Текст книги "Альсара"

Автор книги: Андрей Карелин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 36 страниц)

Азия просто больше не могла находиться здесь. У неё впереди был выпускной экзамен, и тогда двери Ксива и Матра откроются, и она сможет покинуть это за год так наскучившее, но интереснейшее место.

Последний экзамен не был ни для кого секретом. Скоро ей и ещё группке выпускников предстояло охранять границы Ксива и Матра.

Когда Азия окончательно поправилась, её и несколько других выпускников направили на практику. Назвать это практикой можно было с натяжкой. Но теперь больше никакого астрала. Девочке этого и не хотелось с прошлого раза. Теперь ей нужно было снова побывать на сопках, правда на местных, а не на тех, где она родилась.

– Здесь всем хватит места, – донёсся голос Рона до Азии, – каждый будет оберегать свою тропинку, а всего их не больше десяти, иначе пешком до Ксива и Матра добраться проблематично. У нас постоянные гости из внешнего мира, а Ксива и Матра секретное место. Вам нужно просто оберегать тропы, идущие к нам через сопки. Кроме того, нам, то есть вам, конечно, нужно будет доказать свою способность выживать в относительно дикой природе, ну проще говоря, в безлюдье. Пробыть в одиночестве несколько дней. Азия, ты чем-то недовольна? – Рон постоянно жалел свою любимую ученицу и, конечно, разбаловал её.

Девочка сделала максимально угнетённый вид. Хотя было заметно, как она посветлела, когда к ней обратились.

– Я не считаю, что нужно тратить наши силы на такие бесполезные задания. Если охрана тайны и нужна, в чём я лично сомневаюсь, то скорее с воздуха. Пусть этим занимается кто-то с гравитоном. – Азия шла на это, как на казнь. Все так привыкли к тому, что к Азии было всегда хорошее отношение со стороны Рона, что теперь у всех, кроме неё, было ощущение, что старый мастер решил её за что-то проучить.

В разговор вмешался Шарон, который летел с ними.

– А считаю, что для таких как ты, Азия, можно было вообще отменить все тренировки и оставить только наркотики и девочек.

Все засмеялись. Азия покраснела от стыда. Не за слово наркотики и не от слов Шарона. Она старалась не афишировать, но не могла скрыть тайные взгляды на Сантану и других девушек.

"От кого я пыталась скрывать, – думала Азия про себя, – от себя было бы скрыть ещё проще. Но я попытаюсь всё начать сначала в новом обществе". Азия отлично знала, как распознать ложь и как понять чужие мысли. Её здесь этому учили. Винить нужно было только себя. Хотя можно было обвинять во всём Энти, она соблазнила Азию первой. Ведь не встреться она тогда, всё сложилось бы иначе.

Азия думала о своей бывшей подруге с сожалением. Ведь она понятия не имела где та и с кем. Но что частичка Энти навсегда в сердце Азии этого теперь не отнять. Азия раньше всегда смотрела на девушек как на конкуренток, но никогда, как на объект страсти, до встречи с этой наглой высокомерной брюнеткой.

Азия тысячи раз представляла себе, как она сейчас отомстила бы Энти. Она могла бы дать ей пощёчину или ударить электротоком. Но что бы она себе не представляла, это всегда заканчивалось страстью и постелью.

"Ну, просто болезнь какая-то", – ругала себя Азия и ничего не могла с собой поделать.

Её мысли снова прервал Рон, когда подвёл их к посту, за которым она должна будет присматривать.

– Азия, тебе здесь предстоит провести неделю. Потом этим займутся другие, а перед тобой откроются все твои мечты, – подбадривал Рон.

– Хорошо, Рони, – весело ответила Азия, словно он оторвал её от неприятных мыслей.

Ни с кем не прощаясь, Азия просто осталась там, где ей предстояло теперь жить целую неделю. Остальные ушли через сопки вдаль.

"Как хорошо пройти курс в Ксива и Матра, если бы я умела всё это раньше". Азия постаралась не мёрзнуть, но у неё не получалось. Вечерний холодок забирался под одежду.

"Странно, это в первый раз с тех пор, как я здесь. Видимо всё становится на свои места. Я снова становлюсь такой же ленивой, как была раньше". Не удивительно, ведь она провела в помещении почти год, не выходя на улицу.

Чтоб не мёрзнуть, девочка поставила палатку и закуталась в спальный мешок. Как в нём было мягко и приятно, и главное, тепло. Девочка почему-то вспомнила подсолнух, так добровольно ставший для неё ловушкой. Как она охрипла и как её спас конкистадор на белом гравитоне. Хотя Азия раньше не любила конкисту, но конкиста представлялась ей чем-то светлым, возвышенным.

Здесь, как настоящего праздника, девочка ждала ночи, не только чтобы поспать, ведь во сне она путешествовала по разным мирам, тем, которые видела и тем которые смогла себе нарисовать. Это было всё так красочно и реально, что Азия подолгу не хотела просыпаться. Правда, теперь это стало больше похожим на эмоциональный объёмный кинотеатр, чем на привычный астрал. Теперь находится в астрале становилось всё тяжелее.

"Во сне я могу себе позволить всё запретное во внешнем мире. Быть с кем хочу, делать всё, что захочу". Азия видела там и Рона, и Боска. Только Боск почему-то молчал.

"Неужели я забыла его голос". Рон же с ней разговаривал настолько правдоподобно, как будто это была не ментальная проекция, а лично он. Но были и более красочные сны. С участием Энти или Сантаны, или Райана Маршала.

За несколько дней никто не проявил интереса к этой Ксивой забытой тропинке. Зачем надо было её охранять, было непонятно, но здесь можно было отдохнуть от докучливых друзей. И от выходок Шарона. И от тренировок. Азия поймала себя на мысли, что ей не очень то и нравится тренироваться. Не так как Шарону. Азия была куда больше увлечена собой. Возможно главное, что она усвоила от пребывания в Ксива и Матра, это как сделать кожу лица идеальной. Раньше столько косметики на это уходило. Техника, которой довелось здесь обучиться, была нужна всем и каждому, это необходимая система упражнений. Но за это приходилось расплачиваешься зависимостью от сверхтяжёлого наркотика.

Но это того стоило. Правда, Азия знала, что они принимали очищенную серебряную смазку, которой нигде больше нет. Это продукт Эры Разума, когда человек вполне серьёзно приобретал способность компьютера, впитывая в свой мозг некоторое количество электронной жидкости. Конечно, это лишь её жалкое подобие. И все эти ритуалы – лишь урезанное перевоплощение прошлого, когда каждый обретал все эти качества и становился, по сути, сверхчеловеком. А общество приобретало ещё одного достойного члена. Сейчас же сохранившиеся знания, хоть как-то отражённые Роном в уставе Ксива и Матры, помогали лишь немногим, лишь самым одарённым приобретать высоту познания. Для этого надо было родиться таким, как надо, и учится так, как требуется.

Азия понимала, что они всего-навсего недоучки по сравнению со знатоками прошлого. С теми, чью технику сейчас копирует их организация. Но все они, эти герои прошлого, превратились в пыль. И если есть хоть соломинка, за которую можно вытянуть знания прошлого – за неё надо было держаться. За этот год девочка фактически приобрела высшее образование уровня первого класса Эры Разума. Но значительно выше самого престижного университета Крайзалиса.

"Что такие знания делают на Альсаре? Если их принёс Гай Монтаг, то почему сюда? Почему именно я так важна Рону?" Эти вопросы не давали покоя девочке. Вот что бывает, когда надолго остаёшься в одиночестве.

Однажды Азия начала сильно тревожиться во сне. Её постоянно будил голос Рона, которому она никак не хотела показывать себя в объятиях Райана Маршала, пока их не познакомит в реале.

– Азия, проснись.

– Но, Рони, я ведь ещё только начала. Скажи ему, Райан.

– Рон, я вас не знаю, но отстаньте от Азии, она никак не может сосредоточиться. – Райан повернулся к Азии, – просто не обращай на него внимания.

– Я не могу, я не люблю, когда кто-то смотрит на меня во сне.

– А я и забыл, что это твой весёлый сон и всё вокруг нереально. Как ты вообще получаешь от этого удовольствие, – язвил Райан.

– Я пытаюсь расслабиться…

– Азия, проснись, – продолжал Рон.

– Если это всё равно сон, то просыпайся и решай свои проблемы. – Райану было всё равно, прямо, как и в жизни.

– Ты что, на его стороне? – удивлёно спросила Азия Райана.

– Нет! Но какая логика в игнорировании реального мира.

– Действительно. До встречи, Райан. Приятно провела с тобой время.

– Давай лучше встретимся в реальности. Меня эта воображаемая действительность бесит. – Райан просто исчез.

И действительно. Азия потихоньку утрачивала способность так ярко представлять себе людей во снах. Видимо и это качество скоро будет утеряно, вместе с передозировками серебряной смазки и ещё чем-то. Как говорил Рон:

"Ты уже достала нужное из подсознания, и теперь закрываешь его опять".

"Ну не вечно же жить двумя жизнями", – с этой мыслью девочка проснулась.

Вокруг был ночной предрассветный мрак. Самая глубина ночи. Везде гудели сверчки, и неслышно оседала роса на траву. Азия ещё пару секунд просидела в тёплом спальнике, не желая вылезать наружу, но потом всё же высунулась. Глубокое небо с миллиардом разрушенных галактик. Ночные сумерки. Всё как обычно. Только теперь Азия была совершенно одна, без света и ей было совершенно не страшно.

Азия вышла наружу, надевая рейдерский костюм, такой привычный и удобный для этих мест. Сейчас нельзя было промёрзнуть. Но зачем вставать в такую рань. Девочка принялась всматриваться в пустоту. Где-то что-то шевелилось, но не было никаких признаков движения. Азия поднялась и отправилась по тропинке в сторону, откуда могли прийти нежданные гости. И тут она краешком глаза заметила серую тень в капюшоне, двигающуюся наперерез.

В другой момент своей жизни девочка бы испугалась страшно. Но сейчас весь этот страх и неуверенность перекрыли страсть и демонстративная агрессия.

Азия незамедлительно сверкнула молнией, предупредив визитёра об опасности.

– Стой, где стоишь, ты всё равно здесь не пройдёшь, – эти слова сопровождались игрой электрической фиолетовой переливающейся дуги. Надменный голос Азии сработал лучше любого предупреждения.

Но тень не остановилась, а двигалась прямо на девочку. Азия, не раздумывая, сделала прыжок в сторону тени, и не думая о последствиях, направила на неё искрящуюся молнию.

Тень отпрыгнула, но девочку это не остановило. Ведь она так соскучилась за своими сверхспособностями в реале.

Вдруг ниоткуда прозвучал голос:

– Здесь электраэтернал. Похвально. Я не думал, что Рон так заботится об этой тропе. Я, кстати, к нему.

– Какая проницательность, – сыронизировала Азия, продолжая играться молнией, – всё равно здесь никто не пройдёт.

– Ты ведь ещё неопытна, я не хочу тебя калечить. – Голос тени звучал опасно близко.

– Только попробуй, – надменно заявила Азия.

Она уже несколько раз попадала в противника электроразрядом, и он не сопротивлялся. Внезапно тень приблизилась вплотную. Азии было этого только и нужно, она напрягла все свои мышцы до кончиков пальцев и ударила точно в него.

Но всё пошло не так, как планировалось. Внезапно тень словно прошла сквозь молнию, и очень сильным толчком притянула Азию к себе.

Они стояли лицом к лицу. Азия не могла различить черты лица незнакомца. Но его проворность заставляли её удивляться. Она даже не успела пожалеть, что так близко подпустила его к себе.

– Я не хотел этого делать. Я замораживаю тебе сердце. – Он прикоснулся своими пятью пальцами к её груди, и Азия почувствовала ужасный холод, пронизывающий всё её тело. Девочка упала на спину и стала задыхаться. Она жадно хватала воздух руками, но не могла вдохнуть. Наверное, целую минуту сердце не билось, прежде чем Азия полностью потеряла сознание. Это был сон без сновидений.

Что было дальше, Азия не помнила, но понимала, что прошло довольно много времени, может пару часов. Девочка пришла в сознании возле живого огонька. На её груди лежала губка, на которую постоянно лилась раскалённая маслянистая жидкость.

– О, ты проснулась, – прозвучал знакомый голос, – извини, мне надо это сделать, потерпи, сейчас будет немножечко больно, – он со всех сил надавил рукой на губку, и словно расплавленный метал, по её груди полилась жидкость. Азия думала, что она уже вся в ожогах. Но вслух закричать не смогла. Лишь беззвучно.

Азия снова потеряла сознание, когда её поместили в очень горячую ванную.

– Вот видишь, что ты наделал, мы её чуть не потеряли, – слышала Азия голос Рона, когда вновь начала приходить в себя, – Она лучшая моя ученица.

– Да ладно тебе, просто переморозил чуть-чуть, будет знать, как следующий раз себя вести в такой ситуации.

Они словно видели, что Азия пришла в себя, но ленится открыть глаза.

– Да вставай уже, соня, ты почти сутки спала.

– Очень приятно, меня зовут Азия, – как ни в чём не бывало, улыбаясь, ответила девочка. Она уже понимала, что этот человек скорее друг, чем враг. А после последнего поражения она куда дольше провалялась в госпитале и не держала особенного зла ни на кого. Хотя нотки подозрительности и недоверия в её голосе читались.

Девочка, наконец, открыла глаза. Она была без одежды, но полностью закутана в трёхслойный спальник.

– Вы раздели меня и всё видели?

– Не переживай ты так, ты чуть не погибла от переохлаждения. А беспокоишься из-за того, что тебя видели голой.

Рон вмешался:

– Азия, мы сделали то, что было нужно. Никто тебя не рассматривал. Сначала мы согрели тебя в горячей ванной, а потом закутали в термальное одеяло, чтобы сохранить тепло.

– Извини, это моя вина, я не думал, что ты настолько теплолюбивая.

Азия попыталась встать, но ноги ей явно отказывали. До сих пор было холодно. Азия до конца вечера пила горячий чай и мило беседовала с Роном и его другом, как оказалось.

– Извините. Я не знала, что вы друг Рона. – Опуская глаза, извинялась Азия.

– Да к чему это ты, всё в порядке, ты поступила так, как было правильно. Ты ещё слишком молода и неопытна… – С прощающей интонацией произнёс Тень.

Рон наливал чаю Азии, которая еле удерживала дрожащими руками чашку. Она не могла ни поставить, ни опустить её. Азии просто надоело себя обливать горячим чаем, и она попросила Рона забрать чашку. Дальше она лишь мирно в полудрёме наблюдала за разговором двух архонтов.

– Так я всё же не понял, каким образом ты вернулся, – доброжелательно спрашивал Рон.

– Не удержался. Да вот, видимо, чуть не лишил тебя самой лучшей ученицы.

– Не надо было возвращаться, – полушутливо прокомментировала Азия.

– Тебя никто не спрашивает, – огрызнулся Тень.

– Нет, почему, Азия довольно способная и перспективная, быть может, мы о ней ещё услышим, – вступился за девочку Рон, – Тебе не следует с ней так. Она имеет право знать все наши тайны.

– Я в ордене уже много десятилетий, но не видел такого отношения к новичкам, ты стареешь Рон.

– И да, и нет, просто этому выпуску грозят самые серьёзные испытания. Ведь ты не ринешься в водоворот новой войны, – укорил друга Рон.

– Может быть и да. И угораздило же мне так покалечить твою любимицу, – Тень снова повернулся к Азии, – ещё раз извини.

Азия сделала вид, что она не обратила внимания на его извинения, но ей было приятно настолько, что девочка даже улыбнулась и раскрыла свои чувства.

– Рон, помоги мне одеться, – произнесла Азия явно дрожащим от холода голосом.

– Азия, я всегда делаю, так как хочешь ты, но сейчас поверь, тебе так лучше. Твой иммунитет ослаблен чем-то.

– Я почти не больна и легко могу с этим справиться.

– У тебя что-то неординарное, я такого никогда не видел, может это какая-то тропическая лихорадка. Но ты бы так тяжело не отходила после заморозки, если бы была здорова. Похоже, есть болезни ещё неизвестные в Ксива и Матра.

– Она ещё и больна! – Не унимался Тень, – в чём же её талант?

– Я не сказал больна. Просто ослаблена. Иммунитет на пределе измотанности. Но лучше ей об этом не знать.

Рон подвинул чашку чая своему другу и сразу перешёл к теме. Словно этот разговор был специально спродюсирован для Азии. Чтобы она не могла пропустить ни одной нотки.

– Кто будет в городе? – Спросил Рон.

– Джерри Пирм и многие другие лидеры сопротивления.

– Святая Инквизиция уже и в сопротивление записалась. Чему она сопротивляется, запретам на массовые казни людей? В общем, не важно, я хочу быть в городе и сам наблюдать за всем происходящим. – Рон пытался разыграть эмоции, но он явно был далёк до страстного переживания описываемых им событий.

– Какой план действий? – Спросил Тень.

– Быть там и всё видеть, я не думаю, что все события могут быть так близки, как нам навязывают.

– А как же твои принципы невмешательства, Рон?

– Я не вмешаюсь. Но Азия, Шарон и остальные могут.

Азия просто не выдержала этого разговора загадками:

– О чём вы вообще сейчас говорите?

Оба собеседника замолчали и грозно посмотрели на девочку. Азия сразу поняла, что сказала что-то лишнее и постаралась замолчать.

– Рейдерские бароны Альсары, большие и малые, все, кто мечтает о возмездии…

Тень дополнил Рона:

– Ты уверен, что это для тебя лучшее время и место. Это будет не рейдерская сходка, а настоящий дипломатический приём. – Тень взял руку Азии, – я не думаю, что девочка с клонированным происхождением будет там лучшим гостем. Я имею в виду, столько инквизиторов её могут просто обнаружить.

Азия опустила глаза. Но Рон сразу спас положение.

– Клонирование ведь не приговор, с этим можно жить всю жизнь. – Он по-отечески повернулся к расстроенной Азии, – нужно просто соблюдать осторожность в отношении Святой Инквизиции.

– Да, Азия, это значит, что ты там будешь, – радостно произнёс Рон. – Ты уже давно заслужила этот выход в город. Только помни: обычные люди не умеют швыряться молниями и читать мысли.

Азия дальше и не слушала собеседников, которые проговорили всю ночь. Она просто сидела и составляла им компанию, так как выспалась она ещё днём. Ей очень хотелось понять, как она выдала своё прошлое Тени. И ещё больше манил воображаемыми огнями Сиридар.

Ещё несколько дней отделяло её от дороги в будущее, о которой Азия раньше мечтала. И ещё никогда этот путь не казался таким прямым.

Поля Элизиума.

Был вечер, сумерки, освещаемые маленькими фонариками, висящими на редких запутанных в древесной листве столбах, когда их провожали из Ксива и Матра. Никто всерьёз не осознавал, что покидает место, где пробыл целый год своей жизни, самый яркий год для большинства, и теперь больше сюда не вернётся. Азия считала, что вернётся и не сильно расстраивалась. Хотя слёзы от переполняющих эмоций сдержать не могла.

Аэропорт оказался расположен совсем недалеко, и они пришли сюда, чтобы отправится в Сиридар, там ещё предстояла адаптация. А после этого все архонты разлетятся кто куда. Они шли по тоннелю, ведущему на аэродром, закутавшийся в таинственные сопки Альсары недалеко от храма Ксивы.

Находясь здесь со всеми, Азия шла впереди рядом с Роном, девочка была полностью поглощена своими мыслями. Она ностальгически смотрела на лайнер, вспоминая события годичной давности. Ей так хотелось пережить бы это ещё раз: поезд, Терра Фирму, Омикрон. Сейчас она стала другой, больше уверенной в себе, сильной, хотя она продолжала выглядеть и чувствовать себя слабой, нуждающейся в защите маленькой девочкой, у неё почему-то были ярко салатовые глаза, что добавляло ей привлекательности. Азия ощущала определённую грусть, а ей ведь только семнадцать и всё ещё впереди…

У трапа лайнера многие начали прощаться с остающимися. Азия ни с кем не прощалась, и она, и Сантана и, к сожалению, Шарон отправлялись в Сиридар. А с остальными она не сильно то и дружила. Плаватель словно и не поднимался ввысь, как впереди уже замаячил мегаполис Сиридар. Это был огромный город, просто глядя на него из лайнера, начинала кружиться голова.

В Сиридаре их встречал пасмурный вечер. Никто не знал, куда идти, и Рон сразу привёл Азию и остальных в очень красивый и стильный магазин одежды. Здесь нужно было полностью обновить свой гардероб. Ведь это имело значение, как ты выглядишь. Как известно, в Сиридаре очень большое внимание уделялось внешнему виду. И поэтому Рон посчитал, что нет ничего важнее для его подопечных, чем выглядеть, как местные сиридарцы.

Азии сильно подходили серебристо-белый меховой воротник и другие предметы туалета, она в них выглядела действительно, как принцесса. Светлые волосы, невинность на лице, пушистый воротник… Азии очень понравилось приятное ощущение меха на теле, такого она ещё никогда не ощущала. Но её очень удивило, что кроме приятности эта одежда делала её куда более сексуальной. В новом наряде, очень подчёркивая фигуру, приоткрыв плечи и ноги, Азия чувствовала на себе взгляды восхищённых людей.

Азия просто сияла в новом наряде, ей действительно это шло больше, чем другим, особенно слегка, совсем незаметно наэлектризованное. Она хотела перед всеми покрасоваться. Здесь и сейчас Азии было очень жаль, что Райан её такой не видел, она вообще ловила себя на мысли, что чересчур часто вспоминает об этом скоротечном романе. Ведь вместе они были всего несколько дней. Пусть ничего более красочного ни до, ни после не было в её личной жизни, но ведь это не целая жизнь. Пора было начинать свою жизнь для себя единственной.

Рассказывать, что произошло потом, нет особенной нужды. Стоит упомянуть, что последующие события самой Азии казались иллюзорными. Дальше всё происходило, как в таинственном сне. Девочку опьянило чувство свободы и вседозволенности. Она отлично себя контролировала и всё происходящее, но воспринимать это было сложно. После стольких дней почти обездвиженного пребывания в бараках Ксива и Матры этот калейдоскоп событий уносил её в неизвестность. Азия была не такой загорелой, как прочие жители Сиридара, и это придавало ей определённый шарм. Она казалась светлой и необычной. А преподнести себя в наиболее выгодном свете Азия умела. Сколько комплиментов сегодня наслушалась девочка о своём неповторимом цвете кожи.

"Может теперь даже начнётся мода на отсутствие загара". – Девочка улыбалась от этих мыслей. Приятно было снова ощутить себя предметом восхищения и внимания. Азии даже нравилось чувствовать свою провинциальность в каждом движении.

Рон остался в магазине с остальными, девочке уже не было никакого дела к ним. Азия не помнила, куда идти и не знала, где здесь что. Город ночью купался в призрачном оранжевом зареве миллионов огней.

"Здесь ночью светлее, чем днём". От этого кружилась голова. В Сиридаре кипела ночная жизнь. Она настолько отвыкла общаться с людьми, так как Ксива и Матра находилась далеко от людей в тиши и дали от мирской суеты. Сейчас Азия чувствовала себя, как в абсолютно новом месте. Непривычное количество людей и она, как на подиуме. К ней не было столько внимания, сколько она себя помнила, даже после конкурса мисс Эвэдэ. Азия обязательно одаривала каждого проходящего рядом своей белоснежной улыбкой.

"Наконец-то я снова оделась во всё яркое". В ослепительно белые меховые вставки и воротник, туфельки на очень, как сейчас с непривычки казалось, высоком каблуке и стеклянной платформе. Она просто излучала свет.

"Я обладаю такой неожиданно светлой внешностью, как я могла потерять столько времени в этом захолустье", – вспоминала Азия Ксива и Матра. Там она видела миры и поярче этого, но этот был реальным, об этом забывать нельзя.

У Азии были странные для такого огромного города, но очень притягательные эмоциональные реакции: она сразу выдавала своё южное провинциальное происхождение. Не зацикленная ни на каких моделях поведения, удивительно положительная и прямолинейная, Азия вела себя так, как хотела, и не вписывалась в местные обычаи. На симпатию отвечая симпатией, а на заигрывания – заигрываниями, на улыбку улыбкой.

Азия вспоминала то время, когда она была с Энти – тогда она была младше и больше подчинялась. Сейчас всё изменилось. Она была в чужом городе всего пару часов и уже готова была его покорять. Её мысли были уже заполнены мечтами о карьере звезды. При этом игриво флиртовала с ребятами, которые её пригласили в ресторан, где гудела ночная жизнь. Азия очень любила танцевать, но сейчас её занимали собственные мечтания, и она не могла на это переключиться.

Азия разговаривала с какими-то парнями, но почти ничего не слышала, заказывала различные блюда, фрукты и коктейли, но практически ничего не ела. Так по кусочку каждого, ведь не это самое интересное.

В глазах горел интерес и азарт. Азия, к своему удивлению, приглашала всех, кто сидел с ней, потанцевать, не особо обращая внимания, кто хотел, а кто нет. Она пользовалась своей женственностью как властью, чтоб заставить окружающих вести себя так, как ей того хотелось. Девочка делала это для себя, ей интересно, как она выглядит сама, почувствовать себя объектом внимания. Азия выбирала самые быстрые музыкальные произведения. Её стиль танца очень быстрый и при этом плавный. Она танцевала одновременно с двумя партнёрами. Каждый из них достаточно нежно прикасался к её интимным местам, чего при других обстоятельствах она бы никогда не позволила в таком людном месте, но сейчас этот круговорот событий овладел ею полностью. Оригинальность и потрясающая координация сделали так, что она стала центром всеобщего внимания.

Немногие смотрели на неё, как на девушку из провинции. Скорее наоборот, как на новое открытие в Сиридаре. Многим стало интереснее наблюдать за движениями Азии, чем самим танцевать.

Посреди танцпола образовалась площадка, и все смотрели на Азию, а она, казалось, не замечала никого. Исполнитель музыки стал под неё подстраиваться. Это стоило девочке всего одну ослепительную улыбку. Азия по представлению местной молодёжи была одета классически, и её танцевальные движения очень смахивали на классику. Но белые меха в совокупности с незаметным электрическим эффектом создавали дополнительное сказочное свечение. Азия один раз даже запрыгнула на руки одному из ребят, обхватив его ножками.

Шум, ритм, азарт, переполняющие эмоции. Она уже почти не могла себя контролировать и теперь могла наделать много глупостей…

Всё продолжалось до тех пор, пока неожиданно не остановилось. Настало утро. Азия узнала о том, чего не помнила с ночи.

"Как я могла так развлекаться, а сейчас ничего не помню". Ночью друзья отговаривали её делать татуировку и пирсинг. Но не смогли. Азия всё-таки сделала татуировку – веточку папоротника на щиколотке и проколола по третьей дырке в мягкой ткани обоих ушей, вставив по маленькой серёжке – камешки, похожие на искусственный алмаз, а также сделала пирсинг над пупком, о котором мечтала с детства, но тогда Боск не разрешал. В пупок она вставила очень яркое украшение с подобным большим камнем.

Все пирсинговые элементы были из металла, похожего на сталь и не вынимались, как, оказалось, они были просто запаяны. Хорошо, что они нравились Азии утром, а не только тогда ночью, про которую она ничего не помнила.

Так же на ней была серебряная цепочка с полумесяцем, которую она до сих пор не потеряла. Это было последнее напоминание о Эвэдэ. Это был её символ, о котором она рассказывала только самым близким.

Кто-то нежно и заботливо укрыл девочку пуховым одеялом и уложил спать.

Так же она отчётливо помнила, что всем стало известно о симпатии Азии к девочкам, она очень откровенно себя проявляла во время танцев. Возможно, этот факт и послужил тем, что парни перестали ею так живо интересоваться. И она теперь уже будет держаться за этот факт в будущем. Теперь Азия официально для них вроде друга, раз она тоже интересуется девчонками.

"А к друзьям приставать некрасиво", – Азия вспомнила свою фразу сказанную ночью и улыбнулась.

"Удивительно как здесь тихо по утрам, подумала девочка". Азия стирала с себя автографы, которыми была обрисовано всё её тело после бурной ночи. Ей вовсе не было жалко терять столько полезных контактов, просто она думала, что запросто может обзавестись новыми, как всегда. Многое, чему она училась в Ксива и Матра, работало лучше, чем можно себе представить.

Оказалось, что этот день был как бы экскурсией в реальный мир, каждый получил свободу на один вечер и ночь для проверки своих умений на настоящих людях. И каждый при возвращении проходил проверку на адекватность проведенного времени. Главное было в умении контролировать не только других людей, но и себя при этом.

Она действительно была ослепительна. Наверное, за эту ночь уже успела разбить парочку сердец. Азия пообещала себе, что больше такого делать не будет. Зачем, если бы это хоть как-то ей помогало то другое дело.

Азия недолго искала Рона и компанию. Более странного и при этом логичного места для обустройства сиридарской штаб-квартиры Ксива и Матра, было и придумать нельзя. Это место было у всех на виду, при этом вовсе не смотрелось как жилое. Но именно такие места Рон всегда и выбирал. И ещё здесь был как будто маяк для посвящённых. Азия словно по запаху чувствовала это пристанище.

Все возвращались набравшись впечатлений. Азии было немножко стыдно за пирсинг и татуировку, но скрыть их не получалось, и это вызывало легкую улыбку у тех, кто её теперь видел в Ксива и Матра. Она была не единственная. Многие за эту ночь перегуляли. Просто обычные люди были теперь как игрушки в руках архонтов.

– Прикольно, ты ещё и вся разрисованная. – Говорила, улыбаясь Сантана.

– Можно подумать… – Было начала Азия, но потом сразу притихла, увидев, что Сантана совсем не такая разукрашенная, как она вернулась после сегодняшней ночи.

Но Сантана не стала дальше журить подругу. Она просто расставила всё на свои места.

– Ты впервые в Сиридаре. Не отвечай, это и так видно. – Она обстоятельно объясняла. – А я сотни ночей провела в подобных гуляниях. Меня это уже не впечатляет. – Тут она снова начала рассматривать Азию. – Папоротник. Символ целомудрия, оригинально.

Азия от бессилия что-то объяснить подруге, просто опустила руки, она и себе ничего толком объяснить не могла.

– Мне нужно было больше металла, я же электраэтернал. – Только и смогла выдавить из себя девочка.

– Ты об этом только что вспомнила? – переспросила Сантана.

– Да, – засмеялась Азия.

– Всё равно, за пирсинг хвалю. Тебе идёт. – Сантана принялась рассматривать то, что Азия сегодня ночью с собой сделала. Надписи на теле стирались, а тату и пирсинг выглядели очень даже ничего. – Бывало и похуже, – непонятно к чему сказала она, закончив разговор.

Таинственная организация частично переехала сюда. Их цели полностью оставались для Азии неведомыми – но теперь она уже ощущала себя частью Ксива и Матра, частью истории. Теперь во внешнем мире девочка ощущала своё превосходство, и только родная Ксива и Матра её принимала такой, какой она есть. И Райан, надеялась Азия.

За время проведённое вдалеке от людей она очень привязалась к Рону, считая его почти своим отцом, которого у неё, как теперь выяснилось, быть не могло.