Текст книги "Отморозок 11 (СИ)"
Автор книги: Андрей Поповский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)
По моему мнению, Вахо наступил кому-то влиятельному на хвост и его решили таким образом прижать. Это у себя в Энске Вахо царь и бог, а здесь в Москве, он не обладает такими возможностями, но все равно он фигура сильная. Вахо умный, он точно ответит, или предпочтет договориться, но вот только бы Иван не пострадал в этих разменах.
Эх, надо было ему давно выходить из обоймы Вахо, но, во-первых, это не так-то просто сделать, тут, как говорится, – вход рубль, а выход два. А во-вторых – Иван взрослый и самостоятельный человек и сам принимает решения.
В общем, пока нет у меня никаких полезных мыслей по этому поводу. Я приехал в Москву спустя почти год после того, как уехал из страны не потому, что реально сейчас могу помочь, а скорей из-за тоски по Родине. Арест Ивана – это только повод, реальная причина – ностальгия, черт дери ее за ногу.
И понял я это только сейчас, сидя напротив Игоря, и обсуждая, чем мы можем помочь другу. А вот выходит, что пока ничем. Но это не значит, что полезные мысли не придут мне в голову потом. Надо хорошенько обмозговать ситуацию, может всплывет что-то важное, то, что я пока упускаю.
Сейчас основная надежда на Вахо. Не может такой человек сидеть сложа руки, когда его доверенное лицо в Москве арестовали по ложному обвинению, а его московский бизнес прикрыли. Мне сейчас по-любому проявлять суету нельзя. У Вики я не появлюсь в любом случае, здесь связь будет держать Игорь. Перед Вахо мне тоже пока светиться не стоит, тот знает от Гурама, что я в вернулся. Хотя, может я уже ему не интересен. Хорошо бы если так, но особо надеяться на это не стоит. Надо будет еще над этим подумать.
В общем решено, буду сидеть в Москве, думать над ситуацией и через Игоря держать руку на пульсе. Может, пока делать особо нечего, смотаться в Нахабино к деду Вики и попробовать его подлечить, вдруг получится привести его в порядок? Наверное, завтра этим и займусь. А сегодня нужно еще пойти позаниматься в новый тренажерный зал, который открылся неподалеку от моего дома, рядом с метро.
Я набрел на этот зал, как раз когда шел к метро. Полюбопытствовав и зайдя внутрь, с удивлением, обнаружил, что зал вполне приличный: большой, с высоким потолком, разнообразными тренажёрами, беговыми дорожками и даже отдельным боксерским залом. Все оборудование новенькое, ремонт в зале хороший, душевые и раздевалки чистенькие, девочки на ресепшене симпатичные. В общем – мой размерчик. Один недостаток – по нынешним меркам, там очень дорого для большинства москвичей. Но для меня – это скорей достоинство. Людей в этом зале занимается немного, и мне не придется толкаться в очереди у тренажеров, или отвоевывать себе место у тяжелого мешка.
Мы еще посидели поговорили с Игорем какое-то время, после чего, договорившись поддерживать связь, дружески распрощались и я поехал домой, чтобы взять сумку со спортивными вещами и пойти в зал.
* * *
Кристина шла по мокрому тротуару, аккуратно обходя грязные островки подтаявшего снега. Настоящие холода еще не начались и мерзкая слякотная погода, с частыми переходами со снега на дождь и наоборот, делала весь окружающий мир серым и унылым. На Кристине были фирменные синие джинсы Levi’s, короткие белые кожаные сапожки и белый итальянский пуховичок. На голове белая вязаная шапочка, из-под которой выбивалась тугая коса каштановых волос. Через плечо висела легкая спортивная сумка.
Кристина поймала свое отражение в витрине магазина. Хороша! Оттуда на нее смотрела хорошо одетая длинноногая красивая девчонка, которой не дашь больше двадцати лет. Девушка подмигнула сама себе и продолжила путь. Несмотря на серость и унылость вокруг, настроение у Кристины было хорошее.
Этот сезон прошел для нее весьма удачно. Добавив заработанное к прежним накоплениям, она сумела купить себе небольшую однокомнатную квартиру в районе метро Молодежная. Сейчас в квартире заканчивался ремонт, и возможно новый – тысяча девятьсот девяносто третий год, она будет праздновать уже в своей квартире, наконец перестав кочевать по надоевшим съемным клоповникам.
Мечта, которая еще несколько лет назад казалась ей почти неосуществимой – сбылась. Осталось еще совсем чуть-чуть, чтобы она наконец спокойно выдохнула и сбавила темп.
Когда семь лет назад Кристина приехала поступать в Московский педагогический институт имени Ленина, на факультет физического воспитания, она была еще наивной дурочкой, совсем не знавшей жизни. На физвосе на ее молодое красивое тело гимнастки было много охотников, вот только она хоть и была молоденькой, но беспомощной совсем не была.
После того случая с отчимом, который чуть ее не изнасиловал, в Кристине что-то изменилось. Поначалу, она еще сама не понимала, что. Не понимала, пока отчим, дождавшись удобного момента, не попробовал второй раз. Тогда она всадила обычные портняжьи ножницы ему в ягодицу, и пока он зажимал неглубокую рану ладошкой, она, держа окровавленные ножницы в руках, свистящим шепотом пообещала отрезать ему яйца, когда он в очередной раз напьется до беспамятства.
Отчиму тогда наложили несколько швов и с того момента, он поглядывал с большой опаской на психованную падчерицу. Вскоре после этого случая, он исчез из их с матерью жизни навсегда.
Уже в институте, один из навязчивых ухажеров попробовал распустить руки, несмотря на однозначно сказанное ему нет. Тяжелый цветочный горшок тотчас разлетелся у него на голове, а Кристина после этого получила прозвище «ведьма». Поначалу ее бесило это прозвище, но потом, она поняла, что этим нужно пользоваться и наоборот, стала действовать соответственно, чтобы заслужить репутацию «опасной девчонки», с которой связываться себе дороже.
Холодной и неприступной «ведьмой» Кристина была до третьего курса, пока к ним в группу не пришел Антон – высокий, голубоглазый, мастер спорта по спортивной гимнастике, коренной москвич, при виде которого, все девчонки на курсе просто таяли как мороженое на июльском солнце. Кристина не была исключением. Антон ей сильно нравился, но она не подавала виду. Не хватало ей уподобляться дурочкам, смотревшим на Антона коровьими глазами.
Сам Антон, несмотря на все богатство выбора, почему-то запал именно на «ведьму». Он обхаживал ее целый месяц прежде, чем Кристина сдалась, и потом, целых три недели, она была вне себя от счастья, пока не узнала от «доброжелательницы», что Антон поспорил, что сможет объездить ведьму не более чем за месяц. Антон уложился в срок и выиграл спор.
Он не отпирался, когда Кристина приперла его к стенке, и буквально на следующий день после их расставания, замутил с другой девчонкой из параллельной группы. Тогда-то Кристина и решила, что отныне никто не будет пользоваться ею. Теперь пользоваться будет она.
С того момента минуло почти пять лет и Кристина никогда не забывала о данной тогда самой себе клятве. Не все у нее шло гладко, бывали и сложности, как чуть больше года назад в Анапе, когда трое разъяренных грузин едва не затащили ее в свой «мерин». Тогда, все могло закончиться очень плохо, но удача, в лице так кстати подвернувшегося парня, которого она тоже хотела развести, оказалась на ее стороне. Парень, несмотря на попытку подставы с ее стороны, вмешался и буквально раскидал всех троих насильников, а потом увез ее…
Вместо благодарности, Кристина отпустила ему пощечину, за то, что парень сказал ей правду в лицо и назвал ее той, кто она есть. Кристина сожалела о том случае и спустя год даже заехала в Анапу, изменив себя до неузнаваемости. Она хотела найти и поблагодарить Юру за тот случай.
Кафе теперь называлось «Таис», и в нем работали уже другие люди. Когда она осторожно попыталась навести справки о бывшем владельце кафе, то узнала, что год назад кафе «Улыбка» сгорело и его хозяина с тех пор не видели. Кристина долго стояла и смотрела на это кафе, вспоминая единственный вечер с Юрой и оставшуюся надпись на зеркале «Факир был пьян и фокус не удался». Жаль. Очень жаль, что все так вышло. Юре ее спасение обошлось очень дорого…
Кристина открыла стеклянную дверь и вошла на ресепшн. Молоденькая девочка ее узнала, как постоянную посетительницу, и с улыбкой протянула Кристине ключ от шкафчика. Кристина поблагодарила и пошла в женскую раздевалку.
В Москве не так много приличных тренажерок и эта – одна из лучших. Она открылась недавно и Кристина с удовольствием сюда приходила несколько раз в неделю, чтобы поддерживать физическую форму.
Переодевшись Кристина вошла в зал с тренажерами. На беговой дорожке спиной к ней бежал атлетически сложенный парень в шортах и пропитанной потом майке. Две дорожки рядом были пустыми, а чуть дальше пыхтел на велотренажере забавный толстяк. При виде вошедшей в зал девушки глазки толстяка стали буквально сальными, но Кристина ответила ему ледяным взглядом, от которого толстяк мгновенно сдулся и стал усердно крутить педали, словно желая уехать подальше от жгущих презрением ведьминых глаз.
Кристина отошла к шведской стенке и стала неторопливо разминаться и тянуться. Ее фигура в обтягивающей спортивной форме привлекала взгляды занимающихся в зале мужчин. Девушка постоянно ощущала на себе чьи-то глаза, но уже привычно не обращала ни на кого внимания. Сегодня ей не нужны потные похотливые самцы, думающие, что хорошая тачка на улице и абонемент в дорогой тренажерный зал, делают их неотразимыми в ее глазах.
Размявшись и растянувшись, Кристина, взяв свое полотенце, пошла на свободную беговую дорожку. Парень, который бежал по крайней дорожке, когда она вошла в зал все так же увлеченно продолжал размеренный бег, не глядя по сторонам. Что-то кольнуло Кристину, на уровне подсознания. Какое-то смутное узнавание. Широкие плечи, крепкая шея, посадка головы, жилистые руки. Она увидела эти руки, собирающие по полу рассыпавшиеся из ее сумки женские мелочи…
«Юра! Вот оно как. Это судьба.»
Кристина подошла к пустой дорожке, стоявшей рядом с той, по которой бежал Юра. Перекинула полотенце через ручку, встала на полотно и включила дорожку. Полотно постепенно ускорялось, Кристина с медленного шага перешла на легкий бег. Она бежала и улыбаясь искоса посматривала на бегущего рядом Юру. В какой-то момент, Юра тоже бросил на нее взгляд. Отвел. И снова посмотрел, не веря своим глазам.
Это сбило его с ритма, он пошатнулся, перехватился рукой за ручку, но все равно мог упасть, если бы Кристина, бывшая настороже, не успела ударить по красной кнопке «STOP» на его дорожке и сорвать ключ на своей. Обе дорожки мгновенно остановились.
– Ну, привет, спаситель… – С улыбкой сказала Кристина, глядя Юре прямо в глаза.
Глава 14
Бегу на беговой дорожке, полностью уйдя в свои мысли. Честно говоря, сложившаяся ситуация сильно бесит. Чувствую себя беспомощным. Да, я смог создать себе безопасный тыл. Временно отступил из страны, сколотил вместе с партнерами на торговле обувью уже больше миллиона долларов. Но судьба снова поставила подножку.
Со всеми моими знаниями, деньгами и специфическими умениями, я бессилен против государственной машины. В нашей связке Я – Иван – Игорь, за связи с государственными органами всегда отвечал Иван. Подвязки для начала девяностых у него весьма серьезные. Конечно, не самые важные лица, но те, кто могут принести им бумажку на подпись и подать ее так как нужно, чтобы эта подпись появилась.
Арест Ивана сломал нашу схему, никуда не лезть и тихо зарабатывать, не привлекая лишнего внимания. Очень хорошо понимаю, что причина ареста не Иван и не наши дела. Удар пришелся по точкам Вахо. Наш с Иваном совместный бизнес никак не пострадал. Пока не пострадал. Потому что, выпавший из обоймы Иван, представляет значительную часть этого бизнеса. На нем перевод денег за границу. Связи с чиновниками и решение специфических вопросов, по которым он за это время стал специалистом. Ни я, ни Игорь не можем его в этом вопросе полноценно заменить. Это, конечно, вопрос времени наладить контакты и склеить разорванные цепочки, но время в эти годы – самая ценная валюта. Возможности, возникшие на стыке развала СССР и становления новой России, быстро уходят.
Но для меня вопрос сейчас не стоит в деньгах и в бизнесе. В конце концов, руки и ноги у нас не отвалились, голова на плечах пока держится, так что, без куска хлеба с маслом, а иногда и с икоркой, не останемся.
Вопрос в том, что мой друг по ложному обвинению сидит в тюрьме, а я пока не знаю, как ему помочь. Иван сидит не за свое, а за делишки Вахо, на которого кто-то большой и сильный решил произвести накат, избрав целями удара – дела Вахо в Москве и Ивана. Торговые точки Вахо пусть хоть сгорят, мне пофиг. А вот Ивана, сука, не трожь.
Поэтому, первым делом нужно понять, кто стоит за этой атакой. Когда пойму, буду думать, как на него можно воздействовать. Это можно делать не обязательно силой, хотя на крайняк, можно и ей. Есть разные возможности испортить жизнь даже большим людям, облеченным властью. А тот, кто наехал на Вахо точно именно из таких. Причем, способ воздействия показывает, что этот тип обретается где-то в структуре МВД. И тут мне приходит в голову интересная мыслишка.
А не мой ли старый знакомец – ублюдок Потапов, стоит за всей этой внезапно возникшей кутерьмой? Если поразмыслить логически, то почему бы и нет?
Когда я обретался в Энске, Потапов был полканом в БХСС, крутил делишки с Вахо. Именно он Убил Марину. Вахо его вытащил из той ямы. Связка между ними весьма сильная. Потом, Потапов уходит на повышение в Москву. Помню, как чуть не попал ему в лапы перед армией весной восемьдесят пятого. Я тогда покупал на набережной золотые десятки у местного барыги, а тот гаденыш сексотил на ментов и сдал операм крупного покупателя. Брать меня решили с поличным, прямо на набережной. Вот только обломились голубчики.
Я тогда сумел уйти, забрать свои монеты, да и еще бабки барыги прихватить. Потапов, который лично приперся на задержание и сдуру сунулся вперед, тогда, после моего броска, нырнул сомиком в Москву-реку. Вряд ли он утоп, хоть был в пальто и ранней весной вода в реке холоднющая. Такое как он не тонет.
Значит, что мы имеем. Потапов и Вахо – бывшие партнеры. Потапов уходит на повышение в Москву, поднимается по карьерной лестнице, их связка неизменно претерпевает метаморфозы. Из младшего партнера, он со временем становится равным, а потом, пытается прогнуть бывшего благодетеля. Может быть такое? Вполне. Так это все и работает. Может это и надуманно, но зато весьма логично.
Знать наверняка, может только сам Вахо ну и естественно Потапов. Но, не пойдешь к Вахо и не спросишь… А почему не спросишь? Можно и спросить, если с умом. В этом деле Вахо мне точно не враг, как и я ему. Я уже имел возможность убедиться, что он весьма практичный в деловых вопросах. Так почему бы ему не быть практичным и в этом деле? Тем более, что оно сильно затрагивает его интересы.
Бегу, обдумываю эту мыслишку. Кручу ее в голове и так и эдак. Пока не вижу слабых мест. На дорожку рядом со мной заходит высокая девушка в обтягивающем спортивном костюме, ее волосы затянуты в тугой узел на голове. Она вешает полотенце на поручень включает дорожку и легко бежит. Я хоть и занят мыслями, но автоматически отмечаю ее отличную фигуру, дорогой костюм, фирменные кроссовки и то, как легко она бежит. Явно дружит со спортом. Девушке я видно тоже интересен. Чувствую ее взгляды на себе. Ладно гляну на мордашку, а вдруг ничего…
Кидаю взгляд и меня бьет как током. С соседней дорожки мне улыбается Регина. Сбиваюсь с ритма. Нога подворачивается, меня несет, чтобы не упасть, судорожно хватаюсь рукой за ручку своей дорожки. Регина, поняв, что происходит, быстро бьет по кнопке «STOP» на моей дорожке и срывает защитную чеку на своей. Дорожки мгновенно останавливаются. Регина смотрит мне в глаза с легкой насмешливой улыбкой.
– Ну, привет, спаситель… – говорит она.
– Привет! – киваю я.
Сходим с дорожек. Оба улыбаемся. Молчим. Пауза затягивается
– Может, пойдем в здешнее кафе попьем кофе? – наконец, предлагаю я – Угощаю.
– Щедро, – глаза девушки смеются, – но, если что, чашку кофе и пирожное и себе купить в состоянии.
– Ну тогда купи и мне, если ты такая богатая, – тут же предлагаю ей.
– Не побоишься принять из моих рук чашку кофе?
Чувствую явную подначку и возвращаю ее
– А ты из моих?
– Один – один, – кивает девушка и подмигнув добавляет. – Пойдем в кафе, кавалер. Так уж и быть приму от тебя угощение.
Выходим вместе из зала. Ловлю на себе завистливые взгляды других мужиков. Э-эх, знали бы вы придурки, от чего я вас спасаю. Хотя, может Регина, или как там ее зовут на самом деле, сейчас не на работе, а просто пришла потренироваться.
* * *
Сидим в небольшом уютном кафе. После зала мы разошлись по раздевалкам, приняли душ и встретились уже на выходе из тренажерки.
За большим панорамным окном холодно и уныло, а здесь вкусно пахнет кофе и свежей выпечкой. Регина сидит у окна. На ней белый свитер ручной вязки под горло. Она распустила свои густые длинные каштановые волосы, и они волнистой блестящей рекой спускаются по ее плечу, уходя куда-то под столик. Перед нами небольшие чашечки с кофе на блюдечках и рядом свежие круассаны с миндальной обсыпкой.
Девушка делает маленький глоток кофе, ставит чашку на блюдце и лукаво смотрит на меня.
– Меня, между прочим, Кристина зовут – говорит она мне.
– Это имя тебе больше идет, чем то, которым ты мне представилась при нашем первом знакомстве. – замечаю в ответ.
– Ну, тогда я думала, что оно будет совсем коротким, и никак не предполагала увидеть тебя вновь. Поэтому, знать мое настоящее имя, тебе было необязательно.
– Прекрасно тебя понимаю, – говорю с легкой издевкой.
Кристина тоже смотрит на меня, потом не выдерживает и прыскает смехом. Я улыбаюсь тоже.
– Классно ты меня тогда подловил – говорит она, отсмеявшись. – Когда понял?
– Я сразу почувствовал, уж что слишком как-то все хорошо складывается, – отвечаю ей. – А уж когда ты меня к себе позвала, тут у меня просто красный светофор внутри включился.
– И все равно пошел?
– Пошел, – утвердительно киваю.
– Почему? – Кристина смотрит на меня с искренним любопытством.
– Интересно стало как ты все это обставишь, – отвечаю совершенно честно. – Когда ты вышла на кухню, я метнулся следом и видел, как ты подливаешь из пузырька в бокал. Дальше было дело техники.
– У меня на следующий день голова просто раскалывалась, – жалуется Кристина.
– Зато ты теперь точно знаешь, что чувствуют твои… визави – я хотел сказать «клиенты», но в последний момент смягчил фразу.
– Да уж. – Кристина делает еще глоток кофе и спрашивает – А почему ты за меня вступился потом?
– Я тебе, тогда как есть сказал – не люблю, когда бьют женщин.
Смотрю без улыбки прямо на Кристину.
– Спасибо тебе! – Кристина опускает глаза – Я тогда в машине, после всего повела себя как дура. Извини. Перенервничала сильно. А еще злилась на тебя и на твою дурацкую надпись, оставленную на зеркале.
Вспоминаю, как выводил помадой Кристины надпись на зеркале и невольно улыбаюсь. Она смотрит на меня и улыбается в ответ.
– У тебя были проблемы из-за меня? Я была в конце августа в Анапе, хотела зайти поблагодарить, а там уже совсем другое кафе и другие люди. Кто-то из местных рассказал, что твое кафе сожгли.
– Были небольшие неприятности, но я их уладил, – деланно безразлично пожимаю плечами.
У самого перед глазами проносятся кадры как я стою перед Гурамом, Гочей и третьим, который оказался со стволом, и держу в ладони учебную гранату. Тогда все прошло на тоненького. Потом вижу Гурама в пижаме в спальне его дома и как он кладет деньги в мой рюкзак. Улыбаюсь.
Кристина понимающе смотрит на меня. Она далеко не дура и знает, что такие дела так просто не решаются.
– Мне жаль, что все так вышло, – тихо говорит она.
– Все нормально, – машу рукой – То дела прошлые. Видишь, спокойно сижу тут с тобой в кафе, пью кофе.
– А я думала о тебе, – тихо говорит Кристина.
– Ругала, небось – усмехаюсь в ответ.
– Поначалу да, – смущенно кивает она – особенно в то утро, когда увидела эту дурацкую надпись на зеркале и испорченную помаду. Потом, когда драпала из Анапы в Краснодар на такси, еще злилась на твои слова в машине. А в поезде на Москву уже отошла и поняла, что повела себя как дура.
– Бывает. – не знаю, что сказать и просто пожимаю плечами.
На некоторое время между нами повисает пауза.
– Ты теперь здесь в Москве? – Первой прерывает молчание Кристина.
– Бываю наездами, – честно отвечаю ей. – Сейчас приехал на какое-то время, потом снова уеду.
– Я так же, – кивает Кристина.
Мы еще какое-то время перебрасываемся ничего незначащими фразами. Рассуждаем обо всем и ни о чем. Кристина умная собеседница. Язвительная. Точная. Логичная. У нее совсем не женский ум. Нет ни капли жеманности. Ее ум практичный, хищный, опасный. Через некоторое время мы общаемся как старые друзья и я не чувствую никакой зажатости ни в ней, ни в себе.
Просидев так пару часов, напившись до отказа кофе и налопавшись пирожных, не договариваясь, начинаем собираться. В гардеробе я подаю Кристине ее куртку, помогаю надеть. Она внезапно поворачивается ко мне, прижимается и тянется губами. Стоим и никого не стесняясь целуемся.
– Пойдем ко мне, – тихо шепчет мне она, с трудом отрываясь – я тут неподалеку квартиру снимаю.
В голове у меня на мгновенье мелькнул тот самый красный свет светофора. Только теперь передо мной уже не та девочка – клофелинщица. Теперь, когда, между нами, уже была история, рядом стоит женщина знающая, чего она хочет и это уже не игра. Точней – это совсем другая игра. Я сам чувствую это. И по ее глазам вижу, что она тоже чувствует.
– Шампанское будешь наливать? – не удерживаюсь чтобы не подколоть.
– Можешь налить сам, я не обижусь, – шепчет Кристина.
Это решает дело. По Ивану я пока все равно ничего не могу сделать. А уйти сейчас просто так, чтобы возможно больше ее никогда не увидеть – не хочу.
* * *
Через двадцать минут мы уже были в съемной квартире Кристины. В тесной прихожей мало места. Кристина заходит первой, включает свет и отступает в сторону.
– Проходи, спаситель – насмешливо говорит она немного хриплым голосом, от которого у меня вибрирует внутри.
Захожу. Осматриваюсь. Не шикарно, но вполне прилично. Дорогая итальянская дубленка на вешалке. Несколько пар кожаных сапог у стены. Дальше по коридору большая кухня. Отсюда видно только холодильник и кухонный стол у окна. Налево большая комната, дверь в которую открыта и мне из коридора видна видеодвойка «Sony» стоящая на тумбе и угол большого дивана. Направо закрытая дверь, это санузел. Обычная типовая однушка, квадратов около сорока.
Кристина снимает с себя шапку, и кидает на полку вешалки. Снимает куртку и вешает на крючок. Смотрит на меня насмешливо.
– Обыск закончил?
– Какой же это обыск – говорю ей в тон. – Это только первичный внешний осмотр.
– Внутренний разрешу только по предъявлении письменного ордера, – с прозрачным намеком отвечает Кристина.
Смотрит на меня взглядом, от которого мурашки по спине и тихо добавляет.
– Или… по взаимному согласию.
– Второй вариант мне нравится больше, – так же тихо отвечаю ей.
– Ты опасный человек, Юра.
– Ты тоже
– Я знаю, – кивает Кристина – И мне это нравится.
Снимаю с себя куртку и вешаю рядом с дубленкой. Начинаю разуваться. Кристина, прислонившись спиной к косяку двери, внимательно за мной наблюдает. В ее взгляде нет никакой девичьей смущенности, как в нашу первую встречу. Она уже не девочка и на этот раз не играет в нее.
Проходим в комнату. Вполне нормально для этого времени. Еще не убитый диван. Сервант с фарфором за стеклянными дверцами. Многочисленные книги на открытых полках. Цветы в горшках на подоконнике. Рядом с диваном стильный торшер, явно выбивающийся из совковой стилистики комнаты. Небольшой музыкальный центр. Обычная съемная квартира с попыткой преобразить ее под свой вкус. В таком месте просто живут не врастая надолго.
– Неплохо живешь, – замечаю я.
– Не жалуюсь, – кивает Кристина.
– Давно снимаешь?
– А ты что анкету на меня заполняешь?
– Не, а – улыбаюсь я – просто спрашиваю для поддержания разговора.
– Тогда мог бы придумать что поинтересней, для поддержания.
– Еще придумаю, если не выгонишь раньше.
– Тогда, я пока поставлю чайник, а ты думай.
Кристина выходит на кухню и гремит посудой. Я остаюсь у двери в комнату. Кристина это замечает и интересуется.
– Боишься нарушить границы?
– Привычка.
– Хорошая привычка, – отвечает Кристина, разжигая огонь под чайником. – Не люблю, когда гости сразу ведут себя по-хозяйски.
– Хозяйка здесь ты.
Кристина подходит ко мне обвивает руками шею и шепчет.
– А ты сегодня здесь желанный гость
Мы долго целуемся. Чайник быстро начинает закипать Кристина отрывается от меня и бежит к плите. Захожу на кухню за ней и сажусь за чистый стол. В квартире вообще чисто и мне это нравится. Не люблю девушек нерях, у которых идеальная внешность и одежда, а дома, за закрытыми дверьми хаос и бардак.
Кристина тем временем заваривает чай. Ставит на стол чашки, блюдца, достает из холодильника колбасную и сырную нарезки.
Смотрит на меня.
– Кофе больше не предлагаю. Думаю, ты его и в кафешке уже напился.
– Лучше чай – подтверждаю я.
– У меня нет шампанского, – вдруг вспоминает Кристина – Только коньяк. Зато запечатанный. Ты можешь взять его сам. Открыть сам и разлить тоже сам.
Кристина достает из буфета запечатанную бутылку армянского коньяка и ставит на стол. Вскоре там же оказывается два пузатых бокала под коньяк.
Беру бутылку кручу в руках рассматривая крышку и этикетку. Все в порядке. Кристина насмешливо смотрит на меня. Открываю, и наливаю на самое донышко ей и себе. Берем в руки бокалы.
– За что выпьем? – спрашиваю ее.
– Давай за случайные встречи.
– Тогда лучше за случайные, неслучайные встречи, – говорю со значением.
Чокаемся делаем по глотку и ставим бокалы на стол.
– Крепкий, – жалуется Кристина.
– Так коньяк и должен быть таким.
– Умничаешь?
– Есть немного.
Кристина подходит ближе. Проводит пальцем по моему запястью. Легко почти невесомо. Это не ласка. Точней, не совсем ласка. Это проверка и первичный осмотр, почти как я осматривал ее квартиру оказавшись внутри.
Смотрит на меня.
– Ты всегда все контролируешь?
– Почти.
– Сейчас не нужно, – тихо просит она.
– Не буду, – соглашаюсь я.
Мы сливаемся в долгом поцелуе, а потом, я подхватываю ее на руки и осторожно несу в комнату.
* * *
Мы, абсолютно голые лежим на разложенном диване на смятой простыне. В комнате тепло, поэтому ненужное одеяло отброшено на пол. Кристина медленно ведет своим пальчиком по шрамам на моем теле, внимательно исследуя их один за другим.
– У тебя была бурная жизнь. – полуутвердительно полувопросительно говорит она.
– Всякое бывало… – нехотя соглашаюсь.
– Расскажешь?
– Точно не сейчас, – отвечаю лениво. Врать неохота, а правду точно не расскажу.
– Может, когда-нибудь потом?
– Может, – делаю вид, что соглашаюсь и смотрю на ее красивую грудь и аккуратный сосок, который находится в пределах досягаемости. Тянусь к нему губами. Кристина смеется, выворачивается и оказывается на мне сверху.
– Сладкое полагается только хорошим мальчикам – двигая бедрами и дразня меня своим телом говорит она. – А ты плохой.
Резко переворачиваю ее и занимаю позицию сверху.
– Но тебе ведь и нравятся плохие мальчишки.
Начинаю медленно двигаться.
– Мда, – томно соглашается она. – продолжай, гадкий мальчишка.
* * *
На следующий день, ближе к полудню, подъезжаю к знакомой даче на своей девятке. Останавливаюсь, паркую машину около забора. Забираю большой пакет с заднего сиденья и иду к калитке. Нажимаю кнопку звонка. Слышу трель в доме. Жду. Через пару минут раздается шарканье ног по бетонной дорожке. Калитка открывается и на меня снизу вверх смотрит бабушка Вики. Елена Сергеевна сильно постарела за те годы, что я ее не видел. Седины в ее волосах прибавилось, как и морщинок вокруг глаз. Она смотрит на меня не узнавая.
Меня сейчас мудрено узнать. Вместо восемнадцатилетнего парня, каким меня видела Елена Сергеевна в последний раз, перед ней стоит плотный мужчина на вид лет сорока. Я специально поработал над своим обликом, потому что не мог подгадать так, чтобы попасть к Виктору Петровичу в момент отсутствия супруги, как в свои прошлые визиты без малого год назад.
– Здравствуйте, – улыбаюсь ей. – Могу я увидеть Виктора Петровича Смирнова?
– Здравствуйте – улыбается в ответ бабушка Вики. – А вы, извините меня за вопрос, кто будете?
– Я его бывший подчиненный с позывным Морозко. Нахожусь проездом в Москве, вот заехал к командиру, засвидетельствовать свое почтение.
– Виктор Петрович неважно себя чувствует, – с сомнением говорит бабушка Вики.
– А вы, наверное, его супруга Елена Сергеевна? – не даю ей сразу дать мне от ворот поворот. – Поверьте, Виктор Петрович будет меня очень рад меня видеть и, очень может быть, что все его хвори как рукой снимет. К тому же, у меня с собой отличная настойка на женьшене и элеутерококке. У нас, на Дальнем Востоке, она пользуется заслуженной славой. Мне ее дал наш известный травник, который занимается этим делом уже много лет.
– А в каком управлении вы вместе служили? – закидывает удочку бабушка Вики.
– Я был спецом по решению неразрешимых вопросов, – даю максимально нейтральный ответ.
– Ну тогда вы точно по адресу. Виктор Петрович любит придумывать сложные задачи. Проходите, как вас по имени-отчеству? – спрашивает Елена Сергеевна.
– Сергей Романович Проскурин.
– Проходите Сергей Романович, – кивает Елена Сергеевна. – Я спрошу мужа, сможет он вас принять. Если нет, уж вы не обессудьте. Он действительно в последнее время очень слаб.
– Вот увидите, Елена Сергеевна, что не только сможет, а еще будет очень рад.
Я иду по знакомой дорожке вслед за бабушкой Вики. Она заводит меня на веранду и усаживает за стол.
– Подождите здесь, Сергей Романович, – я пойду, посмотрю, как там Виктор Петрович.
– Да, конечно. Скажите, что сержант Морозко прибыл.
– Сержант? – улыбнувшись переспросила Елена Сергеевна, которая давно привыкла, что ее муж общается в основном с высшими офицерами и генералитетом.
– Так точно, сержант Морозко, – серьезно киваю в ответ.
Бабушка Вики выходит. Сижу жду, с интересом рассматривая знакомую веранду и сад за окнами. Через некоторое время Елена Сергеевна возвращается. На ее губах играет слабая улыбка.
– Действительно, Виктор Петрович, услышав, что к нему прибыл сержант Морозко, очень оживился и хочет немедленно вас видеть. – доброжелательно говорит мне она.
– Я знал, что он меня примет, – вскакиваю с места и протягиваю ей пакет, принесенный с собой – Вот здесь гостинцы с Дальнего Востока: балычок из нерки, малосольная красная икорка, крабовое мясо и там же бутылочка с настойкой женьшеня. Вы давайте эту настойку Виктору Петровичу по схеме, она там на бумажке расписана и прикреплена к бутылочке резинкой. Вот увидите, что он скоро у вас забегает как молоденький мальчик.
