![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sion-nechestivyh-si-376311.jpg)
Текст книги "Сион нечестивых (СИ)"
Автор книги: Бармин Андрей
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
– Не так я думал закончить свою службу., – Виктор действительно пришел к выводу, что самое лучшее – уже завтра положить на стол Герту заявление об увольнении. Даже история с Паркером не станет помехой. Разговор с Петром однозначно давал ответ на вопрос, что делать. Лезть глубже в это кишащее неприятностями змеиное гнездо не имело никакого смысла, так как даже в случае невероятного везения профит быстро потеряет ценность. Макензи и прочие вполне могут превратить его жизнь в ад, благо деньги и люди у них имеются, но вся эта мышиная возня меркла на фоне ошеломительной новости об исчерпании топлива Станции. Петр, конечно, озвучил ему секретную информацию, но секретом ей пробыть еще максимум месяца три. Потом это все уйдет в массы, и тогда в Республике начнутся веселые времена. Виктор не разделял мнения Петра по поводу изменившегося отношения внешнего мира к Республике. Забыли на время, и то не полностью. Изредка по спутниковым каналам включалась передача католического канала, в котором открыто призывали покончить с существованием его родной страны. А католиков не меньше миллиарда. Было. Тридцать лет назад.
– Пойдем за стол, мне надо выпить, – попросил он Петра.
– Конечно.
Они зашли в гостиную. Стефан посмотрел на них с немым вопросом, и Петр ответил:
– С разговорами закончили.
– Тогда настало время выпивки.
Впервые за долгое время Виктор испытал неподдельное желание расслабиться алкоголем. То, что рассказал ему Петр, очень сильно меняло планы на дальнейшую жизнь. Он начал вспоминать, сколько у него отложено денег, но пришел к выводу, что не так уж и много. Еще была мама, еще была Кристи. О них надо будет позаботиться. Потому что, как только Станция перестанет вырабатывать энергию, то враги Республики могут начать полномасштабное вторжение, не опасаясь, что взорванные реакторы превратят половину Европы в радиоактивный ад. Он подумал о тех идиотах, которые в стремлении обзавестись бомбами, угробили их единственную эффективную защиту против остального мира.
Петр с уверенностью говорил о том, что изменившаяся политика Республики сможет предотвратить войну, что остальное человечество увидит, что они стали спокойными и мирными, что не станут использовать свое преимущество. Не будет этого. Люди никогда не смирятся с тем, что есть существа со способностью быть сильнее, быстрее и умнее. И почему разработчики модификации решили использовать в качестве катализатора человеческую кровь, а не что-то иное? В чем заключалась необходимость именно такого стимулирующего вещества? Увы, из оставшихся в живых Первых никто не мог дать ответ. Глава программы был убит во время Революции, но прежде успел уничтожить все наработки по модификации, чтобы в случае захвата противником их не смогли использовать для создания биологического оружия. Вместе с Теренсом Хэмом, так звали главного разработчика, тогда погибли еще шесть ключевых специалистов, а оставшиеся в живых не обладали нужными данными, так как отвечали только за небольшие участки разработки.
Через полчаса Петр позвонил водителю и попросил забрать домой. Виктор пошел его провожать. Они вышли на улицу. Закурили.
– Не самый лучший день в жизни, – сказал Виктор.
– Зато теперь ты знаешь, что тебя ожидает и сможешь принять верное решение.
– С этим трудно спорить.
Из – за угла соседнего дома медленно выехала темно-зеленая машина с выключенными фарами. Виктор сперва подумал, что это другая машина Петра, но ошибся. Автомобиль остановился напротив подъезда метрах в двадцати, открылась задняя пассажирская дверь, оттуда выбрался мужчина среднего роста, лицо которого прикрывала черная маска, отчего внутри Виктора все похолодело. В руках у него был гранатомет. Виктора и Петра скрывали от него два невысоких деревца.
– Это что за…? – вопрос Петра был прерван грохотом выстрела. Не очень яркая вспышка, затем взрыв, и им на головы посыпались оконное стекло и бетонная крошка. Виктор рванулся к машине, но стрелявший уже сел в салон, а водитель резко сдавал назад.
Он зацепился ногой за бордюр и чуть не рухнул вниз. Обернулся и увидел, что на мест одного из окон родительской квартиры зияет приличных размеров дыра, из которой сочился дым. Петр пытался вытереть кровь с головы и выглядел ошеломленным. Виктор развернулся и побежал к подъезду, в голове билась только одна мысль: «Лишь бы она осталась жива».
Глава 12
Глава 12.
– Мне нужна видеокамера.
– Вик, ты же понимаешь, что это оборудование я могу выдать тебе только по распоряжению Герта.
– Я не могу ему дозвониться. Он уехал в Бюро. А мне надо сейчас.
– Виктор, ты же знаешь, как нас имеют за эти электронные гаджеты. Давай я тебе лучше еще пистолет выдам.
– Это не смешная шутка, Дик.
– Дождись полковника, что у тебя за спешка такая? Три часа ночи…Я понимаю, конечно, что у тебя такое случилось, но у меня есть инструкции.
Виктор стоял перед окошком дежурного офицера и пытался получить видеокамеру.
Стрелявших из гранатомета задержать не удалось, машину они бросили в соседнем дворе, перед уходом подожгли. Мать и Стефан сильно не пострадали, очень удачно в момент взрыва гранаты оказались в ванной комнате. Получили только легкую контузию. Петр настоял на том, чтобы забрать их к себе в загородный дом, где имелась охрана из проверенных людей.
Взрыв переполошил весь дом и несколько соседних, «скорая» прибыла практически мгновенно, а вот коллеги Виктора сработали не так оперативно. То, что покушение на его мать, связано с расстрелом КПП, он не сомневался. Перед тем, как ублюдок нажал на крючок РПГ, Виктор уже строил планы, как будет жить после увольнения со службы, но теперь все изменилось. Твари, расстрелявшие патрульных, решили ударить по его семье. Такое прощать нельзя.
Петр, перед тем как сесть в машину, сказал ему:
– Видишь, я прав.
– Я же не спорил, – Виктора самого удивляло то спокойствие, с которым он произносил слова.
– Но я не думал, что все будет именно так и так быстро.
– Я тоже не ожидал, – он не хотел признаваться, что даже не подумал о том, что добраться до него попробуют через мать. Он вообще не думал о том, что ситуация будет развиваться так стремительно, да еще и с использованием оружия.
Покушение на мать, попытка Паркера заставить его говорить про Шлезингера, сам расстрел патрульных – все это подтверждало слова сбежавшего лейтенанта и в некоторой мере было созвучно предположениям Петра.
– Мне очень нужна эта видеокамера, – в десятый раз повторил он дежурному, но тот опять затряс головой:
– Ну дождись ты Герта, Солано, ну очень тебя прошу.
Он же подумал о том, как глупо выглядит их спор. Мир за Барьером не знал таких проблем: компьютерные сети, коммуникаторы с возможностями в разы превосходящими мощность их рабочих компьютеров, спутниковая связь, автомобили и прочий транспорт на аккумуляторных батареях. А им приходится делить служебный компьютер на два отдела, простенькая видеокамера требует разрешения самого начальника управления, половина автопарка служит донорами запчастей для второй половины, временами бывает, что бензин выдается по строгому лимиту. Эмбарго оказалось эффективно, и хотя властям удалось наладить производство очень многих вещей в самой Республике, полностью стать независимыми от внешнего мира не получилось, да и не могло получиться.
– Дай хотя бы диктофон и фотоаппарат, – Виктор подумал, что эти вещи не совсем то, что ему необходимо, но все же лучше, чем ничего.
– Другое дело. С этим проще, – дежурный скрылся в подсобном помещении и вернулся через несколько минут, – вот, держи, в бланке распишись. Диктофон отличный, почти новый. А вот фотоаппарат, увы, с маленькой картой памяти. Снимков на тридцать в качестве хватит.
– Откуда такая осведомленность?
– Часто пользуются.
– Ладно, и на этом спасибо, – Виктор убрал приборы в карманы куртки, расписался за получение и вышел во внутренний дворик. Сел в красный седан «киа». Достал из кармана джинсов листок с двумя адресами, дал заведенному двигателю немного прогреться и выехал на улицу.
Герт предложил ему выделить охрану, но он отказался. Полковник был не на шутку раздосадован и зол. Сначала расстрел патрульных, на следующий день стрельба из гранатомета в жилом массиве, причем в центре города, где недвижимость стоила приличных по меркам Республики денег.
Путь Виктора лежал за Периметр, но вовсе не в дачный поселок, где прятались Смоки и Шлезингер. Его целью были полицейские казармы, в которых проживали братья Сонины. Для осуществления задуманного ему требовались союзники, привлекать коллег из отдела он посчитал не самым разумным, к тому же братьев Герт охарактеризовал, как очень решительных. Его сильно удивило, что Сонины живут в казарме. Сержансткое довольствие, конечно, не офицерское, но все же позволяло снимать вполне приличную квартиру внутри Периметра, не в центре, но все же в неплохом районе. Но у каждого свой взгляд на то, как тратить заработанные деньги, так что он решил не задавать лишних вопросов при встрече. У него не было уверенности, что они примут его предложение, но попытаться стоило.
Этой ночью движение по дороге было более оживленным. Периодически встречались грузовики с штанговыми токоприемниками: они двигались в центр города со стороны Периметра. Доставка продуктов и товаров из Районов, с фабрик и мастерских Базы и Станции. Виктор вел машину на средней скорости, по пути продумывая свои дальнейшие действия. То, что за покушением стоят люди советника Макензи, он уже не сомневался. Не сомневался он и в том, что просто так они не остановятся, а еще не сомневался в том, что пока у него нет достаточно доказательств, чтобы выбить у полковника разрешения на проведение задержаний. Даже показания Шлезингера не станут причиной для такого разрешения, так как логично предположить, что скрывающийся патрульный пытается оговорить добрых людей в попытке снять с себя обвинения.
Периметр представлял собой несколько рядов из проволочного ограждения под напряжением, бетонных блоков треугольной формы и хорошо защищенные КПП на участках дорог, через которые осуществлялся въезд-выезд из Урошеваца. В свое время Периметр помог предотвратить множество попыток терактов со стороны жителей Районов. Службу на КПП Периметра несли военные, а не полиция, так что вооружены они были солидно и находились в постоянной боевой готовности. Но в Периметре все же имелись тайные проходы, через которые в Урошевац попадали наркотики, незарегистрированное оружие и прочие запрещенные вещи. Так что при большом желании теми же путями могли проникнуть и террористы, но пока этого не случалось.
На КПП у него проверили документы, пожелали доброй дороги и удачи.
Казармы полицейского управления находились в пяти километрах от КПП, к ним вела бетонная дорога. Сами казармы представляли собой четыре длинных ангара из металлических щитов с утеплителем. Окна были маленькими и узкими, и вот именно они напомнили Виктору его первые два года в Академии, которые он прожил в казарме. И все те два года мечтал побыстрее из нее убраться.
Казармы управления были обнесены бетонным забором, на въезде установлены большие ворота из сваренных прутьев арматуры. В будке постового горел свет, но он не заметил охрану.
Виктор остановил машину рядом с воротами, вышел наружу и тут же услышал команду:
– Руки положи на капот!
– Я капитан Виктор Солано…
– Сейчас разберемся.
Из темноты появилось двое полицейских в бронежилетах с короткими пистолет-пулеметами. Нападение на КПП заставило усилить бдительность охраны, так что он даже не почувствовал раздражения.
– Документы в правом кармане куртки, у меня пистолет, – предупредил он, выполняя приказ.
– Хорошо.
В стене имелась металлическая дверь, через которую прошел один из полицейских, пока второй держал его под прицелом. Быстрый досмотр и постовой обратился к коллеге:
– Наш сотрудник, все в порядке.
– Капитан, приношу извинения за такие методы, но вы понимаете….
– Все прекрасно понимаю и претензий не имею, – по лицу постового было видно, что он доволен таким ответом. Офицер не стал закатывать истерику и кичиться своим званием.
– Мне нужно побеседовать с братьями Сониными. Они на месте?
– Вроде бы, – не очень уверенно ответил постовой, – а у них проблемы?
– Нет, вы же видите, что я не из собственной безопасности, просто есть разговор по поводу их брата….
– Ясно, сейчас попрошу дневального в их блоке, чтобы разбудил.
– Попросите его передать, что капитан Солано очень хочет поговорить.
– Да, конечно же, – постовой зашел в будку и поднял трубку телефона, его напарник тем временем спросил:
– А это вы позавчера арестовали Бейкера?
– Было такое.
– Это хорошая новость, капитан, со всем уважением.
– Капитан, – после пары минут из будки вышел постовой, – братьев разбудили, они скоро будут.
– Благодарю, – Виктор сел на водительское кресло и закурил. Он удивлялся своей реакции на события последних двух дней. Какая-то непонятная отстраненность, словно они происходили не с ним. Такого прежде не случалось: он наоборот зачастую принимал слишком близко к сердцу проблемы или какие-то неудачи на работе, да и в личной жизни реагировал достаточно эмоционально. Но сейчас эмоции были где-то на задворках сознания. Злость, но не ярость, не импульсивные действия, а обдуманные, хоть и рискованные решения, одно из которых привело его сюда, в полицейские казармы в половине пятого утра.
Сонины появились минут через десять. Одеты в спортивные костюмы, на лицах написано недоумение.
– Очень неожиданно, – сказал один из них, протягивая руку для пожатия. – Капитан.
– Есть разговор.
– Мы хоть и крепкие, но не совсем тупые, – улыбнулся второй.
– Сразу в лоб: хотите поквитаться с убийцами вашего брата?
– Так вроде же Бейкера вчера, вернее позавчера, ты же и арестовал, капитан?
– Это не он. Его для отвода глаз.
– Как мы и думали, но вот то, что ты приехал ночью, один и предлагаешь нам участвовать в вендетте, тоже не сильно внушает доверие.
– Руководил расстрелом племянник члена Совета Макензи. У меня есть его адрес.
– Советника?
– Племянника.
– Капитан, мы же навели про тебя справки: ты умный, хитрый и карьерист. Сейчас ты предлагаешь нам нарушить закон. Не хочешь ли ты подставить нас, чтобы решить какие-то свои проблемы?
– Разумное сомнение. Но дело в том, что я не доверяю никому из начальства, на меня уже дважды покушались за два дня, а ублюдки, устроившие расстрел прикрываются родственниками в Совете.
– И что именно ты предлагаешь, капитан?
– Допросить Макензи, получить признание и обнародовать данные в медиа. Вы получаете возможность наказать убийц, я же спасаю свою жизнь и, возможно, карьеру.
– Бюро?
– Не могу утверждать, что они заинтересованы в поимке настоящих убийц.
– Откуда информация про советника? – Виктору нравились вопросы Сониных. Он сам бы задавал такие же, окажись на их месте.
– От Шлезингера.
– Нашел его?
– Да. Он показался мне убедительным.
– Есть такое. Брат о нем отзывался неплохо: тихий, спокойный и не подлый. Понятно, почему он ударился в бега.
– Поможете?
Повисло молчание. Братья переглянулись, затем практически одновременно кивнули:
– Поможем, но если ты нас обманул, то сильно пожалеешь, Солано. Не сочти это угрозой – это предупреждение.
– Я понимаю, – Виктор не лукавил.
– Ты хочешь начать немедленно?
– Да, откладывать нельзя.
– Оружие есть?
– Служебный пистолет, могу еще из дома винтовку резервиста забрать.
– Не суетись, для себя мы сами найдем. Жди.
Сонины вернулись в казарму, а он включил подсветку салона и внимательно прочитал адрес Тома Макензи: ублюдок жил в новом семиэтажном доме на противоположной стороне Урошеваца. Виктор только сейчас с сожалением подумал, что не догадался посмотреть, кому принадлежит квартира, но возвращаться в управление ради выяснения не имело смысла. Он посмотрел на экран мобильного телефона: никаких вызовов, а Герт обещал позвонить ему после визита в Бюро.
Братья собрались быстро, он даже не успел докурить очередную сигарету. Ближайший к нему с улыбкой сказал:
– Я Януш, а вот он Миклош. Постарайся не путать.
– Постараюсь, – Виктор внимательно всмотреля в их лица. Несмотря на некоторое сходство близнецами они не были.
– Багажник открой, – он нажал кнопку на приборной панели и увидел, что они укладывают в багажник два рюкзака и металлическую сумку-холодильник.
– Это ведь то, что я думаю?
– Верно думаешь. Там шестнадцать доз. Мало ли, с чем нам придется столкнуться. Поехали. Завтра в обед будут похороны, так что нам надо успеть за сегодня.
Он завел двигатель, и начал выруливать к трассе.
– Он был нам как родной брат, – внезапно заговорил Миклош. – Его родители забрали нас к себе, когда наши погибли в аварии. Тетка и дядя не делали никаких различий между ним и нами, так что мы обязаны их семье нормальным детством. Перед тем, как тетя забрала нас, мы успели пробыть в приюте почти два месяца и насмотрелись всякой херни. Не все приемные родители справляются и иногда отказываются от усыновленных. Впрочем, это не имеет значения: мы должны отдать долг тете и дяде. Брата не вернем, но за смерть отплатим. Поэтому быстро согласились. В Бейкера мы не верили и не верим. Опиши план, если он у тебя есть, поподробнее.
– Допросим Тома Макензи, найдем остальных участников. Обнародуем данные. Республика не так велика, чтобы получилось все замять, если не будем молчать. У остальных парней с КПП тоже есть родственники, так что никакие связи убийцам не помогут.
– Логично, рискованно, конечно, но логично. К нам почему решил обратиться?
– Герт описал вас, как отчаянных ребят.
– Репутация – она, штука такая, да, – Сонины засмеялись. – Ты не ошибся. И все-таки интересно, что тебя заставило пойти на нарушение?
– Несколько часов назад в квартиру моей матери запустили выстрел из РПГ.
– Жива?
– Да, к счастью, обошлось. Но в следующий раз может и не обойтись, так что лучше, чтобы следующего раза не было.
– И ты не доверяешь никому из начальства.
– Не доверяю.
При прохождении КПП у них чуть не возникли проблемы: два рюкзака с оружием и снаряжением и холодильник с «нектаром» вызвали вопросы, однако Виктору удалось убедить командира пропустить их со всем этим добром.
– Ко мне домой заезжать будем?
– Зачем?
– Винтовку забрать.
– Успокойся, нашего арсенала хватит с лихвой.
Дом Макензи стоял на небольшом холме, вокруг него на парковках было достаточно много легковых автомобилей, что свидетельствовало о том, что в этом доме живут состоятельные граждане, так как содержать личный транспорт обходилось не дешево. Они вышли из машины, Сонины были в полевой форме с нашивками полиции. Из багажника достали три ПП, Виктор хотел отказаться, похлопав себя по куртке. Миклош серьезно заявил:
– Капитан, возьми автомат. Дело может обернуться крайне неожиданным образом. Мы бывали на зачистках в Районах, так что опыт имеется, а эти ублюдки стрелять умеют. Подло, коварно, но умеют.
Пришла очередь холодильника. Братья взяли по маленькому пластиковому стаканчику, внутри которых находилась кровь. Януш потянулся за третьим, но Виктор решительно запротестовал:
– Я обойдусь без этого.
– Зря, но дело твое.
В нескольких окнах горел свет, значит, их появление не осталось незамеченным. Они подошли к нужному подъезду, за стеклянной дверью которого виднелась стойка консьержа. Януш присвистнул:
– Неплохо устроился, ублюдок.
– Что есть, то есть, – сказал Виктор и нажал на кнопку вызова. Минуты через полторы к двери подошел заспанный старик, окинул их подозрительным взглядом и начал меняться в лице, когда увидел оружие. Виктор поднес к двери удостоверение и потребовал:
– Открывайте, полиция.
– Да, да, – раздался писк, и мягкий щелчок сигнализировал, что магнитный замок открыт. Они вошли в вестибюль.
– Томас Макензи дома?
– Томми? Да, Томми, дома. А что случилось?
– Дед, сядь за стойку и сиди смирно. Не вздумай никуда звонить, – Миклош был груб. Вкитор спросил у консьержа:
– Он один?
– Нет, с друзьями вчера вечером приехал.
– Сколько их?
– Не помню, трое или четверо.
– Спасибо за содействие. Этаж у него какой?
– Четвертый. Лифт работает.
– Хорошо, – Януш пошел по лестнице, а Виктор и Миклош зашли в лифт. – Лишь бы этот старый хрыч не позвонил в квартиру.
– Надеюсь, мозгов хватит, – Миклош вскрыл стаканчик и одним глотком опустошил его. Виктор почувствовал едва уловимый запах крови, от которого желудок у него скрутило, а рот наполнился слюной.
Сонин прикрыл глаза и шевелил губами, Виктор понял, что он считает. Лифт остановился на четвертом этаже, Януш уже ожидал их.
– Зарядился? – спросил он у брата, тот кивнул.
– Тогда я тоже.
Действие крови начиналось на организм начиналось в интервале от сорока секунд до двух-трех минут, так что Виктор продумывал, как заставить Макензи открыть дверь. Он достал пистолет и снял его с предохранителя. Дверь в квартиру Макензи выглядела не очень внушительно – деревянное полотнов металлической раме.
– Готовы? – спросил он у Сониных и получил в ответ два кивка.
Виктор настойчиво постучал, Сонины разместились так, чтобы их не было видно в дверной глазок. Он постучал еще раз, сильнее. За дверью послышалось какое-то движение, и молодой мужской голос спросил:
– Ты кто?
– Э-э, – Виктор сымитировал пьяного, – я там парковался не очень удачно, и тачку твою задел. Дед-консьерж сказал, что твоя.
– Сука, – дверь немедленно распахнулась, и перед ними появился молодой парень лет двадцати в тапочках и каком-то халате. Высокий, покрасневшие глаза зло буравили Виктора, который пытался рассмотреть квартиру за спиной хозяина. – Ты понимаешь, кто я, чья это ма…
Виктор ударил его правой рукой в кадык, так что Макензи тут же захрипел и схватился за горло. Он же взмолился, чтобы тот не задохнулся, Сонины, несмотря на свои внушительные размеры, изящно проскользнули мимо него, даже не задев, и разошлись по комнатам.
Макензи начал оседать на пол, а Виктор для верности ткнул ему в лицо стволом пистолета. Из комнат послышались какие-то возгласы, короткая возня, а затем в коридор выглянул Миклош:
– Еще трое, два ублюдка и сучка.
Януш через коридор вытолкал какого-то парня в гостиную и включил там свет. Виктор, держа Макензи под прицелом, заглянул в комнату: друзья Тома сидели на полу с поднятыми руками и ошарашенным видом. На полу валялись пивные и винные бутылки, на небольшом столике стоял большой стеклянный бонг. Возле окна лежали оружейные чехлы. Шлезингер был прав. На шум в коридор выглянул сосед, но Миклош показал ему свое удостоверение, и тот быстро исчез в своей квартире. Сонин прикрыл входную дверь. Виктор с радостью услышал, что Макензи несколько раз кашлянул и даже выдавил из себя какое-то ругательство.
Януш сел на металлический табурет с тканевой подушкой и обратился к друзьям Макензи:
– Все стреляли? Или кто-то здесь не при делах?
Воцарилось молчание, а потом девушка, того же примерно возраста, что и Макензи, да они все были ровесниками, тихо проговорила:
– Мы не понимаем о чем идет речь, вы, наверное, ошиблись.
Она чем-то напоминала Виктору Габи: короткая стрижка, немного грубоватый голос, минимум косметики. Виктор подошел к ней поближе и показал на легкий синяк на правой стороне грудной клетки. Гематома от отдачи.
– В тире любишь стрелять?
– Да. Мой папа….
– Вы совершили сейчас огромную ошибку, чуваки, – перебил ее приятель, – вы хоть понимаете, кто у нас родителм?
Заговорил среднего роста блондин с серыми глазами, из одежды на нем были только трусы-боксеры, но держался он очень уверенно.
– Знаю, – спокойно ответил Миклош и пнул его в грудь, отчего тот отлетел к стене и ударился об нее затылком, но сознания не потерял, а только заорал от боли, – знаю, долбаные гандоны.
– Это сын советника Ричардсона, зря вы так, – пробормотал второй приятель Макензи, высокий толстый брюнет в спортивных штанах и футболке с надписью «USA”.
Ричардсон. Глава фракции миротворцев. Виктор вспомнил, что на последних выборах голосовал за него. Неужели сынок главного миротворца подался к политическим оппонентам папаши?
– Мальчики, – обратился он к ним, посмотрел на девушку и добавил, – и девочки, мы под сильным впечатлением от ваших грандиозных родственных связей, но пуле из пистолета плевать, чьи вы дети. Так что вам придется ответить на мои вопросы, если не хотите сдохнуть здесь и сейчас. Это понятно?
Девушка и брюнет понимающе затрясли головами, блондин хоть и находился в сознании, но еще не пришел в себя, а Макензи обрел голос:
– Что вам нужно? Деньги, должности? Только скажите, и все будет.
– Мне нужно, чтобы вы под запись рассказали как, зачем и кто именно убивал патрульных на КПП. А этим парням, – Виктор показал на Сониных, – нужно увидеть, что вы не лжете и готовы понести законное наказание, так как если у них появятся сомнения в вашей искренности, то суд свершится здесь.
– А ты нудный, Солано, – подал голос блондин. – Отец так про тебя и говорил.
– Я польщен тем, что мое имя известно твоему отцу, такому влиятельному и могущественному человеку, но ты уже взрослый ублюдок, так что отвечать будешь сам.
– Вы что, реально думаете, что у вас что-то получится? Все уже решено. Тебе, Солано, привет уже прилетал. И человек не промахнулся, просто никто не хотел убивать твою шлюху-мать…
Виктора пронзил электрический разряд: однажды его ударили шокером, очень похожее ощущение. Спокойствие, которому он сам удивлялся, мгновенно растворилось, и наружу выбралась злость, подстегиваемая страхом. Эти эмоции вылились в стремительную серию ударов рукоятью пистолета по голове, торсу и рукам сына Ричардсона. Что-то хрустело, блондин сначала визжал, а потом затих. Виктора остановил громкий смех Сониных:
– Капитан, притормози, так у нас не останется никого для допроса.
Виктор словно очнулся. Ричардсон лежал в позе эмбриона, на рукоятке пистолета висели волосы и кусочки кожы. Под головой парня образовалась небольшая лужица крови. Виктор достал из кармана куртки платок и протер пистолет, затем повернулся к Макензи и оставшейся парочке:
– Будем делать, как я говорю, или продолжим?
Решение было очевидным.