Текст книги "Замок Кристо (ЛП)"

Автор книги: Арно Штробель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Кардинал ди Пальмера выслушал торопливый доклад и не стал медлить ни секунды. Пообещал немедленно организовать всё необходимое и положил трубку.

Сразу после одиннадцати из ворот Порта ди Сант-Анна один за другим вылетели первые тёмные лимузины с номерами SCV. Через минуту – следующие. И ещё. Поток не прекращался, пока почти вся Швейцарская гвардия и сотрудники Corpo di Vigilanza не покинули Ватикан. Остались лишь гвардейцы, несшие караул у входов.

Одновременно Барбери из квестуры поднял по тревоге два вертолёта и машины скорой помощи, собственный спецназ и всех полицейских, несших службу в радиусе двадцати километров от летней папской резиденции.

Пока эта огромная армада устремилась к Кастель-Гандольфо со всех направлений, Барбери стоял у окна кабинета и смотрел вниз – на опустевшую парковку.

Словно там, на мокром асфальте, можно было найти ответ на единственный вопрос, который с силой урагана ворвался в его сознание.

На что ещё способны эти безумцы?

ГЛАВА 63.

11 часов 35 минут. Кастель-Гандольфо.

Они проехали даже быстрее, чем предсказывал Варотто.

Хотя эта поездка наверняка была самой безумной в жизни Маттиаса, он за всё время не издал ни звука. Лишь так крепко вцепился правой рукой в поручень, что костяшки побелели. Взгляд его был прикован к лобовому стеклу, но безумные манёвры, которые Варотто проделывал на некоторых участках, он, казалось, вообще не замечал.

Что-то вернулось. Что-то недоброе.

Пустота. Настолько полная, что Маттиасу казалось – даже мысли внутри него отдаются эхом. Как чёрная дыра, она поглощала любые чувства, любые порывы – всё втягивала в себя и обращала в ничто.

Тогда, в первый раз, когда я ощутил это – лёжа на крыше колоннады Бернини, держа в перекрестье прицела лицо только что избранного Папы, – мне пришла мысль: возможно, во мне гораздо больше от отца, чем я готов признать.

А после смертельного выстрела до него дошло: отец именно так его и вымуштровал. В экстремальных ситуациях – подсознательно, полностью отключать все чувства, способные поставить под угрозу действие. Сострадание. Вина. Совесть. Не имеют значения.

В годы одиночества в монастыре на склонах Этны он понял: это защитный механизм, без которого он никогда не пережил бы своего страшного поступка.

А сейчас? Эта пустота снова защита? И если да – от чего?

От того, что тебе, возможно, скоро предстоит увидеть, – ответил он сам себе.

Варотто подъехал вплотную к летней резиденции Папы, возвышавшейся на холме над Альбанским озером. Комплекс включал Папский дворец, виллу Чибо, палаццо Барберини, сады Бельведера и небольшой хутор.

Не менее тридцати полицейских и гражданских машин уже стояли по обеим сторонам подъездной дороги, на которой толпились бесчисленные сотрудники – большинство в форме. Один из мужчин в штатском, больше похожий на бухгалтера, чем на полицейского, быстрым шагом подошёл к BMW и наклонился к Варотто, опустившему стекло.

Увидев длинные светлые волосы пассажира, он на мгновение замер, но тут же взял себя в руки.

– Комиссарио Варотто?

– Да, это я.

– Комиссарио Ди Манелли. Слава Богу, вы наконец здесь. Почти одновременно с сообщением о похищении Святого Отца квестура передала, что его удерживают где-то в этом районе. И что за этим могут стоять организаторы убийств Крестного пути, а вы дадите нам инструкции на месте. Итак: где – и главное, что именно мы должны искать?

Пока Варотто объяснял коллеге свои предположения и план действий, Маттиас вышел из машины, быстро огляделся и направился через кусты, росшие вдоль дороги. Через несколько метров он вышел на точку, откуда открывался свободный обзор на Альбанское озеро.

Сравнил фотографию с реальным видом. За спиной нарастал рёв тяжёлых моторов.

– Мы не там! – громко крикнул он, раздвигая последние ветки.

Варотто и Ди Манелли вопросительно повернулись. Маттиас поднял фотографию.

– Место на снимке должно быть заметно севернее. Домов на краю кадра ещё не видно. Быстрее – время уходит!

Тем временем подъехали те машины, чьи моторы он слышал. Лимузины из Ватикана – целая колонна. Первый, чёрный «Альфа Ромео», с визгом шин остановился прямо за BMW. Двери распахнулись, и из машины выпрыгнули четверо мужчин.

– Комиссарио Варотто? – спросил один из них. Сухощавый, лет сорока пяти, чуть ниже ростом, чем Варотто. Короткие, почти полностью седые волосы торчали щёткой. Когда Варотто кивнул, мужчина представился: – Полковник Гюнтер Мелер, командующий Швейцарской гвардией. Можете дать краткую обстановку?

Варотто на секунду замешкался, и Маттиас уже хотел объяснить полковнику, что они не в том месте и нужно немедленно продолжать поиски, – как в кармане завибрировал мобильный.

Пробормотав извинения, он отвернулся и достал телефон.

Уже от первого слова кровь застыла в жилах.

– Маттиас?

Не успев прийти в себя от шока, он услышал чужой, монотонный голос кардинала Фойгта:

– Папа сейчас здесь, со мной. Его жизнь в данный момент зависит исключительно от того, будете ли вы вести себя точно так, как я вам сейчас скажу. Если поняли – ответьте «да». Затем немедленно и незаметно отойдите от комиссарио Варотто и всех остальных, чтобы мы могли продолжить разговор без помех.

Без малейшего колебания Маттиас произнёс:

– Да.

Он ощутил, как то, что по дороге лишь намечалось предчувствием, теперь опустилось на его внутренний мир – словно клетка, отгораживающая разум от любых эмоций. Краем глаза он заметил, что и Варотто, и полковник наблюдают за ним, – и покачал головой. Мол, ничего нового, пустой звонок.

Затем отвернулся и, демонстративно спокойно, с телефоном у уха, медленно пошёл по дороге вниз.

– Меня уже никто не слышит, – тихо сказал он наконец.

Ответ Фойгта пришёл с двухсекундной задержкой.

– Тогда слушайте внимательно. Я в Ватикане. И, как уже сказал, Папа со мной. То есть он не там, где вы сейчас находитесь.

– А остальные мужчины? Те похищенные юноши? – спокойно спросил Маттиас.

Кардинал-префект долго молчал. Маттиас ясно чувствовал: трубку прикрыли рукой.

– Их здесь нет, – произнёс Фойгт через несколько секунд. – Жизнь Его Святейшества действительно висит на волоске. И если вы ещё раз меня перебьёте, я немедленно прерву разговор. Это понятно?

– Понятно, – ответил Маттиас без малейшего волнения в голосе.

– Хорошо. Немедленно возвращайтесь в Рим. У Порта ди Сант-Анна получите дальнейшие инструкции. Приезжайте обязательно один. Ни в коем случае никому не говорите, куда направляетесь. Придумайте объяснение своему исчезновению.

Пауза – короткая, но весомая, как удар молотка.

– Предупреждаю: если вы не выполните условие, здесь узнают об этом раньше, чем вы покинете Кастель-Гандольфо. Последствия вы можете себе представить. У вас ровно сорок пять минут.

ГЛАВА 64.

11 часов 53 минуты. Ватикан.

Юрген Фрайнли, которому пришлось нести караул в одиночку там, где обычно стояли несколько гвардейцев, удивился, когда к шлагбауму Порта ди Сант-Анна подкатил тёмный микроавтобус.

Он думал, что и римская полиция, и Ватикан отправили в Кастель-Гандольфо всех, кого только можно было снять с постов, – спасать Святого Отца.

Юрген был ещё очень молод. Всего несколько месяцев назад, шестого мая, как и все новобранцы гвардии, он принёс присягу во дворе Дамаска. Стоять одному у шлагбаума, блокирующего въезд в Ватикан, явно противоречило всем служебным инструкциям. Он знал это наверняка – обучение закончилось совсем недавно, а правила несения караула запомнились особенно хорошо: их спрашивали на экзамене.

Эти правила абсолютно оправданны. В конечном счёте только Швейцарская гвардия защищает Святого Отца от безумцев. А безумцев, увы, в мире хватает.

И вот он стоял один перед шлагбаумом, держа автомат двумя руками диагонально перед грудью, когда микроавтобус остановился. Водитель – немолодой мужчина в форме карабинеров – крикнул через открытое боковое окно:

– Что такое? Открывайте шлагбаум быстрее!

– За… зачем? – запинаясь, пробормотал Юрген.

На лице мужчины отразилось явное раздражение.

– Мы из спецподразделения! Папа в смертельной опасности, а вы тут задаёте идиотские вопросы!

Юрген подошёл ближе. В нём закипала злость от высокомерного тона. Ствол автомата как бы невзначай чуть приподнялся.

Что этот тип себе позволяет? С кем он разговаривает?

– Сначала покажите удостоверения, – сказал он уже гораздо твёрже. – Если вы из спецназа, почему тогда не в Кастель-Гандольфо?

Водитель шумно выдохнул и бросил неопределённый взгляд на пассажира.

Затем в окне появилась его правая рука.

Сухой хлопок.

Юрген беззвучно рухнул назад.

– Потому что иначе я не смог бы заняться этим делом, – негромко произнёс мужчина за рулём и слегка высунулся из окна.

Юрген лежал на асфальте лицом вверх. Глаза уставились в бесконечность неба. Почти точно посередине лба зияло тёмное круглое отверстие.

Через короткое время шлагбаум поднялся, и микроавтобус въехал на территорию Ватикана. Тело Юргена исчезло.

У шлагбаума теперь стоял другой человек в форме Швейцарской гвардии. Он был явно слишком стар для такой службы, но в эти часы кому придёт в голову обращать на это внимание?

Не прошло и двух минут, как второй микроавтобус беспрепятственно миновал шлагбаум и скрылся в узких улочках города-государства.

Обе машины несколько раз останавливались, выпуская по два человека в форме. Каждый нёс тёмную брезентовую сумку.

ГЛАВА 65.

В то же время. Кастель-Гандольфо.

Маттиас сунул телефон обратно в карман брюк и медленно направился к Варотто. Тот как раз кивнул командиру швейцарской гвардии, и офицер быстрым шагом поспешил к своей машине. Секунды спустя взревели мощные моторы, и автомобили гвардейцев сорвались с места, устремившись к входу в Папский дворец.

Мозг Маттиаса лихорадочно работал. Своеобразная пустота, внезапно овладевшая им, позволила взглянуть на ситуацию с пугающей, отстранённой холодностью.

Факты таковы: мне нужно немедленно возвращаться в Рим.

Очевидно, Папа вообще не покидал Ватикан. В этом Маттиас жестоко ошибся. Или же меня намеренно ввели в заблуждение.

Ещё одним роковым просчётом, судя по всему, оказалась роль кардинала Фойгта. Да, поведение кардинала-префекта в последние дни не всегда казалось логичным, но Маттиасу и в кошмарном сне не приходило в голову, что Фойгт может быть причастен к этим чудовищным преступлениям.

Об этом я подумаю по дороге.

Но для начала нужно было как-то избавиться от Даниэле. Маттиас ни на секунду не сомневался: эти невидимые кукловоды следят за каждым их шагом. Они мгновенно поймут, если он поедет назад не один. И последствия этого будут просто катастрофическими.

Вот только Даниэле ни за что не отпустит его одного просто так. Спорить с ним? Это отнимет слишком много времени – драгоценных минут, которых у них больше не осталось. Маттиас ненавидел лгать, но сейчас иного выхода просто не существовало. Ради спасения жизни Святого Отца правду придётся скрыть.

Варотто вопросительно посмотрел на подошедшего напарника.

– Который час? – глухо спросил Маттиас.

Даниэле бросил взгляд на запястье.

– Без трёх минут полдень.

– Мне ненадолго нужна твоя машина.

Варотто опешил:

– Моя машина? Зачем?

– Смогу объяснить, только когда вернусь. Пожалуйста, просто доверься мне.

– Я еду с тобой.

Маттиас категорично покачал головой.

– Нет. Мне нужно кое-что проверить одному. Прошу тебя, Даниэле, это может быть очень важно. Возможно, это вопрос жизни и смерти. Я мигом туда и обратно. Пожалуйста.

Варотто сдался и нарочито широким жестом указал на свой автомобиль.

– Ладно, – раздражённо фыркнул он. – Ключи в замке зажигания.

Не говоря больше ни слова, Маттиас сел за руль. Быстро развернув машину на узкой дороге, он на секунду притормозил рядом с Варотто и опустил стекло.

– Спасибо, Даниэле. Обещаю, позже я тебе всё объясню. Держи за меня кулаки... и молись, чтобы мои худшие подозрения не подтвердились.

ГЛАВА 66.

12 часов. Рим. В некоторых редакциях газет, радио и телевидения.

Сценарий телефонных звонков был всякий раз одинаков.

Мужчина требовал к телефону главного редактора или кого-то из руководства. На вопрос, кто звонит, отвечал, что является одним из тех, кто несёт ответственность за убийства Крестного пути. После этой фразы в большинстве случаев проходили считаные секунды – и нужный человек уже был на линии.

Звонивший объяснял, что приближается грандиозный финал. Нескольким избранным представителям СМИ предоставляется возможность лично присутствовать при решающем моменте мировой истории и эксклюзивно о нём рассказать.

На вопросы он не отвечал.

Говорил только: в тринадцать тридцать нужно быть перед Ватиканом с готовыми камерами. Не заходить на площадь Святого Петра, а ждать чуть дальше колоннады.

Нет, больше ничего сказать не может. Да и не нужно. Тринадцать тридцать. Перед площадью Святого Петра. Всё сами увидите…

В редакциях только что узнали, что расследование полиции сосредоточено на Кастель-Гандольфо, где, похоже, назревает драматическая развязка. Целая армия репортёров и съёмочных групп уже мчалась к летней резиденции, поэтому звонку никто не поверил. Как и любое громкое преступление, это явно привлекло сумасшедших подражателей.

Лишь один из главных редакторов решил на всякий случай сделать короткий звонок.

Чтобы успокоить хоть немного свою совесть.

ГЛАВА 67.

12 часов 10 минут. Рим. Виа Аппиа Нуова.

В ярости Маттиас швырнул мобильный на центральную консоль. После двух безуспешных попыток дозвониться Бертону он, повинуясь внезапному импульсу, набрал номер кардинала Фойгта – естественно, тоже безрезультатно. Тогда выключил телефон, чтобы Варотто не смог позвонить и потребовать объяснений.

На бешеной скорости он мчался обратно в Рим. Каждые одну-две минуты бросал взгляд на дисплей.

Фойгт сказал – сорок пять минут. Если ничего непредвиденного не случится, успею.

Фойгт.

Какой мотив может быть у человека вроде Зигфрида Фойгта? Жажда власти – едва ли. Как префект Конгрегации вероучения он и так один из самых влиятельных людей Курии. Ни эти убийства, ни похищение Святого Отца не способны дать ему ещё больше власти.

Или это деньги? Финансовые ресурсы Католической церкви так огромны, что шантажист мог бы запросить любую сумму. Но тогда почему Фойгт не выдвинул никаких требований, кроме одного – чтобы я вернулся в Рим один?

И почему, когда я спросил о похищенных юношах, он так долго молчал – и явно прикрывал трубку рукой? Получил ответ от кого-то рядом? Но почему тогда сам не знает, где эти люди?

Если Фойгт действительно один из преступников, я не могу представить его ни в какой роли, кроме главаря. Но главарь, который не знает, что стало с людьми, играющими ключевые роли в его собственной жуткой постановке?

Как и множество раз за последние дни, Маттиас вновь убеждался: всё это никак не складывается в логичную картину.

А что, если кардинала заставили позвонить? Что, если он не преступник, а тоже жертва? Что, если за всем действительно стоит Никколо Гатто?

Маттиас искал дополнительные доводы в пользу этой версии, когда вспомнил о покушении на себя. Тот, кто заманил его в парк, знал его настоящее имя, знал о прошлом и даже о семье. Таких людей, которым всё это известно, можно пересчитать по пальцам одной руки.

И одним из них был Зигфрид кардинал Фойгт.

ГЛАВА 68.

12 часов 15 минут. Кастель-Гандольфо.

Первоначальное раздражение, которое Варотто почувствовал, когда Маттиас уехал без него, постепенно уступало место нарастающей тревоге – за Папу, за тех последних похищенных много лет назад молодых людей.

И за немца он тоже беспокоился. Маттиас не вернулся, как обещал, сразу. А если собственные предположения верны, то время, которое могло стать страшной кульминацией серии убийств, уже больше четверти часа как миновало – и никого они не нашли.

Несколько попыток дозвониться до немца успехом не увенчались. Либо там, где он сейчас находился, не было связи, либо телефон был выключен.

Варотто присоединился к комиссарио Ди Манелли, устроившему командный пункт в микроавтобусе перед въездом в Папский дворец. Сюда стекались радиопереговоры всех участвующих в поиске групп, отсюда координировались их действия. Непрерывно звонили мобильные, разговоры перебивались хриплыми голосами из динамиков раций.

Когда зазвонил телефон самого Варотто, ему потребовалось несколько секунд, чтобы это заметить. Он торопливо вытащил его, надеясь наконец услышать Маттиаса.

Может, ему действительно удалось что-то найти.

Но на его «Pronto» ответил не Маттиас.

– Аццани только что мне позвонил и рассказал кое-что, что может оказаться очень важным, – выпалила Алисия без предисловий.

Варотто прижал свободной рукой второе ухо.

– Твой главный редактор? Что он мог…

– Слушай меня, Даниэле. Он принимал большое участие в той статье про тебя и теперь, похоже, хочет хоть немного загладить вину. Просил передать: ему только что звонил мужчина, который утверждает, что он один из организаторов убийств Крестного пути. Сказал, что даст нескольким избранным журналистам возможность лично присутствовать при историческом событии, которое навсегда изменит Католическую церковь. Нужно быть ровно в тринадцать тридцать перед площадью Святого Петра с камерами. Мой шеф, правда, не верит, что…

– Подожди!

Варотто взглянул на часы. Семнадцать минут первого. Маттиас уехал двадцать минут назад, словно за ним гнался сам дьявол, и с тех пор не подавал признаков жизни.

Неужели действительно…

– Что он ещё сказал, Алисия?

– Ничего больше. Я подумала, вдруг это…

– Спасибо, Алисия! Позвоню позже.

Варотто убрал телефон. На несколько секунд закрыл лицо обеими руками.

Собраться. Принять решение. Прямо сейчас.

Мысли неслись вскачь. Звонок Маттиасу. Его таинственность. Поспешный отъезд. Один. Куда? Обратно в Рим?

Там почти не осталось полицейских. Швейцарская гвардия тоже почти полностью переброшена сюда, в Кастель-Гандольфо. Идеальные условия, чтобы спокойно подготовить и осуществить массовое убийство. А потом – сообщение редакторам, чтобы были кадры и громкие заголовки.

Он резко встал. Решение принято.

– Хорошо.

Он схватил ручку и нацарапал ряд цифр на одном из потрёпанных блокнотов.

– Это мой мобильный, – объяснил он Ди Манелли. – Мне нужно ехать. Попробуйте связаться с командующим гвардией и попросите его мне позвонить. Это крайне важно.

Не дав Ди Манелли задать вопросы, Варотто выскочил из микроавтобуса и побежал к двум молодым полицейским, которые курили в тридцати метрах у патрульной машины.

– Быстро в машину! Немедленно возвращаемся в Рим!

Когда ошарашенные полицейские не сразу среагировали, он рявкнул:

– Шевелитесь!

И распахнул заднюю дверь.

Через секунды они уже мчались. Худощавый молодой полицейский за рулём, видимо, настолько впечатлился резким тоном комиссарио, что гнал машину на безумной скорости по узким улицам и крутым поворотам.

Варотто вытащил мобильный – его бросало на заднем сиденье, как на катере в шторм. Наконец нашёл номер Барбери. Уже собирался нажать зелёную кнопку – но палец замер.

Что сделает шеф, если я ему всё расскажу? Немедленно отправит всех оставшихся в Риме полицейских к Ватикану. А дальше?

Что бы там сейчас ни происходило в городе-государстве – Маттиас после того странного звонка явно счёл необходимым ехать один. За несколько дней совместной работы я успел узнать его как очень рационального человека, который взвешивает каждое решение. Если он ничего не сказал ни о цели, ни о содержании разговора – на то должен быть очень веский повод.

Несколько секунд Варотто смотрел в спинку переднего сиденья. Потом сунул телефон обратно в карман.

Надеюсь, я не совершаю сейчас страшную ошибку.

– Нельзя ли быстрее? – прорычал он.

Молодой водитель ещё сильнее вдавил педаль газа. Варотто вцепился правой рукой в поручень над дверью и рассеянно смотрел в боковое окно. За ним с безумной скоростью проносились дома – размытые полосы камня, стекла и плюща.

ГЛАВА 69.

12 часов 36 минут. Рим.

Маттиас хорошо ориентировался в городе. На углу Виа Борго Витторио и Виа ди Порта Анджелика он выскочил из машины. Время поджимало – сорок пять минут почти истекли.

Он не успел отойти и пяти шагов от BMW, как мощный голос заставил его остановиться и обернуться. Пожилой коренастый карабинер бежал к нему с противоположной стороны улицы – метров с двадцати, – размахивая руками. Маттиас не разобрал ни слова из-за расстояния, но то, что полицейский то и дело указывал на BMW Варотто, не оставляло сомнений в смысле его криков.

– Вы вообще соображаете, где находитесь? – рявкнул он, подойдя почти вплотную. – Немедленно уберите машину отсюда!

Маттиас переводил взгляд с полицейского на Порта ди Сант-Анна и обратно. Мысли неслись вскачь. Он не мог позволить себе ни минуты промедления. Решительно сунув руку в карман, протянул мужчине ключ от машины.

– Пожалуйста, я здесь по поручению судебных органов и должен немедленно попасть в Ватикан. Это связано с исчезновением Папы. Машина принадлежит комиссарио Даниэле Варотто. Свяжитесь с ним, он всё объяснит.

Карабинер от неожиданности молча взял ключ.

Но Маттиас далеко не ушёл. Яростное «Стой!» в спину снова заставило его замереть.

Прежде чем обернуться, он заметил швейцарского гвардейца, который вышел на несколько шагов вперёд от шлагбаума и с интересом наблюдал за сценой, одновременно разговаривая по телефону.

– Вы сейчас же уберёте свою машину, – прошипел полицейский. На его обвисших щеках проступили багровые пятна. Двумя решительными шагами он оказался перед Маттиасом и сунул ключ ему обратно в ладонь. – Мне плевать, кто вы и…

– Синьор, пожалуйста, идёмте. Вас уже очень ждут.

Не успев обернуться, Маттиас увидел рядом странного гвардейца. Тот посмотрел сначала на него, потом на карабинера.

– В чём дело? – спросил полицейский. Гнев на его лице сменился явным замешательством.

Гвардеец бросил на него укоризненный взгляд и строго произнёс:

– Префект Конгрегации вероучения, кардинал Фойгт, ждёт синьора уже полчаса. Вы же знаете, что Святой Отец похищен. Или мне сказать кардиналу, что поиски должны подождать, потому что дорожный полицейский считает неправильно припаркованную машину важнее?

Не дав окончательно растерявшемуся карабинеру ответить, Маттиас развернулся и быстрым шагом прошёл через въезд. Миновал опущенный шлагбаум и вступил на территорию Ватикана.

– Идите к собору Святого Петра, – услышал он за спиной голос мужчины в форме гвардейца.

Этот человек точно не из личной охраны Папы. Шаги за спиной не отставали.

– Вас ждут.

По первому импульсу Маттиас хотел обернуться, но вспомнил о Папе и быстро пошёл дальше.

С этой стороны он никогда не входил в Ватикан. Но купол огромного собора, возвышавшийся за несколькими вытянутыми зданиями, безошибочно указывал направление.

Одна из узких церковных дверей была распахнута настежь. Маттиас направился к ней и без колебаний переступил порог собора Святого Петра.

ГЛАВА 70.

12 часов 47 минут. На окраине Рима.

После бешеной гонки они только что свернули с Виа Аппиа Антика на Виале делле Мура Латине, когда зазвонил мобильный Варотто. Он с трудом выдернул его из кармана и торопливо поднёс к уху.

Услышав, кто звонит, с облегчением выдохнул.

– Наконец-то вы звоните, полковник.

– Что случилось, комиссарио? – голос швейцарца звучал раздражённо. – Мои люди переворачивают здесь каждый камень, но пока ни следа. Я…

– Полковник Мелер, – перебил его Варотто. – Мне срочно нужна от вас информация.

– По порядку, комиссар. Сначала ответьте на мой вопрос. Где вы?

Варотто нервно провёл рукой по глазам и вздохнул.

– Ладно. Кратко – но потом мне нужно кое-что от вас узнать.

Через несколько минут, когда до Ватикана оставалось уже недалеко, Варотто убрал телефон. Он узнал то, что хотел. Теперь скоро станет ясно – правильно ли он оценил ситуацию или совершил роковую ошибку.

Он наклонился вперёд и похлопал водителя по плечу.

– Едем к замку Святого Ангела.

Водитель удивлённо глянул в зеркало заднего вида, но кивнул и снова сосредоточился на дороге.

Варотто откинулся на спинку. Закрыл глаза.

На мгновение мысли унеслись в сторону. Перед ним возникло встревоженное лицо красивой женщины – и в тот же миг он удивился.

Это была не Франческа.

Это была Алисия.

ГЛАВА 71.

В то же время. Собор Святого Петра.

Маттиас вошёл через боковой портал.

Медленно, с некоторым колебанием, прошёл мимо капеллы делла Пьета, где за пуленепробиваемым стеклом стояла «Пьета» Микеланджело – единственное произведение великого скульптора, которое тот когда-либо подписал. Но в этот момент красота статуи не занимала Маттиаса.

Беспокойно оглядываясь по сторонам, он направился к центру собора. Его шаги громко отдавались эхом в пустом храме – гулкие, одинокие удары о каменный пол.

Голос, донёсшийся, видимо, от главного алтаря, заставил его замереть.

– А, вот и вы, господин фон Кайпен. Подходите ближе – мы вас уже ждём.

Из-за акустики голос звучал иначе, чем обычно, но Маттиас был абсолютно уверен: это не кардинал Фойгт.

Это кто-то другой. Кто-то, кого он тоже знал. Кто назвал его «господин фон Кайпен» – хотя знать это имя не имел права.

На мгновение пол под ногами словно качнулся. Но Маттиас быстро взял себя в руки и медленно продолжил путь.

Как это возможно? Как этот человек так обманул и меня, и римскую полицию? Откуда он знает, кто я на самом деле? И как ему удалось столько лет оставаться неразоблачённым, ведя двойную игру?

Недалеко впереди возвышался огромный бронзовый балдахин Бернини над главным алтарём – над гробницей святого Петра. Место, доступное только Папе и определённым кардиналам.

Из-за массивного мраморного блока вышел этот человек и протянул руку.

– Прошу, Герман, подойдите. Время немного поджимает, и, думаю, у вас накопилось множество вопросов. Обещаю: ответы вас очень заинтересуют.

Он улыбнулся.

Маттиаса охватило почти непреодолимое желание броситься на него – ударить по этой улыбающейся физиономии.

Как может человек быть способен на такие чудовищные вещи? Член Римской курии!

ГЛАВА 72.

12 часов 55 минут. Замок Святого Ангела.

Водитель высадил его на Лунготевере «Castello». Перед тем как выйти, Варотто приказал ему через десять минут позвонить Барбери и сообщить, где он – и, вероятно, Маттиас с Папой – сейчас находится.

Теперь он стоял у входа в замок Святого Ангела – бывшую крепость знатных родов и пыточную камеру инквизиции, которая одновременно веками служила убежищем для Пап. Отсюда спиралевидный путь вёл вверх через пять уровней огромного круглого сооружения. Замок соединялся с Апостольским дворцом в Ватикане восьмисотметровым переходом – Пассетто ди Борго, – но сейчас этот переход Варотто не интересовал.

Внутри замка ему пришлось на секунду остановиться, чтобы глаза привыкли к полумраку. Затем он принялся искать тяжёлую деревянную дверь – и наконец нашёл её слева, примерно в десяти метрах.

Быстрым шагом подошёл и постучал.

Открыл худощавый мужчина лет тридцати с небольшим, одетый в штатское. Но после разговора с полковником Мелером Варотто знал: это солдат Швейцарской гвардии.

– Я комиссарио Даниэле Варотто. Полковник Мелер вас…

– Я в курсе, комиссарио, – перебил мужчина. – Прошу, проходите. Полковник Мелер с большей частью гвардии уже возвращается.

Комната оказалась постом наблюдения, забитым техникой и мониторами. На одном из столов гвардеец развернул перед Варотто бумажный свиток – копию явно очень старого плана – и начал красным фломастером прокладывать маршрут, одновременно объясняя.

Через короткое время Варотто свернул карту. Гвардеец вручил ему мощный фонарь и повёл через несколько сырых, пахнущих плесенью коридоров – местами настолько низких, что приходилось пригибаться. Трижды они останавливались перед массивными дверями, которые гвардеец отпирал странными ключами, – пока не достигли сводчатого помещения, откуда в темноту вела крутая лестница.

Мужчина достал из кармана ещё один ключ и передал Варотто. Объяснил, где искать нужную дверь.

Варотто поблагодарил и начал спускаться.

Впервые со смерти Франчески он вознёс к небу короткую молитву.

Пусть догадка окажется верной. Пусть ещё не поздно.

ГЛАВА 73.

13 часов 01 минута. Собор Святого Петра.

Маттиас уставился на двух мужчин, стоявших рядом за главным алтарём. Руки обоих были связаны за спиной.

Папа Александр IX слегка наклонился вперёд всем корпусом – ему явно стоило огромных усилий держаться на ногах. Кардинал Фойгт придвинулся к нему вплотную и, несмотря на связанные руки, хотя бы плечом старался его поддержать.

Маттиас повернулся к человеку, который всё ещё улыбался ему. Когда он приблизился примерно на десять шагов, тот неторопливо вытащил из внутреннего кармана чёрного пиджака пистолет и направил на немца.

– Чтобы мы могли спокойно поговорить и я мог без помех завершить своё дело, – пояснил он.

Теперь Маттиас смотрел ему в глаза – с отвращением. Трудно было поверить, насколько изменился этот человек.

– Какое же вы чудовище, Бертон. На что вы ещё способны?

Улыбка стала шире. И злее.

– Это идеальная подводка, фон Кайпен. Потому что на самом деле у меня ещё очень много планов.

Он бросил взгляд на наручные часы.

– На половину второго я пригласил репортёров. На грандиозный финал – как вы, наверное, догадываетесь.

Голос его звучал так, будто он объяснял зрителю сцену из театральной постановки – размеренно, почти скучающе.

– Сейчас три минуты второго. Так что если у вас остались вопросы – с радостью отвечу. Мне важно, чтобы вы узнали причины всего этого, прежде чем… ну, вы понимаете.

Бертон пистолетом указал на двух связанных мужчин.

– Присоединяйтесь к моему старому другу Массимо и вашему соотечественнику. Так будет проще.

Когда Маттиас не отреагировал немедленно, Бертон чуть приподнял оружие – дуло нацелилось точно в лоб. Маттиас быстро шагнул к Фойгту и долго смотрел на него.

– Вы своим ночным звонком устроили так, что Его Святейшество покинул свою комнату и его смогли похитить. Почему?

Фойгт скривил губы.

– Бертон стоял за моей спиной во время разговора. С пистолетом в руке. Он утверждал, что заложил взрывное устройство под Апостольским дворцом, которое уничтожит всё и убьёт всех обитателей, если я не позвоню. Сначала я не поверил ему ни на слово. Но потом он сказал, кто он такой и откуда знает вас. Тогда я понял, что возможно всё.

– Ну, в тот момент история со взрывчаткой была, возможно, слегка преувеличена, кардинал, – вставил Бертон. – Но теперь это уже правда. И даже идёт гораздо дальше, как вы сами убедились. Впрочем, об этом чуть позже.

Он явно наслаждался ситуацией и бесстыдно ухмылялся Маттиасу.

Когда тот не спешил задавать вопросы, которых от него ждали, Бертон подтащил один из стульев, стоявших сбоку от алтаря для служек. Поставил его достаточно далеко, чтобы Маттиас не мог внезапно на него наброситься. Неторопливо уселся. Оружие всё время оставалось направленным на Папу.