Текст книги "Я просто хотела дочитать новеллу, а не стать женой злодея! (СИ)"
Автор книги: Айра Мэйрвелл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)
Глава 30
Новость о вражеском прорыве к Сребролесью взорвала Военный Зал. Паника, которую Асмус с таким трудом подавил несколько недель назад, вспыхнула с новой силой. Генералы кричали, тыча пальцами в карту, адмирал Варис бросал на меня взгляды, полные злорадного торжества. «Я же говорил», – читалось в его глазах. – «Ваша бесчестная война трусов провалилась!»
Я стояла в центре этого урагана, но не слышала их. Мой мир снова сузился до гигантской карты, на которой вражеская красная стрела неумолимо ползла к самому сердцу наших земель. Мой план был разбит. Моя стратегия, основанная на хитрости и партизанских вылазках, столкнулась с грубой, прямолинейной силой, и я не знала, что ей противопоставить. Впервые за все это время я почувствовала себя самозванкой. Девочкой, играющей в солдатики, пока настоящие воины умирают.
Асмус стоял рядом, скрестив руки на груди. Он слушал вопли своих генералов, и его лицо было подобно грозовой туче. Он ждал, смотрел на меня и ждал. Он дал мне свою веру, поставил на меня все…
«Думай, Лера, думай! Что бы ты сделала в игре? Когда враг делает неожиданный ход, что ты делаешь? Ты не паникуешь. Ты ищешь его слабость. В каждом сильном ходе есть слабость».
И я ее увидела.
– Молчать! – мой голос прозвучал негромко, но в нем была такая ледяная уверенность, что даже генералы осеклись на полуслове.
Все взгляды обратились на меня.
– Вы видите армию, идущую на Сребролесье, – сказала я, подходя к карте. – А я вижу армию, которая сама себя загнала в ловушку.
Адмирал Варис хмыкнул.
– Они бросили свои лучшие силы на этот прорыв, – продолжила я, не обращая на него внимания. – Десять тысяч солдат. Это значит, что их гарнизоны в портах, особенно в Жемчужной Гавани, сейчас ослаблены. Они открыли свой тыл, будучи уверенными, что наша единственная элитная армия, «Дыхание Дракона», слишком далеко.
Я посмотрела на Асмуса.
– Они ждут, что мы сделаем один из двух ходов. Либо отзовем «Дыхание Дракона» обратно, чтобы спасти Сребролесье, и тогда они спокойно отступят, разрушив город и наши коммуникации. Либо мы бросим против них столичный гарнизон, который слабее их ударного корпуса, и проиграем битву.
– И что вы предлагаете, Императрица? – ядовито спросил Варис. – Снова послать рыбаков с факелами?
– Нет, адмирал, – я повернулась к нему, и мой взгляд был холоден, как сталь. – Я предлагаю разделить наши силы. И уничтожить их всех.
В зале повисла изумленная тишина.
– Это безумие! – первым опомнился министр войны. – Делить силы перед лицом превосходящего противника – это самоубийство!
– Это не безумие, – я снова повернулась к карте. – Мы не будем отзывать «Дыхание Дракона». Наоборот. Мы отдадим им новый приказ: форсированным маршем, не считаясь с потерями, идти на их первоначальную цель. На Жемчужную Гавань. Пока армия врага увязнет в боях за Сребролесье, наш лучший легион возьмет их главный порт, сожжет их корабли и отрежет им путь к отступлению и снабжению.
– А кто остановит их у Сребролесья?! – взревел Варис. – Столичный гарнизон? Он будет разбит!
– Мы не будем ждать их у Сребролесья, – ответила я. – Мы выйдем им навстречу. Я и Его Величество Император. Мы лично поведем столичный гарнизон в бой.
Вот теперь в зале воцарился настоящий шок. Генералы смотрели на меня, как на сумасшедшую. Добровольно повести меньшие силы в лобовую атаку, оставив столицу почти беззащитной, и при этом отправив свой единственный козырь в другую сторону… Это нарушало все правила военной науки.
– Вы погубите Империю! – крикнул Варис. – Ваше Величество, не слушайте ее! Это дилетантка!
Все смотрели на Асмуса. Он один хранил молчание, его взгляд был прикован к моему лицу. Император не смотрел на карту. Он смотрел на меня, и взвешивал не тактику. Он взвешивал мою уверенность.
– Она права, – сказал он наконец, и его голос был абсолютно спокоен.
Генералы замерли.
– Вы видите риск, – продолжил Асмус, обводя их взглядом. – А я вижу возможность одним ударом закончить эту войну. Они думают, что поставили нам шах. А Императрица предлагает нам поставить им мат.
Он подошел к столу и посмотрел на Вариса.
– Адмирал. Вы остаетесь в столице. Если мы проиграем битву, и враг подойдет к стенам, – защита города на вас.
Затем он повернулся к остальным.
– Всем остальным – готовить войска к походу! Выступаем на рассвете!
Совет был окончен. Генералы, ошеломленные и недовольные, но не смеющие ослушаться, разошлись.
Асмус подошел ко мне.
– Это самый безумный план, который я когда-либо слышал, – сказал он. В его глазах не было ни тени сомнения. Только азарт. – Он сработает.
– Он должен, – ответила я. – Другого у нас нет.
– Ты пойдешь со мной, – это был не вопрос. – Ты не останешься здесь.
– Я знаю.
В ту ночь я не спала. Анья помогла мне собраться. Вместо шелков – походные штаны из плотной ткани и кожаная куртка. Вместо шпилек в волосах – простая кожаная тесьма. Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Девушка, что боялась поранить палец бумагой, собиралась на войну.
На рассвете столичный гарнизон был построен на главной площади. Десять тысяч солдат. Не элита, как «Дыхание Дракона», но закаленные в боях ветераны. Они не знали, куда идут, но они видели, кто их поведет.
Мы с Асмусом выехали из ворот бок о бок. Он – на своем черном боевом коне, в вороненых доспехах. Я – на белой кобыле, которую он для меня выбрал. Без доспехов, но с мечом у седла.
Мы ехали во главе колонны, и за нашими спинами колыхалось море стали. Ветер трепал знамена с гербом дракона.
В этот момент ко мне подскакал гонец, покрытый пылью. Он протянул мне свиток. Я развернула его. Это был ответ от командира «Дыхания Дракона», которому уже доставили мой новый, безумный приказ.
В свитке была лишь одна фраза.
«Ради Императрицы. Мы не подведем».
Я убрала свиток. Впереди, за горизонтом, нас ждал враг. Позади, в горах, наш лучший легион мчался к морю. Три армии. Две наши, одна вражеская. Все мы теперь были участниками одной гигантской, смертельной гонки.
Я посмотрела на Асмуса. Он поймал мой взгляд и улыбнулся. И я поняла, что в этот момент, на дороге, ведущей к неизвестности и, возможно, к смерти, я была абсолютно счастлива.
Глава 31
Война в теории – это элегантные стрелки на карте. Война в реальности – это грязь. Бесконечная, чавкающая, холодная осенняя грязь, что налипала на сапоги, колеса повозок и на саму душу.
Наш марш на юг был отчаянной гонкой со временем. Мы оставили позади размеренную жизнь столицы и погрузились в суровую реальность похода. Дни сливались в один нескончаемый поток из пыльных дорог, коротких привалов и ледяных ночей у костра. Я видела войну не из окна кабинета, а своими глазами. Я видела лица солдат – молодые и старые, усталые, но полные мрачной решимости. Я видела, как они чистят оружие, латают рваные плащи и делят последний кусок хлеба. Они больше не были для меня безликими фигурами. Они были людьми, чьи жизни зависели от моего безумного плана. И этот груз ответственности давил на плечи тяжелее любой брони.
Я ехала рядом с Асмусом во главе колонны. Он был в своей стихии. Не капризный тиран, а настоящий полевой командир. Император знал по имени каждого центуриона, лично проверял посты на ночных стоянках и ел из одного котла с солдатами. Его авторитет в армии был абсолютным. Но теперь к этому авторитету добавилось нечто новое. Любопытство.
Солдаты смотрели на меня. Сначала – с недоверием. Кто эта хрупкая женщина рядом с их железным Императором? Но слухи летели быстрее любого гонца. Они слышали о Шепоте, что раскрыл предательство на Севере. Они слышали об Императрице, что спасла мать их повелителя. Они видели, как Асмус смотрит на меня, как прислушивается к моему мнению во время коротких военных советов, которые мы проводили прямо в седле, склонившись над картой.
Их недоверие сменилось удивлением, а потом – уважением.
Однажды во время привала я увидела, как у одного из обозных сломалось колесо, и тяжелая повозка с мукой накренилась, готовая вот-вот опрокинуться в грязь. Солдаты, уставшие до предела, чертыхаясь, пытались ее вытолкать, но безуспешно. Я спешилась, подошла и, не говоря ни слова, уперлась плечом в грязное дерево. Солдаты ошеломленно замерли. Императрица… толкает повозку? Через секунду ко мне присоединился еще один, потом еще десять. Мы навалились все вместе, и под дружный рев повозка выехала на дорогу.
Я ничего не сказала. Просто кивнула им, вытерла грязные руки о штаны и пошла дальше. Но я знала, что этот маленький поступок сделал для укрепления моего авторитета больше, чем любая выигранная битва. С этого дня они были готовы умереть не только за своего Императора. Но и за свою Императрицу.
Наши отношения с Асмусом тоже вышли на новый уровень. Здесь, вдали от дворцовых интриг, мы были просто мужчиной и женщиной, двумя командирами, делящими одну судьбу. Мы спорили до хрипоты над картами, выбирая лучший маршрут. Мы делили один плащ во время холодных ночных дождей. Мы научились понимать друг друга с полуслова, с одного взгляда. Наша связь, рожденная в огне заговоров, закалялась в горниле похода.
Но гонка была беспощадной. Каждую ночь к нам прибывали гонцы от Цзиня, чьи «Когти» невидимой тенью следовали за вражеской армией. И новости были плохими.
– Они идут быстро, – докладывала я Асмусу, разбирая шифрованное донесение. – У них почти нет обоза. Они живут за счет грабежа. Они будут у Сребролесья через два дня.
Асмус посмотрел на нашу позицию на карте.
– А мы – в трех. Мы не успеваем.
Напряжение в его походном шатре стало почти осязаемым. Опоздать на один день – означало отдать врагу стратегически важный город и проиграть всю кампанию.
– Значит, нужно идти быстрее, – сказала я.
– Солдаты на пределе, – возразил он. – Если я потребую от них идти еще и ночью, половина отстанет.
– Тогда мы должны что-то бросить. Облегчить наш марш.
На рассвете Асмус отдал приказ, повергший в шок его офицеров. Оставить большую часть обоза. Палатки, запасное продовольствие, тяжелое осадное снаряжение. Взять с собой только оружие, воду и сухой паек на два дня.
Последние два дня были адом. Мы шли днем и ночью, делая лишь короткие передышки. Люди засыпали на ходу. Но никто не роптал. Они видели, что их Император идет рядом с ними. Они видели, что их Императрица делит с ними последнюю флягу воды. И они шли.
Мы успели.
На исходе второго дня, когда силы были уже на исходе, наши передовые отряды вышли к Лазурному Броду. Это была неширокая, но быстрая река, последний естественный рубеж перед Сребролесьем. И мы заняли его первыми. Вражеская армия, как доложили разведчики, была всего в нескольких часах позади.
У нас было немного времени, чтобы превратить пологий берег реки в неприступную крепость.
Наступила ночь перед битвой. Она была наполнена звуками. Стуком молотков, вбивающих колья. Звоном затачиваемой стали. Приглушенными голосами центурионов, расставляющих посты. Никто не спал. Все готовились.
Я стояла на холме, который мы выбрали в качестве командного пункта. Отсюда был виден весь наш лагерь и река, поблескивающая в свете луны. Я смотрела на тысячи костров, похожих на звезды, упавшие на землю. И за каждой из этих звезд была человеческая жизнь, которую я поведу на смерть.
– Страшно?
Асмус подошел и встал рядом. Он тоже смотрел на лагерь.
– Да, – честно ответила я.
– Мне тоже, каждый раз. Перед каждой битвой. Если командир не боится, значит, он плохой командир.
Он достал из-за пояса кинжал. Это не было обычное оружие. Его рукоять была сделана из драконьей кости, а лезвие, казалось, поглощало лунный свет. Он вложил его мне в руку.
– Я знаю, что ты не воин, – сказал он тихо. – Но я не хочу, чтобы ты была беззащитной. Если… если что-то пойдет не так, и враг прорвется сюда…
Он взял мою руку и показал, как правильно держать кинжал. Показал, куда бить. В горло. В сердце. Я чувствовала в его прикосновениях глубоко скрытую нежность и страх. Страх за меня.
– Я буду рядом, – прошептала, сжимая рукоять.
– Я знаю, – он убрал руки. – Но драконы всегда готовятся к худшему.
Мы стояли в тишине, глядя на темный горизонт.
– Асмус, – позвала я.
– Да?
– Если завтра… если мы победим…
– Когда мы победим, – поправил он.
– Когда мы победим, – улыбнулась я. – Пообещайте мне кое-то.
– Все, что угодно.
– Давайте вернемся на ту гору. И снова встретим рассвет. Только уже по-настоящему.
Он посмотрел на меня, и в его глазах, на мгновение, не было ни Императора, ни генерала. Только мужчина, смотрящий на любимую женщину.
– Я обещаю.
Раздался далекий звук рога. Тревожный, протяжный.
На холм вбежал запыхавшийся дозорный.
– Ваше Величество! Они здесь! На том берегу!
Мы посмотрели вдаль. На темном горизонте, на другом берегу реки, начали загораться огни. Тысячи огней. Их было гораздо больше, чем у нас.
Асмус взял меня за руку. Его ладонь была твердой и уверенной.
– Ну что ж, – сказал он. – Пора показать им, как дерутся драконы.
Глава 32
Рассветный туман, цеплявшийся за поверхность реки, медленно рассеивался, обнажая вражескую армию. Это было море стали и нефрита. Их было больше. Значительно больше, чем нас. Они выстроились на противоположном берегу ровными, дисциплинированными рядами, их длинные копья напоминали щетину гигантского зверя. В утреннем свете их отполированная броня казалась влажной, словно чешуя морского дракона.
А потом ударили их барабаны.
Низкий, утробный, медленный ритм. Бум. Бум. Бум. Он не был громким, но проникал под кожу, в самые кости, заставляя сердце биться в унисон с этим маршем смерти. Они не спешили, стояли и давили на нас своей массой, своей уверенностью, своим безжалостным ритмом.
Я стояла на холме рядом с Асмусом. Кинжал, что он дал мне, холодил бедро через кожаные штаны. Внизу наши солдаты стояли в три линии, уперев щиты в землю и выставив копья. Они молчали. Их молчание было ответом на грохот вражеских барабанов.
– Они уверены в себе, – произнес Асмус, не отрывая взгляда от вражеского строя. – Их командир, генерал Ксай, известен своей прямолинейностью. Он верит в силу сокрушающего удара. Он попытается прорвать наш центр одним броском.
– Мы на это и рассчитываем, – ответила я, и мой голос прозвучал на удивление спокойно. Внутри меня все сжималось от ледяного ужаса, но снаружи я была олицетворением уверенности. Я была нужна им такой.
Барабаны смолкли. На мгновение повисла абсолютная тишина. А потом вражеский генерал взмахнул мечом, и воздух разорвал рев тысяч глоток. Первая линия их пехоты шагнула в воду.
Битва началась.
С нашего берега ударили тысячи стрел. Черная туча взмыла в небо и обрушилась на врага, входящего в реку. Я видела, как падают люди, как вода вокруг них окрашивается в красный цвет. Но они шли. Спотыкаясь о тела своих товарищей, прикрываясь щитами, они упрямо шли вперед, и рев их не ослабевал.
А потом они сошлись.
Звук был оглушительным. Рев, крики, визг стали, глухие удары мечей о щиты. Река вскипела. Наши солдаты, стоявшие по колено в воде, приняли на себя первый, самый страшный удар. Я смотрела на это, и мир сузился до этой кровавой полосы воды. Это были люди. Живые люди, которые прямо сейчас убивали друг друга по моему приказу, по моему плану. Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота, но заставила себя смотреть. Я не имела права отворачиваться.
– Держать строй! – голос Асмуса, усиленный магией, гремел над полем боя. – Первая линия, держать строй! Лучники, огонь по второй волне!
Император был спокоен и сосредоточен, раздавая приказы с холодной точностью. Он был рожден для этого. А я… я была чужой на этом страшном празднике смерти. Я заставила себя отвлечься от ужаса бойни и смотреть на нее как на шахматную партию.
Враг бросал в бой все новые и новые отряды, пытаясь продавить наш центр. Их генерал, как и предсказывал Асмус, был предсказуем. Он видел, что несет тяжелые потери на броде, но верил, что его численное превосходство в итоге сломит нас.
Наш центр держался. Но я видела, какой ценой. Наши солдаты сражались, как львы, но их ряды таяли. Повсюду лежали тела.
– Ваше Величество, – подбежал один из центурионов, его лицо было в крови. – Центр… мы долго не продержимся! Они вводят в бой свою гвардию!
– Отлично, – спокойно ответил Асмус. Он посмотрел на меня. «Пора». Я кивнула.
Он поднял руку, и над нашими рядами взвился сигнальный флаг – черный дракон на алом фоне.
– К центру! – взревел он. – Начать тактическое отступление! Заманить их на равнину! Медленно! С боем!
Солдаты бросились выполнять приказ. Наш центр, который до этого стоял насмерть, сохраняя строй, начал медленно, шаг за шагом, отступать от реки на равнину.
Вражеский генерал на том берегу взревел от восторга. Он решил, что мы сломлены. И совершил роковую ошибку. Он бросил в бой все свои резервы, свою лучшую, элитную пехоту, чтобы превратить наше отступление в бегство. Тысячи воинов хлынули через брод, не встречая уже почти никакого сопротивления, и устремились за нашими отступающими частями.
Именно в этот момент на нас напали.
Это были не солдаты. Пятеро теней возникли из воздуха прямо на нашем холме. Боевые маги Нефритовой Империи. Их целью был Асмус. Я увидела, как в их руках вспыхивают смертоносные заклинания.
Я успела только вскрикнуть. Но Асмус уже действовал. Время для него словно замедлилось. Он оттолкнул меня за свою спину, и в его руке из ниоткуда появился черный меч. Но страшнее было другое. Его глаза. Они полыхнули чистым золотом, и зрачки на мгновение стали вертикальными.
– НАГЛЕЦЫ! – его голос был уже не совсем человеческим. В нем рокотал гнев дракона.
Воздух вокруг него вскипел. Он не стал отражать их заклинания. Император шагнул им навстречу, и волна чистой, первобытной силы ударила по нападавшим. Их магия развеялась, как дым. Двое из них просто сгорели заживо, превратившись в пепел. Остальных раскидало, как кукол. «Драконьи Клыки» из его личной охраны тут же добили выживших. Все произошло за пять секунд.
Я стояла за его спиной, дрожа от пережитого ужаса и от благоговения перед его силой. Он обернулся ко мне. Драконий огонь в его глазах уже угас.
– Ты в порядке?
Я только кивнула, не в силах говорить.
– Хорошо, – он снова повернулся к полю боя. – Потому что сейчас начнется самое интересное.
Вражеская элита была уже на нашем берегу. Они оторвались от своих основных сил и с яростью преследовали наших солдат, предвкушая победу.
Асмус поднял руку с зажатым в ней мечом. И взмахнул.
В небо взвился второй сигнальный флаг. Белый.
И в этот момент с лесистых холмов, что обрамляли равнину с двух сторон, ударили рога. Тысячи рогов. С оглушительным ревом из лесов вырвались две бригады нашей тяжелой пехоты и конница, которые до этого момента прятались в засаде.
Я смотрела, как наши фланги врезаются во вражеский строй. Эффект был сокрушительным. Элитные воины Нефритовой Империи, атакованные с трех сторон, дрогнули. Их идеальный строй рассыпался. Уверенность сменилась паникой. Они были пойманы в ловушку. Спереди – наш «отступающий» центр, который тут же развернулся и ударил снова. С флангов – свежие силы. А сзади – река, которая из пути к победе превратилась в смертельную преграду.
Их командир на том берегу, видя, что его лучшая армия гибнет в котле, пытался что-то сделать, послать подкрепление. Но было поздно.
Победа была сокрушительной. Наш безумный план сработал.
Но в тот момент, когда я уже была готова вздохнуть с облегчением, я увидела маленький, но дисциплинированный отряд. Около пятисот всадников. Они не стали пытаться спасти свою гибнущую армию. Отделившись от основного сражения, они вихрем промчались вдоль берега.
– Асмус, смотри! – закричала я.
Он проследил за моим взглядом. Лицо его снова стало жестким.
– Их личная гвардия. Генерал Ксай. Он пожертвовал своей армией, чтобы отвлечь нас. А сам…
– Идет на Сребролесье, – закончила я.
Город был беззащитен. Пятьсот элитных всадников могли взять его и сжечь до того, как наша основная армия перегруппируется.
– Личная гвардия! – взревел Асмус, поворачиваясь к своим «Клыкам». – На коней! Мы догоним их!
Он посмотрел на меня.
– Ты остаешься здесь!
– Нет! – отрезала я. – Я еду с тобой!
Он хотел возразить, но, увидев выражение моего лица, лишь стиснул зубы.
Глава 33
Не было времени на триумф. Не было времени на то, чтобы осознать нашу победу. В тот момент, когда я увидела, как отряд генерала Ксая отрывается от основного побоища и устремляется к Сребролесью, мир снова сузился до одной-единственной цели. Мы должны успеть раньше их.
– За мной! – рев Асмуса был подобен грому.
Его личная гвардия, «Драконьи Клыки», не задавая вопросов, развернули своих коней. Это были лучшие воины Империи, и их кони были под стать хозяевам – огромные, черные, как ночь, боевые скакуны, выносливые и быстрые. Я пришпорила свою белую кобылу и ринулась следом.
Мы мчались, и поле битвы, полное криков и стонов, осталось позади. Мы неслись по раскисшей от крови и дождя земле, перепрыгивая через тела и брошенное оружие. Я никогда в жизни так не скакала. Вцепилась в гриву лошади, чувствуя, как ветер вышибает слезы из глаз, а каждый удар копыт о землю отзывается болью во всем теле.
Я не была воином, не была наездницей. Мое тело, привыкшее к мягким креслам и спокойным прогулкам, кричало от напряжения. Мышцы горели огнем. Легкие разрывались от нехватки воздуха. Но я не отставала. Смотрела на широкую спину Асмуса в черных доспехах, и это зрелище придавало мне сил. Он был моим маяком, моей целью.
Мы сделали короткую остановку у ручья, чтобы напоить лошадей. Солдаты молчали, их лица были суровы. Асмус развернул на седле карту.
– Они идут прямым путем, вдоль реки, – сказал он, ткнув пальцем в карту. – Они уверены, что мы увязли в битве и не будем их преследовать.
– Мы можем их обогнать? – выдохнула я, пытаясь унять дрожь в ногах.
– По этой дороге – нет. Они налегке, а мы гнали коней без отдыха. Но… – он провел пальцем по карте, через темное пятно леса. – Есть путь напрямик. Через Шепчущий Лес. Старая, заброшенная дорога. Опасная, но она срежет нам путь почти вдвое. Мы можем выйти к перевалу «Игольное Ушко» раньше них.
– Это единственный путь к Сребролесью с этой стороны реки, – добавила я, мгновенно оценив тактическое преимущество. – Узкий каньон. Там мы сможем их остановить. Даже нашими малыми силами.
Асмус посмотрел на меня с одобрением.
– Именно. Но дорога через лес опасна.
– У нас нет выбора, – ответила я.
Мы снова были в седлах. Шепчущий Лес встретил нас сумраком и тишиной. Вековые деревья смыкались над головой, почти не пропуская солнечный свет. Мы двигались медленнее, но все равно быстро. «Драконьи Клыки» показали себя не только как воины, но и как несравненные следопыты. Они двигались по заросшей тропе почти бесшумно, как стая волков.
Я чувствовала себя на пределе. Боль в мышцах стала тупой и постоянной. Но я терпела, думала о жителях Сребролесья, о женщинах, детях. О том, что сделает с ними отчаявшийся, проигравший генерал, чтобы оставить после себя лишь пепел и ужас. И я гнала свою кобылу вперед.
Мы вырвались из леса, когда солнце уже начало садиться. И мы увидели его. Узкий, скалистый проход между двумя холмами – «Игольное Ушко». А за ним, вдали, уже виднелись дымки над крышами Сребролесья.
– Мы успели, – прошептала я.
– Почти, – Асмус смотрел в другую сторону, на равнину, откуда мы пришли. – Вот и они.
На горизонте показался их отряд. Они тоже гнали коней без отдыха. До перевала им оставалось не больше десяти минут.
– Засада! – коротко бросил Асмус. – Быстро!
У нас не было времени на сложные приготовления. «Драконьи Клыки» разбрелись по склонам перевала, прячась за валунами и в зарослях кустарника. Я осталась с Асмусом и тремя его телохранителями в самом узком месте.
Генерал Ксай и его всадники влетели в перевал на полном скаку. Они были так сосредоточены на своей цели – на городе, – что не заметили ловушки.
Первыми ударили наши лучники. Стрелы, пущенные почти в упор, смели авангард. А потом со склонов, с ревом, бросились «Драконьи Клыки».
Начался ад.
Это была жестокая, яростная схватка. В узком пространстве не было места для маневра. Решала не тактика, а сила, ярость и умение владеть мечом. Я стояла, прижавшись к скале, и с ужасом смотрела на этот клубок из людей и лошадей. Я слышала крики, предсмертные хрипы, звон стали. Это было в сто раз страшнее, чем наблюдать за битвой с холма. Здесь я чувствовала запах пота и крови.
И тут я увидела, как один из офицеров Нефритовой Империи, раненый, но все еще на ногах, прорвался через заслон. Его глаза были безумны. Он увидел Асмуса, но понял, что не доберется до него. И тогда его взгляд наткнулся на меня. На женщину в походной одежде. На слабое звено.
Он взревел и бросился на меня, занеся меч.
Все произошло за долю секунды. Один из телохранителей шагнул ему наперерез, но другой враг пронзил его копьем. Время замедлилось. Я видела перекошенное от ярости лицо офицера, видела блеск его меча. Я знала, что умру.
И в этот момент моя рука сама собой легла на рукоять кинжала, что дал мне Асмус.
Пальцы сжали драконью кость. Я вспомнила его урок, вспомнила его голос. «Не думай. Просто бей».
Когда офицер был уже в шаге от меня, я сделала то, чему он меня учил. Я не стала отступать, вместо этого шагнула ему навстречу, уходя с линии удара, и, вложив в это движение весь свой страх и все свое отчаяние, ударила. Снизу вверх. Туда, где под челюстью броня была тоньше всего.
Я не почувствовала боли, почувствовала лишь глухой, влажный толчок. Лезвие вошло в его плоть. Его безумные глаза уставились на меня с удивлением. Меч выпал из его руки. Он захрипел, и на мои губы брызнуло что-то теплое и соленое. А потом он просто рухнул к моим ногам.
Я стояла, глядя на тело. На кровь, что текла из раны, которую нанесла я. На кинжал в моей руке. Он был мокрым и красным. Я убила человека. Я. Своими руками.
Мир сузился до этого пятна крови. Я не слышала криков битвы, ничего не видела. Только это.
И тут раздался рев.
Нечеловеческий, полный первобытной ярости рев, от которого, казалось, задрожали скалы. Это был Асмус. Он увидел, что на меня напали. И в нем проснулся дракон.
Я мельком увидела, как он движется. Это была нечеловеческая скорость. Он был подобен черной молнии. Император обрушился на остатки вражеского отряда с такой сокрушительной силой, что битва закончилась за десять ударов сердца. Последний враг упал, и в перевале воцарилась тишина.
Тишина, нарушаемая лишь стонами умирающих.
Я все еще стояла на том же месте, не в силах пошевелиться, смотрела на свою руку, на кинжал.
Асмус подошел ко мне. Его лицо было бледным от ярости и пережитого страха за меня. Он не сказал ни слова. Просто подошел, осторожно, двумя пальцами, взял у меня из руки окровавленный кинжал и отбросил его в сторону. А потом он обнял меня. Крепко, почти до боли. Он прижал меня к себе, уткнув мое лицо в свою грудь, чтобы я не видела тел, не видела крови. Чтобы я видела только его.
– Все кончено, – прошептал он мне в волосы. – Слышишь? Все кончено. Мы победили. Ты победила.
Город был спасен. Война была выиграна.
А я стояла в объятиях Императора, посреди трупов, и чувствовала себя такой же мертвой, как и человек, лежавший у моих ног. Я выжила. Но та Лера, которая боялась порезать палец бумагой, умерла в этом перевале окончательно.
