Текст книги "Загадки Столетней войны"

Автор книги: Андрей Галушка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

В 1397 году Ричард ІІ наконец смог обратиться против внутренней оппозиции. Часть из вельмож, выступивших против Ричарда десять лет назад, была убита, часть была изгнана из страны, в том числе Генрих Болингброк, который был осуждён на изгнание на десять лет. Генрих отправился в Париж, но не собирался сдаваться. У него перед глазами был пример его отца, всю жизнь проведшего на вторых ролях, и он не желал смириться с подобной участью.

В Англии начало расти недовольство правлением Ричарда ІІ. Он становился всё более жестоким и капризным. Закон использовался узкой группой королевских фаворитов в качестве инструмента личной мести и обогащения. После смерти в феврале 1399 года его дяди Джона Гонтского, герцога Ланкастера, король безо всякого основания объявил, что Герих Болингброк должен находиться в изгнании не десять лет, а пожизненно, и все его владения в Англии были конфискованы.

Это оказалось фатальной ошибкой. Когда Ричард ІІ в мае 1399 года во второй раз отправился в Ирландию, на следующий месяц Генрих, унаследовавший титул герцога Ланкастера от отца, отплыл из французской Булони и высадился на северо-востоке Англии. Он поднял мятеж против короля, и в отсутствие Ричарда встретил лишь ничтожное сопротивление. Король вернулся из Ирландии, и в замке Конвэй на севере Уэльса сдался мятежникам.

Многократно вспоминаемый в этом повествовании Уильям Шекспир в ещё одной исторической пьесе, «Ричард ІІ», вкладывает в уста главного героя монолог о превратностях судеб монархов:

 
Давайте сядем наземь и припомним
Предания о смерти королей.
Тот был низложен, тот убит в бою,
Тот призраками жертв своих замучен,
Тот был отравлен собственной женой,
А тот во сне зарезан, – всех убили.
Внутри венца, который окружает
Нам, государям, бренное чело,
Сидит на троне смерть, шутиха злая,
Глумясь над нами, над величьем нашим.
Она потешиться нам позволяет:
Сыграть роль короля, который всем
Внушает страх и убивает взглядом;
Она дает нам призрачную власть
И уверяет нас, что наша плоть
Несокрушимая стена из меди.
Но лишь поверим ей, – она булавкой
Проткнет ту стену, – и прощай, король!
 

Дух Ричарда был сломлен, он увидел, что потерял поддержку среди своих английских подданных, и 30 сентября 1399 года отрёкся от престола. На следующий день английский парламент объявил, что королём является герцог Ланкастерский Генрих Болингброк под именем Генриха ІV. Ричард был заключён в замок Понтефракт, где его скорее всего (историки высказывают разные соображения по поводу точной причины смерти) уморили голодом в начале 1400 года. Прямая линия династии Плантагенетов пресеклась.

Как безумие Карла VІ и Генриха VІ поставило их королевства на край пропасти

Когда правление Ричарда ІІ переживало свой кризис, по другую сторону Ла-Манша дела его тестя, французского короля Карла VІ, тоже шли не лучшим образом. Он был практически ровесником Ричарда ІІ, родившись в 1369 году, и тоже взошёл на престол в юном возрасте. Ему было лишь одиннадцать лет, когда его отец – король Карл V, отвоевавший у англичан почти всё, утраченное его отцом, умер. 16 сентября 1380 года сорокадвухлетний король, вошедший в историю с прозвищем Мудрый, проиграл битву с раковой опухолью, но оставил сыну в наследство полную казну, постоянную армию и всю страну под французским контролем, за исключением Кале и узкой прибрежной полосы в Гаскони. Регентом, по завещанию покойного короля, стал герцог Луи Анжуйский (тот самый, что бежал из английского плена к молодой жене). Впрочем, другие дядья юного короля, герцог Жан Беррийский Иоанн и герцог Филипп Бургундский, добились у Людовика права участвовать в управлении страной.

Это было непросто. В 1382 году, всего через год после крестьянской войны в Англии, новые налоги, собираемые для возобновления войны, тоже вызвали восстания в Париже и в другом крупном городе – Руане. В этом последнем толпа разрушила местное аббатство и устроила костёр из бумаг судебного архива. В Париже же восставшие, вооружённые молотами (и получившие прозвище «маллоттинов») громили дома богачей, а затем устроили еврейский погром, в котором погибли сотни евреев. Лишь когда королевские войска взяли Париж в кольцо и заблокировали подвоз продовольствия в стотысячный город, правительству удалось вернуть контроль над столицей.

Более мелкие восстания прокатились по другим провинциям страны, фактически положив конец сбору военных налогов. Война без денег невозможна, и стороны согласились на перемирие.

Когда герцог Анжуйский умер в 1384 году, первую скрипку в управлении страной стал играть герцог Бургундский. Он нашёл невесту для своего племянника, дочь герцога Баварии пятнадцатилетнюю Изабо. Шестнадцатилетний король настолько воспылал любовью к своей невесте, что взял её в жёны даже без приданого. Когда ему почти исполнилось двадцать лет, он по совету младшего брата прекратил регентство своих дядьёв, приблизив к себе советников своего покойного отца. Этот ход оказался весьма популярен среди подданных. Казалось, вот-вот он станет таким же великим монархом, как Карл V. Но в августе 1392 года король перенёс свой первый эпизод безумия.

Карл – уже двадцатитрёхлетний – ехал верхом через лес с отрядом рыцарей, направляясь в Бретань, чтобы покарать одного из вассалов. Когда задремавший от езды трусцой молодой паж уронил королевское копьё, оно ударилось о шлем с оглушительным звоном. Возбуждённый этим звуком Карл внезапно потерял рассудок, возможно, под влиянием лихорадки – он был явно не в себе эти дни, кроме того, его испугал странный случай – за несколько дней до этого какой-то нищий схватил его коня под уздцы и закричал Карлу, чтобы он не ехал дальше, и король явно был встревожен таким знамением. Он выхватил меч, и с криком: «Вперёд на изменников! Они хотят предать меня врагам!» стал рубить направо и налево. Его придворные смогли стащить его с коня и разоружить, но не ранее чем ему удалось зарубить нескольких рыцарей своей свиты. Случай был беспрецедентный: молодой король до этого никогда не показывал признаков душевного расстройства.

Короля быстро вернули в Париж, скованного кандалами для его и окружающих безопасности. Его близкие надеялись, что это просто странный случай, который больше не повторится. К сожалению, это был первый из сорока четырёх подобных эпизодов, которые становились всё опаснее, нередко приводя к убийствам тех, кто оказывался поблизости от короля. Эти приступы безумия могли длиться месяцами, но в промежутках Карл снова становился мудрым и любимым подданными королём.

Во время эпизодов безумия король испытывал манию преследования, считая, что окружающие хотят его убить. Он не позволял никому прикасаться к нему, так как верил, что сделан из стекла, и разобьётся, стоит кому бы то ни было притронуться к нему. В его костюм были вшиты стальные стержни, чтобы предотвратить такую возможность. Надо сказать, что по непонятным причинам именно эта форма безумия – когда пациент считал, что он сделан из стекла – была довольно распространена в Европе, но практически исчезла после XVII столетия.

Во время приступов безумия Карл не узнавал свою жену, забывал собственное имя, а в 1395 году заявил, что он Святой Георгий. Он мог бегать по дворцу в состоянии полной потерянности; несколько раз его находили полностью раздетым. Чтобы король не убежал из дворца, пришлось замуровать выход из него. Возможно, душевная болезнь передалась Карлу VІ от матери, у которой тоже были эпизоды душевного неравновесия после того, как она родила Карла.

Не помогали восстановлению психического здоровья Карла такие случаи, как «Бал Горящих», когда Карл и его придворные, одетые в костюмы животных для дворцового маскарада, сделанные из пакли и воска, чуть не сгорели заживо, когда их костюмы загорелись от огня факелов. Похоже, этот случай подал идею американскому писателю Эдгару Алану По для одного из его мрачных рассказов.

Карл VІ оставался источником государственной власти в стране, но осуществлять эту власть он был абсолютно не в состоянии. К власти вернулись его дядья и братья. Государственный совет возглавила королева Изабо, но динамика отношений между братьями-герцогами изменилась. Герцог Бургундский Филипп стал терять позиции, а роль брата короля герцога Луи Орлеанского возрастала. Луи был весьма умён, хорошо знал искусство и культуру зарождающегося в Италии Ренессанса – неудивительно, ведь он был женат на Валентине Висконти, дочери герцога Миланского – но был также известен скандальными дебошами и почти наверняка был любовником королевы. Герцог Филипп старался сдержать свою тревогу таким развитием событий, но после его смерти в 1404 году его сын, Жан (Иоанн) Бесстрашный, встал на путь открытой конфронтации.

Через три года усиливающихся трений дядя короля герцог Беррийский уговорил Луи и Иоанна помириться, но через три дня после того, как они пожали друг другу руки, 23 ноября 1407 года, герцог Орлеанский был убит на парижской улице группой наёмных убийц. Иоанн Бесстрашный даже и не пытался отрицать своё участие в этом. Наоборот, он объявил убийство актом «тираноборчества». Через полтора года король официально снял с него обвинение в преступлении и разрешил вернуться ко двору.

Четырнадцатилетний сын убитого герцога Шарль Орлеанский не собирался прощать такой обиды. Для борьбы с бургундцами ему были необходимы союзники, и он нашёл такового в графе Арманьяке, своём будущем тесте. Поэтому антибургундская партия получила прозвище «арманьяков». Король оказался пешкой в борьбе между этими могущественными группировками. В столице с 1409 по 1413 год господствовали бургундцы, затем с 1413 по 1418 год арманьяки, и в 1418–1419 годах снова бургундцы.

В 1413 году наследник престола дофин Людовик, герцог Гийенский, попытался покончить с гражданской войной, создав королевскую партию. Но в этом ему помешало возобновление войны с Англией. В 1415 году французская армия была разгромлена при Азенкуре, а через два месяца после этой катастрофы умирает дофин Людовик. В 1417 году умирает второй сын Карла VІ – Иоанн, герцог Туренский, и титул дофина достаётся младшему сыну безумного Карла, тоже Карлу. Но четырнадцати лет от роду дофин, как все понимали, был просто марионеткой графа Арманьяка, чьё правление становилось всё более и более непопулярным у жителей Парижа. Когда в мае 1418 года бургундская армия подошла к столице, дофин бежал из Парижа.

Герцог Бургундский Иоанн Бесстрашный не вступал в открытый союз с английским королём Генрихом V, занятым именно в это время покорением Нормандии, занимая её замки и города один за другим, но было очевидно, кому он симпатизирует. Иоанн не пошевелил и пальцем, чтобы спасти Руан во время его тяжёлой осады зимой 1418–1419 годов. Единственная надежда хоть как-то противостоять английскому нашествию была в том, чтобы примирить враждующие фракции. Летом 1419 года велись лихорадочные переговоры и наконец было решено, что герцог Иоанн и дофин лично встретятся для переговоров.

Встреча была назначена на 10 сентября 1419 года. Проходить она должна была на мосту в городке Монтеро, там, где в Сену впадает река Ионна. Мост был выбран как хорошо наблюдаемая территория, на которой невозможно устроить засаду. Для встречи посреди моста был специально возведён помост, который мог бы вместить свиты двух высоких договаривающихся сторон. И дофин, и герцог обязались привести с собой не более десяти спутников. Когда пополудни дофин и его двоюродный дядя встретились и герцог опустился на колени перед наследником престола, один из рыцарей дофина – Танги дю Шатель, ранее служивший покойному герцогу Орлеанскому, выхватил топор и раскроил им голову герцога Бургундского.

Этот удар поставил крест на любых попытках примирения между арманьяками и бургундцами. Новый герцог Бургундии открыто вступил в союз с Генрихом V. В итоге в мае 1420 года Генрих V встретился в городе Труа с Карлом VІ, который к облегчению королевы Изабо и всего двора сумел избежать приступа безумия. Особых переговоров не было, Карл фактически принял все условия Генриха. Принцесса Екатерина становилась новой королевой Англии, а дофин Карл лишался прав на французский престол. Королева Изабо сама согласилась лишить прав на трон собственного сына, решив, что Генрих V будет лучшим правителем для страны, чем её безумный муж или слабый сын и что в любом случае её внук взойдёт на престол Франции. Договор был подписан 21 мая 1420 года.

Но Генриху V не было суждено стать королём Франции. Он умер за два месяца до того, как 21 октября 1422 года перестало биться сердце Карла VІ. Дофин не смирился с потерей трона, война с Англией продолжилась, становясь – поскольку приобрела все черты гражданской – всё более жестокой.

Анатоль Франс – известный французский писатель конца XIX – начала ХХ века, в одном из своих рассказов «Брат Жоконд» (из сборника исторических новелл «Рассказы Жака Турнеброша», изданного в 1908 году) так, несколькими мазками, описал ситуацию, в которой оказалась Франция в эту эпоху:

Парижане не любили англичан и выносили их с трудом. Когда после погребения покойного короля Карла VI, перед герцогом Бедфордом несли по его приказу шпагу короля Франции, народ роптал. Но приходится терпеть то, чему не можешь противиться. Впрочем, если у англичан в великом городе не было сторонников, то у бургундцев их было немало. Понятно, что горожане, особенно же менялы и торговцы, восхищались герцогом Филиппом: это был красивый принц, самый богатый вельможа всего христианского мира. Что же до маленького короля из Буржа, невзрачного с виду и бедного, к тому же сильно подозреваемого в подлом убийстве на мосту Монтеро, то он ничем не мог бы привлечь сердца. Его презирали, а к приверженцам его питали страх и отвращение. Уже целых десять лет его сторонники разоряли всю округу, занимаясь вымогательством и грабежом. Англичане и бургундцы, разумеется, поступали так же: когда в августе 1423 года герцог Филипп прибыл в Париж, его воины разграбили все окрестности; а ведь это были друзья и союзники. Но они только прошли мимо; арманьяки же, напротив, без конца шатались вокруг. Они крали все, что попадалось под руку, поджигали овины и церкви, убивали женщин и детей, насиловали девушек и монахинь, а мужчин подвешивали за большие пальцы рук. В 1420 году они, словно дьяволы, сорвавшиеся с цепи, ринулись на деревню Шампиньи и сожгли овес, пшеницу, коров, быков, овец, женщин и детей. Так же, и даже еще сильней, они бесчинствовали в Круасси. Ученейший доктор университета утверждал, что ими совершены такие злодейства, страшнее которых нельзя ни совершить, ни представить себе, и замучено больше христиан, чем Максимианом и Диоклетианом.

Но если безумие Карла VІ чуть не погубило Францию, то безумие его внука – с большой вероятностью унаследованное от деда – чуть, в свою очередь, не погубило Англию.

Генрих VІ родился 6 декабря 1421 года, а уже 1 сентября 1422 года стал королём – самым молодым королём в истории Англии, в возрасте всего девяти месяцев. В этой книге уже говорилось, что малолетний монарх – это путь к катастрофе, но как раз в годы несовершеннолетия Генриха VІ его владения управлялись вполне профессионально соратниками его отца, среди которых важную роль играли братья покойного короля. Французскими его владениями (когда ему ещё не было одного года, он унаследовал от своего деда – Карла VІ и французскую корону) управлял, постепенно расширяя их территориально, его дядя герцог Бедфорд, а королевский совет в Англии возглавил другой дядя – герцог Глостер. Они добросовестно заботились о том, чтобы сохранить и приумножить то, что было собрано стараниями первых двух королей Ланкастерской ветви династии Плантагенетов. Юный король был торжественно коронован в Вестминстерском аббатстве 6 ноября 1429 года.

Но трещины на фасаде стали появляться довольно рано. В том же 1429 году неудачей окончилась попытка взять Орлеан, считавшийся ключом к овладению югом Франции, и моральный дух французов, до того почти подавленный, получил неожиданное подкрепление в лице объявившей себя посланницей Господа крестьянской девушки Жанны. Ей удалось осуществить коронацию дофина Карла как короля Карла VІІ, что очень сильно подняло его авторитет. Хотя вскоре Жанна попала в плен к бургундцам и была сожжена на костре по обвинению в ереси, но в войне во Франции наметился перелом не в пользу англичан.

Поэтому в манёвре, отдающем паникой, десятилетнего Генриха перевезли во Францию и короновали как короля Франции Генриха ІІ в Соборе Парижской Богоматери 16 декабря 1431 года. Однако традиционно французские короли короновались в Реймсе, как ещё раз за два года до того подтвердил Карл VІІ. Короновал его не епископ Парижа, как можно было бы ожидать, а епископ Винчестера, и церемония проходила в соответствии с английскими обычаями. Парижане хвалили песнопения в соборе, но неодобрительно отозвались о банкете, последовавшем за коронацией. Блюда были приготовлены заранее английскими поварами и «казались весьма странными» французам. Генрих провёл в Париже лишь неделю, а через два месяца отплыл назад в Англию, и больше ни разу не ступил на землю своего французского королевства.

А в 1435 году надежды на победу в войне с французами полностью испарились, со смертью герцога Бедфорда и с переходом Филиппа Доброго, герцога Бургундского, на сторону Карла VІІ. Французскому монарху понадобилось, однако, целых восемнадцать лет, чтобы полностью (за исключением Кале) восстановить свою власть над королевством.

В 1437 году Генрих VІ достиг совершеннолетия. Но с самого начала он продемонстрировал вызывающую тревогу политическую наивность. Очень нелегко быть сыном великого отца, но Генрих проявил беспечность, показал себя подверженным сторонним влияниям и склонным к колебаниям. Он не проявлял интереса ни к науке управления государством, ни к военному делу и рыцарским деяниям. Он был безусловно умён и обладал хорошим чувством долга, но другие черты характера нейтрализовали эти положительные качества.

Война с Францией Генриха не интересовала. В 1440 году у него была возможность возглавить армию в Нормандии, но вместо этого он отправил туда своего двоюродного брата герцога Йоркского, а сам занялся основанием школы в Итоне (той самой, которую окончил нынешний премьер-министр Соединённого Королевства Борис Джонсон и будущий монарх Уильям, герцог Кембридж, со своим младшим братом Гарри, герцогом Сассексом).

В основании Итона проявились лучшие качества короля Генриха: его щедрость, скромность и нелюбовь к насилию, но именно эти качества очень сильно вредили бы любому средневековому монарху в управлении государством. Генриха страстно привлекал идеал христианского образования, и лучшим памятником этому влечению является Королевский Колледж Божьей Матери Итонской близ Виндзора (Итонская школа) и Королевский колледж Божьей Матери и Святого Николая (Королевский колледж) в Кембридже. Итон был основан в 1440 году, Королевский колледж на год позже. Они задумывались как два связанных друг с другом образовательных учреждения. Семьдесят выпускников Итона, каждый из которых обучался бесплатно, должны были продолжать своё образование в Королевском колледже в Кембриджском университете. Действительно, до XVIII века Королевский колледж принимал в свои ряды только выпускников Итона. Оба учреждения получили щедрые королевские пожертвования: Королевский колледж получал ежегодно тысячу фунтов (1,2 миллиона нынешних американских долларов).

Во главе правительства оказалась придворная фракция, лидером которой был Уильям де ла Пол, граф Саффолк. Она полностью перекрыла доступ к вниманию короля со стороны других аристократов, которые также рассчитывали участвовать в управлении государством. Таким образом были посеяны семена будущей смуты.

В 1444 году было достигнуто пятилетнее перемирие с Францией, по условиям которого Генрих брал в супруги Маргариту, дочь герцога Анжуйского. Это вызвало усиление раскола среди аристократии между теми, кто искал длительного мира, и теми, кто считал, что необходимо продолжать войну. Новая королева подлила масла в огонь, убедив своего мужа, чтобы он передал провинцию Мэн французскому королю.

Читатели уже встречались с отрывками из исторических пьес Уильяма Шекспира. Сейчас самое время открыть его «Генрих VІ, Часть Вторая»:

Сеффолк

 
Милорд протектор, не угодно ль будет
Вам огласить условья договора,
Что между вашим королем и Карлом
На год шесть месяцев упрочит мир.
 

Глостер (читает)

«Во-первых, решено между королем Французским Карлом и Уильямом Де-Ла-Пуль, маркизом Сеффолком, послом Генриха, короля Английского, что вышеупомянутый Генрих вступает в брак с принцессой Маргаритой, дочерью Рене, короля Неаполя, Сицилии и Иерусалима, и венчает ее королевой Англии не позже тридцатого сего мая. Далее, герцогства Анжу и графство Мен будут очищены от войск и переданы королю, отцу ее…».

Бумага падает из его рук.

Король Генрих

 
Что с вами, дядя?
 

Глостер

 
Государь, простите,
Мне стало дурно; сжалось болью сердце;
В глазах темнеет… Не могу читать.
 

Король Генрих

 
Вы, дядя Уинчестер, читайте дальше.
 

Кардинал (читает)

«…Далее, герцогства Анжу и графство Мен будут очищены от войск и переданы королю, отцу ее, а она будет доставлена за собственный счет короля Английского, без всякого приданого».

Король Генрих

 
Согласны мы.
 

Йорк

 
Французам отданы Анжу и Мен;
Париж потерян нами, а дела
В Нормандии висят на волоске.
Был Сеффолком подписан договор,
Одобрен пэрами; доволен Генрих,
Что променял два герцогства своих
На герцога пленительную дочь.
Что их винить? Не все ли им равно?
Они дарят ведь не свое – чужое.
 

Уступка Генриха не умиротворила французов, но нанесла огромный удар по его авторитету в Англии. Казна быстро пустела, а в 1450 году была потеряна Нормандия. В том же году королевский режим сотрясло крестьянское восстание, сильнейшее с 1381 года. Но Генрих, казалось, сумел удержать кормило государственного корабля в своих руках. Однако после известий о полной потере гасконских владений в августе 1453 года его сразил первый приступ душевной болезни. Он впал в кому и пришёл в себя лишь к Рождеству 1454 года. Восемнадцать месяцев король не подавал никаких признаков того, что он понимает, что происходит вокруг него.

В таких условиях обострилась борьба за власть между различными группировками аристократии, возглавляемыми герцогом Сомерсетом и герцогом Йорком, которые оба были потомками Эдуарда ІІІ и имели права на престол не меньшие, чем у Генриха. Но если в условиях, когда король был явно не в себе, с ним можно было обращаться, как с несовершеннолетним и установить протекторат, то когда он выходил из безумия, это было чуть ли не более опасным для страны, так как сразу же становился марионеткой различных фракций. В 1455 году начался вооружённый конфликт, постепенно переросший в полномасштабную гражданскую войну, получившую у историков следующих веков название Войны Алой и Белой Розы. К 1459 году королевское правительство было почти полностью бессильно, система государственного управления и правосудия рухнула и казна обанкротилась. Генрих VІ был не более чем пассивным сторонним наблюдателем, даже если одна из фракций и формально воевала под его флагами.

4 марта 1461 года английский парламент низложил его с престола, и королём стал сын погибшего в одном из сражений Войны Роз герцога Йоркского, под именем Эдуарда ІV. Следующие четыре года для Генриха VІ прошли в бесцельных скитаниях в Шотландии и на севере Англии, пока в 1465 году его не схватили союзники нового короля. Дальше началась его жизнь в заключении всё в том же лондонском Тауэре. Эдуард ІV оставил его в живых не из милосердия, а исключительно по расчёту. Сын низложенного короля, принц Уэльский Эдуард, находился в изгнании во Франции вместе со своей матерью, энергичной и не забывавшей обид королевой Маргаритой. Поэтому смерть Генриха VІ всего лишь способствовала бы сплочению партии Ланкастеров (как называли себя сторонники Генриха) вокруг гораздо более энергичного нового претендента.

В 1470 году Генрих с огромным удивлением обнаружил, что его снова объявили королём – очередной поворот в гражданской войне привёл к изгнанию Эдуарда ІV. Но второе правление Генриха продлилось только с 3 октября 1470 года по 11 апреля следующего года. Изредка выходя из Тауэра, король представлял собой жалкое зрелище. Следующий оборот колеса фортуны снова привёл на трон Эдуарда ІV, вернув Генриха в тюрьму. Когда сын Генриха, принц Уэльский, погиб в сражении при Тьюксбери на западе Англии недалеко от границы с Уэльсом 4 мая 1471 года, сохранять жизнь безумному королю стало незачем, и в том же месяце кинжал убийцы прервал жизнь третьего и последнего короля ветви Ланкастеров.

Но после своей смерти Генрих VІ внезапно приобрёл силу, которой он никогда не имел при жизни. Вскоре появился культ короля-мученика, стали передаваться из уст в уста рассказы о чудесах, связанных с его именем. Например, лет через десять после смерти короля некто Томас Фуллер из Хаммерсмита, тогда деревни к западу от Лондона, а сейчас давно внутри городской черты, был повешен по ложному обвинению в краже скота. Он молился покойному королю, и позже говорил, что король сохранил ему жизнь, целый час держа свою царственную руку между верёвкой и шеей повешенного, так что когда через час верёвка была перерезана, Томас остался жив. К рубежу XV и XVI столетий король Генрих VІ был самым популярным английским святым.

Эдуард ІV всячески старался заглушить слухи о подобных чудесах. Следующий король – Ричард ІІІ, был вынужден переместить его тело из Уолтама, где могила короля сделалась местом паломничества, в Виндзор, чтобы лучше контролировать, что происходит. Сменивший его Генрих VІІ сделал попытку официально канонизировать Генриха VІ как святого католической церкви, и был собран материал для написания его жития. Джон Блакман, который был духовником короля Генриха, а затем преподавал в Итоне, написал о нём воспоминания, в которых подчёркивалась простота и благочестие короля (он не любил роскошные одежды и носил под ними власяницу), а также его сексуальное воздержание (надо сказать, что сын Генриха появился на свет как раз во время его первого приступа беспамятства, и были огромные сомнения в том, является ли он отцом нового принца Уэльского). Согласно воспоминаниям Блакмана, королю являлись Христос, Богородица и святые. Что интересно, он не упоминает о душевной болезни монарха, возможно, не считая её таковой.

Известно, что Генрих воспринял тогдашнее движение за реформирование католической церкви, которое подчёркивало скромность и послушание. Он любил молитвенные медитации, во время которых он вполне мог быть подвержен галлюцинациям с видениями на религиозную тематику. Он уделял особое внимание кандидатурам на позиции епископов, и был близким другом герцога Уорика, читавшего ежедневно все сто пятьдесят псалмов.

Однако завершить процесс канонизации не удалось, а вскоре, при Генрихе VІІІ, всё королевство ушло из-под власти Папы Римского, и культ святых практически исчез среди широких масс англичан. Но даже если можно с одобрением относиться к благочестию Генриха VІ, это всё равно не отменяет того факта, что даже в период от совершеннолетия до первого приступа душевной болезни он показал себя как один из наименее компетентных английских королей и привёл страну к одному из серьёзнейших и тяжелейших кризисов в её истории.