Текст книги "После развода. Бывшая любимая жена (СИ)"

Автор книги: Анна Томченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 11

Я не шелохнулась.

Я не обратила внимания ни на его резкий выпад, ни на то, что он зарычал, и ни на то, что он назвал меня стервой.

– Адам, ты не имеешь права здесь находиться. Все твоё внимание, которое ты оказал за последние дни, оно наталкивает только на одну мысль… – хотелось чтобы сталь в голосе, яд…

– На какую? – Вскинув брови и сложив руки на груди, произнёс бывший муж, заставляя меня заскрипеть зубами.

– Тебе просто неудобно сейчас, ты просто не знаешь, как так раскорячиться, чтобы при плохой игре сохранить хорошую физиономию.

Бабушка, конечно, говорила эту поговорку намного грубее и с более похабным смыслом, но у меня как-то язык не повернулся, а может быть, стоило…

– Нет, Устинья, я просто не понимаю какого черта тебе взбрыкнуло рожать ребёнка в сорок с лишним лет. Я не понимаю, чего ты добивалась своим выпадом во время звонка, и уж тем более я не понимаю, к чему эти громкие фразы об увольнении и о декрете. Я пытаюсь в этом разобраться, потому что ты для меня не чужой человек, ты для меня близкий человек, с тобой что-то происходит.

Со мной беременность происходила, вот в чем все дело.

– Если ты поужинал, разворачивайся и уходи. Я не вижу смысла с тобой обсуждать все эти темы.

– Устинья… Если бы ты была более собранной, более логичной, возможно, мы могли бы с тобой договориться… – ласково, почти участливо прозвучал голос бывшего.

– Зачем нам эти договоры?

– Ну хотя бы затем, что, если ты все-таки решила сохранить ребёнка, то это уже другой род отношений.

– Нет. Я тебя не ставила в известность, я тебе ничего не говорила про этого ребёнка, потому что ты от него отказался ещё до рождения. Тебя этот ребёнок не касается.

По лицу Адама мелькнула злая тень, и показалось, как будто бы над бывшим тучи нависли.

– Ты понимаешь, как это выглядит со стороны?

О да, я понимала, как это выглядело со стороны: он ушёл, бросил беременную жену, которая все-таки, несмотря на возраст, несмотря на осуждение, взяла и родила.

Не самая красивая картинка.

– А тебя так волнует общественное мнение? – Тихо спросила я и опустила глаза, выдохнула, оттолкнулась от стены, сделала несколько шагов вперёд. – Адам, успокойся. Ты в этом городе можешь купить любого, купи молчание, которое тебе так необходимо.

Купить-то он мог любого, но вот что делать со слухами, что делать со сплетнями, которые навинчивались словно на тугую спираль, он не знал.

Адам вообще предпочитал вместо информационной войны обычную. И это минус в современном мире, но я не хотела ему ничего подсказывать.

– Я не думаю, что тебе стоит чего-то опасаться. Ушёл и ушёл. Закрыли тему. Если ты пытаешься надавить на меня тем, что я должна сделать аборт, то вынуждена тебя разочаровать. Я ничего не буду делать по твоей указке. Не из вредности, не из того, что я хочу тебе досадить. Но я хотела этого ребёнка. Я молилась об этом ребёнке. Я мечтала, чтобы это была девочка…

И голос дрогнул.

– Уходи, – произнесла я хрипло и подняла глаза на мужа.

Он стоял, буравил меня взглядом, словно бы собираясь придушить.

Любовь его на самом деле убийственная.

Я глубоко вздохнула, заталкивая поглубже токсикоз, и качнула головой.

– А вообще, Адам, если ты так боишься дерьмовых слухов, то давай ты как-нибудь абортируешь свою девку. А то ведь скоро начнутся разговоры не такие, что он ушёл от беременной жены, а такие, что он обрюхатил какую-то девку и ушёл от беременной жены. Понимаешь, немного другой смысл. Согласись?

Я оскалилась и усмехнулась, ощущая, как злость, копившаяся в моём бывшем муже, стала расползаться по комнате.

Глава 12

Я прошлась надменным взглядом по мужу, а потом решила добавить.

– Хотя знаешь, ещё больший интерес и вопросы вызовет ситуация того, что ты, так желающий избавиться от моего ребёнка, в итоге дашь своей девке родить. Но только малыш окажется не от тебя. Это будет прям самым лучшим ударом бумеранга тебе в пах.

– Стерва. – Покачал восхищённо Адам головой и развернувшись, быстро дёрнулся в сторону прихожей.

Дверь хлопнула оглушающе так, что у меня половина статуэток в прихожей на полках попадали.

Я зажала пальцами глаза.

Упала на диван и свернулась клубом.

Вечером позвонила свекровь, у нас с ней были хорошие отношения, такие в которых можно было относиться друг к другу, как к матери, либо как к дочке.

– Привет, Уся.

Она единственная называла меня Усей. Говорила, что это детская производная от имени Устинья. И поначалу я вздрагивала, а потом уже привыкла.

– Привет. – Тихо выдохнула и улыбнулась.

– Ты как? Ты кушаешь? Давай я тебе привезу пироги с ревнем или лучше со щавелем? Ты что больше любишь?

Я любила и со щавелем, и с ревнем, и с яблоками. Но сейчас мне не хотелось.

– Ничего не надо, мам. Все равно токсикоз. Все равно мучаюсь.

– Ты уж, пожалуйста, звони мне почаще, а то я переживаю и боюсь набрать, вдруг не вовремя. Вдруг помешаю.

– Все хорошо. Все хорошо, мам. Не переживай.

– А Адам что? Адам говорит?

Я тяжело вздохнула.

– Давай не будем об этом. Он все равно ничего дельного не скажет во всей этой ситуации.

– Ну как это не скажет? Ты носишь его ребёнка. Он же не может просто, как холодная машина, закрываться от этого всего.

Я пожала плечами.

– Наверное может. Наверное ему нормально. Я не знаю. В любом случае мне сейчас не хотелось бы, чтобы он вмешивался в мою жизнь, потому что я и так все воспринимаю нервно, а тут ещё он.

– Понимаю, понимаю. Но все равно, если у вас что-то определится, ты дай знать.

Утром я созвонившись с администратором, все-таки выяснила, что все в порядке с записью и с моим заявлением, которое теперь горело зелёным. Выдохнула и собралась на работу.

День прошёл в штатном режиме. А потом, когда я уже вернулась домой и собиралась готовиться ко сну, пришло сообщение от бывшего мужа.

Оно заставило похолодеть.

“Если ты не прекратишь плести против меня интриги, я буду очень зол и начну обижать тебя в ответ. Поняла?”

О чем он?

Глава 13

Я посмотрела ещё раз на сообщение от Адама и нахмурив брови, просто заблокировала его контакт. Мне только не хватало того, чтобы он продолжил мне дальше мотать нервы.

Нет, я не готова рисковать.

Ближе к выходным я наконец-таки раздобыла номер телефона Татьяны Градовой, которая несколько лет назад делала у меня шлифовку шрама, после удаления одного из узелков щитовидной железы.

– Доброе утро, Татьяна. – нервно произнесла я, набрав номер старой клиентки.

– Здравствуйте, Устинья. Я ведь не ошиблась? – С заминкой уточнила Татьяна и я выдохнула.

– Да, да, вы правы. Я ваш косметолог. Несколько лет назад мы с вами очень плотно общались.

– Рада слышать. Как у вас дела?

– Все неплохо. Вы как?

– В целом тоже неплохо. Вы ко мне по делу? Что-то произошло?

– Татьяна, я даже не знаю как обратиться к вам, но у меня произошла неприятная ситуация. Я развелась с мужем и мне необходима помощь квалифицированного специалиста. От общих знакомых я знаю, что ваш супруг…

– Да, я понимаю. – Перебила меня Татьяна и я закусила губу.

Голос у неё был такой, как будто бы она даже если и понимала, то не совсем была рада чем-либо мне помочь.

– Знаете, я вам сейчас скину контакты компании мужа. Вы позвоните администратору. Он вас попробует записать и вероятнее всего, к моему мужу вы в ближайшее время пока что не попадёте. Если случится чудо, тогда все будет. Но пока что вам придётся отдать все документы и все данные по разводу, скорее всего его помощнику.

А в выходные, как и обещал Родион, он привёз ко мне Машеньку. Ей было три. Она была милым, достаточно контактным ребёнком. Из-за того, что развод произошел на момент, когда Маша взрослела, становилась интересной, я не сильно много участвовала в её жизни последнее время, из-за этого конечно, я винила себя и корила.

– Бабуля! – иДотошно уточнила Мария, подходя ко мне, когда я стояла на кухне и готовила ей обед. – А может быть, мы сегодня съездим куда-нибудь?

– Куда, родная моя? – Спросила я, ощущая диссонанс: бабуля-мама-беременная бывшая жена!

На самом деле такое комбо надо ещё постараться поймать.

– Не знаю. Папа говорил, что у нас цирк приехал или может быть, у нас сегодня в парке будут выступления гимнастов.

– Хорошо. Я посмотрю. А пока давай будем готовиться к обеду.

Но к обеду мы подготовиться не успели. Анна Владимировна, моя свекровь, позвонила в дверь и принесла вместе с пирогами с ревенём и яблоками ещё большой переполох.

– Уся, девочка моя! Ты ни о чем не переживай. – Хлопотала она, таская на себе Марию.

– Все хорошо, мам.

– Нет, неихорошо. Иди отдыхай. Я сейчас с Машенькой всем займусь. Ты не переживай, я ещё сейчас тесто на блины поставлю. У меня здесь с собой капуста. Может быть, пирожки домашние с капустой? Давай пирожки ещё испеку?

Я покачала головой, улыбнулась.

После обеда я пошла укладывать Машу на дневной сон. Рассказывала ей сказки.

Я почти уложила Машеньку спать, когда в дверь раздался звонок. Выругавшись, я ещё раз похлопала внучку по попе, чтобы она крепче уснула. А в следующий момент я поняла, что свекровь уже торопится к прихожей, чтобы встретить визитёра.

Все пошло немножко не по плану, потому что этот визитёр взревел, как раненый зверь.

– Какого черта? Ты почему меня игнорируешь?

Я прикрыла глаза, тяжело вздыхая, понимая, что это Адам и он был вне себя от злости. В этой своей слепой злости даже не обратил внимания ни на то, что здесь его мать, ни на то, что здесь его внучка.

Я накрыла Машу тонким вязаным пледом и быстро юркнула из спальни, чтобы он не разбудил внучку. Пробежала по коридору, выскочила в прихожую и застала картину маслом.

Адам стоял как оплёванный.

Напротив него, тяжело дыша, стояла свекровь с тазиком, уже пустым, в котором она делала начинку для капустных пирогов.

Собственно, сама начинка свисала с Адама и особенно эпичным выглядел тот лоскут капусты, который качался, словно серёжка на ухе у моего бывшего мужа.

Глава 14

Была настолько звенящая тишина, что я боялась даже вздохнуть. Но слава Богу, Адам не боялся.

– Да вы что здесь устроили? Вы что себе здесь позволяете? – Тихим хрипящим шёпотом он произнёс и передёрнул плечами, а шматы капусты упали ему под ноги. – Твою мать. – Выдохнул он восторженно и зло. – Господи, родная мать. Родная мать решила на меня вывернуть чан с капустой.

– А все почему? – Свекровь тяжело вздохнула. У неё затряслись губы. Руки сжали почти до синевы тазик и махнув им поперёк воздуха, свекровь все-таки выдохнула. – Все потому, что вырастила не мужчину, а засранца. Потому что настолько засранец, что жену беременную бросил.

– Так, не смей лезть не в своё дело. – Хрипло выдохнул Адам, глядя на меня, но обращаясь к матери. – Ты в этом разводе не играешь никакой роли. Никто не собирается сейчас выслушивать ни какие-то твои упрёки, ни какие-то нотации.

– Нотации выслушивать не хочешь? А что же ты тогда, когда я тебе говорила не трогай, не трогай эту девочку, тоже не послушал? Не послушал! Вот теперь давись тем, что я могу тебе сказать. Глядишь, если бы поступил тогда, как я хотела, может быть, сейчас бы я и не высказывала тебе ничего. А я знала, что ты её сломаешь. Я все прекрасно знала, Адам. Я знала, что ты ни до чего хорошего не до ведёшь её. Мало того, что она тебе всю молодость живот твой штопала на маленькой засранной кухне, потому что ты то с одними братками цеплялся, то с другими. Мало того, что она тебя выхаживала после твоих разборок, и одному Богу известно сколько бы ты ещё наделал делов, прежде чем она не вынудила тебя бросить это все. И если ты сейчас думаешь, что я буду с закрытыми глазами смотреть на то, как ты измываешься над Устиньей. Нет, Адам, я не буду на это смотреть. Она мне сына спасла! Она мне сына вытащила с того света не раз! Она уберегла от каторги тебя! Сейчас бы чалился где-нибудь на зоне и ладно бы, если бы мать родную вспоминал. А так глядишь, хороший такой бизнесмен, уважаемый. Много у него торговых центров. Много у него торговых площадей. Конечно! А где бы ты был, если бы не твоя Устинья?

– Мам, пожалуйста. – Тихо прошептала я, но свекровь дёрнула плечами, сбрасывая мои руки и показывая, что нифига она меня не будет слушать ни сейчас, ни когда-то.

Она наконец-таки решила все это высказать своему сыну.

– Где бы ты был, если бы не она? Либо помер, как пёс бродячий под забором. Либо сейчас с какими-нибудь продажными телками сидел. А так нет! Она тебя своими ручками вылечила. Вымолила тебя у Бога. У дьявола тебя отобрала. А ты такой паразит, ещё смеешь мне здесь говорить о том, что кто-то чего-то не имеет никаких здесь прав? Нет, Адам. Нет.

Я поняла, что свекровь теряет контроль. Её трясло уже настолько сильно, что эта вибрация расходилась по всему телу.

– Мам, пожалуйста.

– Если ты думаешь, что я здесь сейчас буду стоять и выслушивать все то, что ты собираешься сказать Устине. Нет, Адам. Нет. Либо ты сейчас разворачиваешься и уходишь к чёртовой матери отсюда. Либо ты сейчас стряхиваешь с себя всю капусту, идёшь и извиняешься перед своей бывшей женой. Потому что она человек, который спасала тебя всю жизнь. Не смотрела ни на кого. Ты думаешь, её родителям было хорошо отдавать её замуж за такого, как ты? Это я была спокойна, потому что знала, что Устинья вытащит. Устинья сбережёт моего сына. А они отдавали свою дочь непонятно за кого! За бандита! Если ты думаешь, что ты здесь, ничем никому не обязан, то ты глубоко ошибаешься. И с чего ты начал разговор, зайдя в квартиру? Ты это оставь там! За порогом. А сюда не смей заявляться с такими речами. Ты меня понял?

У неё из глаз потекли слезы. Я нервно вздохнула. Постаралась её развернуть к себе, но Адам с психу швырнул с себя остатки капусты.

– Вы у меня все здесь… Вы у меня все здесь, вспомните своё место. И чтобы я больше даже не смел услышать, что со мной кто-то в таком тоне разговаривает. – Он произнёс это злым, дрожащим голосом.

Его тоже разрывало от гнева. А в следующий момент он резко качнулся и вылетел за входную дверь. Адам ничего не успел сделать, потому что свекровь хватанула губами воздух. Сделала два шага назад и стала медленно оседлать.

– Мам! Мама, мама! – Позвала я, поймав её за плечи и вместе с ней усаживаясь на пол. – Мам! Мамочка! Мама!

Глава 15

Скорая приехала в течение десяти минут.

Десять минут, которые для меня показались адом.

Соскочила Маруся. Стала носиться по квартире, вереща, в слезах пыталась звонить Родиону. Тот что-то нечленораздельное говорил. Не мог понять в чем дело, а я не могла выпустить из рук свою свекровь.

– Мам, пожалуйста. Мам, успокойся. – Тихо шептала я, а у неё лицо все побледнело и испарина холодная выступила на лбу.

– Все хорошо. Все хорошо, Устинья. – Сквозь зубы цедила свекровь.

Время тянулось.

– Уся, что случилось?

Да, мама тоже переняла от свекрови эту привычку называть меня Усей.

– Мам. Мам, присмотри за Машей.

– Господи, что с Аней? – Вспыхнула мать, пытаясь схватить свекровь за руку и всмотреться ей в глаза. Но свекровь уже не реагировала. Прикрыла глаза и только тяжело дышала.

– Мам, мы во всем разберёмся. Обещаю. Присмотри просто за Марусей. Я сейчас в больницу и там уже мы все решим.

Я прыгнула в машину скорой. Ощупала сумку на наличие документов, телефона и всего прочего. Слава Богу, все было со мной. Тяжело задышала, хваталась за похолодевшую ладонь свекрови.

– Мам, пожалуйста. Мам, успокойся. Все хорошо, мам. – Шептала я.

А сама чувствовала, как у меня низ живота схватило таким спазмом, будто бы там комок образовался и давил.

Спустя тридцать минут, наконец-таки в коридоре прозвучали шаги.

– Устинья Анатольевна. – Обратился ко мне молодой медик. – Вы с матерью?

– Да, да. Что там? Это инсульт? Скажите мне, это инсульт или инфаркт? Что?

– Слава Богу, ничего. Слава Богу, это всего лишь нервное. Был скачок давления, но никакого истончения стенок сосудов не было. Просто подскочило давление. Это не инсульт и не инфаркт. Успокойтесь, пожалуйста. Она же гипертоник.

– Да, она гипертоник. – Честно призналась я, выдыхая. – Но почему, раньше такого никогда не было…

– Сильно переволновалась. Либо ещё что-то. Чем вы были заняты до того, как случился приступ?

Я покачала головой.

– Она с сыном поругалась.

Врач отвёл глаза.

– Здесь, видимо все наложилось. У неё давление сто восемьдесят. Ей поэтому плохо стало. Но не беспокойтесь, это не микроинсульт. Мы посмотрели сразу. Отправили на Мрт. Все хорошо.

– Но она ничего не говорит.

– Не переживайте, такое бывает. Все эти функции, они восстановятся. Если вы сильно переживаете, то мы можем порекомендовать один из инновационных препаратов.

– Да, да, вы можете порекомендовать один из инновационных препаратов. – Тихо прошептала я, дёргая врача за полу халата.

– Так, давайте сейчас пройдём в мой кабинет. Я быстро напишу назначение. У нас этот препарат есть в аптеке на Горького. Вот купите, мы сразу начнём колоть, чтобы повторных таких приступов не было.

– А с мамой? С мамой..

– Она побудет у нас. Мы пока поставили сейчас капельницу с магнезией. Для того, чтобы давление спало…

Тряслись губы, тряслись руки. Вся сама тряслась. Была ещё и без машины ко всему прочему.

Прыгнула в такси.

Бешено колотилось сердце.

Забежав в аптеку, я быстро сунула провизору назначение. Постаралась максимально поторопить её, а она ещё такая медлительная была. Ходила от одной стойки к другой.

– Пожалуйста, девушка, пожалуйста. Я вас прошу, пожалуйста, быстрее. У меня мама в больнице.

– Секунду, секунду. – Нервно отвечала мне фармацевт и поджимала недовольно губы, как будто бы я её просила черт пойми о чем

Вернувшись через час с лишним в больницу, я полетела на лифте на этаж терапии. Выскочила в коридоре и не разбирая дороги, побежала к палате. Свекровь лежала одна. Я попросила специально отдельную палату. У неё была капельница ещё с одним непонятным раствором. Следом за мной тут же в палату зашёл врач. Я всучила ему пакет с препаратами. Он поблагодарив, постарался заверить меня, что обязательно все обойдётся.

Но ничего не обошлось!

Когда я вышла из палаты, в коридоре меня ждал Адам.

– А ты что здесь делаешь? – Вызверилась я тут же.

– Врачи позвонили. – Вздёрнул подбородок бывший муж.

А я не удержавшись, фыркнула.

– От капусты, что ли успел отмыться?

У Адама сдали нервы. Он резко качнулся ко мне, перехватил меня за плечи и снова вдавил в стену.

– Знаешь что, меня твои выкрутасы уже по горло достали. Ты сейчас хотя бы можешь не раздражать меня? Не бесить меня. Не злить меня.

– А ты можешь исчезнуть? Просто не лезть ни в мою жизнь, ни в жизнь моих детей, ни в жизнь моих родителей.

Адам, словно бы получив пощёчину, отшатнулся от меня. Я прямо сказала про все, что осталось.

– Это всё моё! Мои родители! Мои дети! Мои внуки. Ничего твоего здесь нет.

Я подчеркнула, что от него семья отказалась. Его наличие и присутствие здесь сейчас вообще не к месту. Адам нахмурил брови и зло процедил.

– Ни один адвокат этого города не возьмётся вести наш раздел имущества. Так что, как бы ты не пыжилась, пытаясь попасть на приём к Градову, тебе ни черта не светит. А за то, что ты посмела так поступить…

Глава 16

Адам не успел ничего договорить потому, что в коридоре звучали шаги и окрик:

– Пап.

Я резко обернулась, увидела Назара, который вёл под руку свёкра. Тот был бледен, того гляди, сам ляжет возле свекрови.

– Анечка, Анечка, что с ней? – Взмахнул руками свёкор и я перехватила его за ладони.

– Пап, все хорошо. Это не сердечный приступ. Это не инсульт и не инфаркт. Все хорошо. Мама просто переволновалась.

У отца на щеках проступили розоватые пятна.

– Почему? Что случилось? Она же поехала пирожки печь.

– Пап, все хорошо. Просто так случилось.

И в этот момент прозвучал голос Адама.

– Она со мной поругалась. Точнее, я с ней.

Свекор воззрился на родного сына с таким ужасом, как будто бы тот сказал о прилюдном преступлении.

– Адам, как ты можешь? Это же твоя мать.

Адам отклонился от нас, запрокинул голову, уткнулся затылком в стену и тяжело вздохнул.

– Мне можно к ней, Уся? Мне можно к ней?

– Да, да, конечно. Её там капают. Она немного дремлет, но думаю проснётся, когда ты зайдёшь.

Я перевела взгляд на старшего сына. Тот махнул рукой.

– Родион в соплях ничего объяснить не может. Быстрее, быстрее начал звонить бабуле. Она сказала, что вы уехали в больницу, но я деда подхватил да поехал.

Сын качнулся ко мне, обнял, поцеловал в висок.

– Ты сама то как? Нормально?

– Да, да. Сходи к бабушке, проведай.

– Да, сейчас деда выйдет.

Адам остался стоять, не шевелясь. И после того, как свекор поговорил со свекровью, как сын поговорил, я толкнула бывшего мужа в бок.

– Иди и ты скажи что-нибудь. – Произнесла я зло.

Но Адам качнул головой.

– Не надо. Она не хочет меня видеть.

– Ты даже не заглядывал. – Произнесла я едко.

– Заглядывал, пока тебя не было. Раскричалась. Сказала, чтобы я вышел. Давление сразу стало скакать. Я и вышел.

– Когда я пришла, тебя здесь не было…

– Я спускался. Ходил к врачу.

Я тяжело вздохнула. Снова появился в поле зрения доктор и я побежала быстрей к нему.

– Сейчас вы начали капать? Капать лекарства начали? – Спросила я дотошно, снова пытаясь схватить его за руку..

– Устинья Анатольевна, пожалуйста, успокойтесь. Все хорошо с вашей мамой. Мы оставляем её, надо до конца прокапать, надо стабилизировать состояние. Через пару дней сможете приехать, забрать. Сейчас лучше езжайте по домам. Мама ходячая. Маме не нужен присмотр.

– Нет, – закачал я головой, – нет, я останусь.

– Не надо. Не стоит.

Я облизала губы.

– Ну нет, давайте тогда, если я не могу остаться, можно мне медсестру какую-нибудь? Я оплачу все, чтобы мама была под присмотром.

– Устинья Анатольевна, побойтесь Бога. Ваша мать не лежачая. У неё ничего не случилось. Не надо так остро реагировать.

– Нет, я ей все равно не доверяю. Вдруг она пойдёт ночью в туалет, оступится или ещё что-то? Раз вы говорите, что я не могу остаться…

– Уже само наличие вас здесь, говорит о том, что мы нарушаем. У нас не пропускают в отделение. Но из-за того, что здесь такой острый случай и ваш муж, нам пришлось сделать исключение.

Я покосилась на Адама, подозревая, какое исключение Адам сделал во всей этой ситуации. Скорее всего стал орать и угрожать.

– Давайте медсестру все равно.

Попрощавшись с матерью, я ещё раз чмокнула её. Сказала, чтобы звонила мне в любом случае: хоть ночью, хоть днём, без разницы. Вышла из палаты.

Адам стоял все на том же месте. Назар увёз деда обратно домой. Тот сильно переволновался и поэтому сын сказал, что он присмотрит и попросит жену сегодня ночевать с дедулей, они приедут. Я поблагодарила старшего и посмотрела с сомнением на Адама.

– Ты все? Давай отвезу домой? Ты же на скорой приехала.

– Не надо. Я на такси уеду.

– Не трепи нервы, идём.

Адам открыл дверь машины и когда я попыталась скользнуть мимо, перехватил меня за руку.

– Садись давай уже. – Устало произнёс он и тяжело вздохнул.

Я замешкавшись, все-таки качнула головой и Адам почти взбесился.

– Устинья, хватит!

Я прошла, села в машину и до дома мы ехали молча. Висела неприятная, тянущая тишина, которая заставляла и меня, и Адама периодически переводить друг на друга взгляды.

Когда муж затормозил возле подъездов, я положила ладонь на ручку двери и слегка наклонилась вперёд, чтобы выйти, но Адам перехватил меня за левую ладонь.

Тишина стала ещё осязаемей, ощутимей. На коже проступил пот.

– Тина… – Почему-то с какой-то усталостью, горечью прозвучал голос мужа.

Я посмотрела на него искоса.

– А ты… – Адам, тяжело вздохнул, набрав полную грудь воздуха и снова продолжил. – А ты по поводу беременности..

В душе вспыхнул огонь ярости и я уже даже оскалилась для того, чтобы нанести новый удар.

Но Адам качнул головой…

– Ты точно решила, что будешь сохранять беременность?

– Сам, как думаешь? – Зло выдохнула и все-таки открыла дверь машины, но Адам не выпустил руку.

Молчание длилось.

И секунды перетекали в минуты.

– Тина, если ты уверена, что беременность стоит сохранить…

Я внимательно присмотрелась к бывшему мужу. Он отвёл глаза, как будто бы боясь показать истинное отношение к ситуации.

– Если ты уже решила, что ребенок родится, тогда нам стоит сойтись. – припечатал веско Адам, а я выронила сумку из рук.