Текст книги "Дом с черными тюльпанами (СИ)"

Автор книги: Анна Джолос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– Они же сказали, что это просто прятки в темноте.

Просто прятки. Ну да.

– Я не знала, что по лабиринту будут гонять меня одну.

– Детский сад, Назарова, ей богу! Неужели не понимала, что будут издеваться? Ты ведь в курсе того, как они к тебе к относятся.

– Мне показалось, ребята искренне хотят помириться и зарыть топор войны…

Офигеть, наивная.

– Ты, твою мать, в каком мире живёшь? Ещё не дошло, куда попала?

– Теперь дошло, – шмыгает носом.

– А если бы Мира не рассказала мне про ситуацию? Что тогда, Назарова, м? Искали бы труп новоиспечённой Немцовой в лесополосе? Ты хоть представляешь, что эти трое могли с тобой сделать?

– Твои друзья ничем не лучше, – снова начинает плакать.

Напрягают её слова.

– Они приставали к тебе? – нахмурившись, уточняю.

– А ты разве не видел? – язвительно цедит сквозь зубы. – Прямая трансляция. Зрители. Царёв сказал, ты был среди них.

Не отпираюсь. Был.

– Я видел только начало. Потом Глебу позвонила мать, его отцу стало плохо и мы уехали.

Не понимаю, какого икса вообще перед ней оправдываюсь.

– Зачем вернулся за мной? Ты же ненавидишь меня.

– Ненавижу, – не отрицаю озвученный факт.

– Тогда почему? – поворачивается и я чувствую её внимательный взгляд на себе.

– Потому что я, как минимум в адеквате. Ты ведь просто девчонка, которая не в самый удачный момент появилась в моём доме. Это не повод желать тебе всего того, что могло произойти.

Достаю пачку салфеток и кладу ей на коленки.

– Спасибо, – шепчет едва слышно.

– Это просто сраные бумажки, – закидываю пистолет поглубже и захлопываю до щелчка бардачок.

– За то, что приехал спасибо, – не моргая, произносит она, глядя в одну точку.

– Согрелась немного? – перевожу тему.

Кивает и я чуть сбавляю температуру в салоне.

– Марат… – заводит робко.

– Что?

– Твоё предложение насчёт Тольятти всё ещё в силе? – выдаёт на полном серьёзе и я удивлённо выгибаю бровь.

– Решила свалить в приют накануне шикарного банкета, отгроханного в твою честь? – включаю поворотник и выезжаю на соседнюю полосу, чтобы свернуть в сторону нашего посёлка. – Так себе идея. Багратовна не простит такого дерьма, из-под земли тебя достанет, поверь.

– В детском доме было плохо, но даже там моё окружение не казалось столь жестоким и безразличным, – произносит убито.

– У меня сезон начался. Игра за игрой. Так что пока не выйдет, – отвечаю на её вопрос.

– Жаль… Двух зайцев одним выстрелом убили бы. Я вернулась бы к привычному и перестала мозолить вам с сестрой глаза.

Никак не комментирую. Думаю о том, что, наверное, по-своему уже привык к раздражителю по фамилии Назарова.

– Мы с мамой были очень близки, – рассказывает зачем-то. – А в вашем доме все такие отстранённые, холодные, безэмоциональные и зацикленные на себе.

– Отчего умерла твоя мать?

– Она болела, – отвечает надтреснутым голосом. – Долго боролась. Химиотерапия, лучи… Но рак всё же забрал её у меня.

В полутьме салона вижу, как дрожат приоткрытые губы.

– Терять самого близкого человека тяжело и больно. Никакие дома, деньги и статус не способны заменить его присутствие. Я бы очень хотела вернуть назад свою прежнюю жизнь, – повторяет отчаянно то, что уже говорила.

– Аналогично.

Я бы тоже предпочёл не знать о себе некоторые вещи.

– Отец так ни разу и не заговорил со мной.

– Он до сих пор пребывает в шоке. Не ожидал, что любовница скроет от него ребёнка.

– Моя мама не могла быть чьей-то любовницей! – ощетинивается.

– Я тебя умоляю. Сплошь и рядом подобное.

– Нет, она не стала бы. Она не такая, – наотрез отказывается от этой версии.

– Ну конечно, не такая, – усмехнувшись, киваю и ба-бах!!

Да твою ж мать! Что за день?

Громкий хлопок прерывает наш неприятный разговор.

– Что это было? – девчонка испуганно хватается за моё предплечье.

– Не знаю, – съезжаю на обочину. – По ходу, чёртово колесо пробили…

Глава 14. Царство фальши

Ася

На следующее после вечеринки утро в школе меня поджидает аж две неожиданности.

Неожиданность первая. Я едва ли не нос к носу сталкиваюсь с именинником, внешний вид которого, мягко говоря, оставляет желать лучшего.

Неожиданность вторая. У школьного крыльца меня поджидает Соколовский собственной персоной.

Глаза бы мои его не видели!

– Ась, постой!

Прохожу мимо, даже не удостоив его взглядом. Не заслужил.

– Да подожди ты, ну! – психует. Догоняет и ловит за руку, которую я тут же резко выдёргиваю.

– Надо поговорить.

– Не о чем нам с тобой разговаривать, – отрезаю сухо, разворачиваясь к нему корпусом.

– Может объясниться хотя бы дашь? – спрашивает недовольно.

– А зачем? Всё итак предельно понятно. Ты нарочно привёл меня в дом Царёва, заранее тщательно спланировав все детали вечеринки вместе с остальными. Прятки эти издевательские в лабиринте и то, что случилось после.

Стоит мне воскресить в памяти минувшую ночь и мороз тут же бежит по коже.

– Ты себя слышишь? Это чушь собачья!

– Не знаю, за что ты так поступил со мной, но в одном я уверена точно: общаться с тобой я больше не хочу, Дим.

– Да пойми ты! Я вообще не при делах. Они послали меня за пойлом и закрыли в чёртовом подвале, чтобы я никак не мог помешать им!

– Ясно.

Учитывая вчерашние события, верится в озвученную версию с трудом.

– Я клянусь тебе. Меня на замок запечатали. Труба села…

– Не надо, Дим.

– О, Назарова! Успела дотопать к первому уроку? – насмешливо произносит Красовская, приближающаяся к центральному входу на своих высоченных каблуках.

– По ходу дальнобои за символическую

плату

подкинули, – подаёт голос подруга-острячка.

– Не, Лен. Вряд ли бы кто-то позарился на этот мешок с костями, – кривится Эля, пристально сканируя меня взглядом с ног до головы.

Если адекватно оценивать, кстати, придраться там абсолютно не к чему. Я знаю, что клетчатый костюм с короткой юбкой и пиджаком сидит на мне отлично. Стилисты море комплиментов послали моим ногам во время примерки.

– Ну как-то же она здесь оказалась, – резонно подмечает Шилова.

Да, точно. Её фамилия Шилова.

– И то верно. Как там говорят? На каждый товар есть свой покупатель. Даже на такой.

– Пхах. Мир не без добрых людей. И бездомных собак подбирают. Да, Назарова?

Смеются между собой.

– Ой, девочки, да, – включая актрису, подыгрываю всё той же интонацией. – Люди добрые действительно всегда найдутся. Спасибо парню Эли, – интригуя, отражаю невозмутимо, ведь если бьют меня, я бью с той же силой в ответ.

– Что ты сказала? – переспрашивает Красовская, пока улыбка медленно сходит с её лица.

О да. Она, похоже, в недоумении. Мне удалось её озадачить.

– Марат не смог оставить меня в беде, – пожимаю плечом. – Нашёл и забрал домой, – хвалюсь.

– Эль, я чёт не пойму, она щас серьёзно, что ли? – хмурится её подруга, переводя взгляд с меня на неё.

– Бред несёт. Марат её терпеть не может!

И тем не менее.

– Настоящий мужчина. Не остался в стороне. Спас от неприятностей. Ещё и рубашку свою одолжил, чтобы согрелась скорее, – нарочно топлю до талого, продолжая намеренно восхищаться Немцовым в присутствии его девушки-мегеры. – А Царёва вы ещё не видели, нет? Да на нём живого места не найти! Весь избитый, ага. Марат же возвращался к нему ночью, вы в курсе?

Похоже, что нет.

Реакция этих змеюк достойна памятной фотографии. Рты приоткрыты от изумления. Глаза навыкате. Не дышат. Застыли статуями.

Едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Настолько комично выглядит этот шок.

На самом деле подозреваю, что Царёв пострадал от кулаков Немцова не из-за меня, а из-за Мирославы, которой пришлось добираться домой ночью из Москвы с таксистом.

– Ты… Ты… – первая красавица школы, запинаясь, растерянно моргает длинными ресницами, словно кукла, которую достали с полки детского магазина, однако, стоит отдать ей должное, она довольно быстро берёт себя в руки. – Значит так, слушай сюда, – подходит ко мне вплотную и прищуривается. – Даже не думай на моего Марата заглядываться, поняла? Иначе я тебе шею сверну, подкидыш убогий!

– Ты в своём уме, Красовская? – доносится до нас голос Соколовского. – Чё несёшь? Они же брат и сестра.

– Да ни хрена! – раздражённо опровергает девчонка сказанное. – Эти двое вообще от разных отцов, как выяснилось! – на эмоциях выпаливает бездумно.

– Чего?

Соколовский и Шилова в полном ауте.

– Эта инфа вчера появилась. Короче неважно, забейте, – поспешно отмахивается, пытаясь преуменьшить значимость сказанного, но слово, как известно, не воробей. Вылетит – не поймаешь. – Короче я тебя предупредила! – напоследок бросает в мою сторону зло.

Выгибаю бровь.

Вот смотрю на на неё и думаю о том, какая она недалёкая дура. Ну если поделились с тобой секретом, зачем же ты болтаешь об этом при посторонних?

Звенит звонок на урок и Красовская, прихватив с собой подругу, теряется в толпе.

Иду следом, пользуясь тем, что Соколовского отрезала от меня делегация подростков. Прохожу через турникет и сворачиваю в левое крыло. У нас сейчас по расписанию алгебра.

Пока занимаю своё место в кабинете, раздумываю о случившемся.

Последствий явно не избежать. Слухи поползут только так. Во-первых, Шилова – законченная сплетница. Во-вторых, у Соколовского с Немцовым контры. Ему только повод дай за что зацепиться.

Ох не стоило доверять Эле столь сокровенную информацию, Марат! Быстро же ты пожалеешь.

Мои мысли снова возвращаются к парню.

Вздыхаю, переворачивая страницу учебника.

Перед глазами так и стоит та сцена у машины. Я её уже с десяток раз в голове прокрутила во всех мельчайших подробностях…

Отлично сложенный Марат, раздетый по пояс. Высокий, сильный и такой горячий, крепко прижимает меня к себе.

Безумно стыдно признаваться в этом, но мне так хорошо было в его объятиях. Они как будто оберегали и защищали меня от враждебно настроенного мира.

Хотелось просто стоять вот так рядом с ним и чувствовать мужскую защиту, в которой я всегда нуждалась.

И да. Нужно признать, этой ночью я осознала, что Марат очень привлекает меня на каком-то физическом уровне. Внешне мне нравится и по запаху, как бы странно это не звучало.

Я, пожалуй, впервые за почти семнадцать лет жизни ощутила к парню нечто волнующее, будоражащее и необъяснимое.

– Назарова!

В реальность выдёргивает недовольный голос математички, склонившейся над моей партой. – Теорема Виета, как я погляжу, не вызывает у вас должного интереса?

– М? – растерянно на неё смотрю и одноклассники тут же начинают посмеиваться.

– Что вы мычите, милочка?

– А она у нас теперь немая, – пытается пошутить Платон. – От вчерашних пряток в темноте всё никак отойти не может…

*********

– Напоминаем нашим телезрителям, что в это прекрасное субботнее утро мы находимся в гостях у заслуженного тренера сборной России по фигурному катанию, Эммы Багратовны Немцовой. Перед вами тот самый дом с чёрными тюльпанами и сегодня вы можете видеть, как семья Эммы Багратовны собралась здесь, в обеденном зале, для того, чтобы вместе позавтракать.

– Не вводите вашего зрителя в заблуждение. Совместные завтраки и ужины – ежедневная семейная традиция, – сухо поправляет репортёршу Багратовна.

– И всё же, кое-кого за столом не хватает, верно? – язвительно подмечает та. – Где же ваш внук?

– У него интенсивная подготовка к игре, – даже не моргнув глазом, с лёгкостью лжёт Эмма.

На самом деле это не так. Точнее так, но Марат по какой-то причине не появлялся дома со вчерашнего утра и с подготовкой к игре это никак не связано. Он просто не пришёл ночевать. Как выяснила его мать, остался у своего друга Глеба.

– Марат, насколько мы знаем, серьёзно увлекается хоккеем?

– Да, всё верно. Он капитан хоккейной команды. Спорт – неотъемлемая часть его жизни, – уже который раз влезает с комментариями Ева, желающая по максимуму засветиться на камеру.

Ох, вы бы видели этот её образ в стиле old money… Дизайнерский костюм белого цвета. Бриллианты, безупречный макияж, идеальная причёска, аксессуары. Меня готовили к съёмке час, а её, по-моему, с пяти утра.

– Ваша новоявленная внучка тоже оказывается спортсменка. Фигуристка.

– Да, Ася действительно катается на льду.

– Мы подготовились. Тщательно изучив статистику, выяснили, что она даже выигрывала соревнования, которые проходили в Самарской области. Получается, что катается хорошо. То есть в вашей семье ещё на одного талантливого человека стало больше.

– Катается она сносно. Для девочки из провинции, – даёт Багратовна оценку моему профессионализму, – но звёзд с неба не хватает.

Меня задевают её слова. Я ведь катаюсь не хуже её воспитанниц.

– Ася теперь тренируется в вашем центре, также как и Мирослава?

– Да.

– Можем ли мы ожидать включения её в список претенденток на чемпионат России?

– Милочка, чемпионат России – это не местный региональный турнир. Это серьезная ступень и уровень. Там не бывает случайных спортсменов.

– Удивительно, что ваша внучка, которую вы не видели столько лет, занимается тем же делом, что и вы.

– Ничего удивительного. Это порода Немцовых. Лёд у нас в крови.

– Ася, а какой была твоя первая реакция, когда ты узнала, кто твоя бабушка? – обращается ко мне репортёрша и краем глаза я вновь замечаю, как коробит Багратовну от этого слова. – Ты разве ожидала чего-то подобного? Поделись эмоциями.

– Я в тот момент потеряла самого дорогого человека. Поэтому просто радовалась тому, что у меня нашлись родственники и, честно говоря, мне было абсолютно всё равно, кто они.

– Это понятно, но ты, наверное, не могла поверить собственному счастью, ведь Эмма Багратовна имеет самое прямое отношение к фигурному катанию, которым ты занимаешься с детства. Она – лучший тренер в стране и вот теперь ты тренируешься в её Ледовом Дворце. Плюс ко всему, она твоя бабушка. Да ты, можно сказать, сорвала джекпот!

– Я благодарна Эмме Багратовне и за то, что она забрала меня из детского дома, и за то, что позволила продолжить заниматься спортом.

Встречаемся с ней глазами.

Я говорю искренне и надеюсь, она это чувствует.

– Чудесно, что вы с бабушкой нашли точки соприкосновения, а как складываются отношения с другими членами семьи? С отцом, тётей, братом и сестрой?

Никак.

Но вслух, конечно же, не это.

– Меня приняли хорошо.

– Полагаю, встреча с Сергеем Львовичем была особенно трогательной, тёплой и драматичной, ведь отец о твоём существовании не подозревал столько лет…

Трогательной.

Тёплой.

Драматичной.

Точно не этими прилагательными можно описать нашу встречу.

– Да, верно, – подтверждаю, сглотнув ком, вставший в горле.

Отец молчит. Согласно договору с телеканалом, ему не должны задавать никаких вопросов. Также как и Виолетте с Ниной.

– Я вижу в твоих глазах слёзы, – ведущая программы специально ковыряет по больному.

– Мне пока сложно говорить на эту тему, – оправдываю себя.

– Мирослава, а вы с братом как отнеслись к тому, что у вас есть сестра?

– Мы счастливы и безумно рады, – старательно улыбается она. Да так широко, что щёки от натуги вот-вот порвутся. – Тем более, что Асенька почти моя ровесница. У нас много общих интересов. Одежда, косметика, мальчики. Мы прям сдружились с ней. Я её уже люблю.

Асенька.

Сдружились.

Уже люблю.

Я, конечно, в курсе, что её шантажируют карманными деньгами и тем, что не отпустят в Париж, но так искусно обманывать…

– Ася, а как тебе частная школа, в которой ты теперь обучаешься? Всё-таки ребята там не совсем обычные, из обеспеченных семей. Золотая молодёжь, так сказать. Было непривычно?

– О, да перестаньте, она в восторге от школы, – отвечает вместо меня Мира. – Столько друзей уже там завела! Как раз на днях на вечеринке у ребят была, в квесте участвовала, – травит меня взглядом.

Не могу не улыбнуться.

Нет, ну какая зараза!

– Здорово! Влилась в коллектив.

– Угу, как своя абсолютно! – уверяет девчонка. – Её там все обожают.

– Мирослава этому поспособствовала, – киваю, офигевая от паутины лжи, меня окутавшей.

– Прекрасно. Ну а нас, уважаемые телезрители, сразу после рекламы появится возможность увидеть комнату Аси и посмотреть, как теперь живёт внучка Эммы Немцовой. Не переключайтесь!

*********

Когда съёмки передачи наконец заканчиваются, в доме и на его территории начинается интенсивная подготовка к вечернему приёму.

Повсюду бегают какие-то люди и что-то делают. Кругом суета.

Вот украшают большой зал и в саду расставляют по периметру столы и стулья. Вот с мылом намывают подъездную дорожку. Вот доставляют свежайшие продукты, из которых повара будут готовить блюда для гостей.

Размах мероприятия поражает и пугает одновременно, а ещё не верится, что всё это затевается исключительно из-за меня.

Часы идут. Наступает вечер. В дом с чёрными тюльпанами съезжаются гости: местная элита и приглашённые Багратовной люди.

Мне дают ознакомиться с длинным списком – целая электронная книга с фотографиями, к вашему сведению, и там: представители госдумы и министерств, директора холдингов и компаний, банкиры, селебрити. Если коротко, простых смертных в портфолио нет. Полагаю, я единственная буду той самой золушкой, случайно попавшей на этот праздник жизни.

– Готово, – парикмахер-стилист отступает на шаг и любуется укладкой.

Получилось и правда очень здорово. Волосы подняты наверх и собраны в замысловатую причёску. По бокам свободно свисают две накрученные пряди.

– Девочки, дайте-ка мне минутку, закрепляю макияж, – визажист проходится мягкой кисточкой по т-зоне и тоже пятится назад, чтобы оценить результат.

– По-моему, мы отлично поработали. Дин, иди принимай.

Помощница Багратовны откладывает в сторону планшет, который повсюду таскает с собой. Встаёт с кресла и направляется к нам.

– Отлично выглядишь, Ася, – кивает утвердительно.

– Когда столько волшебниц надо мной колдуют, по-другому быть не может, – любуюсь аккуратными стрелками и макияжем в светло-розовых тонах.

– Аська итак у нас конфетка, а при параде, так вообще, самая настоящая королева.

– Ты тише давай, фильтруй комплименты. Королева в этом доме одна, – усмехнувшись, напоминает всем Дина. – Ладно, спасибо, девчонки. Идём переодеваться, принцесса, – зовёт меня в гардеробную, где мы остаёмся с ней один на один.

В качестве наряда стилисты подобрали для меня удивительной красоты вечернее платье пудрового цвета из лёгкой, струящейся ткани с изящным вырезом на спине. Не пышное, слава богу, как я боялась. Приталенное и в меру облегающее, оно село чётко по фигуре. Будто его шили прямо на меня, клянусь. Я аж засмотрелась. И не только я.

– От тебя взгляд не оторвать, – качает головой Дина. – Будь готова к повышенной порции внимания. Мальчики определённо начнут подкатывать, – игриво подмигивает.

– На здешних мальчиков у меня теперь аллергия, – отзываюсь я тихо, вспоминая всё, что случилось на той вечеринке и после.

– Горничная сказала, вы с Маратом приехали очень поздно ночью. Раздетые и мокрые. Ты в его рубашке, босая, – вопросительно выгибает бровь. – Странно, не находишь?

– В этом доме все привыкли доносить?

Стукачи.

– В этом доме ничто не укроется от внимания госпожи Немцовой и ты должна всегда об этом помнить.

– Двойные стандарты какие-то. Им ведь на меня плевать. Впрочем, как и друг на друга.

– Так и не расскажешь, что произошло в тот вечер? – возвращаясь к изначальной теме, снова предпринимает попытку что-нибудь разузнать, однако я не привыкла жаловаться.

– Нет, – расстёгиваю ремешки на дорогущих туфлях известного бренда.

– Сложные вы до жути. Марат вон финт выкинул, – цокает языком. – Пропал накануне важного мероприятия. Не явится – подведёт нас всех.

– Он не обязан участвовать в съёмках передачи, которая посвящена мне. А может, просто не захотел врать на камеру, как остальные.

И за это я его безмерно уважаю.

– Ась…

– Ну ты ведь слышала? – улыбаюсь. – Театр фарса. Сплошное враньё напоказ.

– Это телевидение, милая. Зачем выносить сор из избы?

– Зачем вообще надо было делать это интервью? – надеваю каблуки и поднимаюсь со стула.

– Понятно зачем, чтобы СМИ успокоились. Нигде не давит?

– Нет.

– Потрясный образ. Сейчас добавим украшения и будет вообще шик!

– Скажи, Дин, почему меня не стали представлять дочерью Виолетты, как планировали? В смысле я в курсе про то, что журналисты напечатали ряд статей, мне интересно, откуда они узнали о том, что Сергей Львович мой отец?

– Подругу твоей матери кто-то нашёл и купил, – отвечает, глотнув воды из стакана. – Она всё рассказала журналюгам и получила за это кучу денег. Не удивлюсь, если появится где-нибудь на шоу. Малахов и всё такое.

– Что конкретно сказала мамина подруга журналистам?

– Правду, – достаёт из бархатной коробочки серёжки и передаёт их мне. – О том, что Сергей Львович много лет был знаком с твоей матерью. О том, что у него был с ней роман в непростой период брачных отношений с Евой.

– Но это ведь измена, – говорю, нахмурившись.

– Немцовы не отрицают неприятного факта в его биографии, но ты помнишь важную деталь, да? Связь с твоей матерью якобы случилась, когда они с Евой расходились.

– Якобы. Значит это не так?

Я уже запуталась. Хоть бы кто рассказал всё, как было! Отца дома в эти дни не застать, хотя я давно настроилась подойти к нему и поговорить. Сам он явно не горит желанием со мной общаться.

– Ась, – вздыхает Дина, застёгивая на моей шее ожерелье из камней. – Сейчас не лучшее время для обсуждения семейных тайн и я точно не тот человек, с которым тебе нужно говорить об этом.

– Ясно, – подхожу к зеркалу, чтобы ещё разок всё проверить.

– Ты выглядишь очень достойно.

– Тебе спасибо.

– Нам пора. Гости ждут. Ты выучила, кто есть кто?

Сюр, но это было моим домашним заданием, представляете?

– Выучила.

И мне для этого понадобилось угробить целый вечер.

– Проверять будем?

Стреляю в неё недовольным взглядом.

– Отлично, поняла, что нет. Фразы для ответа на неудобные вопросы помнишь? Они однозначно будут. Стервы из высшего света непременно проявят свою суть. Зуб даю.

– Помню.

– Про этикет и правила, указанные в договоре, тоже не забываем.

– Шага без этого дурацкого договора не ступить! – недовольно возмущаюсь. – Чувствую себя запрограммированным роботом. Это нельзя говорить, это можно. Бред. Как можно жить так?

– Мы все так живём. Дело привычки, – пожимает плечом.

Вздыхаю, потирая вспотевшие ладони.

Нервничаю, конечно. Как пережить этот чёртов приём не представляю.

– Всё будет хорошо, Ась. Не переживай.

– Да уж не переживай.

– Улыбайся чаще, – даёт совет. – У тебя невероятно красивая улыбка, а если возникнут вопросы, всегда обращайся ко мне. Я буду рядом, – обещает, положив руки мне на плечи.