стрелы Эххара в спину, – хмыкнул Эллагир. – Если будет возможность ударить сзади, я обязательно ей воспользуюсь. После всего, что он сделал… – маг не договорил.

– Пожалуй, согласен, – медленно протянул гном. – Если кто-то посылает пять сотен варваров на пятерых, то честного поединка он не заслуживает. Прикончить падаль любым доступным способом! Я – с вами!

Все выжидающе посмотрели на Лисси.

– Уйду на рассвете, – тихо проговорила она. – Я могу оказаться слишком опасным спутником. Неизвестно, успеет ли Альрин со своим заклинанием в следующий раз.

Чародейка посмотрела на Лисси с жалостью и состраданием.

– Мы постараемся, чтобы этого больше не произошло. Вместе мы справимся с этой бедой.

– Как? – чуть не сорвалась на крик девушка. – Вернете Эна?! Ни одно из ваших заклятий мне не поможет… кроме тех, что убивают.

– Ты ведь не сделаешь глупость? – осторожно спросил Эллагир.

– Не сделаю, – кивнула Лисси, немного успокаиваясь. – В письме Эннареон попросил меня жить, – просто добавила она. – Но я могу внезапно наброситься на любого из вас! Вы знаете, что я могу. Тангор остался жив только потому, что я боролась с этим сумасшествием… как могла. Я просчитывала каждое твое движение, – она кивнула гному. – Твоя подсечка не была неожиданностью. Я упала лишь потому, что часть меня очень хотела упасть. Чтобы дать тебе возможность уйти. Представь себе, что будет, если… – девушка запнулась, – если это захватит меня целиком!

– Мы понимаем, что находиться в твоем обществе стало немного опасно, – усмехнулся Эллагир. – Но это ничего не меняет: мы готовы рискнуть.

– Мы – все еще один отряд, – продолжила за мага Альрин. – Если бы со мной случилось нечто подобное, ты прогнала бы меня прочь? Мы сделаем все возможное. Заклинания, травы… найдем настоящего целителя, наконец! Мы идем в страну лесных эльфов, там много мастеров-лекарей!

Лисси открыла рот, чтобы возразить, но передумала и просто махнула рукой:

– Будь по-вашему… Мне все равно.

– Вот и славно, – подытожил Тангор. – Теперь давайте быстро дособираем изумруды, – он кивнул чародеям. – И пройдем хотя бы пару лиг, чтобы не видеть этих… – он запнулся, подыскивая подходящее ругательство для варваров, но, так и не придумав ничего достойного, ограничился красноречивым жестом.

Лисси ушла еще до рассвета. Ушла пешком, в несколько минут собрав свои нехитрые пожитки и попрощавшись только с лошадьми. Памятуя о том, что эти благородные животные намного умнее, чем может показаться на первый взгляд, она попросила их заботиться и беречь друзей, как это сделал бы Эннареон.

Сперва девушка думала двинуться в путь верхом, но потом решила, что пешком она будет менее заметна для посторонних. Да и вести лошадь к гибели ей совершенно не хотелось. А в то, что ее дорога приведет именно туда, Лисси почти не сомневалась.

Ведь задумала она ни много – ни мало, пробраться в Делор, найти того, кто командовал варварским отрядом, и…

“Мне потребуется одна секунда и расстояние не длиннее клинка, – размышляла девушка. – Кто бы он ни был, я найду способ приблизиться к нему и убью. А потом… Нет, не будет никакого “потом”, Лис! – одернула она сама себя. – Наверняка у него есть охрана. Мне лишь останется увести за собой столько из этой своры, сколько достанет сил. Все просто!”

Впервые за последнее время, Лисси позволила себе улыбнуться. Все действительно было проще некуда.

Она снова ушла вглубь себя, механически шагая на юг по зеленому ковру трав. Ласковое осеннее солнце уже перевалило через зенит, а Лисси не присела ни отдохнуть, ни перекусить, ни даже выпить глоток воды. На душе у нее было пусто, словно неведомая сила ураганом вымела оттуда все эмоции и чувства. Осталось лишь несколько простых и понятных желаний.

Дойти.

Найти.

Убить.

И умереть.

Местность пошла под уклон, и древняя дорога, полностью заросшая в долине, снова начала проявляться то тут, то там.

“Хороший знак, – решила Лисси. – Дороги обычно приводят в города.”

Внезапно она услышала, как кто-то за ней бежит, и резко обернулась, выхватывая меч почти с эльфийской быстротой.

Далахар затормозил так резко, что пыль взметнулась у него из-под ног. Медленно он поднял руки в приветственном и, одновременно, доверительном жесте.

– Я не достаю оружие!

– Мне плевать, – хмуро проговорила девушка, пряча меч в ножны.

– Позволь поговорить с тобой, – продолжил северянин, делая еще несколько шагов вперед.

Лисси промолчала, разглядывая его лицо, и он решил, что разрешение получено.

– Я видел бой… Я наблюдал за ним издалека.

– Достойно мужчины, – фыркнула Лисси презрительно. – Как ты там говорил позавчера, “долг крови?”

– Эльф сказал мне, чтобы я не вмешивался в бой, – возразил уязвленный Далахар.

– Что ж… Трогательное послушание.

– Прекрати со мной так разговаривать! – вскипел варвар окончательно. – Если бы ты была женщиной из моего племени…

– Я не убила тебя только потому, – перебила его Лисси, – что Эннареон написал мне письмо… Прощальное письмо, – с горечью уточнила она. – Где сказал, что, возможно, я тебя встречу. И, если это случится, он попросил сохранить тебе жизнь. Но, если ты мне надоешь окончательно, я отрежу тебе что-нибудь… например, язык. Эн ничего не говорил насчет небольших повреждений, – Лисси хмыкнула.

– Пора научить тебя уважению, – полностью потеряв самообладание, Далахар сделал шаг вперед. – Калечить тебя я не стану, но по заднице ты точно получишь, как следует! – Он сделал еще один шаг, и сам не понимая, как это произошло, оказался на земле.

Лисси задумчиво рассматривала его сверху вниз, как смотрят на какого-нибудь червяка или жабу.

– Ах ты!.. – варвар сделал попытку подняться, но обидный короткий удар в лоб пресек ее.

– Ты разозлила меня окончательно, – заявил он, предусмотрительно откатываясь, и лишь потом вскакивая на ноги. – Теперь я не стану тебя жалеть!

Лисси чуть хрипловато рассмеялась, с удивлением отмечая, что, оказывается, не утратила эту способность, – смеяться.

– Скоро я буду веселиться! – выкрикнул Далахар, атакуя.

Он сделал обманное движение правой рукой, в расчете коротко ткнуть левой в бок. Обездвиживающий на несколько секунд удар был из разряда тех, что невозможно отвести: без замаха и незаметно для глаза. Северянин уже представлял, как научит строптивую девчонку уму-разуму, но вдруг понял, что что-то не так. Эта мысль молнией промелькнула в его голове, но решение он принять уже не успел. Непонятная сила повела его по широкой дуге, вокруг девушки, не давая никакой возможности что-либо предпринять. Наконец, Далахару показалось, что движение на мгновение прервалось. Он решил контратаковать, но немедленно получил хлесткий удар в многострадальное горло и захлебнулся воздухом. В следующий момент его левая рука отозвалась дикой, разрывающей болью, и рванулась к земле, управляемая девушкой.

Варвар понял, что если сейчас же не упадет, то перелом будет гарантирован, и неуклюже плюхнулся на траву, мечтая лишь об одном, чтобы это все закончилось. Лисси сделала вращательное движение вокруг далахаровой руки, и тот, наконец, обрел передышку, лежа на животе, лицом в пыль. Даже малейшая попытка пошевелиться вызывала такую же сильную боль.

Далахар заскрежетал зубами от злости, но ровным счетом ничего не мог поделать: Лисси контролировала его полностью.

– Начинай веселиться, – спокойно заметила девушка. Она даже не сбила дыхание. – Ты же собирался, кажется…

– Gholqagarrhath²³23
  Грубое ругательство на Бесстыжем Слове


[Закрыть]! – прорычал Далахар. – Отпусти меня немедленно!

– Проси прощения, – серьезно ответила Лисси.

– Что-о?!

Вместо ответа, девушка слегка усилила давление на руку. Далахар изо всех сил старался не закричать от боли, но это не очень хорошо ему удавалось. По мере того, как Лисси продолжала движение, он все громче стонал сквозь зубы, и, наконец, не выдержал:

– Прошу! Чтоб тебя!..

– Недостаточно вежливо, – хмыкнула девушка, и поднажала еще немного. – Если надавлю сильнее – рука сломается, – будто бы между прочим, заметила она. – В четырех местах, по всей длине.

– Прости! – выдохнул Далахар вполне искренне, тем более, что сил терпеть не осталось вовсе.

Давление на кисть исчезло, и варвар повернул, наконец, голову. Лисси уже стояла в двух шагах, смотря с усмешкой, как осторожно, с нежностью, он ощупывал руку, все еще не уверенный, что она цела.

– Пройдет к утру, – бросила она, наконец. – Может, научишься сперва думать, а потом уже говорить.

– Кто же ты такая? – недоуменно спросил Далахар, принимая вертикальное положение. – Где ты училась бою?

– О… – Лисси грустно и мечтательно улыбнулась, глядя вникуда. – Он был моим учителем.

– Надо было предупреждать, – проворчал Далахар. – Это было бы честнее.

Лисси усмехнулась, снова безмерно удивляясь, что способна на эти эмоции.

– Надо быть учтивее с дамой. Так, зачем ты меня догонял?

– Я видел, как бился эльф, – начал Далахар. – За всю жизнь я не встречал более великого воина! Жаль, что он пал.

Лисси промолчала.

– Я чувствую себя обязанным ему жизнью, – продолжил Далахар. – Он отпустил меня из плена, хотя куда правильней было бы убить.

– Ближе к делу, – заметила девушка.

– Я очень хотел бы отплатить ему добром, но, поскольку его больше нет, позволь мне следовать за тобой. Может, я смогу тебе пригодиться? Думаю, это может искупить мой долг.

– Угу, ясно, – Лисси помолчала секунду, собираясь с мыслями. – Во-первых, мне не нужна ничья помощь. Забыл, что я сделала с тобой несколько минут назад?

После этих слов Далахар помрачнел и опустил взгляд. Он все еще не мог смириться с мыслью, что не справился с противником, столь не похожим на воина.

– Во-вторых, – продолжала девушка, – раз Эннареон не желал твоей смерти, то и я не буду. Моя дорога… – она запнулась, – ведет к погибели. И я пойду по ней до конца. Но отвечать за твою жизнь перед богами не собираюсь. Так что топай своей стороной, Далахар.

– Я все равно могу помочь, – покачал головой тот. – Хочу принести хоть какую-то пользу. Тебе, если уже не могу услужить Эннареону. Вы ведь были близки…

– Мы и сейчас близки, – поправила его Лисси. – Просто мы в разлуке, но это ненадолго.

– Пусть так, – кивнул Далахар. – В любом случае, два меча лучше одного. Твоей дороги я не боюсь, куда бы она не вела. Какая разница, где и когда умереть?

– Поступай, как знаешь, – не выдержала Лисси. – Я тебе не нянька, в конце-то концов. Моя дорога ведет в Делор, где я найду и убью вашего нанимателя. Уверена, у него достаточно охраны, чтобы не дать мне уйти живой. Можешь идти со мной, или в другую сторону, – мне все равно. – С этими словами девушка развернулась и зашагала прочь, не оборачиваясь.

– Два меча лучше одного, – повторил Далахар, догоняя ее и подстраиваясь под шаг. – Больше шансов на успех.

Лисси не ответила. Она размышляла о письме эльфа, в котором тот уделил северянину достаточно слов.

“Эн написал, у Далахара иная судьба, – вспоминала девушка. – Интересно, какая? И откуда ему стало это известно?”

– Ты всегда такая задумчивая? – поинтересовался варвар.

– Шагай молча, – хмуро ответила Лисси. – И поживей, – добавила она, переходя на легкий бег. – Еще не хватало, чтобы нас догнали мои друзья.

Однако вскорости ей пришлось сбавить темп. Уклон, сплошь усеянный валунами, становился все круче. То тут, то там начали появляться глубокие овраги и обрывы. Каменистые расселины, казалось, нарочно располагались именно так, чтобы наилучшим образом препятствовать продвижению путников.

Но Лисси не была обычной девушкой из крестьянской семьи, спешащей на ярмарку с гусем подмышкой. С детства привыкшая к трудностям, закаленная цирковыми тренировками, она легко и непринужденно прыгала с камня на камень, спрямляя себе путь, где только можно. В совсем уж труднопреодолимых местах она помогала делу руками, стирая ладони в кровь. Разумеется, это ни капли ее не волновало. Мысленно она уже давно была в Делоре, раз за разом атакуя в своем воображении врага.

Далахар мужественно старался не отставать, хотя давалось это нелегко. Там, где Лисси порхала, как бабочка, северянин избегал падений благодаря лишь удаче, а не физическим способностям.

– Давай помедленнее, – выдохнул он наконец, в сотый раз едва не соскользнув в очередную расселину.

– Я и так не бегу, – отрицательно покачала головой Лисси. – А надо бы: мои друзья наверняка постараются меня догнать.

– На этом склоне лошади не пройдут.

– Надеюсь, что так, – отозвалась девушка, продолжая спуск. – Но до Делора я не стану останавливаться, так что на привал не рассчитывай.