Текст книги "Адмирал Великого океана (СИ)"

Автор книги: Антон Перунов

Соавторы: Иван Оченков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

– Ишь ты, – улыбнулся Ванька, после чего взялся за аккордеон и выдал запомнившуюся латиноамериканскую мелодию.

Петер тут же подхватил и вскоре у них получился настоящий номер, который они и разыграли перед ее высочеством.

– Браво! – захлопала в ладоши великая княгиня. – Просто прекрасно.

– Покорнейше благодарим, Анастасия Александровна!

– Погоди-ка, вы со своим другом один раз слышали эту мелодию на берегу и запомнили ее?

– Ну так, дело-то нехитрое.

– Бог мой, Ваня. А ведь у тебя абсолютный слух! Ты настоящий талант, тебе же учиться надо!

«Снова-здорово» – поморщился про себя Шахрин. – «Чего вы все меня учить вздумали?»

Но вслух сказал лишь:

– Ваше высочество, так возьмете Петьку в оркестр?

– Возьму, конечно, – улыбнулась Стася. – Если обещаешь, что будешь учиться!

– А я чего? Вот отстою вахту и сразу начну! Завтра. А пока дозвольте идти.

– Ступай, если хочешь. Но я с тобой не закончила!

Добившиеся своего матросы неуклюже поклонились, после чего дружно побежали к себе вниз, топоча по палубе прогарами.

– Их быть твой должник, Йоганн! Данке шон! – с чувством поблагодарил товарища Петер, как только они остались одни.

– Битте… – немного растерянно ответил Ваня, не понимающий, откуда у рыжего немчика такая буря восторгов, – одно в толк не возьму, на кой черт оно тебе надо?

– Мы же не будем служить здесь вечно? – пожал плечами Люттов. – А музыка – это очень кароший дело. Ты, Ваня, как это… настоящий виртуозе! Ты можешь играть на свой хармоника. А я буду твой унтернеймер. Антреперенер. Вот! Мы заработаем куча денег! Будем богаты.

– Вон оно как, – ухмыльнулся понявший, откуда ветер дует, Шахрин. – Раз мы разбогатеем, может ты мне прямо сейчас тот доллар, что еще в Нью-Йорке занимал, вернешь?

– Майн фройнд Йоганн, – приобнял его за плечо Петер. – Что есть айн доллар, когда перед нами такой, как это… першпектифф!

Пока наша маленькая эскадра двигалась на Юг, а Стася разрывалась между школой и оркестром, я потихоньку планировал свои действия. Впереди нас ждало рандеву с Лихачевым в городе хрустальной мечты Остапа Бендера с загадочным и звучным именем Рио-де-Жанейро. Полтора миллиона человек и все поголовно в белых штанах… Разумеется, народу там сейчас поменьше, равно как и достопримечательностей. Статуи Христа Искупителя и то нет. Есть только много-много диких обезьян и чертова прорва донов Педро.

Один из этих самых Педров является ни много ни мало целым императором Бразилии, с которым хочешь не хочешь, а придется встретиться. Все-таки монарх из довольно-таки древней династии. Можно сказать, потомок самого Гуго Капета!

Вот только не очень и представляю, о чем с ним говорить. Он всего на два года старше меня. Императором стал еще в детстве после отречения отца, вздумавшего вернуться в Португалию и свергнуть собственного брата. Самостоятельно правит уже более пятнадцати лет и добился немалых успехов. Проводит либеральную политику. Утихомирил оппозицию, подавил восстание в провинции Пернамбуку и выиграл войну с Аргентиной. Даже странно, что его в конце концов свергли.

Торговых сношений с Россией практически нет. Можно, конечно, договориться о прямых поставках кофе, но у нас больше любят чай. Выпросить семена гевеи? Так ведь не дадут! Украсть самому… а зачем? В наших широтах она расти не будет, разве что на Гавайях попробовать. Сейчас это независимое и довольно-таки дружественное к России королевство. Но дело это, в смысле кража семян, очень непростое. Англичанам для этого понадобилась целая спецоперация.

Вот черт, опять сыны Альбиона! Интересное дело, куда в глобус не ткни, обязательно попадешь либо в британскую колонию, либо в зону их экономических интересов, либо в страну должника. В Латинской Америке им должны вообще все! Сколько бы САСШ ни декларировали Доктрину Монро, островитянам на это плевать.

Лондон буквально оплел континент своими сетями, планомерно душит кредитами, вынуждая поставлять в Европу сырье и покупать, желательно беспошлинно, то есть по самым низким демпинговым ценам, промышленные товары. Еще одним мощным средством влияния был британский «культурный империализм». Правительство не жалело средств на поддержание образа британцев. Их «цивилизацию» можно было свести к чеканному лозунгу: «чистота, красота и порядок».

В глазах «аборигенов» островные джентльмены с их аккуратностью, чопорностью, деловитостью действительно становились образцом для подражания. В итоге эта тихая культурная экспансия дала Великобритании больше, чем большинство войн. И с этим надо что-то делать…

– Ваше императорское высочество, – заглянул ко мне странно улыбающийся посыльный.

– Чего тебе? – не слишком любезно посмотрел я на матроса.

– Там господин капитан просют вас пройти на мостик!

– Ладно, сейчас приду. А где Анастасия Александровна?

– Ее высочество уже там.

Быстро поднявшись по трапу, я вышел на верхнюю палубу и едва не остолбенел от неожиданности. Передо мной восседал на пушечном станке какой-то мужик в вывороченном тулупе, с длинной седой бородой из белой пакли, на голове у него красовалась картонная корона, в руке трезубец настоящего владыки морей, а вокруг него несколько матросов с лицами, перемазанными жженной пробкой, изображавших по всей видимости чертей или морских коней, запряженных в его колесницу.

– Я есть морской царь Нептун! – пробасил подозрительно знакомым голосом ряженый. – И требую доклад по всей форме. Какого царства ваше судно и куда путь держите⁉

– Мы что, на экваторе? – сообразил я, наконец.

[1] Прогары – одно из названий матросских ботинок. Хотя в указанное время, уставной обувью на флоте были сапоги.

[2] По внешнему виду кнопочные аккордеоны напоминали современные нам баяны, появившиеся в конце XIX века.

Глава 18

Традиция отмечать при прохождении экватора праздник Нептуна появилась в Российском флоте не так давно, но несмотря на это успела пустить корни. Нельзя сказать, чтобы она стала обыденностью, все же кругосветные плавания случались не так часто, и тем не менее уже появились свои неписанные ритуалы и правила. Нарушать которые не следовало никому.

– Какого царства ваше судно и куда путь держите? – повторил ряженый, требовательно посмотрев на меня. – Много имеете офицеров и команды?

– Царства мы русского, – улыбнувшись, ответил я. – Идем на Дальний Восток, имея на борту одного генерал-адмирала, двадцать два офицера, сто тридцать матросов и двести сорок человек поселенцев!

– Наслышаны мы в подводном царстве про вас, – довольно осклабился изображавший Нептуна матрос. – И превесьма делами вашими довольны. А потому готовы во всяком деле помочь. Ответствуйте, угодно ли вам попутных ветров или иных каких вспоможествований?

– Угодно, ваше величество.

– В таком случае пожалуйте выкуп.

– Что ж, я готов. А велика ли плата?

– На ваш выбор, господин генерал-адмирал. Либо крещение в морской воде, либо… бочку рома!

Купаться в морской воде мне, признаться, не хотелось. Хотя опыт такой имелся. В прошлой жизни именно после торжественного купания в морской воде молодые матросы после полутора лет службы переставали считаться «карасями» и переводились в более привилегированное положение. Называлось это «смыванием чешуи» и явно было отголоском этого самого дня Нептуна. Впрочем, бочка рома все-таки как-то многовато. Сопьются еще чего доброго…

– Вот уж не знал, что на морском дне пьют? – выразительно посмотрел я на Нептуна.

– Пьют, батюшка, – вздохнул «морской царь». – Уж больно жизнь там тоскливая.

– А если жалко выкупа, то купать! – раздался совсем рядом звонкий голос переодетого чертенком Николки, и на меня обрушилась струя морской воды из брандспойта.

– Ах ты ж, паразит! – вырвалось у меня, но было поздно.

Белоснежный мундир оказался полностью вымочен, а почуявший, что слегка перешел границы, мальчишка молнией взлетел по вантам наверх и наблюдал за развитием событий с высоты.

– А они почему сухие? – кивнул я в сторону тщетно пытавшихся сохранить серьезные выражения лиц офицеров и прячущейся за ними Стаси.

– Так откупились, – развел руками Нептун. – Их высокоблагородие господин капитан-лейтенант Юшков ведро рома поставили. Прочие господа офицеры в зависимости от чина кто по бутылке, кто по две. Даже ее высочество Анастасия Александровна штоф пожаловали. Сами понимаете, с генерал-адмирала просить менее бочки даже как-то и неприлично. Умаление чести!

– И не поспоришь, – хмыкнул я, расстегивая крючки на кителе. – А что, господин морской царь, много ли в команде людей, уже проходивших экватор?

– Да какое там, нет никого…

– Ну, стало быть, не ошибусь, – многообещающе улыбнулся я, – после чего схватил ошалевшего от моих действий «подводного самодержца» под микитки и, подтащив к борту, выкинул в море. – Я вам, сукины дети, покажу, как с великих князей чешую смывать…

Увы, переодетые чертями матросы не растерялись, и следующим в теплую воду полетел уже я. За мной, кто добровольно, а кто и нет, последовали практически все матросы и переселенцы мужского пола. Женщин от купания откупила великая княгиня, хотя, по крайней мере, некоторые из них, судя по выражению лиц, были совсем не прочь.

Из команды помимо откупившихся офицеров пощадили только музыкантов созданного Стасей оркестра, которых всего лишь немного окатили из черпака водой, заставив играть. Да не смогли вытащить из каюты корабельного священника отца Власия, твердо заявившего, что в «бесовских игрищах» участвовать не будет, а если кто попытается к нему пробраться, пусть пеняет на себя. Глядя на пудовые кулаки пастыря, никто не решился.

Но вообще праздник прошел весело. Играла музыка, обрадованные обильным «выкупом» матросы изобразили для нас с господами офицерами плясовую. Правда, ни «яблочко», ни предшествующий ему «хорнпайп» наши моряки пока не танцуют, но может оно и к лучшему. Затем подали праздничный обед с большим количеством мяса, заколотых ради такого случая двух бычков. На других кораблях нашего отряда тоже праздновали, правда, без такого размаха и купания старшего офицерского состава в море.

Судя по дальнейшему плаванию, сделанные нами подношения оказались «высшим силам» вполне угодны и до самого Рио-де-Жанейро погода нас просто баловала. Ветра если и дули, то умеренные и вполне себе попутные. Крупных штормов, не говоря уж об бывающих в этих водах ураганах, тоже не случилось. Так что, если среди нижних чинов флота появится поверье, что находящихся в плавании великих князей на день Нептуна надобно непременно искупать, я лично не удивлюсь.

Так что до вод, омывающих берега Бразильской империи, мы добрались без каких-либо происшествий и даже без крупных поломок. Как ни странно, эскадры Лихачева в «Заливе Январской реки» [1] не оказалось. Зато имелась целая британская эскадра из нескольких корветов и шлюпов, командующий которой контр-адмирал, кавалер ордена Бани шестидесятипятилетний шотландец сэр Генри Вильям Брюс нанес мне визит сразу же после таможенников.

Надо сказать, что поведение бразильских чиновников показалось мне странным. С одной стороны, они явно чего-то опасались, а с другой были вроде как обижены… Плюс один из них передал мне послание от Лихачева, запутавшее меня еще больше. Иван Федорович сообщал, что стоянка в Рио решительно нехороша, продукты и припасы дороги, а места не здоровы, в связи с чем будет дожидаться меня в Монтевидео, где все вышеперечисленное в разы лучше, а климат такой, что может только в раю и лучше.

– Ты что-нибудь понимаешь? – вопросительно посмотрел я на Юшкова.

– Говоря по чести, не очень, – развел руками капитан-лейтенант.

Затем на нашу палубу поднялся Брюс и сразу же рванул с места в карьер. Его длинные, торчащие клиньями, словно клыки старого моржа, белоснежные от седины бакенбарды воинственно топорщились, когда он по укоренившейся привычке выпячивал нижнюю челюсть. Смотрелось это не столько грозно, сколько забавно. Но ради соблюдения приличий я все же задавил улыбку на корню.

– Милорд, – почтительно, но вместе с тем достаточно твердо заявил он. – Правительство её величества королевы Виктории уполномочило меня заявить решительный протест в связи с безобразным поведением ваших матросов!

– Помилуйте, сэр Генри, – удивился я. – Но мы только прибыли, и мои люди еще не успели ничего натворить!

– Вот пусть так и остается!

Окончательно ситуацию смог разъяснить только наш посланник Дмитрий Григорьевич Глинка.

– Да не берите в голову, ваше императорское высочество, – вздохнул он. – Ничего ужасного, в сущности, не случилось. Ну поссорились морячки на берегу, так что с того? Всякий чиновник, прослуживший достаточное время при консульствах, знает, что дело это настолько обыкновенное, что не стоит чернил и бумаги для составления дипломатических нот.

– А бразильцы отчего куксятся?

– Да как вам сказать. С одной стороны, они, конечно, обижены. Народ тут в Латинской Америке, извольте видеть, горячий. Иной раз не хуже наших черкесов, только те за кинжалы хватаются, а здешние за мачете! С другой, их англичане накручивают, мол, эти дикие русские совсем никого не уважают! Вот и вышел дипломатический демарш на совершенно пустом месте.

– А что император?

– Ну а что, император? Дон Педру человек хоть и молодой, но разумный и лишних конфликтов не желает. Однако же, англичане, уж простите за каламбур, ближе к телу.

– Я так понимаю, местная торговля сильно завязана на островитян?

– Правильно понимаете. Только не сильно завязана, а совершенно от них зависит. И не только торговля, но и вся экономика. Поэтому выбирать в данной ситуации ему не из чего. Поэтому, если вам будет угодно выслушать мой совет, последуйте примеру Лихачева. Монтевидео и впрямь городок хоть и небольшой, но стоянка там удобная и цены дешевые. Не говоря уж, что лихорадка, оборони Господи, там не злобствует.

– Знаешь что, Дмитрий Григорьевич, – задумался я. – Договорись с его бразильским величеством об аудиенции. Сможешь?

– Отчего же нет? Жизнь тут не самая веселая, а вы человек известный, на вас взглянуть всякому любопытно. Сделаю, если охота есть.

– Уж постарайся.

Император всея Бразилии Педру II и впрямь молод. Всего на два года старше меня и в целом для латиноамериканского политического деятеля человек вполне приличный. К тому же не чужд прогрессу, как техническому, так и социальному. Строит железные дороги, собирается телеграф прокладывать. Работорговлю, опять же, запретил. Рабство, само по себе, правда, пока не тронул, потому как основа экономики, понимать надо!

Императорский дворец Сан-Кристован расположен за городом и, по словам господина Глинки, несмотря на перестройку в стиле классицизма все еще напоминает большую фазенду какого-нибудь местного помещика. Так это или нет, судить не берусь, ибо фазенды видел только в прошлой жизни по телевизору. Но плантации с работающими неграми вокруг него присутствуют, служанки самых разных оттенков кожи в пышных платьях и с тюрбанами на голове тоже водятся. А про тропическую природу и говорить нечего, красота такая, что и не опишешь. И это при том, что сейчас тут вообще-то зима и никакого буйства красок по местным меркам не наблюдается. Так, серые будни…

Прием был, что называется, неофициальным. В отличие от вечно затянутых в военную форму европейских монархов дон Педру в обыденной жизни предпочитал более удобное партикулярное платье. Причем довольно цветастое. Фрак на нем, к примеру, был светло-коричневый, а вот жилет и панталоны ближе к песочному цвету. Рубашка, разумеется, белая, но галстук яркий и похожий на одного из попугаев, в изобилии летавших вокруг императорской резиденции. При всем при этом он довольно высок, статен и… бородат и русоволос! Ни дать ни взять, сын купца первой гильдии, приехавший из провинции покорять столицу!

Его супруга – донна Тереза Кристина была из рода Сицилийских Бурбонов и приходилась родной теткой моему приятелю Неаполитанскому королю Франциску. Одетая тоже довольно скромно, но, как мне кажется, с куда большим вкусом, чем ее царственный супруг. Говоря по чести, никто, находясь в здравом рассудке, не назвал бы императрицу красивой женщиной, но в ней, что называется, чувствовалась порода.

В общении, впрочем, оба они оказались вполне приятными людьми. Я представил им Стасю с Николкой, они мне своих дочерей Изабеллу и Леопольдину. Николя несмотря на то, что обе принцессы были старше его, вел себя образцово и, кажется, сумел произвести на них впечатление. Чует мое сердце – дон Жуан растет…

В общем, обед прошел, что называется, в теплой и дружественной обстановке, и пока императрица со Стасей обсуждали какие-то свои пустяки, у нас с доном Педру тоже нашлись темы для обсуждения. Начали, конечно, с погоды, но потом плавно перешли к делам. Как оказалось, даже тут на краю земли многие с интересом наблюдали за происходящим в далекой России. Успешная война с Англией и Францией, политические реформы, освобождение крестьян. Все это живо интересовало бразильского императора, тем более что многие проблемы, стоявшие перед нашими странами, оказались весьма сходными.

В конце концов, Бразилия тоже была богатой, но слабо развитой державой с обширными и не до конца освоенными территориями. Основой экономики и у нас, и у них был экспорт. Просто в одном случае экспортировался хлеб, а в другом кофе. И выбраться из этого порочного круга было не так-то просто…

– Вам стоит развивать промышленность, ваше величество. Сначала заводить собственные мастерские или небольшие заводы и фабрики. Всячески поддерживать и укреплять их. Да, это будет непросто, но другого выхода нет. Иначе ваша прекрасная страна попадет в кабалу…

– Вы говорите об Англии? – понимающе усмехнулся дон Педру.

– Не только. В вашей части света есть куда более опасный хищник. Сейчас он еще молод и неопытен, и его время еще не пришло, но оно уже не за горами.

– Соединенные Штаты?

– Именно.

– Простите, дон Константин, но мне кажется, вы преувеличиваете. Северо-Американские Штаты, конечно, сильны, но далеко не так, как им кажется. Здесь в Южной Америке их Доктрину Монро никто не воспринимает слишком серьезно. Их потуги на доминирование просто смешны.

– Пока да. Но что будет завтра? Они быстро растут и укрепляются. И знаете что, они готовы воевать с теми, кто хотел бы, чтобы их страна, как и ваша, целиком и полностью зависела от экспорта сырья.

– Вы полагаете, конфликт между Севером и Югом неизбежен? – проявил осведомленность император.

– Да. Причем Северяне в ней победят.

– А вы собираетесь поддерживать победителей?

– Поддерживать⁈ – усмехнулся я. – Помилуйте, ваше величество, но лично я собираюсь на этой войне заработать!

– И как же?

– Скорее всего, продавать оружие.

– Северянам?

– И тем и другим, разумеется.

– А вы откровенны.

– Неужели ваше величество желает, чтобы я вам врал?

– Нет, конечно. И знаете, я немного завидую вашему умению извлекать из всего прибыль.

– А вам кто мешает?

– Простите?

– Дон Педру, вы правитель огромной и, не побоюсь этого слова, баснословно богатой страны. Деньги валяются у вас под ногами. Нужно лишь поднять их… И нет, – продолжил я, видя выражение лица бразильского монарха. – Я говорю не о повышении налогов, продаже должностей, коррупции и тому подобных глупых вещах. Нет, только и исключительно о производстве, торговле и выгодных вложениях.

– Например? – явно заинтересовался бразильский монарх.

– Ну давайте начнем с чего-нибудь совсем простого и никому пока не интересного.

– Неинтересного?

– Ну да. Основа вашего экспорта – кофе. Но на этом рынке все давно поделено, и если вы попытаетесь туда слишком уж сильно влезть…

– Я понял, – мягко улыбнулся Педру.

– Ну и прекрасно. Поэтому давайте посмотрим, скажем, на гевею.

– Гевею?

– Угу.

– Но мы и так продаем ее. Немного, но…

– И сколько, позвольте спросить, из этого «немного» достается лично вам?

– Э… – явно затруднился ответить император.

– Рискну предположить, что нисколько. А между тем, лет через десять, самое большее пятнадцать, цена на сок гевеи взлетит… даже не знаю, с чем сравнить. До неба!

– Вы серьезно?

– Абсолютно!

– Ну что же, – немного подумав, ответил Педру II. – Это очень хорошая новость. У нас существует государственная монополия на продажу этого товара и, если он начнет приносить такую прибыль…

– И снова тот же вопрос.

– Какой?

– Сколько из этого потока денег окажется в вашем распоряжении? Или же на нем, как и на кофе, будут делать состояние совсем другие люди?

– Предлагаете мне стать владельцем плантаций?

– И это тоже. Но не только.

– Простите, я вас не понимаю.

– Да все просто. Во-первых, Бразилия не сможет обеспечить весь необходимый спрос. Во-вторых… давайте прямо. Как долго вы сумеете удерживать монополию?

– Гевея растет только у нас, и вывоз семян или саженцев строго запрещен. За это, если вы не знали, у нас вешают.

– Весьма похвальная решимость! Вот только чиновников у вас много, и все они хотят кушать с серебра. И если какому-нибудь таможеннику предложат на минуту отвернуться…

Судя по выражению лица императора особых иллюзий насчет честности своего государственного аппарата он не испытывал.

– И что же делать?

– Знаете, у нас в армии есть забавная поговорка. Если начальник не может пресечь какое-нибудь безобразие, ему следует его возглавить.

– Наши военные во время всякого рода бунтов так и делают, – скривился дон Пудру. – Но я так и не понял…

– Как я уже говорил, Бразилия не сможет обеспечить весь необходимый объем добычи природного каучука. Поэтому рано или поздно плантации гевеи появятся и в других местах. Скорее всего в Юго-Восточной Азии, возможно и в Экваториальной Африке. Земли там много, трудолюбивое и дешевое в найме население тоже имеется… Если начать действовать прямо сейчас, то к началу каучукового бума там будут настоящие латифундии, приносящие баснословную прибыль.

– И кому они будут принадлежать?

– Частным лицам, разумеется. И только вам решать, будет ли среди этих счастливцев имя вас… и ваших дочерей.

– Дочери императора будут владеть плантациями?

– Дочери императора будут богатейшими невестами!

– Теперь я знаю, как выглядит змей-искуситель! – потрясенно прошептал дон Педру. – У него ваше лицо, дон Константин!

Я был прав, несмотря на богатства своей страны он был постоянно стеснен в средствах, ведь денег много не бывает, даже если ты император… хотя правильней, наверное, денег не хватает, в особенности если ты император!

Больше того, он прекрасно понимал, что власть его не прочна, а позиции республиканцев, напротив, сильны и у него есть все шансы стать последним представителем династии на своем троне. А ведь у него дочери, которых хотелось бы обеспечить…

– Как вы это себе представляете? Даже если я вложусь в плантации за рубежом, у меня нет сил удержать их. Англичане или французы, или и те, и другие мгновенно оставят меня ни с чем!

– У вас нет, – согласился я. – А вот у Российского императорского флота найдутся.

– Вот значит как? – испытующе посмотрел на меня бразилец. – Вы тоже хотите получить прибыль…

– Боже правый, а вы думали, о чем я вам тут битый час толкую⁈ Разумеется, я хочу заработать. И предлагаю вам участвовать. Подыщем подходящий участок земли, который станет колонией Российской Империи, либо владением частной компании, по образцу Гудзонобайской или Русско-Американской, и обустроим плантации. Мой вклад – земля и защита ее от внешних посягательств. Ваш – семена гевеи и люди, знающие, как за ней ухаживать.

– Если об этом узнают, я лишусь трона!

– А если не узнают, сможете удержаться на престоле и передать его наследникам?

– Мне нужно подумать.

– Подумайте. Дело это небыстрое, но и каучуковый бум случится не завтра. Успеем.

– Вы понимаете, что предлагаете мне государственную измену?

– Ничего похожего. Я ведь объяснял, что каучука потребуется много и цена на него в любом случае останется высокой. Так что интересы Бразилии не пострадают. А вот у вас появится возможность обеспечить себе и своим потомкам безбедное существование вне зависимости от судьбы бразильской монархии.

– А ведь вы без меня не справитесь!

– Как и вы без меня. Разница лишь в том, что я в любом случае найду способ заработать.

Если честно, то живописуя Педру предстоящий каучуковый бум и открывающиеся перспективы, я немного лукавил. То есть он, конечно же, случится, но не через 10–15, а через 30 и даже более лет. Но, как уже было сказано, готовиться надо прямо сейчас. К тому же я мог позволить себе такой горизонт планирования…

А вообще, технический прогресс – дело такое. Его ведь можно и подстегнуть!

[1] Залив Рио-де-Жанейро похож на устье большой реки, за что и получил свое название от португальцев, добравшихся сюда 1 января 1502 г.