Текст книги "Последняя теорема"

Автор книги: Артур Чарльз Кларк

Соавторы: Фредерик Пол
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)

42
Великая депрессия

Когда флотилия полуторок наконец приблизилась к поверхности Земли, ее сопровождало грандиозное пиротехническое шоу. Но не по той же самой причине, по какой устраивали фейерверк возвращавшиеся домой корабли землян. Древние капсулы типа «Меркурий», корабли типа «Союз» и космические шаттлы преодолевали земную атмосферу, окутанные ослепительным пламенем, но объясняется это весьма просто. У них не было иного выбора. Только сопротивление воздуха позволяло им замедлить полет, чтобы затем благополучно приземлиться.

Но кораблям полуторок никакое трение не требовалось. Их спуск замедлялся благодаря совершенно иному механизму. Они просто направляли выхлопы своих ионных ракет вперед, включая двигатели на полную мощность; это и было торможением. Таким образом, посадка получалась более мягкой, и можно было выбрать удобное место для нее.

Правда, это требовало колоссальных затрат энергии, но теперь полуторкам не было нужды ее экономить.

Землянам предстояло найти для посадки армады подходящее место. Сначала хотели предложить ливийскую пустыню – возможно, у средиземноморского побережья. Но затем было решено, что инопланетяне приземлятся восточнее и севернее, в одной из пустынных провинций Египта.

Вскоре эксперты уже вовсю трещали в теленовостях о Катарской депрессии.

Майра и Ранджит провели собственный информационный поиск.

– Эта Катарская депрессия – просто-напросто глубокая впадина, пятая по глубине в мире, – сообщила Майра, глядя на экран компьютера. – Сто тридцать три метра ниже уровня моря.

– И при этом всего в пятидесяти шести километрах от моря, – добавил Ранджит, сидевший перед собственным компьютером. – А еще… минутку!.. В каком-то смысле это самая обширная впадина на земле, то есть на суше, и сорок тысяч квадратных километров лежат ниже уровня моря.

Супруги быстро выяснили, что эта территория необитаема, здесь кочуют только бедуины со своими стадами, и никакой ценности она не представляет – по крайней мере, для людей. Единственное, чем отметились эти края в истории человечества, так это несколькими неделями боев между немцами и англичанами во время Второй мировой. Немцы застряли в Катарской впадине, в то время непроходимой, и англичане сумели нанести им тяжелые потери. Это сражение было названо битвой при Эль-Аламейне.

– Не думаю, что инопланетяне выбрали место по этой причине, – заключил Ранджит. – В смысле, потому, что там легко держать оборону.

– Почему же тогда? – спросила Майра.

Ранджит нахмурился и не ответил. В течение четверти часа они придумывали самые невероятные версии, но тут начался выпуск новостей. Репортер сообщил, что из Каира поступило первое официальное заявление. Оно носило возмущенный характер.

Передача действительно велась из Каира, но оказалось, что выступал не египтянин, а американский посол. Он сообщил всему миру, что говорит от имени египетского правительства, попросившего его выразить официальное мнение. Территория, называемая Мунхафад аль-Каттарах, объявил посол, является неотъемлемой частью суверенного государства Арабская Республика Египет. Интервенты не имеют никакого права находиться здесь. Им приказано немедленно покинуть территорию Египта, иначе последствия будут самыми неблагоприятными для них.

У Ранджита и Майры не было никаких сомнений в том, что все это время велись различные секретные совещания и переговоры.

– Арабская Республика Египет, – заявил посол, – является одним из самых старых и надежных союзников Соединенных Штатов Америки. Нарушителям территориальной целостности Египта придется испытать на себе всю военную мощь и этого государства, и США.

– О господи, – пробормотал Ранджит. – Опять запахло Т. Орионом Бледсоу.

– И помоги нам теперь Бог, – сказала нерелигиозная Майра своему еще менее религиозному супругу.

Наверное, ситуация в значительной мере облегчилась бы, если бы инопланетяне, вознамерившиеся совершить посадку на Земле, удосужились известить землян о своих долгосрочных планах. Но никаких объяснений не последовало. Возможно, инопланетянам было попросту не до того. Либо они считали землян совсем примитивными и тупыми. Как бы то ни было, пришельцы лишь повторяли показ ознакомительного ролика с изображениями всех разумных существ, обитавших в Галактике.

Время, когда это вызывало интерес, миновало. Теперь передачу смотрели только продюсеры малобюджетных фильмов ужасов, старательно выискивая идеи для своих разработчиков грима. Ну и еще, конечно, все это было жутко интересно немногочисленной когорте таксономистов. Каждый из них мнил себя Карлом Линнеем двадцать первого века, описывающим ранее неизвестные иноземные виды.

На первый взгляд все это не представляло собой проблемы для человечества. Но как быть со страшной нагрузкой на мировое телевещание? Ведь инопланетяне – видимо, из ложно понятой вежливости – повторяли свою передачу едва ли не на всех 6900 языках Земли.

И если это огорчало только зрителей, которым, к примеру, не удавалось посмотреть любимое телешоу, то гораздо серьезнее сказывались помехи при секретных переговорах высших армейских структур многих стран.

Ранджит позвонил Гамини Бандаре и в коротком разговоре получил подтверждение тому, в чем и так уже был уверен. Нет, египетское правительство не добровольно приняло решение, отразившееся в жестких высказываниях американского посла. Хамид Аль-Заср, друг Дхатусена Бандары, который теперь служил послом Египта в Шри-Ланке, все объяснил отцу Гамини в телефонном разговоре.

– Он сам позвонил папе. Американцы очень сильно надавили, и египтяне не смогли отказаться. Отец сказал, что поработал какой-то американский шпион…

– И поработал на славу. Твой старый приятель подполковник Бледсоу, к гадалке не ходи.

– Наверное, ты прав, – явно огорчился Гамини. – Аль-Заср говорит, что его страна не забыла о своих обязательствах перед «Pax per fidem». Но в Египте еще не закончена модернизация экономики, и он слишком беден для того, чтобы отказаться от многомиллиардной помощи США.

– Черт! – выругался Ранджит.

Он пересказал этот разговор Майре. Она отреагировала примерно так же, как и ее супруг.

– Можно было догадаться. Будем надеяться, что хотя бы хуже не станет.

43
Приземлившиеся иммигранты

В семье Субраманьян, пожалуй, только на маленького Роберта меньше всего влияло грозное развитие событий. Правда, в эти дни он стал чаще хныкать. Но вряд ли его огорчали проблемы окружающего мира. Скорее, он реагировал на невеселое настроение родителей. Роберт стал вести себя с ними еще ласковей, чем обычно. Он их гладил, крепко обнимал, даже овощи ел без всяких возражений и вовремя отправлялся спать. А еще пытался порадовать маму и папу, повторяя слова десяти заповедей, заученные в воскресной школе.

– 'Есять 'аповедей, – радостно произносил он, – 'Озлюби 'ижнего.

Конечно, такие успехи Роберта не приносили Майре с Ранджитом облегчения. Зато они порадовались, когда малыш стал интересоваться теленовостями, время от времени находя канал, не перекрытый успевшим набить оскомину роликом с разумными обитателями Галактики.

В новостях показывали то, чем занимались интервенты-полуторки в Катарской впадине. Все земные спутники связи, не занятые непрерывным показом галактического бестиария, были направлены на эту почти безлюдную территорию.

Как только армада полуторок совершила посадку, стало ясно, почему они использовали для торможения ионные двигатели, а не воспользовались атмосферным трением. В последнем случае их корабли попросту рассыпались бы. Они не имели обтекаемой формы. Они даже не имели формы цилиндра, как крошечные корабли девятируких. Космолеты полуторок больше походили на рождественские елки, будучи лишены какого бы то ни было аэродинамического дизайна. К основному блоку были под всевозможными углами присоединены трубы, увенчанные кубами, шарами и многогранниками. Вход в атмосферу на манер шаттла превратил бы их приземление в густейший метеоритный дождь, и тысячи гектаров земли покрылись бы раскаленными обломками.

Как только корабли ровными рядами совершили посадку, полуторки продемонстрировали, для чего нужны все эти мудреные «наросты». Некоторые из них, походившие на щупальца, отделились, покачались будто в нерешительности и поползли по земле – видимо, с целью обследования местности. Другие соединились между собой и направились к ближайшему оазису – наверное, в поисках воды.

– Но тамошнюю воду нельзя нить, – удивился Ранджит. – Надеюсь, они знают об этом.

Майра задумчиво посмотрела на мужа.

– Знаешь, а ты повеселел с тех пор, как позвонил Йорис и сказал, что террористы-бомбисты угомонились. А теперь волнуешься из-за питья для этих полуторок.

Майра была права, и Ранджит не пытался спорить.

– Я согласен с Робертом, – сказал он. – Мы должны возлюбить ближних, как самих себя, и не делать им того, чего не желаем получить от них. Лично мне вовсе не хочется, чтобы в меня кто-то стрелял.

Майра усмехнулась и повернулась к экрану. Еще целый ряд приспособлений отделился от кораблей. Эти машины вползли на бархан и принялись вычерпывать песок.

– Роют туннель, – произнесла изумленная Майра. – Как думаешь, это не бомбоубежище?

Ранджит ничего не ответил. Мысль о том, что инопланетяне могут подвергнуться нападению, витала в воздухе, но ему не хотелось ее озвучивать…

И не пришлось, потому что в этот момент все телеэкраны, пока еще принадлежавшие человечеству, дружно потемнели. Появилась взволнованная ведущая и торопливо проинформировала телезрителей о том, что президент Соединенных Штатов потребовал немедленно предоставить ему время в эфире для заявления «мирового значения».

– Вот слова президента, – нервно оповестила зрителей ведущая, – «Нам известно только, что имеет место почти беспрецедентное…» Что?

Она задала вопрос кому-то невидимому, но ответ был очевиден. Последнюю фразу ведущая не успела договорить:

– Дамы и господа, президент…

Экран снова на несколько секунд почернел, а когда вспыхнул, Майра и Ранджит увидели группу деловитых, но явно встревоженных мужчин и женщин, стоящих вокруг стола с лесом микрофонов. Ранджит был озадачен. Это явно не Розовый сад, и не Овальный кабинет, и не какое-либо другое из помещений Администрации Президента США. Да, позади мужчин и женщин красовался гигантский американский флаг, как того обычно требовал президент. Но сам зал был совершенно не знаком Ранджиту – без окон, залитый слепящим светом софитов. А неподалеку от группы важных персон выстроился отряд морских пехотинцев. Они стояли, вытянувшись по струнке, и держали автоматы на изготовку.

– О боже, – прошептала Майра. – Они в своем ядерном бомбоубежище.

Но Ранджит ее не услышал, зато сделал собственное открытие.

– Посмотри, кто стоит между президентом и послом Египта. Это же Орион Бледсоу!

Так оно и было. Но Майра с Ранджитом не успели поговорить об их старом знакомом, поскольку слово взял президент:

– Друзья мои, с тяжелым сердцем я выступаю перед вами, чтобы сообщить печальную новость. Вторжение – да, именно вторжение, я не могу найти другого слова, чтобы описать происходящее, – на нашу планету существ из космоса достигло той точки, за которой мириться с этим уже невозможно. Правительство Арабской Республики Египет решительно потребовало, чтобы те, кто совершил данный акт агрессии, немедленно прекратили свои военные приготовления и покинули египетскую территорию. Агрессоры не только не приступили к выполнению этого требования, целиком и полностью укладывающегося в рамки международного права. Они даже не удосужились подтвердить, что таковое требование ими получено.

Поэтому правительство нашего союзника, Арабской Республики Египет, готовит колонну бронетехники, которая пересечет пустыню и изгонит интервентов с территории этой страны. Кроме того, президент Арабской Республики Египет обратился к Соединенным Штатам с просьбой об исполнении существующего между нами договора и оказании военной помощи для изгнания интервентов.

Все вы понимаете, что у меня нет иного выбора, как только удовлетворить эту просьбу. Поэтому я отдал приказ шестому, двенадцатому, четырнадцатому и восемнадцатому подразделениям Военно-воздушных сил США разрушить лагерь инопланетян. – Президент позволил себе едва заметную улыбку. – В любом другом случае это было бы сверхсекретное решение, но я убежден, что открытая демонстрация военной силы поможет нам убедить инопланетных агрессоров в том, что они должны немедленно прекратить провокационные действия и объявить о своем намерении покинуть территорию Египта.

Президент обернулся и взглянул на персональный новостной экран. В то же самое время телеэкраны во всем мире дали наглядное подтверждение словам американского лидера. С разных сторон к Катарской впадине устремились выстроенные боевым порядком самолеты. Некоторые Ранджит узнал: сверхзвуковые типа «летающее крыло» и огромные старинные В-52, применявшиеся еще во Вьетнаме, но до сих пор выглядевшие хоть куда, а также маленькие и быстрые истребители-бомбардировщики «Стелс»…

Ранджит насчитал по меньшей мере дюжину различных типов самолетов, и все они стремились к одной точке на карте мира…

А потом, совершенно внезапно, их полет прервался.

Ранджиту пришло на ум сравнение с электрической оградой, мешающей собаке убежать с участка. Всякий раз, когда собака пытается миновать определенную линию, она получает ощутимый удар током от провода, спрятанного под землей. То же самое происходило с самолетами. Как только они достигали невидимого пояса вокруг Катарской впадины, красивое построение эскадрильи нарушалось, самолеты один за другим теряли управление. Ничего не взрывалось, не вспыхивало пламя, и при этом не наблюдалось активности противника. Заметно было только, что отключались реактивные двигатели самолетов – ни огня, ни выхлопных газов.

Операторы изо всех сил пытались посадить самолеты, что получалось из рук вон плохо. Через несколько минут на телеэкранах уже пылало пятьсот или шестьсот погребальных костров. Топливо, оставшееся в баках, немедленно взрывалось.

А внутри круга, очерчивающего границу лагеря интервентов, машины продолжали спокойно выполнять свою загадочную работу.

Для полуторок Катарская впадина оказалась настоящим раем. Особенно им понравилась подсоленная вода из оазиса, оказавшаяся намного чище той, которой они пользовались на своей планете вот уже которое поколение. Да, конечно, надо было удалять из воды ряд химических соединений, но в ней не содержалось радиоактивной грязи, она не испускала позитронного излучения!

А воздух! Им можно было дышать, почти не прибегая к фильтрации! Правда, было чуть теплее, чем хотелось бы, – порядка 45 градусов по Цельсию, или 110 по Фаренгейту (земляне удивляли полуторок тем, что для измерения температуры пользовались несколькими разными шкалами), но вскоре был прорыт туннель от впадины до берега, благодаря средиземноморской воде климат стал более прохладным.

Поэтому полуторки были счастливы так, как только могут быть счастливы существа, чье тело большей частью состоит из протезов. Удручало только одно.

Как обычно, неприятность исходила от девятируких. Они согласились уничтожить атаковавшие поселение полуторок самолеты, поскольку это не угрожало жизни местных разумных существ – все летательные аппараты были беспилотными. Но что возмутительно: некоторые люди все-таки пострадали.

Группа геологов, искавших нефть, на ее беду, занималась установкой сейсмометров как раз в месте падения американского бомбардировщика. Правда, погибло всего одиннадцать землян, то есть менее одной миллионной доли процента от общей численности населения Земли. По всем рациональным подсчетам, это было не то количество особей, из-за которого стоило переживать.

Но все же девятирукие подняли шум. Представления землян насчет справедливости отличались от их собственных принципов. Девятирукие знали об этом, поскольку прослушивали не только важные разговоры землян, но и второстепенные. В конце концов созванный полуторками совет сдался.

– Что мы можем сделать для исправления ситуации? – спросили они. – Что мы можем сделать, кроме того, чтобы покинуть эту необычайно гостеприимную планету и улететь на родину, чего мы не сделаем ни при каких обстоятельствах?

– Репарация, – сразу же объявили эксперты из рядов девятируких. – Возмещение ущерба. Вы должны заплатить. В ходе прослушки мы уяснили, что почти все недоразумения у этих землян можно утрясти путем компенсации. Вы согласны заплатить им деньги?

– Конечно согласны, – незамедлительно ответили полуторки. – А что такое «деньги»?

44
Международные несоглашения

День спустя, довольно далеко от Катарской впадины, семейство Субраманьян заканчивало завтрак. Наташа уже облачилась в купальник, Роберт был в плавках. Они лишь ждали, когда минуют обязательные, с точки зрения мамы, полчаса после еды, чтобы отправиться на пляж. Ранджит, держа чашку с остывающим чаем, сдвинув брови, смотрел телевизор. Показывали кипучую деятельность в колонии полуторок, заснятую одним из немногих спутников, которые остались в распоряжении людей. Майра взглянула на него и подумала: что так увлекло мужа? Сама она разбиралась с поступившими за ночь электронными письмами. Внимательно прочитав одно из них, Майра окликнула Ранджита:

– Из Гарварда пишут. Спрашивают, не желаешь ли ты в очередной раз поприсутствовать на торжественной церемонии присуждения ученых степеней. А вот от Йориса весточка… Пишет, что к ним продолжают поступать письма с угрозами, но если и существуют на самом деле сатанисты, вознамерившиеся уничтожить космический лифт, то в радиусе двадцати километров от базы их нет. И… Что? Что такое?

Майру прервало громкое восклицание мужа. Она посмотрел на телеэкран и поняла, в чем дело. По всей видимости, спутниковой частотой опять завладели инопланетяне. На экране появился знакомый силуэт. За спиной у Майры выругалась Наташа:

– О черт! Опять я!

И точно. Вернее, это снова была безупречная псевдо-Наташа с завитком волос над левым ухом – та самая, которая так часто появлялась на телеэкранах с тех пор, как мир пошел вразнос. Майра вздохнула.

– Как жаль, что ты не одета поприличнее…

Она не услышала, что проворчала в ответ дочь, потому что в этот момент заговорила фальшивая Наташа:

– Я уполномочена передать вам сообщение от существ, именуемых полуторками, которые в данное время пребывают на территории, называемой Катарской впадиной, на планете, которую вы называете Землей. Сообщение гласит: «Мы глубоко сожалеем о гибели людей в ходе оборонительных действий и готовы возместить ущерб. Размер компенсации составит одну тысячу метрических тонн металлического золота с содержанием золота девяносто пять целых и пять десятых процента. Но нам требуется девяносто дней для получения металла из морской воды. Пожалуйста, известите нас о том, что предложение принято». Конец сообщения.

Двойник Наташи исчез с экрана, и снова появились блестящие конструкции поселка полуторок. Ранджит обернулся к жене и детям.

– Похоже, они изготовили что-то вроде запасной копии Таши, чтобы она делала разные объявления.

Майра добродушно улыбнулась.

– Не знаю… Но ты слышал, что они сказали? Это же хорошо. Если они хотят как-то оправдаться за случившееся, значит, есть надежда.

Ранджит задумчиво кивнул.

– Знаешь, – проговорил он, прищурившись, – уже так давно не было хороших новостей, что я ума не приложу, как бы это событие отпраздновать? Может, выпить хорошенько?

– Вообще-то еще рано, – заявила Наташа. – И потом, Роберт не пьет, я тоже. Вы делайте что хотите, а мы идем на пляж.

– Позвоню-ка я на факультет, – сказал Ранджит. – Интересно, что по этому поводу думает Давудбхой.

Он встал и поцеловал руку жены.

– Ну и ладно, уходите все, – проворчала Майра.

Несколько секунд она сидела в задумчивости, а потом вздохнула, подлила чая в чашку и позволила себе немного расслабиться. Казалось, мир понемногу возвращается к нормальной жизни.

Конечно, мысли о разрушениях и катастрофах не покинули ее окончательно. Но хотя бы теперь с этими мыслями можно было как-то жить. Так зубная боль напоминает, что пора бы наведаться к стоматологу – если не в этом месяце, то в следующем. И Майра вернулась к утренней почте. Там было письмо от ее племянницы Ады Лабруй, она делилась своими восторгами по поводу машинников. «Хранение в машине», о котором говорили инопланетяне, ей напоминало искусственный интеллект. «Тетя Майра, ведь вы над этим всю жизнь работаете! – писала Ада. – И еще хочется узнать, не может ли Наташа выведать какие-нибудь подробности у инопланетян».

Кроме того, пришло еще много сообщений от наивных людей, одержимых верой в связь настоящей Наташи с инопланетянами.

Немного встревожило Майру письмо из Тринкомали. В нем сообщалось, что старый монах Сураш довольно сносно пережил последнюю операцию, но долгосрочный прогноз сомнителен.

Озабоченно поджав губы, Майра перечитала невеселый текст. Сураш сам позвонил Субраманьянам некоторое время назад и сказал, что ему предстоит очередная операция, но, судя по его словам, это что-то несерьезное, не тяжелее удаления миндалин.

Майра вздохнула и перешла к следующему сообщению.

Она нахмурилась. Письмо было от Ориона Бледсоу, адресованное Ранджиту лично.

Настоящим напоминаем Вам об обязанности, вытекающей из закона № 2014.

Гражданка США Наташа де Соуза-Субраманьян может явиться в любое подразделение армии США для прохождения освидетельствования на предмет годности к воинской службе. Явка обязательна в течение восьми дней. В противном случае будут приняты административные меры.

Было уже поздно догонять Наташу, чтобы сообщить о столь неожиданной возможности сделать карьеру. А вот Ранджит был дома. Майра оторвала его от телефона и вручила распечатку письма.

– Хм! – озадаченно выговорил Ранджит и, чтобы выразить свое впечатление четче, добавил: – Черт возьми!

Вот так у семейства Субраманьян возникли новые заботы. Ни Ранджиту, ни Майре до сих пор не приходило в голову, что правительство США может командовать их дочерью всего лишь по той причине, что она родилась на территории этой страны. На ум пришла единственная разумная контрмера, и ее предприняли.

Ранджит срочно позвонил Гамини Бандаре. Тот попросил немного подождать, потом извинился и попросил подождать гораздо дольше.

Но когда он наконец вернулся к телефону, голос его звучал уже не так встревоженно.

– Ранджит? – проговорил он. – Ты еще здесь? Отлично. Ну, в общем, я поговорил с отцом, и он уже связался со своими юристами. Хочет, чтобы вы приехали сюда. – Гамини помедлил, а когда заговорил снова, появилась смущенная нотка. – Все из-за этого куска дерьма, Бледсоу. Отец пошлет за вами самолет. Возьми Майру и Наташу. И Роберта тоже захвати. Мы будем ждать.

Самолет, прибывший за ними в тот вечер, был совсем не такой огромный, как тот, на котором Ранджита везли после освобождения из плена. На борту была всего одна стюардесса, и она оказалась не красавицей. Но был и сюрприз. У двери возле трапа стоял их старый друг. Майра вгляделась и просияла:

– Доктор Найджел де Сарам! Какая приятная неожиданность!

Человек, который когда-то был адвокатом Ранджита, а теперь стал государственным секретарем при президенте Бандаре, обнялся с Майрой и Ранджитом и пригласил всех занять места вокруг продолговатого столика.

– Поговорим по пути, – сказал он, щелкнув пряжкой ремня безопасности.

Самолет помчался по взлетной полосе. Де Сарам прочел письмо, которое ему передала Майра. К тому времени, когда самолет набрал высоту, юрист был готов к разговору. Он обратился к Наташе:

– Полагаю, план действий ясен. По пути в аэропорт я изучил все решения, принимавшиеся в судах США по подобным вопросам. Первым делом вы должны отказаться от американского гражданства; к нашему прибытию у меня в офисе подготовят все необходимые бумаги. Конечно, жаль, что вы не сделали это несколько лет назад, – добавил он. – Я виноват, нужно было подсказать.

– И этого достаточно, чтобы решить проблему? – не поверил своим ушам Ранджит.

Самая могущественная держава в мире пыталась напялить на его дочку военную форму, и он предпочитал не рисковать.

Старый юрист, похоже, слегка обиделся.

– Конечно же нет! Это всего лишь означает, что дело можно выиграть в американском суде. А такой процесс займет годы… Не знаю, в курсе вы или нет, но в следующем году там состоятся президентские выборы. Все к тому, что нынешняя администрация вряд ли одержит победу. Надеюсь, новая команда откажется от теперешней политики. А пока я бы вам посоветовал держаться подальше от США.

Наташа порывисто обняла старика.

– Спасибо вам!

Ее отец, удивленный не на шутку, эхом повторил слова благодарности и добавил:

– Наверное, необязательно вам было лететь с нами.

– Хм, – улыбнулся де Сарам. – Но есть и другой вопрос. Президент Бандара хочет с вами потолковать об одном американце, отставном морском пехотинце по имени Орион Бледсоу.

Майра не выдержала и вмешалась.

– Наверняка это он постарался, чтобы Таши призвали в армию.

Юрист покачал головой.

– Пока неясно, его это идея или ее спустили сверху. Но мне известно, что в данный момент этот человек находится в Брюсселе и ведет переговоры с представителями Всемирного банка.

– О чем? – встревожилась Майра.

– Передает приказы из Соединенных Штатов, – угрюмо отозвался юрист. – Готовится заявление. Завтра утром будет сказано, что нельзя допустить такого громадного поступления золота, иначе возникнет дисбаланс мировой финансовой структуры.

Ранджит нахмурился.

– А ведь это не так уж далеко от правды, – признал он. – Все равно что за один день вбросить несколько триллионов новых долларов. Могут быть тяжелые последствия. Не говоря уже о цене золота на мировых рынках. – Он пожал плечами. – Я вам не завидую, сэр. Даже не представляю, как можно разобраться с этой проблемой.

Но старый юрист покачал головой.

– Думаю, президент Бандара с такой формулировкой не согласится. По крайней мере, он надеется, что вы ему поможете. Вскоре он присоединится к вам и попросит рассказать все, что известно о Бледсоу. А потом он будет принимать решения.

Не только президент Шри-Ланки, но и другие мировые лидеры попытались устроить нечто вроде мозгового штурма. Самые прозорливые и наиболее информированные люди бились над одними и теми же вопросами. «Pax per fidem» устраивал собственные срочные совещания. С помощью немногочисленных надежных спутников совет этой организации имел возможность связаться с лучшими умами планеты.

И кто знает – может, этим умникам и удалось бы до чего-то додуматься, если бы американцы не выкинули очередной фортель. Это было заявление, представленное в самой обыденной форме самым обычным представителем администрации, однако воздействие на сложившуюся ситуацию получилось из ряда вон.

– Президент надеется, что это будет понято правильно, – с дежурной улыбкой проговорил чиновник из пресс-службы Белого дома. – Америка тоже имеет право на возмещение ущерба вследствие неоправданно жестокого обращения с ее миротворческими военно-воздушными силами.