Текст книги "Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Подсунутая жена. Попаданка воспитает...
Анна Кривенко

Глава 1 Подмена

Ночь была тягучей, глухой. Лидия лежала в огромной кровати, укрытая тяжёлым одеялом, но сна не было ни в одном глазу. В комнате царил полумрак.

Она напряжённо прислушивалась. Вскоре в коридоре послышались тяжелые шаги. Лидия знала – это приближается её новоиспечённый муж, граф Илья Николаевич Горинов, чтобы исполнить свой супружеский долг.

Сердце билось где-то в горле. Дверь распахнулась с грохотом, ударившись о стену, и в спальню, шатаясь, ввалился её супруг.

Камзол был распахнут, сапоги измазаны в грязи. Молодое красивое лицо выглядело усталым и раздражённым. Глаза – мутные, полуприкрытые.

Лидия вжалась в матрас, наблюдая, как он неуклюже сделал пару шагов вперёд, чуть не споткнулся, ухмыльнулся сам себе и рванул с себя камзол. Потом его затуманенный взгляд упал на кровать.

– Ну-у… – протянул он, покачиваясь. – Время… супружеского… долга настало, навязанная обстоятельствами жена…

Он наклонился вперёд и резко сдёрнул с неё одеяло. Лидия вздрогнула, сжалась, но не издала ни звука.

Её тело было облачено в тонкую сорочку из батиста, которая подчёркивала изгибы тела. Он замер. Его дыхание стало тяжелее.

Да, Лидия знала, что в таком виде могла свести любого мужчину с ума: у неё была большая, высокая грудь, узкая талия, изгибы, достойные восхищения. Проблема была в другом – ей было уже тридцать три года, и она была безнадежно «старой девой».

А ещё… Илья не знал о том, что жениться он должен был на совершенно другой девице.

Он не смотрел ей в лицо, потому что был слишком пьян.

Одним движением Илья сдёрнул с себя одежду и навалился на женщину. От него несло перегаром, и Лидия попыталась отвернуться. Чужие губы заскользили по ее шее, оставляя влажную дорожку.

Боже, помоги!

* * *

Она не помнила, когда провалилась в беспокойную дремоту. Ночь была бесконечной, но всё же утро наступило.

Проснулась от громкого вопля.

Лидия резко распахнула глаза – и увидела перед собой Илью, стоящего совершенно обнаженным перед кроватью. Он был бледен, глаза расширены: он рассматривал её в ужасе.

– Кто ты такая?! – заорал он снова.

Его крик отдался эхом.

Лидия села на кровати, натянув одеяло повыше, пытаясь выглядеть спокойной, насколько это было возможно.

– Я… ваша супруга, – тихо сказала она.

Илья моргнул.

– Врёшь! – Его голос сорвался. – Я женился на Милане Корягиной! Ей восемнадцать! А ты… – Он оглядел её с усиливающимся ужасом. – Ты старая!

Лидия глубоко вздохнула. В принципе, для своих лет она выглядела очень хорошо, но лёгкие морщинки вокруг глаз уже были заметны – и Илья их обнаружил.

Парень выругался, резким движением поднял штаны с пола и поспешно натянул их.

– Я засужу Корягина за этот обман! – выплюнул он, застёгивая камзол трясущимися пальцами. – Немедленно убирайся из этого дома!

Он развернулся и стремительно вышел, хлопнув дверью.

Лидия осталась сидеть на кровати. Она не плакала.

Она просто смотрела перед собой, понимая, что всё кончено.

Отец потребовал, чтобы она вышла замуж вместо младшей сестры и влюбила в себя Илью в первую же ночь. Но этого не случилось. Она провалила дело.

Лидия медленно опустила голову на колени.

Из её груди вырвался тихий, полный отчаяния стон.

* * *

Наш мир…

Я всегда знала, что работа – это мой путь, моя крепость, моя жизнь. В свои сорок три я была успешной женщиной: начальницей на государственном предприятии, хозяйкой собственной квартиры, уверенной в себе и властной настолько, насколько требовала моя должность. Единственное, что ускользнуло от меня – семья.

Всех хороших мужчин давно разобрали, а идти за плохого я не собиралась. Хотя… иногда мне казалось, что с должным усердием можно перевоспитать кого угодно. Я уже пыталась. Несколько раз. Но, увы, мужчины сбегали до того, как успевали морально дорасти до свадьбы. Наверное, им не хватало выдержки.

Сегодняшний день вымотал меня до предела. Я выдохнула, выпила таблетку снотворного, привычно легла в кровать и позволила усталости медленно окутывать сознание. Глаза уже начали слипаться, мысли затихали, как вдруг…

Резкая, жгучая боль пронзила грудь. Сердце сжалось, дыхание сбилось.

«Господи, неужели я умираю?!» – паническая мысль вспыхнула в сознании, но тут же исчезла во тьме.

* * *

Я очнулась резко, словно меня выдернули из небытия. Открыла глаза, но всё передо мной плыло, комната была размытой, чужой.

– Вставайте, кому говорю! – раздался рядом пронзительный женский голос.

Я заморгала и увидела склонившуюся надо мной женщину – неприятную, с жесткими чертами лица, со злыми карими глазами.

– Ну что ты разлеглась, дура! – зашипела она, грубо толкая меня в плечо. – Вставай, тебе говорят! Развалилась тут, как хозяйка! Ишь ты, удумала обмануть Илью Николаевича! Пошла прочь, пока я добрая!

Я уставилась на неё, не понимая, что происходит.

– Да кто вы такая?! – резко возмутилась я. – И что вы делаете в моей квартире? Я полицию вызову!

Её лицо мгновенно исказилось от ярости, и она схватила меня за руку, рывком пытаясь стянуть с кровати. Но я не собиралась так просто сдаваться.

Злость вскипела внутри, придавая мне сил. Я резко дёрнула её в ответ, и женщина с диким криком рухнула на пол.

Пока она стонала, я села в кровати и попыталась отдышаться.

– Чёрт… Где мой телефон?! – выкрикнула я, оглядываясь.

Но…

Прикроватной тумбочки не было.

Более того, вся комната была чужой.

Старинная мебель, тяжёлые портьеры, массивная кровать с резным изголовьем.

Что за чертовщина?

Меня… похитили?

Сердце бешено заколотилось.

В этот момент женщина на полу зашевелилась, медленно поднялась на ноги, пыша злобой.

Я тут же зыркнула на неё в ответ, вложив в этот взгляд всю холодность и угрозу, на которые была способна.

Она тут же попятилась.

Ну да, у меня профессионально устрашающий взгляд. Издержки профессии...

Глава 2 Неправильно сформированное желание

Женщина, рухнувшая на пол, поднялась слишком быстро. Глаза её пылали злобой, а губы скривились в яростной гримасе. Ещё секунда – и она снова бросится на меня.

Но я не собиралась ждать. Как только её рука рванулась в мою сторону, я резко увернулась, вскочила с кровати и, ловким движением схватив её за плечи, потащила вперед – к выходу. Незнакомка не ожидала такого поворота – она захрипела, взмахнула руками, но не успела схватиться за что-либо. Я толкнула её к двери и, ловко распахнув её, вытолкала наружу. Женщина рухнула в коридор с оглушительным воплем. Я тут же захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Прислушалась. Посыпались приглушенные проклятия, и она медленно удалилась прочь.

Что за грымза? Я в шоке…

Тяжело дыша, обернулась и наконец-то смогла осмотреть комнату.

Первое, что бросилось в глаза – старинная мебель. Огромная кровать с резным деревянным изголовьем, увитым замысловатым узором. Полумрак скрывал детали, но я заметила, что стены были обиты тяжёлыми, тёмно-бордовыми обоями с золотыми вензелями.

Я моргнула, ощущая, как в груди нарастает недоумение. Где я? Как сюда попала?

Опустила голову.

На мне была тонкая ночная рубашка с кружевной отделкой. Воздух касался кожи сквозь полупрозрачную ткань, и это казалось странным – у меня никогда не было такой одежды.

А потом я посмотрела на руки.

Тонкие ладони, длинные пальцы. Гладкая кожа. Не мои.

Зажмурилась, потом снова открыла глаза. Нет, ничего не изменилось.

Паника зашевелилась в груди, но я её задавила. Я всегда умела держать себя в руках. Жива – и это главное. Всё остальное можно решить.

Тряхнула головой, отгоняя хаотичные мысли. Разберусь. Но для начала мне нужна одежда.

Оглядевшись, я заметила стул возле кровати. На нём аккуратно сложено платье – явно приготовленное заранее. Я подошла ближе, разглядывая ткань. Богатая, добротная. Длинные рукава, строгий силуэт. Платье принцессы, не иначе…

Это сон?

Выдохнула и взялась за подол…

* * *

Я медленно шла по длинному коридору, освещённому редкими настенными светильниками. Свет был приглушённым, создавая причудливые тени, которые скользили по стенам, будто живые. Каменные полы были холодными, и я ежилась, чувствуя, как прохлада пробирается через тонкую ткань платья.

Где я?

Коридор казался бесконечным. По обеим сторонам тянулись двери – массивные, тёмные, с витиеватыми резными узорами. Я украдкой касалась их пальцами, убеждаясь, что это всё не иллюзия.

Наконец впереди показалась лестница. Высокие, чуть изогнутые ступени спускались вниз в просторный холл.

Я замерла на верхней площадке, поражённая увиденным.

Гладкий, сияющий пол отражал свет огромной люстры. Высоченные окна были завешены тяжёлыми портьерами, и даже отсюда я могла разглядеть богатую ткань с золотым орнаментом.

Боже… какая роскошь!

Я будто попала во дворец.

Хотя, если честно, я не особенно представляла, как выглядят настоящие дворцы изнутри. Разве что в фильмах да книгах встречала описания. Но сейчас… Сейчас я действительно чувствовала себя принцессой.

Рассмеялась.

Ну а что? Это точно сон! И пусть этот сон окажется красивым. Почему бы и нет? Он будет волшебным, сказочным, а главное – пусть в нём будет красивая любовная история! Было бы здорово потом вспоминать его во время утомительных рабочих будней…

Я вздохнула. Да, во мне до сих пор жило что-то девичье, романтичное несмотря на то, что молодость уже ускользала сквозь пальцы…

Стремительно сбежала вниз по лестнице, ловко перепрыгивая через ступени.

И вдруг – шум.

Я резко обернулась.

Одна из дверей была приоткрыта, и оттуда доносился какой-то неразборчивый звук. Голос?

Любопытство толкнуло меня вперёд.

А вдруг… мой сон подкинет мне настоящего принца?

О Боже, только бы он не оказался старым, обрюзгшим королём! Мне бы кого-нибудь помоложе…

Я осторожно толкнула дверь.

Будь осторожна со своими желаниями, гласит народная мудрость. Я осторожной не была…

Потому что мой принц оказался неприлично юным.

В комнате царил полумрак. Свет лился лишь от пары свечей в канделябрах, отбрасывая мерцающие блики на стены.

На широком диване с огромными подлокотниками сидел незнакомец лет двадцати на вид. Я разочарованно застонала. Слишком молодой. А еще безумно красивый…

У него были короткие светлые волосы, чуть взлохмаченные, словно он только что проснулся или… вообще не ложился. Лицо бледное, с правильными мягкими чертами и с высоким аристократическим лбом. Но самыми выдающимися в его лице были глаза.

Пронзительные, синие, как застывшее озеро.

А еще он выпивал.

На столике перед парнем стоял массивный графин с каким-то тёмным алкоголем. В воздухе витал запах спиртного, густой, тягучий. Молодой человек держал в руке хрустальный бокал. Он наклонил голову и просто смотрел на жидкость, время от времени что-то бормоча себе под нос.

Парень явно был пьян.

Его одежда выглядела дорого и безупречно. Камзол глубокого сапфирового цвета с серебряными пуговицами сидел идеально, подчёркивая статную фигуру. Кружевные манжеты рубашки выглядывали из-под рукавов, а на шее был завязан сложным узлом шейный платок. Длинные сапоги были расстёгнуты, словно он устал и небрежно избавился от привычного порядка.

Я шагнула вглубь комнаты.

Доселе расслабленный молодой человек вдруг замер.

Бокал в его руке застыл на полпути ко рту.

Пронзительные синие глаза вытаращились в шоке, встретившись с моими.

Он выглядел так, будто только что увидел привидение.

Моргнул, затем резко поставил бокал на столик с таким грохотом, что я вздрогнула.

– Чёрт возьми! – взорвался он, вскочив на ноги. – Ты всё ещё здесь?!

Я заморгала, не понимая, что именно вызвало у него такую бурю эмоций.

– Эм… а где мне ещё быть? – осторожно уточнила я. Я ведь не знаю правил этого сна. Вдруг ляпну еще что-нибудь не то.

– Да где угодно, только не в этом доме! – Он провёл рукой по взлохмаченным волосам, потом нервно сорвал с шеи платок и отбросил его в сторону. – Уходи! Или мне придется приказать, чтобы тебя выбросили из поместья силой!

Я нахмурилась.

– Подожди-ка… в каком смысле выбросили? Я решительно не даю разрешения куда-либо меня бросать!

Но парень не слышал. Он начал ходить взад-вперед по комнате нетвердой походкой. Похоже, налакался знатно. С чего вдруг, интересно? Впрочем, нужно спросить у собственного подсознания. Это ведь оно придумало мне такой вот непредсказуемый сценарий…

– Ты не должна была здесь оставаться! – Его пронзительные синие глаза метали молнии. – Меня обманули! Я вас всех засужу! Подсунули мне старуху, бред какой-то!

Я открыла рот, потом закрыла.

Ну да. Я ведь старше лет на двадцать. Он мне в сыновья годится.

Я-то надеялась, что мой сон окажется приятным, с романтичным сюжетом, а тут вдруг… личная трагедия. Лишнее напоминание о возрасте…

Мне ведь сорок три. Морщины уже не нужно искать с лупой…

Выдохнула. Какой облом! Жаль, что даже в собственном сне я не юная девица, которая с удовольствием впала бы в пылкие объятья аристократа…

Ладно, пора просыпаться, но эту сцену стоит доиграть до конца.

– Успокойся, сынуля! – бросила я, поджав губы. – Не собираюсь я навязываться такому ребенку, как ты! Тебе хоть двадцать есть? Вот только никуда меня выбрасывать не надо: сама уйду… скоро. Когда проснусь. А пока… может угостишь чем-нибудь «старушку»?

Я рассмеялась.

Нет, ну если с романтикой не повезло, я хотя бы отъемся в этом сне. Если дадут, конечно…

Правда мальчишка вдруг спал с лица и уставился на меня в полнейшем недоумении…

Глава 3 Персонажи..

Молодой человек наконец справился с ошеломлением. Его лицо, секунду назад выражавшее лишь недоумение, вдруг вспыхнуло гневом.

– Если ты не уберёшься отсюда добровольно, – его голос стал низким и угрожающим, – я прикажу запереть тебя в комнате и держать там безвылазно до самого суда!

Я моргнула.

– До какого суда?

– Твоего отца и тебя будут судить за мошенничество и подлог, – выплюнул он, сжимая кулаки.

Я несколько секунд просто переваривала услышанное. Ну, надо же! Какой злой мальчик попался!

– Ой-ой, – протянула я, сложив руки на груди. – А ещё вроде бы аристократ… Мне, знаешь ли, говорили, что дворяне отличаются выдержкой и холодным умом. А у вас что-то всё сразу через край льётся!

– Ты… – парень замер, словно не веря своим ушам.

– Хотя чего я удивляюсь? – продолжила я. – Во сне всё может быть. Конечно, хотелось бы что-то более романтичное, но, видимо, с выбором персонажей в моём подсознании какие-то проблемы.

– Какой ещё сон?! – взревел он.

– А что ещё это может быть? – Я развела руками. – Я легла спать у себя дома, а очнулась в этом месте с каким-то неадекватными персонажами. Очевидно, что это сон!

Парень сделал глубокий вдох, явно стараясь совладать с собой.

– Значит так, – он шагнул ко мне, понизив голос. – Ты либо убираешься отсюда немедленно, либо я лично позабочусь, чтобы тебя заточили в спальне до самого приговора!

– Заточили? Как принцессу в башне? – Я приподняла бровь. – Так даже интереснее! Прямо как в сказке!

Это был сарказм, внутри себя я посмеивалась от происходящей нелепости. Приснится же!

Он издал звук, больше похожий на сдавленный рык.

– Ты ненормальная…

– Ты тоже, кстати, не подарок, – я пожала плечами. – Пьешь, орешь, угрожаешь…

Молодой человек провёл рукой по лицу, явно проклиная всё на свете, а в первую очередь меня…

Если бы этот «принц» не был пьян, то, наверное, уже тащил бы меня за шиворот на улицу. Но, к счастью, его гневной вспышки хватило ненадолго. Он тяжело выдохнул, плюхнулся обратно на диван, а потом и вовсе растянулся на нём, закинув руку за голову.

Его веки медленно закрылись, дыхание стало ровнее. Вуаля – «принц» уснул.

Я смотрела на него пару секунд, потом машинально стянула с кресла плед и накрыла бедолагу. Правда, тут же очнулась. Уставилась на него, потом на свои руки.

У меня что, реально материнский инстинкт проснулся? Чур меня! Во сне никаких мамаш!

Быстро отдёрнув руки, я развернулась и вышла из комнаты.

А вот что действительно не исчезло во сне – так это желание поесть. Я вдохнула запахи, доносящиеся из дальней части дома, и решительно направилась туда.

* * *

Кухня оказалась заполнена людьми.

Женщины суетились у огромного очага, месили тесто, нарезали что-то на деревянных столах. Я застыла на пороге, ошарашенно уставившись на всё это средневековое действо.

– Ну надо же… – пробормотала себе под нос.

Кухарки выглядели так, словно сошли с картины какого-нибудь художника, увлечённого деревенским бытом. Репин? Нет, у него точно не было ничего подобного, но я бы назвала это «полотно» «Крестьянки за готовкой».

Меня заметили.

Женщины сначала замерли, потом зашептались между собой, настороженно косясь в мою сторону.

Ну и ладно!

Я пожала плечами и самым наглым образом направилась к столу, заставленному едой. Там были парующие булочки, огромный казан с кашей, груды лепёшек.

Не раздумывая, схватила пару булочек, лепёшку, а потом, увидев рядом глиняную тарелку, зачерпнула каши деревянной ложкой.

По кухне прокатился коллективный вздох.

Я оглядела их, весело улыбнулась и громко бросила:

– Хорошего дня, барышни!

После этого поспешно покинула помещение, чувствуя себя хозяйкой положения…

* * *

Я устроилась покушать в просторном холле.

Здесь было хорошо: воздух свежий, из окна открывался красивый вид, а рядом стоял удобный диванчик и невысокий столик. Я сложила туда свою «добычу», вдохнула аромат каши и принялась уплетать.

Можно ли во сне быть голодной? Не знаю, но факт оставался фактом – я была.

Съев всё до последней крошки, я переключилась на булочки. Настроение поднялось.

– Ну и ладно, – пробормотала я себе под нос. – Можно и без принца.

И в этот момент позади послышался шорох.

Я не успела обернуться, как детский голос взвизгнул прямо мне в ухо:

– А мне?! А мне!

Я вздрогнула и едва не уронила булку.

Передо мной возникло взлохмаченное создание, отчаянно напоминающее дрыхнувшего неподалёку «принца».

Это был мальчишка лет шести, светловолосый, с огромными синими глазами и розовыми губами… как у девчонки. Правда, выглядел так, будто полдня убирался в пыльной кладовой: рубашка измазана в пыли, волосы всклокочены, а на щеке чёрная полоса, будто от сажи.

– Ты кто? – уточнила я, дожёвывая булку.

– А ты кто? – бросил он в ответ и… схватил со стола вторую булку.

Я не стала отбирать, но притворно надулась.

– Мог бы и сам взять на кухне.

Мальчишка вгрызся в булку и с набитым ртом буркнул:

– Не дадут. Госпожа Матильда не разрешает кушать до ужина...

Я закатила глаза.

– Ох уж это подсознание… Персонажи один лучше другого,– пробормотала я, наблюдая, как мальчишка, довольно причмокнув, продолжает уплетать свою добычу.

Вопрос только в одном: когда же я, чёрт возьми, проснусь?

* * *

Стоило только подумать о всяких там Матильдах, как одна тут же материализовалась.

Женщина лет сорока – моя ровесница, если уж быть точной – выскочила из-за угла и замерла. Одетая в строгое чёрное платье, плотно облегающее её сухопарую фигуру, она напоминала ровную палку. Высокий воротник-стоечка только подчёркивал её властность, а замысловатая прическа в духе «башня на голове» добавляла ещё больше надменности. Узкие губы поджаты, взгляд ледяной.

– Господин Арсений, вам же строго запрещено перекусывать до ужина! – отчеканила она, смерив мальчишку строгим взглядом. – За нарушение дисциплины вы сегодня останетесь без сладкого!

Она сказала это так категорично, что мне показалось, будто за этими словами последует смертный приговор.

Я замерла и едва не выронила кусок лепёшки изо рта.

– Эй! Это не педагогично! – возмутилась я, прожёвывая еду и глядя на «снежную королеву» с негодованием.

Женщина, которая до этого демонстративно меня игнорировала, наконец соизволила обратить внимание. Её серые, как сталь, глаза впились в меня с выражением глубокого недовольства.

– А вы кто… извольте… будете? – процедила она.

Я выпрямилась, насколько это возможно было сделать, сидя на диване.

– Меня зовут Лидия Игоревна, – представилась я и тут же добавила, не теряя боевого настроя. – И я повторю: угрожать ребёнку – непедагогично. Если он голоден, значит, его растущий организм требует энергии. Что за глупые методы воспитания?

Я ещё никогда не видела, чтобы кто-то так стремительно краснел от гнева.

Лицо Матильды пошло яркими пятнами, но выдержка у неё, похоже, была железной. Ни одного взрыва негодования, никаких визгов – только мрачное, холодное выражение лица.

– Я так понимаю… вы та самая подложная жена господина? – её голос звучал ровно, но в нем сквозило презрение.

Я едва не поперхнулась крошкой.

– В смысле «подложная»?! Меня кто-то кому-то подложил?

Мысли завертелись со скоростью торнадо, но пока разбираться в этом времени не было. Передо мной стояла зарвавшаяся дамочка, которой явно требовалось достойный ответ.

– А я так понимаю, что вы нечто вроде гувернантки? – бросила я, наклоняя голову набок и внимательно её разглядывая.

Почему-то при виде этой женщины именно определение «гувернантка» первым приходило мне на ум.

– Если так, – продолжила я, – то удел слуг – слушаться, неуважаемая Матильда Батьковна!

Губы её сжались ещё сильнее, взгляд потемнел.

– Пусть ребёнок ест, – спокойно добавила я и обернулась к мальчику, который уже смотрел на меня с абсолютным обожанием.

Как мило!

Я улыбнулась и протянула ему оставшийся кусок лепёшки.

– Хочешь ещё?

Он схватил её так, будто ему в руки упала манна небесная, и просиял ещё сильнее.

Боже, какая прелесть!

И пусть этот сон не подкинул мне нормального принца, зато его маленькая копия уже «влюблена» в меня по уши!