Текст книги "Пленница по имени Никто (СИ)"

Автор книги: Анна Калина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Глава 35

– Детка, попробуй, – оживился Лука, когда мы с Роаном вышли к костру.

Лука скакал вокруг огня, вертел прутик с нанизанными на него корешками и все время сыпал на рыбу какой-то порошок. Лука очень любил приправы и совал их везде и всегда, не всегда к месту и всегда в большом количестве.

– А я выживу? – с сомнением уточнила я, глядя на кусочек корешка, протянутый мне.

Жив в памяти был момент, когда Лука испытывал новую специю... Воды я тогда выпила бочки две, не меньше. И еще два дня в горле першило и горело.

– Это новый рецепт! Я добавил укроп, – закивал ушастой головой эльф.

Сейчас он не прятал свой истинный облик, в который раз удивляя контрастом утонченной красоты и обтрепанной одежды. Я с сомнением глянула на крючковатое нечто, наколотое на палочку, заменявшую Луке вилку.

– Я пробовал, – с явным намеком произнес Фхаса.

Пробовал? И жив? Тогда не так страшно. У Луки кулинарные припадки случались редко и чаще всего в период нервных потрясений (вот как недавнее), готовил он так же, как пел. но иногда это приходилось пробовать.

Шантарро со скепсисом разглядывал «подношение» эльфа. Я бесстрашно сунула корешок в рот, принялась жевать. Корень был волокнистый, сладковатый, но вкусный. Даже очень. Видимо, улыбка на моем лице очень вдохновила окружающих на ужин, так как все тут же принялись тянуться к костру, где на веточки были нанизаны такие же коренья. А еще несколько небольших карпиков, с румяной корочкой. Странно было видеть, как Фхаса усаживается рядом с Олигером. Пожимает ему руку, хвалит «гарнир», добытый в лесу. Гарро первым делом протянул кусочек рыбы мне, завернув горячее мясо в лист лопуха вместо салфетки. Забавно, как совместный прием пищи сближает самых разных личностей.

В тишине, под треск поленьев в костре и плотоядное жужжание комаров, мы все дружно жевали, хрустели, чавкали. Наслаждались. Элементали, правда, пищу не потребляли, но с таким смаком втягивали аромат костра, что только усиливали аппетит.

Как-то неожиданно мы с Шантарро менялись «тарелками», он подавал мне корешки, я разбирала рыбу, вытаскивала кости. Он подвал мне флягу с водой, я искала носовой платок, чтобы граф вытер руки. Смутились оба, когда Валия показательно вздохнула, приложив ладошку к груди. Олли довольно крякнул, и даже Фхаса смотрел как-то иначе на Роана Шантарро.

«Что же, пятеро не так и мало... А как быть с той?»

Я вздрогнула и оглянулась. Голос прозвучал так близко, что казалось, будто говоривший стоял за моей спиной. Но там только шелестел ветвями лес, скрипели стволы сосен, да кричала ночная птица.

– Что случилось? – шепнул Шантарро, склоняясь ко мне.

А что ответить? Что мне чудятся голоса? Настороженно глянул на меня Фхаса, замер с куском рыбы в руках господин Лионель.

«Сейчасуже не имеет смысла, что она жива... Ее существование никак нам не мешает»

Это был тот, другой голос из прошлого, который я уже слышала, когда лежала на полу в подвале. Только сейчас он звучал в моей голове, было ли это видением из прошлого или.

– Я слышу голос, – сбивчиво произнесла я, – точнее два голоса. Те, из видения про подвал. Они обсуждают меня и то, что я уже не важна в их планах...

В висках заломило с такой силой, что казалось голова взорвется. Голоса стихли, в ушах перестало звенеть.

– И что это было? – с набитым ртом уточнил Лука.

Граф Шантарро придерживал меня за плечи, не давая упасть с бревна, на котором я сидела, а вот господин Ригарро выглядел напряженным. Он тер переносицу, кусал губу и пристально смотрел на меня, будто видел что-то.

– Этого раньше не было, – произнес целитель.

– Не было, раньше у нее были только видения, – подтвердил граф.

Ригарро отмахнулся от друга и встал на ноги.

– Я не про видения, – тряхнул головой Лионель, – ее аура. ранее она не была частью какой-то сети. А теперь. я отчетливо вижу нити, связывающие ее с чем-то.

– Или кем-то, – продолжил за друга граф Шантарро.

И все посмотрели на меня. Я тоже на себя посмотрела, но никаких нитей и сетей не увидела. От этого стало еще страшнее, так как ответов не прибавлялось, а с каждым днем только увеличивалось количество вопросов. И чем дальше, тем меньше я хотела знать ответы на них.

– Это может быть опасным, – Роан схватил меня за руку, словно я уже бросалась в бой.

У господина Ригарро возникла идея, что если правильно применить мою новую способность, то можно и дальше подслушать такую «интересную» для нас беседу. И, главное, вычислить заговорщиков.

– Конечно, это опасно, – дернул плечом Ригарро, – только вот так сидеть и ждать, когда нас придут убивать, тоже опасно.

– Логично, – кивнула я, – тем более, если во мне произошли такие резкие перемены, то это ничего хорошего не означает.

– Логично, – встревожилась Валия, – только все равно страшно.

– А я поддерживаю волнения графа, – дрожащим голосом произнес Гарро.

Его поддержали Лука и Фхаса, невнятно, но горячо.

И все же меня уложили на предварительно расстеленный на земле плед. Ригарро уселся рядом, взяв меня за запястье, будто прощупывал пульс.

– Теоретически, – целитель поднял палец свободной руки вверх, – это очень похоже на соединение пчел в коллективный разум. Они же общаются на расстоянии и взаимодействуют без явных вербальных проявлений. И если допустить, что тут та же ситуация...

– То Майри сможет подслушать их разговор, – торопливо закончил за целителя Гарро, – но, если они вот так начали соединяться, то не значит ли это.

– Значит, – кивнул Шантарро, – Лио, я тебя очень прошу.

– Буду нежен и предельно внимателен, – кивнул Ригарро.

В ответ на господина Ригарро так посмотрели. Все.

– Вот из-за таких шуточек ты спишь в обнимку с подушкой, – угрюмо подытожила коллективный вывод Валия.

Ригарро решил проявить благоразумие и промолчать. Я привычно уже закрыла глаза и принялась глубоко дышать, пытаясь уйти в подсознание. Сила целителя просачивалась в меня, расслабляла мышцы.

– Иди, Майри, – шептал над ухом Ригарро, – вперед, только вперед. Попытайся их отыскать в той мгле.

Туман, снова сероватая дымка. Но сейчас я чувствовала, что здесь что-то изменилось. В этой пустоте я не одна. За руку что-то дернуло и потянуло. Я опустила взгляд, с удивлением заметив на запястье завязанную тонкую алую нитку. И она была натянута, будто соединяла меня с кем-то.

Шаг, еще шаг. И новая нить, она пересекала мне дорогу, ее концы уходили в пустоту. И чем дальше я шла, тем плотнее становилась паутина из этих нитей. А потом.

Она стояла в тумане одна. Девушка моего возраста, с черной косой и смуглой кожей. Она смотрела в пространство совершенно безжизненным и пустым взглядом. И я знала ее. Алли? Анни. дочь прачки. Я помнила наши встречи с ней, когда я бывала в деревне. У нее был такой пронзительный смех, такая лучистая улыбка. И доброе, бесконечно доброе сердце.

– Майри? – голос Ригарро напугал и заставил вспомнить, где я, – Майри, ты слышишь меня?

– Да, – пробормотала я себе под нос, все так же глядя на Анни, – я нашла одну из девушек. Она в каком-то трансе.

Тишина. Звенящая тишина и совершенно неживая девушка, стоящая передо мной. От ее руки тянулась такая же нить, она терялась в пустоте.. .Что же они сделали с нами? Зачем?

– Анни? – я схватила девушку за плечи. – Анни, ты слышишь меня? Это я – Мариэлла! Помнишь? Графиня из замка в горах!

Она стояла холодная и отстраненная. Пустые глаза, бесстрастное лицо. Тень человека. Почти призрак.

– Как же мне найти тебя, – прошептала я, все так же держа девушку за плечи, – мне нужно найти всех вас... Не знаю, как, но мы вас выручим, вы...

– Горы. – прозвучал тихий, похожий на шелест голос, – здесь лежит снег и очень холодно. Мне холодно, госпожа. Так холодно. И так страшно.

Я даже не поверила в этот голос. Но губы девушки шевелились, а по щеке стекла одинокая слезинка. Анни продолжала стоять, словно статуя, и от этого ее слезы казались еще более жуткими. И я не знала, почему взяла ее за руку, переплела наши пальцы. Почему я решила, что это поможет?

– Покажи, – попросила я.

Темнота. Запах плесени, сырости и снега. Снег пахнет свежестью и свободой... Он близко. Очень близко. Я распахнула глаза, чтобы увидеть, как тонкие иглы лунного света сочатся сквозь решетку в потолке. Я не знала это место. Это был другой подвал, другая темница, но он был так похож на ту, где жила когда-то я. Здесь стояло чуть больше десятка девушек в таких же балахонах, что носила и я в прошлом.

Девушки стояли в этом помещении, такие же безмолвно равнодушные и смотрели на небо, закрытое от них решеткой. Ни эмоций, ни слез, ни стенаний. Они все смотрели в одну точку и чего-то ждали.

Я могла отчетливо слышать шуршание крыс в углу и шаги охранника, что томился за дверью. И память будто проснулась ото сна. Я вспомнила ту ночь, когда меня вывели из этого подземелья. Вспомнила, как шуршали искры полога, когда мы проходили сквозь него. Помнила лес и то, как охранник провел лезвием ножа мне по горлу. Хруст веток и запах тлена где-то рядом. И крик в темноте:

– Эй! Ты что делаешь! Стой, а то выстрелю...

И свист стрелы, пущенной из арбалета. Звон пружины и человеческий стон. Шаги. Ругательства.

– Ты потерпи, милая, – шептал кто-то, поднимая меня на руки, – не помирай. Слышишь?!

И он говорил, говорил, говорил, а потом топот копыт, скрип колес телеги, лязг цепей на воротах и торопливые шаги...

– Ангус? – сонный голос. – Что случилось? Ты ранен?

Голос графа Прогассо звучал глухо со сна, но я узнала его.

– Девушка, граф, – пробормотал мой спаситель, – она умирает... Ой, граф,там в чаще леса ТАКОЕ! Там могильник, там изуверы какие-то обосновались...

– Покажешь? – голос дядюшки Вааля звучал сильнее и тверже.

Суета, огни факелов и топот людей. И слова, вонзившиеся в мозг иглой:

– Ты только живи... Деточка. Ты живи...

Я узнала голос ночного стрелка. Он жил в замке, дарил мне цветы. Его звали Ангус и он... истек кровью на стенах замка Прогассо.

– Тише. Тише, – Ригарро удержал за плечи, не дав мне резко подняться, – еще вырвет.

Еще никогда я не проклинала свою память так, как в этот миг, когда воспоминания лавиной рухнули на мои плечи. Картинки из детства, юности. Подробности моего бытия, вплоть до трещинок на стенах родного замка.

– Сила, Майри, – это всего лишь поток, – звенели в голове слова графа Прогассо, – жизнь переходит в смерть, и она же дает место новой жизни... Ночь перетекает в свет. Просто нужно понять, в какую сторону направить поток.

И я накрывала ладонью мертвую бабочку, чтобы выпустить через миг живую. Сила во мне переливалась и искрилась.

– Ты вспомнишь это, когда придет время... – вздохнул Вааль Прогассо и погладил меня по волосам. – Главное не забудь, как изменить поток в завитке. Просто запомни этот знак, Майри...

И он начертил в воздухе тот самый знак, с которого все началось.

– Мне кажется, дядя Вааль знал, как остановить происходящее. И учил меня этому, -прошептала я, закрывая лицо руками.

Глава 36

Пение сверчков звучало в ночной тишине неимоверно зловеще. И совиное уханье только добавляло жути происходящему на полянке у озера. Пока Майри путешествовала в мире своего подсознания, все кружком стояли над ней, и, судя по выражению лиц, испытывали волнение и страх за ее жизнь. Роан так точно едва не поседел, когда девушку начало корчить на земле и она в панике вернулась в сознание.

– И больше ты ничего не видела? – присел рядом с Майри Роан.

– Нет.

Девушка выглядела подавленной, растерянной, смотрела в одну точку.

– Но они ждут чего-то, – пробормотала она, – а дядюшка говорил мне про поток в завитке и его обратное течение. Я не знаю, что это значит... точнее не помню. Но он обещал, что вспомню в нужное время.

– Если учесть, что тебя забрали на севере, а нашли на юге, – пробормотал Роан, – можно заключить, что девушек вели через тень еще людьми. Но гор за окном темницы ты не помнишь?

– Нет, – Майри уже успокоилась и даже довольно бодро рисовала на земле то, что увидела в видении, – и звезды там были странные. Точнее, я не видела, чтобы созвездия размещались на небе так, как в этих местах или над замком Прогассо.

И Майри нанесла на «звездную карту» еще несколько точек. Фхаса стоял над девушкой и хмурился, сложив руки на груди.

– Так не может быть, – пожал плечами гигант, – я был в разных частях нашей страны и за ее пределами. Из разных точек небо выглядит по-разному. Но это ерунда.

– Ерунда, – подтвердил Гарро, – звезда моя, ты не ошиблась?

Роана царапнуло это панибратское обращение, но он сдержал злость. Это семья Майри. Они имеют право называть ее как привыкли. Маг тоже подошел ближе, вглядываясь в схемы созвездий. Сам он плохо разбирался в этой части науки, да и на небо смотрел крайне редко.

– Так просто не может быть, – подключился к дискуссии Лука, – это созвездие не видно на Юге, а «Голубя» только там и можно заметить.

– Майри, ты помнишь точно, что прошла сквозь полог в лес? – спросил Роан.

– Да, – девушка кивнула, – такие колючие белые звездочки. Они шипели и осыпались на плечи. А что?

– Похоже на силовое поле, – пожал плечами маг, – но, если сопоставить твое описание, то выходит, что в лесу стояла крепость. Вряд ли ее бы не заметили. А тот охотник...

– Ангус, – с печалью в голосе шепнула девушка.

– Да, – продолжил Роан, – он говорил про могильник, а не про крепость. А когда я приезжал в Прогассо, то ни про замок, ни про могильник там никто ничего не говорил, а крестьяне народ разговорчивый.

– Могильник то спрятать могли, – вмешался в разговор Лионель, – а вот как они крепость спрятали? Даже архимаг не может удержать морок таких масштабов. Тут нужна огромная сила.

– Она у него есть, – кивнул Роан, глядя на Майри.

Если учесть, что девушка вмещала в себе силу для подпитки мага, то можно было только представить, сколько энергии могли дать десяток таких девушек. А сотня?

– О Майри говорили, что она идеальный сосуд, – продолжил рассуждать Лионель, – но для чего?

Роан хмурился, обнимая Майри за плечи. Она перестала дрожать, только подсела ближе, обняв мага за талию. И мысли потекли дальше, выстраивая логическую цепочку.

– Если есть крепость, – подал голос Фхаса, – то в ней не только девицы есть. Там и солдаты будут.

– Если верить той книге, которую нашел Науро, то они попытаются открыть путь сущностям из последнего мира – Мрака, – задумчиво произнес Роан, – Россо назвал Майри отмычкой.

– Но силы Мрака не жизнеспособны в этом мире, – вмешался в беседу Олигер. – Толку, что преграды миров рухнут? Демоны не выживут в этом мире.

– Я видел, как тени становятся осязаемыми рядом с Мари, – посмотрел на друга Роан, – и тогда...

Роан вспомнил брата и сестру, спасенных в деревеньке. Вспомнил мальчишек, чаровавших на погосте. Всю ту нечисть, которую он встречал в этих краях. Ведь армия Мрака уже собирается в мире людей. Давно собирается и постоянно присутствует.

– Тогда что? – не вытерпел напряжения Пирос.

– Эти девушки сосуды для силы, которая удержит не только дверь в этот мир, но и прибавит сил гостям. Сюда хлынет все, что сидит сейчас за чертой полутени, – припечатал Роан, сам холодея от мысли, какой ужас грядет.

– А кем хотел меня сделать дядя Вааль? – шепнула я, разглядывая звездную карту на песке.

Шантарро тоже смотрел на эту карту и все хмурился и хмурился. Поднялся. Обошел рисунки по кругу. Двигался он плавно и будто даже не замечал никого вокруг.

– А что, если допустить, что эта крепость не за пологом, а в разломе? – все же произнес маг. – Не все порталы открыты. Не все проходы известны. Что, если допустить вариант, что крепость никуда не движется, а из нее просто есть проходы в разные точки. Осколков миров не мало, но между ними есть разломы, и вот там можно спрятаться.

– Это маловероятно, – пробормотал Ригарро и тут же осекся, бегло глянув в мою сторону, -хотя, при определенных условиях, выход из мира в мир уже не так и невозможен.

Ригарро тоже поднялся на ноги. Маги сейчас выглядели как двое сумасшедших, говорящих на своем особом языке. Пирос осторожно подбросил в костер полено и тоже приблизился к собранию.

– Если допустить, что дед знал об этом, – произнес Шантарро, – то он мог вполне попытаться нарушить ход обряда, используя Майри. Что-то вроде невидимой нити, за которую дернут в нужный момент.

– Как? – оживились сразу все.

Граф только руками развел, признавая свое неведение в этом вопросе.

– Нам необходимо понять суть обряда и найти способ его остановить.

– Ронни, а я вот тут, о чем подумала, – растерянно прошептала Валия, теребя прядь волос, -а ты? Ты же тоже когда-то должен был стать таким же...

И все уставились на элементаля. Мы с Шантарро тоже переглянулись. А ведь верно все сказала Валия, если мы с графом части одного плана, то и маг с его излишне самостоятельной тенью вполне может оказаться втянутым в этот обряд. И Шантарро уставился в пространство перед собой, будто решал важную задачку.

– У тебя даже связь была с другими такая же, как у девушки, – прозвучал спокойный голос из неоткуда.

Его расслышали уже все, так как начали оглядываться, вскакивать со своих мест, а Лука еще и ругался, как сапожник. Шантарро один обернулся медленно и не торопясь, только в руке его зажглось несколько светящихся огоньков, сплетавшихся в один большой шар. явно не для освещения полянки. А вот я в прозвучавшем голосе уловила знакомые нотки.

– Я знаю этот голос, – вскочила я со своего места, – это же. это же он. Ро. ну как его.

– Розис Варфасс, – благодушно ответил мне голос.

И над костром соткался сияющий образ призрака. Довольно миролюбивый образ, я бы даже сказала, слишком сказочный. Сутулый старичок в мантии, совершенно лысый и безбородый, лопоухий и беззубый.

– Здрасте, – заулыбался призрак.

Я снова села. Я отказывалась понимать происходящее.

– И не пуляй в меня этой пакостью, я с миром, – поспешно добавил призрак, выставив руки вперед и кивая на оружие Шантарро.

Только заметила, что Шантарро поднял руку, словно готовился швырнуть светящимся шаром в Варфасса.

– Объяснись! – сквозь зубы процедил граф.

Призрак поежился и медленно переплыл с костра на траву. Пожевал губами, поежился, будто и вправду мог ощущать холод. Вздохнул. Обернулся куда-то в темноту леса.

– Давайте все просто поговорим, не будем убивать друг друга и. – Розис снова глянул в сторону леса, – и попробуем решить проблему вместе.

Было чувство, что он это говорил кому– то не из нашей дружной компании. И точно. Из темных теней отделилась фигура, и на поляну вышел статный пожилой мужчина в черных доспехах. Мужчина держал руки за спиной и хмурил седые брови, на щеке его виднелась заживающая ссадина.

– Кейдар, лицо попроще сделай, – произнес Розис в сторону незнакомца и засеменил ко мне.

Призрак доплыл до меня и приземлился рядом на покрывало, поджал ноги к груди и всем улыбнулся. Шантарро и незнакомец выглядели менее довольными встречей, граф даже сменил немного позу, прикрывая меня от мужчины, а я незаметно отползла от призрака подальше. А потом, и вовсе, встала и перебежала к Фхасе.

– Ты неплохо запутал следы, – обратился к Шантарро седовласый старик, – если бы сам тебя этому не учил, то никогда бы не нашел.

В руке графа медленно сплеталась в плеть черная дымка. Шантарро принял стойку для атаки, незнакомец даже не шелохнулся и не сменил позы. А Варфасс сидел на пледе и смотрел на обоих магов с явным неодобрением, а еще косился на меня, то и дело с любопытством разглядывая.

– Можете и поубивать друг друга, – обратился к магам призрак, – скоро нас всех дружно перемелет жерновами Мрака, так что можете развлекаться.

Его слова возымели действие. По крайней мере драка так и не началась, а Шантарро даже убрал свою жуткую плеть. Незнакомец остался стоять в отдалении.

– Поговорим? – тут же, теряя всю свою наигранную веселость, спросил дух.

Теперь он был серьезным и хмурым и уже не казался таким уж забавным. Варфасс обернулся к другому магу, и тот явно с трудом произнес:

– Похоже, я ошибся касательно Майри.

Розис кивнул и обернулся к Шантарро:

– Вааль просил меня не сообщать о девушке в ковен, – вздохнул призрак, – просил дать ему неделю понять природу Майри и разобраться в ее предназначении. Я до последнего момента был уверен, что она плод какого-то мага-недоучки, и в ней нет ничего интересного. Думал, помрет девчонка через пару дней, и Вааль успокоится. А его через пару дней силой успокоили...

Эта фраза утонула в тишине ночного леса. Варфасс выглядел сейчас подавленным, даже разбитым. Его плечи ссутулились снова, голова поникла.

– Мы до последнего не верили, что причина его гибели в тайне, которой почти тридцать лет, – произнес Россо, – никаких подтверждений этому не было.

Из земли вынырнул Науро, скользнул к ногам Шантарро, отрицательно помотал головой и снова скрылся.

– Мы пришли одни, – все так же, будто через силу вздохнул старик, – я признаю, что мой предыдущий поступок был импульсивным и. жестоким. Нужно было сразу поговорить.