Текст книги "Провинциальный остеопат. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Артем Сластин

Соавторы: Игорь Маревский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

Со дня конференции прошло около недели, но последствия на ежедневной основе всё ещё отзывались в моём графике. Мне даже поступило предложение дать короткое интервью для статьи в журнале о моём методе, поступали просьбы взглянуть на потенциально интересный случай и многое, многое другое. Единственная проблема оставалась в том, что никто с меня обязанности физрука Бауманки не снимал, а после полноценного рабочего дня, наполненного рутиной, сил оставалось разве что на короткие поездки. А ведь ещё нужно было уделять время Ане, созваниваться с родителями, подрабатывать в спортзале, убирая мышечные спазмы спортсменов, и периодически я жалел, что в сутках не сорок часов. Когда уж тут всё успеть?

На столе рядом с ноутбуком лежала россыпь визитных карточек, полученных после моего выступления. Я привычно для себя разделил их на две группы. Первая была с теми, с кем стоило созвониться и встретиться в ближайшее время. Другая же больше относилась не к совместным работам и проектам, а потенциальным научным контактам на будущее. Всё выглядело внушительно, особенно если вспомнить, что мой список профессиональных знакомств вырос буквально за несколько часов.

Вот только одна деталь никак не давала мне покоя – все эти люди были из Москвы.

Разумеется, столица огромна, и работы здесь хватит на несколько жизней. Однако если я действительно собираюсь развивать свою методику, нельзя было ограничиваться одной Бауманкой, одним СКД и несколькими знакомыми врачами. Особенно теперь, когда мою работу оценили ученые умы столицы, и она их местами даже впечатлила. Если понравилось им, то значит, зерно истины в ней есть.

Их признания было достаточно для того, чтобы дать мне заряд уверенности и вновь подтвердить, что выбрал правильный путь. К тому же, как сейчас помню, сколько знакомых родителей ездили из Рязанской области в Москву и отстаивали длинные очереди, лишь бы попасть к одному именитому специалисту. Может, так и со мной будет? Вот только для этого сначала нужно о себе как-то заявить.

Идею зарегистрироваться на профессиональном форуме я вынашивал на протяжении нескольких месяцев перед окончанием учёбы. Я ещё на последнем курсе подумал, что неплохо бы завести аккаунты на известных форумах и, так сказать, держать руку на пульсе. Где-то даже читал, правда, в так называемом режиме «рид-онли», даже не регистрируясь и тем более не вступая в полемику, чтобы не выглядеть глупо из-за отсутствия опыта. Правда, с появлением Системы, которая одновременно заменяла мне годы учёбы, эта мысль забылась сама собой, пока вновь не всплыла в подсознании.

Так же не стоит забывать, что мир стремительно менялся. Если раньше, до появления мировой паутины, хорошим специалистом можно было считать начитанного человека, то теперь всё изменилось. Сейчас тот, кто быстрее всех найдёт нужную статью, публикацию или научный труд в сети – намного быстрее решит вставшую перед ним проблему.

Я уж молчу о том количестве нововведений и трудов от ведущих умов планеты, которые выходят чуть ли не каждый день. Так что – да, обмениваться информацией с другими спецами было для меня критически необходимо.

Вкладка страницы «СпортМедФорума» висела у меня в браузере уже давно. Он являлся крупнейшим русскоязычным порталом для спортивных врачей, реабилитологов и специалистов по восстановлению. И конечно же обычных посетителей, любящих поискать что-то, похожее на мучающие их проблемы. Пробежавшись глазами по различным темам, я в очередной раз убедился, что здесь было практически всё, что мне требовалось на данном этапе моего пути. Обсуждения спортивных травм, техники восстановления и, конечно же, скандалы вокруг очередной «авторской методики», не имеющей ни одного подтверждённого результата.

Куда же без этого.

Я выбрал графу регистрации и ввёл своё имя. Большинство пользователей не скрывали настоящих фамилий, да и мне как-то не пришла в голову мысль пользоваться псевдонимом. Пускай запоминают Смирнова А. Н., а не какого-нибудь «Провинциальный_Психопат_1988», хотя странных никнеймов и тут хватало: всяких зайчиков девять-девять, игривых кошечек и даже разрушителей миров. Смотрелось на профессиональном форуме это очень странно. К тому же у меня пока не было списка регалий, которыми мог бы похвастаться, поэтому чем проще, тем лучше.

Поле «О себе» заполнял ещё осторожнее, чтобы не вызвать лишних вопросов: «Специалист по биомеханике. Работаю со студентами в МТГУ им. Баумана. Профессиональный интерес – коррекция функциональных нарушений опорно-двигательного аппарата.» Чем суше и лаконичней, тем лучше.

Перечитал дважды, вставил потерявшееся тире, исправил опечатку и нажал «Зарегистрироваться.»

Страница обновилась и сайт поприветствовал нового пользователя.

Я откинулся на спинку стула и ненадолго замер. Ощущение было довольно странным. Теперь мне придётся обсуждать серьёзные темы с тысячами и тысячами людей со всей страны. Среди них обязательно найдутся и тролли, и откровенные дегенераты, но в интернете без этого никак. Однако там же находились и люди: те, которые потенциально смогут меня чему-нибудь научить, и те, кому смогу помочь я, так что риск того стоит.

Именно поэтому открыл раздел «Мануальная терапия и остеопатия» и принялся читать первые темы.

Первые минут двадцать я просто читал, стараясь понять местные порядки и как всё тут устроено. На форуме уже сложилась своя иерархия, и, судя по комментариям, участники разобрали роли. Некоторые отвечали на каждый вопрос с видом профессора, другие же приходили исключительно ради споров, но были и те, кто действительно разбирали случаи подробно и по существу. Правда, их, к сожалению, было меньшинство.

Материала было много, но чем дольше я читал, тем сильнее замечал одну и ту же закономерность. Если у человека болит поясница – значит, воздействуем на неё… Обнаружили грыжу – практически всегда отправляли на операцию или назначали покой. Некоторые советы были вполне разумными, однако я практически не встретил тех, кто рассматривал организм как не набор разных деталей, а единое целое.

А затем я нашёл кое-что интересное. Тему под названием: «Грыжа поясничного отдела у студента-тяжелоатлета: оперировать или нет?». Слишком знакомое описание, и я на секунду даже подумал, что это про Орехова, но нет. Возраст чуть-чуть не совпадал.

В самой теме автор описывал двадцатилетнего спортсмена с болями в пояснице и грыжей позвоночника. Классическая ситуация, старая как мир: нейрохирург в зоне своей ответственности предлагает резать, тренер отказывается от спортсмена, говоря, что его карьера закончена, а сам парень слёзно просит сделать так, чтобы он мог вернуться к тренировкам. В общем, люди советовали то, в чём разбирались, что было неудивительным, но проблему это, как правило, не решало.

Я нажал на поле ответа и, несколько секунд подумав над формулировкой, начал печатать:

«Всем добрый день. Хотелось бы тоже вставить свои пять копеек, так как немного разбираюсь в вопросе и сталкивался с похожими случаями. Причиной не всегда является сам диск, потому что очень часто у силовых спортсменов встречаются функциональные блоки крестцово-подвздошного сочленения и перекос таза, создающие избыточную нагрузку на сегмент позвоночника из-за специфичной нагрузки на позвоночник, что и приводит к данной симптоматике. Поэтому до решения об операции я бы рекомендовал исключить функциональный компонент. Необходимо оценить положение таза, подвижность КПС, тонус подвздошно-поясничной мышцы и работу глубоких стабилизаторов, прежде чем двигаться дальше. В моей практике студент с грыжей восемь миллиметров после трёх месяцев последовательной коррекции не только полностью восстановил функциональность, а даже больше. Он вернулся к спорту».

Я перечитал сообщение трижды, добавил рекомендацию о том, что необходимо ориентироваться на неврологическую симптоматику, а затем нажал на кнопку «Отправить». Сообщение ушло и отобразилось на страничке форума рядом с подобными ему.

На следующую интересную ветку наткнулся через несколько минут. В ней девушка-спринтер жаловалась на нехватку воздуха при нагрузке, хотя показатели спирометрии оставались в пределах нормы. Хватало и других случаев, но я целенаправленно искал знакомые мне, желая сравнить то, с чем столкнулся я, с тем, с чем сталкиваются местные обитатели. А так как выборка была по всей стране, то неудивительно, что схожую проблематику обнаружить было не так сложно. Тем более, что эта история сразу же напомнила мне Лену, поэтому не смог пройти мимо и решил поделиться опытом.

Я написал о необходимости оценить экскурсию нижних рёбер, подвижность грудного отдела, а также не забыть проверить состояние диафрагмы. Подчеркнул, что речь не идёт об отказе от обследования у пульмонолога, однако при нормальных анализах и отсутствии ответа на терапию стоит проверить функциональное ограничение дыхательного паттерна.

Ещё около пятнадцати минут полистал форум, прежде чем закрыть страничку, как вдруг раздался телефонный звонок. Я посмотрел на часы, стрелка которых приближалась к одиннадцати, удивлённо хмыкнул, осознав, что это вызов от Лены, и всё же ответил.

– Привет, Соболева, у тебя всё в порядке?

На фоне играла ритмичная музыка, а помимо голоса Лены вокруг звучали ещё несколько женских.

– Привет, Алексей Николаевич! А почему, если я тебе звоню, то у меня сразу что-то должно случиться⁈ – спросила она, стараясь перекричать музыку.

– Не знаю, – признался я. – Наверное, уже профессиональная привычка.

– Ты, как всегда, в своём духе. Опять за книжками допоздна сидишь? Почему всё ещё не спишь?

– Соболева… – откинувшись на спинку стула общаги, протянул я. – Ты же сама мне звонишь…

Лена полностью проигнорировала мои слова, что-то прокричала, видимо, своей подружке, а затем вернулась к разговору.

– Да я поздравить тебя хотела с конференцией, вот и всё. Говорят, ты там произвёл настоящее впечатление на всех этих заучек. Рассказывал им про меня? Упомянул, какая я классная?

– Скорее, про твой случай, – ответил я. – Не переживай, имен никаких не называл. Объекты исследования должны быть безликими.

– Значит, я для тебя всего лишь объект исследования? – спросила она с явной ноткой веселья в голосе.

– Это форма выражения, Соболева, но спасибо за поздравления, очень приятно.

– Ладно, прощаю тебя, раз приятно стало, – она сделала паузу и отошла подальше от громкой музыки. – Слушай, может, сходим куда-нибудь на днях?

Предложение было неожиданным. Я думал, после того, как мы сошлись с Аней, Соболева всё поймёт и перестанет уделять мне столько внимания, но, видимо, ошибался.

– Лен, слушай…

Она не дала мне договорить и резко прервала.

– Да не переживай ты так, Алексей Николаевич, границы переходить не буду, всё прекрасно понимаю. Но не значит же, что нам теперь запрещено видеться, или у вас такие отношения? Не забывай, я встретила тебя первой!

Я ухмыльнулся, поглядывая в окно на ночную Москву.

– Не такие, Соболева. Хорошо, давай как-нибудь сходим, только заранее договоримся во сколько и куда. У меня последнее время очень много дел, а в будущем вообще свободных дней не будет.

– Говоришь так, будто у тебя намечается что-то интересное. Расскажешь?

– Может быть, – спокойно ответил я, возвращаясь к столу. – Посмотрим на твоё поведение.

– О-о-о, – многозначительно протянула девушка. – Разговариваешь прямо как преподаватель с непослушной ученицей. Твой новый образ мне уже начинает нравиться.

– Соболева… – устало выдохнул я.

– Да шучу я, Алексей Николаевич, тебе чаще расслабляться надо, может, и сам шутить начнёшь. Ладно, меня подружки уже, наверное, ищут, так что пойду я. Не сиди долго за книжками и ложись пораньше спать, чтобы сил набраться.

– Хорошо, мам… – ответил саркастичным голосом и положил трубку.

Да уж, такие как она никогда не меняются. С другой стороны, наличие Ани в качестве девушки не означает, что теперь стоит забросить всех остальных знакомых. Да и Лена сама говорила, что никуда не собирается уходить. Так что, видимо, в ближайшем будущем мне предстоит поход ещё пока неизвестно куда.

Перед тем, как отправиться спать, решил на всякий случай проверить, что там на форуме, и с ужасом обнаружил, что под моим постом успело накопиться больше дюжины ответов. Быстро прошёлся по тексту и понял, что всё именно так, как и ожидал. Люди просили подробнее рассказать о диагностике таза, с интересом отмечали новый взгляд, но были и те, кто принял мой совет в штыки.

Особенно отличился завсегдатай форума под ником «OrthoDoc». Его сообщение заставило меня остановиться.

«Смирнов А. Л, красиво излагаете. А снимки для подтверждения есть? Желательно, до и после, или только громкие слова? С грыжами чудесным образом справляется каждый второй мануальщик, пока не попросишь показать доказательства терапии.»

Видимо, всё же правильно время выбрал для того, чтобы завести аккаунт на форуме. Месяца два назад без составленной доказательной базы меня бы подняли на смех и клеймили очередным «специалистом». Теперь же, после составления доклада, у меня была вся нужная информация в цифровой форме, поэтому я размял пальцы и принялся отвечать:

«Снимки и результаты контрольных исследований есть. Так же имеются функциональные тесты и динамика по этапам восстановления. Сейчас материалы оформляются для публикации. После обезличивания и получения разрешения участников размещу несколько полных случаев. Так что полностью с вами согласен, без подтверждающих документов обсуждение действительно теряет смысл.»

Ответ получился как раз таким, как и хотел. ОртоДок больше ничего не писал, зато трое других пользователей попросили обязательно дать ссылку, когда материалы появятся.

В другой теме женщина поблагодарила за совет насчёт диафрагмы и сообщила, что передаст рекомендации своему врачу. Пользователь из реабилитологов добавил наблюдение из собственной практики, и обсуждение постепенно превратилось в нормальный профессиональный разговор.

Через двадцать минут я всё же решил, что неплохо было бы отдохнуть, и лёг спать. Вот только, засыпая, я даже представить не мог, что утром меня будет ждать сюрприз в виде личного сообщения на форуме.

Обнаружил я его уже во время пробежки, когда остановился проверить частоту сердцебиения и открыл страницу форума через браузер телефона. Отправителем была некая Варвара Ковалёва из Саратова, а тема называлась коротко: «Сын-пловец, травма мениска.»

Сначала я подумал, что пользователь просто хочет задать вопрос по одной из обсуждавшихся тем, но письмо оказалось настолько длинным, что мне пришлось аж несколько раз пролистать вниз.

'Добрый день. Простите, что пишу о своих проблемах незнакомому человеку, но я прочитала Ваши сообщения о грыже и проблемах с дыханием у спортсменов, и во мне загорелась надежда. Наш случай, конечно, отличается, но, возможно, Вы сможете хотя бы подсказать, куда нам обратиться, так как все остальные врачи настаивают на операции.

Моего сына зовут Максим Ковалёв. Ему девятнадцать лет. Он занимается плаванием с шести лет, является кандидатом в мастера спорта и не видит жизни без бассейна. Полгода назад, на пробежке, он неудачно развернулся и подвернул правое колено. Сначала сказали, что это обычное растяжение, но боль не прошла. Потом колено и вовсе начало клинить после нагрузки.

На МРТ обнаружили разрыв медиального мениска. Часть врачей настаивает на артроскопии и частичной резекции, другие говорят, что можно подождать, но спорт всё равно придётся оставить. Максим старается держаться, но я вижу, что сыну тяжело смириться с такой мыслью.

Мы слышали, что после удаления части мениска многие спортсмены не возвращаются на прежний уровень, а через несколько лет начинаются проблемы с суставом. Может быть, Вы знаете что делать или у Вас есть знакомые люди, которые занимаются работой именно со спортивными травмами? Прежде чем принимать решение, мы бы хотели попробовать все варианты, особенно если они помогут не бросать спорт.

Мы готовы прислать всё, что потребуется, и приехать в Москву, если это действительно будет иметь смысл. Спасибо большое и простите за беспокойство.'

Вот такого я точно не ожидал. С одной стороны, меня буквально распирало изнутри от гордости, что где-то в Саратове совершенно незнакомая женщина прочитала мои сообщения и решила, что мне стоит написать. С другой, я прекрасно понимал, что она была в отчаянии и цеплялась за любую соломинку, лишь бы помочь сыну и оставить его в спорте. Операция слишком часто приводит к завершению спортивной карьеры.

Сказать ей, что операция не нужна, мне не позволяла совесть и этика. По фотографиям с экрана невозможно нормально оценить ни протяжённость разрыва, ни его стабильность, ни состояние суставного хряща. К тому же мениск – это не мышца, которую можно расслабить, и не какой-нибудь функциональный блок. Такую проблему не решить за несколько сеансов. Да и, откровенно говоря, без помощи интерфейса и его особых способностей тут явно не справиться.

К тому же не стоило забывать о ещё одном пункте – Саратов. Это почти тысяча километров, и гнать всю семью на обычный осмотр – дело опрометчивое. Да и сначала следовало понять, есть ли вообще смысл в подобной поездке.

Если разрыв находился в кровоснабжаемой зоне, при этом был небольшим и стабильным, шанс на сохранение мениска мог существовать. Если же проблема усугублялась перекосом таза, ротацией бедра или неправильной работой стопы, коррекция биомеханики хотя бы снизила постоянную перегрузку колена. Однако если там есть ещё и смещённый фрагмент, и настоящая блокада сустава, то медлить вообще нельзя.

Я открыл прикрепленный файл выписки.

«МР-признаки продольного разрыва заднего рога медиального мениска правого коленного сустава. Умеренный синовит. Рекомендована консультация травматолога-ортопеда.»

Ну уже хоть что-то. Я придвинул ноутбук ближе, открыл первое изображение и развернул его на весь экран. Перед глазами появились серые разводы, белые контуры костей и отражение лампы в правом верхнем углу. Качество было не то чтобы отвратительным, а ещё хуже. От зернистости у меня зарябило в глазах, но расположение среза всё уже удалось разглядеть.

Рассматривать подобные снимки по фотографии было почти бессмысленно. Я мог различить контуры сустава и даже примерно понять, где находился повреждённый участок, но принимать какое-либо решение на основании несколько серых пятен точно не собирался.

Была бы возможность взглянуть на этого Максима самостоятельно… Если он КМС, то Система уж точно отреагировала бы на него. Вот только между нами была почти тысяча километров и часы пути.

Я вернулся к письму, нажал на кнопку ответа и несколько секунд подбирал верные формулировки, чтобы мой запрос не показался довольно странным.

«Варвара, добрый день. Сразу уточню: по присланным фотографиям невозможно достоверно определить характер разрыва и тем более решить вопрос об операции. Для начала мне необходимо посмотреть полную серию МРТ, заключения травматолога и результаты осмотра. Приезжать пока в Москву необязательно. Мы можем созвониться по видеосвязи, чтобы я оценил движение колена, походку и положение нижней конечности. После этого смогу сказать, имеет ли смысл очная консультация. Если Вам удобно, напишите номер телефона и время, когда Максим будет дома. Можем связаться через Скайп.»

Ещё раз перечитал фразу, нарочно выискивая фразы на подобии «постараюсь помочь», чтобы не вызывать ложных надежд у человека, а затем отправил.

Ответ пришёл меньше чем через час. Женщина поблагодарила меня раз пять, прислала номер телефона и написала, что вечером они оба будут дома.

Остаток рабочего дня мысли то и дело возвращались к неизвестному пловцу. Я проводил занятия, заполнял журналы и следил за студентами, но где-то на заднем плане продолжал перебирать варианты. Продольный разрыв заднего рога мог оказаться как относительно стабильным повреждением, так и началом большой проблемы. Особенно меня беспокоили упоминания о заклинивании. Если фрагмент мениска действительно смещался внутрь сустава, никакие упражнения ситуацию не исправят.

Ровно в шесть часов я устроился за столом тренерской, закрыл дверь и запустил Скайп. Видеовызов с того конца приняли почти сразу.

Сначала в кадре появилась женщина. Невысокая, светловолосая, лет сорока пяти. На её лице была заметна тревога, а сама Варвара несколько раз поправляла камеру и спрашивала слышно её или нет.

– Добрый вечер, Алексей Николаевич, – произнесла она с небольшим запозданием. – Спасибо огромное, что согласились.

– Добрый вечер, – ответил я, замечая её удивлённое выражение лица, явно не ожидала заметить настолько молодого специалиста. – Давайте пока без благодарностей, и сначала посмотрим, что там вообще происходит.

Варвара кивнула, ещё раз задумчиво посмотрев на меня, но сына всё же позвала. Когда она читала моё сообщение, то явно не подозревала, что перед ней окажется двадцатичетырёхлетний парень в спортивном костюме, но отказываться уже было поздно.

Максим был высоким и широкоплечим, с коротко остриженными русыми волосами и мощно развитым верхом тела. Даже через мешковатую футболку было понятно, что годы в бассейне не прошли даром. Правда, двигался он осторожно, стараясь не сгибать правую ногу, будто опасался, что при неудачном шаге сможет ей навредить.

– Здравствуйте, – немного насторожено произнёс парень.

– Привет. Так, давайте сразу договоримся… Диагноз по камере я не поставлю и операцию отменять не буду. Пока что мне нужно понять, есть ли кроме самого разрыва что-то ещё, что перегружает колено, хорошо?

Он коротко кивнул.

Я попросил его отойти подальше и несколько раз пройти перед камерой. Изображение периодически расплывалось на пиксели, но даже так стало заметно, что Максим слегка уводит правую стопу наружу и старается быстрее перенести вес на левую ногу.

– Каким стилем в основном плаваешь? – спросил я.

– Брассом, – ответил парень, продолжая наматывать круги по комнате. – Иногда комплексом, но основной именно брасс.

Разумеется. Именно брасс сильнее всего нагружал медиальный отдел колена за счёт повторяющегося разведения голеней и хлыстового движения стопами.

– Теперь встань прямо, ноги на ширине плеч и медленно присядь настолько, насколько позволяет организм. При первых болевых признаках остановись.

Мама Максима слегка поправила камеру, чтобы ракурс был удобнее, а сам парень выполнил неглубокое приседание. Правое колено почти сразу ушло внутрь, таз сместился в противоположную сторону, а пятка едва заметно приподнялась.

– Больно?

Максим явно храбрился, но старался этого не показывать.

– Терпимо, но если ниже, начинает резать с внутренней стороны.

– Покажи колено поближе, – попросил я и добавил. – Камеру можно опустить чуть ниже.

Парень сел на стул, закатал штанину и направил объектив на правую ногу. Сустав выглядел немного припухшим, особенно с внутренней стороны, но ничего критичного через мутную картинку не увидел.

И тут перед глазами неожиданно вспыхнуло синее окно.

«Доступен навык: дистанционный анализ изображения.»

«Качество входящих данных: низкое.»

«Расчётная погрешность: 20%.»

«Стоимость применения: 10 очков.»

«Потенциал подопечного 59%.»

У меня по коже пробежал целый табун мурашек. Нет, конечно, у меня была шальная мыслишка о том, что, возможно, это сработает, но я стабильно гнал её от себя. Работа Системы и так была каким-то невероятным чудом, и требовать от неё, чтобы она могла ставить диагнозы по видеосвязи, было бы лишним. Но, с другой стороны, она вроде как развивалась, и появлялись новые навыки, поэтому почему бы, как говорится, и нет?

Да и цена приемлемая, десять очков, не отступать же теперь. Я мысленно списал со счёта десятку, и на нём осталось цифра в сто шесть. Через секунду перед глазами развернулась трёхмерная модель правого коленного сустава.

«Потенциал потенциального подопечного – 32%»

«Медиальный мениск: частичный продольный разрыв заднего рога.»

«Глубина повреждения: 40% толщины.»

«Смещение фрагмента: отсутствует.»

«Локализация: переход красной зоны в красно-белую. Кровоснабжение частично сохранено. Потенциал самостоятельного рубцевания сохранён.»

Портянка как всегда выдавала сухие данные и цифры, поэтому пришлось какое-то время делать вид, что рассматриваю колено, а на самом деле пытался понять, что это значит. Получается, в задней части внутреннего мениска шла продольная трещина. Она рассекала меньше половины хрящевой прокладки, но, к счастью, не разорвала её насквозь. К тому же нам повезло, что оторванный кусок не болтался внутри сустава, и края повреждения оставались на месте. То, что парень берёг ногу при ходьбе, по сути, спасало ситуацию. И самое важное – это то, что трещина проходила близко к наружному краю мениска, куда ещё доходили кровеносные сосуды. Значит, при снятии постоянной нагрузки ткань сохраняла шанс зарубцеваться самостоятельно.

Когда разобрался с диагнозом, сразу же вывел вторую портянку и вчитался в рекомендации по лечению.

«Разрыв мениска является следствием хронической перегрузки на фоне нарушения биомеханики стопы и таза.»

«Изолированная резекция устранит повреждённый участок, но не устранит причину перегрузки.»

«Расчётный риск повторного повреждения или ранних дегенеративных изменений: 70%.»

«Рекомендуемая стратегия: консервативная коррекция голеностопного и тазобедренных звеньев с ограничением провоцирующей нагрузки.»

«Крайняя рекомендация: использования альтернативной методики УРС.»

– Алексей Николаевич? – донёсся из динамиков обеспокоенный голос женщины. – Вы нас слышите?

– Да, простите, видимо, изображение зависло, – соврал я, продолжая смотреть на подсвеченную цепочку.

Саратовские врачи увидели разрыв и остановились на колене, а причина находилась выше. В заблокированной стопе, развернутом тазу и слабой средней ягодичной. Получалось гораздо ниже и одновременно почти как у Колесниковой, только у Максима постоянная перегрузка успела привести не к воспалению связки, а к настоящему повреждению мениска.

Вот только самое обидное, что сказать им это я не могу. Кто поверит, что какой-то молодой парень понял всё это, взглянув через пиксельное изображение. Они либо решат, что перед ними шарлатан, который пытается развести их на деньги, либо начнут задавать вопросы.

Чтобы убедиться наверняка, мне нужно самому прощупать голеностоп и провести функциональные тесты. К тому же не стоит забывать, что навык удалённой диагностики работал с погрешностью в двадцать процентов, и по факту встречи данные могут немного отличаться.

– Ну, вы что-нибудь заметили? – спросила мать Максима.

Сам же парень опустил штанину, сел рядом с ней и с интересом посмотрел на того, кто не так сильно и отличался от него по возрасту.

Я же мысленно свернул интерфейс и полностью переключился на семью пловца.

– Думаю, есть один человек, который может попробовать помочь с вашей проблемой, но для этого нужно провести осмотр на месте.

– И не надо будет делать операцию? – спросила мама.

А вот парня интересовал совсем другой вопрос.

– Когда я смогу вернуться к тренировкам?

Я поднял обе руки.

– Давайте не будем забегать вперёд. Я всего лишь сказал, что есть один человек, который может попробовать вам помочь, и больше информации будет известно уже после факта первого осмотра.

– Тогда мы сможем приехать уже завтра, – согласно кивнула Варвара и посмотрела на сына. – Алексей Николаевич, я не знаю, кто этот человек, но передайте ему, пожалуйста, что, если понадобится, мы заплатим столько, сколько потребуется. Главное, чтобы Максим смог вернуться к спорту. Боюсь, без него он совсем пропадёт.