Текст книги "Заноза для ищейки (СИ)"

Автор книги: Анастасия Королева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 33 страниц)

Глава 8-1

Лестер Хайд

Девчонка не суетилась. Не охала и не ахала. Делала всё молча, что меня вполне устраивало. Правда, её хладнокровия хватило ровно до того момента, пока я не разделся перед ней. И мне бы очень хотелось потешить себя мыслью, что на неё такое впечатление произвёл вид моего обнажённого тела, но, увы…

– Как давно яд попал в организм? – спросила Эмили испуганным голосом.

«Что? Там всё настолько плохо?» – можно было бы пошутить, но сил даже на это не осталось.

Когда заперся в своём кабинете, то прошерстил все известные справочники по ядам, которые имелись в отделе. Но ничего похожего ни на симптомы, ни на внешние признаки, не обнаружил. Надо было бы связаться с Аделией, или с Одри, вот только стоило представить, что эти два с виду хрупких цветочка, устроят мне взбучку, тут же отмёл эту идею. Как-нибудь сам справлюсь. Справлялся же до этого?

На задворках сознания промелькнула мысль вызвать Эмили, ведь она, если верить документам в личном деле, специалист по ядам, но это было куда унизительнее, чем выслушать лекцию об осторожности от двух целительниц, кому я мог доверять.

Так и не придумав ничего, я, кажется, вырубился прямо за столом. Проснулся от того, что почти перестал чувствовать всю правую сторону. Что удивительно, у меня не было сил даже на то, чтобы испугаться.

Я встал со своего места и с трудом размял онемевшую руку, затем ногу. И только когда смог нормально двигаться, вышел из кабинета и пошёл вниз. Дежурный, увидев меня, не удивился – я частенько засиживался на работе допоздна. А вот стук, раздавшийся в дверь управления, удивил уже нас двоих.

Голос Эмили я точно не ожидал услышать. Поначалу показалось, что у меня обман слуха, но, если тело слушалось плохо и почти каждое движение доставляло боль, то разум пока был чист. Я видел и слышал всё очень чётко.

Сомс открыл дверь. На пороге, в самом деле, оказалась сумасшедшая целительница. Почему сумасшедшая? Да она выглядела так, что… встреть её в тёмном переулке, испугался бы. Волосы растрёпаны, глаза горят безумным огнём, и движения к тому же резкие, нервные.

Будь я в другом состоянии, вряд ли бы пустил её в мертвецкую, но я не перечил. Она сказала надо, так почему я должен отказывать? Сказала, что тело её вовсе не интересует, а нужен всего лишь медальон? Бери, в чём проблема?

Теперь вот спросила меня, когда яд попал в организм… Ещё бы я помнил. Напряжённо нахмурившись, я пытался посчитать часы, но вроде бы лежащая на поверхности информация, настырно ускользала.

Девчонка не отчаялась. Приложив руки к моему плечу, что оказалось настолько приятным, что я даже глаза закрыл от удовольствия, она спросила иначе:

– Когда вы вернулись в управление перед окончанием рабоче дня, яд уже действовал?

Тяжело выдохнув, я кивнул.

– Угу, – пробормотала она себе под нос, – значит уже больше семи часов.

– Это смертельно? – спросил меланхолично.

Мне было не страшно. Разве что досадно, что так и не смог вывести на чистую воду Винтерсов, чтобы они уже ответили за все свои злодеяния.

– Сейчас вы не умрёте, – спокойно ответила девушка. – Но если незамедлительно не принять противоядие, то ваше здоровье пошатнётся. Обычно этот яд подливали в питьё, впервые вижу, чтобы его вводили вот так, с помощью укола. Кому вы перешли дорогу, Лестер Хайд?

Я встретился с внимательным взглядом Эмили, и в её глазах было куда больше понимания, чем я хотел бы там увидеть. Кого-кого, а её я точно не планировал посвящать в свои дела.

– Какая разница, – отмахнулся равнодушно и попытался встать.

– И куда вы собрались? – девичьи пальчики прошлись по моей груди и это, совершенно неожиданно, оказалось приятно. У неё было коротко остриженные, аккуратные ногти. Ничего вульгарного и вызывающего. И лицо… Если снять эти несуразные очки, то…

Тряхнув головой, нахмурился. Куда-то меня не туда понесло.

– В лечебницу, куда же ещё, – ответил ей грубее, чем нужно было.

– В лечебнице изготовление антидота вам придётся ждать не меньше пяти часов, так что… – она нахмурилась, размышляя о чём-то, потом махнула рукой и проворчала, – у меня дома есть антидот, так что мы идём туда.

Вот так. Не оставив места сомнениям, она вынесла постановление.

– К вам? – переспросил на всякий случай. Ну, может я ослышался, или не так понял…

– Ко мне, – смелее повторила девчонка, – не беспокойтесь, я имею достаточную квалификацию, чтобы помочь вам.

– Эмили, – назвав её по имени, усмехнулся, – а вы всех пациентов готовы тащить домой?

Вопрос был бессмысленным и глупым.

Девчонка вспыхнула, вот только не от смущения, а от злости, потому что в следующее мгновение она с милой улыбкой прошипела:

– Что вы! Только горячо любимых начальников.

Начальников, значит. Ну-ну, учту. Скопировал её улыбку и вновь попытался встать, на этот раз она помогла мне. Вот только до того, как я потянулся за рубашкой, она попросила:

– Подождите, – затем ещё раз внимательно посмотрела на место укола и приложила прохладные ладони к коже. Я закрыл глаза от удовольствия и едва сдержал стон облегчения, когда выматывающая боль утихла. Нет, она не ушла совсем, но её интенсивность значительно снизилась. – Лучше? – спросила девчонка, заглядывая мне в лицо. Я нехотя открыл глаза, потому что пока они были закрыты, можно было фантазировать… о всяком. Внимательно посмотрел на неё, отмечая лёгкий румянец на щеках и взгляд, горящий упрямством. Удивительное сочетание…

– Лучше, – произнёс, тем не менее, с деланным равнодушием.

Эмили кивнула, принимая мой ответ, и принялась помогать мне с одеждой. Сначала я хотел возразить, даже рот уже открыл, но она бросила на меня довольно выразительный взгляд и произнесла:

– Давайте вы вернётесь к обычной грубости уже после того, как я вам помогу? А пока что, сделайте милость, не перечьте мне, хорошо?

Да, эта девчонка та ещё язва, но мне это, что весьма неожиданно, стало нравиться. Обычно представительницы женского пола вели себя со мной иначе, эта же ломала все стереотипы.

– То есть, – позволяя ей помочь, тем не менее, продолжил говорить, – по твоему мнению я – грубиян?

Эмили подняла глаза к потолку и пробубнила:

– А ещё тиран и самодур.

Неожиданные откровения…

– Не боишься? – чувствуя, что боль хоть и ушла, но слабость никуда не исчезла. И только от того, что позволил девчонке накинуть мне на плечи рубашку, я покрылся липкой испариной.

– Чего? – спросила она.

– Уволю ведь, – выдохнул тихо, зажмурившись.

А Винтерс молодец. Изобретательный гад. Додумался ведь вколоть мне какую-то редкую пакость, чтобы и не умер, но и прочувствовал, так сказать, все прелести мучений.

– Ну и пожалуйста, – проворчала Эмили, ничуть не испугавшись угрозы. Да и не удивительно, я сейчас слабея котёнка, в полной её власти, о каком увольнении вообще можно вести речь? Но очень хотелось уколоть её. Зачем? Да тьма меня знает… Хотелось и всё тут.

Из мертвецкой девчонка меня вывела, давая опереться на её плечи. Маленькая она… Хрупкая… Жаль только ядовитая, так же, как и тема её диплома.

В переходе я остановился и убрал от неё руку. Эмили с недоумением посмотрела на меня, потом нахмурилась.

– Не думаю, что Сомс должен видеть, как ты буквально волочёшь меня на себе, – кривовато ухмыльнулся, и сделал самостоятельный шаг. Потом ещё один и ещё. Тошно, тяжко, но терпимо.

Девчонка за спиной пренебрежительно фыркнула, но перечить не стала, за что я мысленно отсыпал ей благодарностей. А когда сможет вылечить меня от отравления, так и быть, озвучу их вслух.

Сомс, если и удивился, глядя на нас, то, зная мой характер, комментировать ничего не стал. Молча открыл дверь и, пожелав нам доброй ночи, спешно закрыл управление. Теперь бедняга сможет выдохнуть.

– Сейчас сложно поймать карету, – девчонка в растерянности посмотрела по сторонам, то ли оправдываясь передо мной, то ли пытаясь скрыть страх. Неужели я так плохо выглядел? – Нужно выйти на центральную улицу, там у нас будет больше шансов, – заключила Эмили, подходя ко мне и заглядывая в глаза.

Боится, что не дойду? И правильно делает, потому что перед глазами всё плыло, и как бы я не пытался держаться, мне становилось только хуже.

– Можно? – там, в управлении, она не спрашивала позволения, а тут вдруг вспомнила о вежливости.

– Думаешь, скомпрометируешь меня? – попытался пошутить и даже выдавил улыбку.

Глаза Эмили блеснули злостью, и больше не церемонясь, она пристроилась рядом со мной, обняла за талию и подтолкнула в сторону оживлённого проспекта.

– Думаю, что вы мне припомните это, когда вам станет легче, – огрызнулась, пытаясь замаскировать страх ядом.

– О, это обязательно, – отмахнулся и положил-таки руку на её плечи.

И почему из всех возможных целительниц, мне досталась злобная колючка?

«Может потому, что ты другую и не заслужил?» – напомнил о себе внутренний голос и мне впервые не захотелось с ним спорить.

Глава 8-2

Огни улицы, словно испытывая меня на прочность, совершенно не приближались. По ощущениям, мы словно на месте стояли, хотя я упрямо передвигал ноги. Эмили не разменивалась на слова, но я время от времени чувствовал на себе её обеспокоенный взгляд. И от этого было досадно – не хотелось, чтобы она видела меня слабым.

Наконец, последний шаг и тишина улочки, где находилось управление, сменилась шумом колёс. Карет было немного, что не удивительно – стрелки часов уже давно перешагнули за полночь.

Девчонка взмахнула рукой, привлекая внимание возницы и тот, хоть и окинул нас подозрительным взглядом, тут же подъехал ближе. Кажется, я куда-то провалился на короткий миг, потому что совершенно не помнил, как оказался внутри кареты. Осознал это только глядя на мельтешащие за окном дома и яркие фонари.

– Сейчас, здесь недалеко, – перепуганным голосом шептала девчонка, а я бы и рад был её успокоить, да только язык не слушался и мысли, ещё не так давно казавшиеся кристально чистыми, помутнели, сбились в кучу, путая видения и реальность.

Почему-то видел родительский дом. Огромный и всегда пугающий. Потом мальчишку, совсем сопляка ещё, который погиб при исполнении по вине старшего Винтерса. И ведь тому всё сошло с рук, а я поклялся, что отомщу ему. И ведь почти получилось…

Илиас согласился сыграть роль директора приюта, того самого, где мне так и не позволили провести обыск… И я верил, что у него получится узнать хоть что-то… А я его, получается, подставлю вот так бездарно умерев? Обидно, однако…

– Ну, нет, давайте, открывайте глаза! Я не собираюсь вас тащить на себе! Вы же мужчина, в конце концов!

Кто-то тормошил меня, пытаясь вырвать из лап удушливой темноты. И голос вроде бы знакомый… С трудом открыл глаза и увидел нависающую надо мной смазливую мордашку.

Хорошенькая. Только сердитая слишком. Хотелось протянуть руку и разгладить вертикальную морщинку на её лице, но рука не протягивалась, она безжизненной плетью лежала вдоль тела.

– Лестер Хайд, если вы сейчас же не поднимитесь, то я… – она оборвала речь на полуслове, явно не зная, чем меня напугать.

А ведь и вправду, чего я боялся? Ведь чего-то же должен был…

И тут меня словно молнией ударило, и я вспомнил всё – разговор с Чарли, переулок, укол этот странный, и Эмили, которая вызвалась мне помочь.

– Всё, – вытолкнул с трудом, пытаясь вернуть контроль над собственным телом, – нормально.

– Я вижу, – со скепсисом в голосе отозвалась девчонка, но теперь я точно знал, что так она пыталась замаскировать свой страх.

Я кое-как поднялся с узкого диванчика и больше не артачась, подал Эмили руку. Она, кажется, вздохнула с облегчением. Из кареты я вышел с трудом и не свалился только потому, что девчонка догадалась заплатить вознице, чтобы он помог ей спустить меня на землю. Тот, конечно, согласился, но не смог промолчать:

– А с виду такие благородные, что ж так упиваться-то?

Он принял меня за пьяного? И то хорошо, это меньшее из зол.

Сознание уплывало, и я видел окружающее меня пространство какими-то вспышками. Вот скрипнула дверь, потом трудное восхождение по ступеням. Щелчок ключа и тихое рычание. Откуда здесь дикий зверь?

– Лео, не сейчас, – дрожащим голосом прошептала Эмили, подталкивая меня вперёд.

Вообще, если бы не эта хрупкая девчонка, я бы давно свалился на землю, да там и остался бы лежать. Но её упрямство подкупало, и я шёл, лишь бы не разочаровать целительницу.

Наконец, моё тело оказалось в горизонтальном положении, и я шумно выдохнул, отдаваясь на милость тьме, но куда там! Меня тут же шарахнуло разрядом, так что я от боли подскочил, дико озираясь по сторонам.

– Вы должны быть в сознании! – строго припечатала эта, эта… Мучительница, вот кто она!

– Это не гуманно, – проворчал, потирая грудь. – И больно, между прочим.

– Зато действенно, – парировала в ответ девчонка.

И не поспоришь ведь. Удивительно, мне вообще с ней не хотелось спорить, но это временно, вот приду в себя и тогда отыграюсь за все её злодеяния.

Эмили ненадолго сбежала из комнаты, я же осоловевшим взглядом прошёлся по стене, остановился на фотографии, что висела на стене. На ней две девушки, точнее одна девушка, а вторая маленькая девчонка с туго заплетёнными косами. И во второй мне виделось что-то знакомое, но что именно, понять не успел – действие «волшебного» удара перестало спасать меня от тьмы. Я со стоном упал на подушку, пытаясь остаться в сознании.

Нет, Винтерсу это просто так с рук не сойдёт. Я же всё равно доберусь до него!

– Опять? – девчонка присела рядом, протягивая ко мне свои пальцы, с виду нежные, а на деле способные причинить такую боль, что звёзды из глаз.

– Нормально всё, – дёрнулся в сторону, лишь бы избежать её «ласки».

Эмили кивнула, принимая мой ответ, а затем открыла пузырёк и вылила его содержимое в пузатую кружку. Над кружкой тут же образовалось синеватое облако.

– Это безопасно? – спросил, пытаясь держать себя на плаву. Сознание то и дело мутилось, и боль накатывала волнами, буквально гася собой реальность.

Девчонка бросила на меня сердитый взгляд, но отвечать не стала. Подошла ко мне и приподняла голову.

– Пейте, – строго приказала.

Что же, стоит признать, что у неё хорошо получается командовать.

– Я не умру? – спросил вновь, всё ещё опасаясь делать глоток.

Эмили закатила глаза, тяжело вздохнула и с шипением произнесла:

– Если не выпьете, то точно умрёте!

– Так ты же говорила, что от этого яда не умирают, – возмутился, вспомнив её слова.

Девчонка фыркнула:

– Так вы и не от яда умрёте, я вас собственноручно придушу! Пейте!

Вот ведь… зараза!

Но деваться некуда, пришлось выпить. На вкус этот антидот был таким же отвратительным, как и на вид – чёрная жижа обожгла горло, оставив во рту привкус гнили. Меня бы вывернуло, если бы Эмили не принялась уговаривать, словно я был маленьким ребёнком:

– Потерпите, я знаю, что он гадкий, но вам станет легче. Только потерпите… – при этом она гладила меня по волосам, и мне вдруг показалось, что я очутился в далёком детстве. Там, где рядом со мной была единственная нянька, которой было не наплевать на меня. Она читала мне сказки и пела колыбельные, утешала, если мне снились кошмары, уговаривала потерпеть, когда обрабатывала ссадины… Отец быстро убрал её, потому что считал, что привязанности только вредят воспитанию будущего мужчины. Что сила лишь в том, чтобы ты мог переступить через всех, кто стоит на твоём пути. Даже если это твои самые близкие люди.

– Ты-то откуда знаешь? – спросил, пытаясь прорваться сквозь паутину воспоминаний.

– Пробовала, – туманно отозвалась девчонка.

Интересно… Для чего это она пробовала антидот?

Пожалуй, эта мысль была последней, которую я додумал. Потом меня затянуло в водоворот тьмы. Я метался, сквозь шум в ушах слыша чей-то тихий, успокаивающий голос, и нежные руки на моих щеках… Я тянулся к этому голосу, потому что он вёл меня к свету, к спокойствию, которое так давно покинуло меня…

Наконец, всё прекратилось. Боль, агония, обрывки воспоминаний… Я глубоко вздохнул и, кажется, уснул. Измученный организм выключился, дав себе возможность восстановить силы.

А проснулся от жуткой тяжести. Словно меня придавило монолитной плитой. С трудом открыв глаза, увидел нависающую надо мной усатую морду.

Глава 8-3

Кот? Нет, не кот, а медведь какой-то, честное слово. Потому что коты не могут быть такими тяжёлыми.

Руки слушались меня плохо, поэтому я медленно моргнув, выдохнул:

– Брысь!

Вот только пушистый гадёныш не сдвинулся с места. Лишь склонил голову набок, будто примерялся, куда бы меня побольнее укусить.

Нет, животных я не боялся. Скорее, недолюбливал. А они отвечали мне взаимностью.

– Брысь, я сказал, – повторил строже, но он точно знал, что сейчас я слишком слаб, чтобы продемонстрировать ему силу. – Тяжело ведь, – проворчал, пытаясь вдохнуть.

Но даже это его не впечатлило. Кот переступил с лапы на лапу, а после наглым образом выпустил когти, так что они впились в кожу. Рубашка для них вовсе не стала преградой. И в его зелёных глазах, как мне показалось, отразилось что-то вроде вызова – и что ты мне сделаешь?

Так, значит? Да?

Я прищурился в ответ и поднял руку, чтобы спихнуть уже с себя эту тушу, но кот явно готовился к подобной диверсии, поэтому протянул лапу и со всей силы шлёпнул мне по лицу. Когти гадёныш при этом не убрал!

– Да ты! – прошипел, ошалев от наглости пушистого монстра. И попытался встать.

Откуда-то с боку послышался сонный голос Эмили:

– Лео, что ты делаешь?

Значит, это исчадие тьмы величают Лео? Ну, нет, столь благородная кличка ему совершенно не подходила!

Повернув голову, увидел девчонку, которая с трудом поднималась с пола. Она спала прямо здесь? У кресла?

Судя по тому, как она скривилась, делая первый шаг – так оно и было.

– Ты ведешь себя неподобающе, – снимая с моей груди толстяка, Эмили выговаривала ему так, словно этот болван хоть что-то мог понять. – Простите, ему просто любопытно, – покаялась она передо мной, держа монстра в руках. Но тому происходящее явно было не по душе, поэтому он принялся активно работать лапами, вырываясь из объятий хозяйки.

– Ничего, – прохрипел, потирая грудь. Слабость блуждала по телу, но мне было гораздо лучше.

– Как вы себя чувствуете? – отпустив кошака, который, завывая, словно ветер в печных трубах, сбежал в другую комнату.

– Нормально, – отмахнулся от её вопроса и с осторожностью сел на диване. Голова не кружилась и тело слушалось вполне сносно.

В комнате было светло. Я обвёл стены внимательным взглядом. Кажется, вчера здесь была фотография. А теперь её нет. Вот только выцветший след на обоях остался именно на том месте, где я ночью видел снимок.

Эмили, проследив за моим взглядом, сделала вид, что совершенно спокойна, но это было не так. А эта девчонка не так проста, какой хочет казаться. Если это просто семейное фото, то для чего нужно было его убирать?

– Почему ты спала на полу? – спросил её, делая вид, что совершенно ничего не заметил.

От вполне простого вопроса она заартачилась. Опустила взгляд, а потом преувеличенно равнодушно отмахнулась:

– Здесь было удобнее наблюдать за вашим состоянием.

Она пожала плечами и принялась расправлять складки на просторных домашних брюках. Эмили даже не переоделась, была в той же одежде, в которой прибежала в управление, чтобы осмотреть труп Хоупа. Точнее не труп, а медальон, если я правильно запомнил.

Я прислушался к собственному организму. Если не считать того, что мне ужасно хотелось есть, то можно сказать, что о вчерашнем инциденте ничего не напоминало. Впрочем, аппетит был обусловлен ещё и тем, что я последний раз ел ещё вчера утром. И то пару бутербродов и чашку чая вряд ли можно назвать полноценной едой.

– Так зачем ты приходила вчера в управление?

– Можно я вас осмотрю?

Мы заговорили одновременно. Отчего девчонка смутилась, покраснев, а я принялся рассматривать её, словно увидел впервые.

Воспоминания о произошедшем были отрывистыми, и я не был уверен, что ничего из этого мне не привиделось. Ладно, факт того, что на стене висел снимок, довольно легко доказуем, а вот то, что она призналась, будто лично пробовала антидот – практически невозможно доказать. Зачем он ей понадобился? Не развлечения же ради!

– Давайте, вы, – отойдя на шаг и спрятав за спину руки, она решила уступить мне.

Я хмыкнул. А вчера, опять же, если я ничего не путаю, грозилась собственноручно придушить меня.

– Как скажешь, – деланно поклонился, – что ты выяснила вчера?

Эмили отвела взгляд и нахмурилась. Её явно что-то беспокоило.

– А если я спрошу у вас, кто отравил вас ядом, вы мне ответите?

Шантаж? О, я, оказывается, недооценил девчонку!

– Какое отношение этот яд имеет к смерти Хоупа?

Нет, я-то знал, какое, но ей об этом было знать не обязательно. Ей вообще ничего не нужно было знать.

– Может быть и никакого, – пробормотала она задумчиво и вытащила из кармана тот самый   медальон, который она просила всего лишь посмотреть.

– Зачем ты забрала его? – сделал шаг в её сторону и Эмили тут же вскинула на меня свои огромные глаза. В них была растерянность, но она быстро справилась с ней.

– Простите, оно само так получилось, – девчонка вроде бы и каялась, но делала это несколько неубедительно. Словно наличие в руках вещественного доказательства, которое вообще-то должно было находиться в управлении, её вовсе не волновало.

– Само, значит, – покачал головой, даже не зная, что я должен на это ответить. Или ничего не отвечать?

– Это неважно, – она отмахнулась от моих слов. – Сейчас меня волнует кое-что другое, – Эмили подняла медальон на уровень глаз и внимательно посмотрела на него, – знаете, что яд, которым вас отравили, ритуал выкачивания магии и состав, из-за которого тело мистера Хоупа выглядело так, будто он умер несколько дней назад, являются выходцами из одной и той же местности? Хотя, не совсем местности, скорее они выходцы с нескольких соседних островов, но… Странно, не правда ли?

Она перевела на меня пустой взгляд, словно и не видела перед собой, пребывая мыслями далеко отсюда.

Выводы, которые она сделала, и впрямь были странными. Или не странными, а вполне закономерными? Я знал, для чего Винтерс делал это. Всё произошедшее – простая демонстрация силы. Он пользовался тем, что ничего из этого я не смогу связать с ним, или с кем-то из его окружения. Фредерик всегда был рад продемонстрировать свой ум, делая непременно так, чтобы все остальные почувствовали себя идиотами.

Если бы расследование велось официально, то я бы мог подать запрос в судоходные компании, чтобы они дали мне полный отчёт о том, какие корабли в каком направлении уходили за последние пару лет, но… Руки у меня были связаны. Поэтому открытие Эмили стоило приберечь на потом.

– Забудь об этом, – подошёл к девчонке, заставив её сфокусировать взгляд на мне.

Она распахнула свои огромные глаза и рот открыла, готовясь засыпать меня вопросами о том, почему это она должна забыть о таком. Но сказать ничего не успела, потому что раздался грохот, и вовсе не со стороны кухни.

Эмили думала лишь пару секунд, а может и того меньше, а потом рванула вон из комнаты, при этом причитая:

– Лео, ты же знаешь, что тебе туда нельзя!

Хотелось мне сказать ей, что этому Лео совершенно плевать на её запреты, но от комментариев я воздержался. А всё потому, что голос у девчонки уж больно был испуганным.

Я, конечно же, направился вслед за ней. Но то, что я увидел в комнате, которая должна была быть спальней, повергло меня в шок.

Вместо кровати – мини-лаборатория, расположенная на огромной тумбе, с трубочками и прочими мелочами, названий которых я не знал. Стол, заваленный старинными книгами и манускриптами. Колбы, склянки, пробирки. В каждой из них странного цвета жидкости. Травы, подвешенные к потолку, банки с какими-то частями животных. Или не животных? Порошки и вулканический песок…

Пока она стаскивала жирного болвана со стола, стараясь при этом что-то вытащить у него изо рта, я пытался осознать, но… не осознавалось!

– Это что, тьма побери, такое? – спросил, медленно свирепея.

Да за большую часть ингредиентов, что я здесь видел, можно было получить пожизненный срок!