Текст книги "Школьный клуб «Лостширские ведьмы» (СИ)"

Автор книги: Анна Кейв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Глава 18. Красная Королева

Лиз напряженно переглянулась с Льюисом. Они обернулись к Нае, Молли и Карле, сидевшим позади них.

– Вам не кажется, что мисс Краун ведет себя подозрительно? – нахмурился Льюис.

– Кажется, – хором отозвались ведьмы.

Ная впервые заговорила с ними после пожара на сцене:

– Это последствия магии. Они вдохнули слишком много ее паров.

Лиз выгнула бровь:

– То есть, нужно подождать, пока их не отпустит? Как если бы они надышались веселящим газом?

– Именно так. Но если их не отпустит, придется… – Ная запнулась. – Придется обращаться к Совету за помощью.

– Это чревато последствиями… – тихо ахнула Молли.

– Для нас всех, – мрачно добавила Карла.

Ная мотнула головой:

– Только для меня. Я устроила пожар. Виновата только я и никто больше. Я и понесу наказание.

В салоне повисло неловкое молчание. Лиз размышляла о последствиях того, что они натворили. Оставалось надеяться, что им не придется привлекать Совет.

Мисс Краун вернулась слишком быстро, словно два огромных походных баула уже давно были у нее наготове. Загрузив их в багажник, она вернулась за руль. Бодро обернувшись, будто на Лостшир не опустился поздний вечер, она широко улыбнулась:

– С детства любила загородный отдых! Можно посидеть у костра, рассказать страшилки, поджарить на костре сосиски… Мы с вами отлично проведем время!

Ведьмы с сомнением переглянулись, но не стали перечить. Каждый для себя решил, что стоит подыграть тем, кто пострадал от паров магического огня. Магия – штука непредсказуемая. Они не знали, что может произойти, если пытаться вразумить жертв Наи.

– Куда мы едем? – робко поинтересовалась Лиз, когда минивен свернул на проселочную дорогу.

– Во Мжуть, – оживленно ответила мисс Краун.

У Лиз округлились глаза. Этот лес и так периодически пугал ее, а оставаться в нем с ночевкой было подобно воплощению кошмарного сна.

Лиз тут же отписала Ксавьеру:«Мисс Краун везет нас во Мжуть. Как ты себя ощущаешь?»

«Не понял вопроса», – ответил он. Следом пришло еще одно сообщение:«Если ты о пожаре, я сидел на последнем ряду, нас сразу вывели».

Она облегченно вздохнула. Ксавьер был нужен ей в здравом уме.

Около двадцати минут спустя минивен мисс Краун остановился у кромки Мжути. Ели и сосны казались черными в вечерней тьме и тянулись к темному небу, сливаясь с ним, словно их верхушки растворялись в бесконечности. Лишь полная луна развевала эту иллюзию.

Мисс Краун выпрыгнула из машины, хлопнула дверью и, закинув рюкзак на плечо, оживленно помахала им рукой.

– Ну что, за мной! Место просто потрясающее – живописная полянка в глубине леса, – улыбнулась она, но в этой улыбке было что-то неуловимо неестественное.

Льюис, которому мисс Краун вручила второй рюкзак, посмотрел на Лиз и беззвучно произнес одними губами: «Это ненормально». Лиз кивнула, вся сжимаясь от дурного предчувствия. Ведьмы, нехотя вытянувшись в цепочку, поплелись за мисс Краун, которая, казалось, двигалась слишком быстро для своих громоздких ботинок.

Лиз с удивлением отметила, как изменился стиль мисс Краун. В машине она не сразу заметила, что на смену чопорным блузам, водолазкам, кардиганам и длинным юбкам пришли практичные лосины, удлиненный лонгслив и джинсовая куртка.

Чем глубже они заходили, тем плотнее становился лес. Даже слабые звуки, доносившиеся с дороги, затихли, уступив место таинственному шороху, словно кто-то шептался среди ветвей, предупреждая об опасности. Лиз оглянулась назад – просвет дороги уже исчез, оставив их одних в этой бездонной темноте.

– Здесь что-то не так, – прошептала Карла, задевая низкую ветку, будто специально наклоненную, чтобы преградить им путь.

Молли остановилась, посмотрела на нее с опаской.

– Может, нам стоит уйти… пока не поздно.

– Уйти? – Мисс Краун обернулась с неожиданной быстротой, улыбка все еще не сходила с ее лица. Ведьмы во главе с Льюисом дернулись, не ожидая, что она может их расслышать. – Вы хотите оставить меня одну в лесу? Это было бы совсем невежливо.

Лиз остановилась. Свет фонарика на смартфоне едва справлялся с густым мраком вокруг, а деревья как будто сгущались, образуя стены.

– Сюда, – позвала мисс Краун. Ее голос звучал мягко, даже успокаивающе.

– Она будто заводит нас куда-то, – прошептал Льюис.

Мисс Краун продолжала идти вперед, ее шаги были легкими и уверенными, будто она знала каждую тропинку в этом лесу. Ведьмы, неохотно следуя за ней, обменивались тревожными взглядами. Лиз чувствовала, как сердце колотится в груди. Она крепче сжала смартфон, пытаясь удержать свет фонарика, который теперь казался таким слабым и бесполезным в этой непроглядной тьме.

– Мы уже близко, – вдруг произнесла мисс Краун, ее голос прозвучал как эхо, разливаясь по лесу. – Вот она, полянка.

И действительно, через несколько шагов деревья расступились, открывая небольшую поляну, залитую серебристым светом полной луны. Поляна казалась неестественно ровной, будто ее специально выровняли для какого-то ритуала. В центре стоял старый, покрытый мхом камень, напоминающий алтарь. Лиз почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она сжала руку Льюиса. На удивление его пальцы были ледяными, как и ее собственные. Ведьмы переглянулись, но молчали, опасаясь, что любое движение может привлечь внимание мисс Краун.

– Вот здесь мы и разобьем лагерь, – объявила мисс Краун. Она повернулась к ним, и в этот момент ее лицо изменилось. Она медленно сняла очки и отбросила их в сторону, словно избавляясь от ненужной маски. Улыбка исчезла, а глаза, обычно скрытые за толстыми стеклами, загорелись странным, почти зловещим блеском.

– Мисс Краун? – робко позвала Лиз, чувствуя, как страх сковывает ее горло.

– Вы действительно думали, что все закончится посиделками за костром и сосисками? – Мисс Краун сбросила с плеч рюкзак. Он глухо ударился о землю. Она подняла голову, и в лунном свете ее лицо казалось старше, резче, почти чужим.

Лиз огласила, словно приговор:

– Все закончится страшной историей.

– О, милая Элизабет, – мисс Краун улыбнулась, но теперь ее улыбка была холодной и расчетливой. – Ты стала такой наблюдательной. Неожиданно для легкомысленной дурочки, как ты. Но, боюсь, ты и твои друзья слишком поздно поняли, что происходит.

Она вытащила из кармана странный круглый предмет, который помещался в ее ладони. Он был изящно выточен из материала, напоминающего слоновую кость, и украшен хитроумными резными узорами, которые переплетались в сложные символы, завораживающе мерцая в лунном свете. Лиз сразу признала в нем древний артефакт, излучающий почти осязаемую угрозу.

Она заметила, как воздух вокруг предмета будто дрогнул, став плотнее, тяжелее. Она сделала шаг назад, а Льюис тихо выругался, но быстро смолк, видимо, решив, что любое резкое движение может только усугубить ситуацию.

– Знаете, что это? – насмешливо поинтересовалась мисс Краун, поворачивая артефакт в руках так, чтобы лунный свет падал на символы, заставляя их вспыхивать тусклым, болезненным сиянием. – Этот артефакт создавали не для игр у костра. Он был выкован в эпоху, когда магия и разум боролись друг с другом.

Ная шагнула вперед, и Лиз заметила, как дрожали ее руки.

– Печать охотников… – прошептала она, едва двигая губами.

– Молодец, девочка, – похвалила мисс Краун, ее голос теперь звучал с пугающей легкостью. – Значит, вам не нужно объяснять, что она делает. Одно прикосновение – и я могу стереть не только магию, но и ваши воспоминания о том, что она когда-либо текла в ваших жилах. Удобно, правда? Особенно для тех, кто не желает оставлять следов.

Лиз почувствовала, как у нее пересохло во рту. Она вновь переглянулась с Льюисом, но он выглядел не менее испуганным, чем она сама. Молли и Карла за их спинами притихли.

– Но ведь Совет заключил пакт с охотниками! – в отчаянии, словно моля о пощаде, выкрикнула Ная.

Мисс Краун рассмеялась – сухо, отрывисто.

– Пакт? Он заключен. С продажными охотниками. Но остались еще те, кто верен своему делу, своей миссии.

Ее взгляд впился в Наю, Молли и Карлу. Она сделала шаг вперед, медленно и уверенно, словно хищник, выжидающий момент для броска.

– Вы… вы ведь не собираетесь это использовать? – голос Лиз прозвучал неожиданно хрипло.

– Как интересно ты задаешь вопросы, Элизабет, – мисс Краун прищурилась, разглядывая ее, словно изучала насекомое под увеличительным стеклом. – Думаешь, я привела вас сюда, чтобы рассказать о своих планах и отпустить? Я использую его, а вы ничего мне не сделаете. Даже не сможете позвать на помощь. Вы не состоите в ковене и не находитесь под защитой Совета. Я наложила чары на этого дурака Мензиса и ваших родителей. Они не хватятся вас. Завтра вы вернетесь домой целыми и невредимыми, жизнь продолжит течь своим чередом. Разве что вы больше не сможете колдовать. И ваши воспоминания сотрутся… Но это такие мелочи против того, на что способны другие нелегальные охотники! Жаль, что прошли те времена, когда можно было безнаказанно сжигать таких как вы на костре. Приходится искать другие пути уничтожения. Более гуманные.

Она сделала шаг вперед, и ведьмы одновременно попятились, наталкиваясь друг на друга. Мисс Краун рассмеялась, и в ее смехе не осталось и следа того уюта и тепла, которым раньше она умела окутывать.

– Мы… мы не причиняем никому вреда, – осмелилась Молли, хотя ее голос срывался на жалкий писк.

– Молчать! – скомандовала мисс Краун. Смерив их пристальным взглядом, она продолжила: – Думаете, я не знала, кто вы? Школьный клуб «Лостширские ведьмы»! Вы считали себя такими умными, решив, что можно спрятать свои дрянные проклятые сущности на видном месте. Я давно наблюдала за вами. Примеривалась. Подбиралась ближе. Даже затеяла этот идиотский спектакль, чтобы спровоцировать вас на использовании магии и убедиться, что чутье меня не подвело. Я свергну вас еще до того, как вы уговорите Совет разрешить образовать ковен.

Лиз почувствовала, как сердце ее замерло. В голове внезапно всплыло предсказание Льюиса с маскарада, которое теперь звучало как зловещее пророчество. «Красная Королева попытается свергнуть тебя», – сказал он тогда, и Лиз отмахнулась, решив, что речь идет о Клэр. Но сейчас, глядя на мисс Краун, она поняла, как сильно ошиблась. Руби Краун. Рубиновая корона. Красная королева. Все сходилось с пугающей точностью.

Мисс Краун стояла перед ними, словно воплощение их худших кошмаров. Ее фигура, освещенная лунным светом, казалась больше, чем в реальности, а глаза горели холодным, почти нечеловеческим блеском. Она держала артефакт так, будто это было продолжение ее руки.

Лиз почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она сжала руку Льюиса, но он был так же напуган, как и она. Его пальцы дрожали, а глаза были широко раскрыты, словно он не мог поверить в происходящее. Молли и Карла затравленно прижались друг к другу, а Ная стояла чуть в стороне, ее лицо было бледным.

– Мы не сделали ничего плохого, – попыталась возразить Лиз.

– Не сделали? – мисс Краун рассмеялась, и ее смех был похож на скрежет металла. – Вы используете магию, не зная последствий. Вы играете с силами, которые вам не подвластны. Вы – угроза. И я не позволю вам разрушить этот мир.

Она подняла артефакт, и символы на нем загорелись ярче, оживая. Лиз попыталась сделать шаг назад, но ноги будто приросли к земле. Мисс Краун медленно приближалась, ее глаза не отрывались от «Лостширских ведьм», словно она уже видела их поражение. Мисс Краун была уже совсем близко, и Лиз почувствовала, как артефакт начинает излучать тепло, готовясь к активации.

– Прощайте, ведьмы, – произнесла мисс Краун, и ее голос звучал как приговор. – Ваше время истекло.

Лиз закрыла глаза, готовясь к худшему. Но в этот момент что-то изменилось. Воздух вокруг них содрогнулся, и раздался громкий треск, словно кто-то разорвал ткань реальности. Лиз открыла глаза и увидела, что мисс Краун замерла на месте, ее лицо исказилось от удивления. Артефакт в ее руках начал вибрировать, а символы на нем погасли.

– Что… что происходит? – недоумевая нахмурилась мисс Краун.

За их спинами мелькнул яркий свет фар.

«Ксавьер!» – подумала Лиз. Она подтолкнула замерших Льюиса и ведьм к пробирающемуся сквозь Мжуть фургончику, который оказался настоящим вездеходом. Не думая, они рванули на свет. Ксавьер уже открывал для них автоматическую дверь сбоку, обеспечивая спасение. Когда они погрузились внутрь, Ксавьер вжал педаль газа и, крутанув колесами, направил фургончик к выезду из леса.

– Может, нам стоит укрыться в чертоге? – испуганно предложила Лиз.

Ная мотнула головой:

– В жилах охотников течет слабая магия, которую они называют чутьем. Она доберется до чертога.

– Мы можем дать отпор! – настаивала Лиз.

– Не можем, – отрезала она. – Без знаний ковена мы ничего не можем. А если она узнает, где наш чертог, то может привлечь подмогу и… и просто сотрет чертог с лица земли.

Ксавьер, вырулив на проселочную дорогу, уточнил:

– Что у вас там произошло?

Ведьмы, округлив глаза, замолкли. Лиз была вынуждена признать:

– Он в курсе. И он сможет нам помочь.

Она перебралась на переднее сидение, попутно пересказывая события во Мжути. Ее взгляд бегал по фургончику, который она никогда прежде не видела. Со шкафчиками и маленькой раковиной, пристроенной в самом углу, он напоминал передвижную лабораторию.

– Печать, значит? – задумчиво протянул Ксавьер, когда Лиз закончила. – Это хорошо.

– Что в этом хорошего? – взвилась Ная.

– Этот артефакт действует на ведьм исключительно в полнолуние. Нужно его где-то переждать.

– А ты откуда знаешь? – с подозрением нахмурилась она.

– Я алхимик, – будничным тоном признался он. – Только давайте упустим подробности. Сейчас не до расспросов. Едем ко мне домой, попробуем укрыться. Держать оборону будет проще из дома.

– Почему именно к тебе? – не унималась Ная. Ее доверие было подорвано мисс Краун.

– Потому что мой отец снова уехал в Лондон. Вы же не хотите устраивать магическую битву при своих родителях, или я не прав?

В салоне фургончика повисло напряженное молчание. Лиз заметила Зеркало, накрытое пледом и закрепленное веревками. Она с сожалением отметила, что в это полнолуние они с Ксавьером точно не смогут провести обряд Уничтожения.

Неожиданно в ее голове мелькнула мысль о целях мисс Краун. Она не хотела их сжечь на костре или пронзить сердце клинком. Ее стремление искоренить магию и стереть воспоминания о ней даже казались заманчивыми. Но Лиз не могла подвести тех, кто эту силу ценил. Она не могла добровольно сдаться мисс Краун и позволить охотнице добавить трофей в свою коллекцию подобно оленьим рогам или чучелу в кабинете Конлета Данмора.

Добравшись до дома Ксавьера, они выскочили из фургончика и поспешили к двери, не обратив внимания, что внутри горел свет. Зайдя внутрь, они столкнулись с удивленным Райаном, который не ожидал увидеть поздним вечером толпу школьников в своей прихожей. Последним зашел Ксавьер, неся с собой Зеркало – он не хотел оставлять его в фургончике и предпочитал держать артефакт рядом.

– Добрый вечер, – с робкой растерянностью недружно пробормотали ведьмы и Льюис.

– Добрый, – медленно отозвался Райан. Заметив среди них Лиз, он кивнул ей, а затем метнул взгляд на сына: – Что за делегация в такое время?

Ксавьер быстро нашелся:

– Мы решили собраться, обсудить предстоящие экзамены, подготовиться к тестам.

– На ночь глядя? – скептически выгнул бровь Райан. Его взгляд скользнул по Зеркалу и с удивленно-настороженного сменился напряженным и даже несколько суровым. – Ксавьер, зачем тебе это?

Он невозмутимо повел плечом:

– Для опыта по физике. Преломление света и…

Райан оборвал его:

– Не ври мне. Я знаю, что это за предмет. Виридалис. – Он обратился к остальным: – Подождите Ксавьера в гостиной. На кухне можете найти сок и газировку.

Лиз и Ксавьер нервно переглянулись. Она не пошла с остальными. Райан задержал на ней взгляд и кивнул так, будто уже все знал.

– Значит, в тебе пробудилась сила. – Вкрадчиво произнес он. – А мой сын решил использовать ее в алхимических целях.

Лиз замотала головой:

– Нет, все не так! Ксавьер помогает вернуть мне мою прежнюю нормальную жизни без…– она осеклась. – Откуда вы знаете?

Райан сунул руки в карманы джинсов.

– Диана была ведьмой. Было ожидаемо, что в ее дочери пробудится сила.

– Мою маму зовут Маделен, – возразила Лиз.

– Маделен Бэйли, – ухмыльнулся Райан. – Она была университетской подругой Дианы. Когда Теодор попросил ее о помощи, она согласилась подыграть, но с условием, что это будет ложь на расстоянии.

– Какая ложь? – тихо спросила Лиз, понимая, что знает не всю правду о своей матери.

Райан замешкался.

– Не я должен рассказывать это тебе, но… Мы дружили с Дианой с самого детства. Она была ведьмой – Мистерией ковена Полной Луны. А я был начинающим алхимиком. Мы не скрывали друг от друга, кто мы есть. Так случилось, что ей была интересна алхимия не меньше, чем мне в то время. Мы оба были очарованы мыслью о возрождении величия алхимии, проводили эксперименты… С помощью Зеркала мы хотели извлечь часть ее магии, чтобы направить энергию на создание мощных артефактов, сделать великое мировое открытие. Но эксперимент не удался – Зеркало забрало всю магию Дианы и лишило ее рассудка. После этого я прекратил заниматься алхимией, поклялся, что никогда к ней не притронусь, чтобы не нанести никому вреда. Диану, после долгих попыток лечения, определили в психоневрологическую больницу-интернат Лостшира. Теодор очень тяжело переживал тот период. Он не знал, что Диана была ведьмой, и не мог понять, как все это произошло, почему его жена в одночасье впала в безумье. Он не нашел в себе сил рассказать правду. Не знал, как объяснить все это ребенку. И нашел выход во лжи. Поэтому вы ни в коем случае не должны использовать Виридалис. Его действие может быть непредсказуемым.

В памяти Лиз всплыла картинка из психоневрологической больницы-интерната. Женщина, что они видели, не была матерью Ксавьера. Она была ее мамой. Все несостыковки нашли свое начало и конец. Лиз не признала на фотографии, которую показывали ей ведьмы в чертоге, свою маму, потому что свято считала ею Маделен Бэйли. Райан не уезжал из Лостшира, потому что не мог увезти с собой Диану, ведь она не была его законной супругой. Он остался в городе из чувства вины, навещая подругу, которая его, вероятно, даже не узнавала.

Следом ее озарила и другая мысль. Они с Наей не смогли призвать Мистерию, потому что она все еще была жива. Совет скрыл от Наи подробности о произошедшем, ограничившись высокопарными словами о предательстве и соврав о гибели Мистерии. У Наи не было всех карт из колоды, чтобы разгадать тайны прошлого.

– Вы любили мою маму? – осторожно поинтересовалась Лиз.

Райан покачал головой:

– Только как подругу. Между нами никогда не было ничего, кроме крепкой дружбы. – Опустив взгляд в пол, словно вспоминая прошлое, он продолжил, возвращаясь к своему рассказу: – Ковен Дианы распался после того, как она сошла с ума – Совет узнал о содеянном, решил, что Мистерия предала магию, занявшись алхимией. Старшины и Верховные лично прибыли в Лостшир, чтобы при активации другого древнего артефакта лишить всех ведьм ковена силы и воспоминаний о ней.

– Печать, – глухо произнес Ксавьер.

– Она самая, – подтвердил он.

Ксавьер прислонил Зеркало к стене.

– С этой Печатью на Лиз и остальных охотится мисс Краун.

Райан нахмурился:

– Ваша школьная учительница?

– Она оказалась охотницей за ведьмами, – скривился он.

– Все остальные тоже?.. – он обернулся в сторону гостиной.

– Да, – в унисон отозвались Лиз и Ксавьер.

– Понятно, – Райан не стал задавать лишних вопросов, оценив ситуацию. – Ксавьер, бери мою старую передвижную лабораторию и увози всех. Я попробую задержать охотницу. – Он сдвинул один из частей триптиха в прихожей. За ним оказалась небольшая дверца сейфа. Райан вытащил из нее связку ключей и протянул Ксавьеру. – Это от шкафчиков в фургончике. В них я спрятал остатки алхимических веществ, не решившись больше возвращаться в лабораторию под библиотекой.

Лиз внезапно осенило:

– Лаборатория Конлета! Мы можем укрыться в ней!

Райан покачал головой:

– Библиотека уже закрыта. Все, уезжайте.

Лиз кинулась в гостиную, чтобы позвать остальных. Ксавьер задержал взгляд на отце. В нем отчетливо читалось сожаление о том, что не верил ему и пытался найти следы алхимии в косметике его бренда. О том, что винил его в предательстве дедушкиного дела. О том, что отдалился от него.

– Все потом, – мягко проговорил Райан, без слов понимая сына.

Ксавьер кивнул и повел клуб «Лостширских ведьм» обратно к фургончику, оставив Зеркало в прихожей дома, зная, что не осмелится когда-либо воспользоваться им даже на благо алхимии.

Фары моргнули, и Ксавьер вырулил на дорогу.

– Куда мы едем? – испуганно спросила Лиз.

– Сам не знаю, – признался он. – Подальше от сумасшедшей учительницы.

Он въехал в новый район Лостшира. Лиз вжалась в сидение, моля о том, чтобы мисс Краун не надумала сунуться к ней домой. Ее папа ничего не знал ни о магии, ни об алхимии. Она боялась даже подумать о том, что с ним могла сделать мисс Краун, пытаясь добраться до них.

Когда свет выхватил впереди фигуру, стоявшую прямо посреди дороги, Лиз взвизгнула. Ксавьер тут же вжал педаль тормоза, резко останавливаясь. В метре от бампера невозмутимо стояла мисс Портер. Она молча выставила вперед руку, и Лиз, присмотревшись, различила знакомую ей колбу на бечевке.

– Я постараюсь ее объехать, – пробормотал Ксавьер, но Лиз его остановила и выскочила из фургончика.

– Миссис Портер? – она подошла к соседке. Та смотрела на нее тем же строгим взглядом, что и всегда.

– Бери, пригодится, – сухо произнесла она, все также протягивая колбу.

Лиз услышала, как остальные тоже вышли из салона. Миссис Портер окинула их компанию придирчивым взглядом и резко кивнула на бутылочное дерево у дома:

– Возьмите бутылки. Только не разбейте раньше времени. Они вам пригодятся.

– Зачем? – вырвалось у Ксавьера. Его подергивало из-за того, что они были вынуждены остановиться.

Миссис Портер на это только устало фыркнула, как старая кошка, многое повидавшая за свою жизнь.

Лиз быстро надела на шею колбу и почувствовала короткие стреляющие импульсы от нее. Миссис Портер не была просто ворчливой соседкой. Не была старухой, выжившей из ума. Лиз чувствовала это.

– Что она может? – с надеждой спросила Лиз, держа колбу кончиками пальцев.

Миссис Портер, колеблясь, пошамкала губами. Из нее словно рвался ответ, но застревал где-то в горле.

– Пойдите уже кто-нибудь и возьмите бутылки! – скомандовала она. В ее голосе слышалось отчаяние.

Молли и Карла трусцой двинулись к бутылочному дереву. Ная хотела пойти за ними, но помедлила, всматриваясь в соседку Лиз. Льюис первым догадался:

– Вы не можете сказать! – ахнул он. – Совет, верно? Они лишили вас магии и возможности говорить о ней, писать или показывать жестами. В наказание, чтобы вы всегда помнили…

Ная закончила в унисон с ним:

– О том, что в молодости вы иссушили реку под мостом во Мжути.

Подбородок миссис Портер задрожал. Она пыталась кивнуть, но неведомая сила не позволяла ей этого. Недовольно фыркнув от собственного бессилия, которое терзало и мучало ее многие годы, она с прищуром посмотрела на Льюиса.

– Отправляйтесь на болота, – посоветовала миссис Портер.

– Болота Вад? – вздернула брови Лиз. Она хотела спросить, что они там найдут, но поняла, что миссис Портер не сможет ей пояснить. – Спасибо, – искренне улыбнулась она. Молли и Карла уже возвращались к ним, зажимая руками бутылки, с запертыми внутри духами. Лиз не сомневалась в этом.

Ксавьер, не теряя времени, жестом приказал всем вернуться в фургончик. Миссис Портер отошла на обочину, ее фигура, освещенная тусклым светом фар, казалась призрачной в ночной мгле. Она молча смотрела, как они садятся, и лишь когда двигатель заурчал, она медленно подняла руку в прощальном жесте. Лиз помахала ей в ответ.

Фургончик тронулся, и вскоре миссис Портер исчезла из виду. Лиз держала колбу в руках, ощущая ее тепло. Она не знала, что именно в ней было, но доверяла интуиции, которая подсказывала, что это может спасти их. Молли и Карла осторожно положили бутылки на пол, стараясь не трясти их и не выпустить заключенных внутри духов.

Проселочная дорога, на которую они свернули, становилась все более узкой и извилистой. Фары фургончика выхватывали из темноты лишь куски пейзажа: кривые деревья, поросшие мхом, туман, стелющийся по земле, и редкие огоньки, которые, казалось, наблюдали за ними. Лиз почувствовала, как напряжение в салоне нарастает. Даже Льюис, обычно спокойный и рассудительный, нервно постукивал пальцами по колену.

Вскоре дорога окончательно исчезла, уступив место топкой, зыбкой почве. Ксавьер остановил фургончик и вышел, осматривая местность. Туман был настолько густым, что видимость ограничивалась парой метров. Воздух был тяжелым, насыщенным запахом гнили и сырости.

– Мы на месте, – тихо сказал он. – Болота Вад.

Лиз вышла следом, ощущая, как влажный воздух обволакивает ее. Она огляделась, но ничего не могла разглядеть в тумане. Остальные тоже вышли, держась близко друг к другу.

Ксавьер заскочил в фургончик и принялся один за другим открывать шкафчики. В них нашлось несколько подписанных колб и баночек с жидкостями и какими-то взвесями. Он с сожалением глянул на бутылки, которые разобрали ведьмы. Они хоть и казались пустыми, но не были таковыми. Отыскав несколько пустых бутыльков, Ксавьер наспех смешал алхимические ингредиенты.

– Двигаемся осторожно, – сказал он, присоединившись к остальным. – И не отходите друг от друга.

Они начали продвигаться вперед, шаг за шагом, пробираясь через топи. Туман сгущался, и звуки вокруг становились приглушенными, словно болота пытались изолировать их от внешнего мира. Лиз почувствовала, как что-то наблюдает за ними, скрываясь в тумане. Она сжала колбу на шее сильнее, пытаясь успокоить себя.

Под ногами чавкала грязь, а холодное липкое дыхание болот проникало под кожу. Вскоре они достигли кромки. Перед ними простиралась бесконечная гладь мутной воды, покрытой плавающим мхом, а на горизонте едва угадывались силуэты старых деревьев, чьи корни уходили глубоко в зыбкую трясину.

– Куда теперь? – дрожа, поинтересовалась Молли.

Льюис присел на корточки, рассматривая скопление валунов, покрытых мхом. Одни, казалось, уже десятилетия скрывались под мшистой шубой. Другие оплел относительный свежий покров. Он смахнул мох с нескольких валунов и, обнаружив под ним начертания рун, выдохнул:

– Остановимся здесь. Я смогу создать защитный круг. Помогите мне стряхнуть мох с остальных камней.

Лиз, нисколько не кривясь, принялась расчищать валуны. Брезгливость казалась ей сейчас неуместной. Когда все руны были освобождены, Ксавьер вытащил из кармана один из бутыльков с переливающейся сиреневой жидкостью с густым осадком из красных частиц.

– Я помогу усилить защиту алхимической смесью. – Он обернулся на ведьм: – Девчонки, держитесь ближе к центральному камню.

Лиз вместе с другими отошла, не мешаю Льюису и Ксавьеру. И если последний действовал, согласно тому, что узнал из алхимических трактатов и дедушкиных записей, то Льюис же, казалось, работал по наитию. Он присматривался к валунам и словно чувствовал руны. То, как он плавно выписывал в воздухе неведомые жесты, завораживало.

– Мы закончили, – со смесью усталости оповестили они.

– А мисс Краун все только начинает, – мрачно произнесла Ная, кивая на показавшийся луч фонарика. Не прошло и минуты, как перед ними показалась охотница.

– Как она нас нашла? – пискнула Молли.

– Охотничье чутье, – ответила Карла, не отрывая настороженного взгляда от лжеучительницы.

Охотница остановилась в двух шагах от защитного круга. Тот был невидим, но она знала его границы. Криво усмехнувшись, она без лишних слов подняла руку с Печатью. Даже густой болотный туман не помешал артефакту приковать лунный свет.

– Девчонки, фас, – тихо скомандовал Ксавьер, кивая на бутылки.

Ведьмы, переглянувшись, замахнулись. Бутылки полетели в сторону охотницы, вращаясь в воздухе с угрожающим свистом. Мисс Краун, не теряя хладнокровия, резко отпрыгнула в сторону, но одна из бутылок все же разбилась в близости от нее. Из осколков вырвался вихрь зловещего тумана, который мгновенно принял форму извивающегося духа с горящими глазами. Охотница взмахнула рукой, и Печать на ее ладони вспыхнула ярким светом. Дух, словно обожженный, отпрянул, но не исчез, а замер в нерешительности, словно ожидая команды.

– Не дайте ей передышки! – крикнул Ксавьер.

Карла бросила еще одну бутылку. На этот раз она разбилась прямо перед охотницей, выпуская целый рой мелких духов, которые с шипением устремились к ней. Мисс Краун, не сбавляя темпа, выхватила из-за пояса серебряный кинжал и начала отбиваться, рассекая духов одним точным ударом за другим. Ее движения были быстрыми и расчетливыми, словно она заранее знала, куда ударит.

Льюис тем временем сосредоточился на рунах. Он прижал ладонь к одному из валунов, и древние символы начали светиться тусклым светом. Его губы шевелились, произнося заклинания, которые никто, кроме него, не мог понять. Руны на камнях оживали, соединяясь между собой тонкими нитями энергии, усиливая защитный барьер. Охотница почувствовала это и бросила на него взгляд, полный ненависти.

– Ты думаешь, руны остановят меня? – прошипела она, делая шаг вперед. Печать на ее руке загорелась еще ярче, и защитный круг Льюиса дрогнул, но не сдался.

Ксавьер, воспользовавшись моментом, вытащил из кармана бутылек с нестабильной алхимической смесью. Жидкость внутри бурлила, переливаясь всеми цветами радуги, словно готовая взорваться в любой момент. Он бросил ее в сторону охотницы, крикнув:

– Всем на землю!

Колба разбилась, и мгновенно последовал ослепительный взрыв. Воздух вокруг исказился, словно пространство само по себе начало трескаться. Охотницу отбросило волной, но она быстро поднялась, ее лицо было покрыто мелкими царапинами. Однако в ее глазах по-прежнему горела решимость.

– Это все, на что вы способны? – насмешливо спросила она, вытирая кровь с подбородка.

Лиз, чувствуя, как колба на ее шее начинает нагреваться, сжала ее в руке. Она обменялась быстрыми взглядами с Наей, Молли и Карлой. Без слов они поняли друг друга. Ведьмы сомкнули круг, их руки поднялись в унисон, и между ними заструилась энергия, древняя и мощная. Лиз почувствовала, как их силы сливаются воедино, усиливая ее собственную.

– Теперь, – прошептала Лиз.

Она бросила колбу в сторону охотницы. Колба, наполненная их объединенной силой, засияла ослепительным светом. Когда она разбилась, свет превратился в волну энергии, которая ударила в охотницу с такой силой, что та отлетела на несколько метров. Печать в ее руке потускнела, а сама она с трудом поднялась на ноги, ее уверенность наконец пошатнулась.