![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sion-nechestivyh-si-376311.jpg)
Текст книги "Сион нечестивых (СИ)"
Автор книги: Бармин Андрей
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)
Он сходил за водой, наполнил пластиковую бутылку из-под лимонада и отнес ее в гостиную.
– Пейте, но учтите, что гадить будете под себя. Мы вас в туалет водить не станем.
От них несло рвотой, потом и, похоже, предупреждение про туалет запоздало, мочой. Девушка спросила:
– Вы же не станете нас убивать? Вы же договорились?
– А ты предлагала парням на КПП такой вариант?
Она не ответила, а опустила голову вниз. Если не знать, что эта компания расстреляла восемь человек, то могла бы вызвать сочувствие: такие растерянные, замученные и напуганные молодые люди.
Он еще раз вспомнил про запасы топлива на Станции, и перспектива покинуть Республику, хоть и стерилизованным, стала не такой уж и страшной. Внешние не пропустят такой момент и обязательно начнут вторжение, в котором отыграются за поражение во время Революции.
Глава 15
Глава 15.
Иллка наблюдала за гостиницей из маленького магазинчика, расположенного напротив и принадлежавшего одному из их группы. Еще вчера вечером они с Башкимом привезли пиво, за которое Букерош тут же расплатилась, так что осталось дождаться появления «монтажников» и переходить к действиям.
Прогноз Замира по количеству людей, которые решатся на сопротивление, оказался не совсем верным: полностью отказались только двое, так что заговорщиков набралось двадцать три человека. Оружие было у всех: «калашниковы», охотничьи ружья, три пистолета и несколько американских штурмовых винтовок. Даже три десятка лет власти упырей не смогли опустошить бездонные запасы оружейных схронов.
Кроме прибывающих «монтажников» в деревне на постоянной основе находились четверо полицейских и полтора десятка городских чиновников: налоговые сборщики, три учителя, один доктор, специалисты по обслуживанию агротехники. Иллка знала, что не все городские жители являются кровососами, но как это выяснить понятия не имела, поэтому заговорщики решили не разбираться, а убить их всех.
Магазинчик пользовался популярностью, так что она за три часа устала отвечать на приветствия посетителей и в двадцатый раз рассказывать, как у нее дела. Но нужно было следить за парковкой гостиницы.
В районе десяти утра ожидаемые гости прибыли: два больших грузовика с установленными пассажирскими вагончиками, на которых было написано «Ремонтная служба». Ехали эти грузовики без использования «рогов», за ними тянулся черный дымный след. К Иллке, стоявшей у окна, подошел Дефрим, хозяин магазинчика. Покупателей в этот момент не было:
– Ты права, это не ремонтники.
– Почему так решил?
– Дизель упыри тратят только на военных и полицию. Ремонтники бы приехали на контактах.
Грузовики остановились, и из вагончиков выпрыгнули пассажиры: в черных рабочих комбинезонах с рюкзаками на спинах. Все примерно ее возраста, ни одного значительно старше, высокие и стройные. Иллка насчитала девятнадцать человек, чуть позже к ним присоединились четверо из водительских кабин. Дефрим покачал головой:
– В фургоне одном могли приехать, так что да – вторая машина для нас, тех, кого на ферму забрать собрались.
В гостиницу «монтажники» зашли чуть ли не строем. Иллка сказала:
– Не думаю, что они сразу на пиво накинутся. Вечером, наверное.
– Да кто их знает? Это же не ракия. Пиво. А сегодня денек теплый очень. Может, в обед и начнут.
– Ладно, пойду к Замиру, скажу, что прибыли гости.
– Иди.
То, что она решила участвовать в нападении на упырей, не все мужчины восприняли спокойно. И до Революции здесь начинал насаждаться шариатский порядок, а потом ислам стал для многих последним прибежищем и укрытием от навалившихся невзгод, да и с образованием не только для женщин, но и для мужчин, приключилась беда. В школах учили теперь только арифметике, английскому языку и основам ведения сельского хозяйства. Упырям образованные косовары были не нужны. Но Замир заткнул рты недовольным. Его слушались, его мнение уважали. Иллка в тот момент, когда возмущенные притихли после его окрика, подумала о том, что такой муж для нее был бы идеальным. Но ей достался Башким.
На улице действительно было очень тепло, она расстегнула воротник сорочки и вытерла капельки пота с груди платком. По улице сновали односельчане – преимущественно женщины, так как мужчины были в поле на работе, много детей с разными игрушками: у кого самодельные деревянные, а у кого-то и пластиковые, купленные в Урошеваце. Иллка из рассказов родителей знала, что до появления упырей, никаких проблем ни с игрушками, ни с одеждой не было. У всех были мобильные телефоны, почти в каждой семье одна-две машины. Не идеально, конечно, жили, но всяко получше, чем сейчас. И, конечно же, не было подспудного, постоянного, неискоренимого страха, что в любой момент могут нагрянуть упыри и выпить твою кровь. Мать Иллки говорила, что упырей прислал Аллах, чтобы наказать умму за прегрешения, но отец, а он был образованным, ругался на нее и объяснял, что упырями стали американские и европейский солдаты в результате каких-то медицинских процедур. И еще он добавлял, что упыри не такие упыри, как в книжках, и жаль, что не такие.
Замир встретил ее возле калитки своего дома. Он был сильно напряжен, так как Иллка ушла в магазинчик еще рано утром.
– Приехали упыри, – не очень громко сказала она. – Двадцать три человека, ни одного старика или совсем юнца. Два грузовика.
– Хотел сказать, что «хорошо», но потом понял, что ничего в этом хорошего нет.
– Все собрались? – Иллка повернула голову в сторону дома.
– Да. Никто не отказался. Будем ждать от вас еще новостей. Жаль, что некого в гостиницу отправить.
– Могу у Букерош спросить, не нужно ли ей еще пива.
– Не нужно. Подозрение вызовешь. Вчера же только продала.
– А Бехир что делает?
– Пока не знаю, за ним тоже наблюдают. С утра дома сидел.
Она хотела поинтересоваться, как Башким, но передумала: не хотелось разочароваться. Со вчерашнего вечера он вел себя не совсем привычно. Перестал говорить цитатами, помогал ей в полную силу, как-то внутренне собрался. Но Иллка не верила, что его хватит надолго. Слишком хорошо знала своего мужа.
– Тогда я вернусь в магазин. Буду оттуда наблюдать. Если отрава сработает, то обязательно фельдшера и доктора позовут. Как они объявятся, так и начинать пора.
– Верно.
Иллка заскочила домой и прихватила кусок кукурузной лепешки с изюмом. Просить еду у Дефрима она стеснялась, а желудок уже урчал от нетерпения.
Она подумала о детях, и сердце наполнилось теплотой: жаль, что она их больше не увидит. На мгновение ее посетила мысль: отказаться от всего, запрячь лошадь в телегу и отправиться к родителям. Но таким образом она только приведет упырей к своим малышам.
После возвращения в магазин она простояла у окна почти четыре часа до момента, когда со стороны фельдшерского пункта в сторону гостиницы быстрым шагом направился городской доктор с чемоданчиков, а через две минуты и местный фельдшер с большой сумкой из брезента, на которой был нарисован красный крест. Дефрим в это время обслуживал покупателя, и она крикнула ему:
– Сбегаю до дома. А то закипает!.
На бегу она понадеялась, что Дефрим понял смысл этой глупой фразы, и начнет действовать. Ему и двум соседям – заговорщикам предстояло захватить полицейский участок.
До дома Замира она домчалась за несколько минут. Стучать в калитку не пришлось, ее увидели из окна. Вскоре открылись ворота и Замир вместе с десятком заговорщиков уже с оружием в руках, вышел на улицу.
– Доктор к ним направился. Помоги нам Аллах.
– Все, Иллка, ступай домой. И молись. Молись, чтобы все не закончилось сразу.
– Я с вами пойду, Замир, – тихо, но твердо заявила она.
– Эй, женщина, – в голосе у одного из мужчин отчетливо послышалось недовольство, – делай, как мужчина тебе сказал.
– Я пойду с вами, – уже громче повторила она, и Замир махнул рукой.
– Хорошо. Стрелять умеешь?
– Нет, но не думаю, что дело хитрое.
Они шли по улице, совершенно не скрываясь. Односельчане смотрели на них со смесью любопытства и ужаса. Появиться днем в деревне с оружием в руках – верный способ отправиться на ферму. Замир протянул ей пистолет, на ходу пояснив, как с ним обращаться. Иллка хоть и слушала внимательно, но запомнила не все, поэтому оставила предохранитель снятым, а ствол направила в землю.
– Вы с ума сошли! – навстречу им выбежал древний старик. Он, наверное, еще успел при сербах пожить. Иллка видела его редко, так что даже не знала имени. – Упыри же вас покрошат! А потом за нас примутся…
– Уйди с дороги, старый, – его оттолкнули в сторону. И куда только подевалась вежливость к пожилым людям.
Иллка почувствовала странное возбуждение от осознания того, что впервые в своей жизни она не одна, а часть чего-то общего, какого-то совместного дела, которое хорошее и правильное. И даже обстоятельство, что дело это сопряжено с убийствами, никак не влияло на ее бодрый настрой.
Вскоре они перешли на бег, так как раздался первый выстрел. Дефрим с товарищами зашли в полицейский участок. Из домов начали выглядывать женщины: кто поумнее забирал с улицы детей, а любопытные дурехи даже шли за ними, чтобы посмотреть, что будет.
Гостиничное кафе находилось рядом с парковкой, и у него было два входа, так что Замир разделил свою группу на две части, и они зашли в помещение одновременно.
В просторном зале на стульях и столах лежали упыри. Возле одного из них стоял доктор и что-то говорил фельдшеру. Та держала в руках ампулу с каким-то препаратом. В нос ударил запах рвоты: пиво с отравой все же подействовало. По залу с ошеломленным видом металась Букерош, истошно крича:
– Что же делать!
– Для начала заткнуться!
– Вы кто такие? – городской доктор, Уильямс, вспомнила Иллка его фамилию. – Быстро ушли!
Замир поднял винтовку, прицелился и выстрелил ему в грудь. Доктора швырнуло на фельдшера. Несколько упырей в комбинезонах, видимо, получили не полную порцию отравы, потому что сделали попытки встать, но тут до заговорщиков все же дошла мысль, что медлить нельзя, и они начали стрелять по ним в упор. Грохот от выстрелов был невероятным, у нее зазвенело в ушах, но визг Букерош перебивал все. Иллка решила остановить ее любым способом, поэтому ринулась через зал, едва не подскольнувшись на чьей-то рвотной массе.
Букерош визжала, не останавливаясь ни на секунду, и Иллка подняла пистолет, чтобы погрозить ей. В этот момент сидевший рядом с Букерош упырь очнулся и подпрыгнул с места: в руке у него мелькнула вилка, которую он воткнул администратору в руку. Букерош заорала еще сильнее, а упырь подтянул ее к себе и жадно присосался к ране. Иллка увидела совершенно обезумевшие глаза администратора и нажала на спусковой крючок. Отдача у пистолета оказалась сильной, так что она еще несколько раз рефлекторно надавила на спуск. На спине упыря расцвели кровавые цветки, а Букерош перестала кричать, так как одна из пуль угодила ей в грудь.
Выстрелы Иллки оказались последними. С остальными упырями заговорщики справились раньше. Кто-то нервно засмеялся. Голос был очень знакомым, и она поняла, что смеется Башким:
– А не такие уж они и великие воины, эти кровососы.
– Нам повезло, что пойло твоей жены сработало, – ответили ему, и тут кто-то добавил:
– Наверное, это к лучшему, что я никогда не покупал у нее пиво.
Помещение заполнилось смехом, Иллка тоже заулыбалась, хотя смеяться на фоне двух десятков мертвецов ей показалось немного неправильным, но она не могла сдержать рвущийся хохот.
– Так она еще и кровососа прибрала! – с восхищением заметил тот же заговорщик, что пошутил про пиво. – Я теперь сильно удивляюсь, что ты вообще, Башким, выжил в этом браке.
Иллка хотела ответить, что она и сама удивляется этому факту, но решила промолчать. Когда смех полностью прекратился, Замир скомандовал:
– Надо узнать, как дела в участке, потом арестовать Бехира и быстро прикончить налоговиков и учителей. Скендер, Ринор, проверьте грузовики, Иллка, Башким – по номерам пройдитесь. Остальные со мной. Сбор в участке через полчаса.
Иллка с какой-то застенчивостью попросила мужа:
– Поставь на предохранитель, пожалуйста.
Она не испытывала ни капли сожаления от того, что убила упыря, но вот мертвая Букерош, которую она сильно не любила, совсем не радовала. Она ей будет сниться, приходить по ночам и спрашивать «за что?». Иллка тут же подумала, что шанс на то, что она успеет хоть один раз уснуть, очень мал, так что бояться визитов мертвой односельчанки не стоит.
Она пересчитала трупы и сказала Башкиму:
– Они все здесь.
– Замир сказал проверить, так что надо проверить. Держи.
Он отдал ей пистолет, а сам пошел впереди. Иллка заметила, что его рубашка в крови и подумала, что отстирать ее будет не очень просто.
В гостинице, кроме трех горничных и двух теток-поваров, никого не оказалось. Они, услышав пальбу, закрылись на кухне, так что Иллке пришлось долго уговаривать их открыть дверь.
– Идите домой, гостей тут теперь долго не будет.
После осмотра они вышли на парковку, где их ожидали Скендер и Ринор. Вид у них был восторженный, оба держали в руках компактные пистолет-пулеметы.
– Там целый арсенал, и ружья, и гранаты, и броня. Нам повезло.
– Надо надеть жилеты, – сказала Иллка, на что Ринор возразил:
– Воинам Аллаха не требуется такая защита. Нас защищает вера и милость Господа.
– Поступай, как знаешь, а я пойду подберу себе что-то.
Башким и Скендер последовали за ней. Аллах помогает им, но и злоупотреблять его расположением глупо.
Иллка с большим трудом нашла подходящий по размеру бронежилет, а с наколенниками и нарукавниками у нее так и не получилось. Башкима преследовали те же проблемы, а вот худой Скендер с легкостью облачился в боевой костюм и теперь думал, как же сделать так, чтобы его по ошибке не приняли за упыря. Он нашел какой-то маркер и на шлеме написал фразу на арабском. Иллка не стала интересоваться, что она означает. Ей это было не интересно. Гораздо важнее ей показалось выбрать оружие помощнее пистолета. Она спросила у Башкима, что он посоветует, но получила неожиданно честный ответ:
– Я в них не разбираюсь, Иллка. Наверное, получше, чем «калашников».
– Возьми эту, – Скендер закончил с рисованием и показал на черную винтовку с каким-то устройством сверху, – прицел оптический, бьет далеко и точно.
– А ты откуда знаешь?
– От отца журналов много осталось, он любил это дело.
– Спасибо, – ее взгляд коснулся закрепленного к стене фургона холодильника, и она открыла дверцу. На нескольких полках стояли белые стаканчики из толстого непрозрачного пластика. Не меньше двух сотен. Кровь мертвых людей, замученных на фермах. Кровь, которую эти твари пили, чтобы стать сильнее и быстрее. Она закрыла дверцу, раздумывая, как поступить. Просто выбросить ей показалось кощунством, поэтому решила оставить на месте.
– Выходите, Замир возвращается, – позвал их Ринор.
Если у Дефрима и товарищей в полицейском участке все прошло гладко, то Замиру и его группе не повезло. Или повезло, что они потеряли всего троих убитыми. С налоговыми агентами разобрались быстро, а вот с учителями получилась накладка.
Мужчину-учителя они застрелили в его же кабинете, но молодая девка-упырь успела выпить кровь у первого попавшегося мальчишки, после чего голыми руками свернула шею одному из заговорщиков, воспользовалась его дробовиком и уложила еще двоих. Потери были бы еще больше, если бы она не решила сбежать. Причем для побега выбралась на обезлюдевшую улицу, выбросила дробовик и помчалась в сторону Врат. Ей не хватило смекалки скрыться с линии огня, и девку расстреляли в спину. Теперь никто не говорил, что воевать с упырями легко.
Между тем к полицейскому участку осторожно начали подходить односельчане, в основном мужчины. Иллка увидела, что по дороге ведут Бехира. У него были связаны руки, и он заметно прихрамывал на левую ногу.
– А его за что, Замир? – поинтересовался кто-то из небольшой толпы.
– Вот сейчас он сам и расскажет, – мрачно ответил он. – Он расскажет много интересного.
– Замир, – с надрывом произнесла молодая женщина, – городские же теперь всю деревню на ферму отправят. Вы только о себе думали!
– Так берите оружие и сражайтесь, чтобы не отправили. Пока мы будем позволять им творить такое, так и будем оставаться кормом. Хватит.
– Через час здесь будут танки и вертолеты, тогда вы долго не протянете.
– У сербов тоже были танки и вертолеты, и даже самолеты. Но наши деды победили. Долго бились, но победили.
Иллка не увидела в глазах слушавших его людей огня ярости и ненависти к упырям, там давно уже поселился страх, который сейчас вытеснялся ужасом от понимания того факта, что скоро здесь начнется маленькая война. И она вышла вперед:
– За моей спиной – мужчины, бойцы, а перед моим лицом я вижу только баб, причем у половины из них есть яйца и бороды, но за ними прячутся плаксивые девочки. Не хотите сражаться – бегите, так хоть мешать не будете. А если хотите, то оружия на всех хватит.
Глава 16
Глава 16.
Доверять Митчеллу, конечно, не стоило, но к разрешению конфликтной ситуации он отнесся со всей серьезностью. Через час возле подъезда стоял микроавтобус с тонированными стеклами. Об этом сообщил Януш, который очень осторожно отодвинул пластину жалюзи на кухне и смог удостовериться в том, что автомобиль подогнали. Почти сразу бюрошник позвонил Виктору и сообщил, что все готово, что никто не станет атаковать их при погрузке, что спецназ и прочие силы отведены на безопасное расстояние.
Виктор не верил сказанному. Стоит им только начать погрузку, как снайперы перебьют их. Между выходом из дома и микроавтобусом расстояние хоть и не очень большое, но все же его достаточно для того, чтобы опытный стрелок сделал результативный выстрел. Он поделился своим сомнением с Сониными, но те ответили, что не видят в этом проблемы:
– Бросим несколько дымовых шашек. Снайперы не станут рисковать даже с тепловизорами: не определишь где мы, а где ублюдки. Но тут появляется вторая проблема: а машине нас могут ждать. Это не очень вероятно, но учесть этот момент стоит. И дальше: тот, кто будет за рулем, рискует в разы больше, чем те, кто в салоне.
– Я сяду за руль, – заявил Виктор, – я вас в это дерьмо затащил, так что мне и риска побольше.
– Решим, – коротко бросил Януш и принялся доставать шашки.
Ричардсон пришел в себя. Виктору пришлось засунуть ему в рот кляп, так как слушать непрекращающийся стон, не очень хотелось. Он мешал ему думать. А голова у капитана и так не очень хорошо работала: вечерняя выпивка, гранатометчик, а затем вот это веселое приключение, похоронившее карьеру и грозящее отобрать жизнь.
Он посмотрел на уровень заряда сотового телефона и усмехнулся: осталось на пару звонков. Сонины закончили с приготовлениями:
– Есть несколько гранат, прикрепим их к ублюдкам. Только предупреди об этом Митчелла. Это тоже поможет остановить снайперов.
Виктор позвонил бюрошнику и сказал:
– Через пятнадцать минут будем выходить.
Ричардсон с трудом, но все же сумел подняться на ноги, однако зашатался и чуть не рухнул обратно: сотрясение он получил приличное. Его тут же вырвало на пол, Виктор еле успел отскочить в сторону, подумав, что даже в наркоманских притонах он не сталкивался с таким количеством блевотины. Странно, что его самого от этого запаха и вида пока не тошнило.
– Если ты не сможешь идти сам, то я пристрелю тебя, – заявил он сыну советника, когда тот ве же встал на ноги. Связанные руки не давали ему возможности держаться, но освобождать его капитан не собирался.
Миклош упаковал остатки арсенала в рюкзак, закинул через плечо два «калашникова» и открыл сумку-холодильник.
– Сейчас надо.
Виктор с отрешенным видом взял в руки стаканчик, открутил крышку и, закрыв глаза, выпил содержимое. Чужая кровь была соленой и отвратительно холодной. Организм протестовал против этого напитка, и он уже собрался исторгнуть его обратно, но уже начался процесс усвоения. И это было приятно. Знакомое ощущение подъема, чувство, что получаешь власть над временем. И легкая тревога от понимания, что такое состояние долго не продлится.
Сонины, принявшие свои порции, действовали в одной с ним реальности, а вот захваченные ублюдки превратились в замедленных, заторможенных тварей, которых пришлось подгонять. Восприятие обострилось, и теперь запах рвоты, пота пороховых газов и остатков слезоточивого газа смешались в омерзительный коктейль. Он зажал нос платком и заметил, что Сонины смеются:
– Пошли.
Вперед пустили толстяка, за ним Януш с оружием наизготовку, через приличную дистанцию остальная троица пленников, затем Виктор, Миклош шел замыкающим.
Спускаться по лестнице пришлось пригибаясь, так как снайперы могли открыть огонь по окнам между этажами. Виктор почему-то никак не мог успокоиться по поводу снайперов, ему казалось, что именно они и отправят их на тот свет.
Но Митчелл сдержал обещание. Они выбросили из пустого вестибюля, где даже и намека на старика-вахтера не было, на улицу несколько шашек, дождались пока густой желтоватый дым хорошо скроет их от возможного обстрела, и Януш заскочил в микроавтобус, откуда просигналил:
– Чисто.
Виктор решил обойтись без противогаза, чтобы преодолеть это небольшое расстояние и поступил верно. Через три секунды он оказался в салоне. Миклош же нацепил противогаз и начал проталкивать пленников вперед. Завеса понемногу начинала развеиваться, чему способствовал приличной силы ветер.
Виктор чувствовал, что прежнее существование было просто тюремной камерой для его настоящего тела, живительный глоток освободил спящие силы, возвысил его, превратил в реального Виктора Солано, а не того жалкого хлюпика, который несколько минут назад переживал по поводу снайперов. Да им просто не удастся в него попасть, потому что двигается он словно этот ветер, который разнес дымовую завесу, а мыслит и оценивает обстановку еще быстрее.
Он выскочил наружу и сел на место водителя. Два поворота головы, и он уже знает, где укрылись враги. Виктор оглянулся и, удостоверившись, что все в салоне, завел двигатель и надавил на педаль. Машина двинулась вперед. Сонины успели задвинуть дверцу.
Он вел микроавтобус на приличной скорости, две патрульные машины еле успели убраться с пути, он даже заметил испуганные выражения лиц полицейских водителей. Прозвучал звонок.
– Солано, сейчас я пущу перед тобой машину сопровождения. Следуй за ней.
– У меня садится аккумулятор.
– В салоне есть рация. Будем пользоваться ей. Я это предвидел.
– Хорошо.
Митчелл пока не делал попыток силой отбить молодых ублюдков, что могло указывать на то, что он собирается выполнить договоренность, а могло быть просто подготовкой в внезапной и результативной атаке. Но у них не имелось иного выбора, кроме как прорываться к Вратам.
Обещанная машина сопровождения вывернула из какого-то переулка с включенными проблесковыми маяками. Это был черный кроссовер «Ниссан». Немногочисленные машины на дороге съезжали к обочинам, освобождая им путь. Виктор успевал не только следить за дорогой перед собой, но и бросать взгляды по сторонам. Последний раз он видит дома Урошеваца, его родного города, в котором прошло детство, и который так подло предал его.
– Солано, как настроение? – поинтересовался Януш.
– Отличное! – Виктор не врал.
– А ты нос воротил.
Отвечать он не стал, так как ответ был очевиден: он зря пренебрегал даром, чудесной особенностью, которая раскрывала его потенциал…
Митчелл, видимо, постарался обеспечить «зеленый» коридор в полном объеме, так как на всех перекрестках светофоры светились зеленым. И потому резко ударивший на очередном перекрестке в бок «Ниссана» грузовик, стал неожиданностью. Кроссовер развернуло и швырнуло на фонарный столб, грузовик начал торможение. Виктор среагировал моментально: словно профессиональный гонщик успел проскочить между тормозящим грузовиком и смятым кроссовером, по которому кто-то открыл интенсивный огонь из автоматического оружия. По микроавтобусу не стреляли, так что он не стал сбавлять скорость и повел машину вперед. Кто и зачем вывел из сопровождения кроссовер БВБ он даже представить не мог.
Машины сопровождения, следовавшие за ними, проскочить не успели, так что они отделались от людей Митчелла, но радоваться этому было преждевременно. На следующем перекрестке их ожидал пассажирский троллейбус с опущенной контактной антенной, полностью перегородивший дорогу. Даже обостренные инстинкты Виктора не могли заставить микроавтобус взлететь. Он сбросил скорость, Сонины приготовились стрелять, на ходу открывая раздвижную дверь. Виктор подумал о том, что скоро действие крови закончится, и он потеряет дополнительные воможности.
В троллейбусе находились вооруженные люди: в гражданской одежде, но в масках и бронежилетах. Он насчитал семерых, но стоило ожидать еще несколько человек. Один из них вышел из троллейбуса и прокричал, когда автобус остановился:
– Отдайте нам мелких ублюдков, и мы пропустим вас куда вам угодно. Нам не нужны ваши сраные жизни.
Виктор вспомнил голос, и тут же его владельца. Артур Принс, по оперативным данным один из подручных Бейкера, он с ним даже пару раз беседовал. Стало понятно, кто стоял за этой атакой, но Виктор не мог поверить, что Бейкер мог решиться напасть так открыто на полицию и Бюро.
– Принс, сними маску, – Виктор открыл дверцу кабины и положил на колени «Хеклер».
– Капитан Солано, так приятно общаться с благоразумным человеком. Вы же сделаете, как я прошу?
– Конечно же, нет. Что тебе пообещал Бейкер?
– Деньги, капитан. У вас их нет, так что торга не будет.
– Мертвецам деньги ни к чему.
– Вы зря надеетесь, что пока «вмазались», то справитесь с нами, – Принс понимал, что они под стимулирующим действием крови. Дураком он не был.
– Бюро вас найдет.
– Через полгода Бюро будет явно не до нас.
Виктор усмехнулся: информация про заканчивающееся топливо уже начала растекаться по Республике. Скорее всего, именно это и подтолкнуло членов Совета на прикрытие преступления своих детей и родственников.
– Топлива там почти на два года, так что вас найдут. Республика не так велика.
– И поэтому вы решили свалить за Барьер, капитан?
– Да, бороться за справедливость в стране, которой скоро не станет – глупо. А стерилизоваться не означает сдохнуть при бомбежке.
– Но за Барьер лучше валить с деньгами….
– Ты думаешь, что Внешние оставят их тебе? Заберут на Вратах, потом фильтрация и карантин. Или у тебя есть потайная тропа?
– Есть канал…
– Как только ты покинешь Республику, то станешь не интересен для своего партнера за Барьером. И он распорядится твоими деньгами, а там, за Барьером, ты уже будешь под постоянным контролем, так что даже яйца оторвать ему не сможешь.
– А вы, капитан, смотрю, не очень верите в нашу победу, если начнется вторжение, – в голосе Принса звучал вызов, словно он хотел пристыдить Виктора за отсутствие патриотизма.
– Я не зря ходил в школу, там были уроки географии, так что масштаб Республики на фоне всего остального мира ничтожен, да и в техническом отношении мы в жопе. Вопрос будет только в том, за сколько дней или часов, внешние расколотят нашу армию, и сколько понадобится времени, чтобы зачистить эту территорию от особо упорных.
Действие чужой крови прекратилось внезапно, и на его плечи обрушился невыносимый гнет. От резкого контраста в ощущениях заболела голова. Кровавое похмелье.
– Отпустило? – Принс тщательно следил за его поведением и отметил, что Виктор расслабил мышцы. Для того, чтобы так четко фиксировать чужое состояние, требовался немалый опыт употребления.
– Да. Я предлагаю тебе и твоим людям забыть о Бейкере и прорываться к Вратам вместе с нами. Пока эти мелкие твари интересны папаше и дяде, мы будем в относительной безопасности. А вы уже замазались по полной программе, когда атаковали машины Бюро.
Глаза Принса забегали, словно он производил в уме какие-то расчеты. Только сейчас он начал понимать, что ввязался в очень опасную игру. Дураком Виктор его бы не назвал, оттого было удивительно, что Принс вообще согласился на такое предприятие. Видимо, известие о заканчивающемся топливе могло заставить человека перестать мыслить рационально. Виктор последние дни толком не мог сосредоточиться, так как события наваливались на него со все возрастающей силой, так что осознание факта, что скоро привычное для граждан Республики существование прекратится навсегда, еще не полностью захватило его.
Принсу крикнули из троллейбуса:
– Вертолет.
Виктор в тот же момент услышал шум лопастей. Вряд ли, Митчелл, начнет обстрел с воздуха, но людям Бейкера на предпоследнем перекрестке придется туго. Принс скомандовал:
– Поднимайте контакт, грузитесь. Есть желающие за Барьер – со мной, если нет, то в разбег.
Капитан сглотнул слюну. Бандит принял верное решение, так что шанс вырваться из Урошеваца оставался. Виктор захлопнул дверь и начал заводить двигатель. Януш через окошко в перегородке между кабиной и салоном поинтересовался:
– А нам ты не хотел рассказать про топливо?
– Вчера вечером только узнал, до конца не понял в кутерьме.
– У тебя еще были сомнения: бежать или нет. Я, похоже, зря думал, что ты умный.
– Да, ладно, Януш, – вмешался второй Сонин, – у Солано есть алиби: его в оборот взяли по полной программе, так что отстань. А ты, капитан, знаешь этого чудака?
– Да, Бейкеровский боевик. Решил вытащить босса в обмен на убюдков.
– Я начинаю думать, что мы хоть и попали в переплет, но хотя бы у нас есть чем торговаться. Вряд ли теперь кого-то просто так пропустят за Барьер.
– После того, как запретили сафари, то и выпускать тоже перестали, – ответил Виктор, – но я не могу утверждать это на сто процентов. Просто раньше не интересовался такой темой.
– А что, никто из фигурантов не пытался сбежать за Барьер?
– Может и пытались, но явно не неудачно.
Троллейбус откатился назад, и он повел машину вперед, за ними пристроились три седана в не очень хорошем состоянии. Люди Бейкера явно рассчитывали избавиться от них после захвата.
Над ними пронесся вертолет Бюро, и тут же ожила рация.
– Солано, это Митчелл. Заложники целы?
– Целы, – ответил Миклош. – Еще сюрпризы будут?
– Для вас нет, а вот кое-кто уже сейчас пожалеет.
Виктор подумал, что стоило сказать Митчеллу, что они разделили заложников по машинам, но не успел. Вертолет Бюро пролетел над ними, развернулся и пошел на снижение. С подвесных контейнеров стартовали ракеты, и все машины с бейкеровскими бойцами взлетели на воздух. Микроавтобус ощутимо тряхнуло, а по крыше застучали осколки оконных стекол. Никто не мог предугадать, что Бюро начнет использовать ракеты в центре Урошеваца. Виктор, конечно, ожидал чего-то подобного, но думал, что расплата для Принса настанет, когда они покинут город.