Текст книги "Наследник $$$ уровня VII (СИ)"
Автор книги: Андрей Еслер
Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
По его команде носовая башня повернулась, и стволы медленно прошли над причалом. Карла, стоявшая рядом, невольно отступила на шаг, и я услышал, как один из людей Габриэля хмыкнул. Зрелище было убедительным. Корабль устарел для войны, но для того, чтобы никто не задавал вопросов о том, чьё судно стоит в порту, его хватало с избытком.
– Он ходит? – уточнил я у капитана.
– Двадцать узлов. Двадцать два, если очень попросить.
– А стреляет?
– Стреляет.
– Хорошо, что стреляет.
Санна впервые за экскурсию задержал на мне взгляд.
Мой узел связи стоял в стороне, за собственной оградой, как и обещал Рафаэль.
Снаружи он ничем не отличался от остальных корпусов: серый бетон, плоская крыша, две мачты. Внутри, за железной дверью, начиналось другое место. Полы вымыты, кабели уложены в лотки и подписаны, стойки протёрты. На стене висела карта мира, утыканная булавками, а на столе в углу аккуратно лежали стопкой журналы о путешествиях с закладками.
Хозяин всего этого поднялся нам навстречу.
Тадео Пирас, сержант-техник, лет сорока, худой, с внимательными глазами и руками человека, который годами работает с тонкими вещами. Форма на нём сидела аккуратно, но без старания, и было видно, что здесь он живёт.
– Сеньор дэ Фуэго. Мне сказали, что вы покупаете узел. – Он произнёс это без особой радости. – Я покажу.
Показывал он долго и подробно, с дотошностью человека, влюблённого в своё дело. Каждую линию, каждую стойку, подстанцию, резервный ввод, систему охлаждения. Рафаэль шёл следом, задавал вопросы, и с каждым ответом озадаченность на его лице проступала отчётливее.
– Здесь всё как новое.
– Здесь всё так, как должно быть, – поправил Тадео. – Новое или старое – неважно. Важно, чтобы быстро работало.
Рафаэль промолчал, но по его глазам я понял, что он сравнивает это место со своим цехом в Корсе, и сравнение выходит не в его пользу. Тонкая, почти неуловимая зависть человека, который считал себя лучшим механиком на побережье и только что увидел, что бывает иначе.
Кроме Тадео на узле работали трое: два техника и электрик, все местные, все служили здесь по многу лет. Я расспросил каждого и услышал примерно одно: узел хороший, сержант строгий, уходить некуда.
– А вы? – поинтересовался я у Тадео, когда мы остались у карты. – Куда собираетесь после продажи?
Он кивнул на булавки.
– В отпуск. Рапорт подан. Пятнадцать лет на этом мысу, сеньор дэ Фуэго, и ни одного дня за пределами острова. Когда узел продадут, мне полагается увольнение по выслуге. Хочу посмотреть, как выглядят места на этой карте вживую.
Он произнёс это спокойно, без пафоса, словно всё уже решено.
Всё сходилось в одну простую мысль.
Полковник продавал мне железо: бетон, кабели, старый корабль. За железо он и просил денег. Только железо само по себе ничего не стоило. Узел держался на людях, которые не давали ему развалиться. Корабль держался на капитане и команде, которые перебирали машины своими руками. Без них я получил бы дорогой металлолом на чужом острове. С ними получал готовую команду, которую в Валентии не собрал бы и за год.
Значит, покупать надо не только бетон и стены. Покупать надо людей.
Торговались в кабинете полковника, при закрытых дверях.
– Узел беру, – начал я. – Цена, которую вы назвали Рафаэлю, меня устраивает. С одним условием. Персонал узла остаётся со мной. Я пролонгирую с ними контракт.
Полковник Манка помолчал, разглядывая карту.
– Пирас подал рапорт.
– Знаю. С ним я поговорю сам.
– А корабль?
– Корабль беру, раз иначе нельзя. Но с экипажем. Капитан Санна и его люди служат у вас, но ходят на моей «Аквиле» и получают жалованье от меня. Срок неопределённый, пока вы не купите себе новый корабль, чтобы им было где работать. Но не больше года. Через год либо у вас есть новое судно, либо экипаж переходит ко мне окончательно.
Полковник поднял глаза.
– Вы понимаете, что фактически нанимаете нашу армию?
– Я понимаю, что оплачиваю вам содержание людей, которых вы иначе списали бы на берег. Ваш бюджет получает деньги за базу, за корабль и ещё год не тратит ни песо на экипаж. Я не вижу, где здесь ваш проигрыш.
Полковник ещё раз оглянулся на карту, покосился на Рафаэля, который сидел у стены и старательно изображал мебель, и кивнул.
– Согласен. Бумаги подготовят к вечеру.
С Тадео я остался наедине в его узле, как раз после того, как вышел от полковника.
Он не сел. Стоял у стола с журналами и смотрел на меня без злости, скорее с обидой, которую старался спрятать.
– Я подал рапорт, сеньор дэ Фуэго. Я пятнадцать лет ждал этого отпуска. Что я вам сделал плохого?
– Ничего. Поэтому и хочу оставить.
– Это не ответ.
– Это половина ответа. Вторая половина вот какая. – Я кивнул на карту с булавками. – Тебе нужны эти места. Мне нужен человек, который увидит в этих местах то, чего не увижу я. Технологии, оборудование, решения, идеи, которые лучше наших или могут в будущем нам пригодиться. У тебя есть опыт, знания и понимание. Ты будешь ездить по всей планете, смотреть, привозить. Всё за счёт компании: дорога, гостиницы, билеты. Отпуск, за который тебе ещё и платят.
Тадео молчал, и я продолжил.
– Но у тебя есть выбор. Ты готовишь себе смену, передаёшь узел, и я тебя не держу. Через три месяца уезжаешь куда хочешь, за свой счёт. Выбирай сам, я не обижусь ни на одно из решений.
Тадео перевёл взгляд с карты на стойки.
Так смотрят на детей, которых собираются оставить чужим.
– Смену за три месяца не подготовишь, – произнёс он наконец. – Тут год нужен, и то не факт.
– Значит, ты сам ответил.
– Да. – Он усмехнулся, первый раз за день. – Только карту я заберу с собой. Чтобы не забыть всех мест.
– Забирай.
Рафаэль с Хавьером, когда я вышел, ждали у машины.
– Оставили?
– Оставил.
– Правильно, – Рафаэль покачал головой. – Я тут неделю ходил по этой базе. Всё разваливается, крыши текут, забор упал в двух местах, дорога как после бомбёжки. А к его узлу не докопаешься. Двадцать девять лет, и всё как новое. Я так не умею. Пока не умею.
* * *
Бумаги подписали в кабинете полковника, при двух свидетелях.
Договор на узел, договор на «Аквилу», два контракта на персонал, акт передачи. Полковник Манка ставил подписи медленно, разглядывая каждую страницу.
Когда последняя подпись легла на последний лист, я посмотрел в окно, где над дальним причалом торчали мачты «Аквилы», и понял, что домой на пароме не поеду.
– Полковник. Мне нужно проверить корабль на ходу и экипаж в работе. Я иду на нём в Валентию.
Манка поднял брови.
– Военное судно в чужой порт?
– Поэтому я и прошу вас о последней услуге. Документы для захода. Уведомление, флаг, что там полагается. Вы это делали, я нет.
Полковник переглянулся с адъютантом и тяжело вздохнул. Судя по этому вздоху, он только что продал корабль и вдруг понял, что от хлопот с ним избавился не до конца.
– Транзитные бумаги оформим. Флаг нейтральный, судно частное, экипаж наёмный, заход по уведомлению. Фавора примет, там к нам привыкли. Но заходить вы будете под своей ответственностью.
– Разумеется, полковник.
Карла, стоявшая у двери всё это время, наконец подала голос.
– Значит, домой на военном корабле.
– Разумеется.
– Я знала, что не зря взяла третье платье.
Полковник перевёл взгляд с неё на меня, и впервые за день на его обветренном лице появилось что-то похожее на улыбку.
* * *
Гильермо дэ Мачадо.
Про Сарду ему сообщили в момент, когда Виктор купил билеты.
Портовые конторы Фаворы работали со страховой компанией семьи дэ Мачадо, и кое-кто до сих пор считал себя обязанным. Диспетчер по фамилии Оливер позвонил вечером, когда Гильермо сидел один в пустом баре очередного клуба и пил то, что бармен наливал.
– Дэ Фуэго купил билеты на Сарду на вечерний паром. С ним представительница семьи дэ Леон, та, что с обложек, и три человека охраны.
– Зачем ему Сарда?
– Не знаю, дон Гильермо. К ним уехал его инженер, неделю назад.
Гильермо положил трубку и долго смотрел на пустую стойку. Бармен делал вид, что протирает бокалы.
С Сарды в Валентию ходил один паром. Семнадцать часов открытой воды, где нет ни береговой охраны, ни свидетелей, ни связи, кроме той, что стоит на самом судне. Сарда закрытая, чужая, и в Фаворе про неё знали только, что там дёшево и туда лучше не соваться. Если с паромом что-то случится на этом переходе, никто не удивится. Про сардинских контрабандистов писали каждый год.
Необходимая мысль быстро сформировалась.
Людей он нашёл через Ринкона.
Мужчина держал в Фаворе прокат яхт, и все знали, что кроме них он сдаёт напрокат много чего ещё. С Гильермо они были знакомы с тех времён, когда отели заказывали у него катера для гостей. Встретились на воде: Ринкон подогнал катер, Гильермо поднялся на борт, и они отошли на милю от берега, где никто не подслушает.
Вода хлопала о днище, и Гильермо, никогда не любивший воду, держался за поручень чуть крепче, чем следовало.
– Мне нужны люди, привычные к работе в море. И судно, на котором их не догонят.
Ринкон не удивился.
Он вообще редко удивлялся.
– Есть команда. Бывшие военные, с той стороны залива. Катер тоже есть. Списанный военный, с пулемётом на носу и с движками, которые дают тридцать узлов. Береговая охрана его не догонит, паром тем более.
– Сколько?
Ринкон назвал цифру. Гильермо кивнул, не торгуясь, и это, кажется, впервые заставило хозяина катера посмотреть на него внимательно.
– Что нужно сделать?
– Виктор дэ Фуэго поплывет домой. Его нужно перехватить в открытом море. Подняться на борт, взять то, что берут контрабандисты, кассу, груз, ценности. И случайно застрелить одного пассажира.
– Случайно? – улыбнулся Ринкон.
– Но с ним охрана… Она тоже может оказать сопротивление, верно? – Гильермо говорил с удовольствием. – Он должен исчезнуть. Пусть его найдут через неделю на каком-нибудь берегу, или не найдут вовсе. Всё остальное должно выглядеть так, как выглядит сардинский набег. Флага нет, лиц нет, говорить только на их наречии. Чтобы завтра в газетах было слово «пираты».
Ринкон ответил не сразу. Катер качало, и на берегу, вдоль косы, зажигались огни гостиниц, среди которых два корпуса ещё носили имя дэ Мачадо.
– Дэ Фуэго, – повторил он. – Это дорого.
– Я заплатил.
– До того, как вы назвали имя цели. Насколько я знаю, у него мета в охране. Придётся тяжко.
Знать всё о некоторых влиятельных и известных людях Валентии входило в обязанности Ринкона. Иначе его бы не называли профессионалом в узких кругах.
– Я знаю, чем это может обернуться. – Гильермо отпустил поручень и выпрямился. – Он забрал у меня всё, что можно забрать, и оставил столько, чтобы я мог платить за то, что осталось. Терять мне нечего, Ринкон. А ему есть.
Мужчина выслушал, кивнул и завёл мотор.
– Мне сообщат, как только он отплывёт. Перехватим в нейтральных водах утром, примерно на середине. Связь по спутнику, один звонок после окончания задания.
– Договорились, – согласился Гильермо.
* * *
Утро субботы он встретил на террасе.
Особняк дэ Мачадо стоял на скале над побережьем, и терраса висела над морем так, что дом с неё выглядел плывущим. Отец купил его в удачный год, ещё до того, как научился считать деньги. С террасы просматривался весь залив, от косы до мыса, и в ясные дни на горизонте угадывалась серая полоса, которую местные называли Сардой.
Гильермо сидел в кресле, в халате, и пил апельсиновый сок с мякотью, который ему выжимала кухарка, единственная из прислуги, кого он ещё мог себе позволить. Сок был прохладным, кислым, с горчинкой от кожуры, и он пил его медленно, маленькими глотками, потому что делать больше было нечего.
На столе рядом лежал спутниковый телефон. Толстая трубка с короткой антенной, которую Ринкон дал вместе с командой. Гильермо смотрел на неё каждые две минуты. Солнце поднялось над водой, чайки орали над скалой, внизу шуршал прибой, и ничего, кроме этого, не происходило.
Он представлял, как это выглядит. Серый катер выходит из-за горизонта, паром сбавляет ход, люди в масках поднимаются по борту. Пассажиры кричат, кто-то прячет кольца, дэ Леон бледнеет и жмётся к охране, а мальчишка дэ Фуэго стоит со своим умным лицом и наконец не знает, что сказать. Гильермо прокручивал эту картину много раз.
Телефон зазвонил в восемь сорок.
Он схватил трубку так быстро, что расплескал сок на халат, и не заметил.
– Слушаю.
Голос в трубке шёл с треском, издалека, и на фоне гудели моторы.
– Мейдей. Мейдей. Отбой операции. Уходим.
Гильермо решил, что не расслышал.
– Что значит «отбой»? Повторите. Кто такой Мейдей!
– Отбой. Отмена. Возвращаемся на базу.
– Почему?
Пауза в трубке заполнилась треском, и Гильермо успел подумать, что связь оборвалась. Но вдруг на том конце что-то громко бахнуло.
– У нас недостаточная огневая мощь.
– Какая ещё мощь? – Он вскочил, и кресло грохнуло о плитку. – У вас военный катер!
– А у них военный корабль!
Связь оборвалась окончательно.
Глава 5
Деньги закончились как-то подозрительно быстро.
Ещё совсем недавно я смотрел на счета и считал, что запас вполне приличный. Потом появилась Сарда, бывший военный узел связи, необходимость вложиться в его переоборудование, оставить персонал, оформить контракты, купить вместе с базой корабль и заодно взять на содержание экипаж. В итоге после нескольких подписей в кабинете полковника сумма на счетах перестала вызывать ощущение финансовой свободы. Бедным я, конечно, не стал, но то приятное чувство, когда можно не смотреть на стоимость очередного проекта, закончилось. Деньги, как оказалось, имели дурную привычку исчезать особенно быстро именно тогда, когда приобретаешь военную базу и сто тридцать метров убойного металла в придачу.
«Аквила» шла в сторону Валентии ровно и тяжело, почти не замечая волн. Где-то впереди держался паром, на котором мы должны были возвращаться изначально. Теперь его белый корпус время от времени появлялся над горизонтом, а я стоял в ходовой рубке и слушал, как капитан Санна разговаривает с портовым диспетчером. Голос из динамика несколько раз уточнил название корабля, регистрационные данные, порт назначения и статус судна, после чего подтвердил разрешение на заход.
– И всё? – спросил я, когда Санна положил трубку. – Нас действительно пустят в гражданский порт вот на этом?
Капитан посмотрел на меня так, будто вопрос был куда страннее самого корабля.
– А почему нет, сеньор дэ Фуэго? Судно больше не военное. Формально это частное морское судно специального типа. Можно считать очень большой яхтой, если вам так спокойнее.
Я выглянул через стекло на носовую башню.
– Очень убедительная яхта.
– Вооружение придётся опечатать перед входом в порт, – невозмутимо продолжил Санна. – Боезапас хранится отдельно, доступ только у лицензированного персонала. Разрешение на вооружение есть, документы на хранение есть, экипаж допущен. Там много условий, но мы проходили это раньше при заходах в иностранные порты. Диспетчер подтвердил приём, так что трудностей не будет.
– А пушки?
– Опечатаем системы управления и зафиксируем орудия в походном положении.
– Пулемёты?
– То же самое.
– Торпеды?
Санна чуть помолчал.
– Сеньор дэ Фуэго, если вы продолжите перечислять вооружение, диспетчер от этого разрешение не отзовёт.
Я усмехнулся и снова посмотрел вперёд.
Ярмо на шее внезапно перестало выглядеть таким уж фатальным.
Капитан, видимо решив, что новый владелец всё-таки должен понимать, что именно купил, устроил нам с Карлой полноценную экскурсию. Не ту короткую пробежку на Сарде, а полный расклад. Начали с носового орудия. Вблизи башня выглядела намного внушительнее, чем с причала. Металл нагрелся на солнце, вокруг пахло морской солью, смазкой и краской. Санна объяснил основные системы, показал помещения хранения боеприпасов, тяжёлые герметичные двери, механизмы подачи и посты управления. Внутри корабль напоминал огромный организм, где каждый коридор, лестница и люк имели совершенно конкретное назначение. Никакого лишнего пространства, никакой красоты ради красоты, всё подчинено работе.
Карла слушала внимательно, хотя по её лицу было видно, что половину технических терминов она пропускает мимо ушей. Зато там, где можно было потрогать механизм, посмотреть в прицел или заглянуть внутрь какого-нибудь отсека, интерес просыпался мгновенно. Санна довольно быстро это заметил и перестал объяснять нам устройство корабля как детям.
Затем он вывел нас к кормовой части, где находилась вертолётная площадка. Я остановился. На площадке стоял вертолёт.
Старенький, с потускневшей окраской, компактный, явно когда-то военный. Лопасти были сложены вдоль корпуса, возле колёс стояли упоры.
– Это ещё что? – спросил я.
Санна пожал плечами.
– Штатная машина корабля. Осталась вместе с ним.
Я медленно повернулся к Карле.
Она уже улыбалась.
– Не говори.
– Я ничего не сказала.
– Ты подумала.
– Конечно.
Я снова посмотрел на вертолёт.
Покупка нравилась мне всё больше.
Фрегат длиной около ста тридцати метров по меркам обычных яхт вообще выглядел чудовищем. Я когда-то видел фотографии крупнейших яхт миллиардеров и прекрасно помнил, что подобные размеры уже относились к той категории, где владелец переставал объяснять окружающим, сколько у него денег. Конечно, «Аквила» не имела бассейна, стеклянных салонов, дизайнерских лестниц и золотых смесителей, зато у неё имелись пушки, вертолёт, полноценная силовая установка, дальность хода и корпус, рассчитанный совсем не на прогулки возле берега.
Если немного переделать каюты, нормализовать бытовые помещения и сократить штат до разумного минимума, получится великолепная семейная яхта.
Вооружённая до зубов семейная яхта.
От самой мысли я едва не рассмеялся.
Когда экскурсия закончилась, мы с Карлой устроились на корме, где ветер чувствовался слабее. Шезлонгов на военном корабле почему-то не предусмотрели, поэтому пришлось довольствоваться парой складных кресел, найденных экипажем. Карла почти сразу избавилась от верхней одежды и осталась в купальнике, а я снял рубашку, подвернул штанины и вытянул ноги навстречу солнцу.
Море вокруг было спокойным, корабль шёл ровно, оставляя за кормой широкую белую полосу. Кто-то из матросов принёс нам два простых коктейля в металлических кружках, потому что нормальной барной посуды на борту, естественно, тоже не оказалось. Получилось даже лучше. Карла сидела рядом, щурилась на солнце и время от времени убирала волосы с лица.
Я посмотрел на неё и поймал себя на знакомой мысли.
Нужно быть полным идиотом, чтобы не понимать очевидного.
Одна из самых красивых женщин Валентии была ко мне явно неравнодушна. Причём настолько, что это давно перестало быть вопросом догадок. Карла могла ничего не говорить, но взгляд выдавал куда больше слов. Иногда мы просто смотрели друг на друга дольше, чем принято между друзьями. В такие моменты она чуть улыбалась, словно ждала, что именно я сделаю дальше, и между нами появлялось это странное напряжение, которое невозможно было объяснить привычкой или дружбой.
А эти редкие поцелуи. Неужели я их и правда жду? И всё же я постоянно останавливался. Не потому что не хотел. Наверное, как раз наоборот.
С другими женщинами всё было просто. Встреча, удовольствие, утро, иногда ещё несколько встреч. Никаких обязательств и никаких последствий, кроме тех, которые можно решить разговором. С Карлой подобная схема казалась невозможной. Стоило сделать ещё один шаг, и обратно уже не отойдёшь так, будто ничего не произошло.
Это было похоже на край высокого обрыва. Прыгнуть хотелось, но где-то внизу обязательно менялся весь привычный мир.
Карла поймала мой взгляд и слегка прищурилась. Лисьи глаза. Она тоже всё понимала. Вот что вдруг пришло мне в голову. Не только я тянул время, Карла делала то же самое.
Мы оба будто ходили вокруг одной границы, прекрасно видели её и почему-то не торопились переходить. Любовь? Слово показалось слишком громким. Я отпил коктейль и посмотрел на море.
С этим нужно было разобраться. Желательно раньше, чем обстоятельства разберутся за меня.
На горизонте снова показался паром. «Аквила» шла примерно тем же курсом, поэтому время от времени мы видели его между волнами. Карла что-то рассказывала про своего отца, я смеялся, потом разговор перескочил на детство, снова на родителей, школа, университет…
Спокойствие закончилось вместе с появлением капитана.
Санна подошёл без спешки, но по его лицу я сразу понял, что пришёл он не ради коктейля.
– Сеньор дэ Фуэго, у нас впереди проблема.
Я поставил кружку.
– Какая?
– К парому идёт быстроходный катер. Военного типа. Флага нет, на вызовы не отвечает. На палубе люди с оружием, часть в масках.
Карла выпрямилась.
– Пираты?
– Похоже на то, – спокойно ответил капитан. – До парома им осталось немного. Мы можем продолжить своим курсом или вмешаться. Решение за вами.
Ещё час назад мне казалось забавным, что я купил вооружённую яхту.
Теперь шутка внезапно получила практическое применение.
– Показывайте.
В рубку мы поднялись почти бегом. Экипаж уже работал. На столе лежала карта, кто-то наблюдал за катером через оптику, рулевой немного изменил курс. Через передние стёкла прекрасно просматривалась носовая часть корабля и массивная башня главного калибра.
– Увеличить ход, – приказал Санна.
По корпусу прошла лёгкая вибрация. «Аквила» начала набирать скорость.
Разница ощущалась даже внутри. До этого корабль словно лениво скользил по морю, теперь нос увереннее резал волну, а белая вода пошла выше вдоль бортов. Паром постепенно приближался. Катер был уже рядом с ним, шёл наперерез и пока будто вообще не обращал внимания на приближающийся фрегат.
Я взял бинокль. Даже отсюда людей было видно достаточно хорошо. Маски, оружие, никакого флага.
– Они нас не видят? – спросил я.
Санна хмыкнул.
– Видят. Просто либо не понимают, кто мы, либо надеются успеть.
Я опустил бинокль.
– Можем уничтожить?
Капитан посмотрел на расстояние между катером и паромом.
– Сейчас опасно. Слишком близко. Можно зацепить гражданское судно, осколки тоже могут уйти туда.
– Предупредительный рядом сможете?
– Да.
Я кивнул.
– Давайте.
Команда изменилась мгновенно. Один из моряков повторил приказ, другой что-то сообщил на пост управления огнём. Носовая башня ожила и медленно повернулась.
Я видел подобное только в кино. Вживую происходящее ощущалось совсем иначе. Ствол остановился чуть в стороне от катера. На секунду в рубке стало странно тихо.
Потом орудие ударило.
Грохот пришёл даже через корпус и стёкла. Где-то впереди над морем поднялся столб воды, взрыв произошёл правее и позади катера.
Эффект оказался моментальным.
Катер сбросил скорость, дёрнулся в сторону, на палубе началась суета. Через несколько секунд он уже разворачивался от парома.
Санна смотрел вслед.
– Отпускаем или…
Он поднял бровь.
Я тоже посмотрел на удаляющийся катер.
Люди на борту только что собирались захватить гражданское судно. Возможно, ограбить пассажиров. Возможно, сделать что-нибудь хуже.
Я поднял руку, сложил два пальца как пистолет и медленно повёл ими вслед за катером.
Санна понял без дополнительных объяснений.
– Цель сопровождаем.
Башня начала поворачиваться.
Катер уже набрал скорость и резал воду острым носом, оставляя за собой длинный белый след.
Несколько секунд я смотрел на него.
– Бум, – чётко сказал я, и звук вырвавшийся изо рта тут же заглушил выстрел.
Орудие грохнуло.
На этот раз впереди появился не столб воды.
Катер словно исчез внутри вспышки. Над морем поднялось облако огня, затем его быстро сменил тяжёлый тёмный дым. Когда ветер немного разорвал завесу, на поверхности уже оставались только разбросанные обломки и пятно на воде.
Я несколько секунд смотрел туда, потом развернулся.
Карла стояла чуть позади.
Она смотрела на меня задумчиво, слишком внимательно для человека, который просто наблюдал за стрельбой.
Я улыбнулся.
– Думаю, можем возвращаться к солнечным ваннам.
* * *
Карла сидела в раскладном кресле и грелась под солнцем, но расслабиться уже не получалось.
Виктор стоял впереди, возле края кормовой площадки. Под ним было ещё несколько метров палубы, затем борт и белая вода, которую огромный корабль разрезал на две расходящиеся полосы. Ветер трепал его волосы и относил сигаретный дым в море.
Она смотрела ему в спину.
Пять минут назад этот парень приказал уничтожить катер. Там находились люди.
Бандиты, пираты, вооружённые преступники, которые собирались напасть на пассажирский паром, но всё равно люди. Десяток, возможно больше. Несколько слов, движение пальцев, один выстрел, и их больше не существовало.
Теперь Виктор стоял у борта и спокойно курил, разглядывая волны, словно самое важное событие утра уже закончилось.
Удивляло ли это Карлу? Наверное, должно было. Но не удивляло.
Она уже видела подобного Виктора. Не на переговорах, не перед камерами, не в окружении сотрудников, где он мог улыбаться, шутить и изображать молодого предпринимателя, который случайно слишком быстро стал богатым. Другого. Того, который появился в клубе, когда её похитили, и не тратил время на сомнения, если решение уже принято.
Он мог быть лёгким, смешным, временами совершенно несерьёзным, но где-то под этим существовала черта, за которой исчезали компромиссы.
Карлу беспокоило другое. Она не боялась.
Не испытывала отвращения и даже не могла заставить себя осудить его так, как, наверное, следовало бы. Вместо этого внутри жило опасное, стыдное восхищение. Не самим выстрелом и не смертью людей, а абсолютной уверенностью, с которой было принято решение.
Он не спросил, что правильно. Он решил.
Карла отвела взгляд на море и попыталась убедить себя, что именно это её и тревожит.
Получалось плохо. Виктор докурил, бросил окурок в металлическую пепельницу и обернулся. На лице уже не осталось ничего от человека, который несколько минут назад стоял в командной рубке перед орудийным расчётом.
– Коктейль ещё жив?
Карла посмотрела на железную кружку рядом с собой.
– Лёд умер героем.
– Тогда придётся сделать новый.
Он подошёл ближе, и она снова поймала себя на том, что слишком долго смотрит ему в глаза. В то время как внизу живота разливается жгучее желание.
* * *
Тайрон был раздражён уже с самого утра, и дело было даже не в перелёте. Час в вертолёте он переживал спокойно, особенно если в конце ждал актив, который приносит деньги. Здесь же всё было наоборот. Один из отелей, недавно выкупленных у дэ Мачадо, упорно не хотел превращаться в нормальный бизнес и вместо прибыли подбрасывал одну проблему за другой. То персонал требовал пересмотра старых контрактов, то поставщики вдруг вспоминали о многолетней дружбе с прежними владельцами, то местная администрация не могла решить вопрос, на который в Фаворе ушло бы двадцать минут.
К середине дня Тайрон уже сидел на террасе ресторана прямо у побережья Сапфирового моря, смотрел на сверкающую воду и пытался не думать о том, что прилетел сюда лично ради парковочного места.
Ситуация была до смешного простой. Три крупных отеля делили между собой участок побережья, пляжные зоны и небольшую марину. Исторически у каждого было своё место у центрального пирса, где стояла яхта для гостей и владельцев. У соседей яхты были свои. Дэ Мачадо же судно арендовали, а после продажи гостиницы договор закончился, яхту забрали, и причал несколько недель пустовал.
Этого оказалось достаточно.
Один из соседей переставил свою вторую яхту на освободившееся место и теперь делал вид, будто так было всегда. Второй его поддерживал, потому что обоим идея вытеснить столичного владельца из марины почему-то казалась великолепной.
Тайрон смотрел на яхту и медленно постукивал пальцами по столу.
Яхта была нужна. Это фото, презентабельность для отеля, морские прогулки, аренда, порою яхта могла приносить больше денег чем половина отеля. Ситуацию надо было как-то решать. Поставить пока что-то своё? До того, как будет куплена или арендована новая.
Две беспросветные деревенщины.
Причём состоятельные деревенщины, что делало их ещё хуже. Люди, которые всю жизнь владели гостиницами на одном берегу, знали каждого чиновника в радиусе пятидесяти километров и искренне считали, что любой приезжий через месяц устанет спорить и уедет обратно в столицу.
Возможно, с кем-то другим схема действительно работала.
Тайрон отпил кофе и вдруг вспомнил вчерашний разговор с Элеонорой. Она упоминала, что Виктор зачем-то уехал на Сарду. Что именно понадобилось младшему сыну на острове, Тайрон так и не понял. Последнее время пытаться отслеживать все его проекты стало бессмысленно. Стоило запомнить один, как появлялись ещё два.
Гиперактивный мальчишка. Он достал телефон и набрал номер. Виктор ответил не сразу.
– Да?
– Ты где?
На другом конце несколько секунд было слышно шум, похожий на ветер.
– В порту.
– В каком ещё порту?
– В Лоне. Только пришёл.
Тайрон поднял взгляд на море.
– Ты уже вернулся с Сарды?
– Получается, да. А что?
– Хорошо. Там моя «Ликария» стоит, если экипаж на месте, перегони её ко мне.
– Зачем тебе яхта? – недоуменно спросил младший.
Тайрон поморщился и ещё раз посмотрел на чужое судно возле пирса.
– Здесь соседи немного не поняли, с кем связались. Решили отжать моё место в марине, пока оно пустовало. Хочу поставить туда «Ликарию», чтобы вопросов больше не возникало.
– То есть тебе просто нужно занять место?
– Именно. Моя красавица там отлично встанет. От Лоны сюда меньше часа. Я уже итак потерял больше времени чем мог себе позволить.
На том конце повисла короткая пауза.
– Хорошо. Сейчас приплыву.
Связь оборвалась.
Тайрон убрал телефон и наконец немного расслабился. Вопрос был решён. Оставалось дождаться яхты, поставить её у пирса и закончить этот деревенский цирк.
Через десять минут к ресторану подошёл владелец соседнего отеля.
Сеньор Маркес был невысоким, плотным мужчиной лет пятидесяти, с густыми усами и загаром человека, который большую часть жизни провёл на одном и том же побережье. Он явился без особой спешки, пожал Тайрону руку и расположился напротив с видом хозяина всего берега.
– Вы хотели поговорить?
– Хотел, – Тайрон кивнул в сторону марины. – Ваша яхта стоит на месте моего отеля. Через час придёт моя. Уберите свою.
Маркес даже не посмотрел на пирс.
– Боюсь, сегодня не получится.
– Почему?
– Капитан дома.
– Позвоните ему.
– Заболел.
Тайрон медленно поставил чашку.
– Тогда найдите другого.
– Команда разъехалась.
– Соберите.
Маркес пожал плечами.
– Не так просто.
Тайрон некоторое время смотрел на него, пытаясь понять, действительно ли взрослый человек решил вести этот разговор именно так.
– Вы хотите сказать, что не можете передвинуть собственную яхту на тридцать метров?
– Я хочу сказать, что сегодня это невозможно.
– Почему?
Сеньор Маркес чуть задумался, словно только сейчас осознал, что объяснений уже не осталось.
