Текст книги "Русский волк (СИ)"

Автор книги: Андрей Астахов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 30 страниц)

Глава 43

***

– И ты согласился? – спросил Каз, когда я сделал паузу, чтобы выпить очередной кубок отличного эльмарнского вина и заесть его грудкой великолепного печеного фазана, которыми славилась гостиница «Эльмарнский щит» – Прогуляться с вампиромагом, это, знаешь ли, что-то.

– Я не мог не согласиться, – ответил я, прожевав мясо. – И еще мне было интересно.

– Продолжай, – попросила Беа: чувствовалось, что она просто умирает от нетерпения. – Что было дальше?

***

Зал, в который привел меня дук Граэм, был невелик и лишен окон. Совершенно пустой зал, всю обстановку которого составляли четыре невысоких пьедестала из черного камня, и на каждом лежал предмет, похожий на крупное неровное яйцо из мутного темного стекла. Внутри предметов мерцали тусклые красноватые искорки.

– Вот моя главная тайна, – сказал Граэм, обратив на меня невидящие глаза. – Я вампиромаг, это верно, но не кровь смертных питает мою жизненную силу. Наверное, сложись бы все по-другому, я поступал бы так же, как и любой Измененный, забирая жизни, чтобы продлить свою.И я бы не испытывал мук совести – у меня была великая цель, и я не мог поддаваться слезливой слабости и человеколюбию. Но мне не пришлось похищать жизни. После сражения за Вингомартис я обрел источник силы Анги, которая все эти века поддерживала меня. Знаешь, что это за кристаллы? Это сердца Первосозданных. Сердца Квинакора, Туэльда, Марниса и Йоккахара, четверых из пяти древних небожителей, сражавшихся с Безумием.

– Как ты смог добыть их?

– Не я. Обре Неми, единственный маг-эленширец, состоявший в Румастардском Круге. Он искал путь в Альтион, и в этом наши желания совпадали. Однажды я пригласил его в Эльмарн, и мы заключили тайное соглашение. Я снабжал его деньгами на исследования. Неми добился своего – он сумел пройти в Закрытую Реальность, нашел сердца Первосозданных и принес мне. Это их сила питает меня.

– Наверное, Скиталец должен узнать об этом, – заметил я, глядя на мерцающие артефакты.

– Он узнает. От тебя.

– И в чем смысл?

– В надежде, о которой мы говорили. Она скрыта в безднах Драконеума, древнего могильника Первосозданных. В древнем Источнике, из которого они некогда вышли. Если сердца Первосозданных омоются в вечном снеге и неугасимом пламени Источника, ушедшие вернутся.

– Но в этом случае…

– Да. Моему бессмертию придет конец. Или же я должен буду похищать жизни.

– Невеселый выбор, – произнес я.

– Однако он неизбежен. Новая война не за горами, и на этот раз нет никакой возможности избежать участия в ней. Я веками пытался сделать так, чтобы Эльмарн оставался в стороне от жалких войн между смертными. Но теперь Проклятый вернулся, и его победа означает гибель Аркуина и окончательный закат моего народа. В этом есть и часть моей вины, с моей помощью было разрушено заклятиеАльтиона.

– Полагаешь, я смогу с ним справиться?

– Ты Ожидаемый. С тобой связана последняя надежда для Аркуина. Если ты потерпишь поражение, остановить Проклятого будет некому.

– Герой поневоле, – с горьким смешком сказал я. – Совсем как в той игре: «Товарищ Иванов, уничтожь танк! Товарищ Иванов, захвати штаб! Товарищ Иванов, убей снайпера! Товарищ Иванов, выиграй войну в одиночку!» И никто не спросил моего согласия.

– Высшие силы не спрашивали твоего разрешения, когда ты должен был родиться на свет. Ты просто родился. Или ты этому не рад?

– Просто брюзжу, – я вздохнул. – Чего же ты хочешь, государь?

– Я помогу вам выполнить часть пророчества, связанного с Вингомартисом. Взамен ты должен убедить Скитальца, что мой народ в этой войне должен выступить под знаменем с ястребом, а не с косулей.

– То есть, эльфийскую армию должен возглавить не король Эленшира, а ты?

– Да. У короля Авреля есть будущее, у меня нет. Я стар и хочу одного – умереть в битве. Уйти в славе, как уходили герои древних легенд. Я устал. Нет ничего страшнее вечной жизни, почти неотличимой от смерти.

– Такое желание заслуживает уважения.

– Я рад, что ты понимаешь меня, Ожидаемый.

– Лично я готов на такой союз. Как по мне, чем больше у нас союзников, тем вернее шансы на победу. Но окончательное решение должен принять Скиталец. Я могу лишь обещать, что в разговоре с ним буду очень убедительным.

– Иного ответа я и не ждал, – ответил Граэм с усмешкой. – Расскажи ему обо всем, что видел здесь. Конечно, времена изменились, Джослав Лотиец и Граэм Геллерин стали другими. Скажи Скитальцу, что я сожалею о своем выборе. Все эти годы он избегал меня и не показывался в моих владениях. Пришло время забыть о старых ошибках.

***

– Сердца Первосозданных? – с недоверием спросила Беа, выслушав мой рассказ. – Учитель не рассказывал о них.

– Все это похоже на хитрую ловушку, – заметила Флавия. – Доверять магу, а тем более вампиромагу ни в коем случае нельзя.

– Почему же он выпустил меня и всех вас из замка, если это была ловушка? Дал мне пропуск на беспрепятственный проезд по землям Эльмарна и обещание помочь? – возразил я.

– Потому что не ты ему нужен, – с раздражением ответила Флавия. – Ему нужен старик. Я же говорила, в Эльмарне нас не ждет ничего хорошего.

– Хитрый эльф хочет выгоды для себя, – отозвался Каз, вытирая жирные пальцы о скатерть. – Мы сделаем для него черную работу, а он снимет все сливки, клянусь Огнем и Железом!

– Граэм уточнил, как он собирается нам помочь? – спросила Беа.

– Нет. Да я, честно сказать, и не спрашивал.

– Надо поскорее встретиться с учителем Рамимором, – подытожила демонесса. – Без него мы не можем принимать никаких решений. Особенно таких важных.

– Что, опять старик будет решать? А мы мордой не вышли? – Я почувствовал раздражение. – Или так и будем спрашивать взрослых, что нам делать, а чего не делать?

– Мне не нравятся твои слова, – глаза Беа потемнели. – Учитель много старше и мудрее любого из нас. Он искушен в магии высшего порядка, в которой ты, Сим, совершенно не разбираешься. И он один знает, как поступить.

– А мы, получается, так, пушечное мясо? – спросил я. – Быки для грязной работы? Лично я себя таким не считаю. И вам не советую относиться ко мне, как к дурачку на побегушках.

– Ты слишком много выпил, Сим, – заявила Беа, – и вино внушает тебе неправильные мысли.

– Нет, а почему я должен все время слушать кого-то? – Меня понесло, я уже не мог остановиться. – Тебя, старика, еще кого-то? У меня что, своей башки нет? Как мечами махать – пожалуйте, Сим Вьюгген, в первый ряд, кровушку проливать! Как принимать решение – давайте этого спросим, того спросим, да? Дебилы типа, нашему мнению ноль доверия. Когда своей головой думать начнем?

– Хватит орать, – поморщилась Беа. – Ты мне таким очень несимпатичен.

– И мне тоже, – добавил Эйтан.

– Ах да, конечно! – Я специально громко рыгнул, потянулся за кувшином с вином. – Мы же серим медовыми пирожками и не дружим с быдлом. А ты, – тут я наставил палец на Эйтана, – вообще мне не нравишься. Нутро у тебя гнилое, тихушное. Так что не зли меня, а то огребешь по полной!

– Думаешь, я тебя боюсь, проклятый оборотень? – Эйтан оскалил мелкие белые зубы. – Стоит мне рассердиться, ты и мгновения не проживешь.

– Хватит! – крикнула Беа, глаза ее зажглись нехорошим пламенем. – Еще одно слово, и я обоим наваляю.

– А мне нравится, когда мужчины дерутся, – сказала Флавия. – Я бы посмотрела на хорошую драку.

– А что, идея! – Я вскочил со скамейки, попытался удержать равновесие (уж больно голова закружилась, то ли и впрямь выпил изрядно, то ли встал слишком резко!), оперся кулаками в столешницу и внимательно посмотрел на погано улыбающегося эльфа. – Что, пиндосина, выйдем один на один, поговорим по-мужски? Без ножей, без магии, на кулаках, ты и я. Или кишка тонка?

– Эйтан! – Беа что-то проговорила на лланшихарне, так быстро и неразборчиво, что я ни словечка не просек. Но Эйтан все хорошо понял.

– К твоим услугам, – ответил он мне и издевательски поклонился. – Но не сейчас. Ты едва стоишь на ногах. Проспись сначала.

Он еще раз отвратно улыбнулся, встал из-за стола и вышел на улицу. Мне ужасно захотелось догнать этого спесивого дрища и закончить наш разговор. Я, было, шагнул к дверям таверны, но Беа взяла меня за локоть.

– Погоди, – сказала она мягко и с примирительной улыбкой. – Мой брат глупый юноша. Не стоит на него сердиться. Давай лучше выпьем.

– А что, мысль! – Я схватил кувшин, оглядел своих сотрапезников. – Козырин, ты как?

– Завсегда рады, – алмут с готовностью протянул свою кружку.

– Я пойду спать, – заявила Флавия и оставила нас втроем.

– Ну и ладно! – Я чокнулся с гномом и сделал хороший глоток из кружки. – Нам больше достанется…

***

Продолжение вечера помню очень смутно – выпили мы много и определенно хватили лишку. В памяти остались только какие-то обрывки: пьяный Каз, пытающийся спеть со мной дуэтом «С причала рыбачил апостол Андрей», неодобрительный взгляд Беа, ступени лестницы, по которой я поднимаюсь на второй этаж таверны, с трудом переставляя ноги. Ночь прошла скверно, меня мучили пьяные кошмары, в которых я бегал от толпы вампиромагов и прятал по сундукам драконьи сердца – и еще жажда, казавшаяся неутолимой. Проспавшись, я обнаружил, что в моей комнате находится Беа.

– Хочу говорить с тобой, – сказала она. – Как ты себя чувствуешь?

– Бывало лучше. Пить хочу.

– Вот, держи, – демонесса протянула мне кубок с подкисленной лимоном водой. – И прими добрый совет: не пытайся перепить алмутов, у них головы каменные.

– Уф, хорошо! Который час?

– Полдень скоро. Нам пора отправляться.

– Поганое тут вино, – сказал я. – И по голове бьет, и по ногам.

– Я поговорила с Эйтаном, – сказала Беа. – Он понял меня и решил остаться с нами.

– Ты меня, конечно, прости, но твоему брату надо за языком следить.

– То же самое я могу и тебе сказать, Сим. Особенно, когда ты выпьешь.

– Я тебя обидел?

– Не меня. Но вчера ты был омерзителен, говорю прямо.

– А ты что, хочешь, чтобы я был идеальным? – Я поднял валявшийся на полу у кровати Ардболг. – У меня бывшая пыталась сделать из меня идеал мужчины. В ее понимании, конечно. Не вышло, знаешь ли.

– Может быть, она была права? – заметила Беа и вышла из комнаты. Признаться, ее слова меня укололи. Задели, что называется, за живое.

– Эх, бабы, бабы! – пробормотал я, с сожалением посмотрел на пустой кубок и кувшин, из которого за ночь выпил всю воду, облизнул пересохшие губы и пошел вниз – готовиться к отъезду.

Глава 44

ПОГРОМ

***

Лишь на закате великая битва была закончена. Сидская армия была уничтожена, но и ряды королевского войска сильно поредели. И встал король Торнан на холме, именуемом ныне Форхиль, Холм Победы, и глянул на кровавое поле, где лежали еще неостывшие тела павших. Слезы выступили на очах короля и, рыдая, произнес он так, чтобы слышали его свита его, и военачальники, и знаменосцы, бывшие с ним на холме:

– Хотел бы я оплакать каждого из моих храбрецов, но не хватит мне жизни и слез, чтобы сделать это! Потому всем почившим на сем поле клянусь, что не буду знать ни сна, ни отдыха, ни успокоения, покуда не истреблю врагов своих всех до последнего. Клянусь, что все ненавистное племя сидов будет уничтожено мной. Я сожгу их города, перебью их женщин и детей, и забудет мир, что был некогда такой народ. Таковы мое слово, и моя клятва. И не отступлюсь от них до самой смерти моей!

(«Жеста о Торнане и Фирувель», конец VIII века 2-ой Эпохи)

***

Беннон Чард ощущал неожиданное волнение. Много раз за время своего магистерства он собирал Совет Круга, и вроде бы, ничего особенного на очередном совете произойти не должно, но все-таки Чард волновался. И не мог найти ответа, почему.

Огромный и великолепный зал Курии понемногу наполнялся приглашенными на заседание совета. Сам Большой Совет состоял из восемнадцати представителей от каждой из школ магии, исключая магию Анги-Бланнорин – один мастер, один адепт и один ученик. Это была древняя традиция, зародившаяся еще в Элайе в те времена, когда предки нынешних жителей Гардлаанда ходили в шкурах и ели сырое мясо. Круг принял эту традицию, как и многое другое из наследия магических школ Элайи. Кроме членов Большого Совета в Курию пришли преподаватели и представители студенческой гильдии Рашмай-колледжа и маги, представляющие в Румастарде Лот и города Гровской марки. Кодекс короля Мирала требовал, чтобы на заседаниях Круга-в-Шатре присутствовали уполномоченные графств и шерифств, а также служители Тринадцати, депутаты ремесленных цехов и городских сообществ, представляющих интересы жителей Румастарда и прочих городов государства. В ложе общин Курии уже появились жрецы богов, понемногу занимали свои места представители ремесленных цехов Румастарда.

Король Рогер со своей свитой прибыл без опоздания и был встречен всеобщей овацией. Чард по обычаю встретил короля на середине ковровой дорожки, приветствовал его церемонным поклоном, после чего проводил его к помосту с почетным креслом, в котором королю предстояло восседать во время совета. Многие обратили внимание на то, что король, садясь в кресло, оперся на руку Беннона. После этого началась предписанная уставом перекличка,и маленький король, услышав свое имя, так громко крикнул «Уже пришел!», что члены Совета не могли скрыть улыбок.По окончании переклички Беннон Чард вышел на кафедру, объявил о начале заседания Большого Совета и начал свою речь, которую писал большую часть предыдущей ночи.

Магистр выступал долго. Он начал с извечной роли Круга-в-Шатре в истории Гардлаанда, упомянул о политической ситуации, сложившейся после войны в Хэвнвуде, далее говорил о династическом кризисе, связанном со смертью короля Осмуна и королевы Амбер, и о заговоре, в котором участвовали старшие дети покойного короля Дуган и Руджера. Затем Беннон Чард перешел к новым полномочиям Круга магов, подтвержденным указом короля Рогера и к стоящим перед властью Гардлаанда и Кругом государственным задачам. О Драконеуме было сказано лишь несколько слов. Главное внимание Совета, по словам Чарда, должно быть обращено на «задачи по укреплению королевской власти в период регентства».

Маленький король, облаченный в тяжелые златотканые одежды, с малой короной Гардлаанда на голове, казалось, совсем не слушал выступление своего наставника. Мальчик постоянно зевал и, чтобы занять себя, рассматривал установленные на верхних галереях скульптурные изображения волшебных существ, некогда населявших Аркуин. Любому в Совете было видно, что мальчику скучно. Ничего удивительного в этом не было – речь Беннона Чарда была монотонной и обильно сдобренной высокопарными оборотами, цитатами и научными терминами, понятными только магам.

Наконец, Беннон Чард закончил свое выступление и, поклонившись собранию, сошел с трибуны. Теперь по обычаю должен был выступить старейший из магов, глава школы Анги-Шан Карем Хенсер. Однако случилось то, чего никто не ожидал.

Рогер спрыгнул с возвышения на котором сидел, подбежал к кафедре, которую только что покинул регент и закричал, размахивая руками:

– Слушайте меня, все!

По залу прошла волна удивленного шепота. Многие посмотрели на Беннона Чарда, но магистр не двинулся с места.

– Я очень доволен Бенноном Чардом, – заговорил Рогер, и его высокий детский голосок звучал очень непривычно в этих стенах. – Беннон Чард хороший, и я его очень люблю. Он понимает меня, и он очень-очень умный. Он умнее всех наших советников. А еще он обещал разрешить мне брать кошку к себе в спальню.

В зале раздались смешки, многие захлопали в ладоши. Глаза Рогера засверкали. Он упер руку в бок и, выставил вперед правую ногу и, повернушись к Беннону Чарду, сказал:

– Ты хороший слуга, Беннон. Но сейчас ты не сказал того, что я хотел от тебя слышать.

На этот раз маленькому королю ответила тишина. Таких слов не ожидал никто. Судя по тому, как неловко поклонился Рогеру магистр Круга-в-Шатре, всем стало понятно, что и Чард огорошен этими словами.

– Да, мой дорогой воспитатель не сказал главного! – выкрикнул принц, не меняя позы. – Я ждал, Беннон, что ты скажешь про сидов. А ты не сказал.

– Что я должен был сказать про них, ваше величество? – спросил Чард.

– Что я не люблю их. Что я их ненавижу.

– Ваше величество?

– Да, ненавижу, потому что мой мятежный брат Дуган спрятался у эленширских сидов. – Король топнул ногой. – Сиды всегда были и остаются врагами нашего королевства. Они коварны и злоумышляют против нас во все времена. Беннон не сказал, что мы отправили их королю требование выдать нашего брата-предателя.

– Совершенно верно, – подтвердил Беннон. – Но я подумал…

– Самое важное не было сказано. – Рогер, казалось, ищет повод рассердиться на своего опекуна. – Ты говорил обо всем, Беннон, но о главном не сказал.

– Ваше величество может не беспокоиться, – ответил магистр. – Наше официальное письмо королю Аврелю уже отправлено, и он обязан будет подчиниться вашим требованиям.

– А если не подчинится?

– Мы заставим его, ваше величество, – вступил в разговор канцлер Борк.

– Да? – Рогер поджал губы. – И лорд Матус отрубит моему мятежному брату голову?

– Сначала справедливый суд решит его судьбу, государь, – сказал Чард. – А уж потом…

– Хорошо. Мы накажем нашего брата-мятежника. А сиды – они будут наказаны?

– Ваше величество, сиды никуда от нас не денутся, – улыбнулся регент. – У их короля нет сил сопротивляться военной и магической мощи Гардлаанда.

– Мне не нравится, что королевство сидов существует у нас под боком, – заявил король, вернувшись к трону. – И еще – это правда, что сиды живут даже в Румастарде? Лорд-мэр, ответьте!

Мэр Румастарда, полный, одетый в белое с золотом человек, заметно побледнел, встретившись взглядом с маленьким королем.

– Ваше величество, сиды испокон веков жили в Румастарде, – ответил он, – однако, смею сказать…

– Значит, враги моей страны живут в столице этой страны? – Рогер холодно посмотрел на мэра. – И вы это терпите?

– Ваше величество, в нашем королевстве нет закона, который запрещал бы сидам жить в Румастарде или в другом городе Гардлаанда.

– Значит, такой закон надо принять, – заявил король. – И необходимо очистить город от чужаков. Займитесь этим сегодня же.

– Как скажете, ваше величество, – лорд-мэр склонился в угодливом поклоне.

– Мессир Боллвинтер поможет вам, – король посмотрел на командира гвардии. – Я не хочу, чтобы эти нехорошие сиды жили в моем городе.

– Интересный у нас король, – шепнул Беннону Чарду стоявший рядом с ним старый маг в мантии школы Анги-Длаххан. – Иногда этот шестилетний мальчик разговаривает совсем как взрослый.

– Ему дана великая мудрость, – ответил, слабо улыбнувшись, магистр.

– Пусть все знают нашу волю, – продолжал Рогер, протянув руки к собранию, – ибо у меня одно желание: чтобы наши враги были повержены! И совсем неважно, что ответит нам их король. Сиды коварны, жестоки и злобны. И они не люди. Они мерзкие и противные, и я их совсем-совсем не люблю! У них уши, как у зверей, и потому их место в лесах, а не в городах рядом с людьми. Меня удивляет, что мы столько лет терпим их возле себя. Пусть их не станет. Пусть их не станет совсем! Мне надоело слышать о сидах, об Эленшире, о предательстве, об угрозах. Милорд, – король повернулся к пожилому коннетаблю Ардеану Хельсе, единственному в его свите, кто пришел на заседание Совета с мечом на поясе, ибо такова была его привилегия, – сколько войска у нас на западной границе?

– В Хэвнвуде мы держим в настоящее время две полные бригады, пять тысяч воинов, ваше величество, – ответил коннетабль Хельсе. – Это Фарлаандская пехотная бригада, и бригада "Фрост", где служат келенские лучники и наемники из Гилдхолла. Кроме того, лорды, получившие земли в Хэвнвуде, могут выставить еще до пяти тысяч ополчения.

– Итого десять тысяч, – сказал король, посчитав по пальцам. – Я правильно сосчитал?

– Совершенно правильно, ваше величество, – улыбнулся Беннон.

– Этого мало, – заявил Рогер. – Нужно послать в Эленшир еще войска.

– Мы уже отправили приказ Родкаслской бригаде направиться к эленширской границе. В западных графствах объявлен набор охотников.

– Чтобы успешно вести войну с Эленширом, нам понадобится много войска, – произнес король, еще раз посчитав на пальцах. – Сто тысяч воинов.

По залу пронесся изумленный вздох. Маленький король довольно заулыбался.

– Боюсь, государь, это будет не так просто, – ответил коннетабль, стараясь не смотреть королю в глаза.

– Почему?

– Сто тысяч воинов – это пять полных дивизий, ваше величество. Даже в Восемнадцатилетнюю войну мы не собирали такой огромной армии.

– Война продолжается, – объявил Рогер. – И армия должна быть непобедимой.

– Сейчас мы можем выставить только половину от такого числа солдат. Для того, чтобы собрать такую большую армию, нужно время.

– Сколько вам нужно времени?

– Не менее шести месяцев. Армию нужно снабдить всем необходимым, ваше величество. Нужно набрать новых воинов и обучить их. А еще необходимо оружие, обмундирование, доспехи, лошади для кавалерии и повозки для службы снабжения, провиант и фураж. Но главное – нужны деньги. Мне необходимо собрать командующих округами и с ними обсудить расходы. В любом случае, это будут сотни тысяч левендалеров, ваше величество.

– Мы издадим указ о наборе добровольцев. А чтобы найти деньги, введем особый налог на войну, – ответил Рогер. – Цехи и общины будут обязаны предоставить для армии все необходимое в обмен на нашу милость и некоторые привилегии. Наши заказы будут оплачены из казны. Что скажут депутаты?

– Мы готовы, ваше величество, – заявил старшина румастардских оружейников.

– Как скажете, ваше величество, – поддержал старшина шорников.

– Королевский заказ – это всегда хорошо, – добавил глава столичных рыботорговцев.

Прочие депутаты от общин дали такие же ответы. Рогер был доволен.

– Вы запросили шесть месяцев, коннетабль, и они у вас есть, – сказал он военачальнику. – Начиная с сегодняшнего числа. Но ни днем больше. Промедление вызовет мой гнев.

– Ваше величество, – Беннон сделал шаг вперед, – значит ли это, что Кругу следует заняться подготовкой дополнительных подразделений боевых магов?

– Конечно, – ответил Рогер. – Меч без посоха немощен.

– Разумеется, ваше величество, – согласился регент. – Я дам все необходимые распоряжения.

– На этот раз мы покончим с сидами окончательно, – произнес король, глядя в зал. – Растопчем их, чтобы не было больше никаких сидских государств на нашей земле. Сильнее Гардлаанда не должно быть страны. Вот такой будет цель нашего похода. И пусть они умрут.