Текст книги "Мир в XX веке: эпоха глобальных трансформаций. Книга 1"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 62 страниц) [доступный отрывок для чтения: 23 страниц]

Универсальность мирового экономического кризиса имеет разные измерения: географическое (затронул большинство стран мира) и экономическое (коснулся всех секторов хозяйства, как старых, так и новых отраслей). В 1929-1932 гг. мировая торговля резко сократилась, способствуя падению промышленного производства, занятости и, как следствие, снижению доходов на душу населения. Важно отметить, что глубина кризиса во многом стала следствием именно дезинтеграции мирового хозяйства в 1920‑е годы, потому что основные стратегии экономической политики, направленные на выход из кризиса, принимались национальными правительствами без каких–либо международных согласований. Важным, хотя и запоздалым решением стал годичный мораторий на все выплаты по военным долгам и репарациям, предложенный президентом США Г. Гувером в 1929 г. Избежать паники не удалось, под давлением кризисных явлений в сентябре 1931 г. Английский банк распорядился приостановить размен бумажных денег на золото. Вслед за Британией десятки стран отказались от золотого стандарта, включая, например, Аргентину или Чили, пострадавших от резкого падения цен на экспортируемое сырье. Уже скоро (в апреле 1933 г.) и США пришлось пойти по этому пути.

Очередь безработных у пункта раздачи пищи. США, 1930 г. РГАКФД

После отказа от классических дефляционных средств, направленных на сокращение денежной массы, правительства начинают изыскивать пути для преодоления кризиса. Пути были разными – от проведения общественных работ и внедрения систем государственного кредитования до национализации предприятий и скупки не находящего сбыта сырья для поддержания приемлемого уровня цен. Несмотря на постепенное восстановление роста производства к 1936 г. (достигшему уровня 1913 г.), международная напряженность препятствует оздоровлению национальных экономик, равно как и усложняет международные экономические связи. При этом спад в США в 1937 г. уже не оказал существенного влияния на Европу. Длительность кризиса в разных странах была разной, тем не менее вплоть до Второй мировой войны мировое хозяйство не полностью оправилось от экономического потрясения 1929-1930 гг.

Стратегии преодоления мирового экономического кризиса разнились. Мировой кризис существенно отличался тем, что был хорошо заметен простому обывателю. Безработица в мире выросла с 5% в 1929 г. до почти 20% в 1932 г. Ощущение, что кризис – это итог ошибок экономической политики, сразу перевело дискуссию в политическую плоскость. Для современников вопрос о сути кризиса был вопросом о мерах, которые позволят из кризиса выбраться.

Все более популярным становилось кейнсианское определение кризиса как результата нехватки денежной массы. В эпоху золотого стандарта денежная масса была ограничена, но производство росло, количество и разнообразие товаров увеличилось многократно. В результате ограниченности денежной массы и роста товарной массы возникла сильная дефляция – падение цен, которое вызвало финансовую нестабильность, банкротство многих предприятий, невозврат кредитов. Так называемый мультипликативный эффект ударил даже по растущим отраслям экономики. Разные страны начали искать пути выхода из кризиса, палитра экономических решений оказалась крайне разнообразной – «Новый курс» в США, Народный фронт во Франции, фашистский корпоративизм в Италии, нацистское фюрерство в Германии, экономический милитаризм в Японии, директивное планирование в СССР. Очевидными противоположностями в экономическом развитии стали в 1933 г. либеральный путь выхода из кризиса США и тоталитарный путь Германии.

В начале 1933 г. к власти в США пришло правительство демократа Ф. Д. Рузвельта, предложившего отчаявшемуся американскому обществу «Новый курс» (New Deal) – развернутую программу экстренных и долгосрочных мер по выходу из кризиса. Вначале это был скорее интуитивный отказ от традиционных экономических подходов, и прежде всего от принципа невмешательства государства в хозяйственные процессы. Полное понимание необходимости корректировки рыночных механизмов пришло позднее, по мере повышения эффективности реформ и после выхода в свет в 1936 г. знаменитой книги британского экономиста Дж. М. Кейнса «Общая теория занятости, процента и денег». Платежеспособность населения как основу «эффективного спроса», по выражению Кейнса, следовало поднимать всеми мерами – путем повышения пенсий по старости и инвалидности, создания внутри компаний фондов для поддержки работников, организации общественных работ по дорожному строительству и городскому благоустройству.

Кейнс исходил из того, что экономика потребляет не все, что производит. И если предположить, что все произведенное должно быть потреблено, а все имеющиеся ресурсы должны быть задействованы, то как раз разницу между объемом производства и объемом потребления (сбережения) необходимо инвестировать. В теории все выглядит логично, однако на практике нет никаких гарантий, что инвестиции окажутся равны сбережениям. Таким образом, на деле риски очень сильно зависят от психологических факторов, прежде всего готовности вкладывать сбережения в экономику. В классическом варианте решения проблемы предполагалось, что избыток сбережений, которые люди не решаются инвестировать, должен исчезнуть по той причине, что сокращение спроса на инвестиции приведет к снижению цены заимствований (или процентной ставки), что вновь сделает вложения привлекательными. Кейнсианское решение проблемы занятости не предусматривало спонтанности. Кейнс подчеркивал, что при снижении инвестиций уменьшатся и общие расходы, а раз так, то и доходы снизятся, ведь экономические процессы взаимосвязаны, и расходы одного человека – это доходы другого. Поэтому необходимо проводить активную фискальную политику для решения задачи полной занятости.

Первая фаза выхода из кризиса в США была связана с программой «100 дней» (март–апрель 1933 г.), нацеленной на максимально быстрое оздоровление экономики – санация банков, запрет вывоза валюты, девальвация доллара. Важную роль сыграл закон о восстановлении промышленности, призванный обеспечить интересы работодателей (соглашения о ценах, правила честной конкуренции) и рабочих по найму (в частности, установить максимальное рабочее время и минимальную заработную плату). В 1935 г. многие меры «Нового курса» были признаны неконституционными. Однако в ответ на такую острую политическую борьбу начинается вторая фаза реформ: важную роль сыграл закон о трудовых отношениях, гарантирующий рабочим свободу организации, проведение переговоров и забастовок, закон о социальном обеспечении, вводивший страхование по безработице, инвалидности и старости. Таким образом, США сумели в сложной экономической ситуации отказаться от привычной идеи о государстве как «ночном стороже» и перейти к развернутой программе государственной экономической политики.

В Германии особенно явственно обозначилась основная черта тоталитарной экономики – ее полное подчинение интересам государственной политики, нацеленной на реванш за поражение в прошлой войне и подготовку к новой. С приходом в начале 1933 г. к власти правительства А. Гитлера началась политика внедрения «принципа фюрерства» путем унификации. Уже закон об устранении бедственного положения народа и государства открывал широкие чрезвычайные полномочия для нового правительства. Вскоре ликвидируются партии и профсоюзы. Экономическая политика была направлена на достижение экономической автаркии. Для улучшения положения в сельском хозяйстве вводится мера по обеспечению неделимости крестьянских хозяйств законом о наследных дворах. В 1934 г. закон о порядке национального труда создает производственные сообщества. В конце того же года для объединения «всех трудящихся» создается Германский трудовой фронт. Летом 1936 г. вводится обязательная имперская трудовая повинность. Идея экономики, полностью подчиненной воле фюрера, обеспечивала не только относительно быстрое развитие, но и крайне быстрый темп наращивания вооружений. Милитаризация экономики в странах с различными путями выхода из кризиса – либеральным или тоталитарным – везде создавала новые рабочие места, обеспечивая приток капиталов в промышленность.

Экономические аспекты Второй мировой войны. Вторая мировая война стала самой масштабной и разрушительной войной в мировой истории. Эта война стала по–настоящему глобальной и маневренной. Важно подчеркнуть, что она стала испытанием не только для человеческого духа, но и для экономической силы стран–участниц. Промышленные возможности приобрели особую важность, производственные мощности стали значить не меньше, чем численность вооружений.

Как и в Первую мировую, во Второй мировой США сыграли важную роль кредитора и поставщика необходимых для войны техники и сырья. Принятый Конгрессом США 11 марта 1941 г. «Закон по обеспечению защиты Соединенных Штатов» открывал государственную программу ленд–лиза, т. е. поставки союзникам во Второй мировой войне боевых припасов и техники, продовольствия и стратегического сырья. По правилам ленд–лиза поставленные материалы, уничтоженные, утраченные и использованные во время войны, не подлежат оплате, а оставшиеся после окончания войны и пригодные для гражданских целей можно будет вернуть или же оплатить, в том числе и за счет долгосрочных беспроцентных кредитов США. Первоначально программа ленд–лиза распространялась на Великобританию (около 31,4 млрд долл. поддержки за все время существования программы до 1945 г.) и Китайскую республику (1,6 млрд долл.), в ноябре 1941 г. к программе присоединился и СССР (11,3 млрд долл.).

14 августа 1941 г. была обнародована Атлантическая хартия – один из программных документов антигитлеровской коалиции, предложенный британским премьер–министром У. Черчиллем и президентом США Ф. Д. Рузвельтом. Помимо военных задач и возможности политического самоопределения стран в хартии, к которой к сентябрю присоединятся многие страны, включая СССР, значились вполне экономические цели – снижение торговых барьеров, глобальное экономическое сотрудничество и повышение благосостояния. Путь к победе рассматривался как путь экономической солидарности союзников.

Экономический урон от войны был масштабным. Самые большие человеческие жертвы (55 млн убитых, 35 млн раненых, 3 млн пропавших без вести, порядка 20 млн погибших гражданских лиц) изменили представление о современной войне. Эти жертвы стали самым значительным уроном для человеческого капитала. Только чистые военные расходы составили порядка 1,5 трлн долл, (по паритету покупательной способности; примерное распределение расходов таково: США – 21%, Великобритания – 20%, Германия – 18%, СССР – 13%). Вместе с тем стоит учесть, что весьма сильная централизация управления экономикой в годы войны позволила достаточно быстро провести восстановительные работы. Кроме того, такие явления, как отложенный спрос, оказывали существенное влияние на относительно высокие темпы послевоенного экономического роста.

Очевидным экономическим следствием Второй мировой войны стала политическая биполярность и формирование пространства трех «миров» (можно метафорически их назвать мир–системами) после 1945 г. В сентябре 1945 г. была образована Организация Объединенных Наций, при этом уже вполне очевидным стал раскол, с одной стороны, на Западный блок под «ядерным зонтиком» США, Великобритании и Франции, по сути центр капиталистической мир–системы, с другой стороны, на Восточный блок под руководством СССР, по сути центр социалистической мир–системы. И наконец, с третьей стороны, формировался «третий мир», который условно можно назвать «Южным» большинством, поначалу состоявшим преимущественно из стран Латинской Америки, а с процессом деколонизации постоянно пополнявшимся новыми независимыми государствами Азии и Африки. Очевидно, что Западный и Восточный блоки были заинтересованы в привлечении на свою сторону все большего числа сторонников, что почти предполагало налаживание дружественных экономических отношений.

Бреттон–Вудская система. Основой устойчивости финансовой системы послевоенного мира стало подписание Бреттон–Вудского соглашения в июле 1944 г. Бреттон–Вудская система стала залогом «славного тридцатилетия», при этом утвердив американское финансовое доминирование в капиталистическом мире. По соглашению устанавливались твердые обменные курсы для валют стран–участниц к ключевой валюте – доллару, при этом цена доллара увязывалась с ценой золота (более 60% мирового запаса которого хранились у США в Форт–Ноксе), для золота была установлена фиксированная цена – 35 долл за тройскую унцию (~31,1 г). Основная задача новых договоренностей состояла в быстром восстановлении и увеличении объемов международной торговли, а также в своевременном предоставлении необходимых финансовых ресурсов для противодействия временным трудностям во внешнеторговом балансе государств–участников. Таким образом, доллар занял первенствующую позицию, вытеснив британский фунт стерлингов. Установился золотодолларовый стандарт. Доллар, конвертируемый в золото, стал базой валютных паритетов, преобладающим средством международных расчетов, валютных интервенций и резервных активов. «Долларизация» мировой экономики существенно усилила позиции Федеральной резервной системы США. Валютные интервенции рассматривались как механизм адаптации валютной системы к изменяющимся внешним условиям, аналогично передаче золотых запасов для регулирования сальдо платежного баланса при золотом стандарте. Курсы валют можно было изменять лишь при наличии существенных перекосов платежного баланса. Именно эти изменения валютных курсов в рамках твердых паритетов назывались ревальвацией и девальвацией валют.

Организационные звенья Бреттон–Вудской системы – Международный валютный фонд (МВФ) и Международный банк реконструкции и развития (МБРР). МВФ предоставляет кредиты для покрытия дефицита платежных балансов и поддержки нестабильных валют, осуществляет контроль за соблюдением принципов работы валютных систем стран–участниц, обеспечивает валютное сотрудничество. МБРР – межгосударственный инвестиционный институт, цели которого заключаются в оказании помощи в реконструкции и развитии экономики стран–членов, содействии частным иностранным инвестициям и сбалансированному росту международной торговли. Первоначально МБРР был призван с помощью аккумулированных бюджетных средств капиталистических государств и привлекаемых капиталов частных инвесторов стимулировать инвестиции в восстановление и развитие экономики стран Западной Европы. С середины 1950‑х годов деятельность МБРР переориентировалась на страны Азии, Африки и Латинской Америки. МБРР – самый крупный кредитор проектов развития в развивающихся странах со средним уровнем доходов на душу населения и в кредитоспособных бедных государствах. И МВФ, и МБРР обрели самостоятельное значение и продолжили свою работу после того, как 15 августа 1971 г. президент США Р. Никсон объявил, что доллары США, находившиеся за рубежом, больше нельзя будет обменять на золото.

Долгожителем послевоенных соглашений стало Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ), – заключенное в 1947 г. с целью восстановления послевоенной экономики (ныне – Всемирная торговая организация). Цель достигалась разными средствами, в частности, снижением тарифных барьеров, количественными ограничениями (импортная квота) и субсидиями торговли через различные дополнительные соглашения. Функции ГАТТ были переданы Всемирной торговой организации в начале 1990‑х годов, когда сфера действия соглашения была расширена, включив в себя интеллектуальную собственность, услуги, капитал и сельское хозяйство.

План Маршалла. Важным этапом развития новых экономических отношений в послевоенном мире стало создание в 1948 г. Организации европейского экономического сотрудничества, призванной координировать проекты экономической реконструкции Европы в рамках плана Маршалла. План, выдвинутый американским государственным секретарем Дж. К. Маршаллом, вступил в действие весной 1948 г. План должен был содействовать восстановлению разрушенной войной экономики Европы, устранению торговых барьеров, модернизации промышленности европейских стран. В программу американской помощи были включены 17 стран (включая Западную Германию). В первые три года реализации плана сумма американских выплат составила порядка 13 млрд долл. (Британии – 2,8 млрд, Франции – 2,5 млрд, Италии – 1,3 млрд, Западной Германии – 1,3 млрд, Нидерландам – 1 млрд). Стоит отметить, что план Маршалла удался, так как стабилизировал ситуацию в Европе и создал предпосылки для сохранения Европы как важного игрока в мировой экономике в послевоенный период. В 1961 г. организация расширила как географию, так и цели сотрудничества: была провозглашена Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР; сегодня в нее входит 34 страны), которая стала клубом развитых стран, признающих принципы как свободной рыночной экономики, так и представительной демократии.

Экономические «чудеса». Формулировка «экономическое чудо» впервые прозвучала как удивление от быстрых темпов экономического роста Западной Германии после денежной реформы 1948 г. Еще более удивительной для современников стала устойчивость этого экономического роста на протяжении 1950‑х и 1960‑х годов, которые вошли в историю как «славное тридцатилетие». Экономически этот период характеризовался высоким темпом роста промышленного производства (в среднем около 5% в год), достижением минимального уровня безработицы (от полной занятости в Швейцарии и менее 1% в ФРГ до 1,3% в Японии и 1,8% во Франции), бурным демографическим ростом (прежде всего в США и Канаде).

Быстрый экономический рост в 1945-1973 гг. определялся целым рядом разнородных факторов – от высокой продолжительности рабочего дня до дешевизны углеводородных энергоносителей на мировом рынке, которые также способствовали постепенному преодолению технологического отставания от США.

Отдельные рецессии, намечавшиеся в национальных экономиках, никогда не препятствовали общей тенденции восходящего экономического роста. Темпы среднегодового роста экономики в разных странах были неодинаковыми: от «чудесных» показателей Японии (до 10%) или ФРГ (до 6%) до устойчивых 5% Франции, Швейцарии и Италии, а также относительно медленных 3% у США и Великобритании. При этом темпы роста реального ВВП на душу населения также были достаточно быстрыми – от 2,2% в США до 5% в ФРГ и 8,4% в Японии. Именно такие темпы роста стали основой для экономической реализации модели «государства всеобщего благосостояния». Важной особенностью этого периода стала именно устойчивость длительного улучшения материального благосостояния в развитых странах мира.

Сборочный цех завода «Renault». Г. Флен–сюр–Сен, Франция, 1954 г. РГАКФД

Экономическое чудо

Экономическое чудо – это метафора, которой принято называть быстрый рост национальной экономики, если темпы этого роста существенно превышают темпы устойчивого экономического развития ведущих стран. «Экономические чудеса» происходили в XX в. в разных странах мира, только в Европе после Второй мировой войны можно перечислить: «Виртшафтсвундер» – быстрый экономический рост в Западной Германии и Австрии, «славное тридцатилетие» во Франции, «рекордные годы» в Швеции, экономические рывки в Греции и Италии. Однако исключительное значение эффект «экономического чуда» имел для Азии: в начале 1950‑х годов началось японское экономическое чудо, а с 1960‑х годов – быстрый экономический рост «азиатских тигров».

В Японии рекордный рост экономики начался с середины 1950‑х годов и продолжился до кризиса 1973 г. По современным оценкам, рост японской экономики составлял порядка 10% ежегодно, что позволило Японии после поражения во Второй мировой войне в кратчайшие сроки войти в число ведущих экономик мира (уже к концу 1960‑х годов ее экономика стала второй после США). Важными факторами этого «чуда» стали создание крупных сложноорганизованных холдингов («кэйрэцу»), продуманная налоговая политика, интенсивное освоение новых технологий, взаимовыгодные отношения предпринимателей с правительством, гарантия пожизненной занятости в корпорациях. Основатель корпорации «Sony» А. Морита в книге «Сделано в Японии» пишет: «У лучших японских компаний нет никаких секретов или тайных рецептов успеха. Никакая теория, программа или правительственная политика не могут сделать предприятие успешным; это могут сделать только люди. Самая важная задача японского менеджера состоит в том, чтобы установить нормальные отношения с работниками, создать отношение к корпорации, как к родной семье, сформировать понимание того, что у рабочих и менеджеров одна судьба».

«Азиатские тигры» – Южная Корея, Сингапур, Гонконг и Тайвань – вслед за Японией продемонстрировали очень высокие темпы экономического развития в период 1960-1990‑х годов. «Тигры» быстро вошли в число так называемых новых индустриальных стран, в которых произошел качественный переход от отсталой к высокоразвитой экономике. Особенностью азиатской модели «экономического чуда» считается развитие национальных экономик с преимущественной ориентацией на внешний рынок (в отличие, например, от латиноамериканского импортозамещения).

Структурный кризис 1973 г. Закат эпохи стабильного и быстрого экономического роста был ознаменован нефтяным кризисом 1973 г. и последовавшим вслед за этим отказом от Бреттон–Вудской системы денежных отношений и торговых расчетов. «Нефтяное эмбарго» началось 17 октября 1973 г., когда все арабские страны–члены ОПЕК, а также Египет и Сирия объявили, что не будут поставлять нефть странам, поддержавшим Израиль в конфликте с Сирией и Египтом. Очевидно, что целью таких экономических санкций были США и страны Западной Европы. Данный кризис имел двоякое экономическое значение: с одной стороны, выяснилось, насколько развитые страны зависимы от поставок энергетических ресурсов, с другой стороны, стало понятно, насколько влиятельными для мировой экономики могут быть экспортеры нефти. Сокращение добычи нефти на 5% привело к 70-процентному скачку цены на нефть (с 3 до 5 долл, за баррель, в течение года цена достигла уже 12 долл.). Кризис 1973 г. был первым энергетическим кризисом; до сих пор он является крупнейшим. Уже в ноябре президент Р. Никсон обращается к американцам с призывом экономить топливо, реже использовать автомобили. В 1975 г. в США был создан национальный резерв нефти – Стратегический нефтяной резерв США. Этому примеру последовали многие страны Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), вступившие в Международное энергетическое агентство. Наличие резервов позволило существенно уменьшить негативный эффект нескольких последующих нефтяных кризисов. Вместе с тем кризис способствовал усилению экспорта нефти из СССР.

Реакцией на существенные изменения капиталистической системы стал постепенный переход к экономической политике монетаризма, основанной на точке зрения, что количество денег в обращении является определяющим фактором развития экономики. Символами такого перехода принято считать новую экономическую политику М. Тэтчер в Великобритании (с 1979 г.) и Р. Рейгана в США (с 1981 г.).

Социалистический экономический блок. Социалистическая модель экономического развития оказалась весьма привлекательной для многих стран мира. С одной стороны, это было связано со статусом СССР как страны–победительницы во Второй мировой войне, с другой стороны, успехи плановой экономики казались очень созвучны послевоенному времени, когда степень государственного вмешательства или, по крайней мере, контроля была максимальной. В некоторой степени переход Китая после революции 1949 г. на плановое управление экономикой также усилил позиции советской экономической модели в мире.

Советская экономическая модель стала рассматриваться как альтернативный и успешный вариант развития после Второй мировой войны. И несмотря на разрушительный характер войны для советского народного хозяйства, мобилизационной экономике удалось пройти процесс восстановления и частичной реконверсии достаточно быстро. Вместе с тем государственный контроль над экономическим развитием страны смог сконцентрировать бюджет не только на восстановительных работах, но и на наукоемких технологиях, при этом сохраняя относительно низкий потребительский спрос на товары народного потребления внутри страны.

Важным шагом в сторону формирования общей экономической политики, по сути ставшей альтернативой плану Маршалла, стало создание Совета экономической взаимопомощи в 1949 г. СЭВ – это межправительственная экономическая организация, созданная по решению экономического совещания представителей Болгарии, Венгрии, Польши, Румынии, СССР и Чехословакии с целью экономического и научно–технического сотрудничества социалистических стран. Созданный в условиях политической конфронтации, СЭВ приступил к выполнению координационной деятельности не сразу. Во многом экономическая составляющая СЭВ была связана с введением в 1964 г. так называемого «переводного рубля» – коллективной валюты для многосторонних расчетов стран–членов СЭВ. Переводной рубль использовался только для безналичных расчетов между странами–участницами. Для реализации этой финансовой объединяющей функции СЭВ работали Международный банк экономического сотрудничества (МВЭС) и Международный инвестиционный банк (МИБ).

С распадом советского экономического блока в 1991 г. остро встал вопрос о возможностях и ограничениях переходных от социализма к капитализму экономик как особом типе экономического развития на рубеже XX-XXI вв.

Деколонизация и поиск моделей экономического развития. Вторая мировая война нанесла смертельный удар по европейским империям. Война породила повсеместные движения за независимость. Провозглашенный несколькими десятилетиями ранее лозунг о праве наций на самоопределение весьма явственно контрастировал с реалиями колониализма. В 1947 г., с предоставлением независимости Индийскому субконтиненту, выяснились ключевые проблемы перехода постколониальных стран к независимой экономической политике. Низкий уровень грамотности, достаточно высокая плотность населения, высокие темпы роста численности населения и преимущественная занятость в низкопроизводительном сельском хозяйстве были общими чертами тормозящих факторов развития.

Политическая карта Африки, казалось, не изменилась к концу войны, но существенные перемены в общественных силах привели к тому, что к 1960 г. (так называемом «году Африки» – времени получения государственного суверенитета многими странами континента) большинство стран оказались в независимом, хотя экономически в основном в незавидном положении. Сегодня исследователи приводят несколько основных объяснений низкого уровня промышленного развития Африки. Во–первых, несмотря на сравнительно низкий уровень заработной платы, в основном она оставалась непривлекательным регионом для размещения промышленных предприятий. Во–вторых, традиционно низкая производительность труда в Африке объяснялась недостаточным уровнем образования рабочих, однако в последнее время в вопросе образования достигнут значительный прогресс. В-третьих, возникает «ловушка низкой заработной платы»: повышение заработной платы возможно при расширении механизированной промышленности, а низкая заработная плата означает, что механизация не приносит прибыли. При этом в последних исследованиях Африка рассматривается как пример работы «плохих институтов», отягощенной постоянными военными конфликтами.

В 1950 г. и Африка, и Азия были очень бедны; доходы в Африке были выше, чем в Азии, поскольку Африка богаче природными ресурсами. Экономический рост в Азии поначалу ускорялся медленно, затем быстрее, тогда как в Африке рост остался медленным. Перспективы развивающихся стран, казалось, могут зависеть в основном от природных ресурсов. Но когда глобальная экономика стала открываться для торговли и производства, выяснилось, что в национальное богатство входят и человеческие ресурсы. Именно использование человеческих ресурсов явилось основой азиатского роста. К 1990 г. рост в развивающихся странах шел полным ходом. «Азиатские тигры» достигли средних уровней подушевых доходов, уверенно догоняя развитые страны. Индонезия и Таиланд переживали устойчиво высокий рост. Китай включился в гонку за экономическим ростом в конце 1970‑х годов и быстро достиг высоких темпов роста.

Порочный круг бедности

Деколонизация Африки – важный процесс XX в. Однако независимость стран не стала залогом благосостояния. Африканские бедность, нужда и нищета часто становятся классическими примерами для иллюстрации общего для многих развивающихся стран феномена – «порочного круга бедности», когда низкий доход на душу населения не позволяет осуществлять сбережения и инвестиции в масштабах, необходимых для достижения минимальных темпов экономического роста. Африка южнее Сахары была беднейшим регионом мира в XVI в. и остается таковым сегодня, хотя подушный доход в большинстве стран региона, конечно, вырос за эти столетия. В условиях, когда люди не имеют возможности и желания сберегать, низкие доходы предопределяют низкий спрос, а в результате бедные ресурсы и отсутствие стимулов препятствуют инвестированию как в физический, так и в человеческий капиталы, следовательно, производительность труда остается низкой, а значит, и личный доход также будет устойчиво низким. Причин для попадания в «ловушку бедности» немало: ограниченная возможность получения кредита, препятствующая росту сельскохозяйственного производства экологическая деградация, коррумпированное управление, отток капитала, слабая система образования, некачественное здравоохранение, локальные военные конфликты, неразвитая экономическая инфраструктура.

К числу наименее развитых стран (по терминологии ООН к ним относятся страны с очень низким уровнем жизни и слабой экономикой, где люди и ресурсы подвержены воздействию стихий) относятся 34 страны Африканского континента. При этом главной проблемой становится невозможность эффективных инвестиций в экономику этих стран, потому что отдача даже от весьма существенных финансовых вливаний в большинстве случаев не приносит ожидаемых результатов. А. Дитон в книге «Великий побег: здоровье, богатство и истоки неравенства» (2013) исследует вопросы здоровья разных наций в связи с экономикой беднейших стран мира и доказывает, что прямая материальная помощь Запада, оказываемая Африке, по большей части бесполезна. Основной причиной улучшения здоровья в западных странах был не столько рост личного благосостояния, сколько прогресс в коммунальном хозяйстве городов и открытия в медицине. Африка, став главным объектом западной благотворительности, не в состоянии решить свои проблемы с помощью финансовых потоков из–за рубежа, потому что выделяемые транши продлевают жизнь не населению, а коррумпированным элитам, которые, в свою очередь, могут позволить себе не развивать ни экономические институты, ни социальные услуги. Выходит, что даже нет нужды в эффективном сборе налогов с населения, так как деньги сами текут в руки африканских правителей. Нельзя отрицать, что внешняя адресная помощь спасла немало жизней в бедных странах (особенно, если речь идет о медикаментах), но ее эффект нельзя назвать системным: большинство инвестиций редко приводят к усовершенствованию национальных систем здравоохранения, а значит, лишь усиливают порочный круг бедности.

Причины бедности уходят своими корнями в раннее новое время. Сложное сплетение географического и демографического факторов вместе со спецификой развития сельского хозяйства в Африке сформировали социальную и экономическую структуры, которые одинаково неудачно отвечали на экономические вызовы как империализма, так и глобализации.

Европейское экономическое сообщество. С 1945 г. Европа уходит в тень основных победителей во Второй мировой войне – США и СССР, когда расколотый континент переживает «золотой век» на Западе, а вслед за ним нефтяные шоки, стагфляцию, и, наконец, переход к стабильному экономическому росту и единому экономическому пространству.