Текст книги "Трон галактики будет моим! Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Господин рыцарь, – подсказала Октавия. – По второму каналу вас уже ожидают.

– Примите вызов.

Голос был спокойный. Очень, очень медленный. Даже заторможенный.

– Рад… приветствовать вас, войд-герцог… Будем рады… встретить вас на нашей станции через полчаса…

Ну, мы и встретились. И пристыковались. Станция была крохотная, по размеру с корвет, но явно не единственная в системе.

Выходя из шлюзового коридора, я держал бластер наперевес. Макс, Октавия и Илья прикрывали меня сзади.

На выходе из шлюза стоял косоногий столик с восточными закусками и, внезапно, самоваром, за которым сидел мой собеседник.

Один. Больше в помещении не было никого.

Я бы не за что не узнал в бывшем Алексее Федотове, штабном офицеришке с Помпеи, Мастера Никто, который сидел передо мной. Выглядел он как полнейшая копия бригадного генерала Сволочь, который трагически погиб во время моего рейда в Никольское. Похудевший, наверное, на килограмм пятьдесят. Бритая налысо голова. Лёгкая чёрная щетина. Впалые щёки.

Но он улыбался.

– Что вы… делаете? – медленно спросил он, кивнув на бластер.

– Насколько я понимаю, сейчас должен последовать бластерный поединок. Потому что я поместный дворянин Империи, взошедший на станцию Мастеров Никто.

– Ха! – усхмехнулся Криоангел. – Какие милые… старые традиции. Бросьте. Мы… достаточно прогрессивное братство и видим в офицерах Империи ситуационных союзников. А не противников для… бластерного поединка… Разумеется, в тех, кто… готов сотрудничать. Присаживайтесь. Выпейте чаю…

Чай, разумеется, я не стал пить. И есть ничего не стал.

Некоторое время мы молчали, глядя, как он поедает закуски.

– Угостите… хотя бы вот этого здоровяка? – предложил Криоангел, взглянув на Макса. – Он явно… хотел бы съесть вот это.

Он протянул моему заместителю по особо тяжким закуску, но тот поймал взгляд Октавии и покачал головой.

– Не голоден я.

Криоангел очевидно расстроился.

– Я так думаю, что вы привыкли в переговорах не ходить вокруг да около, Александр Игнатьевич, – предположил он. – Вы деловой человек… я предлагаю вам очень… выгодную сделку.

– Какую же? – удивился я.

– Вы совершили кражу… Кражу корабля… у одного из наших партнёров… А главное – кражу товара. Моего. Товара. Очень ценного. Самого… дорогого в галактике. Люди… Нет ничего ценнее людей и человечества, не так ли?

Уж не гипнотизирует ли он меня? Сейчас, того и гляди, трижды скажу «да» – и подпишу все документы.

– Так что вы предлагаете? – сказал я, даже не думая дискутировать на тему того, что он сказал.

– Вы весьма богатый феодал… Я знаю, вы строите мегазавод… Такой человек мог бы быть выгоден нашему братству… Поэтому – моё предложение очень простое. Хрен с ним, с кораблём. Купите… этот товар у меня.

– Купить рабов? – усмехнулся я.

Но тут же задумался. По большому счёту, это была не покупка рабов, а выкуп. Я делал их свободными. В целом, моим представлениям и чести и совести это не противоречило.

Но вступать в товарно-денежные отношения с Мастерами Никто. Причём с тем их представителем, что выглядит максимально мутным и даже мафиозным? Ну, такое себе.

– Да. Скажем… по пять тысяч имперок за человека. Итого – пятьдесят миллионов. Поверьте, я назвал сильно ниже рыночной стоимости. И, поверьте, я знаю, какими деньгами вы располагаете, герцог.

– Брат Криоангел, – обратился я к нему, как полагается обращаться к Мастерам Никто. – Я не говорю «нет», заметьте. Я скажу вам, что подумаю. И, разумеется, я понимаю, что вы пытаетесь мне угрожать, поэтому очень хотелось бы понять, чем.

Криоангел усмехнулся и вытер пальцы о салфетку.

– Я ценю прямоту, – он наклонился ближе и заговорил тише. – Под моим личным командованием… пятьдесят пять тысяч братьев, из них тысяча триста чёрных бластфайтеров. Моя… агентура есть на всех обитаемых планетах, во флотах всех феодалов Великого Княжества, включая ваш. Я получил предварительную договорённость ещё от… девяти… бригадных генералов. На нас работают частные флотилии общей численностью в сто девяносто пять судов, включая шестьдесят боевых. Думайте, Александр Игнатьевич… Решайте…

Ну, я и думал. И решал – весь оставшийся маршрут до Первопрестольной. Разумеется, готовясь к не менее важным переговорам и встрече с не менее влиятельными людьми.

Когда шесть наших судов вышли из подпространства на геосинхронной орбите Первопрестольной, эти переговоры начались практически мгновенно.

Давно я не видел, чтобы экран кабины дополненной реальности так быстро и стремительно покраснел.

Счётчик числа судов на орбите крутился несколько секунд, прежде чем подсчитал все судна в обозримом пространстве.

Секундой спустя я понял, то на ближних к нам орбитах нас ждал флот.

Флот дома Ганзоригов. Триста восемьдесят кораблей – в основном, от третьего до шестого класса размерности.

Аудиоканал прорезался сразу несколькими диалогами. Я выбрал из них наиболее интересный, как мне показалось.

Мне ответил Тенгис Угэдеевич Ганзориг, Запасной Наследник рода Ганзоригов.

– Готовимся к досмотру, господин войд-герцог! – сказали мне. – В случае отказа будет открыт огонь на поражение.

Глава 4
Трехсотвосьмидесятиствольный револьвер

Связь прервалась.

Нет, разумеется, я готовился. И я догадывался, что у Ганзоригов большой флот. Ещё когда покидал систему – слышал об этом. Да и в прошлой моей жизни знал, что они имеют общий флот в несколько сотен боевых кораблей, плюс ремонтные, плюс корабли снабжения, корабли планетарной пехоты…

Но триста восемьдесят – перебор. И все – в боевом порядке! И по меньшей мере четверть – обращена на нас, держит нас на прицеле или попросту направляется к нам.

Тут вспомнилось кое-что. За день до нашего вылета я успел пообщаться с госпожой послом Помпеи и Помпады. Обстоятельно так поговорил. И про планы, и про Первопрестольную с Центральными системами в целом.

Ольга Сергеевна Ледовская-Жувак ощутимо укоренилась и окрепла в Королёве. И в бутылку больше не лезла. Огород у своего посольского коттеджа развела, обзавелась двумя живыми охранницами-гувернанткам и парочкой сервов.

Поговаривали, что Крестовский-старший водил её на свидание.

– Итак, Первопрестольная. О чём мне следует знать?

– Что я могу сказать. Бывала я там последний раз два года назад. Печальное зрелище. Ещё до набега Орды полный бардак на планете был, а после – ещё усилился. Не мудрено, половину городов на побережье разрушена была. Почти вся планета под Ганзоригами, Восточную Пангею, самый большой материк, превратили в свои личные охотничьи угодья. Также Ганзориги владеют Тарланой и Тандеей и ещё восемью обитаемыми системами поменьше.

– Флот?

– Флот их… поболее твоего будет, Саша, – хмыкнула Оль Сергевна. – Но под Олдриными – самая населённая часть Первопрестольной, историческая. И ряд старых родов на Центральных системах. Из уцелевших.

– Получается, биполярный мир? – хмыкнул я. – Как это знакомо.

– Не совсем, Ещё мелкие варлорды грызутся между собой на руинах в городах. И в космосе, конечно. Главное – ты в это всё не суйся, Саша. И на Восточную Пангею не суйся. Целее будешь. Если Олдрины позвали – у них и сиди. А ещё лучше – на Звезде отсидись. Туда никто не суётся.

Звезда – это приличных размеров рукотворный Звёздчатый остров, на котором располагалась Академия Флота, наполовину отданная под базу Второго Легиона.

– Какое ваше мнение об Олдриных, Оль Сергевна? – спросил я. – Им стоит доверять?

– Если бы меня попросили выбирать между Олдриными и Ганзоригами, я бы предпочла не выбирать никого. И те, и те – хороши, я бы сказала. Я так понимаю, что у тебя какие-то очень важные дела на Первопрестольной?

Я, конечно, доверял госпоже послу, особенно учитывая оказанную поддержку нашему Отряду Безумие во время моего отсутствия. Но о целях визита большая часть моего окружения знала лишь поверхностно.

– Мы летим по приглашению Олдриных с важной военной миссией, именно так мною было озвучено, – кивнул я.

– Полагаю, если вы летите по их приглашению – вам бояться не стоит. Своих они, насколько я могу судить, не склонны предавать. У Олдриных не так уж много союзников, особенно в нашем Великом Княжестве, особенно с более-менее нормальным флотом…

Да уж. Более-менее нормальный флот, усмехнулся я, вспомнив её слова.

Нас было шестеро. Против трёхсот восьмидесяти судов – из них по меньшей мере две сотни классом от третьего и выше. Корветы, эсминцы, малые крейсера, крейсера, фрегаты, тяжёлые крейсера, линкоры, несущие крейсера…

Счётчик находившихся на орбите кораблей отдельной Императорской флотилии Базы Академии Флота был куда скромнее – всего тридцать судов. И, судя по всему, они были заняты куда больше своими делами – управлением логистикой, прибытием и сопровождением крупных транспортов. Тренировкой новобранцев ещё, наверное, и тому подобным. А вовсе назревающим на орбите конфликтом.

А Второго Легиона я насчитал три судна. Здоровенных, седьмого класса размерности, с моего «Геркулеса». Те на орбите в принципе не задерживались. Взлетели на низкую опорную – прыгнули куда полагается. Прилетели – дождались свободной стоянки у лифтов и причалили.

Ну, и два эсминца Олдриных. Которые тоже шли на сближение. Ну, хорошо хоть встречают гостей.

А вообще – оживлённо, если вдуматься. Даже в чём-то приятно посмотреть. Когда я улетал вместе с сухогрузом Снегирины – то всего этого винегрета из каюты попросту не увидел. Но с каких это пор, чёрт возьми, Ганзориги взяли на себя роль орбитальных полицейских на бывшей столичной планете?

Связь оборвалась. Досмотровая группа Ганзоригов тем временем приближалась.

– Когда я улетал отсюда, у Ганзоригов дела шли сильно хуже. Как много хороших, целых и новых судов, – разбавил тишину в эфире Принц Евгений. – Не все, конечно, но вон та группа корветов – какие они, а?

Похоже, его открывшаяся картина не напугала. Она его вдохновила.

– Какие красавцы! И красавицы! – поддакнул Песецъ. – Даже жалко давать залп по таким маленьким смешным корабликам…

– Отставить залп, – уже совсем привычно ответил я ему.

А самому же в голову пришла неожиданная мысль. Да, залп не нужен.

Ведь правы мои металлические друзья. Много хороших, целых и новых судов. Как раз ровно то, что нужно, чтобы противостоять Орде.

Нам нужен этот флот. Нужны эти корабли, нужны их капитаны и их десантура. Даже если там служит полное отребье, даже если тут половина кораблей представляет собой ржавые корыта. Даже если боеприпасов хватит только на пару залпов по похожей по численности Орде – мне этот флот нужен.

Ну, и, как минимум, этот флот нужен сейчас не столько мне, сколько Империи, потому что именно он сейчас, совместно со Вторым Легионом, прикрывает Центральные Системы.

Так что, получается, не на ту лошадку Саша поставил в битве двух родов?

Ах, да. Тому предшествовала одна из немногих проигранных мною дуэлей. Дуэль с Лу Олдриной, на луковых кольцах в «Дедушкиных Пирогах». И то платье коктейльное, под которым ничего не оказалось. Мда. Там, где не получилось собрать союзников при помощи силы и мощи флота – в ход пошло одно из самых жестоких оружий. Основной инстинкт.

Ну, бывает. В конце концов, я сейчас точно молод – право на подобные слабости, и на подобную ошибку право имею.

Ничего, Саша, сказал я себе, сейчас мы это всё разрулим. Я же знал, что здесь будет очень много судов. Позволить, что ли, себя досмотреть?

Да, реально такая мысль промелькнула. По ней легко можно оценить степень, цензурно выражаясь, сложности ситуации. Пока что я принял следующий вызов. Там уже был офицер Императорской Флотилии Академии Флота.

– Академия флота и я, капитан второго ранга, барон Ульрих Строганов-Сапегин, рад приветствовать флотилию с Герберы, господина графа Герберы и госпожу эрц-герцогиню Коварола на орбите Первопрестольной!

Ну хоть кто-то мне рад. Барон Строганов-Сапегин, пепельный блондин с залихватски-завитыми усами, вытянулся по струнке и отдал мне честь. Выглядел очень бодрым, довольным.

И спокойным.

До сближения кораблей Ганзоригов оставалось совсем ничего.

– Ага, – не сильно-то по протоколу хмыкнул я. – Я вам тоже рад, барон. Скажите, а это нормально, что флотилия Ганзоригов пытается сейчас меня взять на абордаж и досмотреть. Будут тут в районе пяти минут. Я имею право на самооборону в соответствие с правилом о нарушении зоны безопасного сближения с судном?

На том конце провода повисла пауза. В лице барон изменился.

– Ох… Интересно, – сказал, наконец, капитан второго ранга. – Вообще-то – нет. Это на них непохоже. О вашем прибытии было сообщено Олдриными. Ганзориги тоже в курсе.

– Почему у них так много кораблей на орбите?

– У них неделю назад объявлен сбор флота со всех Центральных планет. Курултай, кажется так это называется.

– Там какой-то запасной наследник, – подсказал я.

– А! – дёрнул бровями барон. – Я сейчас попробую договориться с ними. Но вы не бойтесь – на орбите Первопрестольной ни один здравомыслящий капитан не вздумает стрелять по кораблям других флотилий.

Ну, мне очень хотелось на это надеяться.

Вообще, орбита всё больше напоминала салун какого-нибудь затрапезного городка из древних фильмов вестернов, когда-то давно популярных в Пантеоне. Который полон злых бандитов-ковбоев, и в который, широко распахнув ворота, смело шагнул я, вооружённый лишь семью патронами сорок пятого калибра. Где-то в зале пианист наяривает, а в уголке притаилась парочка индейцев.

Нет, патронов у меня сильно больше, чем семь. Я внушительную часть арсенала бабули с собой прихватил. Так, на всякий пожарный.

Но стрелять я на орбите многострадальной Первопрестольной не буду. Ещё не хватало.

Принял третий звонок. И там прямо-таки орали.

– Я от Олдриных! Спешим вам на встречу! Здравия желаем, господин граф! Постараемся обойти строй Ганзоригов! Сейчас мы вас проводим к лифту!

– Вот прямо так просто проводите? Меня тут досматривать собрались.

– К… как так досматривать? Они обычно никого не досматривают. Погодите. Я ушёл посоветоваться.

И сбавили ход корабли.

Напряжённенько. Где-то на периферии шли диалоги. Октавия с Андроном спорили на тему того, можно ли по-быстрому написать вирус, который проникнет через защиту кораблей Ганзоригов и позволит Октавии, высшему серву, подчинить их разумы. Илья с Максом раздавали приказы гианцинтовой пехоте занять позиции у прибортовых отсеков. Капитаны и разумы других кораблей договаривались менять строй, выстраиваясь в защитную звёздчатую позицию по трём осям с промежутком в километр, чтобы иметь охват из всех орудий…

Так. Это чего это они в боевой порядок встали? А, ну так это же я сам отдал приказ, нажав соответствующую кнопоньку на капитанском мостике.

Отлично. Незнакомый ковбой, вошедший в салун с бандитами, достал из кобуры трёхсотвосьмидесятиствольный кинетический револьвер и целится в них всех разом!

И ведь, что характерно, этот манёвр оказался успешным.

Досмотровая группа остановилась примерно в десятке километров от нашего тесного строя. Тоже встала в боевой порядок. Корабли Олдриных до нас так и не долетели. И барон Строганов-Сапегин так и не перезванивал.

Ещё спустя минуту один здоровый, немолодой линкор Ганзоригов сдвинулся с места и начал менять орбиту в нашу сторону.

– О! Так это же Яшка! – воскликнул Принц Евгений. – Катафалк ржавый. На ходу ещё. Мы с ним один раз знатно поцапались у лифта на Восточной Пангее.

– Знакомый, значит. А ты можешь спросить у него, чего они к нам лезут?

– Не удивлюсь, если это он из-за личных счётов решил. У Ганзоригов корабли часто на свободном выпасе. Капитан сидит в рубке и играет на варгане или домбре, а корабль сам решает, куда идти – как вольный конь в степи.

Вольный конь. Конь-то старый, наверное. Маразматичный даже. Мы сейчас этого коня стреножим, подумалось мне. Как минимум – замедлим. Нам ведь надо-то всего лишь ещё минут пять, и всё само разрулится, ведь так? Ведь так же, да?

Я призвал энергию большого взрыва. Сконцентрировался. Внутренний экран дал нужную наводку, координаты и увеличение.

А затем я ударил ударной волной.

Легохонько. Лёгкий такой щелбан дал по правому маршевому двигателю. Ротор-плазменный двигун кашлянул и ушёл в ошибку. Корабль плавно повело в сторону, здоровяк зарыскал носом, и тут же заверещал канал связи.

– Ты что себе позволяешь, придурок! – истерил запасной наследник Тенгиз Угэдеевич, красный от ненависти. – Ты совсем берега попутал, чернь герберская! Мы же тебя сейчас на кварки разберём!

Ну, когда ко мне так обращаются – самое верное решение перенять манеру общения.

– А ну, иди сюда, засранец вонючий, мать твою, решил ко мне лезть? Попробуй меня на кварки разобрать, я сам тебя на кварки разберу, наследник хренов, мерзавец, негодяй, гад!

А рука демонстративно легла на гашетку с залповыми рельсотронами.

– Саша, не надо!!! – завопила Октавия.

Кажется, это второй или третий раз за всё время, когда она меня для быстроты называет «Сашей». Потом ещё извняться полчаса будет.

Да не. Я спокоен, я меры знаю. Я не жахну.

Я ждал. Долгие пять секунд.

Связь оборвалась. И появился новый запрос на звонок.

Видео не было.

– Угэдей Четырнадцатый у аппарата, хозяин всего этого беспорядка. Граф Александр, рады приветствовать на орбите. Вы, как я понимаю, в гости к Олдриным, ведь так? Я так понимаю, по наследным делам?

– Рад приветствовать Угэдея Четырнадцатого, патриарха дома Ганзоригов. Насколько я понимаю, произошло некоторое недопонимание? Я собирался расположить нашу флотилю на двух лифтах в Административном Регионе. Флот Олдриных готов нас встречать. До того, как ваш наследник попытался взять нас на абордаж – у нас и мысли не было вступать с вами в открытое противостояние в космосе.

– Понимаю, понимаю, – вздохнул Угэдей Четырнадцатый. – Я уже провёл с ним краткую воспитательную беседу. Это мой шестой сын… очень, очень старательный малый. Предлагаю считать конфликт исчерпанным, как думаете?

– С радостью соглашусь с вами, – кивнул я. – А теперь разрешите мне проследовать к лифту, я за две недели только один раз сходил на твёрдую поверхность, уже соскучился по гравитации, знаете ли.

– Ну-ну, граф Александр. Не стоит так раздражаться. Понимаю, неприятно. Тут у нас флотские манёвры, знаете ли. Так совпало. Я наслышан, что вы успешно воевали с Ложными Кочевниками?

– С кем? – переспросил я.

– Вы называете их «Ордой», но мне больше нравится имя «Ложные Кочевники», Этим названием мы не оскорбляем дань предков, смешивая мир хрящезадых с древними традициями. Давайте мы с вами сядем у меня в юрте, скажем, послезавтра? И вы мне подробно расскажете, как обстоят дела на Гербере. А я расскажу о себе.

– Да, с радостью приму ваше приглашение. Вышлите точный адрес и согласуйте с моими людьми протокол визита.

– До скорой встречи, граф Александр.

Очень, очень мудрый человек, подумалось мне. Конечно, я согласился. Не только потому, что за минуту с небольшим он разрядил назревавшую ядерную бойню на орбите бывшей имперской столицы. Не потому, что мне так понравился его флот.

Я согласился встретиться, потому что вероятного врага лучше знать в лицо. Мне уже захотелось, чтобы он перестал мне казаться врагом, но позволить этого себе я пока не мог.

Не мог, потому что две недели назад мне пришло письмо от Лу, в котором она сказал, что моему сыну угрожает опасность. И самой очевидной причиной этой опасности был патриарх Ганзоригов.

Если выбирать между шикарным союзническим флотом из трёхсот восьмидесяти кораблей и жизнью моего ребёнка – пусть бастарда, пусть от нелюбимой женщины – я выберу ребёнка. Без вариантов.

Итак, проблема пока не разрешилась. Но первый шажок был сделан.

«Песецъ», «Принц Евгений» со мной и яхта Иоланты пошли на сближение. Остальные три корабля, включая Сирот Войны, ушли на дальние орбиты. Мы решили, что они всё-таки будут дежурить на орбите и стыковаться по очереди.

Полчаса ушли на выравнивание орбит и стыковку с лифтом Олдриных в самом центре Административного Района. Оживлённого, гигантского, с того самого, с которого мы стартовали с сухогрузом.

– Ну, как, Женя, чувствуешь приятную ностальгию. Ты же отсюда вылетал на мои поиски? – спросил я корабль.

– Отсюда, – вздохнул разум корабля. – Не очень-то приятная ностальгия. Обычно я стыковался в самом нижнем ярусе, тот ещё клоповник. Видите, кэп, какие корыта там стоят. Это сейчас мне красная ковровая дорожка на верхнем ярусе доков. Вы бы слышал, что мне сейчас мои бывшие братцы по флоту прислали…

– Ну, включи.

И он запустил голосовую связь.

– Ах ты мажор! Изменник! Свалил куда-то в жопу мира! А нам теперь тут одним лифт прикрывать! Засранец! Перебежчик.

– Капитан твой обрюхатил эрц-графиню, значит, всё можно, да? Вот придурок! Помпаж тебе на все двигатели!

Ну, и в этом роде. Завидуют! Это хорошо. Но я был уверен – никто ничего плохого Евгению не сделает. Размен был верный и справедливый. Олдрины мне – корабль, я Олдриным – генетический материал.

А красная ковровая дорожка после спуска на лифте действительно нас ждала.

Я даже не ожидал, что на прилифтовой площади можно было навести такое правдоподобное подобие порядка! Разбитые недореставрированные фасады завесили баннерами и голограммами, улицы подмели, вывели городскую гвардию местных олдринских легавых…

И оркестр. И тысячи репортёров. И, наверное, полмиллиона жителей руин Административного Региона, плотно облепивших все соседние улицы и высотные здания.

Ну я же просил без лишней помпы! Впрочем, раз Ганзориги всё равно всё поняли и так вот нас встретили…

Ну, а встретил меня лично Матвей II Вильямович Олдрин. Глава рода. Дедушка ЛуВ.

Он поклонился. Низко поклонился, несмотря на немолодой возраст и статус. Крепко пожал руку, провёл к длинному представительскому лимузин-глайдеру и предложил присесть. Он был одним из немногих на планете, кто реально знал моё имя, вспомнил я.

И реально знал, что я являюсь Героем Империи. Видимо, поэтому просто не мог отказать себе в удовольствии встретить нас подобным образом.

– Ваше сиятельство… Поехали в замок, Александр Игнатьевич. Лу, внученька моя, вас очень заждалась…