Текст книги "Школьный клуб «Лостширские ведьмы» (СИ)"

Автор книги: Анна Кейв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 17. Костер для ведьмы

Лиз с усердием вплетала в косы искусственные травы и кольца. До спектакля оставалось всего двадцать минут, а ей еще нужно было успеть нанести макияж и дополнить костюм деталями – надеть несколько ожерелий разной длины, украсить запястья чертовой дюжиной многоярусных металлических браслетов, закрепить на голове цепочку со свисающим на лоб камнем. Каждая деталь должна была дышать магией, создавать ощущение у зрителей, что она не просто школьница в костюме, а настоящая ясновидящая, чьи руки способны раздвигать завесу будущего.

Она заметила краем глаза, что остальные ведьмы подошли к выбору аксессуаров с меньшим энтузиазмом. Ная ограничилась костюмом, Молли добавила к юбке цепочку с мелкими монетками, а Карла надела лишь крупные серьги-кольца и склонилась над своим текстом с таким сосредоточенным видом, будто у нее было не три фразы, а три страницы.

Лиз скептически оглядела их, но промолчала – ей не хотелось разговаривать ни с кем из них. Ведьмы придерживались той же позиции. Ная делала вид, что Лиз не существует, а Молли и Карла бросали на нее робкие взгляды, но держались близ своего лидера.

Она вновь обратилась к своему отражению в большом зеркале гримерной. Лицо выглядело еще слишком обыденно. Лиз торопливо нанесла на веки золотистые тени, добавила тонкую линию подводки и подчеркнула ресницы, а затем, задумавшись, выбрала помаду оттенка вина.

– Теперь вполне загадочно, – пробормотала она, обводя губы. В это время за ее спиной раздался смех – Молли и Карла перекидывались репликами из своих сцен, разыгрывая их с преувеличенной театральностью.

– Соберитесь! – одернула их Ная, поправляя на себе пояс с вышивкой. – Нам скоро на сцену.

Лиз быстро надела последний браслет, звенящий при каждом движении. Она поднялась, проверяя на ощупь, чтобы цепочка на лбу сидела ровно.

В дверь гримерной постучали. Следом раздался приглушенный голос Льюиса:

– Можно?

Ная опередила Лиз, крикнув:

– Заходи, мы оделись!

Лиз не смогла сдержать улыбки, когда он появился в дверном проеме. Льюис переодевался с остальными парнями в общей гримерке, в то время как для ведьм выделили отдельную. Правда, она была в три раза меньше той, что урвала себе Клэр, и была больше похожа на каморку.

Окинув Льюиса придирчивым взглядом, Лиз удовлетворенно кивнула. Он был определенно рожден для того, чтобы носить костюмы. Его Чешир прошлым вечером удостоился главного приза закусочной за лучший костюм. И Лиз даже нисколько не расстроилась, что ее образ Алисы не был отмечен. Прошлая Лиз вскипела бы от такого и затаила обиду на того, кто ее обошел. Новая Лиз с искренней улыбкой следила за тем, как Льюису вручали приз. В тот момент она поймала себя на мысли, что счастье от победы близкого человека почему-то стало важнее, чем собственное самолюбие.

В любом случае она все равно запомнилась на тематическом вечере, когда налетела на Николь в костюме Белой Королевы. Результатом стало испорченное платье, измазанное тыквенным кремом. Лиз пришлось пойти на эту жертву, чтобы привлечь к себе внимание и отвлечь его от одного Безумного Шляпника, ворующего зеркало.

Благодаря ее изобретательности Ксавьер незаметно для всех заменил Виридалис на самое обычное зеркало и покинул «Тыквенный фонарь».

– Отлично выглядишь, – промурлыкал Льюис, разглядывая ее наряд. Его глаза остановились на свисающем камне. – Как будто и правда можешь сказать, что случится завтра.

– Может, могу, – ответила Лиз с загадочной улыбкой. Она точно знала, что должно было произойти – в полнолуние она добровольно расстанется со своей силой и завтра проснется обычной девушкой.

– Вы готовы? – спросил Льюис, обращаясь ко всем.

Ная, как всегда, первой взяла слово:

– Мы готовы, а вот кто-то… – она бросила быстрый взгляд на Лиз и тут же отвела, встретившись с ней глазами. – Уж слишком усердствует с деталями.

– Каждая деталь имеет значение, – произнесла Лиз. – Сцена – не место для халтуры.

Ее голос прозвучал ровно, почти мягко, но взгляд был ледяным. Ная сжала губы, но больше ничего не сказала. Молли и Карла замерли, переглядываясь, как будто ожидали вспышки, но Лиз лишь спокойно вернулась к своему отражению.

Льюис кашлянул, явно чувствуя напряжение.

– Что ж… Давайте настроимся на выход. Лиз, ты… потрясающая.

Она взглянула на него через зеркало и почувствовала, как тепло разливается по груди.

– Спасибо.

Когда дверь за ним закрылась, Лиз в последний раз оглядела себя. Ее роль была небольшой, но она собиралась отыграть ее на все сто, а после – навсегда распрощаться с «Лостширскими ведьмами» и пресловутой магией. Эта мысль и то, что у них с Ксавьером все складывалось удачно, грела Лиз душу и сердце.

Прозвенел третий звонок. Как по команде, ведьмы оторвались от зеркал и текста. «Граф Калиостро» начинался со сцены с их участием.

Занавес с шумом отъехал в стороны, и сцену залило мягким светом. Центральная фигура – Алессандро Калиостро, облаченный в богатую шелковую мантию, расшитую золотыми символами, возвышался у круглого стола. На столе искрился хрустальный шар, рядом лежали колода карт Таро и кристаллы кварца. Его темные глаза сверкали в свете прожекторов, будто он сам олицетворял древние тайны.

– Вечность шепчет нам свои тайны, – произнес он низким, почти гипнотическим голосом, обращаясь к публике. – Сегодня завеса приоткроется.

Ясновидящие и провидец-Льюис заключили графа в круг. Взгляд Лиз горел холодным расчетом, и зрителям показалось, будто она действительно знала тайные мысли. Она начала отыгрывать роль задолго до своих слов.

Когда настало время Наи заговорить, она замерла. Несколько долгих мгновений на сцене стояла тишина. Зрители начали шептаться.

– Мы поможем вам, граф, найти ответы, – с ходу перехватила инициативу Лиз, делая шаг вперед.

Она грациозно повернулась к графу, и его губы изогнулись в одобрительной улыбке. Волнение в зале улеглось, зрители вновь увлеклись происходящим. Но в глазах Наи пылало возмущение.

Лиз ощущала, как публика поглощена их игрой. Слова, движения, даже паузы – все вплеталось в единый танец иллюзии, где реальность смешивалась с мистикой. Ее взгляд то и дело скользил по зрительному залу, выискивая реакцию людей. Где-то в пятом ряду она уловила, как одна из зрительниц буквально затаила дыхание, сжимая край своей сумочки. Лиз мысленно улыбнулась – значит, работает.

Ная, тем временем, изо всех сил пыталась включиться в игру, но каждый раз, открывая рот, замирала с растерянным видом, уступая свою роль Лиз. В один момент она все же шагнула вперед и выпалила:

– Но знайте, что тайны любят тех, кто готов платить за них цену. Иногда – слишком высокую.

Глаза Наи пылали яростью от собственного бессилия – она снова потерялась в тексте. Молли и Карла напряженно переглянулись. Льюис одними губами попросил Лиз подхватить роль Наи.

Лиз медленно подняла руки, тонкие металлические браслеты тихо зазвенели, как отголоски далекого колокола.

– Тайны всегда рядом, – с придыханием проговорила она, двигаясь к хрустальному шару. Ее голос был глубоким, почти шепотом, но он разносился по залу, словно эхо. – Они ждут, когда их заметят.

Она положила руки на шар, глядя в него так, будто действительно видела будущее. Это движение привлекло внимание зрителей, как будто магия сейчас станет явью. Калиостро поднял руку, добавляя моменту торжественности:

– Давай же, скажи, что меня ждет в моем путешествии? Найду ли я в невесту? Богатства? Новые знания? А может… свою погибель?

В этот момент Карла, стоявшая чуть в стороне, впервые шагнула вперед, ее крупные серьги закачались в такт движениям. Она подняла одну из карт Таро, которую до этого держала в руках.

– Первый знак: звезда. Надежда или иллюзия? Все зависит от вашего выбора, – провозгласила она.

В этот момент позади, за сценой, послышался смех актеров, которые ждали своего выхода за кулисой. Лиз напряглась, но быстро взяла себя в руки. Ее роль требовала хладнокровия. Она сделала еще один шаг вперед, ее цепочка с камнем мягко качнулась, отражая свет.

– Слышите? Это смех самой Судьбы, которую не просто обмануть, – произнесла она, глядя прямо в зал.

Льюис наблюдал за ней с восхищением. Каждый ее жест, каждое слово и даже импровизация были совершенны. Его взгляд задержался на ее лице, где легкая улыбка и холодный блеск в глазах создавали тот самый образ, который не смогла воплотить Ная.

Когда Лиз снова встретилась с Калиостро взглядом, тот чуть кивнул ей, подавая знак. Наступал кульминационный момент сцены, где их магия должна была слиться в едином ритуале. Лиз, чувствуя, как все взгляды прикованы к ним, подняла руки, словно собираясь сотворить заклинание.

Но в этот миг Ная неожиданно шагнула вперед. Ее голос зазвучал громко, почти с вызовом:

– Но не все тайны стоит раскрывать. Иногда завеса скрывает то, что лучше оставить в тени.

Сцена замерла. Лиз удивленно повернулась к Нае, но та смотрела не на нее, а на зал, будто обращаясь ко всем сразу. Этот импровизированный шаг, вероятно, был попыткой вернуть себе инициативу, но он вызывал лишь недоумение.

– Тайны выбирают сами, кому открыться, – произнесла Лиз, глядя прямо на Наю. Ее голос был низким, завораживающим. – И они точно не любят тех, кто боится их увидеть.

Ная вздрогнула, но ничего не ответила. Публика ахнула, явно ожидая продолжения. Калиостро жестом вернул внимание к себе, разрывая напряжение между двумя ясновидящими.

– А теперь… – его голос снова зазвучал властно, – время сделать выбор.

Зал замер в предвкушении. Лиз отвела взгляд от Наи, сделав шаг назад и с достоинством уступая сцену Калиостро. Но внутри она уже знала, что эта их негласная борьба еще не закончилась.

Когда действие сцены завершилось и ведьмы скрылись за тяжелым пологом шатра, Ная, не выдержав, схватила Лиз за локоть и резко развернула к себе.

– Ты что себе позволяешь?! – зашипела она, с трудом сдерживая голос, чтобы остальные не услышали. Они должны были просидеть в шатре до своего следующего выхода. – Это были мои реплики! Мой момент! А ты… ты просто взяла и…

– Спасла тебя от позора, – спокойно ответила Лиз, выдернув руку и начиная поправлять свой головной убор. – Ты стояла как статуя. Что мне было делать? Ждать, пока зрители засвистят?

– Мне просто нужно было время! Ты всегда так! Забираешь все внимание на себя!

– Может, потому что я подготовилась лучше? – парировала Лиз. В ее голосе не было злости, только утомление. – Ты могла бы попробовать то же самое. Что обряд, что спектакль… У тебя ничего не выходит. О каком возрождении ковена ты мечтаешь?!

Слова, которые вырвались у нее, были ошибкой. Лиз осознала это, когда Молли и Карла тихо ахнули, а уши Наи покраснели. Лиз была готова поспорить, что ее лицо под слоем грима пошло багровыми пятнами.

– Девочки, мы на сцене городского театра, – напомнил Льюис. – Давайте не будем…

– Хватит ее защищать, – прорычала Ная. Ее дыхание было тяжелым и прерывистым, будто она с трудом сдерживалась.

Лиз почувствовала, как воздух в шатре сгустился от избытка энергии, рвавшейся наружу. Она удивленно посмотрела на свои ладони, понимая, что держит себя под контролем. Молли и Карла, ощутив то же, встали между ней и Наей, пытаясь успокоить ту. Но это только больше распалило Наю.

– Думаешь, ты лучше всех? – выплюнула Ная, ее голос дрожал от ярости. Ее глаза сверкали, а пальцы сжались в кулаки.

Лиз молчала, но ее спокойствие только раздражало Наю. Воздух вокруг них стал горячим, словно от невидимого пламени. Лиз почувствовала, как ее кожа покрылась мурашками, а волосы на затылке встали дыбом. Она знала, что Ная теряет контроль, но не могла отвести взгляд от ее горящих глаз.

– Ная, успокойся, – тихо сказала Лиз, но ее голос был едва слышен над нарастающим гулом энергии. – Ты же не хочешь устраивать скандал посреди спектакля?

Ная глухо засмеялась, а ее смех был пропитан горечью и злостью:

– Ты понятия не имеешь, чего я хочу! Ты никогда не пыталась понять!

Внезапно полог шатра вспыхнул. Яркое пламя с треском побежало по ткани, осыпая искрами. Лиз инстинктивно отшатнулась, но Ная стояла на месте, словно не замечая огня. Ее фигура была окутана дымом, а глаза горели ярче пламени.

– Ная! – Лиз выставила вперед руки. – Остановись! Ты не контролируешь это!

Но Ная не слушала. Она подняла руки, и огонь, словно живое существо, рванулся к сцене. Зрители закричали. Хаос охватил зал, но Ная, казалось, не замечала ничего вокруг. Ее внимание было целиком сосредоточено на Лиз.

– Все еще думаешь, что ты лучше меня? – прошипела Ная, шагнув вперед. Огонь следовал за ней, как верный пес. – Давай проверим.

Лиз почувствовала, как ее собственные силы начали пробуждаться в ответ. Она не хотела этого, но не могла позволить Нае разрушить все вокруг. Ее ладони начали светиться мягким голубым светом, который противостоял яркому пламени Наи.

– Я не хочу с тобой сражаться, – сказала Лиз, но ее голос звучал твердо.

Ная засмеялась, и этот смех был похож на треск огня. Она взмахнула рукой, и поток огня устремился к Лиз. Лиз среагировала мгновенно, подняв руки и создав барьер из энергии. Огонь ударил в него с громким хлопком, рассыпаясь искрами. Лиз почувствовала, как ее силы напряглись до предела, но она держалась.

– Ная, остановись! – крикнула она, но Ная уже готовилась к следующему удару.

В этот момент Льюис, Молли и Карла бросились вперед, пытаясь вмешаться. Но их попытки были тщетны. Энергия, исходящая от Наи, отбросила их в сторону, как тряпичные куклы. Лиз поняла, что она может остановить это.

Она закрыла глаза, сосредоточившись на своей внутренней силе. Голубое свечение усилилось, превратившись в яркий луч света, который пронзил пламя Наи. Огонь начал гаснуть, а Ная, казалось, на мгновение очнулась от своего безумия. Ее глаза расширились, и она посмотрела на Лиз с удивлением и… страхом.

– Что… что ты делаешь? – прошептала она. – Я не учила тебя такому.

– Останавливаю тебя, – ответила Лиз, и ее голос звучал как эхо. – Пока мы все тут не сгорели на ведьмином костре.

Свет вокруг Лиз усилился, и Ная, не выдержав, упала на колени. В ушах звенела пожарная тревога, а сцену заливала вода. Она не могла погасить огонь, вызванный магией, поэтому Молли и Карла встали бок о бок с Лиз, чтобы помочь ей. Их магия, объединившись, невидимыми потоками захлестнула пламя, успокаивала его.

Огонь погас, оставив после себя только дым и запах гари. Шатер был разрушен, сцена почернела, но самое страшное было позади.

Лиз опустила руки, и свет исчез. Она подошла к Нае, которая сидела на полу, дрожа. Ее глаза были полны слез, а лицо выражало смесь стыда и ужаса.

– Я… я не хотела… – начала Ная. Совсем как в тот вечер, как она едва не вызволила из зеркала Бафомета.

Ная закрыла глаза, и слезы потекли по ее щекам. Молли и Карла обняли ее, утешая. Лиз подняла взгляд на Льюиса и сжала его ладонь, понимая, что их противостояние с Наей закончилось, но последствия только начинались.

***

Директор Мензис сурово обвел взглядом клуб «Лостширских ведьм» в полном составе. Мисс Краун позади него, шепча, причитала о срыве спектакля и ущербе, причиненному городскому театру, так любезно пригласившему их на свою сцену и одолжив костюмы.

– Это была моя первая постановка! – всхлипывала она. – Дебют! И как мои ученики отличились? Сожгли сцену.

Директор прервал ее, набросившись на учеников.

– Вы отдаете отчет своим действиям?! Вы хоть понимаете, что из-за вашей выходки мог кто-то пострадать?!

Льюис взял инициативу на себя, пытаясь оправдаться:

– Это случайность. От подобного никто не застрахован.

– Случайность?! – взревел директор. – Это провокация! Саботаж! Я лично проследил за тем, чтобы на сцене не было настоящего огня. Что вы пронесли с собой? Спички? Зажигалку? Газовую горелку?

– Мы сами чуть не погибли из-за чьей-то халатности! – вскрикнула Лиз, воспользовавшись тем, что они были скрыты шатром, поэтому никто в зале или за кулисами не видел, что произошло между ними на самом деле.

Директор Мензис ощетинился:

– А вы бы, мисс Стэдлер, помолчали. Вам не впервой портить казенное имущество, так ведь? С меня довольно. Теперь я подниму вопрос об исключении из школы. Всех вас! А ваши родители из своего кармана заплатят за восстановление сцены!

Лиз встрепенулась. У нее вырвалось:

– Это несправедливо! Почему из-за Наи должны быть наказаны все?!

– Из-за Наи? – зацепился за ее слова директор. – Так что вы, мисс Стэдлер, говорили о Нае Блэквелл? Ну-ка, ну-ка… поведайте нам.

Лиз потупилась.

– Мы растерялись, когда увидели огонь. Мы были напуганы и не сообразили, что делать. Ная пыталась затушить пламя какое-то тряпкой, но распалила еще больше, – нашлась Лиз. – Косвенно она виновата, но мы ничего не поджигали.

Мисс Краун промокнула платком глаза и вернула на нос очки. Выступив вперед, она зачастила:

– Дети правы. Мы не должны судить их за то, что не можем доказать. Они стали жертвами несчастного случая и чудом не погибли.

– И что вы предлагаете? – фыркнул директор Мензис, понимая, что без доказательств вины он бессилен. Когда в его кабинет ворвутся родители школьников, он будет в абсолютном меньшинстве.

– Дети пережили ужасное – ужаснейшее – событие! – театрально возвела руки к потолку мисс Краун. – У них стресс. Мы должны помочь им прийти в себя.

– Как? Отправить убирать пепелище? – буркнул директор.

Мисс Краун покачала головой.

– Я возьму все на себя. Мы сегодня же отправимся в импровизированный поход с ночевкой. У меня есть палатки, спальные мешки… Мы хорошо проведем время, сплотимся, обговорим все проблемы и найдем их решение.

Директор скептически выгнул бровь:

– Поход? И как это всем нам поможет?

– Снимет стресс, – с нажимом произнесла мисс Краун. – Дети едва не погибли в пожаре! Им нужно отвлечься. Я поговорю с их родителями и все организую. Мы должны помочь детям, а не становиться их врагами! Даже если они сожгли сцену театра. Если не мы, то кто укажет им верный путь? Мы педагоги, мистер Мензис, на нас лежит эта задача. Отвернуться может каждый, но мы не имеем такого права.

– Делайте что хотите, – махнул рукой директор Мензис и пробормотал: – Я уволюсь с этой работы… Точно уволюсь!..

Мисс Краун вывела «Лостширских ведьм» в приемную директора. После эвакуации в театре всех, кто был задействован в спектакле, попросили вернуться в школу до выяснения обстоятельств. Многих уже отпустили по домам, оставив только тех, кто в момент пожара находился на сцене.

Губы Наи дрогнули в улыбке:

– Спасибо, что заступились за нас, мисс Краун.

Она положила руку ей на плечо и ободряюще его сжала:

– Это моя работа. Посидите здесь, я выйду к вашим родителям и обсужу наш поход.

Лиз нахмурилась:

– Поход? Вы серьезно? Я думала, вы это выдумали.

Остальные согласно переглянулись. Никто из «Лостширских ведьм» не был готов после произошедшего отправиться на ночевку в палатках вместе с учительницей литературы.

– Мы не можем одурачить директора, – поправила блузку мисс Краун. На манжетах виднелись темные следы гари.

Когда за ней захлопнулась дверь, Льюис в смятении почесал затылок:

– Она угарным газом надышалась? Какой, к черту, поход?

Молли скрестила руки на груди:

– Ладно директор, но родителей она не уговорит на это. Моя мама в истерике, она хочет скорее забрать меня домой.

Карла кивнула:

– Мои не согласятся на поход. Это бред.

Лиз пробормотала:

– У меня стресс только усугубится, если мисс Краун вытащит нас ночевать в лес.

Она не стала добавлять, что если эту ночь она проведет в палатке, то еще на месяц до следующего полнолуния будет заперта в одном теле с ведьмой-Элизабет. Именно это полнолуние идеально подходило для проведения обряда из-за ясного неба. Если в следующем месяце луна будет скрыта облаками или покрыта пеленой тумана, то снова ничего не получится.

Ная, пристыженно отойдя к стене и сев на стул, сохраняла молчание. Лиз не стала набрасываться на нее с укорами, понимая, что сейчас не время и не место. Не хватало еще поджечь и школу. Тогда «Лостширских ведьм» переименуют в клуб Гая Фокса.

Спустя несколько минут в приемную вернулась воодушевленная мисс Краун, ведя за собой родителей. Все они как один поддержали идею с походом и, быстро распрощавшись, пожелали хорошо провести время, оставив своих детей в недоумении и шоке.

Лиз проводила взглядом папу, поведение которого показалось ей странным. Когда ее выводили из зала, он заключил ее в объятия и так часто повторял, что они сейчас поедут домой и будут пить горячее мороженое, будто его заклинило. Всего спустя час он абсолютно спокойно распрощался с ней, отпуская в лес вместе с учительницей.

Словно его загипнотизировали.

«Мисс Краун везет нас с ночевкой в лес. Найди меня»– Лиз украдкой отправила сообщение Ксавьеру.

«Я возьму старый фургончик отца и привезу Виридалис в лес. Проведем обряд после отбоя»– пришел ответ от Ксавьера.

Лиз нахмурилась. Предчувствие подсказывало, что ей меньше всего стоило волноваться о Зеркале.

«Мисс Краун ведет себя странно. Родители тоже. Все как будто свихнулись»– написала она, прежде чем мисс Краун запихнула ее вместе с остальными в свой минивен.

Когда машина остановилась у дома учительницы, мисс Краун послала в зеркало заднего вида легкую улыбку:

– Никуда не разбегайтесь, я возьму походный инвентарь и вернусь.

Выходя, она заблокировала двери.