Текст книги "Трон галактики будет моим! Книга 7 (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16
Добро пожаловать домой!

О свадьбе договорились, что она будет через пять дней. Как раз во время окончания большого похода, на окраине Ганзориг-Сарая. Значит, с нашим «малым походом» надо уложиться в три, максимум – в четыре дня.

Итак, нас было трое – я, Вова Крестовский и Макс. По вооружению – почти всё было в рюкзаках и укреплённом глайдере сопровождения, который мы арендовали в Ганзориг-Сарае, ещё перед нашим турне.

Ну, и, разумеется, я подстраховался.

Примерно в половине дня пути от Охотничьего Дворца, когда шанс встретить охотничьи сотни Ганзоригов стал минимальным, мы повстречались с севшим в малоприметном каньоне «Скотинкой», который сгонял до «Песца» и привёз дополнительные арсеналы.

Как он сказал – в одиночку, без пилота.

– Если бы вы знали, чего мне это всё стоило… – возмущался он, пока мы вытаскивали штурмовую броню и запасы вооружения. – Одному! Незаметно умыкнуть на виду у всех… Под видом у сотни боевых кораблей. И с таким-то внешним видом! Была бы моя воля – я бы вообще из ангара не показывался! Как теперь возвращаться? Всем же понятно, что я мотался в эту вашу Пангею с тёмными делишками.

– Ну, соверши пару эволюций на орбите, что, в первый раз, что ли? – предложил я.

– А если бы Ганзориги запросят связь с пилотом? Что, мне самому отвечать?

Я усмехнулся.

– Придумай что-нибудь. Изобрази мой голос. Если нет – кричи, что ты нашпигован ядерной взрывчаткой и пойдёшь на таран, если они приблизятся!

– А я буду нашпигован ядерной взрывчаткой⁈ – с нотками ужаса в голосе вопросил Скотинка.

– А хочешь? У нас тут в рюкзачке завалялось вроде бы, да, Макс?

– Понял, – вздохнул Скотинка. – Я полетел.

Как только Скотинка взлетел, в паре метров от места посадки материализовался – вернее, вернул видимость – Капитан Немо. Мастер-серв, дворецкий Иоланты.

Мы разрабатывали операцию в тайне, но с его появлением, конечно, случился некоторый перебор, причём – исключительно исходя из решения самого Капитана Немо.

– Мог бы и сказать старику, что летишь у него в кузове, – пожал я плечами. – Или тебе доставило удовольствие незаметно прокрасться на борт?

– И ему не доверяю, – покачал безглазой головой серв. – Он излишне сварлив, и у него в анамнезе упоминание бунта Бендера в положительном ключе. К тому же, я хотел, чтобы никто на яхте и других кораблях не заметил моего отсутствия.

Ладно уж, у всех свои причуды, и страсть к мимикрии и незаметности шла ему только на пользу. Вместе мы установили квадробластерную турель на крышу глайдера и помчали дальше.

Октавия тем временем сняла с орбиты, наложила на имеющиеся карты и актуализировала схему поместья.

Я вспомнил его. Резные белокаменные строения с красными черепичными крышами на берегу крупной лагуны на изрезанном побережье, в сотне километров к югу от последнего на континенте, Дальневосточного Лифта.

Лифт, как я мог понять по съёмкам из космоса, находился в стадии восстановления. Вокруг него – движуха, строительный городок, суда строительного холдинга Унаган, подконтрольного Ганзоригам. Как, собственно, и практически всё на континенте.

Ну, мы сразу взяли южнее, чтобы не попасться на глаза. Заповедник кончился, Первосолнце зашло, когда нам оставалось километров триста до цели.

Там нам повстречался первый кордон безопасности, отделяющий жилое побережье от заповедника.

Пятиметровая стена с севера на юг, пять тысяч километров через весь материк. Не проехать глайдером, даже на глайдербайке с трамплином – не особо перескочить. Ну, гипотетически… я мог бы воспользоваться Энергией Большого Взрыва, и даже не гиперброском – атмосферной левитацией. Но я решил сделать проще.

Просто направил весь наш караван на контрольно-пропускной пункт. Вырулили на трассу и встали в небольшую пробочку, состоящую из автобусов, ржавеньких грузовиков, глайдербайков и гужевых повозок. Даже колёсные повозки были! А, казалось бы, столичная планета… Наш бронированный глайдер, ощетинившийся парными квадробластерами под управлением Макса замыкал процессию. Капитан Немо, включив невидимость, сидел на заднем сиденье, высунувшись из люка и держа наготове турель.

Мало ли чего.

По-южному неспешные охранники на КПП заволновались, только когда нашей процессии осталось метров двадцать до двойных ворот с башенками, и нас высветил тусклый прожектор.

Квадробластерная турель тут же уставилась нам в кузов. Сверху завис дрон, тоже с прожекторами и какой-то нехилой пукалкой.

– Ну и? – ответил я вопросом на немой вопрос солдафона у ворот, в полном охренении глядевшем на наше вооружение.

– А вы… вы чего? Это… – солдафон махнул в сторону квадробластеров на крыше глайдера.

– Не подскажите, как проехать к музею-усадьбе Принца Александра? Это верные ворота? – встрял Владимир Крестовский.

– Эм… э… Ну да.

– Так мы проедем? – я махнул бластером в сторону ворот.

– Вы по какому праву с крупными стволами ездите? Вы из какого подразделения? – раздался уже куда более уверенный голос из башенки у ворот.

И прямо в лицо засветило чем-то ярким. Терпеть не могу, когда так делают.

Ох, как мне хотелось ответить – «на правах полноправного владельца музея-усадьбы». Ведь так и было – она оставалась у меня во владении. Только вот статус Александра Леонова-Иванова, до сих пор по всем метрикам находящегося в Пантеоне, подразумевал статус земли как «ничейную» или «выморочную». А поэтому статус моего нахождения там как хозяина ещё следовало долго доказывать…

Между тем, нахождение в Академии всколыхнули воспоминания о малоиспользуемых методиках Энергии Большого Взрыва. Ну-ка, попробуем… Вспомним кое-что из старых тактик.

Недолго думая, я создал небольшой купольный щит, закрывавший полусферой мне голову со всех сторон, и пропускавший только пятьдесят процентов светового излучения.

Системе это понравилось:

Освоено улучшение техники императорского дома «Щит» – «Зеркальный щит первого уровня».

Мигом разглядел стоявшего наготове командира и как-то ненавязчиво, вообще не изображая, что прицеливаясь, повернул дуло бластера в его сторону. Ну, просто обозначить, что прекрасно вижу цель, и настроен решительно.

Ну, и дополнительно решил надавить авторитетом.

– Предположим, что я нахожусь так как высокопоставленный гость, граф планеты Гербера, регент князя Орхидейского и Сефиротского Иннокентия, губернатор имперского города Королёв. Устроит вас?

Повисла вполне ожидаемая пауза. Ну, не удивительно – в инструкциях у вояк ничего про инопланетных графов написано не было.

– Чей гость? – уже куда более осторожным тоном осведомился командир.

– Угэдэя Четырнадцатого. У нас с ним состоялся некоторым образом неожиданный курултай, знаете ли. А следую я в музей Принца Александра, чтобы сорвать цветы с его личного цветника. Для букета на свадьбу высшего офицера Угэдея и фрейлины моей ученицы.

– Да они гонят! – сказал кто-то из солдат. – Дай-ка я им пропишу!

Макс тем временем остановил глайдер и, как всегда с трудом, вылез из кабины. Встал рядом. Ноги размять.

И вот как-то в очередной раз взгляд на вполне себе спокойную морду Макса резко поменял решение вояк.

– Вряд ли они с пушками по материку будут шарохаться без данного на то разрешения, – услышал я чью-то реплику.

Секундное замешательство – и нас, разумеется, пропустили. Напоследок командир, салютовав, сообщил.

– Ваше Сиятельство, приносим извинения за задержку. Только вы зря туда с этим едете. Там имперская территория, уже не наша юрисдикция. Вас с квадробластерами всё равно не пустят.

Местность тем временем вдоль дороги менялась и становилась куда более обжитой. Тут и поля, и оливковые сады, и виноградники, и небольшие эвкалиптовые рощи. Затем потянулись теплицы и хутора – с не бедными, как и положено в столице, домиками, местами – с вооружёнными сервами.

Проехали мы и мимо двух здоровенных кратеров с прудами и террасами по центру у каждого. Да, весело мы тогда покружили на орбите, крупные обломки раскидало по всей планете…

А в голове то и дело срабатывало лёгкое чувство дежавю. Я здесь уже точно бывал когда-то давно, ландшафт, конечно, сменился, но не так, чтобы смертельно.

– Заночуем тут, – решил я, по наитию свернув в сторону одного из хуторков.

– Я ухожу на разведку, – сообщил Капитан Немо, поменялся местами с Вовой и укатил на глайдере в сторону побережья.

Правильно, ему-то ночевать незачем.

Заехали удачно – семейство за большим уличным столом собралось на какое-то празднество с кучей гостей из округи. В таких случаях не знаешь порой – то ли свадьба, то ли похороны, то ли день рождения у кого-то. Горланили старые песни под гитару, смеялись, пили крепкие безалкогольные напитки – в общем, вполне себе душевно отмечали.

И, главное, снова чувство, что я тут уже был.

Про нас даже не спросили, кто мы такие и зачем пришли.

– Кум? – спросил меня слегка осоловевший мужичок, освобождая сиденье рядом.

– Он самый, – кивнул я, смело откручивая на блюде зажаристую ногу от чего-то съедобного, напоминающего индейку.

На Макса набросилась малышня – облепили вдесятером, утащили играть в догонялки. Мы же с Вовой наелись досыта, и потом пожилой хозяин дома повёл нас отночевать в гостевой домик в конце усадьбы, ведя через длинную крытую галерею.

– Мне внучатый племянник из гвардии только полчаса назад сказал, что вы – граф, – ворчал седой старик. – Сказали бы сразу – я бы встретил по-людски. А то – вон как всё вышло. Балаган, ещё и эти с гитарами пришли…

– Бросьте. Мы явились как незваные гости, и всё прошло отлично, – успокоил я хозяина. – Вас же Александр зовут? И меня тоже.

– Да… В честь принца Александра назвали… После первых его побед над Ордой.

Старик остановился около тускло подсвеченного голографического фотопортрета на стене. Я взглянул на него – и вздрогнул.

Потому что это была моя фотография. Прошлого меня – сорокапятилетнего, как раз в последний год перед моей финальной битвой.

А на руках у меня был младенец. Я лыбился довольно, а на заднем фоне стояли молодые родители.

– Вот он. А это – я! – с гордостью сообщил старик. – Мы с ним один день родились, в день Десантника. Он на пути от лифта до поместья иногда заезжал в виноградник в соседний хутор, к Смирновым. Так дядюшка Сергей, покойник, его специально к нам привёл, меня показать.

– Получается… вам сто один год? – прикинул я.

– Именно так! – улыбнулся дед. – Вы, Ваш Сиятельство, я погляжу, хорошо его биографию знаете, за это вам уважение.

– Мы с господином графом большие поклонники его полководческого таланта, – добавил Владимир.

– Стало быть, в музей едете? – догадался мой тёзка. – Осторожнее будьте… уж больно лихие там охранники. Помню, в прошлому году пошёл, говорю, мне положено по пенсионному бесплатно – они меня едва взашей не вытолкнули! Ну, впрочем… вас-то они точно не тронут.

А сам на Макса зыркнул.

Макс заночевал снаружи, в домик попросту не поместился – мало, что росту приличного, так ещё и народ здесь жил низкорослый.

Капитан Немо вернулся на глайдербайке рано утром, подробно описал расстановку и всю имеющуюся на территории охрану и системы защиты.

В целом – ничего напоминавшего военную базу, самый настоящий музей. Всё те же стены и ворота, несколько защитных дронов по периметру, ну, и бойцы.

– В основном – люди, несколько сервов Лорес-103, господин, – доложил Капитан Немо. – Что выглядит странным, модель не так распространена на материке. С виду подозрения не вызывают. У одного был открыт профиль – частная военная компания «Лев», зарегистрированная на Тарлане, судя по данным – около пяти лет назад выиграла тендер на обслуживание музея.

– «Лев», значит. Интересно, кто так не боится смешения до степени узнавания с императорской фамилией…

И уже когда мы уже ехали дальше, Вова вдруг резко затормозил и сообщил:

– Кира говорит, что связной уже в пути и спрашивает, буду ли я один?

– Напиши, что будешь один, – кивнул я. – Макс, подежурь неподалёку. А я пойду отдельно…

Так и поступили. Макс с Немо затормозили в ближайшем к поместью городке, встав на стоянке для дальнейших указаний.

Дальше мы поехали вдвоём. Вова шёл впереди, я – через пару сотен метров. Он припарковал глайдербайк на большой и почти что пустующей сейчас парковке и пошёл пешком ко входу.

Ну, и потом… потом меня окончательно начали долбить в затылок воспоминания. Очень многое почти что и не изменилось. Деревья стали выше, небоскрёбов в городе с обратной стороны лагуны – больше. Брусчатка на входе та же. Виноградники взбираются по горе наверх. Даже мангово-мандариновый садик – на месте, хотя деревьев сильно поменьше, и наверняка уже все новые. Надо же, молодцы, хоть что-то поддерживают…

Вспомнилась и Марианна, конечно. Так звали мою последнюю девушку перед Пантеоном. Именно с ней мы жили в этом поместье, именно с ней мы чуть не создали семью. Не то, чтобы я вспомнил это сейчас с болью – скорее, с приятной ностальгией и размышлениями. Интересно, всё-таки, были ли у неё от меня дети? Внук. Надо будет при случае спросить у Октавии, прояснилось ли что-нибудь по этому поводу.

Цветник, который она собственноручно, кстати, до сих пор был на том же месте, у входа, хоть и росли там совсем другие растения. Надо будет, кстати, сорвать парочку для проформы. Как-никак, Ганзориги думают, что я именно для этого сюда и прибыл.

Мой взгляд скользил дальше. От пристани для водных глиссеров почти что уже ничего и не осталось. Стены самой усадьбы не красили и не ремонтировали уже пару десятилетий…

Стоп? А это что за фигня! Здесь этого здания не было…

Двухэтажная кривенькая, но уже достаточно обветшалая не то казарма, не то какое-то общежитие возвышалась на месте бывшей стоянки моего личного челнока, обнесённая отдельным заборчиком. Ладно, что поделать, смысл возмущаться – и то ладно, что не снесли подчистую и не воздвигли какую-нибудь высоченную хрень в мою честь. Чтобы потом в ходе смуты разграбить и запустить.

На входе в усадьбу, конечно же, вместо привычных мне ворот стояли две стеклянные входные группы с кассой для продажи билетов и двумя рядами сувениров.

Над воротами – мой голографический портрет. С развевающимися лохмотьями плаща. Что-то очень часто меня таким изображают, я посмотрю. Я даже и не припомню, чтобы носил такой плащ.

А ребята на стенах были серьёзные. Очень серьёзные. Такие ребята не служат охранниками в старинных музеях-усадьбах. У них явно есть и какая-нибудь другая цель…

Я шагнул вперёд. Грозного вида тётка, даже не взглянув на меня, привычно-монотонным голосом начала:

– Сударь, для прохода на территорию усадьбы надо приобрести… стоп…

В конце фразы она осеклась, потому что в воротцах зажёгся зелёный свет, и они открылись, едва прочитав мою физиономию.

Видимо, или кто-то подсуетился, или система безопасности поместья, хоть и пережила пару десятков обновлений – всё ещё помнила мою биометрию. Либо…

«Вы вступаете на территорию прямого имперского подчинения»

«Добро пожаловать домой!»

Ясно. Империя Терровна подсуетилась. Или Тёмненькая наша тайная суперадминистраторша. Или – обе две разом

А по тропинке ко мне уже бежала худенькая девушка в старинном уже теперь комбинезоне пилота, расплываясь на ходу в улыбке.

Хм, а неплохой вариант для формы экскурсовода.

– Ваша Светлость! Ваша светлость, мне уже сообщили! Доложили, что прибудете! Мы так рады вас приветствовать в нашем музее. Я ваш экскурсовод, сегодня мы совершим удивительное путешествие в личное пространство героя галактики, чудом сохранившееся после налёта Орды…

Вот так вот, значит. Не вышло у меня инкогнито. Ладно, домой, значит – так домой. Посмотрим, что там внутри.

Хотя предчувствие у меня уже было не очень хорошим.

Глава 17
Крайняя пачка чипсов Принца Александра

Я машинально кивнул экскурсоводу и поймал взглядом Вову впереди – он уже заходил внутрь в сопровождении девушки в точно такой же форме. Что ж, всё понятно – посетителей мало, а штат набрали такой, что на каждого хватит. Ну, так даже лучше, подумалось мне. Не будем ходить вместе и не будем привлекать внимание.

– Мы идём через сад… В этом саду собраны все те же растения и деревья, которые росли у Александра Игнатьевича…

То тут, то там вспыхивали и совершали какие-то типичные действия мои силуэты – всё в том же странненьком плаще. Чего они так прицепились к этому плащу? Они серьёзно думают, что я по саду буду щеголять и манго срывать, облачившись в парадный развевающийся рваный плащ?

– Александр Игнатьевич везде носил этот плащ? – не выдержал я.

– Конечно! – воодушевлённо сообщила девочка. – Он не расставался с ним, начиная с одного из первых своих боёв! И именно в нём, в этом самом плаще он и принял свой последний, легендарный бой… Именно в обрезках плаща останки Принца Александра и были транспортированы на вечное хранение в Пантеон…

На языке так и зудело сообщить, что все глубоко и грубо заблуждаются. Ну что за пафосный бред-то? Какой, к чёрту, плащ! Я вспомнил, как это всё называется – эффект Манделы, или вроде того, в честь какого-то древнего правителя из Пантеона, который, как все думали, давно умер, хотя он продолжал жить. Эффект ложной коллективной памяти, в общем. Наверняка кто-нибудь из живописцев первых лет после войны изобразил арт с моей фигурой с этим самым плащом – а затем все за ним повторяют.

Апофеоза, конечно же, это всё достигло внутри. Нет, очень многое ударило по мозгам ностальгией. Кое-что из одежды, почти вся мебель. Но мало того, что они при реконструкции перепутали назначения комнат – то, что являлось моим кабинетом, оказалось моей спальней, и наоборот. Так ещё и повсюду встречались абсолютно безумные штуки.

Например, в углу, где когда-то стояло мусорное ведро, на полу под полупрозрачным колпаком лежала упаковка от острых бататовых чипсов с подписью «Последние чипсы Принца Александра». Я помню, что такие продавались когда-то давно в моё время, но никогда особо не любил подобные снеки. Эксурсовод же продолжала нести высокопарную пургу.

– Последний раз принц Александр был в поместье за три недели до своего последнего боя… Он не любил говорить слово «последний», всегда предпочитая слово «крайний»…

– Кхе… – не выдержал я. – Какой неожиданный факт про моего знаменитого тёзку! А расскажите подробнее про вот эту пачку чипсов на полу?

– Александр Игнатьевич очень любил острые бататовые чипсы фирмы «Френдс». Недавно наследник компании, тут совсем недалеко, восстановил по старинным рецептам производство, и вы можете отведать их в нашем кафе…

– Погодите, то есть вот из этой пачки ел чипсы Принц Александр? Так? – продолжал допытываться я. – И если мы возьмём соскоб, или проведём анализы – то там может быть его генетический материал?

– Именно так! – сверкнув глазками, сообщила экскурсовод. – Генетический материал!

– А если не найдём? – мрачно предположил я.

– Это абсолютно исключено.

– А это кто на старой голографии?

Там я стоял молодым, в полуобнимку со своей однокурсницей по Академии… Как её звали-то? Кажется, Жанна.

– О! Это первая и единственная любовь принца Александра! Их история любви покрыта тайной и неизвестностью, потомки тщательно скрывают возможную связь и генетическую связь…

– А как же Марианна Демидова, вот, вижу голографию, это кто такая?

– Эта удивительная женщина была управляющей поместьем после смерти Александра. Потом здесь, до прихода Ганзоригов, непродолжительное был районный пансионат для ветеранов войны с Ордой…

Я бы так и продолжил мучать бедную девушку-экскурсовода, если бы не обнаружил, что Вова в сопровождении её коллеги вышел через задний вход во двор и направляется прямиком к тем самым казармам, у которых уже стоял снаряжённый глайдер.

И сообщение короткое на внутренний экран пришло.

«Меня сейчас куда-то повезут», – сообщал Владимир.

– Прошу простить. Срочные дела, – сказал я экскурсоводу, поспешив во двор.

А там уже надрывался старец в лохмотьях, отдалённо напоминавших тот самый плащ:

– Истинно вам говорю! Творцы открыли мне правду! Пантеон пуст! Принц Александр Леонов-Иванов снова явиося в мир и спасет руцей железной скй греховный народ!

– Не обращайте внимание, ваше сиятельство, это местный… местная достопримечательность, – семеня сзади, сообщила мне моя сопровождающая. – Куда вы? Нам ещё… так много надо показать. У нас есть уникальный архив младенческих голографий принца Александра и статуэтки всех его статуй на известных планетах. И ещё… ваше сиятельство… меня будут ругать, если выяснится, что вы рано ушли…

А к ней тут же у выхода из поместья присоединилась ещё целых четыре девушки.

– Господин граф… Ваше сиятельство! Куда же вы, не уходите!

И, главное, такие милые, юркие такие, в этих костюмчиках пилотов – суетятся, буквально мне дорогу преграждают.

Ах, какая жалость! Бедные, несчастные девушки рискует потерять работу из-за меня. Нет, серьёзно, мне было её очень жаль, но на другой чаше весов у меня была потеря следа за одной из самых опасных антигосударственных группировок в галактике.

– Милые дамы! Разрешите пройти.

Чёрт бы побрал все эти шпионские игры! Терпеть не могу! Моё занятие – рукопашка в открытую, или, на крайний случай, общегосударственные интриги и разборки. Но точно не такого вот рода дела. Но ничего не поделать. Назвался груздем – полезай в кузовок. Если уж решил заниматься контрразведкой – надо идти до конца.

Но вот ведь заразы – неразбериха и орущий сбоку старец заставили меня на пару секунд отвлечься. Я потерял из виду Владимира, и когда вышел на парковку – глайдер, который подобрал его у тех самых казарм, уже не было видно.

Тут до меня с некоторым запозданием дошло, что не стоит привлекать внимание своей поспешностью. Вполне возможно, что они знают, кто я, знают, что я связан с Владимиром и знают, что я – рядом. И могут догадаться, что всё это – тайная операция.

Впрочем, когда я уже подходил к своему глайдербайку, Вова снова успел набрать пару сообщений через внутренний экран.

«Едем на запад вдоль ограды поместья. Повернули, тут двойные ворота. Какая-то фабрика чипсов».

«Допытываются про тебя. Сказал, что ты ничего не знаешь».

Ладно. Значит, точно не стоит спешить. Я резко сбавил темп, неспеша дошёл до глайдербайка, открыл бардачок, достал оттуда припасённую армейскую фляжку с холодным чаем и не спеша её выпил.

Затем включил коммуникатор в режиме аудиозвонка… И позвонил Владимиру.

– Ты где? – строго спросил я. – Мы договаривались встретиться в музее.

– А я тут… это самое… – как-то нерешительно промямлил он в ответ.

– Что – это самое? Нам скоро надо ехать. Ты куда пропал?

– Господин учитель… – он перешёл на шёпот. – Тут… у меня вроде как свидание.

– Чего⁈ – нахмурился я. – Здесь? Свидание? Эта, как её…

– Ага.

– Так вот же чего ты вместе со мной попёрся. Ах ты грязный мелкий кобелюка! Ладно. Только недолго. Погуляю пока что здесь.

Ну, как мне показалось, разыграно было на крепкую «четвёрочку». Вполне убедительно, мы с Вовой молодцы. Раз уж они знают, что я здесь, и знают, что я прибыл вместе с ним – пусть и подумают, что я действительно понятия не имею, зачем он и куда намылился.

Одно меня беспокоило – если там действительно Кира… Если она и есть – связной… То всё может оказаться для Вовы тем ещё испытанием.

Через пару минут разговора Владимир написал мне:

«Мы приехали. Какой-то заброшенный цех. Тут рядом, за горой. Вижу стену поместья за деревьями».

Что ж, похоже, наша хрещевая рыба проглотила наживку. Я выслал сообщение Октавии. Пусть готовит поддержку с орбиты.

Сам же я вернулся в поместье в объятия толпы экскурсоводов.

– Фляжечку взял! – объяснил я своё внезапное отсутствие.

Ну, им же совсем необязательно знать, что у меня в этой самой фляжечке, ведь так? Меня тут же обласкали, задарили сувенирами и повели дальше по экспозиции. Показали мне мой флот, участвовавший в битве. Да, неплохие макеты кораблей. Вполне всё точно – эти данные, что логично, были занесены во флотские базаы данных, и их переврать было куда тяжелее, чем личные детали моей биографии.

Я периодически отхлёбывал чай из фляжечки, изображая радушие и увеселение. Даже несколько скабрезных шуток «на грани» отпустил – по поводу декольте у покойной императрицы на том самом параде, того, что и в каких позах принц Александр сделал с Ордой в том сражении, ну, и в таком духе. Пусть думают, что я заезжий дурной провинциальный феодал. С придурью, в общем.

Затем я решил сделать паузу, отправился на террасу в задней стороне поместья, в которой было организовано кафе для посетителей. Расположился вольготно на краю с видом на виноградники, заказал бизнес-ланч. «Флотский сухпаёк» и те самые чипсы из батата, которые явно были маркетинговым ходом кого-то, кто решил нажиться на моей славе.

Октавия доложила о том, что «Солнышко» и «Скотинка» вышли от лифта на круговую орбиту с прохождением прямо над поместьем.

«Немо и Макс. Выдвигайтесь, первый поворот налево по дороге к поместью», – приказал я, подкрепив примерными координатами.

При этом неспешно допил чай, закусил кулебякой и спросил у услужливой официантки:

– А что там? Это же виноградники? Как интересно!

– О, да! – воскликнула она. – Это знаменитый сорт «Палец Ведьмы», первые лозы который Александр посадил в последний год своей жизни… У нас в меню есть безалкогольное вино…

– Спасибо! Я обязательно попробую его позже, – сообщил я, продолжая разглядывать террасы с виноградниками.

Конечно, никакой «Палец Ведьмы» я тогда не сажал. Возможно, Марианна что-то говорила про него, название показалось мне знакомым. Возможно, это она посадила их несколько позже – но точно это был не я.

Это всё было в прошлом, и это всё было неважно.

Важен был мой ученик за этой стенкой, оказавшийся в логове врага. И что-то уж больно долго он не выходил на связь.

Я незаметно встал и зашагал прямо через виноградники к ограде. Помню, там, на горе, на краю поместья, была беседка, с которой открывался отличный вид на всю лагуну. Вот, заодно, посмотрим, сохранилась ли она.

Мой первый экскурсовод, всё ещё дежурившая неподалёку и ожидавшая, что я вернусь к экспозиции, спохватилась не сразу и принялась меня догонять.

– Господин граф! Погодите! Просмотр виноградников обычно проходит в самом конце, на закате, вы не досмотрели выставку детских поделок на тему Принца Александра!

Ну, я не обращал внимание и бодро шагал вперёд.

Беседка там была – правда, уже совсем не та, не деревянная с витыми перилами, а какая-то пластиково-керамическая, ненастоящая, хоть и сделанная под старину.

Только я взглянул на прекрасный вид поместья и лагуны за ним, как услышал приглушённые крики и выстрелы за забором. Ну, и сообщение пришло.

«Помогай!»

И ветер донёс до меня запах, который я уже давненько не чуял – запах жжёной под бластерными выстрелами листвы. Ага, значит, началось.

И точно – той самой казармы напротив стоянки челноков тут произошло же какое-то движение. Сперва выбежало несколько охранников из той самой частной военной компании «Лев». Затем, один за другим оттуда повылетали сверхлёгкие глайдербайки, пошедшие вокруг горы, вдоль ограды поместья – около десятка.

Пустых глайдербайков, как мне показалось. Кому это нужно, интересно, делать беспилотные глайдербайки?

А через виноградник то ли ко мне, то ли к стене замка уже спешили охранники, послезавшие с башенок.

Никакой калитки, никаких дополнительных ворот я не увидел. Может, они где-то и были, тайные, прикрытые голограммой, например, но я решил проблему проще. Недолго думая, активировал силовое копьё помощнее и раздолбал им секцию каменного забора, пробив дыру диаметром метра полтора. В которую без труда пролез.

– Что, не ждали, сучечки⁈ – зачем-то озвучил я своё эффектное появление.

Оглядеться я толком не успел. Похоже, небольшой кусок в самом центре рощи на горе вырубили ещё чуть меньше века назад, сразу после моего появления, построив здесь что-то вроде небольшого цеха. А потом всё снова пришло в запустение. Причём, к несчастью, очень густо заросло молодой порослью.

А спустя пару секунд ро мне открыли огонь из квадробластера, откуда-то сверху, с крыши невысокого здания, прямо через деревья. И ещё из двух бластеров сбоку.

Щит, щит, ещё раз щит! Не в том смысле, в котором вкладывали в это слово носители вымершего языка из Пантеона. В смысле – выставил здоровый щит перед собой одной рукой, защищаясь от квадробластера, а второй, в ладони, принялся ловить мелкие болты от ручных бластеров.

Затем я прыгнул к каким-то бетонным блокам, приноровился и послал силовое копьё в сторону квадробластера. Раздался грохот и крики, и какое-то время он замолчал, хотя я точно не понял, попал ли я, или нет.

Я оценил число стрелявших всего в полдюжины человек, но вот ведь зараза – из-за бурной растительности и обилия укрытий на полузаброшенной площадке видно их было не очень. Ну, хорошо, что мой внутренний экран, являясь экраном суперадминистратора, обладал парочкой функций, которых нет у простых смертных. Поиск силуэта противника, например, определение до цели – в общем, ещё пара копий ушло в сторону стрелявших.

Где-то скрипнули ворота. Глайдербайки выезжали из казармы, вспомнил я. Они уже на подходе. А затем мимо меня, чётко параллельно забору пролетел вояка. Далеко пролетел, метров двадцать. Тоже силовое копьё! Значит, жив Вовундер, не пришили его!

– Я зде-есь! – переходя на фальцет, заорал где-то совсем рядом Вова. – Тут, за туалетом! Всё, сил больше нет!

Использовать в качестве укрытия бетонное здание туалета, прилепленное к забору поместья – не сильно красит полноправных членов системы наследования, коими мы с Вовой являлись, но в качестве передышки – самое то.

А передышка была нужна. Потому что по всем признакам мы оказались окружены. Сейчас ещё глайдербайки подъедут.

Ну, а следом… следом меня прямо-таки придавило к полу. В прямом смысле, едва не размазало до хруста костей. Вокруг посыпались ветки эвкалиптов, бетонные блоки туалета сбоку затрещали, готовясь меня придавить.

Что за чертовщина⁈ Примерно такое же чувство при перегрузках эдак в четыре-пять «жи». До меня допёрло не сразу. Я такое видел только в старых видеохрониках ещё в Академии.

Техника «Молот» это. Она же «Кувалда». Примерно как гравитатор у глайдера, только наоборот, локальное усиление гравитационного поля.

Мощная, очень мощная. И очень редкая.

И тут выстрелы в мою сторону прекратились. Обычно такое происходит, когда нападавшие производят перегруппировку. Когда они собираются подойти поближе и добить…

На пару секунд меня отпустило, я напряг мышцы и приподнялся. Скастовал щит себе под ноги, что позволило мне немного отдохнуть и выпрямиться. И выстрелил буквально неглядя, налево, в сторону бойцов. А затем включил Кокон – и очень вовремя. Прицельные выстрелы посыпались прямо в меня.

Но потом придавило ещё сильнее. Неизвестный мне адепт Энергии Большого Взрыва следит за мной. Прямо-таки наблюдает. Да уж. И, главное, система молчит! Это никакой не ранговый поединок, не честная дуэль, то есть. я буквально сейчас буду драться не на жизнь, а на смерть со способным, обладающим Энергией Большого Взрыва, при этом никак не ограниченном в способах и жестокости её применения!