Текст книги "Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения (СИ)"

Автор книги: Ари Дале

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 56

Машина останавливается на подземной парковке здания, в котором находится офис мужа.

Павел, мой бессменный водитель и охранник, выходит из салона, пока я отстегиваю Дину от детского кресла. Я до сих пор удивляюсь, что Миша не только не уволил мужчину, который, по сути, отпустил меня, когда я сбегала, так еще и позволил ему снова оказаться рядом со мной. Отстегнув последний ремешок, подхватываю малышку на руки и покидаю салон через дверцу, открытую Павлом.

– Спасибо, – улыбаюсь мужчине и сразу иду к лифтам.

Путь на двадцать четвертый этаж кажется невероятно долгим, хотя проходит не больше минуты, когда раздается характерный звон и створки разъезжаются.

Крепко прижимая Дину к себе, несусь по знакомому коридору со стеклянными стенами, за которыми суетятся работники, пока не достигаю приемной перед кабинетом мужа.

Останавливаюсь у ресепшена, где в черном платье сидит светловолосая помощница мужа.

– Миша на месте? – выпаливаю, немного запыхавшись. – Добрый день, – запоздало вспоминаю о вежливости.

Девушка поднимает безучастный взгляд. Вот только стоит ей увидеть меня и ребенка в моих руках, ее брови ползут вверх.

– Добрый день. Эм-м-м, да, – кивает в дополнении. – Сейчас, – поднимает трубку стационарного телефона. Нажимает на кнопку, проходит всего несколько долгих секунд, как она снова начинает говорить: – Михаил Александрович, к вам тут… жена приехала.

Дина сразу же же начинается крутиться, а уже через мгновение я улавливаю тяжелые быстрые шаги.

Миша, резко распахнув дверь, выходит из кабинета, сосредотачивает внимание на мне с Диной и преодолевает разделяющее нас расстояние.

– Что случилось? – останавливается напротив и вглядывается мне в лицо.

– Мы можем поговорить… наедине? – указываю головой на помощницу мужа.

– Конечно, – Миша берет на руки Дину, которая тянет к нему ручки, и отступает в сторону, пропуская меня вперед.

Я же, не теряя время, направляюсь в нужном направлении. Меня давно тут не было, но вроде бы ничего не поменялось: большое пространство, темно-серые стены, большие окна, за которыми находится терраса, кожаный диван с журнальным столиком для посетителей и широкий стол, заваленный бумагами. Направляюсь к последнему. Но не успеваю даже шага сделать, как муж перехватывает меня за талию и ведет к дивану. Усаживает, после чего устраивается рядом.

Дина же остается стоять ножками у Миши на бедрах, обнимая его за шею. Это выглядит настолько мило: суровый темноволосый мужчина с щетиной на лице и маленькая девочка в розовом платьице с рюшами, жмущаяся к нему, – что я на мгновение забываю, зачем вообще приехала.

– Люда, – Миша сужает глаза, вырывая меня из транса.

Тяжело вздыхаю, заглядываю в черные глаза мужа и выпаливаю:

– Ко мне приходила твоя Аделина.

Миша тут же подбирается, кладет ладонь на спинку малышки, прижимает ее к себе.

– Что? – цедит сквозь стиснутые зубы.

– С родственниками Дины, – в груди полыхает ярость, она жжется… сильно. – Заявила, что теперь представляет их интересы, требовала дать бабушке с дедушкой познакомиться с внучкой. А, когда я отказала, аргументировав проверкой безопасности, она сказала, что подаст на меня в суд.

Муж шумно выдыхает, на его щеках начинают ходить желваки. Видно – он тоже злится. Но все-таки не могу скрыть последний факт, о котором Миша должен знать.

– Она передала “привет”... – прохожусь языком по пересохшим губам, – от Насти, – произношу едва слышно.

Мгновение, и муж подрывается на ноги, при этом все так же прижимает Дину к себе. В пару широких шагов преодолевает расстояние до стола, подхватывает телефон. Быстро находит что-то на экране и прикладывает гаджет к уху.

Проходит несколько долгих секунд, прежде чем Миша чеканит:

– Виктор Владимирович, можем встретиться?

* * *

Через час я, Миша и Дина, которая отказалась слезать с рук моего мужа даже во время поездки в машине, подъезжаем к новому зоопарку. По идеи, его должны были вот-вот открыть, но я не видела об этом новости. Хотя могла и пропустить.

– Ты уверен, что они хотят оформить опеку над Диной ради социальных выплат? – откладываю в сторону планшет, который передал мне муж, стоило нам сесть в автомобиль.

Люди Миши нашли много информации о родственниках малышки, но сколько бы я не пролистывала открытый файл, не могу уловить суть. Поэтому, когда муж кратко рассказал мне самое важное, я была очень благодарна.

– Да, – Миша удобнее перехватывает малышку. Кладет ладонь на дверную ручку. – Именно поэтому мама Дины сбежала, не дождавшись совершеннолетия. Как бы это жестоко ни звучало, с детдомовскими детьми сложно ужиться. Особенно, когда они взрослые.

Муж вместе с Диной выбирается из салона, я тоже не задерживаюсь. Водитель открывает передо мной дверь, и я выхожу на улицу. Сжимаю в телефон, чтобы хоть как-то успокоиться, пока огибаю машину.

– Но зачем тогда им Дина? – спрашиваю, подходя к Мише, который ждет меня.

– Это нужно у них спросить, – муж оглядывается по сторонам, словно кого-то ищет. – Думаю, дело в том, что Дина их внучка. Они считают, что будет меньше геморроя с органами опеки. Конечно, с полученной информацией, никто им девочку не отдаст. Но думаю, рисковать не стоит, – сужает глаза, явно, найдя искомое. – Пойдем, – переводит взгляд на меня и указывает куда-то подбородком.

Осматриваюсь, вижу огромную надпись «Зоопарк» на кованых железных воротах. Вот только муж указывает не туда, а на скрытый проход, где стоят четверо охранников с наружной и внутренней стороны.

– Зачем мы здесь? – хмурюсь, но иду за мужем, не отставая…

– Пообщаемся с нужным человеком, – завуалировано произносит Миша, подходя к охранникам. – Лемешевы Михаил и Людмила. У нас назначена встреча, – твердо произносит муж лысому широкоплечему мужчине в черном костюме.

Тот сначала осматривает Мишу и Дину, переключается на меня, после чего бросает взгляд нам за спину.

– Ваша охрана должна остаться здесь, – произносит гортанным басом, снова глядя на мужа.

Миша оглядывается через плечо, кивает службе безопасности – я уже стала забывать, что они постоянно ходят за нами.

Мы проходим внутрь, по мощеной дорожке, вдоль которой "россыпью" стоят охранники, и направляемся к одноэтажному кирпичному зданию с красной крышей. Оно настолько маленькое, что больше напоминает гараж, чем полноценный дом.

У бордовой двери с золотой табличкой, на которой черными буквами выбито «Администрация» нас еще раз спрашивают имя, после чего пропускают внутрь.

Мы оказываемся в коридоре с белыми стенами, паркетным полом и четырьмя деревянными дверями. Подходим к последней справа, как сказал один из охранников, ни на секунду не останавливаясь.

Муж тут же нажимает на ручку, толкает дверь, пропускает меня вперед. На автомате захожу в помещение с бежевыми стенами, маленьким окном, шкафом напротив и деревянным столом у дальней стены.

Посреди комнаты замечаю пару.

Блондинка с черной шелковой юбке и белом пиджаке поправляет галстук русоволосому мужчине с аккуратной щетиной на лице, в деловом костюме цвета графита. При этом девушка стоит к нему близко… слишком близко, на мой взгляд. Их носы едва не соприкасаются. Дыхание так точно смешивается. точно, смешивается.

Стоит нам войти, эти двое делают шаг друг от друга и поворачивают головы. Я же, глядя на мужчину, давлюсь воздухом, когда понимаю, кто перед нами.

«Нужный человек», с которым хотел пообщаться муж, – мэр Москвы?

– Михаил Александрович, вас не учили стучаться? – чеканит Гордеев Виктор Владимирович, складывая руки на груди.

Его глаза округляется, когда мужчина сосредотачивается на Мише. Подозреваю, он смотрит на Дину.

– Прощу прощения, дело не ждет, – муж подходит ближе. – Мне нужна услуга.

– Еще одна? – Виктор Владимирович вздергивает бровь. – Насколько помню, я вам в прошлый раз ее оказал.

– По-моему, мы договорились, что в прошлый раз вы отдали долг, – Миша выделяет последние слова. – Теперь я готов стать должником – мне нужно ускоренно оформить процедуру удочерения, – чеканит он.

Глава 57

Глаза мэра широко распахиваются, но не проходит и мгновения, как он берет себя в руки.

– Регина, выйди, – чеканит Виктор Владимирович.

Блондинка недовольно поджимает губы.

– У вас выступление через пять минут, – произносит скрипучим голосом, еще раз бросает недовольный взгляд на мэра, после чего стуча каблуками, покидает кабинет.

– Ее? – Виктор Владимирович указывает подбородком на Дину, которая, увидев, что «страшный дядя» смотрит на нее, обнимает Мишу за шею и прячется.

– Да, – коротко отвечает муж, подходя ко мне ближе. – Есть проблема, поэтому нужно сделать все, как можно быстрее.

Мэр окидывает меня пристальным взглядом, хмыкает, после чего снова сосредотачивается на муже.

– Это большая, – тянет последнее слово, – услуга, – опирается бедрами на стол.

– Понимаю, – Миша рассеянно проходится пальцам по волосам малышки, косится на меня. – Думаю, сочтемся.

Тяжело сглатываю, понимая, что муж сейчас, возможно, ввязывается в большие проблемы из-за меня.

– Не сомневаюсь, – усмехается Виктор Владимирович. – Мне нужно «открыть» зоопарк, пообщаться с инвесторами и журналистами, после этого сможем обсудить детали, – отталкивается от стола, дотрагивается до узел галстука, который недавно уже поправляла...

А кем была эта женщина?

Сразу забываю о любых мыслях, когда слышу:

– Еще момент: можно узнать, каким образом Настя передает «приветы» из психушки? – сталь отчетливо слышна в голосе Миши.

Мэр хмурится.

– Серьезно? Она это сделала? – мимолетно косится на меня. – Кому? Вашей жене? – шумно выдыхает.

Миша кивает. Желудок сжимается, стоит только вспомнить о бывшей подруге. И, видимо, не только у меня она вызывает неприязнь.

Черты лица мэра засоряется.

– Разберусь, – чеканит.

– Виктор Владимирович, – на удивление, блондинка тоже без стука заглядывает в кабинет, – пора, – раздражение звенит в ее тоне.

– Иду, – мужчина выпрямляется. – Дождешься меня? – смотрит в глаза моему мужу.

– Мы пока погуляем, – Миша отходит в сторону, пропуская мэра к выходу.

– Хорошо. Я тебя найду, – Виктор Владимирович, не оглядываясь, уходит вместе со своей… блондинкой.

Муж же сосредотачивается на мне. Мир в который раз исчезает вокруг нас. Кажется, меня затягивает во тьму. Но от нее не становится холодно, наоборот, по телу разливается приятное тепло. Сразу же понимаю, откуда оно берется – я благодарна Мише.

– Пошли, – муж кивает в сторону двери. – Начнем знакомить Дину с животными.

На автомате киваю в ответ.

Во рту пересохло, поэтому приходится тяжело сглотнуть, прежде чем задаю интересующий вопрос:

– Что вас связывает с мэром? Я не знала, что вы с ним... настолько близки.

Выходим в коридор и, не задерживаясь, идем на улицу.

– Мы не близки, – Миша понижает голос, явно, не хочет, чтобы его слышали посторонние. – Много лет назад я оказал одну услугу, которая помогла Виктору занять его пост.

Муж придерживает для меня дверь, пока я, минуя охранников, выхожу из здания.

Чуть поодаль вижу сцену, задник которой декорирован картинками с нарисованными животными и детьми. Перед ней собралось немало людей, в том числе детей. Невольно ловлю дежавю, навеянное недавним открытием детского дома, но тут же возвращаюсь в реальность, когда на сцену выходит миниатюрная, худощавая девушка с светло-русыми волосами. На ней надето строгое кремовое платье. В руке она сжимает микрофон.

– Добрый день. Если вдруг вы меня не знаете, то давайте представлюсь. Я – Гордеева Наталья Николаевна, директор благотворительного фонда «Новая жизнь». ада приветствовать вас на открытие нашего зоопарка. Кто следил за проектом с самого начала, наверное, помнит, через сколько трудностей нам пришлось пройти, чтобы найти всех животных и дать им новый дом в нашем зоопарке. Но благодаря моему мужу – мэру нашего прекрасного города, – она указывает ладонью на Виктора Владимировича, стоящего сбоку импровизированной сцены рядом все с той же блондинкой с недовольным выражением лица, и на мгновение замолкает, а по открытому пространству разносятся авиации, – мы справились и готовы открыть наши двери всем желающим познакомиться с животными. Также я хочу анонсировать одну важную программу, связанную с зоопарком, но для начала предоставлю слово мужу, а то знаете, какой нагоняй получу дома за то, что слишком много болтаю? – девушка широко улыбается.

Смех пробегает по толпе и заражает всех людей. Только один человек не смеется – блондинка. Она снова раздраженно поджимает губы. Или же все это время стояла выражение ее лица не менялось?

– Люда, – Миша касается моей руки. Вздрагиваю. Но не из-за неприязни, а от неожиданности. – Идем, – Миша указывает головой на дорожку, которая ведет к огромному пространству, где за забором бегают пони.

Я еще раз оглядываюсь на сцену, куда поднимается мэр, и задаюсь вопросом, мне показалось, что между ним и его… помощницей?.. что-то есть или же нет.

Быстро выбрасываю лишние мысли из головы, когда Миша касается моей ладони. Дыхание перехватывает, стоит ему переплести наши пальцы, а сердце болезненно сжимается. Впервые муж вот так просто касается меня после… Прикрываю глаза, но все-таки переставляю ноги, когда Миша тянет меня вперед. В голове всплывают слова Милены о том, что люди меняются и нужно давать им шанс, иначе можно пожалеть.

Но смогу ли я когда-нибудь простить Мишу? Смогу пережить гибель нашего малыша?

– Мама, – детский голосок врывается в смутные мысли.

Распахиваю веки, переключаю внимание на Дину. Малышка так широко улыбается, что я тоже невольно усмехаюсь. Она вертится в руках у Миши, машет ручкой, указывая на «маленьких» лошадок, повизгивает и едва не подпрыгивает. Как у мужа получается ее удержать, понятия не имею. А стоит нам подойти к барьеру, где расположились два коричневых пони. Дина тут же тянется к ним, Миша отпускает мою руку, аккуратно наклоняет малышку, чтобы та могла прикоснуться к лошадке. Дина тут же затихает, кажется, даже задерживает дыхание и проводит ладошкой по голове пони.

Муж держит нашу девочку крепко… очень крепко. Невольно представляю на ее месте другого ребенка... мальчика.

Сердце пропускает удар, слезы собираются в глазах.

– Почему ты не мог быть верным? – шепчу, не зная, услышит меня муж или нет.

Глава 58

Миша застывает. Но всего на секунду – ему быстро приходится отмереть из-за непоседы на руках. Она еще сильнее тянется к маленькой лошадке, явно, пытаясь обнять ту за шею.

– Я был идиотом, – чеканит муж.

Пони подходит ближе к Дине, словно чувствует, что малышка очень сильно хочет познакомиться.

– Знаешь, сколько раз я задавал себе этот вопрос? – продолжает Миша, сажая Дину на лошадку, которая будто специально становится боком. – Я прокручивал в голове принятые решения тысячи раз. Пытался найти ответ на вопрос: «Почему?». И пришел лишь к одному выводу: власть вскружила мне голову. Я забыл то, что на самом деле важно. За что и поплатился, – муж не смотрит на меня, но печаль отчетливо слышна в его голосе.

Миша держит Дину крепко, словно девочка – самое большое сокровище на свете. Я совсем не переживаю, ведь знаю, что стоит лошадке взбрыкнуть, муж тут же подхватит малышку.

Но пока пони стоит спокойно, Миша позволяет Дине исследовать его ладошками.

– Мне жаль, Люда, – муж оглядывается через плечо. – Жаль, что ты перенесла столько горя из-за меня. Я никогда не смогу искупить вину перед тобой и… перед нашим сыном.

Впервые за долгое время вижу, как эмоции отражаются на обычно бесстрастном лице мужа. Страдание, печаль, боль, вина – и это только то, что мне удается рассмотреть, пока взор не размывается. Слезы скапливаются в уголках глаз. Горло перехватывает. Дышать становится невероятно трудно.

Хочется сказать мужу, чтобы он остановился, прекратил открывать мне свою душу. Гораздо проще думать, что Миша – монстр. Винить его во всем… и намного сложнее, осознавать, что он сам себя винит гораздо сильнее, чем это делаю я.

– Не думай, что я тебя не любил… любил… люблю, – Миша приподнимает Дину, когда к нам подходит второй пони, пересаживает любопытную девочку на него. – Ты была единственным светом в моей жизни. Когда я возвращался домой и видел твою улыбку, все проблемы разом исчезали. Видимо, я заигрался в «вершителя судеб» на работе и забыл, что у моих действий могут быть последствия.

Дина, видимо, даже несмотря на интересующий ее животных, считывает напряжение, которое царит вокруг нас, поэтому начинает хныкать. Миша тут же снова берет ее на руки, прижимает к себе, гладит по головке, успокаивая.

– Знаю, что виноват. И буду вечно корить себя за гибель нашего сына, – муж вздыхает, поворачивается ко мне, опирается бедрами о забор. – В любом случае, больше некого винить в произошедшем. Поверь, я это прекрасно понимаю, – грустно усмехается. – Очень хочу попросить у тебя прощения, но не буду, – ненадолго замолкает, а у меня внутри все стягивается в тугой узел. – Я не заслуживаю прощения, – вздыхает. – Просто ты должна знать, что я сделаю все возможное, чтобы снова увидеть счастье в твоих глазах и улыбку на твоем лице.

У меня не получается сдержать слез, они катятся по щекам. Я даже не пытаюсь их стереть. Поэтому и Миша сразу же их замечает.

В один широкий шаг муж преодолевает разделяющее нас расстояние.

– Ну что ты, милая, – кладет руку мне на щеку, кончиками пальцев ловит слезинки. – Не плачь, пожалуйста. Я знаю, что совершил много ошибок. Мне никогда их не исправить. Никогда не стереть тот ужас, через который ты прошла. Все, что я могу – это попробовать помочь залечить нанесенные раны. Попробовать помочь начать новую жизнь… счастливую жизнь, даже если она будет без меня.

Миша не отрывает от моих глаз пристального взгляда. Смотрит прямо, давая разглядеть всю тьму, которая таится у него внутри. В ней отражается та же боль, которая живет внутри меня.

Милена была права – мы оба лишились самого дорого. Не только я потеряла ребенка. У Миши тоже, после гибели нашего малыша, появилась дыра в сердце.

У меня есть человек, который на самом деле… понимает мое горе.

Как бы я ни была зла на мужа, как бы винила – «чай» налил мне не он. Это была Настя. Она всегда была не от мира сего. Я просто оказалась настолько наивная, что старалась не обращать внимания на ее причуды. Бывшая подруга любила копировать меня. Старалась подбирать такую же или похожую одежду, делала такой же макияж. Однажды даже в брюнетку перекрасилась. Благо, тогда тетя Лена, мама Насти, заставила ее вывести цвет. Но Настя на этом не остановилась. Она чуть не поступила в мой университет. Благо ей не хватило баллов.

Мне пришлось многое потерять и переосмыслить, чтобы понять, что бывшая подруга хотела быть мной. Миша просто сорвал последний предохранитель, который сдерживал ее. Но он, и так, был хлипким, поэтому мог сам слететь в любой момент.

Именно из-за Насти мы потеряли ребенка. На теперь я не собираюсь винить никого, кроме нее.

А Миша… Он изменял мне, это правда. Но не сомневаюсь, что муж стал бы хорошим отцом для нашего сына.

– Папа, – вдруг произносит Дина. Поднимает головку и заглядывает Мише в глаза, после чего крепко-крепко обнимает его за шею.

Муж опускает голову, смотрит на макушку малышки и впервые за долгое время искренне улыбается.