Текст книги "Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 46. Новая атмосфера…

Остальные ребята подтянулись позже. Больше всего удивила улыбка, с которой встретил меня Матвей. Его глаза светились. Он всё время поглядывал на Илью, будто особенным образом одобряя моё возвращение. Это показалось странным. Что произошло в этом доме, пока меня не было? Обычно Матвей был крайне нелюдимым и замкнутым, а тут – сплошные эмоции. Он даже приобнял меня и назвал сестрой. Вот тут я и подвисла окончательно. Конечно, своего смятения не выдала – широко улыбнулась, похлопала по плечу, пообещала угостить вкусненьким. После этого поднялась в свою комнату.

Там всё осталось по-прежнему и сияла чистота. Было заметно, что за комнатой тщательно ухаживали в моё отсутствие. Неужели Илья позаботился даже об этом? Открыв шкаф, я обнаружила те самые платья, которые не забрала с собой. Они элементарно не поместились в чемодан. Значит, он ждал меня. Это осознание снова заставило сердце затрепетать. Я присела на краешек кровати и задумалась о своей жизни.

С самого начала, как я оказалась здесь, всё было таким необычным. Пока думала, что сплю – веселилась от души. Каждый человек вокруг казался мне забавным персонажем. Потом я окунулась в интриги, устроенные разными коварными женщинами. Научилась быть серьёзной, поняла, что выжить в этом мире не так уж просто. Однако я никогда не изменяла себе. Всегда смотрела в будущее с надеждой.

Потом пришла влюблённость. Как – не понимаю. Казалось бы, между мной и Ильёй пропасть. Моему разуму – сорок три, ему – чуть больше двадцати. Но, как говорят, любви все возрасты покорны. Энергия молодого тела бурлила во мне вулканом, и я почувствовала себя моложе. Захотелось сбросить рамки, ограничения. Зачем они мне? У меня есть второй шанс. Если мне нравится молодой человек – разве я не вправе попытать с ним счастья? К тому же он мой муж – это всё упрощает.

Однако мои чувства казались неразделёнными. У Ильи обнаружился сложный характер. Я даже не знаю, врожденное ли это качество или приобретенное. Что такого он пережил, чтобы стать ходячей колючкой, скрывающей свои чувства и неспособной открыться? Мне предстоит об этом ещё узнать…

Я ушла. Это было закономерным финалом наших зашедших в тупик отношений. Я окунулась в новый мир, познакомилась с другими людьми. Они оказались пугающими, их судьбы – трагичными, а мир – непростым. И вот Илья снова ворвался в мою жизнь. Пришёл, обуреваемый чувствами и откровенностью. Почему я так легко ему поверила? Наверное, потому что я опытная женщина, а не наивная девчонка. Мне не двадцать, я умею отличить правду от лжи. Я вижу душу через глаза. И я действительно видела – он искренен. Искренен так, как никогда раньше.

Поэтому решила дать ему шанс. И себе – тоже.

Невольно улыбнулась, вспоминая его признание. Да, всегда есть риск, что он снова станет жёстким и непредсказуемым. Но во мне говорит ещё одна черта – снисходительность старшего к причудам младшего. Да, я могу оправдать его поведение юношеским максимализмом и порывами. Я способна терпеть то, что можно терпеть. Нет, я не чувствую себя его матерью. И старшей сестрой – тоже. Я просто – мудрая женщина.

А мудрая женщина всегда найдёт в себе терпение и будет снисходительна к слабостям своего мужчины. Я прожила полжизни. Я не руководствуюсь сиюминутными желаниями. И готова рискнуть. Найти счастье рядом с этим пылким юнцом.

Я засмеялась и повалилась на кровать, уставившись в потолок. Внутри было спокойно. Неужели я перевернула эту страницу? Хотелось бы, конечно, понимать Илью лучше. Попытаться разобраться, что его гложет. Чтобы в следующий раз знать, как найти к нему подход. Своё счастье нужно ковать, пока горячо. Главное – быть хорошим кузнецом. С опытом.

Совместный ужин в тот вечер был потрясающим. Дети оживлённо болтали. Близнецы старались меня рассмешить. Старшие чинно ели, но, когда младшие начинали чудить, и они не могли сдержать смех. Атмосфера была удивительной. Кажется, моё отсутствие пошло всем на пользу. Они объединились, стали слаженной семьёй.

Илья улыбался. Той мягкой, самодовольной полуулыбкой, которую невозможно было скрыть. Ел медленно, сидел с прямой спиной. Выглядел аристократично. Но улыбка выдавала его. Я бросала на него испытывающие взгляды.

Наконец, все разошлись по комнатам. Я тоже направилась к себе. Однако Илья догнал меня и предложил посидеть на террасе, поболтать.

Я, конечно, встрепенулась, хотя и видела – ему это предложение далось нелегко. Он словно переступал через себя. Ему трудно быть искренним. Парень смущался, выдавая свою неопытность с головой. Я делала вид, что ничего не замечаю, и старалась вести себя естественно. Натянула плащ – к вечеру похолодало, и мы вышли на балконную террасу.

Пейзаж терялся в темноте, но звёзды рассыпались по небосводу алмазами, радуя глаз. Мы уселись на маленький диванчик возле приземистого столика. Илья уставился в небо и молчал. Наконец, собравшись с духом, произнёс:

– Я обещаю, что буду стараться. Стараться быть хорошим мужем. Я не понимал, что женщинам нужно внимание. И вообще, я неопытен в этих вопросах…

Он покраснел, и даже в полумраке я заметила его смущение. Чтобы немного его успокоить, я прижалась к нему и положила голову на плечо. Он судорожно выдохнул и аккуратно меня приобнял. Его сердце колотилось так быстро, что мне стало весело.

– Я принимаю твоё обещание, – прошептала мягко. – Я тоже постараюсь быть терпеливой, осторожной в словах и поступках. Очень хочу научиться понимать тебя. Поэтому… расскажи мне о себе.

Илья растерялся.

– Я не знаю, что сказать…

– Расскажи, что ты любишь.

Парень смутился ещё сильнее.

– Я не знаю. У меня нет особых предпочтений. Ни в еде, ни в одежде…

– А в женщинах?

Он вздрогнул, а я продолжила:

– Какие тебе нравятся? Сухощавые или с формами? – я дразнила его специально.

Как и ожидалось, Илья резко отодвинулся и недовольно на меня посмотрел:

– Я отказываюсь говорить на такие темы. Это как минимум неприлично!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– А что прилично? – я протянула руки и обвила ими его шею. Наши лица оказались совсем близко друг ко другу. Парень замер, расширил глаза и громко сглотнул.

– Мы ведь муж и жена, – проговорила я с лукавой улыбкой. – Законней некуда...

Разве между нами может быть что-то неприличное?

Илья не ответил. Он только качнулся вперёд и коснулся моих губ своими. Жадно,нетерпеливо, взволнованно...

И я возликовала.

Ну вот. Как всё просто.

И как всё восхитительно!

Эпилог

– Моя мать, – голос Ильи немного срывался, когда он начал свой скромный рассказ о своей прошлой жизни, – она была сложным человеком. Выглядела хорошо, в обществе её знали как замечательную мать и отличную жену. Но это было только на публику. Дома она устраивала нам настоящий террор…

Он опустил голову, словно стыдясь того, что говорил.

– Нам невозможно было шагу ступить вне её контроля. Из-за этого у братьев развился бунтарский дух. Их слишком долго держали в ежовых рукавицах. Пожалуй, это только на младших так сильно не отразилось, потому что они не успели прочувствовать на себе всю силу материнского характера….

Он выдохнул, будто прогоняя боль, и продолжил:

– Нет, мы любили маму. Как бы то ни было, она родила нас и воспитывала как могла. Но тяжелее всего было отцу. Я смотрел на это и ужасался. Больше всего на свете я боялся однажды попасть в подобную сеть. Поэтому жениться не планировал вовсе. На самом деле меня заставила нужда. Я вынужден был согласиться на брак с твоей сестрой. Услышал, что она мягкая и покорная девушка, и это позволило мне кое-как смириться с подобной перспективой. Вот почему, когда в моём доме оказалась ты, и я увидел твой характер – мне стало дурно…

Я слушала откровения Ильи в диком шоке. Выходит, его оттолкнули мои властность и уверенность в себе??? Теперь неудивительно, почему он так долго боролся со мной. Стало даже как-то неловко. Я сильнее прижалась к его плечу.

– На самом деле я белая и пушистая, – прошептала с улыбкой. – И не кусаюсь. Обещаю, что портить жизнь не буду. Ну, почти.

Рассмеялась.

– Ты всё шутишь, – прошептал парень мягко и с любовью.

Я лукаво посмотрела ему в глаза и игриво прошептала:

– Но ведь жить с покорной женой – это крайне скучно. Как будто живёшь с мебелью. Нет, я, конечно, понимаю, что властность – тоже перегиб. Каждый член семьи должен считаться с мнением других. Ну, хотя бы в какой-то степени. Я вообще за то, чтобы муж в семье был главным, не подумай, но…

Последние слова удивили Илью, однако моя улыбка стала шире.

– Как говорится, муж – голова, жена – шея, – продолжила я, глядя в его недоумённое лицо. – Да не смотри ты так! Я тебя не пугаю. Мы сможем договориться. Будут сферы, в которых я буду главной. Будут те, где будешь главой ты. Всё просто. Пожалуй, твоему отцу просто не хватило мудрости, чтобы договориться с женой…

Илья помрачнел, а я прикусила свой дурной язык. Ну вот ляпнула же... О мёртвых нужно говорить или хорошо, или никак.

– Впрочем, это не важно, – поспешила загладить неловкость. – У нас всё получится. Я наконец-то поняла тебя. Поэтому теперь не в обиде…

– Теперь... – выдохнул Илья. – А ты обижалась?

– Конечно, – подтвердила, выпрямившись. – Я была уверена, что ты с удовольствием женишься на Милане: так усердно ты меня изгонял.

Илья снова потупил взгляд. Виновато.

– За последние дни я многое пересмотрел. И тоже пришёл к выводу, что взаимное уважение и принятие человека со всеми его слабостями – это самое главное.

Я удивилась великой мудрости в его словах.

– Ты сам к этому пришёл?

Парень встрепенулся и с лёгким укором посмотрел мне в лицо.

– Ты говоришь так, как будто я не способен до такого додуматься.

– Нет, это не так, – улыбнулась я. – Просто мне казалось, что ты слишком импульсивен, чтобы делать такие серьёзные выводы.

– Да, у меня скверный характер, – неожиданно подтвердил Илья. – Я знаю. Но я не дурак. Я много думал и понял, что не желаю развода с тобой, а хочу жить хорошо. Хочу быть счастливым. Хочу, чтобы родители, глядя с небес, увидели хороший пример…

Я тут же стала серьёзнее.

– Они увидят, – прошептала приглушённо. – Мы постараемся для этого изо всех сил, правда?

– Правда, – не менее серьёзно произнёс Илья и посмотрел мне в глаза. – Давай тогда больше не будем убегать друг от друга без объяснения, ладно? Если будут проблемы – давай разговаривать.

– Я согласна. Обещаю, – ответила клятвенно, подняв руку. – Обещаю всегда приходить и говорить, прежде чем делать какие-то выводы.

– Я тоже обещаю, – ответил Илья и потянулся за поцелуем, как за скрепляющей наш договор печатью.

Я превратила этот поцелуй в лёгкий, нежный флирт, отчего на лице парня снова появилась улыбка. Он обнял меня, уткнулся лицом в мои волосы и проговорил:

– Я очень рад, что твой отец оказался жадным и подменил тебя в тот день. Наверное, я бы сейчас уже умер от скуки, если бы женился на твоей сестре. Нет, не то, чтобы я думал о ней плохо, просто...

– Просто не судьба, – перебила я весело и прижалась к нему крепче. – Давай больше не будем думать о том, что было в прошлом. Давай строить наше будущее. Мы не повторим судьбу твоих родителей, обещаю. Больше не беспокойся об этом.

И не бойся быть слабым – я не возьму тебя в оборот. Давай станем равноправными партнёрами, станем друзьями в конце концов…

– Друзья, – проговорил Илья, словно ощущая вкус этого слова. – Мне нравится. Давай попробуем.

Когда мы возвратились с террасы, и он проводил меня к моей комнате, я повернулась к нему и схватила за руку, внимательно посмотрев в глаза. Он напрягся. Мне не нужно было слов, чтобы намекнуть ему на свои намерения. Он покраснел до корней волос, а я хмыкнула.

– Мы, вообще-то, женаты уже очень давно. Не пора ли тебе преодолеть своё смущение?

Теперь Илья стыдился того, что был так смущён. Выпрямился, попробовал выглядеть уверенным, а я расхохоталась и силком втянула его в свою комнату, поспешно прикрыв за собой дверь.

– Ну что ж, супруг, теперь ты от меня не убежишь, – произнесла я шутливо, поворачиваясь к нему.

Илья застыл, как кролик перед удавом, а я подошла ближе и положила руки ему на плечи.

– Расслабься. Я думаю, пора и эту страницу нашей совместной жизни перелистнуть.

Я повернулась к канделябрам, стоявшим на столе, и задула свечи. Комната погрузилась в мягкий полумрак. Потом я взяла руки Ильи в свои и положила на завязки своего платья. Он некоторое время не двигался, рассматривая меня горячим взглядом, а после набросился с такой силой, будто внутри него что-то прорвало.

Его руки жадно обхватили меня: одна схватила за грудь, другая опустилась на затылок, фиксируя положение головы. Он целовал меня жадно, исступлённо, будто наконец-то позволил себе то, что так долго сдерживал внутри.

Вскоре платье упало на пол – как и нижняя сорочка, которую он в порыве нетерпения просто разорвал. Я изумлялась, сколько энергии в этом молодом человеке. Он как вулкан, который готов взорваться тогда, когда ты этого совсем не ждёшь.

Через мгновение я была повалена на кровать, а тело вспыхнуло от его поцелуев. Да, мы в прошлом проходили эту стадию отношений, но всякий раз нам кто-то мешал. Надеюсь, в этот раз никто и ничто не помешает.

Вскоре и он остался без одежды. Навалился на меня, я всю мощь его страсти… Но на мгновение он застыл, вглядываясь в мои глаза горящим взглядом.

– Ты удивительная… прекрасная, – прошептал он, разглядывая мою наготу. – Я никогда не встречал более красивой женщины. Ты просто богиня, у меня нет слов…

Я улыбалась от этого потока комплиментов, а потом не удержалась и прошептала:

– Представляешь, как тебе повезло? Это всё теперь твоё…

– О, да… – проговорил Илья и набросился на меня с новой силой.

Он тоже был хорош. Но я ему об этом не сказала. Скажу когда-нибудь потом. Я верю, что таких случаев ещё будет много…

* * *

Илья вышел из моей комнаты утром и – надо же – столкнулся лоб в лоб с Матвеем. Младший брат, увидев растрёпанные волосы старшего и его помятое лицо, ухмыльнулся:

– Ну наконец-то, – бросил он. – Давно уже пора.

Илья дал ему подзатыльник и прогнал пинком. Я же прикрыла за мужем дверь и рассмеялась. Чувствую, ждёт меня очень весёлая жизнь. Не то слово…

* * *

Через пару дней я лично посетила Варвару Васильевну* – ту самую знаменитую лекарку, о которой гудело всё княжество. Милейшая, рыжеволосая молодая женщина встретила меня приветливо. Я рассказала ей о семье Артемия и состоянии его супруги. Объяснила, что всё это – секрет, и попросила тоже не распространяться.

– Можно ли помочь женщине? – уточнила я.

Варвара Васильевна выслушала меня очень внимательно, после чего взяла перо, бумагу и начала что-то записывать. Долго писала, хмурясь и что-то подсчитывая в уме. Потом случайно поставила кляксу и приглушённо выругалась:

– Блин.

Я замерла. Что это? В этом мире так не говорят. Она испуганно посмотрела мне в глаза, будто проверяя – поняла я или нет. А у меня от изумления открылся рот. В разуме возникла дикая догадка. Неужели она тоже..?

– Скажите, пожалуйста… – осторожно произнесла я. – А вам случайно ни о чём не говорят такие слова, как «планета Земля»?

Решившись быть прямолинейной, я сказала это вслух. Варвара Васильевна побледнела, уставилась на меня ошеломлённым взглядом, бросила перо (отчего жирная клякса растеклась по её записям) и прошептала:

– Очень даже говорит… А вам?

Первое время я не могла справиться с дыханием. Наконец произнесла:

– Да. Можно сказать, это родные края.

Варвара Васильевна вскочила, кинулась ко мне и повисла на моей шее:

– Господи, неужели правда? Вы с Земли?!

Она схватила меня за плечи, заглядывая в лицо. Мы, кстати, оказались разного роста: она была низенькая, миниатюрная, а я – на целую голову выше. Взирала на неё с высоты своего роста и изумлялась.

– Да? Значит, мы ещё и сёстры по несчастью?.. – начала я, а потом поправилась: – По счастью!

Варвара Васильевна рассмеялась:

– Да, сёстры по счастью! Неужели это правда? А из какого вы года?

Дальше наш разговор потёк в совершенно потрясающем русле. Оказалось, что мы обе попали в этот мир в 2024 году. Возможно, это была какая-то аномалия – нас словно одной волной сюда затянуло. Мы оказались в одном и том же мире, в одном княжестве. Конечно, она стала моей ближайшей подругой, с кем я могла отвести душу, ностальгируя по прежней жизни.

Впрочем, в новой жизни у меня тоже было много всего интересного и удивительного. Она помогла мне быстрее и проще влиться в этот мир. Моё пребывание здесь стало ещё более восхитительным.

* * *

Кстати, Варваре Васильевне удалось госпитализировать мать Виолетты. Были проблемы с Артемием, который бунтовал против этого, но его всё-таки убедили, что с ней ничего дурного не случится.

Подруга потом рассказывала – это очень тяжёлый случай. Женщине назначили множество успокоительных и круглосуточное наблюдение. Но где-то через полгода молодой женщине стало лучше. Она уже не кидалась на других, как зверь. Приступы стали приходить реже. Иногда она даже узнавала Виолетту, чего не было уже очень давно.

Я часто виделась с девочкой – исполняя хотя бы отчасти своё обещание. Брала с собой младших в столицу, гуляли в парке, а Виолетта присоединялась к нам. Видя, как на неё поглядывает Марк, я догадывалась, что через несколько лет, возможно, у нас будет очередная история любви.

* * *

В семье у нас сложились замечательные отношения. Всё благодаря тому, что Илюша поделился со мной историей своих страхов. Теперь я знала, что чрезмерно давить на него нельзя. Понимала, чего он больше всего боится. Давала ему максимум свободы – мудро завоёвывая его сердце и жизнь. В этом было моё огромное преимущество. Я была старше. Мой разум – опытнее.

Поэтому всем вокруг было хорошо.

Забеременеть удалось не сразу. Не знаю, почему. Но Илью надо было видеть, когда он услышал об этом! Чуть в обморок не упал от счастья.

Роды принимала, конечно же, Варвара Васильевна. К этому времени дом немного опустел. Трое старших мальчишек – точнее, двое – поступили в военную академию. Близнецы стали послушнее. Выросли. Арсений увлёкся ботаникой и теперь целыми днями пропадал в оранжерее.

В день родов я со слезами на глазах прижала к себе маленькую девочку. Наконец-то в этой семье будет хоть одна дочь.

Илья бросил все дела и прибежал ко мне. Роды были стремительными и наступили чуть раньше срока, но незначительно. Он опустился на колени перед кроватью, глядя на меня, как на божество. Когда свёрток в моих руках захныкал, он уронил слезу и поспешно отвернулся.

Я рассмеялась и протянула ему ребёнка:

– На, папаша, держи!

Он взял её с трепетом, его руки дрожали.

– Как назовёшь её? – уточнила я весело.

Он посмотрел на меня глазами, которые светились ошеломлением и счастьем одновременно.

– Её будут звать Виктория. Что означает победа. Победа в жизни. В судьбе. В любви. В надежде. Только победа!

Я кивнула.

– Это замечательное имя. Самое лучшее из всех.

Осторожно села, потянулась к нему и поцеловала в лоб.

– Ну а теперь хвали меня, муж мой, – притворно охнула. – Я так постаралась для тебя.

– Хвалю, родная. Хвалю! – Илья, наконец, взял себя в руки. – Лучше тебя никого в мире нет. Ты – моё сердце, моя опора, моя радость. И теперь – мать нашей Виктории.

Он прижал нас обеих к себе, и в этом объятии было всё: прошлое, настоящее и великое будущее.

* * *

Спустя шесть лет

День выдался удивительно тихим. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, оставляя золотые росчерки на крыльце. Я сидела на веранде, закутавшись в лёгкий плед, и наблюдала, как по двору бегает Виктория. Она выросла – ловкая, весёлая, шумная. Та ещё головная боль для нянек и настоящее солнце для меня.

Илья сидел рядом, чиня деревянную игрушку, которую сломала неугомонная девчушка. Она был точной копией отца: с теми же светлыми глазами, упрямым подбородком и – увы – непростым характером. Но я знала: внутри у неё будет такое же большое сердце, как у Ильи. Над этим я уже работала.

Близнецы, повзрослев, отправились учиться в столицу.

Марк сдержал своё слово – ухаживал за Виолеттой, теперь уже совсем взрослой девушкой, с поразительным терпением и благородством. Я смотрела на них с теплом и думала: наверное, именно так и зарождается настоящая любовь – тихо, постепенно, не сжигая, а согревая.

А Варвара Васильевна… стала «тетушкой» Виктории и моей родной душой в этом мире. Мы так и остались сёстрами по счастью. Иногда шептали друг другу, что попали сюда вовсе не случайно – этот мир выбрал нас. Или, может, мы выбрали его?

Я отложила вязание, когда Виктория подбежала ко мне, залезла на колени и уткнулась в грудь.

– Мам, расскажи ещё раз, как ты с папой влюбились.

Илья поднял взгляд от игрушки и усмехнулся:

– Тебе снова эта сказка нужна?

– Не сказка, – поправила Вика с серьёзным видом. – Настоящая история! Самая хорошая на свете!

Я засмеялась.

– Ну раз так… слушай. Всё началось в доме, полном мальчишек, где папа вечно выглядел очень строгим, а мама – была слишком шустрой. Сперва маме с папой было сложно понять друг друга, но… однажды он посмотрел на меня – и не смог больше отвести взгляд.

– Потому что ты была красивая?

– Потому что я была – его. С самого начала. Он просто не сразу это понял…

Илья встал, подошёл ко мне и сел рядом. Он обнял нас обеих, и в его глазах сверкнули привычные искорки безграничной любви.

– Да, наша встреча с мамой – это судьба!

Я прислонилась к его плечу.

– Поэтому никогда нельзя спешить с выводами и отвергать свою судьбу, не разобравшись…

Многозначительно поиграла бровями.

Виктория смысла последней моей фразы конечно же не поняла. Но ей было достаточно, что ее обнимают. Они закрыла глаза, отдыхая в наших руках.

Счастье – это когда рядом любимый человек. Когда детский смех звучит во дворе. Когда ты знаешь, что кем бы ты ни была в прошлом, теперь ты дома. Навсегда…

Конец.