Текст книги "Любовь по ошибке (СИ)"

Автор книги: Анна Жилло

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

73

Елена

В четверг мы с Иркой устроили посиделки у меня дома. Мама после бассейна забрала Тима на дачу, а Кирилл вечером повез Ксю к стоматологу: Анна в этой ситуации сама справиться не могла.

Ирке я позвонила еще в воскресенье, но она быстренько от меня отделалась: я не дома, не одна, и вообще все при личной встрече. Узнав о визите к зубному, я выставила подруге ультиматум: или она приезжает ко мне, или я смертельно обижусь, потому что это свинство. И выпью в одни ворота вино, которое она нигде больше не попробует, если только не поедет в Несебр.

Вино «Месембрия», кстати, действительно было уникальным. Я попробовала его еще в первый приезд, и оно стало старшим козырем в пользу того, чтобы вернуться. Продавали его только в одной маленькой винодельне Старого Несебра: белое, красное и миндальное. Злые языки утверждали, что фичей сделали технологическую ошибку процесса, но даже если и так, фича получилась замечательная. И вкус тоже. Я не пожалела пятнадцати евро, чтобы заплатить пошлину за лишние две бутылки сверх разрешенных трех литров.

Уж не знаю, что испугало Ирку больше, но в семь вечера она уже была у меня. Я открыла белое, нарезала болгарский буйволячий сыр, выложила в миску виноград.

– Ну? – поинтересовалась, когда мы выпили и Ирка застонала от восторга, закатив глаза к потолку.

– Суперское вино, – она поправила челку, и я сообразила, что у нее новая стрижка, очень стильная. И явно из дорогущего салона.

– Я не про вино. Колись давай.

– А что, Ковалев тебе ничего не сказал? – заюлила Ирка.

– Что?! – я аж подпрыгнула, чуть не опрокинув бокал. – Выходит, он знал, а мне не обязательно?

– Лель, послушай, только не бей его. Это я попросила, чтобы тебе ничего не говорил. Пока сама не расскажу. Правда, думала, что все равно проболтается. Гляди, какой партизан, оказывается!

– Ну так рассказывай, такую-то мать, что кота за бубны тянешь?

– Ты в курсе, что отчим Ксюши едва не присел за хулиганку? – Ирка бросил в рот кубик сыра. – Отделался штрафом, возмещением ущерба здоровью и условным сроком. Но в СИЗО покантовался. Со всей неприятной попоболью. Во всех смыслах.

– Ну да, Кирилл говорил. А ты тут при чем?

– А при том, что хулиганка эта была тщательно срежиссирована и спровоцирована.

Я тупо ничего не понимала и злилась все больше.

– Подожди, Ир. Ты хочешь сказать, что вы с Кириллом это провернули? Чтобы Гриша попал под следствие и им там малость попользовались?

– Не совсем, – она посмотрела на меня снисходительно. – Кирилл попросил Дарьялова. Ну того, который...

– Да помню я, кто такой Дарьялов. Дальше!

– То есть он не просил конкретно вот так сделать. Просто изложил ситуацию. Тот сказал: все будет путем, но в обмен на консультанта его компаньона. То есть на меня.

– И Ковалев тебя сдал?! – я, кажется, завелась не на шутку, потому что чувствовала себя глупее не придумаешь.

– Да перестань ты перебивать уже! – поморщилась Ирка. – Нет. Дрался за меня, как лев. Во всяком случае, так говорил. Мол, я не при делах и к их с Мининым проблемам отношения не имею. Дарьялов сказал, что хочет предложить мне работу. Если соглашусь на встречу. Кир позвонил мне. Я со стремом согласилась. С одной стороны, где гарантия, что он не закатал бы меня в бетон? С другой, шанс работать на такого человека выпадает нечасто. Тут уж пан или пропал.

– Да кто он такой вообще? Я только и слышу: Дарьялов, Дарьялов. Крутой бизнесмен? Криминальный авторитет?

– Тебя в гугле забанили? – Ирка насмешливо оттопырила губу и подлила себе еще вина. -Он всего помаленьку. Депутат областного заксобрания. Бизнесом официально заниматься не может, поэтому все оформлено на сыновей, которые за границей живут. Ну а криминал. сама понимаешь. Короче, поехала я, дрожа коленками. У него дом в Выборге, а в Питере квартира и офис на Восстания. Вот туда и поехала. Встретил так любезно, кофием напоил с коньяком, поговорили. Действительно предложил работу. У него есть чисто финансовый консультант, в законах слабоватый. Есть юрист – в бизнесе ноль. А я вроде как шампунь и бальзам в одном флаконе. Ну а потом.

– Кажется, догадываюсь, – хихикнула я.

– Да, знаешь, все получилось молниеносно. Дело было к вечеру, пригласил в ресторан. А после ресторана.

– Поехали к нему. Ясненько. Он, кстати, женат?

– Нет, в разводе. Дети взрослые.

Я дотянулась до телефона, забила Дарьялова в поиск. Раньше как деловой партнер Кирилла он не слишком меня интересовал, а вот в качестве Иркиного любовника – стало любопытно.

Коренной питерец, пятьдесят один год. Впрочем, по фотографии и не скажешь, выглядит моложе. Темные волосы с проседью, жесткие черты лица, ледяной взгляд светлых глаз.

– Какой-то он... жутковатый, – я передернула плечами. Было в нем что-то хищное, волчье.

– Волчара, – словно прочитав мои мысли, Ирка улыбнулась совершенно незнакомой улыбкой. – Кстати, они с твоим Ковалевым похожи, поэтому и ладят. Дарьялов о нем очень хорошо отзывается. Только он уже матерый, а Кир еще так. волчок пока. Хотя и зубастый.

– Не староват для тебя?

Ирка усмехнулась и потянулась, как сытая кошка.

– Да он молоденьким сто очков даст. Если ты про постель. И в целом. – она резко посерьезнела. – Не знаю, Лель, как будет, не хочу ничего загадывать. Но пока все отлично. А больше всего мне в нем нравится то, что не пытается показать свою силу. Я же понимаю, почему у меня ни с кем ничего путного не получалось. Видимо, я привлекаю очень специфических мужчин. Причем двух сортов. Об одних только ноги вытирать, а другие сами норовят вытереть. И вдруг попался по-настоящему сильный мужик, которому нет нужды выяснять, у кого из нас яйца круче сварены.

– Ир, – я села рядом и обняла ее, – дай бог, чтобы все нормально сложилось. Рада за тебя, честно. А то в последнее время аж неловко было. Что у меня все хорошо, а ты.

– Глупости, – отрезала Ирка и разлила по бокалам остатки вина. – Давай за нас, красивых. И за тех, кто делает нас счастливыми. А теперь расскажи, как съездили.

Вот тут я малость скисла, потому что отдых получился так себе. На задержке Ирка посмеялась, на Тимкиной ревности к Ксю вздохнула сочувственно, а вот появление Пашки ее встревожило.

– Знаешь, Лель. – она взяла гроздь винограда и принялась методично общипывать. – Не хочу тебя пугать, но. Уже то, что сам подошел, – нехороший знак. Он ведь слинял, едва узнал, что ты беременна. Ну да, почти десять лет прошло. Ты могла аборт сделать, но могла и родить. Он к тебе: «Лена, сколько зим, сколько лет», а ты: «Ага, дорогой папаша, а не хочешь ли наконец ребеночка материально обеспечивать?» Так что если ломанулся, значит, морально готов. Иначе обошел бы десятой дорогой и в ближайшие пару недель из дома не выходил. А уж если открытым текстом сказал, что хочет видеть.

– И что? – спросила я, снова накренившись в тоску.

– Да ничего. Будем надеяться, что расстояние его притормозит. Или жена не захочет, чтобы общался с ребенком. Потому что общение в данном случае таки подразумевает денежный эквивалент. Но расслабляться я бы на твоем месте не стала. Ладно, скажи лучше, когда детей будете знакомить?

– В субботу. В Петергоф поедем.

– В Петергоф? – хмыкнула Ирка. – Странная идея. Его или твоя?

– Моя, – буркнула я. – Чего странного? Тиму там нравится, Кирилл сказал, что Ксюше тоже.

– Ну ладно, – она пожала плечами. – Нравится так нравится. Может, и ничего.

74

Кирилл

– Ты думаешь, это хорошая идея? – спросил я, когда Лена предложила поехать в субботу в Петергоф.

– А почему нет? – удивилась она. – Обещают жару, а там прохладно. В воде подрызгаться можно. Особенно где маленькие фонтанчики обливаются. Надо только захватить, во что их переодеть, чтобы мокрые потом не ходили. Ксюша была там?

– Мы в прошлом году ездили, ей понравилось. Особенно маленький такой, внизу, рядом с Самсоном. Там еще собака по кругу за утками плавает.

– Да, Тиму тоже нравится. Я специально брала мелочь из банки – десять копеек, пятьдесят. Чтобы на собаку и уток бросать. А во дворце вы были?

– Туда летом не попасть. Полдня в очереди стоять. Мы сделали хитро. Поехали зимой с экскурсией. На автобусе.

– Действительно хитро, – кивнула Лена, застегивая молнию на юбке. – Ну так что?

– Ну давай попробуем.

Я согласился, хотя и без особого энтузиазма. Уж больно много было в этом плане скользких мест. Например, как добираться? Ехать вместе или встретиться там? Как отползать в окопы, если что-то пойдет не так?

Наконец, после долгих дебатов, мы пришли к некому консенсусу. Поедем каждый на своей машине, встретимся там. Если что – просто вернемся домой. По крайней мере, будем избавлены от того, что детям придется сидеть бок о бок на обратном пути.

Неделя получилась заполошная, с кучей мелких рабочих проблем, которые приходилось решать оперативно. Поход с Ксю к стоматологу традиционно отожрал у меня несколько недель жизни, потому что после каждого такого визита мне хотелось задушить ее и повеситься самому. Ну, или напиться в хлам. Кстати, миндальное вино, которое привезла Лена, оказалось совершенно невероятным.

– Прости, родная, – сказал я, попробовав, – но я буду пить его один. По ликерной рюмке в часы уныния. Как лекарство.

В пятницу мы встретились днем, и Лена спустила на меня полкана за то, что я не рассказал ей об Ирке и Дарьялове. Хотя та и просила ее этого не делать – не убивать меня за молчание.

– Знаешь, я хоть и рада за нее, но все равно как-то волнуюсь, – сказала она задумчиво. -Сейчас-то от нее искры летят, цветет и пахнет. А если опять получится облом?

– Не надо, – я обнял ее. – Что будет, то и будет. Никто ни от чего не застрахован.

– И мы? – она потерлась макушкой о мой подбородок.

– И мы. Но я очень надеюсь, что у нас все будет хорошо.

Ксю тоже стояла на голове всю неделю. Задавала кучу вопросов про Тима, на половину которых у меня не было ответов. Не вылезала из телефона, читая в интернете про Петергоф и фонтаны: видимо, рассчитывала поразить его эрудицией. Страдала, как лучше причесаться и что надеть. К пятнице у нее едва дым из ушей не валил.

– Успокойся, – просил я ее. – Чем меньше будешь строить из себя что-то эдакое, тем лучше. Представь, что это... ну не знаю, твой одноклассник.

Впрочем, пример получился явно неудачный. Одноклассники по умолчанию заглядывали ей в рот, даже если она говорила страшные глупости.

– А если вдруг пойдет дождь? – доставала она меня. – А если мы с ним друг другу не понравимся?

– Угомонись! – рявкнул я, теряя терпение. – Дождь по прогнозу не обещают. Но если вдруг, поедем в аквапарк. А если не понравитесь. ну не знаю, придется потерпеть. В конце концов, это мы с Леной собираемся пожениться, а не вас с Тимофеем поженить.

– Спасибо и на этом, – надулась Ксю.

– Солнце мое, – я подул ей на макушку. – Давай не будем начинать все сначала. Даже если вы с ним друг другу страшно не понравитесь, это не означает, что мы не поженимся. Будем и дальше встречаться все вместе, ходить куда-нибудь, чтобы вы друг к другу постепенно привыкали и учились общаться мирно.

– Я понимаю, пап, – вздохнула она. – Будем стараться. Ну, я точно буду. Обещаю.

Конечно, я прекрасно знал цену ее обещаниям, но приходилось играть теми картами, которые сданы.

Дорога показалась мне бесконечной. Она и так-то была очень даже неблизкой, а тут еще Ксю сзади без конца ныла. Шорты стоило надеть другие, сандалии некрасивые, жарко, хочется пить, сидеть неудобно – и так до бесконечности. К тому моменту, когда мы добрались и нашли – с огромным трудом! – место для парковки, я проклял эту идею вдоль и поперек.

«Мы у касс!» – пришло сообщение от Лены.

Когда мы с Ксю подошли к кассам, я будто снова оказался на вышке для прыжков, а внизу, где-то страшно далеко, блестела вода.

Ну. с богом!

Лена чмокнула меня в щеку, я протянул руку Тиму. Ксю посмотрела на это, чуть оттопырив губу, и демонстративно полезла обниматься с Леной. Косясь на Тима.

Вот ведь мартышка!

– Так, это Тимофей, это Ксения, будьте знакомы, – представил я их друг другу.

– Привет, – буркнул Тим.

– Привет, – с лисьей улыбкой ответила Ксю.

– Билеты я купила, пошли, – Лена так же демонстративно взяла меня под руку: нравится вам это или нет, поросята, но придется смириться.

Один из законов Мерфи гласит: если что-то может пойти не так, оно пойдет не так. Не успели мы подойти к первому фонтану, Ксю начала вываливать весь свой багаж знаний. Тим вздернул брови, потом сдвинул – и вполне ожидаемо ответил тем же. Ксю растерянно заморгала.

Мда, пожалуй, мне следовало ее предупредить, что умничать – прерогатива Тима. А ей следует восхищенно ахать и охать. Хотя, разумеется, она бы на подобное не согласилась.

Чем дальше, тем становилось только хуже. Нет, они вели себя идеально. Такой утонченной дипломатии позавидовали бы многие взрослые. Но неприязнь сквозила в каждом слове, в каждом жесте и каждом взгляде. Похоже, они невзлюбили друг друга с первого мгновения. Хотя, наверно, готовы к этому были намного раньше. Как только узнали о существовании конкурента.

– Вон туда, вон туда иди, – коварно показывал Тим якобы безопасное направление, пробираясь по камешкам «шутейных» фонтанов. И едва заметно улыбался, когда из-под них вырывались струи, окатывая Ксю с ног до головы.

– Ты левый глаз прикрывай, – лицемерно советовала Ксю, когда они кидали монетки на спины уток. – Так точнее будет.

Тим кидал монетку, зажмурив левый глаз, она летела мимо утки, а Ксю хихикала в кулачок. И с деланной озабоченностью советовала проверить зрение. Тим, до недавнего времени носивший коррекционные очки, стискивал зубы. Похоже, ему хотелось спихнуть Ксю к этим самым уткам.

Я вообще очень любил Петергоф. И не только сами фонтаны, хотя уже одно это было великолепно. Но еще – особый запах водяной пыли, висящую в воздухе едва заметную радугу, хрустящий под ногами влажный песок дорожек. Ощущение, что закроешь глаза и провалишься... в восемнадцатый век – буйный, бурный, пышный.

Но сейчас было точно ни до чего.

– Кошмар! – процедил я сквозь зубы, присев на край фонтана.

Адам за спиной злорадно ухмылялся. Или Ева? Мне было уже все равно.

– Мда... – согласилась Лена, устроившись рядом и наблюдая, как Ксю и Тим пикируются с ядовитыми физиономиями. – Первый блин комом. Давай их по-быстрому где-нибудь накормим и домой поедем. У меня такое чувство, будто полдня картошку копала.

– А я, когда учился, на стройке впахивал. Ямы рыл. Так что да, похоже. Ну хоть не подрались, уже неплохо.

Мы пообедали в небольшом летнем ресторанчике и поднялись обратно в верхнюю часть, туда, где входили.

– Ну что, может, завтра в аквапарк сходим? – предложил я, прощаясь у Буратины.

Лена едва заметно покачала головой, но я сделал вид, что не увидел.

Ты со своей гениальной идеей уже пролетела, дорогая. Так что права голоса временно лишаешься.

– Супер! – одобрил Тимофей.

– Ну. можно и в аквапарк, – кисло согласилась Ксю.

75

Елена

– Мам, она дура и кривляка, – заявил Тим, едва мы отъехали.

– Наверняка она то же самое подумала о тебе, – отбила подачу я. – Вы вели себя одинаково глупо и некрасиво. Как будто специально. Стыдоба!

Тим не ответил. И всю дорогу просидел молча, таращась в телефон. Я чувствовала себя выпотрошенной. И не меньшей дурой. А ведь казалось, что Петергоф – замечательная идея. Впрочем, аквапарк – это было намного глупее.

Дома я развесила мокрую одежду в ванной и там же набрала номер Кирилла. Убедившись предварительно, что Тим в своей комнате уткнулся в планшет с новой стрелялкой.

– Послушай, это не лучшая затея, – я с ходу пошла в атаку. – Ксю не умеет плавать, ты сам говорил.

– Вот как раз и поучить ее можно будет.

Я подумала, что Кирилл разозлился и уперся рогом. Обычно в таких ситуациях соображалка у него временно отключалась. Как и у меня.

– Но вы-то с Тимом как рыбы. Головой подумай сам. Я бы на ее месте чувствовала себя неловко.

– Лен, не наводи панику. Я у нее спросил. Она сказала: все нормально.

– Да? – я с досадой пнула свалившееся с крючка полотенце. – А больше она тебе ничего не сказала?

– Насчет Тима? – уточнил он. – Дословно процитировать? Думаю, не стоит. Если кратко, то он ей не понравился. Как и она ему. Это было очевидно. Вопрос в том, как долго нам придется с этим бороться.

– Кирилл, бороться с этим можно всю оставшуюся жизнь. Без особых успехов. Вопрос в другом. Как научить их азам мирного сосуществования.

– Как научить? В теории – разговаривать. С каждым по отдельности. На практике -встречаться. Вот завтра как раз встретимся.

– Послушай, – я сделала еще одну попытку. – Может, все-таки не аквапарк? Что-нибудь другое? Ну не знаю, например, на Крестовский? На аттракционы?

– Перестань, а? – он явно завелся. – Одна твоя замечательная идея уже пролетела мимо кассы. Отдохни, хорошо?

– Ладно, – обиделась я. – Только потом не говори, что тебя не предупреждали.

– Океюшки... Лен, мы сегодня оба на взводе, так что давай не будем? Пока не поругались.

– Хорошо. Целую. До завтра.

– Мы за вами заедем. Часиков в десять. Пока!

Я отключилась, готовая расплакаться. Потому что ничего хорошего от завтрашнего дня не ждала. И оказалась права на все сто процентов. Нет, на сто сорок шесть.

– Вот что, Тим, – сказала я, когда мы спускались в лифте. – Ксюша плавать не умеет, так что...

– Да?! – перебил он. С таким видом, как будто не уметь плавать – это постыдный диагноз. -А что она вообще умеет?

– Так!.. – я хотела рявкнуть, мол, еще одно слово, и разворачиваемся домой, но вовремя сообразила, что сделаю только хуже. – Мы, кажется, вчера все это обсудили, и ты обещал вести себя прилично.

– Хорошо, – буркнул он.

У парадной я оставила сумку на скамейке с Тимом за сторожа, а сама пошла на стоянку за бустером. А когда вернулась, поняла, что опоздала к началу второй серии. Тим и Ксю стояли у машины надутые, а Кирилл сердито смотрел то на одного, то на другого.

– Проблемы? – поинтересовалась я, поцеловав его. – Здравствуй, Ксюша.

– Нет, – натянуто улыбнулась Ксю. – Никаких проблем. Здравствуйте, Елена.

– Никаких, – так же мрачно подтвердил Тим.

Как они умудрились сцепиться за те несколько минут, пока меня не было, так и осталось тайной. Кирилл пожал плечами и сел за руль. Я пристроила бустер, пристегнула сначала Тима, потом Ксю и поставила между ними сумку – как буфер.

Всю дорогу до «Питерлэнда» в машине висела напряженная тишина, но это все было ерундой по сравнению с тем, что началось в самом аквапарке. С того момента, когда я пошла с Ксю в женскую раздевалку, а Кирилл с Тимом в мужскую. Казалось бы, что тут такого – но нет, судя по виду обоих маленьких паршивцев, это обстоятельство вызвало у них вспышку иррациональной ревности. И понеслось...

– Мам, можно мне на оранжевую? – косясь на Ксю, умоляюще заныл Тим. – С Кириллом?

Из всех взрослых горок только на эту пускали с восьми лет. Но Ксю, с ее неумением плавать, светил всего лишь детский городок с бассейном глубиной по колено и двухметровыми горками. Разумеется, ей было обидно. Именно это я и пыталась накануне безуспешно донести до Кирилла.

– Лен, мы разок, ладно? – Кирилл сейчас выглядел таким же мальчишкой и наверняка скрестил за спиной пальцы – насчет «разка».

– Да делайте вы что хотите, – я махнула рукой и повернулась к Ксю: – Ну их лесом, пойдем по речке поплаваем.

– Хорошо, – вздохнула она.

Мы выловили из бассейна свободные ватрушки и потащили их к «ленивой реке» – каналу с медленным течением, проложенному по периметру аквапарка. Надо было видеть, с каким выражением Ксю поглядывала на Кирилла и Тима, забиравшихся по лестнице на пиратский корабль, от которого вниз спускались все пять горок.

– Елена, можно узнать у вас одну интимную вещь? – в своей обычной трагикомической манере спросила она, когда мы дрейфовали рядышком, любуясь псевдотропическим пейзажем.

– Ну? – я заранее напряглась.

– Скажите, вы. бреете ноги?

– Что? – уж не знаю, чего я ждала, но точно не этого. Ксю умела удивить. Как и ее папаша.

– Ну. Вы такая. южная женщина. И я. Того же типа. А у южных женщин шерсть на ногах. И усы. Мне тоже надо будет как-то с этим бороться.

Я изо всех сил старалась не рассмеяться.

– Ксю, шерсть на ногах не только у южных. Просто у них она темная, поэтому заметнее. И тебе до шерсти еще лет пять как минимум, а может, и больше.

– Надо знать заранее, – категорично заявила она. – Не с папой же мне это обсуждать. Можно с Анной, но лучше, наверно, с вами.

– Обязательно обсудим. Кстати, я думаю, ты можешь обращаться ко мне на ты.

Ксю улыбнулась, но тут же скисла.

– Это здорово, но, наверно, пока не надо.

Я в очередной раз обозвала себя овцой. Ребенку и то понятно, что если она обратится ко мне так прежде, чем Тим перейдет на ты с Кириллом, ничем хорошим это не кончится. Как, впрочем, и обратный вариант.

– Ладно, подождем пока, – кивнула я и подтолкнула ее ватрушку вперед.

Когда Кирилл с Тимом наконец накатались с оранжевой горки, – раз десять, не меньше! -мы все вместе пошли в бассейн с волнами. Но стоило Кириллу в очередной раз начать учить Ксю плавать, Тиму приспичило показать, как он освоил тот самый разворот-сальто. Ксю уже готова была разреветься, но тут, к счастью, включили волну, и я потащила ее прыгать в прибое.

По правде, мне самой хотелось реветь от злости. Наподдать как следует Тиму и немножечко убить Кирилла. Можно было тысячу раз сказать «а я предупреждала», но кому от этого стало бы лучше?

Наконец эта пытка закончилась – мы пошли к выходу. Дети бросали друг на друга ненавидящие взгляды. Кирилл понял, что ступил, и упорно избегал смотреть в мою сторону. От меня разве что током не било. Пока я в раздевалке сушила волосы себе и Ксю, немного успокоилась, но стоило нам оказаться всем вместе, снова начало потряхивать.

– Стойте здесь, – сказал Кирилл, когда мы вышли на улицу. – Я подъеду.

Он отправился за машиной, и тут выяснилось, что моя сумка осталась в камере хранения.

– Постарайтесь не убить друг друга за пять минут, – попросила я. – Сейчас приду.

Но когда вернулась, обнаружила, что холодная война перешла в горячую фазу. Ксю рыдала на весь Приморский район, а Тим стоял поодаль, засунув руки в карманы и грозно насупившись.