Текст книги "Альсара"

Автор книги: Андрей Карелин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 36 страниц)

"Что ж, это нормальная плата за все эти унижения", – решит Азия, когда увидит её. Но сейчас внезапно к разговору подключился Шарон:

– Я не понимаю, Рон, зачем вы вообще с ней возитесь.

– Ты ничего не знаешь, это принцесса Айри, она для меня очень много значит, её внутренний потенциал по-настоящему может оценить очень мало кто, – говорил Рон Шарону, – ты лучше бы приготовил еду, пока мы с ней разберёмся.

– Хорошо, как скажешь, но мой вопрос остаётся… – Шарон занялся разведением костра и жаркой мяса.

Пока Азия вытиралась, приводила волосы в порядок, потом подводила глазки, восстанавливала причёску – хвостик. Хоть остатки желудочного сока вуратора и пот и доставляли массу неудобств, но всё же Азия была довольна. Она выбралась из ловушки, казавшейся безнадёжной. И природа ей так красиво подрисовала глазки, как ни один визажист не сделает.

Рон пригласил Азию к столу. Девочка накинулась на мясо. Что вы хотите, она не ела пару дней, то, что давали в камере, было не вкуснее желудочного сока вуратора, и теперь она думала, что там именно это и было. Каждый раз, когда она что-нибудь клала в ротик, то делала это словно напоказ, демонстративно показывая своё умение во всём создавать красоту. Даже несмотря на то, что теперь она ела чуть быстрее, чем обычно.

Рон по-доброму, по-отцовски смотрел на это. А Шарон явно чего-то не понимал. Азия ему вроде и нравилась как девушка, но что-то заставляло его относится к ней с осторожностью.

Джинсы, в которых была девочка, уже полностью порвались на коленях, но блузка по-прежнему смотрелась хорошо, особенно белый воротничок.

Сначала Шарон накормил вуратора листьями древесного папоротника, видимо растущего где-то неподалёку, потом лопнувшими бешеными огурцами, как он сказал:

– Очень калорийными, чтоб возместить животному потери такого количества сока.

Шарон сказал это, словно хотел заставить Азию сожалеть о содеянном. Но девочка решительно не хотела признавать своей вины, в конце концов, чья это была идея, так выбираться с базы рейдеров. Может, был и другой способ.

Азия просто не видела, сколько было оружия и охраны на рейдерской базе. Там были военные вездеходы-колёса и два шагающих танка. Это было явно больше, чем просто база рейдеров-работорговцев. Эти рейдеры осмелились атаковать Омикрон Гарнизон, значит, они имели серьёзную поддержку.

Но сейчас Рон усадил Азию на вуратора в специальную палатку отдыхать. А они с Шароном будут меняться, пока один ведёт, другой отдыхает.

Судя по всему, Шарону не нравился этот расклад, но он старался не подавать вида, хотя Азии было и так всё ясно, ей не рады.

Находясь в одноместной палатке на спине у вуратора, Азия долго пыталась обдумать всё произошедшее, но никак не могла сформулировать правильные вопросы:

"Рон, а кто ты на самом деле?", – не подходил.

"Рон, а кто мои родители?", – звучал так, словно она уже согласна, что незнакомец в накидке знает о ней больше её самой.

"Кто такая Айри", – казался наиболее подходящим. Но задать его Азия так и не сумела – её просто убаюкала качающая обстановка на спине идущего вуратора. И Азия уснула, как маленькая девочка, обнимая подушку и улыбаясь. После путешествия внутри этого животного это было самое лучшее, что она могла сделать.

Азия ничего не потеряла от того, что так сразу прекратила общение со своими странными спутниками. Когда она проснулась утром от яркого света солнца, дул сухой знойный ветер, а из руин и остовов хищно высматривали глаза пустынных крабов. Казалось, вся пустыня усеяна их панцирями. По пути не попадались озёра жизни, иначе их сразу выдала бы предательским цветом густая зелёрка.

Азия проснулась, долго потягивалась пытаясь не ощущать дискомфорта от того, что она всё ещё в липком соке вуратора. Ей было так с хорошо сейчас, несмотря на то, что она ничего не понимала в происходящем.

"Может, это и есть счастье, когда всё от тебя сокрыто". Азия закуталась с головы до ног в своём укромном домике. Её спутники не надоедали. Лишь пару раз к ней забирался Шарон, взять что-нибудь.

Наконец Азия решилась появиться наружу:

– Ребята, как отдохнули за ночь? – Её тон был преувеличенно добрым и стеснительным, – я вам не мешала.

– Ты будешь есть? – раздражённо спросил Шарон.

– Конечно, если что-нибудь осталось.

К её удивлению осталось всё то же, что и вчера, как будто её спутники ещё не завтракали. Чувство голода, связанное со всеми этими переживаниями, и последующим успокоением не заставляло себя долго ждать. Азии было неудобно, Шарон, несмотря на то, что он качок, ел в два раза медленнее, чем она. А Рон вообще не прикоснулся к пище. Так девочка, всегда привыкшая есть меньше окружающих, теперь казалась самой прожорливой. Это для неё было ненормально.

– Шарон, почему ты на меня так сердишься, разве я доставляю слишком много неприятностей, – сюсюкаясь, спросила Азия, для неё было очевидно недовольство парня. Ей хотелось больше снисхождения от её спасителей.

– И как ты не можешь понять, тебя вообще здесь не должно быть. – Махнул рукой Шарон.

– Но я не виновата, что меня схватили рейдеры… – Непонимающе оправдывалась девочка.

– Да, ты права, – вмешался в разговор Рон, – но тебя нам послали высшие силы, я никогда не забуду тот день, когда они нас с тобой разлучили. Но теперь я тебя больше никогда не оставлю одну.

– Да кто она такая, – не выдержав, Шарон обратился к Азии, указав на неё своим огромным пальцем, – из-за тебя мы не могли взять гравитон и теперь едем на вураторе, из-за тебя Рон подверг себя опасности.

– Но ведь я об этом вас не просила, – чуть не расплакалась Азия. Она чувствовала себя забытой и ненужной, – просто помогите мне вернуться в Омикрон… Ну пожалуйста.

– Я не хочу тебя отпускать, – отечески сказал Рон, – если ты хочешь, иди, но тебе же самой интересно узнать, кто ты на самом деле, кем были твои родители. Тебе ведь некуда идти, Омикрон сейчас далеко. А наша обитель совсем рядом. – Рон никогда не снимал робу с капюшоном, словно это была его любимая одежда. Как ни странно, не заметно было, чтобы ему в ней когда-либо бывало жарко.

Азия снова стала кокеткой:

– Откуда вы знаете моих родителей, вы знали дядю Боска?

– Я хорошо знал твоего отца, но это было так давно, что ты даже себе сейчас представить не можешь, – Азия была готова к любой неожиданности, даже если Рон окажется её родственником или даже отцом. Но не к такой.

– Как ты думаешь, когда ты родилась?

– Шестнадцать лет назад, ну или семнадцать там…

Рон улыбнулся:

– Восемнадцать, или восемнадцать тысяч лет назад, – ты об этом знала?

Азия засмеялась, она просто решила, что с ней играют такую шутку.

– Да что вы ей так долго объясняете, – Вмешался Шарон, – она…

– Постой, не надо, – перебил его Рон, – Азия, ты понимаешь, кем ты была до того, как родилась снова?

– Я не понимаю, о чём вы говорите… – Замешкалась Азия.

– Можешь называть меня просто Рон, на ты. Азия попробуй спокойно выслушать меня, ты не просто девочка, ты клон. Тебе снова дали шанс прожить свою жизнь, методом клонирования в лаборатории.

– Это неправда, вы мне лжёте, это ложь, я не верю! – Разнервничалась Азия. – Зачем вы мне это говорите!?

Шарон подключился, своим обстоятельным голосом:

– Посмотри, всё сходится, ты понятия не имеешь, кто твои родители и никто их не знает, из твоих близких. Также ты не похожа на всех остальных в своём посёлке. Наверное, даже разрезом глаз и цветом волос.

Шарон перечислял те вещи, о которых Азия знала, но как он мог об этом знать.

– Понимаешь, в своей предыдущей жизни ты была принцессой, Айри. И сейчас ты многие качества от неё сохранила, величественность, утончённость… – говорил Рон.

– Это неправда, неправда, – повторяла дрожащим голосом Азия. От этой логической доказанности ей становилось плохо. Она уже ничего не слышала и не понимала.

Вместе с осознанием услышанного девочка начинала себя ненавидеть. Азии стал неприятен весь мир. Но больше всего она сама. Её тело, которое она так берегла и любила, в одну секунду превратилось в ужасную мерзость, от которой так хотелось избавиться, выжечь, чтоб это больше никогда не повторилось. Её тело, её источник наслаждения был грязью, посланной с небес, какой мерзостью было получать от него удовольствия.

"Лучше было не жить совсем". Азия вспоминала, но вспоминались только детские обиды, от которых становилось только хуже.

Она постоянно повторяла, роняя слёзы: "Это неправда!". Но для девочки это был словно диагноз неизлечимой болезни.

– Ну, успокойся, Айри или Азия, не знаю как теперь правильно, не плачь, – Рон прижал бедную всхлипывающую Азию к себе и закутал приятным пуховым одеялом, которым раньше вытирал от слизи вуратора. А она не могла понять, как ему не мерзко само её существование.

Азия плакала до вечера, а когда проснулась, то снова всхлипывала весь день и только к вечеру снова заговорила. В её душе словно что-то умерло. Считалось, что клоны не имеют души.

– Теперь, когда вы всё знаете, и я всё знаю, что со мной будет дальше, – безрадостно спросила Азия.

– Наконец-то ты проснулась, – отозвался Шарон, он не говорил с ней на такой весёлой нотке никогда, – у тебя всё будет отлично. Теперь, когда ты среди нас, тебе можно не бояться и не скрываться от Святой Инквизиции.

Азия даже забыла про инквизиторов, которые, искали и уничтожали консервщиков, клонов и прочую нечисть. Они производили публичные казни и мучили клонов в тайных комнатах. А ужасов инквизиции добавлял сам верховный инквизитор. Ходили слухи, что он в свою бытность простым священником так возненавидел клонированную нечисть, что решил доказать, будто это не люди совсем и устраивал пиры с человеческим мясом. Мясом клонов. Но это было неугодно церкви, и он прекратил. Хотя говорят, будто он так и не смог отказаться от человечины и поэтому так разжирел. Но Рон вёл себя с Азией, словно и не существовало никакой инквизиции, словно она была для него всё такой же "принцессой", как он её называл.

– Мы сторонники неофатализма и ксивианства последователи Эры Разума. Среди нас есть клоны и это нам не мешает, они такие же люди, как и мы, а многие даже с лучшими способностями. – Шарон рассказывал ей про их тайный союз или рейдерскую организацию. Азия слушала и впервые за весь день улыбнулась. Шарон был немногословен, но видимо решил всё же сказать ей пару слов.

– А зачем вам понадобилась я?

– Просто Рон чувствует в тебе скрытые возможности. – Шарон рассказывал о Роне так, словно того не было рядом. – Тебе очень повезло, ты можешь вступить в наше общество без испытаний. Все проходили испытания, даже сам Рон. А ты не будешь.

– Так вот почему ты на меня злился, – улыбнулась снова Азия. – Но ведь я же совсем не причём. Как оказалось, я и не рождалась толком. Всё за меня сделали другие. Я случайно оказалась на той базе…

– Случайностей не бывает, – констатировал Рон постулат неофатализма.

Дальше они ехали спокойнее. Азия мило беседовала с Шароном. Казалось, что ей наконец-то удалось расположить к себе этого толстокожего увальня. Когда все вопросы были сняты, все маски скинуты, разговор вёлся просто и непринуждённо. Азия совсем забыла про своё происхождение, но по ночам не забывала продолжать плакать "в подушку". Азия успела простить и полюбить свои ножки, спинку, животик, которые ещё только вчера так проклинала.

"Ведь они же не виноваты, что я вся такая. Они ведь произошли ничем не худшим способом, чем я вся". Сколько надо всего пересмотреть, исходя из своего нового места в этом мире. Ещё вчера Азия ненавидела клонов и считала их искренне мерзостью, кандидатами на искоренение. Но сейчас ей было уже как-то не по себе.

"Что, если бы я вчерашняя встретила бы себя сегодняшнюю? Как бы я собой общалась? Что бы я себе сказала? И самое ужасное, что и вчера я была клоном, просто не знала. Просто заблуждалась на свой счёт и ненавидела себе подобных", – оправдывала себя девочка.

"Интересно, стал бы со мной встречаться Райан, если бы он знал, что я клон?", – задавала себе вопрос девочка. Ей казалось, что Маршала не волновали никакие предрассудки, ему даже было бы так интересней, и он бы с ней встречался, даже если бы она была безнадёжно больна. Это она видела в его глазах. В Райане было что-то такое, что её и сейчас держало и не отпускало. Какая-то загадка. Азия встречала одних парней и забывала других, но не сейчас. Сейчас Райан вроде как единственный островок стабильности, который был в её сердце.

Они оставили вуратора пастись на песчаной прорези. И направились за перевал пешком. Азия не хотела идти. Но не она это решала и никак не могла повлиять на решение. Как не проста была тропа, Азии казалось, что она никогда не сумела бы найти её в таком месте. Всё вокруг представляло собой лабиринт, и создать его мог только высший разум.

– А как называется ваша таинственная община? – спросила Азия Рона, под звуки ночных цикад.

Рон не спешил отвечать, он просто вывел их на чудесную панораму. Ничего более загадочного Азия и представить себе не могла. А она ведь уже видела Терра Фирму. Там, за песчаными барханами таился оазис, сотканный из пальм. А над всем этим словно нарисованный сиял полумесяц. Луны Альсары сейчас при абсолютно чистом беззвёздном небе были чарующими. Они гипнотизировали. Девочка сжала в руке свой талисман, с которым не расставалась даже во время секса. Её полумесяц был символом загадки, таинственности и очарования. Он должен был делать девочку соблазнительной. Но Азия не сильно верила в приметы, хоть и носила этот знак.

– Мне уже всё нравится, я уже согласна вступить в вашу организацию какой бы она не была, – ласково говорила уставшая от ходьбы девочка.

– Там храм Ксивы. А нас называют "Ксива и Матра". По имени древних богов, сотворивших это место. Надеюсь, тебе понравится учиться.

Азия заволновалась при слове учёба. Она не любила этого делать раньше, и в школу приходила в основном пообщаться. Благо Боск её отлично понимал и никогда на неё не давил.

"Именно благодаря дяде Боску я и выросла такой капризной. Спасибо ему за то, что я не могу взять себя в руки". У неё получалось, она в первых классах была даже отличницей, но потом появились другие занятия, и учёба отошла на другой план.

– Я решила, что "Ксива и Матра" это как рейдеры или конкиста. Я не знала, что мне придется снова браться за учебники, – упрекала Рона Азия.

– Ты хочешь в "Ксиву и Матру" и не хочешь учиться, – насмешливо перебил девочку Шарон, – Не волнуйся, здесь учёба такая, что ты даже представить себе не можешь. – Шарон насмешливо посмотрел на Азию, которая старалась держаться надменно.

– Здесь, в "Ксива и Матра", – говорил Рон, когда они спускались вниз к песчаным волнам, подходя к синеющему в ночи храму древней Богини, – откроются твои самые заветные возможности. Здесь нет дисциплины, каждый изучает то, что хочет по своему желанию. Многие проходят сложнейшие испытания, чтоб попасть в Хейдерианскую долину, тем самым выражая своё намерение идти до конца. Но ты, моя принцесса, заслуживаешь того, чтоб попасть сюда без экзаменов. Я возьму тебя под свою ответственность.

– Моя хорошая Азия, – передразнил Шарон.

Огромные, веерные купола дышали тайной и загадкой на краю сумеречной долины, переполненные музыкой колокольчиков и блуждающих звуков. А сама долина была словно переходом в другую реальность на пути к храму Ксивы.

Храм светился в ночи, как светлячок. Он был на удивление пуст, но словно населен пугающими и таинственными звуками. Азии даже показалось, что близится рассвет. Храм Ксивы словно втягивал свет огней внутрь и там его рассеивал. Это были древние религиозные технологии. Сейчас подобных шедевров никто не строит. Все довольны и Святой Церковью. Но ксивианство куда более древняя религия.

– Айри, иди не бойся. Там всё для тебя подготовлено.

Азия не чувствуя своих ног шагнула в узкий проход, ведущий к центру Храма Ксивы.

– Ты думаешь, она пройдёт… – спросил Шарон Рона.

– Если бы я сомневался, не стал бы рисковать её жизнью, – сказал невозмутимо Рон, – она слишком важна для меня.

– Не могу понять, какая может быть польза от капризной девчонки. Она даже о себе позаботится не в состоянии… – Не унимался Шарон.

Азия боялась темноты, точнее просто не могла в ней передвигаться. Как можно ставить ногу туда, где ничего нет. Как ни странно, но понять, зачем она туда пошла и почему не спросила у Рона, что ей тут делать, Азия не могла. Просто это был её очередной каприз. Она хотела войти сюда, и она вошла.

Лунный свет ярко осветил сферическую комнатку. Перед ней стояла стеклянная ваза, заполненная похожей на облепиховое масло, сверкающей ярко желтой жидкостью.

"Осторожно – это серебряная смазка". Проговорил голос в её сознании. Но вид вялотекущего облепихового масла казался настолько манящим, что Азия не выдержала и попробовала на вкус.

"Ну, всего одну капельку".

Азия осторожно взяла вазу и приложила к губам, почувствовав действительно облепиховый вкус, и вкус серебра, как ей показалось. Она отвела её ото рта, оставив влажный след от губ.

Невыносимое чувство овладело девочкой, и она не могла уже себя контролировать и снова прильнула к вазе. Её сознание, нос и рот наполнилось серебряной смазкой, она чувствовала её жгучий вкус, сначала не могла дышать, а потом чувства переполнили её сознание. Яркий свет и полёт в какую-то подсознательную реальность…

Азия очнулась на берегу океана, на мягком белом песке, дальше следовали пальмы и изумительные зелёные джунгли. Она встала и пошла босиком по песку, по самой береговой линии. Азия боялась воды, но чуть-чуть, так как не умела плавать.

"Что-то здесь не так. Я же только что была в совсем другом месте". Девочка в изумлении взглянула вверх. Она находилась под небом, усыпанном звёздами и галактиками. Никто никогда не видел звёздного неба, но это показалось ей несущественным.

Внезапно из джунглей материализовался Рон в капюшоне:

– Айри, у тебя всё в порядке.

– Да, а почему ты так встревожено спрашиваешь? – пытаясь сексуально выглядеть, улыбнулась Азия.

– У тебя только что чуть не остановилось сердце от перевозбуждения. Но мы были рядом, уже всё в порядке. Не волнуйся, это случается часто с новичками, такими как ты. Просто надо успокоиться, не принимай всё, что видишь, сразу на веру. Отнесись прохладнее, это всё в твоей голове.

– Как я здесь оказалась? – снова ласково улыбалась девочка. Азия чувствовала себя на вершине славы, яркой и сексуальной.

– Ты лежишь сейчас на полу, у тебя кровотечение, твою голову держит Шарон, чтоб ты не задыхалась, на лбу у тебя компресс. – Рон описывал с точностью, вроде бы он это видел прямо сейчас. – Ты приняла столько серебряной смазки. Так много не нужно было.

– Выходит, это сон, а что ты тут делаешь? Ты можешь видеть мой сон?

– Да, частично, а ещё я вижу то, что происходит в реальном мире. Твоей самой сложной задачей сейчас будет вернуться в реальный мир. Это место мы называем астрал. По аналогии… а-а, не важно.

– Я так понимаю, мне просто нужно проснуться.

– Нет, пойми, Айри, тебе нужно связать свои сны с теми вещами, которые происходят в реальности. Сны – это связь, тонкая грань между астралом и реальностью. Нам подвластна связь между твоим внутренним миром и внешним объективным.

– Что мне надо сделать, почему нужно уходить, мне тут так хорошо, – Азия стала абсолютно покорной и безучастной.

– Для начала запомни, не злоупотребляй серебряной смазкой – это самое тяжёлое наркотическое вещество в галактике. Теперь посмотри на свой мир, тебе нужно сделать то, чего ты больше всего боишься, что не согласуется с твоим понятием о счастье и тогда ты сможешь покинуть астрал.

– Я ничего не боюсь, здесь всё просто красиво и идеально, звёзды, пальмы…

– Может быть, звёзды, как ты узнала, как они должны выглядеть, никто их никогда не видел…

Там были ещё несколько лун, океан, песок и пальмы. Никаких штормов или диких животных.

– Я не буду делать того, что боюсь. – Внезапно сказала Азия.

– Ты уже знаешь, что это…

– Я чувствую своё тело, оно так реально, пятками я чувствую этот песок – это не может быть просто сном в астрале. А вдруг я умру.

– Скажи мне, что это, – допрашивал Рон.

– Рон, скажи, ты меня спасёшь, я могу тебе доверить себя, свою жизнь?

– Конечно. Да.

– Я боюсь воды, мне стыдно это признавать, но я вообще не умею плавать.

– Не переживай, иди на глубину и ни о чём не думай.

Азия набралась смелости и пошла в воду, сначала она дошла до пояса. Вода приятно охлаждала. Азия боялась не самой воды, а оступится, вдруг она наступит в какую-то яму и её затянет на глубину. Но дно было песчаным и гладким. Азия потихоньку дошла до максимальной глубины, на которой ещё могла стоять. Её волосы уже намокли.

– Иди дальше и ничего не бойся, – говорил Рон совсем рядом.

– Я дальше не могу.

– Я тебя вытащу, если что-то пойдёт не так.

Азия почему-то полностью доверяла старику. Она шагнула и оказалась под водой. Девочка старалась плыть, как могла. Ей казалось, что она не сможет выбраться на сушу. Дно было очень глубоко. Азия пыталась подплыть выше, но её мокрая одежда тянула на дно. Из последних сил она держала воздух в лёгких, но силы истощались и Азия начала хлебать воду, сначала вода зашла в желудок, а потом и в лёгкие. Чувство жуткой потерянности. И вот, наконец, она потеряла силы сопротивляться.

"Неужели воздух такой важный ресурс", – последнее, что подумала Азия, прежде чум её рассудок затуманился. Она полностью перестала существовать.

И в этот же миг словно материализовалась на руках Шарона, он заботливо нёс её дальше по тропе. На лбу у девочки был холодный компресс, как и говорил Рон.

Девочка открыла глаза, и ей так приятно было увидеть реальность.

– Я уже здесь, – сказала Азия, но Шарон и Рон не отреагировали. – Мне понравилось звёздное небо и пальмы, – нежно добавила она.

– У тебя было звёздное небо? – Удивлённо заметил Шарон.

– Я же говорил тебе, что она у нас особенная, – самодовольно добавил Рон.

– Меня можно поставить, я и сама смогу идти.

– Не сможешь, поверь мне, я знаю, – добавил Шарон.

Азию донесли до маленького посёлка. Шарон очень нежно и аккуратно уложил её прямо на свежую постель, не раздевая, и укрыл. Азия лежала на спине, широко открыв свои большие салатовые глаза, и не могла пошевелить даже пальчиком. Все мышцы словно парализовало. Рон сел рядом и спросил:

– Айри, тебе удобно?

– Да, но я не могу пошевелиться, – с иронией сказала Азия. – И не называйте меня Айри, моё имя Азия.

– Не беспокойся, силы к тебе вернутся. А сейчас отдыхай, Айри.

– Рон, а расскажи мне сказку. Мне всегда на вечер сказки рассказывали.

Рон улыбнулся:

– Ну ладно, только не говори никому здесь, что я тебя так балую. В Давней Вселенной жили могущественные герои. И один из них исколесил все известные планеты. Он побывал на Крайзалисе и на Уникейджен, добрался до Альсары, здесь и решил остаться. Он видел, как люди не понимали мир Альсары. Он нашёл самого храброго и честного среди них, его звали Аппродо Астрайдер. Вместе они объединили разрозненные племена и уничтожили кровожадных контрабандистов. Тогда герой научился использовать метеоритную паль для создания обитаемой зоны на Альсаре. Так на Альсару смогли приземлиться люди. Они предпочли заселить только север, оставив взрывоопасный юг природе. А то место, где они построили первое своё главное поселение, назвали Палас де Фродос в честь их великого лидера. Герой же ушёл на покой, это был его последний подвиг.

– Рони, – так назвала Рона Азия как бы в отместку, что он называл её Айри. – Зачем ты рассказываешь мне про Гая Монтага, это школьный материал. Просто всем хочется верить, что он избрал именно их планету для покоя.

– Нет, он действительно был здесь и основал "Ксива и Матру". Гай Монтаг реально существовал.

Рон так тихо исчез, вроде его и не было в комнате. Азия всё пыталась понять последние слова сказанные Роном.

"Неужели "Ксива и Матру" основал сам Гай Монтаг. Как это могло быть?", – Азия не могла сдержать радости. Рон казался таким таинственным в своём капюшоне, что девочка готова была поверить во что угодно. Тем более теперь имея доказательства. Азия не могла сразу уснуть, но и не могла ничего делать. Тело вообще не слушалось, может от переутомления, а может ещё от чего-нибудь другого.

Азия просто лежала в тёмной комнатке с огромным окном, через которое проникал свет лун Альсары, и думала про Гая Монтага. Неужели античный герой, побратим Микки Мауса здесь был. Неужели он оставил свой след на Альсаре. Какое отношение имеет таинственная "Ксива и Матра" к Гаю Монтагу. Эти вопросы сами по себе вгоняли в сон оставшуюся часть Азии: её глаза, уши, нос и рот. Всё, что ещё не спало, очень скоро последовало примеру остальных частей тела.

Но теперь Азия не отключилась, она уже находилась не совсем во сне и не совсем в реальности. Такое двойственное впечатление приятно радовало её, но было слегка непривычным.

Во сне Азия увидела того, кого хотела увидеть. Она была там с Райаном. Она так давно его не видела, казалось, целую вечность. Это не в её привычках было скучать за парнем, но Райан казался не таким, как остальные. В нём сильно ощущалось мужское начало. Всё, что он успел ей сказать во сне, это то, что он жив. Это было самое главное. Почему-то этому сну верилось. Азия параллельно видела комнату, в которой она спала, она видела, как незнакомые ребята и девушки входили в комнату, и выходили из неё. Такая грань казалась нереальной.

Азия видела сон про серебряную смазку. Она словно текла по её телу, теперь они стали единым целым. И почему-то казалось, что избавится от этого теперь невозможно.

"Неужели Рон добровольно пошёл на то, чтобы вызвать у меня зависимость, он же говорил, как я много для него значу. Остается надеяться, что это никак не помешает моей дальнейшей жизни". Азия и раньше пробовала наркотики, но не такие сильные, как этот. Её поражало насколько Шарон и Рон считали нормальным, что после их приёма она не может пошевелиться.

"Наверное, здесь все их принимают", – сделала правильный вывод Азия. "Кроме Рона", – звучало в её голове.

Азия упорно не хотела просыпаться, ей так ещё хотелось побывать в этом сказочном и таком реальном мире снов. Но организм отказывался спать. Пришлось вставать. Азия понятия не имела, сколько времени она проспала.

Когда девочка поднялась с постели, болели все мышцы, она сразу подошла к зеркалу, так любезно повешенному в её крохотной комнатушке, пока она была без сознания. Её волосы стали светлее, а глаза ярче. Что в ней самой переменилось, Азия не могла понять, может она стала выше.

Здесь прямо в комнатке находилась душевая кабинка. Азии не нужно было специальное приглашение. Смыть со своего наболевшегося и измученного тела всю грязь и пыль ей хотелось с того момента, как её схватили рейдеры.

Здесь было мыло и шампунь трёх видов, а также зубная щётка и паста.

"Раз всё это сделано для меня, то зачем лишнее париться", – думала Азия. Чистые вещи, снятые с неё и постиранные, пока она приходила в себя, ждали её на единственном в этой комнатке стульчике. Её блузка выглядела почти как новая, даже после того как побывала внутри у вуратора, а джинсы. Наверное, все решили, что сейчас так модно. На джинсах были огромные дырки на коленях и других местах. Но смотрелись они интересно.

Азия снова чувствовала себя отлично, но выйти из комнаты пока не решалась. Она боялась встретить новых людей, оказаться в незнакомом обществе, где никого не знает.

Азия просто села на кровать и принялась смотреть на дверь, когда кто-нибудь сам зайдёт.

Не прошло и пары минут, как в комнату вошла очень миловидная стройная девушка с большими ресницами, тонкими пальцами и белоснежной улыбкой. Она плавными движениями подошла к Азии.

– Тебя зовут Айри? – Я Сантана, мне Рон много о тебе рассказывал, пошли я покажу тебе это место и познакомлю с остальными.

Азия видела таких красавиц только в глянцевых журналах, поэтому и застыла от удивления. Когда Сантана взяла Азию за руку, приятный ток прошёлся по её телу.

– Не бойся, – прочитала Сантана эмоции Азии.

– Я просто немножко в замешательстве. Что это за место…

– Тебе сначала следовало бы переодеться, но если тебе нравится твой стиль…

– Нет, просто меня спасли от рейдеров, и у меня нет ничего другого.

– Отлично, – продолжала Сантана завораживающим голосом, – значит, я тебе помогу, ты доверяешь моему вкусу?

– Да, безусловно, – у Азии не было причин ей не доверять. Кроме того, Сантана выглядела так, как мечтает любая другая девушка. На ней было чёрное облегающее платье, которое очень подходило к её аккуратно уложенным тёмным волосам. Вообще Сантана была словно вместилищем вкуса и красоты. Но Азия стала замечать другое, она так быстро соглашалась на всё, что говорили ей совершенно незнакомые люди: Рон, Шарон и эта красотка, что были основания полагать, что ею манипулируют.

"Ну и пусть, ведь они же хотят мне добра, наверное".

– Ты просто не можешь от меня оторвать глаз, не волнуйся я бисексуальна, ты я так понимаю тоже, – застыдила Азию Сантана.

Сантана привела Азию в комнату, где отовсюду с потолка свисали лампы, а сам потолок был зеркальным.

– Тебе надо одеться максимально просто, красиво и универсально. – Говорила Сантана, измеряя объём талии Азии, – я думаю, белое платье, босоножки с каблучком средней высоты, с причёской надо что-то решить. Тебе незачем скрывать свои ножки, зачем ты носишь джинсы.

Сантана села заплетать волосы Азии в хвостик, ей не нравилось, как Азия это делает сама. И надо сказать, что у неё это вышло значительно лучше.

– Избавься от привычки трогать свои волосы руками. Только когда заплетаешь.

– Хорошо, я постараюсь, – хоть эта привычка въелась годами в обиход Азии.

– Так, а теперь снимай с себя весь этот хлам, – извини, что я так называю твои любимые вещи, но я считаю, что девушке нельзя носить штаны.

Азия, почти не стесняясь, разделась. Ей даже немножко хотелось продемонстрировать своё тело Сантане. Но та не обратила должного внимания, а просто порывшись в своих вещах, дала ей платье, подошедшее по размерам. Оно было очень коротким, заметно выше колен, как ошейник застёгивалось на шее сзади, но плечи были полностью открыты.

Азия была рада, что Сантана её переодела в это платьице. Иначе как бы она смотрелась в своих вещах. Пусть хороших, пусть добротных. Она уже не маленькая девочка заплетать бантики и одеваться в джинсы.

Это платьице словно не оставляло ничего от этой наивно и глупой маленькой девочки. Теперь она чувствовала себя очаровательной девушкой, способной самостоятельно принимать решения.

"Неужели столько зависит от одежды?". Просто эти изменения уже давно произошли с Азией, а теперь они будто оформились, приобрели внешние очертания.