Текст книги "Подсунутая жена. Попаданка воспитает... (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7 Душевная терапия во сне?

Что??? Илюша настолько испугался, что побежал в полицию???

Я прищурилась. Вот не верю я ей! Как пить дать, блефует! А чуйка у меня отличная, не раз в жизни выручала.

Переплела руки на груди и усмехнулась:

– Гвардейцы, говоришь? Ну что ж, я не против потолковать с военными людьми. Они же мужчины разумные, я думаю, читать умеют. Пусть посмотрят в брачный контракт и… о-па! А жена-то настоящая!

Я зловеще рассмеялась, и гувернантка резко побледнела. Нахальная улыбочка сползла с её лица, как сахар с горячего пирога. Ну вот, теперь-то я точно уверена – угроза фальшивая!

Я не стала терять момент.

– Иди уже работай, – бросила холодным тоном. Резкий переход от веселья к холоду всегда производил неизгладимое впечатление. Не подвёл и на этот раз.

Гувернантка страшно напряглась, да так, что начала покрываться красными пятнами. Но я решила закрепить эффект.

– И учти, я обязательно расспрошу у Сени, как ты с ним обращаешься. Если мне что-то не понравится, поговорю со своим ЗАКОННЫМ супругом о замене гувернантки!

Она не нашлась, чем возразить. Лицо стало цвета простыни, а потом она развернулась и быстро вышла. Сеня побежал за ней, оглядываясь через плечо с восторгом. Ох, малыш, ты явно впервые увидел, как можно строить взрослых…

Я обернулась, глядя на остальных слуг. Они все разом отвернулись и сделали вид, что усердно работают. Ну естественно.

Но я не была бы собой, если бы не воспользовалась ситуацией.

– Рассолу мне! Кувшин!

Юркая девчонка подала его мгновенно и с дрожью в голосе пожелала приятного питья.

Я взяла кувшин, кивнула и покинула кухню. Ну что ж, раз уж угроза у нас липовая, схожу-ка я к «братику» и помогу ему оклематься…

* * *

Постучала в дверь спальни. Тишина. Попробовала ещё раз, громче.

– Илья… как там тебя… Батькович! Войти можно?

Опять ничего. Ну, раз не отвечает, значит, я вхожу без стука.

Толкнула дверь, шагнула вовнутрь и тут же остановилась в шоке. Илья лежал на полу.

– Вот чёрт!

Кинулась вперёд, поставила кувшин с рассолом на стол, после чего наклонилась над парнем и потрясла за плечо.

– Эй, ты живой?

Дышит. Я выдохнула с облегчением и потрогала лоб. Горячий.

Нет, сон сном, а помочь надо. Но как его в кровать затащить? Попробовала приподнять – тяжёлый… но вполне подъёмный. А руки-то у меня тут сильные! Будто я полжизни в поле проработала.

Хмыкнула.

Надо бы его раздеть. Одежда несвежая, облитая спиртным, пропитанная потом от лихорадки, так что не мешало бы и переодеть.

Я стянула с него рубашку и невольно удивилась. Хорошо сложен, в меру крепкий, в меру худощавый. Будто занимался каким-то спортом.

– В тряпках вроде вроде бы хиляк, а фигура что надо…

Теперь штаны. И тут возникла проблема. Пуговица каким-то немыслимым образом зацепилась за нитку нижнего белья. Я попыталась её порвать, но не тут-то было! Нитка держалась как заколдованная. Тогда я схватила пояс штанов обеими руками, пытаясь приложить всю свою новообретённую силушку.

Тресь!

– Оп-па!

Зато теперь штаны освободились, можно их и стянуть. Я заулыбалась, довольная маленькой, но очень важной победой, но… в тот же миг встретилась глазами с дико ошарашенным взглядом.

Ой.

Кажется, Илюша проснулся.

Я замерла, продолжая держаться за его штаны.

А он вдруг как подскочит, да как отползёт к подголовнику! Сжался весь, натянул одеяло на себя, словно невинная девица в первую брачную ночь, и, заикаясь, завопил:

– Ты чего ж это… себе позволяешь?! Убирайся! И вообще, почему ты ещё здесь???

Я закатила глаза. Ну вот, наша песня хороша – начинай сначала.

Выпрямилась и холодно посмотрела ему в лицо.

– Расслабься. Я не собираюсь лишать тебя невинности, – скрестила руки на груди. – Просто раздеть хотела. Ты весь горишь. Нечего было напиваться как не в себя. Теперь ещё и заразу подцепил…

Хотела добавить, что воспитания ему явно не хватает, но тут вспомнила, что его родители погибли, и прикусила язык.

Ну да. О таком лучше не напоминать.

– Да ложись уже! – вспылила я, раздражённо ткнув рукой в подушку. – Тебя лихорадит. Сейчас питьё организуем, лучше с малиновым вареньем. И лекарства какие-нибудь найти бы…

Он смотрел на меня настороженно, будто подозревал величайший заговор. Но, похоже, ему резко стало хуже – он медленно сполз вниз, зажмурившись.

Я укрыла его как следует, несмотря на то что он продолжал возмущённо что-то бормотать. Ну бормочет и ладно, всё равно никуда не денется.

После этого я направилась на кухню.

Подняла всех на уши, властным словом организовала лечение господину.

Результат?

Через пять минут у меня была малина, а лекарства, которые обещали не раньше, чем через час, привезли через полчаса.

Ну вот. Когда женщина берётся за дело с правильным настроем, всё делается быстро и правильно.

С довольным видом я направилась обратно.

Но в коридоре наткнулась на дядюшку – того самого, что собирался меня засудить.

Он шатался, бормотал себе под нос и вонял вином за километр.

Вот блин, семья алкоголиков.

Толстяк на удивление грациозно покачнулся в мою сторону.

Я своевременно сделала шаг влево, пропуская его мимо.

– И вам доброго вечера, дядя.

Он, видимо, не понял, каким образом я так стремительно исчезла из его поля зрения, и удалился по диагонали.

Ну и славно.

А я, пока бегала туда-сюда, вспомнила важную вещь.

Мне нужно помыться.

Всё тело чешется! Б-р-р…

Так, а где у них тут ванная комната?

* * *

Настоящая русская баня смотрела на меня зевом открытой двери.

– Чур, в снег я потом прыгать не буду…

Мне её растопили за час.

Ну что ж, время наслаждаться.

Я нашла укромное место, разделась, прихватила большое полотенце и обмоталась им.

Ну… почти.

Полотенце ничего не скрывало, кроме самого важного. Голые плечи, оголённые ноги – классический банный образ.

Я прошлась босиком по тёплым деревянным доскам, наслаждаясь уютной атмосферой.

Но тут что-то кольнуло меня в спину.

Чуйка.

Как будто за мной следят.

Я замерла.

Едва не разделась догола?!

Блин.

Догадываюсь, кто это.

Три шалопая, у которых кое-что бьет в голову. Пубертат.

Я разозлилась, услышав едва слышный смешок.

Ну-ну, мальчики…

Сейчас мы посмотрим, у кого нервы железные.

Шоу начинается.

Я задержала дыхание, будто ничего не замечая, и театрально вздохнула.

Затем неторопливо протянула руку к полке на стене и взяла толстую свечу.

Зажгла её лучиной, позволив пламени дрогнуть и заиграть тенями на стенах.

После этого повернулась в сторону, откуда доносилось копошение (ну честное слово, они там слоны, что ли?) и опустила свечу пониже.

Все знают, что если подсвечивать лицо снизу, получается жуткая потусторонняя маска.

И вот я уже призрак, ведьма, хтоническое создание из самых страшных легенд.

Глубоко вздохнула и начала петь речитативом, нараспев, зловеще и медленно:

– Заклинаю всеми силами потустороннего мира… Все те, кто сейчас подсматривают за мной, да будут чесаться не переставая вовеки веков! Да нападёт на них недержание, особенно ночное! И да покажется им прошлое счастливее будущего!

Послышались сдавленные крики.

Возня.

А потом характерный хруст снега под чужими сапогами.

Они бегут!

Я зловеще рассмеялась…

Но тут же закашлялась – чад от свечи перебил дыхание.

Однако кашель быстро перешёл в настоящий, весёлый смех.

Этот сон оказался безумно забавным.

Ну а что?

Я даже могу проследить ниточки, из-за которых подсознание нарисовало такую красочную историю.

Например, история с подглядыванием.

Было у меня подобное в пионерском лагере.

В душевых.

Только в отличие от этого раза, я тогда успела оголиться до пояса. А там – пацанва. Подглядывали. Я тогда испугалась, кричала, а они веселились. Вспоминаю это с отвращением.

А тут, во сне, подсознание позволило мне переиграть ситуацию по-своему, потому что я не только не оказалась в стыде, но и немного проучила наглецов.

Душевная терапия во сне?

Что ж, дело полезное.

Интересно… а к чему мне снится такой молоденький муж? Неужели я склонна к подобным отношениям? Никогда за собой такого не замечала.

Впрочем, анализировать не обязательно.

Нужно просто проживать эту жизнь во сне, как она есть, чтобы проснуться морально освобождённой.

Решение принято!

Первым делом я обнаружила дыру в стене.

Сунула туда тряпку, чтоб не сквозило и чтобы больше не было ненужных свидетелей. После чего хорошенько помылась и вышла из бани новым человеком.

А в это время в доме разразился нешуточный скандал…

Глава 8 Еще один шокирующий персонаж..

Я вошла в холл, стянула полотенце с головы и распустила по плечам влажные волосы.

Откуда-то раздавались крики, гомон голосов.

Выделялся один голос…

О, ну конечно же!

Гувернантка.

Я нутром почувствовала: говорят обо мне.

Прошла по холлу, свернула в коридор и остановилась перед двустворчатыми дверями.

Прислушалась.

В комнате явно происходило собрание, напоминающее сходку красноармейцев во главе с Лениным…

То есть с Крупской, агитирующей народ на свержение царя…

То есть меня.

А голос, звенящий, как натянутая струна, вещал воодушевлённо, не хуже диктатора на трибуне:

– Юные господа сообщили, что подложная жена господина – ведьма! Они лично видели, как она колдует! А тут ещё и Илья Николаевич слёг – это точно её рук дело!

Гул голосов.

Кто-то поддакнул.

Кто-то испуганно зашептался.

– Мы должны схватить её и запереть в подвале! – продолжала разоряться гувернантка. – А потом вызвать… служителей храма! Пусть удостоверятся, что эта женщина колдует, собираясь убить нашего молодого хозяина и завладеть его домом!

Я моргнула.

Ну ни хрена себе поворот!

Гувернантка была воодушевлена не хуже Наполеона перед вторжением в Россию.

И, судя по одобрительному гулу в ответ, часть собравшихся уже потянулась за факелами и вилами.

Но, к счастью, нашлись сомневающиеся.

– Но ведь это дело самого господина… – протянул кто-то робко. – Если мы ошибёмся, и служители храма не подтвердят, что она ведьма… нас самих могут отправить в темницу за нападение на аристократическую особу…

О!

Ну хоть кто-то в этом доме соображает!

Но тут голос гувернантки взвился, как чайник на плите:

– Трус!

Я закатила глаза.

– Она ведьма! Она уже околдовала юного господина Арсения! Он не хочет больше слушаться и учиться! Вы сами видели, как эта женщина с первых же мгновений начала развращать его ленью и подбиванием к непослушанию!

Я уставилась в потолок.

Что за сумасшедшая?

Это же просто феноменально.

Оказывается, если ребёнку дать конфетку и сказать доброе слово, это развращение.

Если я не ору на него, не таскаю за уши и не запираю в чулане – всё, конец, он пропал для общества.

Я бы с удовольствием встала и поаплодировала этой логике. Но пока хотела послушать, насколько далеко они готовы зайти.

Тем временем в комнате народ волновался всё сильнее. Кто-то шумно задвигал стулья. Кто-то, кажется, уже предлагал связать меня и выволочь во двор…

Я качнула головой.

Ну, вообще, можно было бы просто плюнуть на это всё.

Заняться своими делами.

Ну, подумаешь, сон! Это скоро закончится, и я проснусь!

Но потом во мне взыграло любопытство.

Как же я могу пропустить такое шоу?

А ещё…

Неужели кто-то всерьёз собирается меня ловить?

Вот это уже интересно.

Я улыбнулась.

Ну что ж… пусть попробуют.

Резко открыла дверь и вошла. Взгляды прислуги тут же устремились на меня…

* * *

Гувернантка, вспыхнув гневом, как свеча, вскинула руки и с пронзительным визгом выдала:

– Ты околдовала господина! Ты заплатишь за это!!!

Толпа тоже зашумела (а людей в комнату набилось человек двадцать, не меньше).

Я театрально вздохнула и саркастически бросила:

– Ах, вы правы! Ведь всем известно, что мужчины никогда не болеют сами по себе! Наверное, я зачаровала его на жгучее похмелье!

Шёпот пробежал по толпе, слуги нервно переглянулись. Я же, наслаждаясь моментом, переплела руки на груди и состроила задумчивое выражение на лице.

– Да, да, припоминаю: это именно я заставила его нажраться в день свадьбы! Как только Илюша увидел меня в подвенечном наряде, его сразу же потянуло к бутылке!

Некоторые хмыкнули: напряжение начало спадать. Гувернантка покраснела, будто её только что вываляли в перце, шагнула ко мне и прошипела:

– Ты издеваешься?!

Я раскрыла глаза пошире, изображая крайнее удивление:

– Что вы, я просто анализирую факты! – произнесла с притворным волнением и, обведя взглядом толпу, добавила: – Вы только вдумайтесь! Меня обвинили в колдовстве кто? Парни, которые подглядывали за моющейся бане женщиной??? А это нормально, что ваша молодежь позволяет себе такое???

Окружающие переглянулись. Ну да, гувернантка же не поделилась с ними фактами, где именно братцы застукали мое «колдовство». Развела руками, продолжая в том же духе:

– Ну, если вы так уверены в том, что я ведьма, видимо, мне стоит потратить свою магическую мощь на что-то полезное… Например, превратить тебя… – я пристально посмотрела на свою противницу, – в жабу!

Вытянула руки вперёд, изображая колдовской жест, и с хищной улыбкой сделала шаг вперёд.

– Ну-ка, подставляй физиономию, живо!

Гувернантка попятилась назад, а в толпе уже кто-то откровенно прыснул в кулак.

Я довольная, как кот, урвавший сметану, опустила руки:

– Хотя нет, зачем? Жабы – милые создания. Превратить тебя в одну из них – это оскорбить симпатичное земноводное…

Под моим напором гувернантка попыталась отступить, её губы дрожали от злости. Я продолжила уже более серьезно:

– Или дело в другом? Может, тебе просто не нравится, что малыш Арсений теперь счастлив? Может, ты не любишь, когда люди улыбаются? Может, тебя саму в детстве кто-то мучил так же, как ты мучаешь Арсения?

Повисла мёртвая тишина.

Гувернантка медленно сжала кулаки, но не смогла ничего ответить. Её лицо налилось краснотой, будто вспыхнуло от жара печи.

В толпе начали переглядываться, даже самые ярые противники неуверенно потупились.

Я усмехнулась.

Вот и отлично.

Пора добить добить эту мымру парой метких фраз, но… я не успела.

Раздался громкий хлопок дверей, и в комнату ввалился Илья.

Ну как ввалился… Скорее влетел, тут опершись об косяк и шатаясь от слабости, но с таким выражением лица, будто собирался устроить всем вокруг показательную казнь.

– Что тут происходит?! – рявкнул он хриплым голосом, похожим на сдавленный кашель.

Толпа слуг в мгновение ока рассыпалась по углам, а гувернантка сжалась, словно мокрая кошка, попавшая под дождь.

О, так парня всё-таки слушаются…

Я внимательно наблюдала за этим фееричным представлением.

Хозяин явно чувствовал себя неважно, но всё же умудрялся выглядеть суровым и внушающим страх, по крайней мере для испуганных слуг.

Светлые волосы в беспорядке, рубашка мятая, но во взгляде – сталь и раздражение.

– Вы все с ума сошли?! – рыкнул он, проводя рукой по лицу и зло оглядывая толпу.

Народ замер.

– Слуги, которые будут устраивать подобные собрания, могут сразу паковать вещи.

Кто-то нервно закашлялся, кто-то быстро потупил взгляд в пол.

– Матильда! – Илья резко повернулся к ней, и та невольно отшатнулась назад. – Вы под домашним арестом. Два дня. Без общения с детьми.

Матильда побледнела, но смолчала, видимо, понимая, что сейчас не лучшее время спорить.

Из-за спины Ильи выглянул Сеня.

Я вздохнула. Значит, вот кто привел хозяина…

Губы мальчишки дрогнули в хитрой ухмылке, когда он встретился со мной взглядом.

Ну вот, справедливость восторжествовала.

Толпа начала расходиться, косясь на Илью в испуге, а я с удивлением констатировал факт: упрямый парнишка решил взяться за ум!

Наконец-то!

Но долго радоваться не пришлось. Илья посмотрел на меня мрачным и усталым взглядом.

– Нужно поговорить.

Я едва не закатила глаза.

Что, опять?

Но спорить не стала и направилась следом за ним в кабинет…

* * *

Когда вошла, наткнулась взглядом на незнакомца…

Моргнула.

Потом ещё раз.

Потом открыла рот, но быстро его закрыла.

– Охренеть… – вырвалось у меня шёпотом.

Моё подсознание совсем сошло с ума! Оно подкинуло очередного персонажа.

Передо мной стояла точная копия Джонни Деппа в роли… Джека Воробья!

Те же хитрые глаза, лукавая улыбка, но вместо пиратских шмоток на нём была чёрная сутана священника. Вместо кривой сабли за поясом – молитвенник, а на шее болтался непонятный символ, который я в жизни не видела.

Что это? Моё подсознание даже религию собственную выдумало?!

– Добрый день! – голос у него звучал добродушно, но взгляд оказался цепким и неприятным.

О, ну конечно, классический антагонист.

– Я служитель Храма Оракула. Вы оказали мне честь венчаться в нашем храме несколько дней назад.

Я моргнула.

Илья устало плюхнулся на диван и указал священнику на кресло.

Тот чинно присел.

Я решила сесть без приглашения – ноги устали, жуть.

Только сейчас вспомнила, что после бани на голове полный хаос, но плевать, я же не на смотринах.

– Меня привели к вам… странные слухи… – продолжил «Джек Воробей» вкрадчивым голосом. – Говорят, ваш брак, который был освящён самим Оракулом, уже так быстро трещит по швам.

Я внимательно посмотрела на Илью.

Он смотрел в одну точку, лицо побледнело.

– Должен напомнить, что раз уж вы венчались в нашем храме, разорвать отношения так просто не получится…

Ага, понятно, развод не предусмотрен.

– Или же вам придётся уплатить Храму сумму в двести золотых…

Илья побледнел ещё сильнее. Кореянки обзавидовались бы такому молочному оттенку кожи…

Я внимательно изучила его реакцию и поняла… что дело запахло жареным.

– Ну что вы, ваше преосвященство! – нервно рассмеялся Илья, попытался изобразить улыбку, но получилась кислая мина. – Мы с… Лидией живём душа в душу! Никаких кандалов, никаких проблем!!!

Я вдохнула.

Илюша, врать ты не умеешь совершенно.

«Джек» вежливо скривился, явно не поверив ни слову.

– Что ж, тогда вы не будете против, если я пришлю к вам нашего смотрителя? – его тон стал деловым. – Он поживёт в вашей семье пару недель и понаблюдает за вами, чтобы удостовериться, что всё у вас замечательно.

Он бросил острый взгляд на посеревшего от ужаса парня, а тот поспешно кивнул.

– Да, да, не беспокойтесь! Нас не в чем уличать… Правда, дорогая жена?

Это он мне?!

Глава 9 Дотошный смотритель…

Священнослужитель наконец ушёл, а Илья лично проводил его до порога.

Я же осталась стоять в холле, размышляя, во что теперь выльется эта история.

Смотритель храма, слежка, нежданный брак, который, оказывается, нельзя просто взять и расторгнуть…

Ох, ну и подкинуло же мне подсознание задачку!

В какой-то момент душу накрыло сомнением. А вдруг это не сон? Все настолько реально, запутанно, ярко, что я могу однозначно сказать: таких снов не бывает! Галлюцинации? Вряд ли. Тогда что? Ну не может же это быть всерьез???

А в разуме как на зло всплыли исключительно фэнтезийные сюжеты о том, что существует переселение душ из одного мира в другой. Читала в молодости…

Да ну нет…

Или всё же..?

Когда Илья вернулся, он был мрачен и бледен – и не только от болезни.

Видимо, священник успел наговорить ему всяких страшилок.

Парень прошёл мимо меня, даже не взглянув, резко махнул рукой в сторону кабинета:

– Заходи.

Я вздохнула, но последовала за ним. Подумаю о своих предположениях позже.

Как только дверь закрылась, Илья заложил руки за спину, выровнялся, принял величественный вид и посмотрел на меня свысока.

Ох, кто-то сейчас попытается диктовать свои условия.

– Давай договоримся.

Ну наконец-то, звучит разумно!

– У меня есть предложение, – продолжил он. – Ты отыграешь роль моей настоящей жены, пока здесь будет находиться смотритель храма.

Я приподняла брови.

– А в чём подвох?

– А в том, что я за это не стану устраивать скандал и головомойку твоему отцу.

Ах вот оно что…

– Решаем всё тихо, не привлекая общественности… – припечатал Илья величественно.

Я перекрестила руки на груди и с усмешкой качнула головой.

– А мне-то какой с этого интерес?

Парень нахмурился, глядя на меня так, будто искренне не понимал, почему я не падаю в обморок от восторга.

– Чего ты хочешь?

– А что насчёт того, чтобы оставить меня при нынешнем статусе? – продолжила я с невозмутимым видом. – Не бойся, не собираюсь я с тобой спать. Ты ещё маленький.

Глаза Ильи вытаращились от возмущения. Парня раздуло, как индюка, которого уличили в отсутствии важности.

Нижняя челюсть выдвинулась вперёд, глаза сверкнули гневом.

– Я не маленький. Я мужчина! И если ты этого не видишь, боюсь, у тебя проблемы со зрением.

Я рассмеялась.

Приглушённо, вкрадчиво.

Ну и забавный ребёнок.

– Ну… с высоты моего так называемого почтенного возраста, – бросила я иронично, – ты ещё дитя.

На это он не нашёлся, что ответить.

Сам же назвал меня старухой!

Илья вскипел, но, похоже, осознал, что зашёл в тупик.

Я довольно прищурилась и снисходительно произнесла:

– Ну что ж, я помогу тебе. Роль жены сыграю. Ты ещё удивишься, как хорошо я умею играть.

И, чуть помедлив, добавила:

– Но учти: я не собираюсь отсюда уходить. Мне здесь нравится. Кормят хорошо. Апартаменты замечательные. Вид из окна супер.

О, как у него дёрнулся глаз!

Я наслаждалась моментом.

Илья неистово стиснул зубы, аж желваки заходили. Но, как ни крути, придраться было не к чему. Он наверняка прикидывал, что избавится от меня позже, поэтому едва заметно кивнул.

Я вышла из кабинета с чувством глубокого удовлетворения.

* * *

Смотритель прибыл уже к вечеру.

Высокий, худой, словно постившийся всю жизнь, с гладко выбритым лицом и длинными, редкими волосами, стянутыми в хвост. Сутана серая, невзрачная, будто выцвела от его же угрюмости.

Он выглядел так, будто на завтрак пьёт святую воду, на обед жуёт канонические книги, а ужинает благочестивым молчанием.

Илья, который, кажется, чувствовал себя лучше, сам вышел встречать его. Парень был всё ещё изможденным, но уже порозовел. Правда, в глазах светилась отчётливая неприязнь.

– Добро пожаловать, – сухо бросил он, едва кивнув.

Показывать гостеприимство явно не входило в его планы.

Короткая экскурсия по поместью – и вот смотрителя уже отправляют в спальню для гостей.

Где эта спальня?

Ну, конечно же, напротив спальни Ильи, да и моя неподалеку. Слежка обещала быть придирчивой…

Первым мероприятием для исполнения моей новой роли стал совместный ужин в этот же день.

Стало интересно, кого же я там увижу.

* * *

Столовая оказалась просторной, с высоким потолком и дубовыми панелями по стенам. В центре стоял длинный стол, накрытый тяжёлой скатертью с вышитыми узорами.

На серебряных подносах поблескивали аппетитные блюда, пахло чем-то жареным и пряным.

Атмосфера была странной – молчаливой, напряженной и тягостной.

Как только я вошла, на меня уставилось множество глаз.

Во главе стола сидел Илья, сцепив руки перед собой и изображая хозяина дома.

Дальше по возрасту вниз расселись… шестеро его братьев. Боже, как их много! И все безумно друг на друга похожи.

Те самые три подростка, которых я подозревала в подглядвании, косились на меня мрачно и обозленно. А может это просто видоизмененный страх, кто их знает. Наверное, они всерьез считают меня ведьмой…

И не доверяют.

Что ж, не зря. Я им не друг…

Двое следующих, кажется, и не заметили моего присутствия, увлечённые чем-то своим. Это были хулиганистые близнецы, которых я оттаскала за уши.

А вот Арсений – самый младшенький – сразу же мило улыбнулся, воодушевлённый тем, что я рядом.

Около него хлопотала служанка, подкладывая что-то на тарелку.

Мы все чего-то ждали.

Точнее, кого-то.

Этот кто-то появился через пару минут.

Служитель вошёл с таким же постным лицом, с каким прибыл в поместье, но…

Садиться с нами не стал.

Ему накрыли в углу, отдельно.

Я удивилась, но быстро догадалась: он будет делать вид, что его нет, чтобы не нарушать нашей «идиллии».

Илья чопорно сложил руки, вдохнул поглубже и помолился.

Остальные опустили головы, тихо повторяя слова за ним.

Я, конечно, не вмешивалась, но внутри стало как-то грустно.

Они ещё совсем дети, а уже без родителей.

Брошенные, растущие сами по себе…

Но грусть быстро улетучилась, стоило служанкам занести основное блюдо.

Огромная индейка, запечённая с овощами, источала божественный аромат.

– Вот это я понимаю – пир! – едва не воскликнула я вслух, но удержалась.

Однако была в полном восторге.

Опустила взгляд на свою тарелку.

Служанки любезно положили мне немного овощного пюре, ножку индейки и пару салатов.

Ну, раз так – приступим.

Я с аппетитом набросилась на еду, напрочь забыв о церемонии с десятком вилок и ножей.

Какая разница? Одной вилки полне достаточно...

Главное, удобно, практично и еда доносится до рта в кратчайшие сроки.

Когда наелась до полного удовлетворения, только тогда подняла глаза.

И застыла.

На меня ошеломлённо смотрели все.

Абсолютно все.

Братья Ильи застыли с вилками в руках, служанки замерли у стены, а сам Илья… был пунцовым, как помидор.

Я даже смутилась немного, хотя смутить меня было непосильной задачей. Выходит, здесь придают слишком много значения поведению за столом? Ну и ладно…

Наконец, парень выдавил из себя кислую улыбку. Настолько кислую, будто только что глотнул уксуса…

– Дорогая… – протянул он тоном умирающего. – Видимо, ты очень голодна…

Это было бы очень смешно, если бы не было столь нелепо. Но пришлось всё равно выкручиваться.

Энергично кивнула, поспешив объясниться:

– Да-да, проголодалась очень.

Оглядев их вялую реакцию, бодро добавила:

– Но вы не стесняйтесь, тоже ешьте!

Ребята принялись ковыряться в тарелках, словно их наказали за что-то страшное, я покосилась на смотрителя.

Тот спокойно вытащил из кармана блокнот и стал делать в нём пометки.

Ну вот, началось! Этот жрец с похоронным лицом будет следить за каждым нашим шагом и записывать любые промахи?

Какая «приятная» перспектива…

* * *

Когда ужин закончился, Илья поднялся первым.

Он церемонно со всеми попрощался, пожелал спокойной ночи, уже направился к выходу, но…

Резко остановился.

Ах да…

Обо мне, видимо, вспомнил. Я же теперь типа его жена…

Он повернулся ко мне и, старательно натянув любезную гримасу, протянул:

– Дорогая… – От этого притворно– милого обращения у меня уже была оскомина на зубах. – Пойдём, нам пора отдыхать.

Грациозно поднялась, шагнула к нему, и мы вдвоем направились к выходу.

В голове закрутилась мысль: может, сейчас быстренько разбежимся по своим спальням, и никто не заметит?

Но не тут-то было.

Смотритель словно предвидел наш коварный план.

Он молча поднялся и двинулся следом по пятам.

Шаг в шаг.

Чувствуя его тяжёлый взгляд в спину, я подавила вздох.

Ну и ну…

Нас буквально подталкивали в одну комнату.

Я успела кинуть Илье быстрый взгляд, но тот лишь зло поджал губы и сжал кулаки.

Ну да, он тоже очень «рад» этому повороту событий.

Пришлось открыть дверь его спальни, зайти вовнутрь и захлопнуть перед ретивым смотрителем дверь.

Развернулась.

И застыла.

Илья стоял, сложив руки на груди, с видом «ну вот, докатились».

А я уставилась на… одну единственную кровать.

– Ты что, один тут спишь? – вырвалось у меня задумчивое. Я уже усиленно размышляла о том, как уложить его на полу.

Парень едва не подавился воздухом.

– А ты думала, у меня тут общежитие?!

Я покрутила головой, изучая комнату.

Кровать действительно была одна. Даже захудалого дивана не нашлось. А спать в кресле как-то не очень…

Ну и ладно. Что-нибудь придумаем. Это же его коробит от моего присутствия, а не меня… Я вообще могу его даже под собственным боком потерпеть. Приставаний не будет, это однозначно, потому что он продолжает видеть во мне старуху.

Хотя… какая я нафиг старуха с такой фигурой??? Да и лицо просто отпад…

– Уйдешь к себе через час, когда служитель отправиться спать… – заявил Илья, нервно расстегивая воротник рубашки. Я пожала плечами. Уйду, мне плевать…

Но когда через час я аккуратно открыла дверь комнаты, то увидела шокирующую картину: долговязый надсмотрщик… расположился для наблюдения за нами прямо посреди коридора на циновке. Его веки дрогнули, а я поспешно закрыла дверь обратно…