![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sion-nechestivyh-si-376311.jpg)
Текст книги "Сион нечестивых (СИ)"
Автор книги: Бармин Андрей
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
– Я беру с собой раненого, мы идем к доктору, и возвращаемся сюда. В десять минут уложимся?
– Да, – кивнула женщина.
– Миклош, если меня не будет через десять минут, то убейте всех. Убейте, – он сделал акцент на множественном числе. (Хммм, а как же это по-английски реализовть? Прим.) Бородатый мужчина встревожился, когда услышал его слова, и начал оглядываться по сторонам. Язык Виктора он понимал и, правда, лучше. Миклош кивнул головой и вылез из кабины, отошел в сторону так, чтобы не мешать обзору для своего брата. Виктор же подумал о том, что действие крови прекратится как раз через десять-двенадцать минут, поэтому нужно успеть оттащить Ричардсона в медпункт.
Он вытащил ублюдка из салона и перекинул через плечо. В обычном состоянии такой трюк ему вряд ли удалось бы проделать с такой легкостью:
– Пошли.
Албанцы, косовары, люди из Районов, он не знал, как их лучше называть, расступились, а женщина и бородач направились к входу в блок.
Ричардсон весил килограмм восемьдесят, но он не чувствовал особой тяжести. Надо успеть дотащить мудака до того момента, как стимуляция перестанет действовать.
В коридоре блока его встретил тусклый свет одинокой лампы, что в принципе весьма удивительно, учитывая, что электроэнергии в Республике хоть отбавляй, да и лампы накаливания изготавливались на собственных предприятииях. Затем под ногами он обнаружил битое стекло и множество гильз.
– А у вас тут было жарко, – заметил Виктор. Ричардсон дернулся, но он удержал его.
– Было, – согласился бородатый албанец, но пояснять подробнее не стал.
Медпункт находился в конце коридора, там их встретили еще двое вооруженных мужчин и человек в белом халате. Ошибиться, кто из них медик, не представлялось возможным.
– Куда его можно положить? – спросил Виктор у доктора, так как две кушетки были заняты, на металлическом столике разложены инструменты, в руке врач держал ножницы. На халате Виктор рассмотрел пятна засохшей крови.
– Вы из города? – в голосе доктора, ровесника Виктора, прозвучала какая-то отчаянная надежда.
– Да, мой спутник, – Виктор опустил Ричардсона на пол, выложенный светлой плиткой, – кашляет кровью. Сотрясение мозга у него точно есть.
– Развязать можете?
– Придется, – капитан распустил узел на руках Ричардсона. – Как мне к вам обращаться, доктор?
– Уиллби, доктор Уиллби, – врач начал осматривать и прощупывать Ричардсона. – По внутренним органам он тоже получал удары?
– Получал, – вздохнул Виктор, словно оправдываясь, – прошу вас, Уиллби, сделайте так, чтобы он выжил. От этого многое зависит.
– Постараюсь. Пока можете идти, если понадобитесь, то я дам знать.
– Спасибо, – Виктор направился к выходу. Парочка охранников преградила ему путь. Настроены они были решительно и сурово, но женщина сказала:
– Пусть идет, у нас договор. И говорите при нем по-английски.
– Иллка, Замир не стал бы договариваться с упыр….
– А я стала, – устало ответила она, – мы решили довести задуманное до конца, значит, доведем любыми способами.
Охранники отошли в сторону, а Виктор подумал, что у албанцев с дисциплиной имеются определенные проблемы. Ему хотелось вернуться к автобусу до момента, когда стимулирующее действие закончится, но он не успел. Этот момент застал его в коридоре, видеть он стал самым обычным образом, поэтому решил придерживаться рукой за стены и идти очень аккуратно, так как не хотел подскользнуться на гильзах. Интересно, как тут все происходило. И почему какие-то дикие албанцы смогли захватить охраняемую ферму? Понятно, что свою роль сыграл фактор внезапности, но у охраны фермы имелось оружие.
Он вышел из блока и прищурился, однако адаптировался быстро. Миклош облегченно прокомментировал его появление:
– Я уже начал нервничать, Солано.
– Все пока в норме. Доктор сказал подождать.
– Жить будет?
– Не знаю, я решил не отвлекать его. У него сегодня много работы.
– Капитан, – его окликнула Иллка, – нам надо поговорить. Мы дали тебе медика, так что теперь пора решить, как мы попадем к Вратам.
– А она резкая, – улыбнулся Миклош, – хотя и страшная, что пиздец.
Сонина совершенно не смущал факт, что албанка услышала и поняла его слова. Виктор повернулся:
– Предлагайте.
– У нас есть заложники, и у вас есть заложники.
– Да, эта мудрая мысль, обзавестись заложниками, посетила нас, видимо, одновременно, – попытался пошутить Виктор, но на лице женщины не мелькнула даже тень улыбки.
– Вместе у нас много заложников, так что солдаты на Вратах обязательно нас пропустят. Вы – хоть и преступники, но… – она замешкалась, чуть не сказав «упыри», – принадлежите одному народу, так что с вами быстрее договорятся.
– Хочу немного разочаровать вас, – теперь Виктор решил не шутить, – тем, кто принимает решения, наплевать на ваших и наших заложников. Ценность имеет только парень, которого я отнес к доктору.
– Даже пятнадцать горожан никак не повлияют на то, чтобы нас выпустить?
– Только в комплекте с тем парнем.
– Значит, будем вместе пользоваться им.
– Если он выживет, – Виктор все же позволил улыбнуться.
– Башким, Ринор, убейте раненых упырей. Наши новые спутники говорят, что толку от них не будет.
– Э– э, – Виктор постарался остановить их, – не надо никого убивать. Я точно не уверен, что их жизни совсем не имеют ценности. Особенно, если тот парень умрет.
– Стойте, – скомандовала она, хотя никто еще даже не приступил к выполнению предыдущего приказа.
Виктор наблюдал за происходящим с большим удивлением: как эта группа тупых деревенских жителей вообще смогла захватить ферму с таким уровнем командования? Кроме невероятного везения в голову ему ничего не приходило. Хотя, если разобраться, то судьба благосклонно отнеслась и к нему. Он все еще жив.
– Здесь есть еда? – спросил у ближайшего к нему албанца Миклош, но тот явно не понимал английского.
– Иллка, мой товарищ интересуется едой, а мне нужны сигареты.
– Еда в нормальном смысле? Обычная еда?
– Обычная, – он постарался сдержать смех. Такой забавный вопрос. Но у него имелось объяснение: они находились на ферме, где из таких, как она, преступников, выкачивали кровь.
– Да, есть что-то вроде столовой.
– Пусть нам принесут, – попросил он, на что бурно отреагировал бородатый:
– Мы вам не слуги, упыри.
– Вопрос доверия, – сказал Виктор, – пока не прояснился окончательно. Это не приказ, это просьба.
Бородатый и женщина начали говорить на своем дурацком языке, и Виктор пожалел, что не может его понимать, однако Миклош внимательно прислушивался к их репликам, затем подошел к капитану и негромко сказал:
– Они принесут. Я немного разбираюсь в их диалекте, на зачистках одно время частенько бывали. Пожрать принесут, но баба хоть и резкая, но авторитета ей не хватает.
– Я так понял, что до захвата у них был другой командир.
– Тогда понятно, но все же это необычно, чтобы кормом верховодила женщина. Они своих баб за людей не считают. Дикари фанатичные.
– Ты не особо их любишь, это заметно.
– Тупые бараны, за что их любить, – Миклош пожал плечами, – они просто созданы, чтобы быть кормом.
Виктор не стал высказывать свое мнение по этому вопросу. Его заботила мысль о Януше, который лежит в траве и явно думает, что же делать дальше.
– Твой брат…
– Мой брат пока останется там. Не спеши раскрывать все наши карты, Солано. Януш потерпит. Опыт у него имеется.
– Как скажешь.
Глава 19
Глава 19.
Иллка сидела напротив этой парочки упырей и думала, что, наверное, стоило сделать попытку убить их, когда они только приехали на ферму… Но тогда не обошлось бы без жертв с их стороны, а она очень не хотела, чтобы кто-то еще погиб. Замира и Скендера убил так быстро, а еще троих так сильно покалечил всего один раненый упырь, что Иллка понимала: два кровососа с оружием наизготовку могут сократить их группу вдвое, а то и больше.
Те охранники, которым они так удачно прострелили ноги, казалось, не доставят проблем. Члены группы быстро разобрались с персоналом фермы: медики и административные работники сопротивления не оказали, поэтому их поместили в одну из свободных камер.
Замир и Скендер оставались возле кровососов-охранников, когда один из них сумел глотнуть припрятанную кровь и даже с простреленной правой ногой вскочил, вырвал у Скендера винтовку, двумя выстрелами убил его и Замира. Затем успел сделать еще несколько выстрелов. Минус пять бойцов за считанные секунды. Иллка видела эту короткую схватку из окна административного блока.
После очередного выстрела нога у упыря все же отказала, да и крови он потерял порядочно, и он не смог устоять. Дефриму удалось выстрелить ему в спину практически в упор. Упырь умер, а их группа лишилась командира. От того, чтобы перебить всех пленных, своих товарищей отговорила Иллка, убедив их, что надо завершить начатое дело, а без заложников их просто перебьют.
И как-то само собой получилось, что мужчины начали выполнять ее просьбы-распоряжения. Не очень охотно сперва, но в итоге ее команды перестали оспаривать. Сильно повлияла и поддержка Дефрима, его уважали.
Иллке чудно было командовать мужчинами: Башкимом она манипулировать давно научилась, да и то не всегда срабатывало, а тут больше десяти взрослых мужчин с оружием.
Из новостной радиопередачи она узнала, что какие-то городские упыри схватили заложников, угнали микроавтобус и направляются в сторону Врат. Такое известие ее сильно удивило: она не думала, что упыри могут убивать друг друга, Иллке всегда казалось, что городские ненавидят ее соплеменников, а между собой ладят если не хорошо, то вполне сносно. А по радио сообщили, что еще какая-то банда наркоторговцев пыталась освободить своего лидера, которого полиция застрелила при попытке бегства.
Сейчас же она наблюдала за тем, как упырь по фамилии Солано медленно курит сигарету, а второй, который был покрепче и, как ей показалось, по-злее, деловито расправляется с остывшими макаронами, ловко орудуя вилкой.
Солано стоял возле кабины микроавтобуса, Миклош сидел на дверном пороге, а Иллка вытащила из здания стул. У нее имелась масса вопросов, но воспитание не позволяло задавать их, пока мужчины не закончат с едой. Курение по ее мнению относилось к той же категории, хотя вот отнести упырей к мужчинам было сложнее. Почти как люди.
Солано бросил окурок на землю, а Миклош убрал пустую тарелку в салон.
– Что будем делать?
– Если доктору удастся привести нашего заложника в более-менее транспортабельное состояние, то можно сразу выдвигаться, – сказал Солано, – нужно, если на то пошло. Очень скоро власти поймут, что с фермой что-то не так, и тогда сюда направят не только полицию.
– Хорошо, я попрошу узнать, как там дела у вашего пленного, – ей даже не пришлось ничего говорить, как стоявший неподалеку Башким направился в здание. – А потом? Как прорваться через Врата. Там нас будут ждать.
– Там ждут нас, про вас пока ничего не знают, так что мы можем подстраховать друг друга. Я не очень верю в то, что нас пропустят без проблем.
– Но заложники же у вас ценные?
– Это точно, но никто ничего не гарантирует.
– Женщина, – с усмешкой обратился к ней Миклош, – а расскажи нам, как вам вообще удалось заполучить два грузовика Бюро, да еще и со снаряжением?
– Ты мне не нравишься, – ответила Иллка, сама удивляясь тому, что так смело и открыто может выражать свое отношение.
– Испытываю ровно те же чувства, – улыбнулся здоровяк, – но это никак не ответ на мой вопрос.
– Мы убили их всех. Они хотели отправить нас на ферму.
– Взвод полевых оперативников Бюро? – присвистнул Миклош, – жестко. Но не верю: они обучены и подготовлены. Скажи честно, что просто угнали…
Иллка не видела смысла скрывать от них обстоятельства, поэтому, иногда с трудом подбирая английские слова, рассказала, как все произошло. Миклошу становилось все веселее, а вот Солано нахмурился:
– Это же полная некомпетентность!
– Ты не прав, капитан, – возразил здоровяк, – это просто расслабленное состояние. Уже лет пять никакого сопротивления, никаких зачисток, только операции по изъятию корма, причем корм сам сдается в большинстве случаев, вот все и перестали действовать по инструкциям. А всего-то нужно было выставить охранение у грузовиков. Да и пиво жрать при исполнении – не самая лучшая мысль.
– Иллка, – позвал ее Ринор, – подойди.
Он стоял возле угла блока. Она медленно поднялась, поправила бронежилет и подошла к нему:
– Что такое?
– Надо решать с нашими братьями и сестрами.
Ринор имел в виду пленников фермы. Они стали самым большим разочарованием. Их с Замиром план освободить их и вооружить столкнулся с неожиданным препятствием: вооружать людей, скорее их бледные тени, не имело никакого смысла.
Как пояснил доктор-упырь, чтобы задействовать минимум охраны и обеспечить подчинение, заключенных накачивали большими дозами успокоительных лекарств. Буйные и неподдающиеся давно отсеялись, так что основную массу составляли люди с подавленной волей. Почти двести мужчин и женщин разного возраста, в более-менее приличном физическом состоянии, если не брать в расчет покрытые следами от игл для забора крови тела, но не проявившие ни малейшего интереса к тому, что их хотят освободить. Доктор также сказал, что на выход из такого состояния требуется несколько дней, если отменить прием препаратов, однако многие могут и не пережить отмену. Он назвал это каким-то медицинским термином, но она его не запомнила, да и не поняла сразу, однако стало ясно, что пополнить бойцами свой отряд у них не получится. У них не было нескольких дней.
– Ринор, а что предлагаешь ты?
Парень смутился.
– Не знаю. Но не оставлять же их здесь?
– Я не вижу другого выхода, – твердо заявила Иллка и пошла в сторону блоков, где содержались узники. Ринор последовал за ней. – Мы не можем взять их с собой. Нам нужно забрать заложников и разместиться самим.
– Но они же наши соплеменники, они же и так тут мучаются.
– Тогда убей их.
– Ты чего, Иллка? – от неожиданности он остановился, а она только сбавила темп.
– Ринор, я оставила собственных детей, чтобы не подвергать их опасности. Ты хочешь, чтобы этих несчастных перебили упыри на Вратах?
– Но это же…
– Это неприятное, но самое подходящее решение. Пойдем.
Они зашли в тюремный блок и подошли к ближайшей камере: двухярусные кровати из дерева и никакой другой мебели, в углу сливная дыра туалета. Два десятка мужчин сидели либо на кроватях, либо вдовль стен, некоторые даже переговаривались между собой. Появление Ринора и Иллки не произвело на них никакого впечатления.
Легкий запах пота и экскрементов, а еще пустые тарелки, сваленные в кучу возле решетчатой двери. Ринор показал на пару собеседников:
– Видишь, они уже болтают друг с другом. Еще немного времени, и они…
– У нас нет этого «немного». За упырями из автобуса следят с вертолета. Сейчас его дозаправят и быстро определят, что они здесь, один звонок сюда и станет ясно, что что-то не так. Два грузовика и не выходящая несколько часов на связь группа. Упыри не тупицы.
– Но их же добьют здесь, выкачают остатки крови, и они умрут….
– Да, – ровным, без эмоций голосом ответила Иллка, – именно так все и будет. Но мы их не можем забрать. Не можем, и все. Оставить здесь – лучшее, что можно сделать.
– У тебя нет сердца, – заявил Ринор.
– Говори, что хочешь, но поступим по-моему, – новая роль человека, отдающего приказы, нравилась ей все больше, а вот то, что она встречала сопротивление, начинало раздражать.
Иллка прошла вдоль камер, рассматривая заключенных. Ей и остальным членам группы упыри хотели устроить подобное будущее. Она не могла сказать, что вид узников вызвал у нее сильную реакцию: нет, как раз внешне, ничего страшного они не увидели, но вот их пустые глаза, замедленная из – за лекарств моторика, вязкие гримасы – это настораживало, даже пугало. Конечно, чтобы контролировать людей в таком состоянии, нужно меньше охраны, так что логика упырей поддавалась объяснению, а возможные последствия от приема такого количества препаратов никого не интересовали. Даже несчастных узников.
В одной из камер содержались женщины, при виде которых у нее подступил комок к горлу: трое из пяти оказались беременными. Кто мог воспользоваться ими: упыри их охраны или соседи по камерам не имело никакого значения. Она просто не могла даже представить, что им позволят родить. Ведь забирать кровь у вынашивающей ребенка матери – верный способ убить обоих. Но они не станут забирать и этих бедняжек. Иллка понимала, что с ее решением согласятся не все, но реальность такова, что им просто придется согласиться.
– Нам надо будет оставить несколько человек из обслуживающего персонала, чтобы они их кормили, когда мы уедем.
– Они же заново начнут отбирать кровь, – не успокаивался Ринор. Она повернулась к нему и зло сказала:
– Тогда оставайся с ними, жди, пока они не придут в себя, отдай им оружие.
– Мы можем сделать это всей группой. Создадим очаг сопротивления….
– Ринор, что за чушь ты несешь? Наш план – проще некуда. Нам нужно покинуть Республику. И все. Если повезет и если выживем.
– Зачем ты оставила этих упырей в живых? Чем они нам могут помочь?
– Как минимум, в боевом отношении они будут получше нас, если дело дойдет до драки.
– А они станут стрелять по своим?
– Станут, уже постреляли. На них охота идет, так что цели у нас одинаковые.
– Ох, не вышло бы из этого чего плохого. Не доверяю я им.
– И я не доверяю, но лишний козырь не помешает.
– Ладно, понял, пошли обратно.
Они вернулись к первому блоку, где встретили доктора Уиллби. Упырь-врач выглядел уставшим, но спокойным:
– У вашего парня ушиб легкого, но жить будет. Рекомендую отправить его в нормальную больницу с оборудованием и препаратами. А кровоостанавливающее я ему вколол: сосуды в носу и гортани полопались.
– Уже хорошо, – улыбнулся Солано. – То есть он вполне транспортабелен?
– Тряска и удары не приветствуются, но по трассе можно везти без опасений.
– Спасибо, док.
Он заметил Иллку:
– Мы готовы выдвигаться. Нас больше ничего не держит.
– Нас тоже, – ответила она, – доктор, иди сюда.
Это прозвучало грубо и не очень грамотно, но она плевать хотела на условности. Врач приблизился к ней, ожидая подвоха:
– Что?
– Доктор, мы сейчас заберем охрану и почти весь персонал. Оставим вас и двух медиков, вы позаботьтесь о пленниках. Не только лекарства, но и еды им дайте, пока ваши сюда не приедут.
– Хорошо.
– Я делаю тебе большое одолжение, упырь, что не забираю с собой, так что отнесись к моей просьбе по… – она чуть не сказала «человечески», но спохватилась, – справедливости.
– Хорошо. Ваши люди, те, что ранены, кстати, тоже могут передвигаться. Жить будут.
– Хорошо, – она повторила за ним и начала распоряжаться группой.
В один из грузовиков набили заложников, за этой операцией Солано и его товарищ наблюдали совершенно безучастно, хотя пленные, увидев на одном из них полицейскую форму, попытались позвать на помощь. Новые союзники Иллки предпочли удалиться в свой микроавтобус.
Минут через двадцать ее группа подготовилась к отъезду, а Солано забрал из медпункта ценного заложника. Она подошла к упырю:
– Как именно мы минуем охрану Врат?
– Представления не имею, – усмехнулся Солано, затем посмотрел на своего товарища, – а ты бывал на Вратах?
– Бывал.
– Расскажи, что там и как.
– В принципе – Врата это длинный искусственный тоннель в Барьере. Две полосы для автотранспорта. С обеих сторон въезд блокируется войсками: нашими и солдатами внешних. Точно численность охраны не знаю, но не меньше ста бойцов с каждой стороны. Есть бронетехника рядом: я лично видел два «Абрамса» и два «Страйкера» с нашей стороны. КПП, он же таможенный пост, на котором проходит тщательный досмотр транспорта. Рентен, визуальный осмотр, собаки, контроль веса. Таможенники тоже вооружены. Насколько я знаю, со стороны Внешних все заминировано, плюс там в воздухе постоянно туча дронов.
– Туча чего? – не поняла Иллка.
– Летающих ракет, которые сами могут атаковать цели, без человека, что такое ракета понятно?
– Понятно, – она даже на стала обижаться. Пусть лучше считают ее тупой, но отвечают на вопросы.
– Так что с боем пробиться шансов у нас нет никаких, – подытожил упырь. – Сейчас там все в полной боевой готовности, так что только торг заложниками. И еще я думаю, что внешние сто раз подумают, пропускать к себе нас или нет.
– Это еще почему?
– Давно никто не пытался к ним выйти. Могут заподозрить что-то.
– Это будет уже следующей проблемой. Сейчас нам главное добраться до Врат, отдать заложников так, чтобы нас не перестреляли, а с внешними будем как-то договариваться. Думаю, что определенный интерес мы для них представляем. Информация изнутри.
– Солано, ты просто идеальный перебежчик. Скажи честно, ты давно задумывал туда свалить?
– Нет, только сегодня ночью пришел к такому решению. Вы, кстати, тоже легко согласились.
– Не хочется сдохнуть, прислуживая гнилым мудакам.
– Там, за Барьером, тоже ведь не все гладко.
– А откуда мы знаем, как там? То, что нам вдалбливают в пропаганде – это одно, а, как в реальности все устроено, кто знает?
– Ладно, пора выдвигаться.
– Выдвигаемся, – скомандовала Иллка.
Решили, что впереди поедет грузовик с пленными с фермы, за ним микроавтобус Солано, замыкающим грузовик с Иллкой и основной частью ее группы. Упырь предупредил, что преследователи могут попытаться расстрелять их с воздуха, поэтому и предложил ехать в середине, чтобы городские побоялись задеть автобус с заложниками.
Она села в кабину рядом с Дефримом. Ее не отпускала тревога по поводу детей: а не станут ли упыри мстить через них, не отправят ли малышей на ферму? Но на этой ферме она не увидела узников младше шестнадцати, так что имелась надежда на то, что упыри все же не станут срывать зло на детках.
– Про детей думаешь? – поинтересовался Дефрим.
– Да.
– А я еще и про жену. Несладко им без нас придется.
– Так и так им бы пришлось обходиться без нас, – вздохнула Иллка. – Ты же видел этих несчастных?
– Нет, не пошел, не стал, не смог, – ответил он. Иллка удивилась. Дефрим показал себя вполне смелым бойцом, а смотреть на заключенных не смог.
– Почему?
– Я бы перестрелял тогда упырей, которых мы захватили. А этого делать нельзя.
– Там все не так ужасно, как я думала, но и ничего хорошего. Загоны для скота. И люди, превращенные в коров, которых доят.
– Так они нас так и называют: корм. Твари, ненавижу.
– Мы все их ненавидим.
– Скажи, Иллка, только честно: ты веришь, что у нас получится?
– Откуда мне знать? Пока удача или воля Аллаха на нашей стороне была.
– Да нет никакой воли Аллаха, – заявил торговец. – Нам просто везет. Если бы Аллах был, то такие твари, как Бехир, не прожили бы и дня на свете.
– Ты потерял веру?
– Да. Этот скот рассказывал нам про джихад, про борьбу, а сам продавал упырям.
– А я, честно признаюсь, раньше не особо верила, а вот сейчас думаю, что помогает он нам.
– Сами мы себе помогаем, Иллка. А упыри, правильно этот, который покрепче сказал, расслабились. Их расслабленность и наша внезапность – вот и ответ.
– Тут же есть радио? – поинтересовалась она.
– Да. Надоело меня слушать? – усмехнулся Дефрим и нажал какую-то кнопку на приборной панели.
– Нет, новости надо послушать. Может, что интересное узнаем. Сделай не очень громко, чтобы мы разговаривать могли.
– Как скажешь.