Текст книги "Я просто хотела дочитать новеллу, а не стать женой злодея! (СИ)"
Автор книги: Айра Мэйрвелл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
Глава 23
Все последующие дни я жила и дышала войной.
Днем я была Шепотом Императора, аналитиком Южной кампании. Я читала отчеты о сожженных деревнях, о взятых фортах, о потерях и победах. Каждая цифра в графе «убитые» была не просто статистикой. Это были люди. Люди, которые умирали в войне. Иногда, глядя на сводки потерь, я чувствовала себя чудовищем. Асмус, заметив однажды мой взгляд, положил свою ладонь поверх моей на карту.
– Война – это всегда потери, Лиана, – сказал он тихо, и впервые назвал меня по имени. – Но победа, одержанная здесь, спасет в десять раз больше жизней на Севере. Их смерть не напрасна.
Его слова были жестокой правдой. И я приняла ее, похоронив свою вину глубоко под броней стратегии.
Ночью же в Военном Зале, при свете магических ламп, мы следили за Севером. Доклады Цзиня приходили каждую ночь.
«Мастер Линь прибыл в Обитель Замерзшего Солнца. Он руководит работами по восстановлению древнего алтаря».
«Герцог Борин пожертвовал крупную сумму на «восстановление храмов» в своих землях. Деньги ушли на закупку провизии для гарнизона монастыря».
«Лорд Ао Фенг, под предлогом долгой охоты в горах, покинул свое поместье. С ним – двадцать самых верных ему молодых аристократов. Их маршрут ведет прямо к хребту Ледяного Когтя».
Враг собирал свои силы. Методично, уверенно, не подозревая, что каждый их шаг известен нам. Мы были богами, наблюдающими за муравьями, что строят свой муравейник на пути надвигающегося потопа. И это чувство всемогущества было страшным.
Наши отношения с Асмусом за эти месяцы изменились. Мы стали… командой. Партнерами. Мы могли часами молча сидеть над картами, и я знала, о чем он думает, а он, казалось, читал мои мысли. Исчезла дистанция между Императором и подданной. Мы были двумя воинами в одном окопе. И под этой интеллектуальной близостью, под этим боевым товариществом медленно, но верно разгоралось иное пламя. Иногда наши руки случайно соприкасались над картой. Иногда я ловила на себе его долгий, задумчивый взгляд. И в эти моменты воздух в зале становился густым, и я забывала о войнах и заговорах.
Чем ближе был день затмения, тем сильнее росло напряжение. И враг, видимо, тоже это чувствовал. Они не знали, откуда исходит угроза. Но они поняли, что после провала Южного заговора у Императора появился новый, невероятно эффективный источник информации. И они решили этот источник уничтожить.
Это случилось в один из редких теплых дней поздней осени. Я гуляла в своем саду, в Павильоне Шепчущих Сосен. Наслаждалась тишиной и запахом хвои. Мои охранники-тени были где-то рядом, но я их не видела.
На одной из клумб, у самого края дорожки, я заметила новый цветок. Я никогда не видела его раньше. Он был прекрасен – крупный, с иссиня-черными лепестками, которые, казалось, поглощали свет. В его центре дрожала одна-единственная капля росы, похожая на слезу. Очарованная, я наклонилась, чтобы вдохнуть его аромат.
– Ваше Величество, не трогайте!
Крик Аньи, стоявшей в нескольких шагах позади, заставил меня замереть. И в ту же секунду из-за сосны вылетела тень. Один из моих стражей. В его руке блеснул кинжал. Он не бежал ко мне. Он бросился к цветку и одним резким движением срезал его у самого корня.
– Что случилось? – спросила я, отшатнувшись.
Страж, не говоря ни слова, осторожно взял срезанный стебель двумя палочками из своего походного набора и положил в свинцовый контейнер.
– Это Шепчущий Омут, Ваше Величество, – его голос был глухим из-под маски. – Растет только на северных болотах. Сам по себе безвреден. Но его пыльца, если занести цветок в закрытое помещение, становится смертельным ядом. Он парализует дыхание во сне. Без следов. Без мучений.
Мою кровь сковал лед. Кто-то пробрался в мой охраняемый сад. Сад, окруженный лучшими воинами Императора. И посадил этот цветок. Они знали, что я люблю гулять здесь. Знали, что слуги, увидев красивый цветок, срезали бы его и поставили в вазу у моей кровати.
Через десять минут в мой павильон ворвался Асмус. Его лицо было чернее тучи. За ним – Цзинь и Гао. Он не спросил, как я. Он подошел прямо к свинцовому контейнеру, который страж поставил на стол.
– Они знают, – прорычал он. – Они знают, о тебе. И они знают, насколько ты важна для меня и всей империи.
Я никогда не видела его таким. Это была не холодная ярость правителя. Это была горячая, личная ярость мужчины, который понял, что чуть не потерял нечто… важное.
– Мой Шепот, – Цзинь выступил вперед. – Мы уже нашли садовника, который пропустил диверсанта. Он не доживет до утра.
– Мне не нужна его голова! – рявкнул Асмус. – Мне нужны те, кто его послал! Утроить охрану! Проверить каждого слугу, каждый куст, каждый камень в этом проклятом дворце!
В ту ночь никто не спал...
Мы сидели в Военном Зале. Покушение на меня стало последней каплей. Оно сорвало с Асмуса остатки терпения.
– Хватит ждать, – сказал он, глядя на карту. – Пора.
Цзинь развернул свежий свиток.
– Доклады от наших агентов на Севере. Все идет по их плану. Обитель Замерзшего Солнца превращена в крепость. Мастер Линь завершает подготовку алтаря. Герцог Борин рассылает тайные приглашения на «Осеннюю Охоту», которая по странному стечению обстоятельств начнется за день до затмения у подножия хребта.
– Ао Фенг? – спросила я.
– Лорд Ао Фенг со своей свитой прибыл в свое охотничье поместье в двух днях пути от монастыря. Все заговорщики в сборе.
И в этот момент в зал вошел запыхавшийся гонец в форме «Дыхания Дракона». Он опустился на одно колено перед Асмусом.
– Ваше Величество! Легион «Дыхание Дракона» прошел Змеиный Хребет! Мы в горах, в указанном месте. Ждем ваших приказов!
Асмус подошел к карте. Взял фигурку, символизирующую его элитный легион, и передвинул ее вплотную к красному кругу, которым была обведена Обитель Замерзшего Солнца.
– Три дня, – произнес он, и его голос гулко разнесся по залу. – Три дня до затмения.
Он посмотрел на меня. В его глазах больше не было ярости. Только холодное предвкушение финальной битвы.
– Три дня до того, как мы узнаем, чьи молитвы услышат Небеса. Молитвы предателей и фанатиков… или рев дракона.
Глава 24
Следующие трое суток прошли как в тумане. Мы почти не покидали Военный Зал. Сон стал роскошью, еда – необходимостью, которую мы игнорировали. Мы жили на крепком, горьком чае и чистом адреналине. Воздух в зале, казалось, потрескивал от напряжения. Каждый из нас – я, Асмус, Гао и Цзинь – были на пределе, но никто не показывал этого.
Цзинь появлялся и исчезал, как призрак, принося последние донесения. Его «Когти» работали безупречно. Мы знали все. Мы знали, что заговорщики установили по периметру монастыря руны-ловушки. Мы знали, что герцог Борин привел с собой пять сотен своих самых верных гвардейцев – ветеранов северных войн. Мы знали, что мастер Линь почти не спит, проводя дни и ночи в молитвах и подготовке ритуальных предметов.
Мы были готовы. Асмус часами стоял над картой, проигрывая в уме десятки вариантов развития событий. Он был в своей стихии. Жестокий, безжалостный, гениальный полководец, готовящийся к своей главной битве.
В последнюю ночь перед затмением, когда все приказы были отданы, а все гонцы отправлены, мы остались вдвоем в огромном, тихом зале. Карта Империи тускло светилась в полумраке, похожая на звездное небо.
Он подошел к столу, где стоял нетронутый ужин, и налил два кубка вина. Один протянул мне.
– Выпей, – сказал он. Его голос был непривычно тихим. – Завтра нам понадобится вся наша сила.
Я приняла кубок. Вино было терпким и крепким. Мы молчали. Нам не нужны были слова. За это время мы научились понимать друг друга без них. Я знала, о чем он думает, – о предательстве Борина, о риске, о жизнях своих солдат. А он, я чувствовала, знал о моем страхе.
– Ты боишься? – спросил он, словно прочитав мои мысли.
– Да, – честно ответила я. – Я не воин. Я боюсь крови и смерти.
– Хорошо, – кивнул он. – Страх делает нас осторожными. Только глупцы не боятся. Я тоже… испытываю его. Не за себя. За Империю. За мать.
Он сделал шаг ко мне, поставил свой кубок на карту и накрыл мою руку, державшую кубок, своей. Его ладонь была холодной, но от этого прикосновения по моей коже пробежало тепло.
– Я привык быть один, Лиана, – сказал он, и его золотые глаза в полумраке казались расплавленным металлом. – Всю свою жизнь. Я был окружен врагами, льстецами и предателями. Я верил только в свою силу и в свою сталь. Я шел во тьме.
Он замолчал, глядя на меня.
– Пока не появилась ты. Ты стала моими глазами в этой тьме. Моим шепотом. Моим… светом.
Мое сердце пропустило удар, а потом забилось так громко, что, казалось, он должен был это услышать.
– Что бы завтра ни случилось, – продолжил он, и его пальцы чуть сжали мои, – знай это. И знай, что я не позволю этой тьме коснуться тебя. Когда все закончится…
Он не договорил. Но в этих двух словах было обещание целого мира. Обещание будущего, в которое я до этого момента не смела верить.
– Я знаю, – прошептала я. И в этот момент я поняла, что готова пойти за ним куда угодно. Не из страха. А по своей воле.
Он отпустил мою руку.
– Ты не останешься здесь, – сказал он твердо.
– Но… моя работа здесь!
– Ты сделала все что должна была. Теперь начинается моя. Но я не оставлю тебя здесь. Во дворце. Беззащитной. После покушения я не верю ни одной тени в этих стенах. Ты летишь со мной.
– Лечу? – не поняла я.
Он усмехнулся.
– Мы не поедем верхом, это слишком долго. Мы отправимся так, как путешествуют драконы.
Он привел меня на самую верхнюю площадку самой высокой башни дворца. Это была не Башня Звездочета. Это была пустая, открытая всем ветрам площадка, выложенная черным, обожженным камнем.
– Закрой глаза и не бойся, – сказал он, вставая рядом со мной.
Я послушалась. Я услышала странный звук – треск, словно ломались кости. Почувствовала волну жара. А когда я осмелилась открыть глаза, рядом со мной стоял уже не совсем человек.
Его рост увеличился. Кожа покрылась в некоторых местах тонкой, переливающейся чешуей. А из-за спины вырастали два огромных, кожистых крыла, черных, как сама ночь. Его глаза горели чистым золотом. Это был он – Асмус. Истинный. Полукровка. Сын Дракона.
Он, не говоря ни слова, подхватил меня на руки так легко, словно я была пушинкой, и одним мощным толчком оттолкнулся от края башни.
Я закричала, вцепившись в него. Мы падали в бездну. Но через мгновение огромные крылья поймали ветер, и падение сменилось стремительным, захватывающим дух полетом.
Под нами проносился ночной дворец, потом – огни столицы. А потом мы были одни, в холодном, чистом небе, под россыпью бриллиантовых звезд. Ветер свистел в ушах, но рядом с ним, в кольце его рук, мне было не страшно. Я чувствовала колоссальную, древнюю мощь. Это было невероятно.
Мы летели несколько часов, и земля внизу превратилась в темное, изрезанное горами полотно. Наконец, он начал снижаться.
Мы приземлились в скрытом ущелье, на площадке перед входом в пещеру. Нас тут же окружили «Драконьи Клыки». Они пали на одно колено, не выказывая ни малейшего удивления преображению своего Императора.
Это и был его передовой командный пункт. Пещерный комплекс, укрепленный магией, полный солдат и военных магов. Нас провели в центральный зал. С одной стороны он был открыт, и с этой естественной террасы открывался идеальный вид на долину внизу.
А в центре этой долины, на вершине одинокого холма, стояла Обитель Замерзшего Солнца.
Глава 25
Утро дня затмения было неестественно тихим. Птицы в ущелье смолкли, ветер стих. Воздух стал тонким и холодным, как будто сама природа затаила дыхание в ожидании. Мы все стояли на смотровой площадке командного пункта – я, Асмус, Гао и несколько высших офицеров «Дыхания Дракона». Никто не говорил ни слова. Все взгляды были прикованы к долине внизу, к Обители Замерзшего Солнца.
Я смотрела в магическую подзорную трубу. Качество изображения было невероятным. Я видела каждую трещинку на каменных плитах двора монастыря, каждую складку на ритуальных одеждах заговорщиков.
Вот они. В центре круга из обсидиановых зеркал стоял бледный, но исполненный фанатичной решимости Ао Фенг. Рядом с ним – мастер Линь, державший в руках древний свиток. А по периметру, как страж, стоял герцог Борин, облаченный в парадные северные доспехи. Сотни их последователей застыли в молитвенной позе, окружив центральную площадку.
Началось.
Краешек солнца скрылся за темным диском луны. По долине прошла волна холодного, серого света. Стало заметно темнее.
Мастер Линь начал читать. Его голос, усиленный магией, доносился до нас тихим, зловещим гулом. Это были древние слова, на языке, которого я не знала, но от которого по коже бежали мурашки. Обсидиановые зеркала начали слабо светиться изнутри, вбирая в себя остатки солнечного света.
Половина солнца была скрыта. Мир погрузился в глубокие сумерки. Стало по-настоящему холодно. Я видела, как Ао Фенг поднимает руки к небу, к чернеющему солнцу. Он готовился принять «Мандат Небес». Герцог Борин и его гвардейцы обнажили мечи, салютуя своему новому, еще не коронованному императору. Они были на пике своего триумфа.
– Они верят, – прошептала я, не отрываясь от окуляра. – Они действительно верят, что это сработает.
– Вера – мощное оружие, – ответил Асмус, стоявший рядом. Его голос был спокоен. – Но она слепа.
И вот, настал тот самый момент. Последний луч солнца скрылся. Наступила тьма. Не ночь, а жуткий, неестественный мрак среди бела дня. На небе, на месте солнца, висел черный диск в огненной короне. Черное Солнце.
Из монастыря вырвался столб темной энергии, ударивший в небо. Заговорщики взревели от восторга. Это был их знак. Их победа.
Асмус посмотрел на темное небо, потом на меня. В его золотых глазах отражалась огненная корона.
– Красиво, – сказал он. А потом повернулся к магу-связисту. – Сейчас.
Одно слово.
И горы взорвались.
Не громом, а ревом боевых рогов. С перевала, который Борин считал пустым, хлынула черная лавина. Десять тысяч воинов «Дыхания Дракона», одетых в вороненую сталь, безмолвные, как сама смерть. Они не кричали. Они просто бежали, и топот их сапог сливался в единый, сокрушительный гул.
Я смотрела, затаив дыхание. Во дворе монастыря воцарился хаос. Заговорщики, секунду назад праздновавшие победу, в ужасе смотрели на армию, возникшую из ниоткуда. Их руны-ловушки, рассчитанные на магический штурм, были бесполезны против этой волны чистой стали.
Боевые маги легиона ударили первыми. Огненные шары и молнии обрушились на стены монастыря, сметая часовых. Ворота разлетелись в щепки от удара тарана. И легион ворвался внутрь.
Это была не битва. Это была резня. Я смотрела на происходящее с безопасного расстояния, и все казалось ненастоящим. Маленькие фигурки, мечущиеся по двору. Вспышки клинков. Темные пятна, расцветающие на каменных плитах. Но я знала, что там, внизу, льется настоящая кровь. Кровь людей, которых я приговорила к смерти. Победа имела горький, металлический привкус.
Когда внешнее кольцо обороны было уничтожено, Асмус повернулся ко мне.
– Жди здесь.
И прежде чем я успела что-то сказать, он шагнул к краю площадки. Его тело изогнулось, окуталось тенью, и через мгновение два огромных черных крыла с силой ударили по воздуху. Он не стал ждать, пока его легион закончит работу. Он сам полетел вершить свой суд.
Он ворвался во двор монастыря, как комета, приземлившись в самом центре, рядом с оскверненным алтарем. Его крылья сложились, но аура первобытной мощи, исходившая от него, заставила даже его собственных солдат отшатнуться.
Я навела на него трубу. Он стоял один, окруженный элитой своей гвардии, а перед ним на коленях стояли трое. Герцог Борин, обезоруженный, с разбитым лицом, но все еще полный гордой ярости. Обезумевший от ужаса мастер Линь, бормочущий проклятия. И Ао Фенг, рыдающий от страха молодой дурак.
– Вы молились Небесам о знамении! – голос Асмуса, усиленный магией, прогремел над полем боя, заглушая стоны раненых. – Вы просили их явить свою волю!
Он обвел взглядом пленных.
– И Небеса ответили! Они послали вам меня!
Герцог Борин плюнул кровью.
– Полукровка! Ты не имеешь права на трон! Небеса отвернулись от тебя!
Асмус усмехнулся.
– Ваши Небеса? Ваши сказки из старых книг? – он медленно подошел к обсидиановому зеркалу и провел по нему рукой. Камень зашипел и покрылся сетью трещин. – Мои Небеса – это воля. Моя воля. И она гласит, что вы – предатели.
Он не стал их убивать. Это было бы слишком просто.
– Взять их! – приказал он. – Всех троих. И каждого, кто поднял на нас меч. Их ждет суд в столице. Очень громкий и очень поучительный суд.
Затмение заканчивалось. Первый яркий луч солнца пробился из-за края луны, ударив по двору, залитому кровью. Битва была окончена.
Через полчаса он вернулся. Приземлился на площадку так же бесшумно, как и взлетел. На его доспехах были брызги чужой крови. Он снова был человеком, но в его глазах все еще плясало драконье пламя. Усталость исчезла. На ее месте была лишь колоссальная, первобытная энергия победителя.
Император выиграл. Сокрушил своих главных врагов. Он укрепил свою власть так, как никогда прежде.
Он подошел ко мне. Молча. Просто стоял и смотрел на меня, и в его взгляде было все: триумф, благодарность, облегчение. И что-то еще. Что-то новое, глубокое и пугающее.
Глава 26
Тишина, наступившая после битвы, была оглушительной. Несколько мгновений я просто стояла на смотровой площадке, глядя, как солнце медленно возвращает себе небо. Внизу, в долине, суетились черные фигуры солдат, тушили пожары, помогали раненым и заковывали в цепи пленных. Победа. Полная, безоговорочная, сокрушительная. Я должна была чувствовать триумф. Но я чувствовала лишь гулкую, звенящую пустоту и запах крови, который, казалось, ветер доносил даже сюда, на вершину горы.
Асмус подошел ко мне. От него все еще исходила аура силы, но драконье пламя в его глазах угасло, сменившись глубокой, почти человеческой усталостью. Он молча снял свой тяжелый плащ, пропитанный дымом и битвой, и накинул его мне на плечи. Он был теплым и пах им – озоном, сталью и чем-то еще, неуловимо-пряным.
– Все кончено, – сказал он тихо.
– Да, – прошептала я.
– Они проиграли.
– Мы победили.
Мы стояли рядом, глядя на дело своих рук. Наша победа. Наш триумф, построенный на моем знании и его жестокости. Мы были идеальными партнерами. Идеальным оружием.
– Пора возвращаться, – сказал он. – Суд над предателями должен состоятся как можно скорее.
Обратный путь был не похож на наш безумный ночной полет. Асмус снова принял свой драконий облик, но на этот раз он плавно парил в восходящих потоках воздуха, и под нами медленно проплывали горные хребты, залитые мягким светом восходящего солнца. Ветер больше не был ледяным и ревущим. Теперь он нежно трепал мои волосы. Я прижалась к нему, чувствуя себя в безопасности, и впервые за долгое время позволила себе расслабиться.
Мы летели в тишине. Слова были не нужны. Мы выиграли не просто битву, мы выиграли право на это утро, на эту тишину, на этот полет.
Когда до столицы оставалось около часа пути, он начал снижаться. Император приземлился на вершине самой высокой горы в окрестностях, на крошечном плато, заросшем горными цветами. Вокруг нас клубились облака, подсвеченные розовым светом зари. Мы были на вершине мира, одни.
Он осторожно опустил меня на землю и принял свой человеческий облик.
– Я хотел… – начал он, и на мгновение запнулся, подбирая слова. – Я хотел, чтобы ты увидела это. Рассвет. Настоящий рассвет. Без теней и страха.
Он подошел к самому краю.
– Всю свою жизнь я сражался. Сначала – за право жить. Потом – за трон. Потом – за то, чтобы удержать его. Я никогда не знал, что такое мир. Для меня мир был лишь короткой передышкой между войнами.
Он посмотрел на меня.
– Ты дала мне эту передышку. Ты дала мне нечто большее, чем победу над врагами. Ты дала мне… ясность.
Я смотрела на него – на этого жестокого, беспощадного тирана, который сейчас стоял передо мной, обезоруженный своей собственной искренностью. И я видела не Императора. Я видела мужчину. Одинокого, уставшего, израненного.
– А вы, – сказала я, и мой голос дрогнул, – вы дали мне жизнь. Я пришла в ваш дворец, ожидая лишь смерти. А вы… вы научили меня сражаться.
Он медленно подошел ко мне. Между нами оставался всего один шаг.
– Когда все закончится… – прошептал он.
– Все уже закончилось, – ответила я, глядя ему в глаза.
Мужчина издал гортанный рык. Шагнул ко мне, взял мое лицо в свои ладони. Его руки были холодными, но прикосновение было нежным. Он смотрел на меня так, словно пытался запомнить каждую черточку, каждый изгиб.
– Лиана…
А потом он поцеловал меня.
Поцелуй отчаяния и облегчения, голода и благодарности. Он был соленым от непролитых слез и горьким от вкуса пережитых битв. В нем была вся ярость дракона и вся нежность человека, который наконец-то нашел то, что искал всю свою жизнь. Я ответила ему со всей страстью, на которую была способна, вложив в этот поцелуй всю свою боль, весь свой страх и всю свою надежду.
Когда мы оторвались друг от друга, тяжело дыша, солнце уже полностью взошло, заливая мир золотым светом. Война была окончена. Начиналась новая эра. Наша эра.
Спустя некоторое время мы присоединились к легиону «Дыхание Дракона» у подножия гор. И во главе этой победоносной армии, ведя за собой закованных в цепи предателей, мы вошли в столицу.
Город ревел от восторга. Люди думали, что мы вернулись с Юга, сокрушив мятежников. Они кричали имя своего Императора.
Асмус посадил меня на белого коня, и я ехала рядом с ним. Не позади, как подобает супруге, а рядом, как боевой соратник. Весь двор смотрел на это в гробовом молчании. Они видели герцога Борина в цепях. Они видели меня рядом с Императором. В этот день я перестала быть просто Императрицей или Шепотом. Я стала второй силой в Империи.
Вечером, после бесконечных церемоний и докладов, Асмус пришел за мной. Но он не повел меня в мой павильон. Он привел меня в свои личные покои.
Это было сердце его мира. Огромная, строгая комната, где не было ничего лишнего. Оружейная стойка. Огромная кровать под черным пологом. И балкон, с которого открывался вид на всю столицу. Это было не жилище, а гнездо. Гнездо одинокого дракона.
Он вывел меня на балкон. Город внизу сиял тысячами огней.
– Предателей будут судить через неделю, – сказал он, глядя на город. – Юг пришлет делегацию с мольбой о пощаде, и я дарую ее, забрав их лучшие земли и удвоив налоги. Война окончена. Империя в безопасности. Благодаря тебе.
Он повернулся ко мне. В его глазах больше не было ни войны, ни политики. Только я.
– Работа Шепота Императора выполнена, – он взял мою руку. – Но работа Императрицы… и человека, который стоит рядом с ней… только начинается.
Он посмотрел мне в глаза, и в его взгляде была вся серьезность мира.
– Что теперь, Лиана? Что будет с нами?
Внешняя война была выиграна. И теперь он, со всей своей драконьей мощью и одержимостью, обратил все свое внимание на меня. На наш мир, и на наше будущее.
