Текст книги "За тебя. Вернуть (СИ)"
Автор книги: Анна Водолей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)
Холодные руки бережно ласкают тело, бегают осторожно пальцами, дотрагиваются до лица, стараясь успокоить и забрать страх и боль. Нежное тепло окутывает плотным коконом, и я невольно вытягиваюсь в этом чистом голубом свете, спеленавшим меня.
Как хорошо. Как тепло.
-Доверься мне, – безликий голос мягко касается ушей, баюкает, дарит покой и безмятежность.
Касается губ и перебирает волосы, как шаловливый ветерок.
-Доверься, – голос медленно отступает, и голубой свет тугими лентами впивается в тело, не причиняя страданий. Напротив, теперь он греет изнутри. Теперь он защищает меня.
-Я верю, – прозрачный столб белого света пронзает насквозь, расширяется и...
-Поднимайся! – пинок по ногам разрывает сон в мелкие клочья. – Вставай! Пошла!
Единственный источник света – факел у решетки – загораживает высокая худощавая фигура в каком-то подобии формы, она зла на весь мир и на меня в частности, а потому не стесняется в применении физической силы. И, да, эту фигуру нисколько не смущает, что перед ней молоденькая девушка, перепуганная до дрожи.
Я несуразно хлопаю глазами, приходя в себя. Стражник не унимался и, вконец озверев, больно схватил за шкирку и потянул на выход.
Он протащил меня несколько метров по полу, но я вывернулась и встала на ноги, одергивая куртку. За что получила еще один немилосердный удар в живот, заставивший согнуться и заскрипеть от боли.
–Пшла, – выплюнул он мне в спину и ногой помог набрать ход. Я споткнулась и едва удержала равновесие, не полетев носом вперед. На глазах от обиды выступили слезы.
Длинные узкие коридоры, так же пропахшие влагой и плесенью, сменились большим освещенным залом с высокой огороженной площадкой. Я как можно четче запоминала дорогу, повороты, чтобы...ну, вдруг.
С опаской осматривала помещение, ожидая, когда же начнут появляться вайреки, зрители и та девушка из соседней камеры, собравшаяся снова убивать.
Тошнота подкатила к горлу, желудок сделал кульбит, перед глазами поплыло. Тело ныло от жестоких ударов. Но нельзя подавать вида, что подобное отношение задело или обидело, это только разозлит.
Учтивый стражник впихнул меня в зону ринга и, убедившись, что жертва распласталась по каменному полу, разодрав в кровь ладони, довольно хмыкнул.
Черт, похоже ему доставляет огромное удовольствие избивать девушек, не способных дать сдачи.
Через минуту привели Римму. На вид ей было лет тридцать, длинные черные спутанные волосы с разноцветными лентами, засохшая грязь на лице, одежда давно не знала стирки и штопки, и глаза, бесцветные, бесчувственные. В них ничего не было, что свойственно людям. И, глядя в них, я могла поверить, что она давно умерла, только тело по ошибке природы все еще функционирует и несет зло безвинным людям.
Одеревеневшие ноги переступили с места на место.
Девушка заняла место напротив и принялась разминаться: нагибалась, разгибалась, вращала кистями рук, коленями. И любой ее косой взгляд говорил одно: "Я тебя сейчас убью".
Последовав примеру, я тоже начала разминать затекшие мышцы под ехидную ухмылку соперницы.
Вайреки уже сидели у ринга. И когда успели появиться? Ни звука, ни шороха.
Для них были отведены специальные места, что-то вроде каменных трибун, где они могли без помех наслаждаться разыгрывающимся представлением.
Их было все так же шестеро, четверо сидели спереди, двое в желтых костюмах – соглядатаи – сзади.
Я разглядывала их неподвижные лица, все еще не веря в то, что попала в безвыходную ситуацию.
Один из соглядатаев поднялся со своего места и спустился к рингу.
–Кто ты? – спросил он, резко наклонив голову вбок. Желтая навеска легко шелохнулась от дыхания.
Я растерялась от такого безобидного вопроса: что он имеет в виду? Имя, статус, расу?
Брови изогнулись в насмешке.
–Что в тебе запечатано? – соглядатай перешел на шепот, словно это могло защитить от подслушивания в молчавшем помещении.
Я замерла немой статуей, уподобляясь теням на трибунах, и оцепеневшим языком водила по зубам.
–Вы меня с кем-то путаете, – все-таки удалось совладать с собой и хоть что-то ответить терпеливо ожидающему мужчине.
–Это ты нас с кем-то путаешь, – равнодушно ответил он, положив руки на пьедестал и упершись в них подбородком. – Мы видим больше простых смертных.
–А ответ на ваш вопрос повлияет на мое участие в этом бою? – конечно же, я собиралась блефовать, если это единственный шанс на выживание.
–Вряд ли, – зеленые глаза мужчины сощурились, вытягивая зрачок в горизонтальную полоску и покрывая белок желтыми чешуйками. От подобного зрелища передернуло.
Призрачная надежда лопнула, так и не разгоревшись.
-Оружие, – соглядатай лениво хлопнул два раза в ладоши, и на ринг вынесли небольшой деревянный столик с кованой ножкой, на котором лежал длинный футляр.
Мне кажется, я побледнела еще больше прежнего. Под крышкой скрывалось холодное оружие, похожее на палаш, насколько подсказывала память.
Угроза стала настолько явной, что намокли ладошки, и сбилось дыхание. Если раньше можно было надеяться на чудо, уповать на внезапное появление дяди, то теперь мысли, ранее казавшиеся не такими серьезными, оформились и истерично забились в голове.
Меня сейчас действительно убьют. По-настоящему. Разрежут палашом с двусторонней заточкой и забудут.
Девушка уверенно взялась за гарду и вытянула оружие на свет, играючи управляясь с показным фехтованием.
Моя очередь.
Я бережно вынула палаш, внимательно его разглядывая.
–Ты держать-то его умеешь? – оскалилась убийца, покатываясь со смеху от моего знакомства со сталью.
–Нет, – честно ответила, глядя в глаза Римме. Может быть, она не станет убивать профана?
–Тогда чуточку побегай, покричи, а потом я тебя убью. Обещаю, будет не больно. Страшно – да, но не больно.
Я судорожно сглотнула, покрепче перехватывая рукоять.
–К бою! – прозвучала команда.
Пришлось зажмуриться, потому что за ту секунду, что прошла с команды, девушка уже занесла холодную смерть над моей головой, и я поняла, что сознание, переутомившись, покидает тело.
Правильно, бездвижную убить проще и не так уж страшно.
«Доверься мне» – мне показалось, что холодные пальцы снова коснулись лица, и все померкло.
Тишина накатила звоном и ощерилась светом.
Я стою посреди ринга, сжимая тот самый палаш.
Хаос.
–Как?..-шепчу одними губами и оглядываю реку крови, обезглавленное тело девушки и ошарашенных вайреков. Они были довольны. – Как?!
Палаш глухим бряцаньем упал в красную мутную жидкость, ноги подкосились, и лишь выставленные вперед руки позволили не упасть, а замереть на корточках.
Остывшая кровь на полу в миг обхватывала разодранные ладони, пробралась под ногти. А я как завороженная смотрела на сущий ад, творившийся здесь.
Голова с разноцветными лентами лежала в трех шагах с разинутым ртом и вытаращенными глазами, в которых замер страх. Или ничего не замерло. Не знаю.
Одинокие хлопки обухом били по голове. Вайреки сдержанно аплодировали за устроенное шоу. Я скукожилась в чужой крови, не в силах подняться или отползти.
На заднем плане прекратились хлопки и появились предсмертные крики. Через полминуты меня уже обнимали знакомые мужские руки, прижимая к груди.
Остекленевшими глазами смотрела на решительное лицо старшего дракона, идущего прочь из зала. Даже в надежных руках обморок непозволителен, не сейчас. Если закрою глаза – он исчезнет. Вернется ринг, вайреки и море крови.
Адски мутило, но почему-то не рвало.
Каин смотрел вперед, избегая моего прямого, но рассеянного взгляда. Губы вытянуты в тонкую бледную линию, тусклые тени на веках, в глазах – чернота.
–Это не я, – блекло проговорила, не отводя взгляда. – Это не я.
–Я знаю, девочка. Закрой глаза, отдохни.
Арка телепорта распахнулась внезапно, знакомо переливаясь искрами, и выпустила уже в пустынном коридоре замка.
Каин занес меня в комнату и посадил на кровать. Я подняла руки перед лицом, их покрывал тонкий слой крови убитой женщины, как тонкой вязью перчатки. Тогда я закрыла глаза. Потому что больше не в силах была видеть этот мир.
Какой смысл?
Что могла сделать несчастная Римма в плену у вайреков? Позволить убить себя. Я бы на ее месте умерла, но не жила бы так. Знать, что у тебя остались дети, но от бессилья не испытывать надежды вернуться к ним. И раз за разом убивать.
Что она почувствовала, когда поняла, что умрет? Облегчение или злобу?
Избавилась ли от ненавистного плена или лишилась шанса вернуться домой? В любом случае, я отобрала жизнь у человека ради удовлетворения чьих-то потребностей. Какая ужасная цепочка питания.
Время от времени в комнату заходили, молчали и уходили. Плотное одеяло не пропускало света и не позволяло смотреть вокруг. Так было хорошо, темнота скрывала от самой себя. Периодически забывалась сном, но реки крови, разливавшиеся по рингу в царстве Морфея, плавно перетекали в реальность. Я просыпалась от того, что казалось, будто кровать залита кровью Риммы, а мои руки вязнут в ней, будто в киселе. И голова с пестрыми лентами лежит на полу, с укоризной взирая поверх трупных червей.
Я не кричала. Стонала, зажимая рот ладонями, сильнее сутулила плечи и прикусывала язык, сворачиваясь под одеялом в комок.
Пару раз выбиралась из укрытия, по стеночке карабкаясь до уборной, и снова падала в спасительную глубину одеял и подушек.
–Поговорим? – спокойный голос старшего дракона довел практически до предынфарктного состояния.
Я только проснулась и еще не успела выбраться из кровати и снять повязку с глаз, защищающую от света.
Стянув тканевую непроницаемую маску, увидела стоящего у окна дядю. Он раздвигал плотные гардины и раскрывал рамы, впуская в спертый воздух комнаты свежесть и утреннее солнце.
Я потерла лицо и расправила волосы, просыпаясь окончательно.
Каин не торопил, обошел комнату, проверил нетронутую еду, отпил сок из графина, закрыл окна, удовлетворившись степенью проветривания, и сел на кровать, не смущаясь моего непотребного вида.
Мы, вопреки его вопросу, молчали. У меня на душе висел огромный камень, не позволяющий даже нормально дышать, не то что говорить. Но я знала, что этот разговор нужно начинать именно мне. Слова вырывались нехотя, шестеренки внутри организма жалобно скрипели, заставляя голос работать на публику.
–Как Вер и Тавий?
–Волнуются. Я пока не пускаю их к тебе.
–Да, не стоит, – поддержала дракона. Надо же, сколько проблем я доставила этой семье, стыдно вообразить.
Солнечные лучи заманчиво скользили по покрывалу, смещались на бледное лицо дракона и скатывались в неглубокий вырез на груди.
–У меня руки по локоть в крови, – я подняла ладони на уровень глаз, рассматривая их и не веря в то, что могла сделать подобное. Не могла! – Я убила человека. Каин. Я убила человека, – истерический смешок вырвался из горла, раскручивая спираль. Спустя минуту я смеялась во весь голос, цепляясь пальцами за волосы и катаясь по кровати.
Я убила человека! Я! Убила!
–Хватит, – Каин, насмотревшись на истерию, в одну секунду, ловко поймал за щиколотку и рывком притянул к себе, нависая над моим лицом. – Угомонись.
Правая ладонь легла на грудь и прижала к кровати.
От этого прикосновения словно стеклянный сосуд лопнул внутри, и острыми осколками разлетелся по телу, причиняя неимоверную боль. Я дугой выгнулась под его рукой, упираясь подогнутыми ногами в спинку кровати, шипя от резей. Я чувствовала, как лопается каждый сосуд в теле, как начинаются внутренние кровотечения, как острые иглы заклинания добираются до сердца.
–Что Вы делаете?!! – голос неожиданно прорезался с шепота до крика, руки порывались поймать дракона за рукава и призвать к возмездию.
Что он сделал со мной? Почему так больно?
–Тише, – свободная холодная ладонь легла на губы, не позволяя кричать.– Смотри на меня.
Я тяжело дышала в его руку и щурилась от переполнявших глаза слез, но не кричала. На крик уже не оставалось сил.
Через минуту боль отступила, и накатила нечеловеческая отрешенность, каплями пота выступившая на лбу. Каин аккуратно вытер мое лицо платком, всматриваясь в глаза.
–И поможет? – устало спросила я, убирая руку дракона от лица.
–От воспоминаний не избавит, к сожалению. Но это сделать было необходимо. – В лице дракона что-то переменилось, будто он не такой реакции ожидал.
–А убрать воспоминания можете?
–Нет, уже не смогу. – Он покачал головой.– Тебе придется с этим примириться и идти вперед.
Отрезвленный мозг заработал, принимая во внимание те детали, которые раньше не достигали цели.
–Это не я убила ее. Это был кто-то другой, – я села на корточки, поджав ноги и приблизившись к дракону. Надо, чтобы он все понял. Это не я.– Я же не умею держать оружие. И тот сон, – затараторила, ухватившись за воспоминания, старалась быстрее высказаться, чтобы не забыть.
–Какой сон?
–Мне приснилось, что меня защищают и просят верить. И я поверила. – Теперь в голосе была растерянность. Мои факты были больше похожи на воспаленное оправдание, чем на объяснение причины.
–Иди ко мне, – Каин устало склонил голову и чуть расставил руки, чтобы я смогла беспрепятственно оказаться под его защитой.
Я перебралась на колени к дракону, прижимаясь головой к мужской груди, нисколько не заботясь о том, насколько это аморально. Мне было хорошо в его руках, надежно укрывающих от опасного мира. В руках, бережно обхватывающих тонкое девичье тело, перебирающих темные пряди, баюкающих, словно дитя.
–Каин.
–Что?
–Я не смогла защитить себя.
–Ты не имела права покидать территорию замка. Я предупреждал, что это может быть опасно.
–Вы говорите так, как будто, – я запнулась, – словно Вам все равно.
–Я говорю так, потому что уже пришел в себя и могу рассуждать об этом более менее хладнокровно. Я чуть с ума не сошел за то время, пока искал тебя, – тихо, в самое ухо сказал дракон.– Я почувствовал, как ты вышла из замка. Но не успел. Вайреки очень сильные создания. И сила их кроется в тройственности. Убей одного из них – инвалид недееспособный. Но и одного убить сложно, практически высшая каста Черных.
Черные. Учитель рассказывал о них. Демоны, существа подземного мира, питающиеся энергией людей подлунного мира, не знающие страха и подчинения, следующие своему кодексу чести, считающие людей едой. Значит, и вайреки оттуда.
–Я ведь не успел... прости меня.
Действительно, не успел. Но разве в этом есть его вина?
–На самом деле, случившееся просто верх невезения, – задумчиво проговорил старший дракон.– Вайреки объявились в наших краях не более, как полмесяца назад и успели унести жизни троих. Тени – это личная служба охраны Повелителей, чтобы ты понимала, безуспешно пытались поймать их все это время. Были задействованы подставные лица, приманки, внедрены свои люди, но это не приносило никаких плодов. И вот, совершенно случайно, ты вышла за пределы замка и сразу же попала на их крючок. Это просто уму непостижимо.
–А это могло быть...ну, целенаправленно? – я сжалась от своего вопроса. Не слишком ли я много беру на себя?
Каин отрицательно покачал головой.
–Определенно нет. Это была абсолютно незапланированная операция с их стороны, ты буквально подвернулась им.
Или им что-то приглянулось...
–Каин.
–М?
Я старалась подобрать слова, но как ни крутила их на языке, мягче сказать не выходило.
–Один из них сказал, что во мне что-то запечатано. Что он имел в виду?
Каин молчал. Его терпко-сладкий запах резал нервы.
–Саша, есть то, что мне нужно сказать тебе. – Его руки напряглись, как будто предупреждая, чтобы я не пыталась вырваться, как будто готовясь к удару. Неужели, сейчас что-то станет ясно.– Ты не поверишь сразу, я понимаю это. К тому же, не уверен, что ты верно понимаешь происходящее.
–О чем Вы?.. – начало определенно звучало пугающе и многообещающе.
–Ты не должна пугаться, – продолжал он тихим и спокойным голосом, как убеждают умалишенных, что реальность не страшна.– Особенностей вообще нельзя пугаться, они часть нас, какими бы они ни были и как бы нас изначально не страшили. Можно разве что примириться и научиться с этим жить. – Достаточно потянув времени перед заключительным аккордом, Каин все же перешел к сути дела.– Когда ты попала в наш мир, мы с Шарлем не все сказали тебе.
–Вы мне соврали?
–Нет, скорее умолчали, потому как свойство могло и не проявиться. Зачем было лишний раз пугать тебя, и без того перепуганную девочку? Но сейчас я уже уверен, что эта часть пробуждается. Помнишь, тогда на балу? Тебе было очень больно.
Я согласно кивнула, ожидая выводов и итогов.
–Что ты тогда чувствовала?
–Я не знаю. Как будто ребра ломают, сердце готово взорваться, легкие горят. Это, – замолчала, подбирая слова.
–Да, это мучительно больно. Как будто что-то рвется из тебя наружу. Обычно молодых людей готовят к этому с детства. Есть специальные медитации, подготовка к заглушению чувств. Это вторая ипостась. Ты не просто человек. В тебе есть кровь дракона, которая рвется наружу.
–Что? Я не понимаю. – Я действительно совсем не понимала, что говорит старший дракон. Как будто в уши налили варенья, слова очень медленно достигали цели.– У меня есть вторая ипостась? У меня?
–Да, Саша. Я думаю, именно она заинтересовала вайреков. И она же спасла тебя от гибели. И ты должна быть готова, это был не последний раз, когда кровь берет верх над тобой.
О чем он говорит? Что за бред? Я попыталась вырваться из его рук, не веря словам. Начинался новый приступ психоза.
–Пустите меня!
Каин только крепче прижимал к груди, игнорируя всплески истерики.
–Вы мне врете! Вы скрываете, все время мне врете!
–Ччч...ччч.
–Пустите же, – менее уверенно и тихо.
Дракон мерно укачивал, и я медленно успокаивалась, намертво вцепившись в ткань его ворота.
–Тебе не следует говорить об этом никому. Даже мальчишкам.
–Почему?
–Потому что, я думаю, что твоей второй частью станет ледяной дракон, – он так спокойно произнес приговор, почти безразлично.
Звуки разом ушли, свет погас на мгновение.
Невозможно...
–Объясните мне, – голос запинался.– То нападение наемника, нападение ледяных драконов, Веста, я...это все связано? Она же ледяной. Дракон.
Повелитель молчал и хмурился.
–Каин, умоляю Вас, – я приблизилась к его лицу. Никогда еще он не был так близко.– Я прошу Вас, расскажите мне.
Сейчас все станет понятно. Рухнут стены непонимания.
–Мне пора, – неожиданно проговорил дракон, ссаживая меня с колен на кровать.
–Н-нет! Не уходите! – разом растерялась я.
Снова он уходит от ответов, снова бросает с вопросами.
–Саша, -проговорил Каин, мягким, осторожным, движением проводя по моему лицу. – Всему свое время. Научись ждать.
–Каин! Не бросайте меня так!
Старший дракон исчез за дверью.
Вот так просто. Зачем что-то выдумывать, сочинять, если всегда есть возможность уйти.
Я сидела на кровати, поднимая и опуская свешенные ноги, трогала большими пальцами пол – холодный. Мне не хотелось ни есть, ни пить, ни идти куда-то. Хотелось тишины и пустоты.
С каждым новым открытием все становилось еще более запутанным.
Я была нужна дяде, он даже испытывал ко мне некоторые чувства, природа которых остается загадкой. Во мне есть часть дракона. Ледяного дракона. Откуда? От кого? Меня хотят убить. И даже если допустить, что ледяные драконы охотились за Каином и вайреки были чистой случайностью, то вспомнить хотя бы того мага, которого мы встретили на постоялом дворе. Он вполне осознанно шел на убийство. Чего ради?
Пфф.
Злобно растирая виски, соображала, пыталась разложить действительность по полочкам. Не получался каменный цветок, при множестве деталей не было основного куска, который и должен был стать источником причин, действий, ситуаций.
Даже догадки строить было бессмысленным занятием.
Продолжение от 23.06.2015.
Через час в гости пришли ребята. Им не выдали правды, объявив, что я больна желудком. Это даже немного успокоило Вера, который сначала злился моему исчезновению с бала.
Как быстро все происходит. Прошло всего два дня, а такое ощущение, что прожита вечность, не меньше.
Мальчишки принесли новогодние подарки, которые не успели вручить раньше. Две красиво упакованные коробочки были моментально раскрыты.
Волшебный прозрачный шар, внутри которого, не останавливаясь, кружил снег и засыпал деревенский домик с горящим окном, но так и не мог засыпать. Подарок Вера.
–Я заметил, что ты часто смотришь на снег, – объяснил друг.
–Он успокаивает, – объяснилась я, заворожено наблюдая за шаром. Его можно легко ставить на ровную поверхность, он не норовил скатиться, замирая.
Тавий принес в дар флакон эльфийских духов с нежным ароматом неведомых мне сочетаний.
Я поблагодарила ребят и, немного смущаясь своих простых подарков, отдала им красиво обернутые красной бумагой свертки.
–Надеюсь, они вам пригодятся.
–Все отлично, спасибо большое, – поблагодарил Вер, целуя в щеку. Тавий тоже на вид остался довольным подарком.
–Куда ты улетал на так долго? – вымученная улыбка Вера и усталый вид наводили на мысли о не самом приятном времяпрепровождении.
–Небольшое совещание клуба по благотворительности, – пожал он плечами.– Навязанная функция от отца, воспитывающего престолонаследника.
–Звучит кошмарно, – не оценила я. – Но хоть тебе небольшое разнообразие. Мы с Тавием со скуки умирали.
Тавий согласно закивал и принялся рассказывать Веру о придворных дамах в гостиной и сплетнях, которые с их подачи разлетались по Арвене со скоростью дракона.
Прошедший бал и события до него казались далекими и возвращаться к ним в памяти было сложно, они почти ушли из головы, не оставив эмоций.
Разве что, тот разговор с Саилей в саду. О котором я, безусловно, поведала мальчикам.
–Мама обычно сторонится общества, – задумчиво проговорил Вер. – Она больше склонна делать так, как велит отец.
–По-моему, ей одиноко, – мое замечание прозвучало отстраненно.
–Возможно. Мы друг друга не очень-то хорошо знаем, – пожал плечами друг.
–Ты бы не хотел поговорить с ней? – Вер в задумчивости закрыл глаза и шумно втянул воздух. Тавий тоже напрягся, предвкушая неприятный разговор по душам.
–Саша, послушай.
–Я понимаю, что это не мое дело, – тут же вставила я, перебивая друга. – Но родители у тебя одни и на всю жизнь. И дай боги им долгих лет жизни, но...если что-то случится, а вы так и не поговорили, не объяснили друг другу самого важного. Неужели все настолько сложно, что это нельзя решить и прийти к миру?
–Мама никогда не пойдет против отца.
–Но тебе же не надо ее против него настраивать.
Мы замолчали.
–Я подумаю, – тихо сказал Вер.
Вскоре мальчики ушли, я сослалась на недомогание. Мне действительно было нехорошо, и хотелось побыть в одиночестве. Так много навалилось разом, но манипуляции Каина работали, сознание оставалось несколько отрешенным, а потому не воспринимало действительность слишком болезненно.
Меня убаюкала печально звучащая музыка скрипки, словно скользящая по коже осторожными прикосновениями.
Кабинет тонул в переливчатом свете огня камина и жара от него. Старший дракон сидел за столом отца, удобно расположившись в кресле. Как много разговоров проходило в этой темной комнате, обитой шелком и деревом. Еще мальчиком он любил бывать здесь, тайно пробираясь, садясь в отцовское грубое кожаное кресло с ногами и рассматривая каждую деталь, пропитанную особым запахом и духом.
Брат напротив него в кресле тоже принял удобную позу, закинув ногу на ногу по-мужски.
Оба долгое время молчали, затем младший брат не выдержал и поднял глаза на родственника.
–Сколько тебе еще нужно времени? Оно на исходе.
–Думаю, месяца два-три.
–Ты хочешь три месяца держать ее в неведении? За такой срок многое может перемениться, и ты не в силах будешь контролировать ситуацию. Девочка не так сильна.
–Я регулярно даю ей подпитку, она справится.
Младший дракон хмыкнул.
–Она уже не поддается магии, у нее вырабатывается иммунитет на твои вмешательства. Что ты будешь делать, когда она обернется драконом? Ее кровь все сильнее.
Каин с рыком поднялся с кресла.
–Я знаю. Но мне необходимо время, другого выхода нет.
–Ты сильно рискнул в этот раз, брат.
–Я не рискнул. Я все поставил на кон.
И дал ей другую жизнь, дал возможность не думать о погонях, жить в свое удовольствие, забыть о долге. И пусть это совсем не то, чего бы он желал для нее, но все же было меньшим злом из всех.
Каин мельком глянул на Раиля, задумавшегося над словами брата. Он почти ничего не знал. Да, собственно, мало кто был осведомлен о планах старшего дракона целиком. Четыре доверенных лица, четыре версии знаний. Он был единственным, кто принимал решения. И тем, кто нес мучительно тяжелый крест мужчины, до исступления любящего ту, которой суждено умереть. Проклятое пророчество, сделавшее их судьбы, связавшее их цепями. И он ничего не мог сделать, кроме как тянуть время так долго, как сможет.
Пробуждение было приятным. Я сладко потянулась в кровати. Прислушалась к ощущениям – страха и тревоги не наблюдалось, а это уже было большим плюсом. Значит, со всем справимся.
Онелла помогла с прической и принесла новое бежевое платье простого кроя с вышивкой по подолу.
Из памяти услужливо испарились моменты той ночи, когда прислуга приводила мое тело в порядок, отмывая кровь, снимая порванную одежду. Была ли это Онелла? С внутренним содроганием, ждала намека или вопроса о произошедшем, но их не последовало.
За завтраком я ловила на себе удивленные взгляды Саили. Когда трапеза была закончена, она спросила:
–Как ты себя чувствуешь? Мы не думали, что ты так скоро оправишься. Ведь отравление было серьезным.
–Да, мне повезло, спасибо. Я чувствую себя хорошо.
–Не понимаю, что могло послужить причиной.
–Это неважно, главное, что мне уже лучше. – Я широко улыбнулась Повелительнице.
–Ты права, – вернула в ответ улыбку она.
Нашу беседу прервал Каин.
–Вер, Тавий, с завтрашнего дня каникулы заканчиваются, возвращаетесь к тренировкам. В девять утра вас ожидают в центральном храме.
Ребята согласно кивнули.
Меня поражало их упорство в тренировках. Как они рассказывали, обучение долгоживущих рас растягивалось до тридцати лет, далее следовали тренировки, самосовершенствование и различные ступени мастерства в зависимости от выбранной стези.
Каин, например, упражнялся три или четыре раза в неделю. Я не знала, что входит в его программу помимо спорта и магии, но и это было довольно-таки зрелищным мероприятием, которое я застала лишь один раз и долго еще не могла отпустить картинку из сознания.
–Саша, у тебя тоже занятия. Без десяти десять за тобой зайдут и сопроводят на занятия, будь готова.
Я была совсем не против в свете последних событий. И вообще не была против чего-либо. Последствием проведенного Каином заклинания стало, что мне пока все было довольно-таки безразлично.
Утром следующего дня, когда я уже была облачена в облегающие штаны и свободную кофту, которые не сковывали движений, зашел стражник.
Пройдя всего два этажа и сделав один поворот, мы оказались у высокой тяжелой двери цвета темного дерева. Они, как и многие другие в замке, раскрылись самостоятельно, вежливо пропуская идущих.
–Прошу Вас.
Вошла, оставив за спиной стража.
В этой части замка бывать еще не доводилось, все необходимые комнаты были в другом крыле, а путешествовать по коридорам я зареклась, лишь примерно понимая их количество.
Помещение, куда меня привели, являлось тренировочным залом. Стены и полы были обработаны магией – на ощупь твердые, но при падении удар получался почти неощутимым и неспособным принести вред. С подобным залом я уже сталкивалась у Шарля дома, и потому знала, чего ожидать. Если упадешь, то как будто на мат, вполне терпимо. Сам зал был не очень большим и ярко освещенным – высокие широкие окна ничем не завешаны. Утренний зимний свет проникал в каждый уголок. Недалеко от входа стояло несколько сундуков, вероятно, с инвентарем. Но вряд ли там хранили нечто опасное, оружие, как правило, убирали.
–Доброе утро, – сзади раздались шаги.
Я медленно оборачивалась на голос, не веря своим ушам. Стоило целой минуты времени, чтобы прийти в себя и победить то состояние дрожи, что овладевало мной при виде старшего дракона. Либо ему нечем заняться, либо тренировка очень важна.
–В смысле, Вы будете заниматься моей подготовкой?
Каин скупо кивнул.
–Ты понимаешь, что это тоже должно остаться между нами?
–Слишком много секретов.
И это не нравилось. Я была против лжи и недомолвок. Может быть, ему и было в привычку скрывать от своих близких переживания, проблемы да и просто чем-то делиться. Но сейчас он вынуждал делать то же самое меня.
Понимаю, что есть разные склады характеров. Кто-то предпочитает все держать в себе, перерабатывать целую гамму эмоций в одиночку. Такие люди не только негатив оставляют внутри, но и положительные эмоции. Но есть другие, те, кому нужно говорить, выплеснуть наружу накопившееся. Только так становится легче. Я относилась ко второму типу, Каин -к первому. И сейчас он заставлял молчать, тогда как мне требовались поддержка друзей и их мнение. Но и это запретили.
Тотальный контроль эмоций, жесткое ограничение в правде, иллюзия свободы – одни сплошные запреты. Каин прав, я не пешка – хуже – кукла.
–Саша, есть вещи, которые не должны знать. Кому станет от этого легче? Веру? Ты же знаешь, чем это может обернуться, – Каин уговаривал послушать его. И то, что он говорил, ему самому не нравилось. – Он будет ревновать.
Он будет ревновать, изводить себя и меня. Я знаю. Дядя давил на больное место и легко манипулировал слабостями, не гнушаясь выбранных методов. Впрочем, это далеко не верх жестокости, возможно, стоило даже сказать слова благодарности, что черные приемы не были продемонстрированы.
–Ладно, – согласилась, чувствуя, что выбора не оставляют.
Каин прошел в центр зала, приглашая следовать за ним.
–Начнем с организационной части. Наша с тобой цель, чтобы ты смогла продержаться против врага десять минут. Если повезет – двенадцать.
–Мы куда-то торопимся? – настораживало, что обучение сразу начиналось строгим и загнанным в рамки. Каин не вел речь о теориях, не заходил издалека.
–С текущими обстоятельствами, да.– Пояснил он и тут же вернулся обратно к теме урока.– Ты должна уметь тянуть время.
–А по истечении десяти минут?
–Уже прибудет помощь. Охрана всегда будет рядом, наша тренировка нужна на случай внезапности. К сожалению, мы убедились, что тебе пригодится.
Я согласилась с доводом.
–Делаем упор на твою способность к стихиям. Ветер, верно?
–Да.
Именно с ветром у нас сложились более теплые отношения.
–Хорошо. Еще добавим огонь. Наши тренировки будут ежедневными с десяти до часу. В свободное время вечером ты должна будешь выполнять стандартную медитацию и упражнения по потокам, это тебе не в новинку. Итак, начинаем.
Ну, по крайней мере, пробуем начать.
Мы установили необходимые ограничители. Было несколько неудобно, я чувствовала себя скованной и зажатой. Одно дело тренироваться с учителем, перед которым не было стыдно неудачно упасть, красочно распластавшись по полу с подвернутыми конечностями, и совсем другое перед этим драконом.
