Текст книги "Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 19 Сказочный принц…

Федора сидела за массивным резным столом в своём кабинете. Лёгкий свет свечи выхватывал из полумрака её тонкие, суховатые пальцы, сжимающие перо. Чернильница стояла рядом, а тонкий лист бумаги уже ожидал слов, которые должны были положить начало её триумфу.

Она задержала дыхание и начала писать:

"Дорогой мой Никитушка!

Как же давно мы не виделись, мальчик мой! Ты ведь помнишь, как гостил у своей тетушки в гостях? Ах, Никита, как же ты вырос, стал таким влиятельным и уважаемым человеком! Твоя красота сводит половину княжества с ума. Ты гордость нашего рода, дорогой мой! Ведь даже младшая сестра княгини не смогла устоять перед твоими чарами, да вот только князь не дал благословения на ваш брак… Жаль, очень жаль.

Но сейчас не об этом. Я пишу тебе с просьбой о деле весьма деликатном. Видишь ли, моего дорогого племянника, нашего любимого Илюшу, жестоко обманули. Его женили, причём насильно, без его воли и желания на женщине, которая на одиннадцать лет старше его. Она дурна собой и имеет отвратительный характер. Представляешь, какой ужас? Илюша такой мягкий, такой добрый, что даже не может решиться избавиться от столь постыдного брака. А ведь этот союз – ни что иное, как позор для нашей семьи!

Мне больно видеть, как его прекрасное будущее рушится. Он был рождён для больших дел, но теперь привязан к женщине, которая ему совершенно не подходит. Ты ведь знаешь, как важна правильная партия, а я нашла для него девушку, которая принесёт пользу семье. Владислава Сокольникова – прелестное создание, умная, воспитанная, настоящая жемчужина! Брак с ней укрепит нашу семью, да и сама она будет послушна во всём. Но Илья… упрямый мальчишка! Не хочет видеть очевидного, а может, просто боится.

Вот тут ты, мой милый друг, и можешь помочь. Ты ведь настоящий мастер в обольщении. Я уверена: если эта порочная женщина столкнётся с тобой, она не устоит. Достаточно будет малейшего намёка на измену, и тогда у Илюши появится законное основание разорвать этот брак. Он сам освободится от неё, и никто не сможет сказать, что мы вынудили его к этому.

Ты – единственная надежда. Если ты действительно дорожишь своим любимым кузеном, то не мог бы ты ненадолго приехать? Я уверена, что твои чары сотворят чудо. Это дело решится быстро и без лишнего шума.

Рассчитываю на тебя, мой дорогой мальчик. Ты всегда был благородным человеком, всегда помогал тем, кто в этом нуждался. Ну не оставь же меня в беде!

С нетерпением жду ответа.

Твоя любящая тетушка Федора."

Она перечитала письмо, улыбнулась и аккуратно сложила его, капнув сверху сургучом и прижав своей печатью. Лёгкий стук в дверь прервал её раздумья.

– Фимка! – крикнула она служанке. – Позови гонца. Это письмо должно уйти немедленно.

Вскоре, когда гонец скрылся за воротами, растворяясь в вечерних сумерках, Федора села в кресло, разглядывая своё отражение в зеркале. Она удовлетворённо поправила свою высокую причёску и прищурилась.

– Ну что ж, моя дорогая… – прошептала она. – Теперь тебя вышвырнут отсюда метлой гнева!

О, как Федора устала играть роль заботливой тётушки! Её имущество и власть – всё, что было отнято когда-то, теперь должно вернуться к ней. Если бы только её брат не был таким упрямым, если бы только он когда-то отдал ей то, что принадлежит по праву, ей бы не пришлось воевать на старости лет. Но прошлое не изменить, зато будущее в её руках…

Она уже легко могла представить, как Илья выгоняет непутевую жену из дома и подписывает бумаги о разводе. Даже Храм ничего не сможет сказать против, потому что будет факт измены.

А Владислава – девушка понятливая. За лишнюю монетку она будет послушно выполнять то, что ей скажут. Батюшка ее верно воспитал, и Илюше придется подчиниться или уйти с дороги.

Федора наклонилась вперёд, её губы тронула лёгкая усмешка.

– Совсем скоро, – пробормотала она. – Совсем скоро этот дом станет моим…

* * *

Несколько дней прошли в относительном покое. Тетушка Федора неожиданно прекратила свою навязчивую опеку, а Илья словно испарился. Весь день он просиживал в кабинете, а когда сталкивался со мной в коридорах, делал вид, что меня не существует. Вёл себя так, будто я ему чем-то насолила. Я лишь пожимала плечами.

– Ну и ладно, – пробормотала однажды, наблюдая, как он резко сворачивает в другую сторону.

То просит сделать одолжение, то ведёт себя, как грубиян. А нельзя ли просто вести себя… нормально?

На меня начала накатывать меланхолия. Всё это – чужой дом, замкнутость, непонятное отношение мужа, тёткины интриги – становилось невыносимым. Порой казалось, что становится нечем дышать: опостылело всё.

Но через какое-то время я встряхнулась, решив, что не позволю обстоятельствам подавить меня. Тетушка рано или поздно уедет, и соглашение между мной и Ильей закончится. Я смогу наладить жизнь. Нужно будет заводить какие-нибудь знакомства, узнавать новое об этом мире и обживаться где-нибудь в другом месте…

Будто в ответ на мои мысли, тем же вечером в поместье пожаловало новое действующее лицо.

Да, я уже знала, что это не сон, но мне до сих пор нравилось сравнивать всех вновь прибывших с персонажами. На сей раз пожаловал… настоящий принц. Принц из Золушки, может из Русалочки. Утонченный, красивый, с невероятно вылепленными чертами лица. Длинные светлые волосы, аккуратными локонами ложились на широкие плечи. Кожа у него была фарфоровой, губы алыми, будто он их подкрасил, но при ближайшем рассмотрении стало ясно – это их естественный оттенок. А ресницы… длинные, загнутые. Просто отпад!

У Ильи тоже такие. Но его вечно хмурый взгляд портил всякое впечатление. Этот парень к тому же был постарше. Лет двадцати семи. Более мужественный. И самое главное, совершенно открытый и дружелюбный.

Тетушка Федора визжала от восторга. Буквально подлетела к гостю и обняла его так крепко, будто встретила родного сына.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Никитушка, милый, ты приехал!

Гость улыбнулся и, бережно удерживая её за руки, поцеловал их.

– Тётушка, вы, как всегда, прекрасны.

Она просто расцвела. А потом, развернувшись ко мне, снизошла до благожелательного тона.

– Посмотри, невестка, кто у нас в гостях. Это троюродный брат Илюши – Никита Скворцов.

Я внутренне поморщилась. Скворцов? Фамилия, прямо скажем, не очень королевская. Но что такое фамилия при такой внешности?

Не то, чтобы я тут же воспылала страстью к этому мужчине. Просто, объективно говоря, он был красив. До невозможности красив. И эстетически мне было приятно на него смотреть.

Но что меня удивило больше всего – он обратил пристальное внимание на меня.

– Рад знакомству, Лидия, – произнёс он с лёгкой, немного ленивой улыбкой, склонившись и коснувшись губами моих пальцев.

Я приподняла бровь, не привыкнув к таким жестам.

– Взаимно.

Никита держался легко, непринуждённо, словно был прирождённым хозяином любой ситуации. Похоже, он прекрасно знал, какое производит впечатление, и умел располагать к себе людей.

– Надеюсь, тётушка не слишком докучала вам своими нравоучениями? – бросил он насмешливо и шепотом, пока Федора отвлеклась, раздавая распоряжения служанкам.

– О, я уже привыкла, – усмехнулась я, но в этот момент Федора сверкнула на меня глазами. Никита лишь хмыкнул.

– И всё же, как вы тут живёте? Я знаю, что мой братишка не самый разговорчивый человек на свете…

– Это точно, – вздохнула я.

Его улыбка стала шире. Он явно был доволен моей реакцией.

– Тогда, возможно, вам не помешает компания?

Я чуть склонила голову, изучая его. Что ж, мне как раз ужасно скучно…

Никита Скворцов оказался не только красивым, но и невероятно обаятельным. Его голос был приятным, чуть насмешливым, а манеры безупречными. Но что-то в этом всём казалось… слишком отточенным. Словно он играл роль, но я пока не понимала, какую именно.

Но, несмотря на сомнения, я решила воспользоваться моментом. Раз уж судьба подбросила мне шанс узнать о мире, в котором я теперь живу, глупо не воспользоваться этим.

– Тогда я надеюсь, что мы найдём общие темы для разговоров, – сказала я, чуть приподняв подбородок.

Никита снова улыбнулся, но теперь во взгляде его блеснул едва уловимый лукавый огонёк.

– Не сомневайтесь.

Я почувствовала пробежавшую по спине дрожь. Но не волнения, нет, а… от ощущения опасности. Или у меня уже вовсю разыгралось воображение?

Глава 20 Поспешное развитие отношений…

Мы устроились в малой гостиной, где уже горел камин, а на круглом столике перед нами стоял чайный сервиз, изящный, расписанный синим узором. Чай был ароматным, густым, согревающим. Я взяла чашку, наслаждаясь её теплом в ладонях. Никита же развалился в кресле, откинувшись на спинку и улыбаясь так, будто ему принадлежал весь мир.

– Как славно, что я наконец добрался сюда, – сказал он, делая небольшой глоток. – Я столько раз проезжал мимо, но всё как-то не находилось случая заглянуть.

– Вы путешествуете? – с интересом спросила я, осторожно дуя на горячий напиток. – Должно быть, видели много удивительных мест.

– О, не то слово! – Никита чуть подался вперёд, глаза его засверкали. – Княжество велико и разнообразно, от снежных гор до бескрайних полей, от суетливых городов до тихих деревень. У каждого места своя история, своя магия… Вы ведь никогда не путешествовали, не так ли?

Я пожала плечами, изобразив легкую досаду.

– Батюшка был строг. Держал меня взаперти, словно редкую птицу в золотой клетке. – Я ухмыльнулась. – Вот и приходится теперь слушать рассказы, чтобы хоть немного восполнить пробелы.

Никита покачал головой, сочувственно вздохнув:

– Какое невежество! Лишать молодую леди возможности видеть мир... Как можно было так поступить? Уверен, теперь вам хочется наверстать упущенное.

– Возможно, – осторожно протянула я, задумчиво склонив голову набок. – А расскажите мне, Никита, если не трудно, какое место вам запомнилось больше всего?

Мой собеседник мгновенно оживился, поставил чашку на блюдце и заговорил с таким восторгом, будто заново переживал свои приключения:

– Есть одна деревенька у подножия Златых Гор… Вы не представляете, какая там природа! Воздух пропитан ароматом хвои, вода в реках прозрачнее хрусталя. А местные жители – настоящие мастера ремесла. Делают украшения из самоцветов, которые находят в горах. Ах, если бы вы могли это увидеть! Я бы с удовольствием показал вам это место. Вы бы засверкали там, как истинная жемчужина!!!

Я усмехнулась, внимательно наблюдая за ним из-под полуприкрытых век. Так, флирт пошёл в открытую.

– Так вы предлагаете мне путешествие? – в голосе моём слышался лёгкий вызов.

Никита прищурился, взгляд его стал томным.

– А почему бы и нет? – прошептал он, подаваясь чуть ближе, так, что я почувствовала лёгкий аромат дорогого одеколона. – Представьте: утро, тёплый ветерок, мы неспешно прогуливаемся по зелёным лугам… Свобода, красота, радость. Разве это не заманчиво?

Я сделала ещё один глоток чая, скрывая улыбку. Он действует быстро. И явно уверен в себе.

– Вполне заманчиво, – признала я. – Однако мой дорогой супруг вряд ли согласится отпустить меня в такую поездку…

Я не смогла сдержать лёгкой усмешки, когда заметила, как при упоминании Ильи уголки губ Никиты чуть дрогнули. Он быстро овладел собой, но момент был показателен.

– Ах, да, конечно, ваш супруг, – протянул он, чуть наклонив голову. – Как же я мог забыть. – Он выдержал паузу, а затем добавил, мягко, почти ласково: – Но, думаю, даже супруг может иногда позволить жене немного развлечься. Ведь это просто путешествие… или нет?

Я поставила чашку на столик и встретила его взгляд, чувствуя, как внутри зарождается странное волнение. Это не было ни страхом, ни раздражением – скорее предчувствие, будто я стою на краю чего-то необычного.

Что ему нужно? Он явно не просто так приехал. Может, решил развлечься за мой счёт? Или же здесь что-то большее?

– Никита, – начала я с лёгкой улыбкой, но прежде, чем успела продолжить, в дверях раздался голос:

– Ах, вот вы где! – голос тётушки Федоры был необычайно задорен.

Мы вдвоем обернулись. Тётушка стояла в дверях, сияя, будто ей только что вручили редкую драгоценность. Глаза её метко пробежались по нам, задержавшись на моей руке, лежащей на подлокотнике кресла – слишком близко к Никите. Он же, вместо того чтобы отстраниться, лишь расплылся в ещё более довольной улыбке.

– Лидия, как славно, что вы нашли общий язык с нашим дорогим гостем, – протянула Федора с откровенной насмешкой. – Уж он-то человек интересный, знает, как развлечь даму.

Я почувствовала, как что-то внутри сжалось. Улыбка Никиты, бдительный взгляд Федоры – всё это вызывало тревожное ощущение, будто вокруг меня начали расставлять ловушки.

Я сложила руки на коленях и учтиво кивнула:

– Да, беседа с Никитой действительно познавательная.

– Ну, тогда я не буду мешать, – тётушка сделала вид, что хочет уйти, но я не сомневалась: она ещё вернётся.

Когда дверь за ней закрылась, Никита посмотрел мне прямо в глаза и медленно, будто смакуя момент, произнёс:

– Что ж, может, мы и правда найдём возможность как-нибудь прокатиться, а?

Я слабо улыбнулась, но внутри уже начинала мысленно готовиться к тому, чтобы выяснить, что за игру он затеял…

* * *

Прошло несколько дней, и с каждым из них Никита словно всё глубже проникал в ткань нашего быта. За общими приемами пищи он неизменно оказывался в центре внимания: рассказывал о путешествиях, разыгрывал сцены из княжеского двора, живописно расписывал все сплетни, доходившие до его слуха. Арсений буквально боготворил его, не отрывая восторженного взгляда, да и младшие братья Ильи слушали с нескрываемым интересом.

Я не могла не заметить, что Илья, напротив, хмурился всё сильнее. Он присутствовал за столом, но ел молча, без особого аппетита, а на Никиту смотрел с каким-то нехорошим прищуром. Если кузен пытался обратиться к нему, тот отвечал сухо и неохотно, словно пересиливая себя. Иногда я ловила на себе его взгляд – тяжёлый, пристальный, словно он пытался разгадать, что же происходит. Я только пожимала плечами, продолжая играть свою роль.

Никита же каждый день находил повод провести со мной время. Вчера он помог мне подобрать книгу в библиотеке, позавчера мы играли в шахматы, а сегодня, когда я уже собиралась уйти к себе, он внезапно предложил прогулку.

– Погода так хороша, сударыня, – сказал он, улыбаясь. – Весна наконец-то решила взять верх, и мне кажется преступлением не воспользоваться этим.

Я приняла приглашение. Никита предложил мне руку, и, сделав вид, что раздумываю, я всё же положила свою ладонь на его. Пусть идёт дальше. Мне было любопытно, до чего он осмелится дойти.

Сад встречал нас ярким солнцем и свежестью первого зелёного листа. Воздух был наполнен запахом влажной земли и набухших почек. Мы шли по узкой дорожке, Никита рассказывал очередную историю – на этот раз о каком-то княжеском бале, где произошёл курьёзный случай с испорченным платьем одной особы. Его речь была живой, жесты выразительны, а я искренне смеялась, представляя картину.

Именно в этот момент он резко схватил меня за обе руки. Я удивлённо подняла взгляд, но он выглядел совершенно серьёзным. В его глазах вспыхнул тот самый огонь, который выдаёт мужчину с определёнными намерениями.

– Вы даже не представляете, как я восхищаюсь вами, – произнёс он натурально дрогнувшим, чуть сжимая мои пальцы. – С первой встречи я не мог отвести глаз. Вы – как весна после долгой зимы.

Я улыбнулась краешком губ. Он что, действительно вот так просто взял и перешёл к признаниям? Не рано ли? Или он торопится?

– Я безнадёжно пленён вами, – продолжал Никита. – И я знаю, что вам нелегко сейчас. Но, может быть, вы рассмотрите возможность…

Он наклонился ближе, будто намереваясь поцеловать меня, а я не стала отстраняться, с любопытством наблюдая за его действиями. И что же дальше? Решится он на поцелуй или нет? Отвернуться всегда успею…

Но в тот же самый момент всё изменилось.

– Что. Здесь. Происходит?! – пронёсся яростный голос.

Я вздрогнула. Никита тоже. Мы оба повернулись, и моё сердце пропустило удар.

Илья стоял в нескольких шагах от нас, его глаза сверкали холодной яростью. Он выглядел опасно: напряжённые плечи, побелевшие от сжатия пальцы, гневные морщины на лбу.

Никита сделал шаг назад, но не отпустил моих рук. Я почувствовала, как его пальцы слабеют, а затем он всё же нехотя убрал их.

– Братец, зачем же так пугать даму? – усмехнулся он, но я слышала напряжение в его голосе.

– Не смей называть меня братцем, – процедил Илья. – И не смей трогать мою жену!

Я приподняла бровь. Это как понимать? Ревность проснулась? С чего бы это???

– Как грубо, – вздохнул Никита, сложив руки на груди. – Я не делал ничего неподобающего.

– Ах, не делал?! – Голос Ильи сорвался буквально на крик. – Значит, если бы я не пришёл, ты бы не вздумал лезть к ней с поцелуями? Думаешь, я идиот?!

Я моргнула. Ух ты. Такого я вообще не ожидала…

– Илья, давай спокойно поговорим… – попыталась я разрядить обстановку, но он метнул в меня такой взгляд, что я предпочла замолчать.

– Я видел, как ты к ней лез, – продолжал он, делая шаг вперёд. – И это просто вопиюще! Собрался крутить роман с женой брата???

Никита отшатнулся, лицо его исказилось очень правдоподобным удивлением и возмущением.

– Ты… ты с ума сошёл?! – выдохнул он. – Я не подлец!

– Именно подлец! – бросил Илья. – И ты немедленно уберёшься из моего дома.

Наступила гробовая тишина. Никита побледнел, но промолчал. Я тоже молчала, поражённая тем, насколько глубока была ярость Ильи. Впервые я видела его в таком состоянии.

– Пойдем, – бросил Илья раздраженно, схватил меня за руку и потащил за собой…

Глава 21 Прорыв чувств…

Илья едва сдерживал гнев, тащивший его в самое пекло ярости. Его пальцы сжимали моё запястье крепче, чем следовало бы, но он не отпускал. Буквально втащил меня в кабинет, с силой захлопнул за собой дверь и повернул ключ в замке. Глухой щелчок эхом разнёсся по комнате, запечатывая нас в этом пространстве гнева и непонимания.

– Ты! – рявкнул он, едва сдерживаясь, чтобы не швырнуть что-нибудь об стену. – Какого чёрта ты творишь?!

Я выдернула руку, потирая запястье. Взглянула на него исподлобья. Ни капли страха – только раздражение и вызов.

– О, началось, – протянула с сарказмом, скрестив руки на груди. – Что не так на этот раз, господин? Никита слишком долго держал меня за руки? Или тебе не понравилось, что он сказал мне что-то приятное?

Илья шагнул вперёд, заставляя меня попятиться. Он кипел.

– Ты позволяла ему трогать себя! Позволяла ему склоняться к тебе, как будто… как будто…

– Как будто что? – я приподняла бровь. – Как будто он ухаживал за мной? Так это и был обычный флирт, не более. Или мне теперь спрашивать у тебя разрешения даже на то, с кем разговаривать?

– Не смей, – процедил он, и его глаза вспыхнули так, что у меня по спине пробежали мурашки. – Ты моя жена. И вести себя так… – он запнулся, сжав кулаки. – Это недопустимо!

– Ах, вот оно что! – я всплеснула руками. – Значит, я твоя жена, когда тебе удобно. А когда нет, я «навязанная уродина», от которой ты мечтаешь избавиться, так?

Его челюсть напряглась так сильно, что я почти услышала, как она хрустнула.

– Ты просто… ты понятия не имеешь, что творишь! Этот человек – не тот, кем кажется. Ты ведёшь себя, как наивная дура!

– Наивная дура?! – Внутри всё закипело от возмущения. – Я прекрасно знаю, что делаю! В отличие от тебя, который вечно что-то скрывает и бурчит в углу! Если уж на то пошло, почему ты вообще возмущаешься? Разве тебе есть до меня дело? Разве не ты говорил, что тебе плевать? Что наш «брак» всего лишь формальность, которую ты хочешь засудить?

Он смотрел на меня, не моргая, лицо перекосилось от злости, но я продолжила:

– Мы с тобой договорились, помнишь? Я помогу тебе с твоей дражайшей тётушкой, и на этом всё! Так почему ты вдруг ведёшь себя так, будто я изменила тебе?! Что, почувствовал себя настоящим мужем? Забыл, как сам называл меня «противной старухой»?! Так с чего теперь эта сцена ревности?!

– Что??? – Голос Ильи стал низким, почти угрожающим. Одним рывком он пересёк расстояние между нами и, схватив меня за плечи, прижал к стене.

Я ахнула, почувствовав твёрдую поверхность за спиной, и расширенными глазами посмотрела на него. Он был так близко, что я ощущала его дыхание на своих губах. Оно было тяжёлым, прерывистым, полным злости… и чего-то ещё.

– Повтори, – прорычал он, вцепившись в мои плечи. – Повтори это ещё раз, если смеешь.

Я сглотнула, но не отвела взгляд.

– Ты не имеешь права…

– Не имею? – его губы исказились в злобной усмешке. – А ты думаешь, у тебя есть право разгуливать с кем попало, позволять им касаться тебя и унижать меня этим???

– Я тебе не вру! – выпалила я. – А даже если бы и врала, какая тебе разница?! Я тебе никто, ты сам так сказал!

– Никто?! – Его пальцы сжались на моих плечах сильнее. – Никто?! Тогда почему я готов разнести всё к чёрту, лишь бы выбить из головы картину, где этот самодовольный павлин склоняется к твоим губам?!

Я замерла. В его глазах бушевал шторм. Слишком много чувств. Слишком много ярости. Слишком много… желания?

Я с трудом вдохнула. Сердце стучало где-то в горле.

– Отпусти меня, – требовательно, но не слишком уверенно сказала я.

Илья смотрел на меня, тяжело дыша, словно пытаясь взять себя в руки. Но вместо того, чтобы отпустить, он неожиданно ещё сильнее приблизился к моему лицу. Наши носы почти соприкоснулись. Я видела, как вздрагивают его ресницы, как напряжена челюсть.

– Всё должно было быть иначе… – хрипло выдохнул Илья, его губы были так близко, что я ощутила жар его дыхания на своей коже.

Я смотрела на него, стиснув зубы, пытаясь совладать с бешено колотящимся сердцем. Он был вне себя. Разъярённый, растрёпанный, дышащий тяжело и хрипло, будто всё это время сражался. В какой-то степени это было правдой – мы только что яростно схлестнулись, обрушивая друг на друга обиды, претензии, злость… и что-то ещё. Что-то запретное, опасное.

Я усмехнулась, поджав губы, и выдохнула:

– Бедный мальчик… потерял контроль?

Его глаза вспыхнули так, будто я только что плеснула масло в пламя. Он зарычал – именно зарычал, низко, с угрозой – и в следующий миг его губы обрушились на мои. Без предупреждения, без колебаний. Поцелуй был грубым, яростным, жадным. Как будто он копил это ярость слишком долго и теперь, сорвавшись, не мог остановиться.

Я ахнула, но не успела ни оттолкнуть его, ни сказать хоть слово – он уже не давал мне шанса. Его ладони скользнули по моему лицу, пальцы сомкнулись в волосах, удерживая меня в этом вихре жара и безумия. Меня бросило в дрожь – от неожиданности, от ярости, от жара, который окутал меня с головой.

Я не думала – просто отвечала. Против воли, против здравого смысла. Пальцы вцепились в ткань его рубашки, и я не была уверена, чего хочу больше: впиться в него посильнее или оттолкнуть. Но его руки уже спускались ниже, сжимая мою талию, сдавливая бёдра, вынуждая меня вжиматься в стену, пока я не почувствовала, как колени подгибаются подо мной…

Через мгновение мы уже были на диване: кажется, Илья просто перенес меня туда.

Навалился сверху, не давая ни секунды передышки. Я чувствовала его вес, его силу, его страсть…

Он прижимал меня к мягкой обивке, горячие губы спускались к моему подбородку, к шее, к ключицам и ниже.

– Что же ты творишь… – выдохнула я, когда он почти болезненно сжал моё бедро. Его пальцы оставляли раскалённые следы на моей коже даже через плотную ткань платья.

– Замолчи, – глухо бросил он, снова накрывая мои губы своими. Но теперь поцелуй был уже не таким бешеным, а медленным, глубоким, изучающим. Он ловил мои губы, пробовал, смаковал… будто проверял, насколько далеко может зайти, и находил в ответ мою неосознанную готовность.

Я задышала чаще. Воздуха не хватало, мысли путались. Всё тело горело под его прикосновениями. Ещё секунда – и я бы совсем потерялась в этом водовороте ощущений, как вдруг он оторвался от меня, посмотрел в мои глаза затуманенным взглядом. Дышал часто и тяжело.

– Ты сведёшь меня с ума… – прохрипел Илья.

Я попыталась усмехнуться, но получилось плохо. Губы горели.

– Это ты тут сходишь с ума, – выдохнула я наконец, чувствуя, как он снова сжимает мои бёдра, проводя ладонями вверх, скользя пальцами к завязкам платья.

Я судорожно вздохнула, когда он начал нетерпеливо расшнуровывать лиф. Чувствовала его жаркие руки и видела безумный огонь в глазах, который наконец-то нашел себе выход…

«Неужели парнишка решился?» – пронеслось в голове. Это было так… невероятно. Немыслимо. Смешно, наконец.

Но новый, ещё более требовательный поцелуй заглушил последние мысли. Теперь я уже не могла думать. Только чувствовать…