![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sion-nechestivyh-si-376311.jpg)
Текст книги "Сион нечестивых (СИ)"
Автор книги: Бармин Андрей
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
У Джеки с ним имелись давние счеты. Когда-то Фрэнк решил, что может воспользоваться ее развитой и обширной курьерской сетью, предложил сотрудничество, но получил категорический отказ. Но он был не тем человеком, кто привык к отказам. У Джеки сгорело несколько гидропонных ферм и пропали шесть курьеров, чьи обезображенные тела были найдены чуть позже. Однако Джеки проявила характер: собрала родителей и детей ключевых членов своей организации, привезла их в полицейское управление, заявила, что на них открыта охота, оторопевшим копам не оставалось ничего другого, как взять тех под защиту. Сама же миссис Вайн начала ответные действия, причем очень эффективные. Хоть на Фрэнка работали люди, поднаторевшие в убийствах, но их количество было гораздо меньше, так что вскоре чаша весов начала склоняться не в его пользу. На этом этапе противоборствующие стороны проявили чудеса дипломатии и остановили начавшуюся бойню. Однако злобу друг на друга затаили оба.
– Ему это сделать вполне под силу, но, если ты помнишь нашу с ним историю, Виктор, то психопат не лишен здравого смысла. А вообще, спросите его сами, можете даже не очень вежливо. Сделаете даме приятно.
– Не подскажешь, где его найти?
– А ты совсем забросил работу, Виктор? – ее улыбка завораживала. – Не узнаю талантливого молодого копа.
– Не совсем, – пробурчал он, прекрасно понимая, что она права. – Там же? В «Колонне»?
– Там же, в «Колонне», – передразнила его Джеки. – Этот мудак, по моим наблюдениям, вообще уходит оттуда только для сна и помывки.
Речь шла о дорогом, но очень специфичном пабе в центре города. Это было излюбленное место встреч городского криминала, место, где они отдыхали от грызни между собой, где действовало перемирие. Виктору нравилось пиво, которое там подавали, но совершенно не нравилась публика, а цены на напитки и еду вообще вызывали отвращение.
Если Фрэнк там в данный момент, то соваться туда вдвоем не самое умное решение.
– Ценю твою помощь, Джеки, – он ни капли не лгал этой красивой женщине, которая могла спокойно отдать приказ убить человека и не испытывать по этому поводу никакого душевного беспокойства.
– Всегда рада помочь своим, хм, друзьям, – она снова улыбнулась. – Я, правда, не понимаю одной вещи: вы-то тут при чем?
– Ты о расследовании?
– да. Почему «Аптека»?
– О, – Виктор понял, что она все же не полностью осведомлена о положении дел в их управлении, так что решил полностью не раскрывать карты. – нам поручили оказывать помощь «убойщикам». Ты же понимаешь, что все копы не только города, но и Республики, будут участвовать в розыскных мероприятиях.
– Я примерно так и думала. Господа, у вас еще есть вопросы?
– У меня – нет, – ответил Виктор, а Конрад закашлялся и, покраснев, как влюбленный школьник, спросил:
– Вам, наверное, бывает иногда скучно по вечерам?
– Не бывает, – улыбаясь ответила Джеки, – в моей жизни есть один мужчина, он самый главный и самый важный для меня человек. Мой сын. Так что вечерами я занята.
– Понятно, – пробормотал Конрад, а Виктор отвесил хозяйке дома шутливый, но все же вежливый поклон:
– До новых встреч, дорогая.
– До новых встреч, господа.
Они прошли мимо охранников, которые о чем-то болтали, стоя возле второго «Форда».
– Ты, правда, решил с ней попробовать? – спросил Виктор у Конрада.
– Ну, подумал, что попытка – не пытка.
– Хуевая идея, – Виктор так резко перешел от шутливого тона к злобному, что напарник вздрогнул. – Она же убийца, хладнокровная сука в обличье красивой женщины с мозгами. Если у вас, не дай бог, что-то и получилось бы, то она тебя трахала бы в жопу в прямом и переносном смысле. Заметь, не ты бы имел ее, а она тебя. И я первый бы стал настаивать на твоем отстранении от работы.
– Да я просто пошутил, что ты так разошелся?
– Блядь, ну что-то не сильно это было похоже на шутку. У тебя член штаны порвать был готов.
– Ты заметил?
– Что заметил? – не сразу понял вопрос Виктор.
– Что у меня встал.
– Да ты точно больной! – теперь он не мог удержаться от смеха. – Я же не извращенец, чтобы за твоим хуем слежку вести. Все, закрой эту тему. Давай, лучше подумаем, как Фрэнка допрашивать станем. Он явно не будет рад нашему визиту.
– Спецов придется вызывать, – ответил Конрад. – Я тоже не горю желанием в «Колонну» соваться с удостоверением. Даже с тобой.
– Нда. Не успели начать, а нам уже дуболомы Стоуна нужны.
– У тебя с ним проблемы?
– У меня ни с кем нет проблем, – отрезал Виктор. – Стоун единственный нормальный человек в своей стае отморозков. Он им всем вместе заменяет мозг.
– Не любишь спецназ?
– Не очень.
– Зря, там есть нормальные парни. Они, конечно, самовлюбленные черти, но могут быть и нормальными.
– Да хер на них: нормальные, не нормальные – надо звонить Стоуну и заказывать штурмовую группу.
– Даже Герта ставить в известность не станешь?
– У меня карт-бланш от полковника.
Виктор достал сотовый телефон и уставился на черный выключенный экран, нажал кнопку включения, началась загрузка, и тут же индикатор зарядки отобразил ноль процентов. Вот и объяснение, почему он был недоступен ночью. Проклятый аккумулятор полностью вышел из строя и просто не держал заряд.
– У тебя мобильный с собой?
– Да, а что с твоим?
– Умер, скорее всего.
– Держи, – Конрад протянул ему свой телефон.
– Стоун у тебя как Стоун?
– Это служебный телефон.
Виктор нашел в адресной книге Стоуна и нажал кнопку вызова. Проблема с аккумуляторами и элементами питания в Республике стояла очень остро. Эмбарго на поставки электронного оборудования и топливных элементов заставило правительство реанимировать древнюю телефонную связь посредством проводов, поэтому телефонные будки вернулись на улицы Урошеваца спустя двадцать лет после их, казалось бы, окончательного исчезнования. То же самое происходило и в общественном транспорте: наличие собственной атомной электростанции позволяло с лихвой обеспечить население дешевой энергией и возродило к жизни троллейбусы, а также мотивировало раскинуть контактную сеть по всем значимым трассам Республики и перевести на питание от нее гражданский пассажирский и грузовой автопарк. С бензином и остальным горючим дела также обстояли печально, поэтому личный автотранспорт перешел в разряд роскоши. Собственный автомобиль содержать было очень дорого, к тому же периодически возникал дефицит бензина. Дизельное топливо, использовавшееся военной техникой, вообще не поступало в гражданский оборот и подлежало немедленной сдаче властям Республики. Сотовая связь использовалась только силовыми структурами: полицией, армией, Бюро и службами спасения.
Многие вещи стали недоступны после обретения Республикой независимости. Но свобода стоила того, чтобы терпеть некоторые неудобства, с которыми по мере возможностей у Республики получалось справляться.
– Сэр, это капитан Солано, Виктор. Я с номера Конрада вам звоню. Полковник…
– Да, капитан. У меня есть распоряжение Герта. Уже понадобилась помощь?
– Да, сэр. Фрэнк Бейкер.
– Хорошо. Время, место, транспорт?
– 16:30, паб «Колонна», гражданский.
– Принято, капитан. Я отправлю вам лучших. Этот Бейкер будет явно не один?
– С большой долей вероятности, сэр. Сэр, я пока буду на этом номере, а еще со мной можно связаться по рации, код 262621.
– Хартманн?
– Да, сэр.
– Только в крайнем случае. Отбой.
Виктор закурил.
– У нас почти два часа свободного времени. Давай заедем в управление, попробую получить новую трубку.
– Давай. Кофе попьем заодно.
– Что думаешь по поводу нашей встречи?
– Ну, про Бюро Джеки лихо загнула. Они, конечно, те еще хитрые жопы, но расстреливать копов – вряд ли стали бы.
– Абсолютно с тобой согласен. Там палачи служат, но не придурки.
– А ты сам, как думаешь, Виктор?
– Даже не знаю. Вот во всем похоже на атаку террористов из Районов. Но не стыкуется эта версия из-за периметра. Там нарушений нет и не было. Значит, действовали граждане Республики.
– А почему, правда, нас не бросили помогать отделу по расследованию убийств, а взвалили на наши плечи весь этот кровавый фарш?
– Конрад, дружище, ты видел, кто сейчас служит в отделе по «убоям»?
– Видел, конечно.
– Там молодежь со стажем два-три года после академии. У них ни опыта, ни агентуры. Старые оперативники оттуда либо ушли на повышение, либо отправились на пенсию. Герт-то сам из «убойщиков», как начальником управления стал, своих по должностям раскидал. А до этого случая там и молодежь справлялась: «бытовуха», ревнивые супруги, максимум, магазин наркоша ограбил и продавца угандошил. Мы на их фоне – старые опытные кони.
– Логично.
Виктор попал в точку. Семьдесят два процента граждан РесПублики составляли молодые люди в возрасте от шестнадцати до тридцати лет. После получения независимости одной из задач Основателей стал демографический прорыв, который и был осуществлен. Подавляющее число первых граждан имело три-четыре ребенка, некоторые и больше. Виктор являлся исключением из правил. Его отец погиб во время стычки с диверсантами, когда ему было всего два года. Мать больше не захотела ни с кем связывать свою жизнь: нет, мужчины у нее появлялись, но ни с одним из них она не стала заводить новую семью.
Большое количество молодежи объясняло и распространенность наркотиков: молодости свойственно желание расширить границы восприятия, проверить на собственном опыте запреты.
Со временем, полагал Виктор, все нормализуется, но пока у них будет масса работы.
Так как урны нигде поблизости не нашлось, то он бросил окурок на дорогу и тщательно растер его носком ботинка, испытывая угрызения совести. Но ничего, здесь явно следят за чистотой.
Они сели в патрульную машину.
– В управление.
– Да, капитан, – ответил Хартманн и тут же задал вопрос:
– Ну как прошло?
Виктор мысленно простонал и начал рассказ, старательно избегая какой-либо конкретики. Все равно сержант не отстанет.
Глава 5
Они вернулись в управление, Конрад пошел в свой кабинет делать кофе, а Виктор спросил у Хартманна:
– Бронежилеты и винтовки у нас с собой?
– Обижаете, капитан, – сержант открыл багажник и продемонстрировал его содержмое. Маленький арсенал на случай, если начнется серьезная заваруха.
– Отлично, бери чистый «ситроен» и перекладывай туда это добро.
– Да, капитан.
В этот момент во внутренний дворик закатился черный «Мерседес», машина Герта. Полковник вылез из салона и сразу увидел Виктора:
– Сигареты есть?
– Да, – Виктор сильно удивился вопросу, но полез за пачкой. А когда рассмотрел Герта получше, то удивился еще сильнее: обычно невозмутимый полковник был бледен, пальцы дрожали, когда он брал протянутую сигарету и зажигалку.
– Черт, десять лет не курил, – сказал он и чиркнул кремнем. – Благодарю.
– Не за что, сэр, – Виктор решил, что лучше будет идти к снабженцам, но Герт остановил его:
– Не удивляйся. Я только что с заседания в Совете. Давненько меня так не унижали, чертовы бюрократы.
– Из-за расстрела?
– Естественно. Требуют, как и предполагалось уже к вечеру предоставить подозреваемых. А ты почему здесь?
– Нужно заменить сотовый. Мой все, аккумулятор приказал долго жить. Стоун готовит людей.
– Есть уже кто-то?
– Пока нет, сэр. Первые допросы ничего не дали, – по пути в управление он по телефону Конрада связался с Габи, которая сообщила, что опросила двух человек из списка, но с нулевым результатом.
– Кого со спецназом брать собираешься? – полковника качнуло. Никотин ударил в мозг, который отвык получать его таким способом.
– Бейкера.
– Арестуй этого ублюдка, даже если он вообще никак не связан с нашим делом. Пойдет на «затравку», а потом разберемся.
– Ордер на арест подпишите? – Виктор решил прикрыться бумагами как можно плотнее, потому что дело пахло все более гнусно.
– Конечно. Хочешь совет?
– Всегда готов выслушать старшего.
– Когда тебе предложат занять мое место, а это с тобой случится уже через несколько лет, то не соглашайся. Я сегодня тысячу раз пожалел, что не остался начальником отдела. Тысячу раз.
– Вряд ли мне …
– Тебе, тебе, Виктор. Мне лучше знать. Но дело не в этом. Дело в том, что там, – полковник показал рукой с сигаретой на небо, подразумевая Совет, – всем насрать, как выполняется работа. Их интересует только результат.
– Это Бюро нам гадит.
– Мимо. Директора Коллинза сношали даже больше меня. Это очень редкий случай. Обычно мы дерьмо, а Бюро белое и пушистое, но сегодня нас распяли.
У полковника из дрожащих пальцев выпала недокуренная сигарета, и Виктор протянул ему еще одну.
– Закончишь с Бейкером, я тебе сразу еще задание дам.
– Какое?
– У нас еще одно происшествие. Пропал «транспортник», старший лейтенант Хаккинен.
– В смысле пропал?
– В обед пришла его жена и заявила, что он вечером уехал на работу, хотя был на выходном, и больше не появлялся.
– И поехал он, на КПП 5.
– Да, она как-то узнала о случившемся и прибежала сюда, чтобы узнать, а не в числе ли погибших ее муж.
– А что же из командир? Майор Тан? Ведь весь личный состав утром подняли. Он что не заметил отсутствие подчиненного?
– Этот ушлепок побоялся мне об этом доложить, так как не хотел усугублять уровень стресса и надеялся, что Шлезингер все-таки появится.
– Он совсем умом тронулся? – Виктор искренне недоумевал.
– Похоже на то. Вечером заменю его на кого-нибудь более устойчивого к «стрессу». А он пойдет завтра перекресток в центре регулировать. У нас имеется потенциальный свидетель или возможный убийца. Как я и думал.
– Тогда мне сворачивать мероприятия со своими подопечными?
– Нет. Продолжай, для поиска Шлезингера я выделю «убойщиков» и «барахольщиков».
«Барахолка» – отдел по борьбе с имущественными преступлениями: кражами, грабежами и разбоем. Там работали достаточно опытные сотрудники, так что Виктор с некоторым облегчением подумал, что хоть в этом он получит настоящую помощь.
– Я все больше склоняюсь к мысли, что за этим расстрелом стоит кто-то из нас, копов, – опять начал Герт. – И этот Шлезингер как-то с ними связан. Люди из Бюро перевернули у него все дома, ничего подозрительного. Проверили банковские счета – все в пределах нормы. Никаких тайников, да и жена утверждает, что ничего необычного в их жизни не происходило. Но именно такие вот домашние тихони могут оказаться талантливыми организаторами.
– Вы его вообще помните, этого Шлезингера?
– Кстати, да. Спокойный такой парень, рассудительный, грамотный. По службе нареканий не имел. Физическая подготовка на среднем уровне. Ответственный, что редко для молодежи.
– Это камень в мою сторону?
– Это констатация факта, Виктор. Ты на общем фоне – образец человека долга.
– Спасибо.
– Ладно, хватит трепаться. Занимайся Бейкером, потом ко мне с докладом. И, прошу, включи мозг и подумай, что же произошло там на самом деле.
– Хорошо, вам еще сигарет дать?
– Не надо. Надеюсь, что не втянусь заново, – полковник направился к себе, а Виктор к снабженцам, где без проблем получил новый телефон, в котором по заверениям снабженца, аккумулятор стоял относительно свежий, переставил SIM– карту и вернулся к «ситроену», возле которого его дожидался Конрад с двумя кружками кофе.
– Держи.
– Спасибо, но ты же знаешь, что я кофе не особо.
– Не хочешь? Хартманну отдам.
– Давай.
Виктор сделал глоток и скривился. Никогда не понимал людей, кому нравится эта горечь, вот чай совсем другое дело, особенно, если удастся достать хороший сорт.
К ним подошел Стоун – два метра мышц и лицо с мощными надбровными дугами, до блеска выбритая голова. Но по мнению Виктора это был один из самых эрудированных людей не только в управлении, но и среди всех, с кем ему доводилось общаться.
– Я выделил вам двенадцать бойцов, лучших. Этот Бейкер сам по себе угроза. Из первых граждан, прошел боевые действия в Сирии, а потом активно участвовал в Революции Независимости. Я даже лично с ним несколько раз пересекался в те времена.
– Он уже тогда был долбанным отморозком?
– Мы все тогда были долбанными отморозками, – усмехнулся Стоун, – иначе вас бы, ребятишки не было. Только кое-кто не сумел вовремя остановиться. Вот и все дела.
Бойцы спецназа начали выходить из управления. Они весело переговаривались между собой. Высокие, боевые костюмы сидели на них как влитые, даже лица у них были похожи на лицо своего командира, только за ними скрывалась пустота, в отличие от Стоуна. Но им и не нужно было думать, им требовалось действовать.
Ему как-то довелось вместе с этими парнями сдавать зачет по стрельбе, это произошло в самом начале его карьеры. Виктор считал, что достаточно хорошо пострелял, но они начали насмехаться над ним, демонстрировали полное презрение к такому, как он, полицейскому. Стреляли они, конечно же, метко, но их ведь только этому и учили. Унижение на тех стрельбах впечаталось в его память, так что он спецназ теперь не выносил, стараясь как можно реже прибегать к их использованию.
Подкатился зеленый «Форд-транзит» с темной тонировкой стекол салона. Из управления показались два спецназовца в гражданской одежде: водитель и координатор. Вид у них был самый обыденный, даже прически имелись в отличие от короткостриженных коллег в боевых костюмах.
Один из спецназовцев нес небольшой чемоданчик из блестящего металла. Переносной холодильник. Виктор залпом допил кофе и вытащил сигарету. Содержимое чемоданчика было известно, но не вызывало у него никаких положительных эмоций. Он, как и все полицейские, в период подготовки пользовался таким чемоданчиком. Лично ему больше не хотелось. Одна мысль о содержимом вызывала отвращение. А для спецназа это был просто привычный инструмент, что-то вроде дополнительной брони или новой модели винтовки.
Стоун проследил его взгляд и, видимо, распознав эмоции Виктора, заявил:
– Это наш дар и глупо отказываться от него ради благого дела.
– Я знаю, – ответил Виктор, – я знаю, но сам не хочу. Стараюсь справляться и без этого.
– Отрицающий? – в голосе Стоуна послышалось презрение.
– Нет, – твердо возразил Виктор, – но и не любитель.
– Уже лучше, – командир спецназа смягчил тон.
Пришло время выезжать, и все начали грузиться по машинам.
«Колонна» располагалась в тихом уютном переулке на центральной улице, рядом находились здания казначейства и офисы коммунальных служб. Микроавтобус со спецназом припарковался возле казначейства, так как рядом с этим учреждением такой автомобиль не вызывал подозрений, Хартманн завел «ситроен» на стоянку возле офиса дорожного управления. К ним тут же подскочил охранник с намерением прогнать чужой автомобиль, но жетон сержанта снял вопросы. Конрад предупредил парня:
– Не вздумай никому брякнуть, что здесь копы.
– Понял, господин…
– Исчезни.
Виктора начала раздражать грубость напарника, но он решил поговорить с ним об этом позже. Минут десять они наблюдали за массивной деревянной дверью паба. Никто в него не входил и не выходил, что сперва показалось странным, но потом Виктор вспомнил, что время послеобеденное, день рабочий, так что посетители, а основную массу составляли все же не бандиты, а обычные горожане, начнут прибывать после окончания рабочего дня. Тянуть не имело никакого смысла. Он вышел из машины и, глубоко вздохнув, зашагал в сторону паба.
Охраны в «Колонне» никогда не было, функции вышибал выполняли два бармена, так что за стойкой всегда находились два крепких парня.
Внутри оказалось не так уж и пусто: почти треть зала была заполнена любителями пива. С двух плоских экранов на средней громкости транслировался какой-то футбольный матч: спортивные каналы, принимаемые через спутниковые сателлиты, были одними из немногих трансляций, которые не блокировались странами за Барьером. Все образовательные и научно-популярные безжалостно блокировались. Делалось это с целью не допустить и малейшего информирования граждан республики о новостях технического прогресса. Доступ в глобальную сеть также ограничили практически сразу после Восстания. Оптоволоконные и иные кабели были просто перерезаны, мобильная связь на приграничной территории отключена, кодировки спутникового интернета и связи изменены так, что подобрать их до сих пор не получалось На территории же Республики на момент обретения независимости имелось всего шесть относительно мощных серверов, на основе которых и функционировала местная компьютерная сеть, которая как и сотовая связь со временем стала доступна только правительственным структурам. Компьютеры исчезли из повседневного быта граждан. Виктор знал, что за Барьером дела обстоят иначе, но не придавал этому значения.
Он подошел к стойке бара, надеясь, что никто не узнает его. Заказал бокал пива, осмотрелся.
Бейкер сидел напротив входной двери, так что прекрасно мог видеть всех входящих, но ему просто невероятно повезло, что в момент, когда Виктор заходил, наркоторговец повернулся к сидевшему слева мужчине в деловом костюме и галстуке. Больше никого за тем столиком не было, соседние тоже пустовали. За время работы он неплохо научился оценивать людей, но сейчас никто из остальных посетителей не походил на охрану торговца. Напротив одного из экранов собралась почти половина гостей паба. Они шумно комментировали ход матча.
Бармен подвинул ему бокал, налитый до краев, а тонкая шапка густой пены вызвала приступ зависти. У него никогда так не получалось наполнить бокал пивом, хотя, честно признаться, большой практики в этом деле у него не имелось. Виктор был равнодушен к алкоголю. При необходимости мог выпить, но очень редко испытывал желание по собственной воле побаловать себя пивом или чем-то покрепче. Ощущение опьянения ему даже нравилось, но часто его испытывать не хотелось.
Он сделал несколько глотков. Превосходный вкус за превосходную цену.
– Извини, друг, курилка не закрыта? – спросил он у бармена.
– Нет. Знаешь, где? – так как бывал он здесь нечасто и не относился к числу постоянных клиентов, то вопрос был логичным.
– На балконе над входом?
– Да, все верно, – бармена отвлек напарник.
Виктор вернулся ко входу в паб, с правой стороны от двери наверх вела крутая металлическая винтовая лестница, покрашенная в черный цвет, по которой он поднялся, толкнул легкую пластиковую дверцу и оказался на просторном балконе с четырьмя стульями и небольшим столиком, на котором стояли тяжелые стеклянные пепельницы. Желающих покурить кроме него не нашлось, он подошел к перилам, достал сигарету и махнул рукой наблюдавшему за ним Конраду…
Микроавтобус с спецназовцами медленно развернулся на парковке и подъехал ко входу паба. Раздвижная дверь открылась, и на тротуар один за другим начали выбегать бойцы Стоуна. Виктор решил, что покурит позже. Расстегнул молнию куртки, вытащил наружу жетон, достал из наплечной кобуры пистолет. Пульс у него участился. Не первый раз ему приходилось участвовать в задержании преступника, и каждый раз перед началом его охватывало волнение. Сейчас он невольно позавидовал спецназовцам, которые перед каждой операцией накачивали себя согласно инструкции, но зависть тут же исчезла, когда он вспомнил свои ощущения.
Виктор увидел, как один из бойцов открывает дверь, запуская остальных внутрь, и тоже вернулся с балкона.
Стоя на ступенях лестницы, он получил прекрасный обзор.
Бойцы Стоуна двигались стремительно, мгновенно оценивая обстановку. Чем-то их действия напомнили ему видео про акул – те тоже в погоне за добычей пронзали толщу воды уверенно, но с некоторой грацией.
Спецназовцы разделились на три тройки, а оставшийся у входа командир прокричал, перекрыв даже звук телевизоров:
– Всем лечь на пол, руки над собой.
Это вызвало недоуменные и недовольные возгласы среди посетителей, но несколько человек моментально подчинились – видимо, уже имели опыт подобных ситуаций. Виктор неотрывно следил за Бейкером. Тот отреагировал совершенно спокойно. Выполнять команду не стал, но положил руки перед собой, отодвинув подальше бокалы с пивом. Его товарищ или знакомый в сером костюме поступил аналогичным образом. Виктор перевел дыхание: он ожидал яростного сопротивления, с десяток вооруженных охранников, но все прошло гладко.
Первая тройка спецназовцев уже стояла рядом со столиком Бейкера, их коллеги тем временем укладывали остальных посетителей на пол. В паб вошел Конрад, и Виктор начал спускаться вниз. В этот момент один из спецназовцев грубо толкнул какого – то мужика в джинсовой куртке, и тот среагировал абсолютно неадекватно: попытался ударить бойца тяжелой пивной кружкой. Виктор не успел толком рассмотреть как эта кружка впечаталась в лоб хозяина, а сам он повалился на пол, увлекая за собой деревянный стул.
Открылась дверь коридора, где располагался туалет, и еще один герой решил, что спецназовцы прибыли именно за ним, в руках у него был пистолет. Виктор простонал, когда раздался тихий хлопок выстрела. Стрелял стоявший ближе к туалету боец. Пуля копа раздробила кисть бандита, и дверь туалета забрызгало кровью, пистолет с громким звуком ударился об керамическую плитку.
Спецназовцы за эти считанные секунды успели заставить всех остальных лечь на пол и полностью взяли ситуацию под контроль. Бейкера словно игрушечного солдатика выдернули из-за стола, хотя весил он не меньше восьмидесяти килограмм, и поставили на колени. Человека в сером костюме двумя тычками уложили на пол перед барной стойкой.
Виктор решил, что больше геройствующих не найдется, подошел к стойке, допил свое пиво одним длинным глотком и положил купюру в десять евро рядом с опустошенным бокалом. Затем убрал пистолет в кобуру, в глубине души радуясь тому, что не пришлось его использовать, да и само задержание прошло почти без осложнений. Он заглянул за стойку и обратился к бармену:
– Можешь встать и вызвать «скорую» парню возле туалета. Только предупреди их, что мы здесь.
К нему подошел Конрад, и они вместе направились к Бейкеру. Пухлый, с красным лицом, то ли от гнева, то ли от количества выпитого пива, под маленькими злыми глазками, темные круги. Нос ломали неоднократно, губы пухлые и влажные. Брился дня три назад, рыжеватая щетина придавала ему вкупе с крохотными глазами сходство с поросенком, только не добродушным, а этаким Свином – Кровавым-Убийцей. Виктор поймал себя на мысли, что думает о какой-то чуши.
А вот голос у торговца был на удивление приятным: не писклявым или хриплым, а нормальным мужским голосом, что сразу меняло представление о его владельце:
– Капитан Солано, к чему все эти сложности?
– Я не вижу никаких сложностей, гражданин Бейкер.
– Я имел в виду этих бравых ребят, которым пришлось хлебнуть перед атакой, а все зря. Даже пострелять толком не удалось. Вы, капитан, могли мне просто позвонить, и я бы сам пришел к вам.
– Репутация, гражданин Бейкер, репутация стоит многого. Вот у вас она такая, что приходится брать на встречу с вами взвод профессиональных военных.
– Бросьте, вы же знаете, что я человек разумный.
– Собственно, я хотел сказать вам, гражданин, что вы арестованы по подозрению в убийстве одного и более лиц в составе преступной группировки…
– Арестован или задержан? – внезапно вмешался лежащий на полу человек в сером костюме, а Виктор сразу подумал, что сейчас начнутся не самые приятные моменты.
– А вы кто?
– Я – адвокат господина Бейкера. Меня зовут….
– Выкиньте этого недоделанного на улицу, – приказал он спецназовцам, и те подчинились. Адвокат, подхваченный за руки, предпочел замолчать.
– Хорошо, – Бейкер провел кончиком языка по верхней губе, – я примерно так и представлял наш сегодняшний вечер, капитан.
– Вы не станете отрицать свое участие в убийстве представителей власти?
– Разумеется стану, но только под протокол, а пока я буду вести с вами, капитан, светскую непринужденную беседу, хотя с последним не все так однозначно, – именно в этот момент на вытянутых руках Бейкера защелкнулись наручники.
В паб осторожно заглянули две девушки в медицинских халатах. Командир спецназа, остававшийся у входа, проводил их к придурку с раздробленной рукой. Конрад распорядился оказать ему помощь на месте, а потом доставить в управление. Виктор не думал, что парочка посетителей, вхдумавших оказать сопротивление, работала на Бейкера. Мелкие бандиты, запаниковавшие при виде бойцов спецназа.
Наркоторговца вывели на улицу и разместили в микроавтобусе. Трое бойцов пересели в «ситроен» Хартманна, освободив места для Виктора, Конрада и Бейкера. Два спецназовца остались в пабе дожидаться прибытия патрульной машины, чтобы транспортировать задержанных.
Виктор сел так, чтобы оказаться напротив Бейкера. Тот задумчиво улыбался, чем сильно раздражал детектива.
– Нет, я, конечно, никогда не был высокого мнения о качестве сотрудников нашей полиции, но такого точно не ожидал. Что вам про меня такого наговорили, что вы притащили на разговор банду убийц?
– Фрэнк, а давайте перейдем на «ты», – предложил Виктор. – Меня можешь называть по имени.
– Наши отношения становятся все более доверительными? Правда, Виктор?
Он смотрел на этого пухлого губошлепа и думал, как могло так получиться, что мужик с такой внешностью сумел нагнать страха на весь криминальный мир Урошеваца и даже полиция относилась к нему с большой осторожностью. Только помутнение рассудка могло объяснить такое отношение к Бейкеру, потому что на расчетливого убийцу он никак внешне не походил.
– Местами, – улыбнулася Виктор, – не во всем.
– Ну, тогда я начну издалека. И говорить буду не про то, что было, а про то, что будет.
– Пророк?
– Прорицатель. Через трое суток ты лично извинишься передо мной за проведенное с нарушением закона задержание, будешь виновато прятать глаза, тебе будет трудно говорить эти слова: «Прошу простить нас, гражданин Бейкер». Но это будет через трое суток, а в следующие два дня ты постараешься высушить мой мозг бестолковыми вопросами. К сведению: расстрел КПП – не моя работа.
– Чья же? – с иронией поинтересовался Виктор, на что получил следующий ответ:
– А мне откуда знать? Я думаю, что это работа тех, кто подкинул в багажник патрульной машины четыре килограмма забарьерного амфетамина. Ведь только из-за наркоты расследование поручили вам?
Бейкер продемонстрировал поразительную осведомленность о расследовании дела, что похволяло Виктору предположить наличие у него осведомителей среди полицейских. Но про наркотики знали не очень многие, хотя не так уж и мало людей. Те, кто обнаружил, те, кто документировал как улики, те, кто проводил экспертизу. Информация могла уйти из управления на любом из этапов.
– Да, – он решил не играть с Бейкером в игры, чем удивил пухляша.
– Я вижу, что у вас есть потенциал, Виктор. Тогда мне даже интересно будет продолжить. Смотрите, если следовать вашему предположению, заметьте, что оно в корне неверное, о том, что я глава организации, поставляющей «нектар» в город, то какой мне смысл злить власти таким безумным актом насилия?