Текст книги "Пленница по имени Никто (СИ)"
Автор книги: Анна Калина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)
Глава 12
Я моргнула. Глаза не исчезли. Я проверила у себя пульс. Незаметно коснулась рукой лба. Жара не было. Тепловой удар? Безумие? В моей душе заворочалась робкая надежда, что я получила от Розочки копытом в лоб и смирно себе лежу на мостовой без памяти. А это всё сон. Кошмар! Помогите мне, кто-нибудь!
– А, Пирос, – вдруг произнёс Шантарро и махнул. камину.
Итак, надежда, что меня соскоблят с мостовой, и я поеду колесить по миру дальше, сдохла.
Я потрясённо наблюдала, как из углей поднимается пламя, оно росло, выплескивалось через каминную решетку на дорогой паркет и. поднималось вверх, приобретая очертания рыжеволосого юноши с жёлтыми глазами. Элементаль! Я слышала про них. Это были не эгрегоры, бездушные создания с запертой в них стихией. Я помнила, что дядя рассказывал мне про элементалей и говорил, что элементаля пленить нельзя. Элементали были духами природы, их можно было призвать и просить о помощи или службе, но только по их доброй воле. Духи природы незримо присутствовали и в мире людей, и увидеть себя не давали, только шелестом листьев или пением ветра общались с людьми.
– Знакомься, Пирос, это Майри, – произнёс Шантарро, – странно, я ждал, что первой не выдержит Валия. Ты удивил.
Мне показалось или ваза с цветами, сверкавшая на столе, тихо хихикнула? Хотя в этом доме хихикать и моргать могло что угодно и в самый неожиданный момент.
– Просто как можно сдержаться, если сам Роан Шантарро появился на улицах города в компании прекрасной незнакомки из мира людей! – восторженно заявила ваза.
Цветы в хрустале качнулись, а потом вода выплеснулась на стол, потекла по полированному дубу, водопадом хлынула на пол, рождая на свет девушку в полупрозрачных одеждах. Бледная кожа, глаза цвета горных озер и волосы цвета лазури.
Челюсть моя уже как отвисла, так и осталась лежать на коленях. Я устала удивляться и понимать, что тут происходило – тоже.
– Об этом уже написали в газетах? – устало спросил маг, глядя на водную девицу.
– Ты же знаешь, Ронни, – пролепетала дева, – я люблю собирать слухи. А люди любят сплетничать у колодцев или за чашкой чая, – а потом дева глянула на меня, – она, видимо, особенная. Ведь все знают, у графа Шантарро нет сердца и он никого не подпускает к себе.
Её смех тысячами бубенцов рассыпался по залу. Мне оставалось краснеть, бледнеть и держать себя в руках. А девица совершенно внаглую уселась рядом со мной и принялась с нескрываемым любопытством меня разглядывать. Её полупрозрачное платье было скроено так, что по бокам до середины бедра на нём имелись разрезы, и на обозрение были выставлены длиннющие ноги в серебристых туфельках.
– Знакомься, Майри, это – Валия, элементаль водной стихии, – пояснил Шантарро, – наш мир настолько волшебный, что даже силы природы здесь оживают. Не могу сказать, что это тоже волшебно, но приходится терпеть.
Валия с белозубой улыбкой помахала мне, словно я была глухонемой, а потом послала воздушный поцелуй куда-то в окно. Там, прижавшись носами к стеклу, стояли двое. Один
– коренастый мужлан с зелёной бородой и такими же зелёными волосами, сплетёнными в косу. Второй был беловолосым весельчаком в серебристых одеждах. Шантарро только закатил глаза, но ругать любопытных элементалей не стал.
– Их таких тут много, – всё так же спокойно произнёс маг, – но вот эту четвёрку советую запомнить. Они самые беспокойные и надоедливые.
– Это он про тебя, – ехидно заявил рыжеволосый элементаль, стоявший у камина, – если бы ты его не донимала, он бы так не злился.
– Слушай, – Валия нахмурила синие брови, – это, между прочим, ты тут глаза из углей пучил. Я в вазе сидела, в лучших традициях шпионажа.
В стекло робко постучали. Зеленобородый крепыш белозубо улыбнулся и помахал рукой магу. Шантарро со вздохом щёлкнул пальцами, и окно распахнулось. Элементаль перемахнул через подоконник и бодрым шагом направился к Пиросу.
– День добрый, господин Шантарро, – бодро произнёс элементаль.
– День добрый Олли.
– Вы уж извините, проворонил этих разгильдяев, – и Олли схватил за шиворот Пироса, – не злитесь. Я им физическое замечание сделаю и вы про них и не вспомните!
И проходя мимо софы, Олли схватил за руку Валию. Девица скорчила обиженную гримасу, но поднялась. Юноша в серебристом камзоле сидел на подоконнике и с любопытством изучая меня.
Олли остановился возле меня. Улыбнулся. Взмах руки и из лацкана камзола странного зеленобородого гостя выросла роза. Удивительная, свежая, с капельками росы на лепестках нежного розового цвета.
– Это вам, – произнес элементаль, срывая цветок – с наилучшими пожеланиями.
Я потрясенно глядела на чудо, произошедшее на моих глазах, с трепетом приняла подарок.
– Выпендрежник, – завистливо произнес Пирос.
Олли проигнорировал слова Пироса и поволок его и Валию к окну.
– Всего доброго, господин Шантарро, – проворчал Олли, выталкивая рыжеволосого в окно.
Валию он ссадил бережно, потом вылез сам. Только белокурый парнишка всё ещё сидел на месте.
– Зиф, пошли, – рявкнул Олли откуда-то издалека.
Парнишка спрыгнул с подоконника и начал закрывать окно, на миг замер, подмигнул мне и заговорщицким шёпотом обратился к Шантарро:
– Прекрасный выбор, на поиски такого цветочка стоило потратить и больше времени.
И, послав мне воздушный поцелуй, Зиф прикрыл окно. Насвистывая весёлую мелодию, удалился и он. Я продолжала приходить в себя на софе, Шантарро начал умирать от смеха. Сама не поняла, как начала хихикать вместе с магом.
– Прости, Майри, – отсмеявшись, произнёс маг, – я не ожидал, что они уже здесь. Элементали существа любопытные и непредсказуемые. Эта четвёрка была близка с моей родней по линии матери. Зиф просто повеса, он дух ветра. А вот Валия и Пирос – эти больше по проказам. Один Ольгер пытается их приструнить. Он элементаль сил земли.
Впервые за то время, что я знала Роана Шантарро, он так откровенно смеялся. В нём изменилось всё, от мимики до взгляда, в котором в кои веки не плескался потусторонний холод. В этом сумасшедшем мире Роан Шантарро остался единственным живым существом из тех, кого я знала. Только спустя миг взгляд мага изменился, он откашлялся и отвернулся, будто вспомнил что-то важное. Или опомнился? Магам зазорно общаться с вещами?
Я с грустью опустила взгляд на розу. Она все еще была прекрасна. Только уже не такой волшебной, как миг назад. Волшебный мир, явно обещал стать мне тюрьмой.
– Ты уверен? – спросил Роан, когда закрылась дверь комнаты.
– Да, – решительно заявил Лио Ригарро, – падение усугубило амнезию, но это касается момента нападения на замок. А так... в её памяти основательно покопались, подтёрли всё лишнее.
Лио Ригарро явился на зов друга спустя четверть часа после ухода Науро. Запыхавшийся и взъерошенный, он влетел в дом, готовый спасать молодого чернокнижника от верной смерти. Ведь Науро уточнил, что граф нуждается в друге срочно. Но целителю вручили не менее перепуганную девушку.
Лио долго разглядывал девушку, пока Роан сидел в углу комнаты. Целитель не без удовольствия ощупал девицу, покрутил из стороны в сторону. Майри стойко терпела и молчала, хотя в её глазах плескался океан ужаса. Когда Лио позволил девушке идти, та выскочила из комнаты словно ужаренная.
– И она не эгрегор? – недоверчиво произнес Роан.
Лио прошелся по комнате и сел в кресло, рядом с другом, их разделял только приземистый столик, на котором стояли два пустых бокала. В кабинете было сумрачно и тихо, витражное окно во всю стену искажало солнечные лучи, окрашивая их в цвета кобальта, изумруда и серебра. Роан не любил яркие краски, как и громкие звуки.
– Я целитель, и неплохой, так что живое тело от иллюзорного отличить могу, а это тело...
– Лио на миг задумался, расползаясь в плотоядной усмешке.
Роан не удержался и показал другу кулак.
– У неё тело человека, Роан, – перестал кривляться Ригарро, – Все внутренние органы. Течет кровь. Она ощущает боль. Способна зачать.
Последнюю фразу маг произнёс с игривой интонацией в голосе, но Шантарро решил снова игнорировать тупые намеки друга. Все эти намеки окружающих его нисколько не задевали.
– Она человек? – коротко спросил он.
– Не уверен, – пожал плечами Лио, – Но точно не дух в магическом коконе. Я такого ранее не встречал.
– Я тоже, – задумчиво выдохнул Роан, – тени сходят с ума от неё. Она как маяк, и они ползут к ней, попутно обретая силу в этом мире.
– Паршиво. И откуда она такая взялась?
– Понятия не имею. Но в любом случае вот это вот, – и Роан махнул рукой на дверь, где скрылась Майри, – стало причиной смерти близкого мне человека.
Лио недовольно скривился, услышав от Роана «это». Маг только отмахнулся от друга. Для себя он уже решил не доверять Майри и не верить её обманчивой покладистости. Эта девушка слишком быстро меняла своё поведение, а ещё рядом с ней Роан чувствовал себя неуютно. Непривычно уступал её просьбам. Она втиралась к нему в доверие, и это настораживало.
Майри бесила одним своим существованием, потому, что ломала привычный уклад жизни и вносила сумятицу в спокойное существование мага. А излишние чувства – всегда боль. Подсознательно Роан ощущал опасность, исходящую от Майри. Какого рода? Это еще предстояло узнать, но маг уже отчаянно строил эмоциональную стену между собой и Майри. Эта стена осыпалась и крошилась, что еще больше выводило из себя.
– Из того, что ты рассказал, выходит, что твой дед пытался её защитить, – произнёс Лио, -Ты играешь понятиями, Роан. В тебе говорит боль и обида, но при чём тут напуганная девушка? Она сама не понимает, что происходит. Ничего не помнит. Представь, что ощущает она? В одночасье её мир рухнул, и она поняла, что и не существовала толком. Ты это понимаешь?
– Предлагаешь её пожалеть? – ехидно уточнил Шантарро.
– Для начала хотя бы не говорить о ней так...
Роан и сам хотел бы знать ответ, почему упоминание Майри так его бесит. И почему так не хотелось воспринимать её равной. Человеком. Воспринимать ее вещью было проще, легче. безопаснее. И граф Шантарро отчаянно хватался за эту идею. Вещь не нужно жалеть, сопереживать ей. Чувствовать к вещи то, чему Роан отчаянно пытался дать название и не мог.
– Она просто плод магического обряда, – огрызнулся Роан, – Ты же сам не в состоянии идентифицировать, что она такое.
– Роан, рождение человека тоже своего рода магия, – мягко улыбнулся Лио, – Но свою роль в этом мире ты под вопрос не ставишь.
Роан только криво усмехнулся. Лио был целителем, а оттого слишком много общался с людьми. Его магия усиливала природную тягу к состраданию, оттого этот белобрысый крепыш вечно во всех видел мучеников и страдальцев.
Граф Шантарро привык смотреть на мир с его мрачных закоулков, где клубятся людские страхи и пороки. В мире теней было полно блудных душ, тех, кто убивал, насиловал и мучил себе подобных. В такой компании смотреть на мир сквозь искрящийся флёр наивности было сложно.
– Науро тоже ведь не человек, – пожал плечами Лио, – но его ты ценишь. Уважаешь. насколько ты вообще на это способен. И эта девочка.
От удара кулаком по столу в окнах задребезжали стёкла. Лио на вспышку гнева лучшего друга прореагировал со свойственным ему спокойствием.
– Науро перестал быть человеком, а оно, – Роан кивнул на дверь, за которой скрылась девушка, – Оно.
– Ей страшно, – спокойно вставил ремарку Лио.
– Эгрегор! – сквозь зубы прошипел Роан, – Буду звать её так, пока не разберусь, что она такое. И я даже не знаю, врет она или говорит правду! Не знаю, как она попала в замок и получила амулет деда! У меня только есть её слова. И никаких подтверждений. И тебе советую не терять бдительность!
С Роаном, когда тот выходил из себя, боялись спорить даже опытные мастера-чернокнижники. На то были свои причины. Роан несколько раз глубоко вдохнул, успокаивая невесть от чего разыгравшиеся эмоции. Глупости какие, так психовать из-за какой-то там девки. Сколько он таких встречал в мире людей. Скольких еще встретит.
Только какой-то мерзкий голосок в глубине сознания твердил, что «таких» он не встречал... И вряд ли встретит.
– Как ты себя чувствуешь? – уточнил Лио, когда Роан успокоился.
– Так же, как и всегда, когда долго торчу с людьми, – прошипел чернокнижник, – я же не могу подпитаться от берёзки.
– Ты сам выбрал жизнь на два мира. Точнее, на три, если принимать мир Гриммо за отдельный.
Роан вздохнул и отвернулся. Маги стихий или врачевания могли дольше жить среди людей, не теряя свой дар длительное время. А вот некроманты и чернокнижники слабели, если долго не появлялись в Гриммо. Большую часть времени Роан жил в ордене, но за последние месяцы всё реже навещал родной мир, застряв в лабиринтах городов и посёлков. Магию подпитывал теневой мир, но он же и менял мага. Пока незаметно, но со временем Роан рисковал потеряться в своей собственной тьме.
– Ты можешь помочь восстановить её память? – уточнил Роан у друга.
– Буду стараться изо всех сил. Но на это может уйти немало времени, – сообщил Лио, начавший любоваться залетевшей в комнату стрекозой. Насекомые Гриммо отличались пестростью окраса, вот и стрекоза, проскользнувшая в приоткрытое окно, сверкала радужными красками, как самоцвет.
– Она единственная зацепка, Лио.
– Я знаю. Только не нужно больше так на меня рычать, – с мягкой улыбкой произнёс целитель, – и на девочку не нужно. Вряд ли твои нападки оживят её воспоминания. Или то, что от них осталось. И учти, твой дед надел на ее артефакт, который никто кроме вас снять не смог бы. Не кажется тебе это странным?
– Кажется, – в ответ прорычал граф Шантарро, – только я не знаю зачем он хотел передать ее мне в руки. Как свидетеля или как преступницу.
Роан уже себе все мозги переломал, раздумывая над этим делом. Артефакт и вправду мог снять только он, как единственный наследник рода Шантарро. И воспоминания Майри, где дед просил ее кого-то найти (если девица не лгала) наводили на те же мысли. Дед надеялся, что Майри отыщет Роана. А память? Неужели падение стало причиной?
– Попытайся понять девочку, – продолжал вещать целитель.
– Лио, а я, по-твоему, что делаю? – уже опять закипал Шантарро.
– Ты? Ты, по своему обыкновению, подавляешь, – пожал плечами целитель, – потому только я и Науро в состоянии тебя терпеть. Науро помер лет триста назад ему не страшно, а я.
– А ты идиот добродушный, – беззлобно буркнул Рона.
– Именно, – усмехнулся Ригарро.
Роан ничего не ответил, только протянул руку к столу, где на листке бумаги углем был начерчен символ, увиденный Мари.
– Что это? – нахмурился Лио, принимая от друга рисунок.
– Майри говорит, что дед начертил этот символ в воздухе перед тем, как погибнуть, -пояснил Роан, – а еще просил кого-то или что-то найти.
– Я не знаю таких символов, – пожал плечами целитель, – это не руна и не символ это больше похоже на...
– Герб, – кивнул маг, – это похоже на герб или магический цеховой знак.
Лио опустил листок и снова передал его Роану.
– Я не знаю орденов с таким гербом.
Шантарро вернул картинку в папку на столе и снова нахмурился.
– Но, это не значит, что их нет, – выдохнул маг.
Глава 13
Вода пахла розой и ванилью, согревала, убаюкивала, заворачивая в мягкую пену. Мне казалось, что я не лежала в ванне уже сотню лет. Настолько приятно было помыться, не стоя на сквозняках с ведром воды в руке. Или в холодной реке, или под дождём. Нервы немного успокоились, и даже стыд отступил, позволяя сну коснуться сознания.
Я видела немногих магов, но все они были в разной степени странными. Но этот Лионель Ригарро! Это был крупный, неуклюжий молодой мужчина, с русыми волосами и невнятным цветом глаз. Совершенно безумный с виду человек, обвешанный всякого рода амулетами.
Когда он влетел в гостиную, у меня сложилось чувство, что где-то был пожар. Или взрыв. Или несчастный спасался бегством от своры собак. Сложно было поверить, что в таком мятом виде можно гулять по городу. Волосы у мужчины торчали в разные стороны, сюртук был криво застегнут, одну из туфель гость надел уже в гостиной Шантарро.
Явление друга граф Шантарро воспринял спокойно, как будто тот постоянно врывается в его дом в таком виде. Хотя откуда мне знать, в каком виде Ригарро врывался в этот дом?
– Ты не умираешь? – с долей грусти уточнил Ригарро.
Чернокнижник только приподнял одну бровь и с удивлением глянул на друга:
– А должен?
– Нет. Но я так бежал, что думал. То есть я думал и потому бежал и.
Ригарро явно терялся в дебрях своих запутавшихся мыслей, а потом и вовсе замер, уставившись на меня.
– Ух ты! – весело улыбнулся он и снова глянул на друга, – а это кто?
Я, сражённая таким эффектным началом разговора и не отошедшая от предыдущего знакомства с элементалями, не сразу нашлась с ответом. А вот Шантарро не растерялся:
– Она тоже, к моему стыду, не умирает. Здравствуй, Лио.
Гость слегка растерялся. Принялся одёргивать манжеты на рубашке, попытался пригладить волосы. Потом всё же отвесил мне поклон и с волнением в голосе выдал:
– Лионель Ригарро, моё почтение.
– Майри П...
Я замялась, взглянув на Шантарро. Как мне называться в этом доме и как представляться людям? Имею ли я право на фамилию Прогассо? Шантарро, не мигая, следил за мной, а после ледяным голосом произнёс:
– Это Майри. Она чудом выжила после нападения на замок Прогассо.
Ригарро молча сел на софу, изрядно потеснив меня к её краю. Теперь мы оба сидели перед Шантарро, сложив руки на коленях. Я понятия не имела, как себя вести. Ригарро. У Ригарро был шок, и его отпускало на удивление медленно.
– Вот, Майри, – совершенно спокойно произнёс Шантарро, – а это тот самый Лио, о котором я говорил. Мой друг, целитель. оригинал.
Я заметила, как пристально Шантрарро глядел на Ригарро. Он глянул в мою сторону, в сторону друга и едва заметно щёлкнул пальцами. И я увидела, как сползла улыбка с лица приветливого мага и как оскалилась тень в углу комнаты. Шантарро снял действие своего «поводка».
– Что. Что это было? – хрипло выдохнул целитель.
– Это то, зачем я тебя так срочно позвал, – кивнул Роан, – это достаточная компенсация за то, что я не умер?
Ригарро только нервно улыбнулся и снова скосил на меня взгляд. Теперь в этих глазах читался интерес иного характера. На меня уже смотрели не как на человека. Как на предмет. Диковинный, загадочный, ценный. Но неодушевленный.
– Мне нужно, чтобы ты её осмотрел, – заговорил Шантарро.
Беседа потекла в ином ключе и так, будто меня больше не существовало рядом с магами. Меня вывели в центр комнаты. Ригарро принялся кружить вокруг, водить руками в воздухе. Он хмурился, фыркал и смешно морщил нос. В его поведении не было грубости или пошлости, но он всё равно пугал меня, заставлял сутулиться и нервно топтаться на месте.
Но, мне и самой нужно было понять, кто я. Если этот целитель так хорош, то он может пролить свет на моё происхождение. И я терпела его касания, не такие уж и скромные. Ригарро осмелел и без спросу поворачивал меня из стороны в сторону, хватая то за плечи, то за талию, то за бедра. Не знаю, нужно ли это было для осмотра, но маг явно получал удовольствие от этих манипуляций.
А потом меня и вовсе выставили из гостиной. Как собачонку, которую мягко пнули под зад и закрыли перед носом двери. Я попыталась подслушать, но дверь вспыхнула зеленоватым светом, и звуки за ней прекратились. А потом рядом возник Науро и потянул меня за руку. Я попыталась вырваться, но тень была настойчивой и отставать не хотела. Так я и оказалась в ванной.
В распахнутое окно залетали звуки уличной жизни, шуршали крыльями голуби, пролетая мимо, по подоконнику шарило лучами солнце. Я и не заметила, как день перемахнул за середину и неумолимо скатывался к закату. Пришлось выползать из ванной, как бы хорошо мне не было в ароматной воде, но нужно было из неё выходить до того, как я начну в ней скукоживаться.
В замке Прогассо ванную наполняли ведрами, носили воду из кухни и подливали кипяток в процессе мытья, здесь же вода шла по трубам и наполняла ванну сама, стоило отвинтить кран. Пока ничего особенно магического в Гриммо я не заметила, мир был другим, но не слишком отличался от того, где я родилась... Или была создана.
– Вечер добрый, госпожа, – пискнул кто-то в углу комнаты.
От неожиданности я даже подпрыгнула. Я не видела в доме никого, кроме Науро и Шантарро, и появление прислуги меня слегка выбило из колеи. А это именно горничная и была. Молодая девушка лет двадцати, в форменном платье, переднике и чепце, кокетливо приколотом на белоснежных волосах, сплетённых в две косы.
Девушка была красивой. Нос с горбинкой, высокие скулы, только вот слишком бледная, и эти белёсые ресницы и брови. Сделав книксен, девица поспешила ко мне, держа в руках халат. Я же продолжала топтаться на пороге ванной, завёрнутая в полотенце.
– Я Милиса, – произнесла девушка на ходу, – господин Шантарро приставил меня вашей горничной.
– Простите, я не ждала вас тут застать, – смущённо пробормотала я, одёргивая полотенце,
– просто в доме почти никого не видно было и.
– Хозяин не любит, когда слуги мельтешат по дому. Особенно когда приезжает оттуда.
И девушка заговорщицки кивнула куда-то в окно, но я поняла, что она имеет ввиду мир людей. Милиса оказалась довольно-таки болтливой и весёлой. С её помощью я высушила волосы, переоделась в домашнее платье из лёгкой, струящейся ткани. Пока Милиса возилась с моими волосами я то и дело бросала на неё косые взгляды, пытаясь понять, кто она такая.
– Что-то не так? – спросила девушка, отступая от меня.
Стало невыносимо стыдно. Вот что я у неё спрошу? «Вы человек?». «Как вас занесло в дом Шантарро?».
– Ничего, – я нервно улыбнулась и принялась поправлять локон – Ничего.
– Я не человек, – мягко улыбнулась девушка, – это вы хотели узнать?
Я тупо кивнула, ещё больше напрягаясь от близости неведомого существа. Милиса улыбнулась ещё шире, теперь я осознала, что в облике девушки смущало меня с самого начала. Мимика. Излишне тягучая улыбка, резкая линия скул, ненормально яркий цвет глаз... А потом и остатки морока слетели, обнажая передо мной существо с белыми волосами и такими же прозрачно-белёсыми зрачками. За её спиной с шелестом сложились два серых, как туман, крыла.
– Простите, – шепнула девушка.
Она не злилась, смотрела взволнованно и растерянно. Милиса заламывала пальцы. Когтистые такие, похожие на птичьи лапки. В её глазах появился настоящий, неподдельный ужас. Девушка потрясённо взглянула на свои крылья. Ещё миг, и она стала прежней девицей с непривычной внешностью.
– За что? – удивилась я, потрясённая обратной метаморфозой.
– Я напугала вас, – опуская взгляд, шепнула девушка, – хозяин так просил меня не пугать вас а я.
– Вы меня не напугали, – поспешно заявила я, – просто я не ожидала крыльев.
– В доме мага-чернокнижника опасно служить людям, – произнесла Милиса, будто извиняясь, – но люди здесь есть. Приходящая прислуга.
– А вы кто?
– Гарпия, – и Милиса опять сделала книксен. – Моя семья служит в доме Шантарро долгие годы. Отец – повар. Мать – экономка. Вы же не скажете ему? В жизни я редко выпускаю крылья. Только когда волнуюсь. Я не хотела вас пугать. Честно.
– Не скажу, – кивнула я.
Ужин мне подали в спальню. То ли Шантарро брезгал есть вместе со мной, то ли не желал видеть, но из спальни я больше не выходила. Милиса старательно развлекала меня, шутила, тараторила всякий вздор. Мне не очень хотелось болтать, накатили усталость и апатия, и я попросилась в постель. На небе фонарём зажёгся диск луны, под розовым кустом за окном пели цикады.
Сказочный мир жил и дышал размеренно и спокойно под таким же безмятежным небом, под которым я привыкла засыпать. Звёзды за окном моргали и переливались, а потом одна из них сместилась. Потом вторая. Я с удивлением поняла, что за окном летают сотни крошечных светящихся точек. Когда одна из «звёздочек» приблизилась, стало ясно, что это крошечная фея с прозрачными крылышками и серебристыми волосами, в свете луны прожилки на крылышках мягко мерцали.
Феи кружились в небе, а с их одежд на землю осыпались сверкающие искры. Летающие крошки собирались в хороводы, кружились и тихо пели под музыку ночи. От этой картины нужно было прийти в восторг, побежать к окну и любоваться чудом. Но я только обняла подушку и тихо заплакала. Казалось, вся радость осталась там, за сверкающей пеленой портала в Гриммо.
